Текст книги "Всё ещё чуунин (СИ)"

Автор книги: Миято Кицунэ

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц)

Глава 7. Обнажённая

Коноха всё же большая деревня. Оказалось, что Узумаки узнал о том, что мы вернулись, от Шина, который зашёл в госпиталь проведать Сая. Во время нападения на деревню Сай тоже был ранен и содержался в одной палате с Наруто и Сорой. Более того, пока мы тут ходили-бродили, договаривались и переодевались, шустрый Узумаки, сбежавший с больничной койки, успел прошвырнуться клонами и узнал у Ёшино-сан, куда мы собрались. Мама Шикамару это не Хокаге: от неё без объяснений, куда пошёл, так просто не отделаешься.

– А за тобой там Сакура не гонится? – спросил я, после того, как нам был поведан короткий рассказ о том, как нас разыскали. – А то ты не очень-то здоровым выглядишь. Тебе вообще в бани-то можно?

На лице Наруто были слабые следы ожогов, и туго перевязаны левая рука и голова. Тот ещё кадр. На мой вопрос Узумаки только запыхтел и избавился от бинтов, разминая конечность.

– Всё нормально. На мне вообще всё быстро заживает, – широко улыбнулся он. – А горячие источники точно никому ещё не повредили!

– Тогда ладно, я просто волновался, сможешь ли ты потереть спинку Саске, – шутканул я, видимо от лёгкой нервозности.

Наруто приоткрыл рот, а братец только зыркнул, но промолчал. Ха, ещё бы не промолчал, попробуй сам дотянись до спины и потри с нужным давлением, смывая месячную грязь! Если ты не гуттаперчевый Орочимару, то вряд ли получится.

* * *

Рикудо-сэннин! Баня! Какое же это блаженство! Наконец помыться, отшоркаться до скрипа. Мне помогал Неджи, а Саске – Наруто. Причём, словно доказывая свою полезность, был ещё клон Узумаки, который помогал помывке Шикамару. Нара вообще разленился, давил лыбу: весь в пене от усердия клона. Я помог вымыть Неджи его волосы. Даже спросил, нафига ему такие длинные. Оказалось, не просто дань традициям: пропитанные чакрой волосы прикрывают слепую зону Хьюга. Типа естественный щит такой. Я даже подвис, когда он это мне сказал. Не военная тайна, конечно, догадаться можно, если подумать, но это – определённое доверие.

В онсэне никого кроме нас не было. Из-за вчерашнего нападения на деревню часть людей была ранена, часть занималась восстановлением, так что, скорее всего, наплыв будет позже, вечером, когда после работы все захотят помыться и расслабиться. Ну и по здравым размышлениям: когда ты голый – не будешь же бегать и всё крушить? Как-то смешно и неловко выйдет. По крайней мере, я надеюсь на этот самый здравый смысл Саске, которого накормили и помыли. Мышцы все расслабляются, становится лениво. Возможно, и прокатят «откровения» с наименьшими потерями.

– Ну, как вы сходили на миссию? – спросил Шикамару, когда мы второй раз, после первого ополаскивания, отмокания и хорошей помывки снова залезли в онсэн.

– Да вроде неплохо, – беззаботно ответил я. – Аники только чуть не учудил: решил оживить Итачи с помощью одной из техник Орочимару. А я всё не решался сказать, что его старший брат жив. Не очень здоров, но определённо жив. Онии-сан крепкий. Боялся, что Саске без меня ломанётся его спасать, а я ещё не готов.

Ну вот, я это сказал.

Наступила вязкая тишина, и глухо ударило о камень коромысло содзу: «теньк». Расчёт был на внезапность. И, кажется, я огорошил Саске по самые помидоры. У него от неожиданности даже шаринган не включился.

– Ч-что?.. К-кто?.. Спасать?.. Жив?.. Что это всё значит?.. – Саске всё же подскочил, дико выпучив глаза, но я дёрнул его обратно в воду.

– Спокойно, аники, не стоит демонстрировать филеи, и так все Учиха завидуют, – меня несло. Но я уже самое главное сказал, теперь оставалось проследить, чтобы Коноха и мои друзья целы остались. А то у кого-то полный резерв под сотню чуу и темперамент бешеного ёкая.

– Если ты успокоишься, то мы всё тебе объясним, – поддержал меня Шикамару.

Я покосился на Неджи, который активировал бьякуган.

