Текст книги "Сила юности, магии и куная (СИ)"

Автор книги: Миято Кицунэ

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 22 страниц)

Глава 5. Ловкость слов

17 января, 1993 г.

Шотландия, Хогвартс

Я уже долго наблюдаю за нашим Хигэканэ и понимаю, почему всё так. Формально он вроде хорошие вещи говорит, но включает такую подоплёку, такое кружево слов, что человек и сам не осознаёт, почему поступает с точностью наоборот. Почему всё вот так происходит. Отличный манипулятор, и, может быть, я вижу и слышу всё это, потому что сам могу так же.

С гендзюцу у меня не срослось с самого начала, я даже простого иллюзорного клона по программе Академии так и не смог сделать. А если не хочешь постоянно получать по шее, приходится выкручиваться, не зря меня звали «самым непредсказуемым ниндзя». Манипуляции бывают разными. Где-то, когда от тебя не ждут, можно дать в морду, где-то наоборот – разговорить, задать определённые вопросы, от которых человек растеряется и попадёт в логический тупик. Для этого стоит только внимательно слушать и слышать. Эта природная хитрость, вызванная условиями выживания, позволила мне и чувствовать людей, и в какой-то степени управлять их мыслями и эмоциями. Потом Джирайя ещё огранил мои таланты в психологии, раз с гендзюцу ни у него, ни у меня не сложилось.

Тому же Сириусу директор наедине говорит что-то вроде: «Сириус, я понимаю, что вы с Северусом давние враги, много крови друг у друга попили, ты так пострадал, и он ещё и каким-то боком виноват в смерти твоего лучшего друга, но тебе надо с ним быть помягче и всё ему простить». И Сириус краснеет, бледнеет, вспоминает все вышеперечисленные обиды. А потом при других директор укоризненно смотрит на сжимающего при Снейпе кулаки Блэка, у которого от избытка эмоций лицо перекашивает, и печально качает головой: «Сириус, тебе надо наладить отношения с Северусом, мы же столько об этом говорили». И все веруют в мудрую святость Хигэканэ, который обо всех так заботится и печётся. Причём одновременно та невинная фраза возвращает Сириуса к тому предыдущему разговору, и он вспоминает все обиды заново. Как итог: директор хороший, а Блэк и Снейп ведут себя как мальчишки и никак не могут помириться.

А что касается вопроса «а зачем это надо?», то тут даже без вариантов: чтобы Сириус остался на своеобразном крючке. Директор вообще любит всё держать под контролем. Быть нужным и незаменимым так приятно. Тем более у него вроде даже семьи нет. Да и Хигэканэ не только директор школы, но и занимает ещё пару политических должностей. Люди всегда могут пригодиться. Тут нет принятого у нас «гири», но своеобразное чувство долга всё равно присутствует, не исключая магических клятв, долгов и обетов. Директор как бы всем «помогает» и является посредником между очень многими людьми. И он должен быть весьма заинтересован, чтобы всё было только через него: именно посредники получают больше всех прибыли, хотя по сути вроде бы ничего не делают сами – всё чужими руками. И эта прибыль не всегда измеряется в галлеонах. Тут тебе и услуги, и знания, и информация.

Как-то же Мастер Зельеварения попал «в услужение»? Не скажу, что Снейп-сенсей плохой преподаватель – просто очень требовательный и ему сложно с детьми, которые чего-то не понимают, не хотят учиться или ленятся. Думаю, он сам, как и я, искренне привык добывать знания с боем. Поэтому отлынивание, когда тебя учат полезным и практическим, применимым к жизни вещам, и для меня, и для него выглядит странно и непонятно. Но всё же в любой аптеке, лаборатории или той же больнице Святого Мунго Снейп-сенсей был бы более востребованным, чем в Хогвартсе. И доходы его были бы на порядок выше. Так что каким-то образом Хигэканэ на него влияет, и сенсей не может просто уволиться из школы. Я подозреваю, в чём состоит этот жирный крючок, да ещё и сенсея постоянно дёргают на прихоти и распоряжения директора. Снейп-сенсей реально очень многое делает в школе, да и на каникулах занимается заготовками для тех же уроков, и что-то я не уверен, что получает за это какие-то доплаты. Но даже не в них дело, а в ощущении несвободы, которое его, несомненно, тяготит.

И вот, с теми лекарствами для Сириуса. Они ему ещё и после учебного года понадобятся, но, вместо того, чтобы решить свои проблемы напрямую – просто друг с другом, Сириусу придётся просить или принимать помощь директора, который сделает ему одолжение. Директор поговорит об этих лекарствах со Снейпом-сенсеем, которого тоже чем-нибудь вроде чувства вины придавит. Тот сделает эти зелья, весь раздраконенный, что его отрывают от отпуска и планов, ну и накрутят его ещё, это сто процентов. Как следствие – отношение к Сириусу ещё хуже, и сенсей это, возможно, выскажет. Тут и получается, у меня сразу появится «выбор» – на чью сторону встать. Если во мне вообще дело. Но, насколько я понял из окружных вопросов, Сириусу запретили говорить со мной о том, что Снейп-сенсей бывший Пожиратель или что это он рассказал про Пророчество. Значит, эта карта ещё должна сыграть и её приберегли.

Таким образом у Сириуса образовывается долг перед директором за спасение здоровья и магии и ещё большая уверенность в святости Хигэканэ и ужасности Снейпа-сенсея.

В принципе, даже не важно, чего добивается Хигэканэ и что ему на самом деле нужно от Сириуса или от меня. Может быть, что это я просто в силу подозрительности вижу то, чего нет. А директор на самом деле добрый дедушка, который обо всех заботится. Но как-то я не верю в политиков – белых и пушистых дедков. Таким просто не усидеть на своих местах – мигом другие подсидят и скинут с пьедестала. Но отказал же он при тех же равных условиях Квирреллу, а значит, заинтересован в лояльности Сириуса.

Кстати, мой контрплан пока работает. Сириус на прошлой неделе подменил Снейпа-сенсея на выход в Хогсмид, сказал, что хочет освободить ему время, так как тот вынужден тратить его на варку зелья для него. Может же нормально думать, когда хочет! Директор у нас человек занятой и пока не заметил, что Сириус, который, кстати, не был внесён в списки на дежурство, как преподаватель ЗОТИ, «отрабатывает» за Снейпа-сенсея.

Видимо, в своё время Локхарту не доверили ответственные дежурства и, когда я посмотрел копию списка дежурств, умыкнутую предприимчивым крёстным с мародёрскими замашками, увидел, что у сенсея их в два раза больше, чем у остальных – и по ночам, и в Хогсмид почти всегда он водит, только иногда МакГонагалл. Видимо, как самому молодому, дали ещё и за преподавателя ЗОТИ, так как я помню, что Квиррелл в прошлом году вроде бы дежурил по школе. А может, все остальные сослались на занятость: МакГонагалл ещё и вроде как заместитель директора, и он ей явно всю административную работу скинул. Спраут в теплицах всё время – по выходным у неё ещё всякие факультативы, а растения требуют ежедневной работы. Флитвик… Его затоптать могут, да и полугоблина уважают, но дисциплину железной рукой он, как сенсей, держать не может, это факт.

Я указал на эту несправедливость Сириусу, намекнул на гриффиндорскую честность и благородство, и тот сам побежал и предложил Снейпу-сенсею поделить его ночные дежурства по школе и отрабатывать за него все выходы в Хогсмид по субботам – чтобы у Снейпа-сенсея было время на свои эксперименты или отдых, а сенсей не дурак, согласился. В среду даже спросил меня, что такое с Блэком. Я загадочно промолчал. Пусть сами разбираются, не маленькие же.

В ту субботу, когда мы плодотворно поговорили с Сириусом, я узнал ещё, что в тот день у Снейпа-сенсея был день рождения. Мы как раз Малфоя встретили в совиной башне – он получал посылку из дома, в которой был подарок для его крёстного. Я не знал о такой дате, но просто устно поздравил, когда сенсей сам меня нашёл, «нежданно-негаданно» освободившись от своего дежурства. Снейп-сенсей заявил, что не любит свой день рождения и поздравлять было не обязательно. Но в тот день мы улучили время на посещение Чёрных Пещер и провели там почти трое суток. Пришлось специальным зельем мазаться, чтобы загар не «прилипал», а то там жара же.