– Неджи, не думаю, что это потребуется, – улыбнулся я. – Саске нормальный. Ну, почти. Думаю, что он столько терпел и шёл до Конохи не для того, чтобы, обидевшись, как второклассник Академии, надуться и убежать. Он хочет знать ответы.

– Ты!.. – Саске перевёл взгляд на меня. – Ты… назвал его «старшим братом»? Его? Старшим братом? Ты?!

– Эй, эй, – хмыкнул я. – Итачи-онии-сан позволил себя называть так далеко не сразу. И я считаю его своим братом. Он классный. Ну так тебе рассказывать, или ты голым побежишь громить и крушить что-нибудь, так ничего и не узнав?

Саске затравленно огляделся, словно только что вспомнил, где мы. Впрочем, скорее всего так и было.

– А они? – он посмотрел на Шикамару, Неджи и совсем притихшего Наруто.

– А они – друзья. Причём не только мои. Они друзья Итачи и, вообще-то, и твои друзья тоже, – выдержал я взгляд. – Так мы продолжим разговор, или ты настроен на что-то другое? Хочешь знать правду?

– Да, я хочу! – ответил Саске, и все выдохнули.

– Ну, садись поудобней, история долгая, будешь перебивать, аники, обижусь и уйду спать, – пригрозил я.

– Говори уже, – буркнул Саске. – И, Шикамару, отпусти меня, я прекрасно почувствовал твоё теневое подражание.

– Как скажешь, – зевнул Нара, вытаскивая руки из воды. – Я тоже с интересом послушаю: Сайто умеет рассказывать занятные истории.

– Я встретил Итачи-онии-сана на одной из своих миссий перед экзаменом чуунина. Это был мой день рождения к тому же. Мы вообще-то лекарственную траву на горе собирали с мелкими генинами-выпускниками, – начал я. Участие Сарутоби Асумы я благополучно замял. – Думаю, что Итачи получал какую-то информацию в деревне: он всегда волновался о Саске и, скорее всего, проверял, не изменился ли статус его младшего братишки, – а что, вполне может быть, иначе зачем вообще связываться с Сарутоби? Что они другого-то могли ему предложить? Не денег же.

– Что? – не выдержал Саске. – Итачи волновался за меня?.. Да он…

– Сейчас обижусь, – я перебил его, и Саске закрыл рот.

– Первая встреча была просто атас, – восклицание Саске позволило чуть сместить акценты и шагнуть вперёд. – В общем-то, я сразу догадался, кто на меня напал. Тут тебе и фамильное сходство, и глаза красные с запятыми, и возраст, и гендзюцу, и протектор перечёркнутый, и форма, как у АНБУ. У меня от жути даже сразу два томое вылезло. До этого я сомневался, что у меня может быть шаринган, но про папашку-Учиха, погулявшего с моей маман, оказалось чистой правдой.

– Так Итачи-сан напал на тебя? – протянул Неджи.

– Ну так получилось, может, просто припугнуть хотел, чтобы мы бдительность не теряли. У него свои заскоки. В общем, он здорово удивился, когда я на него начал шаринганами пырить. И решил разобраться, что к чему и кто я такой: брат, сват или троюродный дядя, – я оглядел притихших пацанов. – Он заключил меня в гендзюцу и начал допрашивать. Ну так, чисто по-родственному. Хотя я от клана Учиха отбрехался. Сказал, что про резню знаю, и значит, он меня тоже того. Типа чтобы не было больше Учиха на свете, кроме него и Саске. Меня жуть, как несёт, когда я на краю гибели. Даже предложил ему поучить меня с шаринганами обращаться, чтобы не отобрали.

Саске издал какой-то странный звук, похожий на бульканье.

– Ага. Согласен, аники, я был не в себе. Но, знаешь, Итачи тоже удивился и отпустил меня. Попросил только не рассказывать о нашей встрече никому, чтобы по его следу не пошли. А вечером ко мне в комнату залетела ворона. Теневой клон со свитком, в котором про гендзюцу было написано и всякие тренировки и техники. Он дома у нас лежит, припрятанный, я тебе покажу, аники, – пообещал я, увидев, как округлился рот Саске.

– Так значит, когда мы привели Итачи в деревню, вы были уже знакомы? – спросил Наруто.

– Ну, если это можно считать знакомством, то да. История о том, как Итачи разыграл свою смерть в «Акацуки» и пришёл в деревню, началась с нашей совместной миссии с Шикамару, Неджи и ещё несколькими людьми после экзаменов на чуунина, – я взглянул на Шикамару. Нара понял и прояснил ситуацию:

– Были организованы совместные экзамены в Конохе и Суне. Гаара и Цунаде-сама хотели спровоцировать «Акацуки» на действия. Они надолго затихли. Мы получили важную информацию: на экзамены прибыла одна джинчуурики из Скрытого Водопада, и именно она должна была стать целью организации. Мы решили контратаковать и разработали несколько стратегий совместно с Суной. Сайто тоже принимал в этом участие. У нас был подставной джинчуурики, над которым поработали медики и запечатывающая команда. Задачей Сайто было переправить его в безопасное место, – подсказал Шикамару объяснение «почему я».

– Страна Водопада, около которой была засада, находится недалеко от Травы, там, где я вырос, – подхватил я. – Было решено под прикрытием проведывания моей матери отвести псевдо-джинчуурики туда, замести следы, переждать и вернуться по домам.

– Я понял, – кивнул Неджи. – Мы были без опознавательных знаков деревень. Но похоже, что Итачи-сан, который был в той пещере вместе с остальными из «Акацуки», узнал тебя благодаря своему додзюцу. И он был там не физически, а посредством техники врага. Стечение обстоятельств, которые не были учтены, потому что ты сдержал слово и не сообщил о том, что встречался с Итачи-саном. В конечном итоге ты не мог знать, что он тоже входит в эту организацию.

– Совершенно верно, – согласился я с Хьюга. Момент был скользким и хорошо, что Неджи всё объяснил так. – Но Итачи решил разобраться с этим сам и не стал докладывать своим о своём родственнике, который мелькнул. Правда, я чуть не обделался, когда дома у матери застал его. Онии-сан намного нас обогнал. Впрочем, возможно, он был где-то в другом месте. Тот парень, за которым я присматривал, долго не приходил в себя, так что тащились мы еле-еле.

– Саске, ты помнишь тот момент, когда Итачи несколько лет назад приходил в Коноху со своим напарником? – внезапно спросил Шикамару.

– Да… – глухо ответил он. – Я помню, как он переломал мне все рёбра и напомнил, что он сделал.

– А теперь попробуй посмотреть на ситуацию отстранённо, – предложил Шикамару. – Благодаря «нападению», замечу, что при этом никто не погиб, Коноха была первой деревней, которая ещё три с половиной года назад узнала о том, что существует такая организация, как «Акацуки», что они охотятся на джинчуурики и не будут шутить. Что же касается тебя, я играл с Итачи в шоги… У него вообще интересные стратегии. Нетривиальные. Я думаю, твой брат хотел заставить тебя жить: бороться, становиться сильней, иметь Цель в жизни. Чтобы не перегореть от всего того, что с вами случилось. Это просто моё мнение.

– Тебе ли не знать, Саске, что в гендзюцу можно пол поменять с потолком и все поверят, – хмыкнул я. – Я же не зря намекал тебе про всякие закладки. Ты помнишь что-нибудь, например, из своего детства? Итачи-онии-сан очень сложный человек, с покалеченной душой, но когда я узнал его ближе, я понял, что он очень любит тебя.

– Иначе он бы не пожертвовал собой ради тебя, – добавил Наруто. – Прости, Саске. Мы… Мы обменяли его на тебя у Орочимару.

– Вы что?! – снова подскочил Саске, а я дёрнул его обратно в воду.

– Не всё так просто. Онии-сан сам этого хотел. Пригодиться тебе хотя бы так. Он любил Коноху и тебя. Я расскажу, как всё было, и как ужасно он был ранен, только успокойся, аники.

Саске застыл, просверлив меня взглядом. Только не было ни ненависти, ни злости, а какая-то беспомощность, словно он искал поддержки.

– Впрочем, наверное, надо выходить, мы так сваримся, – предложил я. – Думаю, про Итачи-онии-сана мы с Саске поговорим наедине, дома. Это… немного личное, ребята.

Друзья покивали, и мы молча вылезли из онсэна.

Глава 8. Историческая

Мы в молчании дошли до дома. Саске был загруженный и явно анализировал всю ту информацию, которую я и парни ему выдали в банях. У себя же я диагностировал лёгкий адреналиновый отходняк. Вот вроде только поговорил, а такое ощущение, что никакусенький иду после тренировки с полной выкладкой. Сражался не меньше, чем с тремя чуунинами разом.