Решили составить небольшую карту того, что где растёт – это у меня Сириус со своими картами, видимо, засел в голове. Но сенсею эта идея понравилась. Проблема была в том, что на пустоши крайне мало ориентиров. Так что с помощью Кибы и волшебных палочек мы соорудили несколько столбов из камней. Сенсей показал интересное режущее заклинание, словно с использованием чакры ветра. Киба таскал гигантские валуны-кирпичи в пастях – их, правда, тоже сенсей зачаровал на облегчение веса. И я – потом, когда научился на такие здоровенные глыбы чары растягивать, а Снейп-сенсей убедился, что я справляюсь и не валюсь от истощения.

Самые верхние сенсей потом левитировал, составляя циклопические «столбы-пирамидки», которые стоят и не падают, придавленные собственным весом. Всё же круто быть волшебником. Эти столбы получились внушительными, на вершине каждого целая площадка, чтобы можно вдвоём расположиться, приземлившись на мётлах: широкие и плоские камни размерами где-то три на четыре метра. Правда, мы поставили только шесть таких столбов, но уже неплохой ориентир. К тому же на площадках-вершинах сенсей вырезал знаки, которые хорошо сверху видно.

Киба тоже радовался и оставлял на столбах метки, очень так по-собачьи задирая заднюю лапу. По вечерам мы летели к онсэну: жарили кроликов и отмокали в горячей воде, наблюдали за миграциями местных светлячков. Кстати, я нашёл какую-то новую модификацию аконита, которой до этого не было, сенсей обрадовался и сделал запасы. Так что, думаю, праздник у него всё же удался.

Мы до этого заселяли туда перепёлок, но не смогли обнаружить ни одну птицу: все сдохли. Видимо, с кроликами получилось, потому что им было что есть – ещё не мутировавшую траву, а у птиц был шок, и сразу потравились, наверное. Так что мы решили, что не будем пока на эту тему экспериментировать, чтобы не нарушить экологический баланс этого мира.

Снейп-сенсей был доволен освободившейся субботой. Всё же так надолго получилось «сгонять» в мир Кибы.

Вообще всего за неделю перемены в отношениях Сириуса и Снейпа-сенсея разительные. Сенсей избегал говорить о Сириусе и явно напрягался, очевидно, ожидая подвоха, но опять же сам первым не начинал задираться. И это при том, что Сириус тот ещё фрукт, а с подачи Хигэканэ мог быть вообще невыносим.

Наверное, правда надо было просто Сириуса чем-то озадачить. Он человек действия. Да и «застоялся» за одиннадцать лет в тюрьме. Уже с понедельника начал делать расчёты и очень этим увлёкся. Во вторник, когда я к нему пришёл на чай, взахлёб рассказывал, как это можно сделать и что ему придётся немного порыться в библиотеке и, может, даже всё-таки сходить в особняк Блэков за одним любопытным изданием.

Мы с ним во вторник договорились, что снова встретимся вечером в субботу, после того как все студенты вернутся из Хогсмида. Это был занимательный вечер. Сириус вообще довольно интересный, когда перестаёт из себя корчить малолетку. Те же руны мне напомнили блоки фуин. И он советовался, как составить путеводную карту. Мы пришли к нему в учительские апартаменты, которые предоставила школа, с Драко. Я решил приучать Сириуса к Малфою, пусть крёстный взрослеет и перестаёт делить мир только на чёрное и белое. К тому же Драко – мой друг, и я даже Хагрида смог в этом убедить. А ещё вообще-то они тоже родственники, и Драко Сириусу – двоюродный племянник. Так что нечего только меня доставать. Впрочем, за прошедшую неделю Сириус прекратил свои преследования и я выдохнул свободно. Плюс очень грела мысль, что я смог заполучить эту Карту мародёров и всегда знал, в замке ли директор. Ну и кроме этого, в принципе, можно было найти кого-нибудь. Сириус клятвенно заверил, что о карте никто не знает и не узнает от него, да и повторить подобную весьма сложно, и я успокоился.