И всё же хорошо, что почву для этого разговора я готовил так долго и заранее. Последние две недели нашей миссии в Аме Саске под моим чутким руководством и наводящими вопросами размышлял о клане Учиха, Итачи и своих вопросах, которые он хочет задать мне, Сакуре и нашему главному начальству. Я прямо знал, куда будем падать, и подстелил побольше соломки, вот такой молодец. Жаль, эту миссию мне не оплатят, в этом смысле я боец невидимого фронта. Но зато Коноха относительно цела: все разрушения это не мы. Саске… Ну, не убьёт же он меня… Надеюсь.

Не последнюю роль во всём этом, думаю, сыграла наша внешняя похожесть. Даже у меня появилось что-то вроде неосознанного доверия к своему «отражению». Это почти я сам, только другой человек. Психология не мой конёк, конечно, но неспроста же Саске мне сказал о своих планах по проникновению в Аме и воскрешению Итачи. Да и ни разу не одёрнул на моё обращение «аники» и на миссии спокойно так же звал и меня.

– Здравствуй, моя кроватка! – упал на своё лежбище я, с удовольствием ныряя лицом в мягкую подушку.

После миссии и бань хотелось отоспаться часов двадцать. Да ещё тут такой стресс в виде младшего брата. Не-не-не, никаких разговоров в ближайшие сутки, пусть Саске всё переваривает, а я посплю.

Редис устать, Редис отдыхать!

* * *

Проснулся я от крика петуха и по солнцу определил, что около шести утра. Так классно выспался! Таки «отжал» свои часы сна, пусть не двадцать, но мне и четырнадцати хватило, только есть жутко хотелось. Но всё равно чувствовал себя, словно заново рождённым, не в последнюю очередь от того, что вчера всё же состоялся давно откладываемый разговор, и я стал на шаг ближе к тому, чтобы выцарапать онии-сана из змеиных ручек Орочимару.

Саске спал на своей кровати, и я даже задумался, что третью койку поставить вообще некуда, разве что спать кому-то потом на диване в «гостиной». Футоны меня как-то не вдохновляли: сворачивай их, разворачивай. Для гостей, конечно, вещь незаменимая, но мне была привычней нормальная кровать. Чтобы пришёл с миссии и сразу упал.

Я великодушно оставил Саске давить подушку, а сам пошёл на кухню, чтобы приготовить поесть. У нас в запасах были только масло, соль, рис и мука, а мне внезапно приспичило чебуреков. Вот хочу и всё тут. Наверное, после хиси хотелось чем-то по-настоящему мясным заправиться. Вгрызаться в горячее мясо в обжаренном до хруста тесте! Задавливая слюну, я очень быстро сгонял на рынок, благо открывались все лавки рано. Купил хороший такой шмат свинины, яиц, лука-порея, салатной капусты и молока. И даже клона сделать не пожалел, чтобы самому замесить тесто пока двойник пропускал мясо, порей и немного капусты на моей мясорубке. Хах! Со спины казалось, что мне Саске помогает.

Кстати, сам заспанный Учиха появился на кухне, когда я уже слепил два мега-пирожка и разогрел масло на сковородке. С некоторым облегчением клона я убрал. Всё же жрёт чакры он действительно довольно много, а я ещё запланировал потренироваться с железным песком, да и на голодный желудок поддерживать клона вообще не прикольно. Двойник тоже давился слюной и нагло пырил на мои чебуреки.

– Включай шаринганы, аники, я тебе сейчас покажу, как лепить, а сам буду жарить наш завтрак, – распорядился я.

– Что это? – подошёл Саске, наблюдая за моими действиями.

Кстати, насчёт шаринганов я не пошутил, обучение таким простым вещам происходит на мах: доказано Итачи. Онии-сан даже «усовершенствовал технику», он края придумал залеплять не пальцем, как я, а колечком куная. Так выходило в два раза быстрее и техничней: раскатал «блин» скалкой – здесь они просто как ровные длинные палки без ручек – кунаем же поддел фарш, взял нужное количество и намазал тонким слоем на половинке теста, затем закрыл тестом фарш и кольцом прижал края, накрепко их сцепляя. У Итачи это получалось очень круто, я только жарить успевал.

Вполне получилось показать «мастер-класс» и Саске, и я вернулся к сковороде, на которой как раз начали румяниться бока мега-пирожков.

– Так что это за блюдо? – спросил Саске, когда я с помощью куная и палочек вытащил первые готовые чебуреки. – В Траве такое готовят?

Он успел налепить четыре чебурека, пока я жарил первые два. Вот чёртов гений!

– Пробуй. Только осторожно, очень горячо и может мясной сок брызнуть, – посоветовал я, протягивая Саске большую миску с редисками, в которую сложил его чебурек.

Две штуки на сковороде, это очень удобно. Я сразу распределил их в наши миски, чтобы можно было кусочничать по ходу готовки. Я был очень голоден, поэтому впился в свой пирог, осторожно откусил краешек и подул в мясные глубины. Рикудо-сэннин, как же вкусно! Чуть слёзы из глаз не хлынули. Последний раз чебуреки ел ещё до ранения Итачи, мы вместе готовили, только онии-сан никогда не разрешал кусочничать, мы всегда сначала всё делали, а потом ели. Ещё, бывало, и Наруто на запах прилетал, и Шикамару тут же нарисовывался, «чтобы в шоги поиграть».

На миг даже показалось, что Итачи совсем рядом.

– Довольно вкусно, – сказал Саске, вытаскивая меня из странного состояния почти осязаемых воспоминаний.

– Что? Да… Спасибо, – я вернулся к плите, доливая масла на сковороду. – Давай всё доделаем, а потом поедим нормально. Первые это чтобы на соль попробовать и немного утолить голод.

Интересно, как там онии-сан? Больше, чем полтора месяца, прошло с того момента, как Итачи обменяли на Саске. Я очнулся после той операции восьмого февраля, а сейчас на дворе уже двадцать пятое марта. Дата была смутно знакомой.

– Слушай, Саске, а ты помнишь, когда у Сакуры день рождения? Вроде где-то в конце этого месяца? Она мне говорила, но я забыл… – спросил я.

– Я должен знать, когда у неё день рождения? – удивился Саске. – С чего бы?

– Вы же вроде в одной команде были, – пожал я плечами, вытаскивая очередную партию чебуреков. – Вот у Наруто десятого числа десятого месяца, это я хорошо помню. У тебя летом, двадцать пятого числа седьмого месяца, кажется?

– Двадцать третьего, – поправил меня Саске.

– У меня в досье записано двадцать шестого числа шестого месяца день рождения, – поделился я. – Но Сакура точно в конце этого месяца родилась. Вишня как раз цветёт, не зря же её так назвали. Надо у Наруто спросить, он, наверное, точно знает.

– И зачем тебе знать её день рождения? – хмыкнул Саске.

– Я думал, что ты всё же хочешь выяснить про свой клан, – ответил я. – А день рождения это неплохой повод к ней подкатить.

– Так… Итачи ничего тебе не говорил? – удивился Саске.

– Ну ты даёшь, – вздохнул я, забирая очередной сырой пирог и выкладывая на шипящую сковороду. – Ну с чего бы ему об этом со мной говорить? Мы познакомились гораздо позже. Тема для онии-сана была неприятной и болезненной, он переживал. Думаешь, я стал его расспрашивать и давить на больную мозоль, чтобы удовлетворить любопытство? Извини, конечно, но мне вообще-то всё равно на клан Учиха. Я никого из них не знал. Мой, так сказать, отец по документам, которые раздобыла Сакура, умер до этой самой резни. Ещё на Третьей мировой. Я вообще сомневаюсь, что если бы они выжили, то рады были видеть такого как я. Типа не совсем Учиха, зачатого где-то непойми где и непойми с кем, зато с неучтённым шаринганом. Онии-сан был добр ко мне. Он меня учил. А ещё сильно переживал о своём младшем брате, на которого мне посчастливилось быть похожим. Мне иногда казалось, что Итачи… ну как это сказать, типа компенсирует.

Саске моргнул. Он вообще стал похож на взъерошенного совёнка: лохматый и круглоглазый.

– Что ты имеешь в виду? И почему «посчастливилось»?

– А, ну да, ты же не знаешь всей моей истории, – вспомнил я. – Всё, последняя сковорода! Пошли есть.

* * *

Чебуреков мы умяли каждый штук по десять и ещё несколько осталось. У меня даже живот распёрло, но вкусно было очень.