У Сириуса Драко дал пару дельных советов по поводу путеводных карт, а также расслабился и показал себя обычным мальчишкой, всё же чутья ему тоже было не занимать. Он рассказал, как мы с ним познакомились в магазине мадам Малкин, и как он заволновался из-за Хагрида, и как решил присмотреть, чтобы «злой лесник» ничего мне не сделал.

Кстати, та история Сириуса впечатлила. При этом я поддакивал, что ничего тогда не знал про волшебный мир и Дурслей Хагрид изрядно напугал. А кого бы не напугал ломящийся среди ночи к тебе в дом великан? Драко поделился, как его впечатлили фильмы о драках и приставка у Дурслей. Сириус согласился, что приставка это круто – и ему играть понравилось. Мы плавно перешли на тему, можно ли что-то подобное сделать в магическом мире. Сириус снова зажёгся новой идеей, но я его притормозил тем, что сначала надо разобраться с картами, а потом усложнять задачи.

Драко поведал, как мы тайком гуляли по магическому кварталу прошлым летом, разодевшись магглорождёнными, и всё: Сириус был окончательно и с потрохами наш, признав родственников-шалунов. Конечно, мы с него взяли обещание, что это наша с ним тайна, и он просто захлёбывался от восторга, но обещал «вообще никому не рассказывать, особенно Нарси» – это так маму Драко зовут. Тут же хитрый Малфой ввернул, что мама очень волновалась за Сириуса, и практически вынудил пообещать написать ей письмо. Так что вчерашний вечер прошёл очень так плодотворно, и Сириус пригласил меня и Драко во вторник снова в гости, даже сказал, что можно ещё кого-то взять с собой.

Я был очень доволен таким раскладом.

Сегодня был тот самый день, в который назначено забирать у Годрика яд, семнадцатое число, и я видел, что во время завтрака Сириус снова о чём-то спорит за столом преподавателей, а Снейп-сенсей делает независимое лицо, хотя, как мне показалось, он удивлён. Кстати, директора за завтраком не было, так что этот разговор был перенесён на обед, когда он появился, но теперь о чём-то говорили уже и Флитвик, и МакГонагалл, и Спраут. Всё же Блэк, когда хотел, мог быть и обаятельным, и настойчивым.

Загадка, что же там происходило, решилась уже к концу обеда, когда довольный Сириус подошёл ко мне.

– Гарри, тут твоя помощь потребуется в одном деле, – подмигнул он, – пойдём, расскажу всё по дороге к учительской.

Выяснилось, что Сириус, ведомый гриффиндорским чувством справедливости, которому я ткнул, что Снейп-сенсей за всё в Хогвартсе в ответе и делает кучу всего, спросил у других деканов, а почему к василиску Снейп ходит один, без подстраховки? А вдруг что-то случится? А вдруг василиск нападёт? А вдруг Снейп где-нибудь поскользнётся на сырых камнях и потеряет сознание? Деканы задумались. И тут же Сириус предложил в качестве подстраховки свою кандидатуру, как преподавателя ЗОТИ. Мне, конечно, кажется, что моему неугомонному крёстному захотелось своими глазами на василиска посмотреть, но сенсей взбрыкнул от такой «подстраховки» и возмутился, что с ним ничего не случается, он, типа, не кто-нибудь и в обмороки, как девица, падать не собирается. Ну и тут же пошло, с подачи Хигэканэ, что, может, он не доверяет Блэку. И вот тут умница крёстный сказал, что можно им вдвоём взять ещё и меня, как гаранта. К тому же я обладаю приобретённым навыком змееуста и смогу растолковать василиску, почему ещё люди пришли. Снейп-сенсей, не глядя на Хигэканэ, проворчал: «вот только Поттера и не хватало!» и, собственно, на этом моя участь была решена.

В учительской директор попросил меня посодействовать и ненавязчиво проследить, чтобы «мальчики не ссорились», тем самым отдавая команду им не забыть поссориться. Да и очень так интересно получается: двенадцатилетний ребёнок должен следить за мужчинами-преподавателями. Это уже унижение взрослых, да ещё и прививаем привычку ребёнку следить и докладывать. Занятно.

Я кивнул и пообещал, что поговорю с василиском и упрошу его разрешить посещать Тайную Комнату и Сириусу. А ещё, хлопая глазами, серьёзно спросил, что за «мальчиков» Хигэканэ имел в виду, типа с нами ещё кто-то пойдёт, что ли?