– Эти мясные пироги мы с Итачи вместе придумали, – задумчиво выдал полуправду я. – Такие типа «шинобигёза», чтобы сразу много, вкусно и сытно. И с собой можно взять… Правда, на миссию взять не получится, больно вкусно пахнут, сразу на тебя все сбегутся и без особых сенсорных способностей.

Саске хмыкнул и чуть улыбнулся уголком губ. Прогресс прямо.

– Онии-сан очень умный. И он очень… рациональный. Настоящий шиноби, – продолжил я, закрепляя успех. – Когда он меня выловил в моей деревне Травы после той миссии с псевдоджинчуурики, у него была информация, которая могла бы очень помочь Конохе. Плюс он узнал, что на нашу деревню «Акацуки» планируют нападение. И не просто нападение, а тотальное уничтожение. В общем, появился план возвращения. Я связался с Шикамару, он уже доложил Хокаге, и Итачи разрешили вернуться, чтобы стать типа «козырной картой» в этой игре. Я не знаю, как много ты знаешь про «Акацуки», это, наверное, к Шикамару больше, он у нас советник Хокаге.

– И что, он просто взял и вернулся? – прищурился Саске.

– А?.. Нет, конечно, – захихикал я. – Когда эти два гения спелись, это был тот ещё цирк. Итачи прибыл в Коноху под видом моей матери.

Саске вытаращился на меня, и я кивнул.

– Ага. Неожиданно, верно? Как действующий шиноби Конохи, я мог переправить своих родных в нашу деревню или близлежащее поселение. Не знаю, в курсе ли ты, но для вчерашнего крестьянина это настоящий счастливый билет. С одной стороны, кому мы в своей деревеньке нужны, но постоянно кто-то нападал. Ладно у нас ещё чудо-поле рядом с деревней было, на котором все прятались от излишне ретивых шиноби…

– И ты пожертвовал своей матерью, чтобы привести в деревню Итачи? – с ноткой презрения спросил Саске.

– Видишь ли, – я заставил себя расслабиться, и не показать, что его слова меня задели, – моя мать больна… Сакура пыталась ей помочь, но такое не лечится. Физически моя мать здорова, но вот умственно – нет… Но о ней в деревне заботятся, её уважают и ценят, она хорошо вышивает, – я коснулся своего мона. – Её кормят, дают работу, здороваются, она всех там узнаёт, имеет подруг и друзей. Она помнит всех, кто живёт в деревне давно, а новых людей путает со своими знакомыми. Например, Шикамару, который проверял меня как раз перед экзаменами на чуунина, спутала со мной, а Итачи считала моим отцом…

– Извини, – пробормотал Саске, поёрзав на диване.

– Возможно, я всё равно бы привёл её в деревню, – продолжил я, – вот только у неё нестабильная чакра и любой стресс может привести к агрессии или истерике. Сакура отсоветовала, да и староста, нормальный мужик, он тоже меня отговорил, сказал, что только хуже сделаю, если у неё всё станет новым, да и следить за ней не смогу из-за работы шиноби. А Итачи, когда очнулся, сказал, что моя мать из клана Сенджу, возможно даже, бывшая шиноби, но с ней что-то случилось или была какая-то техника, которая свела её с ума.

– Когда очнулся? – переспросил Саске, вопросительно вздёрнув бровь.

– Да… Представляешь, моя мать его чуть не убила, когда он меня схватил и хотел силой шарингана узнать подробности нашей миссии, и что мы знаем про «Акацуки».

Саске издал странный звук.

– Ага, я тоже офигел, если честно. Не знал, что она так может. Это было огромное полено, которым она пристукнула Итачи. Был бы он не шиноби, то мокрого бы места не осталось. А так очнулся часов через восемь… только шишка на башке размером с ещё одну голову.

Внезапно Саске засмеялся. Он смеялся и смеялся, так долго и заливисто, что я заподозрил истерику. Мои подозрения подтвердились, когда его хохот перешёл в вой. Это было даже страшно, отчего-то страшней, чем если бы он начал всё громить и крушить.

Я от всей души, влепил ему пощёчину, приправляя удар хорошей порцией чакры. Его голова дёрнулась, и на миг глаза покраснели, опасно мигнув тремя томоэ. Но затем всё пропало, и его лицо стало спокойным и расслабленным. Только щека покраснела от моей пятерни.

Мы смотрели друг на друга какое-то время, потом он отвёл взгляд и, обогнув меня, вышел из дома, осторожно прикрыв за собой дверь.

Что это было вообще?!