– Я давно говорил вам, Альбус, чтобы вы завязывали называть всех мальчиками, – с усмешкой не дал никому ничего сказать Снейп-сенсей. – Вы же Минерву не зовёте «моя девочка»?

Сириус хихикнул, поглядев на МакГонагалл, но неуклюже попытался скрыть свой смешок за кашлем.

– Надеюсь, ваш очередной мальчик – Хагрид – не забыл про овцу? – раздражённо буркнул Снейп-сенсей. – И я также надеюсь, что вы согласились с предложением Блэка не потому, что овцы у вас снова нет? В декабре, мне помнится, кто-то забыл о своих обязанностях, и мне пришлось бежать в Хогсмид и срочно покупать там козу. Козу! Я в этот раз сам хотел просить с собой Поттера, чтобы выяснить, как к такому нарушению обещаний относится василиск. Смею напомнить – огромная змея, размером почти в тридцать ярдов! С зубами длиной в фут.

– Что ты, что ты, Северус! – закудахтал Хигэканэ. – Хагрид просто запамятовал. Он как раз после обеда должен привести животное. И на этот раз это будет овца.

– Хагриду надо быть более внимательным и ответственным, – сказала МакГонагалл. – Профессор Блэк, очень благородно с вашей стороны предложить свою помощь Северусу. Мистер Поттер на самом деле может помочь. У Хогвартса заключено столько договоров по поставке яда василиска. Было бы очень неудобно… задерживать и разочаровывать магическое существо.

Все прониклись и закопошились.

А я даже не сдерживался и широко улыбался. Надеюсь, совместное приключение ещё больше сблизит этих двоих.

Глава 6. Встреча с Годриком

17 января, 1993 г.

Шотландия, Хогвартс

С того момента как мы побывали в бывшем женском туалете вместе со Снейпом-сенсеем впервые и обнаружили вход в Тайную Комнату, здесь стало намного чище и торжественней. Для репортёров, Министерства и редких зрителей сделали магический ремонт. Убрали разбитые кабинки, сколотые умывальники, треснутый кафель и мутные зеркала – всё, что было присуще старому туалету. Теперь каждая стена была задрапирована тканью в основном цвете одного из четырёх факультетов: пурпурной, жёлтой, зелёной и голубой.

Но внимание привлекало вовсе не это.

Те умывальники со змейкой на кранике тоже убрали, и теперь шахту закрывала большая статуя змеи, похожая на василиска в миниатюре, только чешуя у неё была золотой, серебряной, бронзовой и с чёрным рисунком – тоже по вторым цветам факультетов. Эта змея как бы нависала и окружала большой щит с гербом Хогвартса – по размерам, как будто копией того, который над Главным входом висит. Мини-василиск был как живой и сверкал зелёными каменными глазами. Наверное, изумрудами.

Мы: Флитвик, МакГонагалл, Спраут, Снейп-сенсей, Сириус и я – вошли в бывший туалет, и двери за нами закрылись – одна из ступеней защиты. Мне, кстати, досталась «почётная обязанность» вести обед Годрика на верёвочке. Хагрид вручил нам брыкающееся животное перед самой дверью, и сенсею пришлось приложить барана заклинанием, чтобы был поспокойней. Зато крупный такой, даже с остриженной шерстью, и жирненький. Видимо, извинение за прошлую костлявую козу.

Все четыре декана одновременно коснулись палочками соответствующих животных своего факультета на гигантском гербе, который как бы заменял двери, и статуя василиска пришла в движение. Щит с гербом отодвинулся, открывая вход в шахту, ведущую в Тайную Комнату.

Так-то симпатично сделали. После того как мы сюда с Колином Криви фотографироваться ходили, кто-то из преподавателей, которым фотографии первым отдали, заметил, что не очень красиво выглядят просто отодвинутые умывальники. Как Снейп-сенсей мне потом рассказывал, придумывали все вместе, как этот вход обустроить: и чтобы красиво, торжественно, никто туда не свалился и никто проникнуть просто так не мог. Так что стала двойная защита – и на дверях в туалет, и перед шахтой.

– Красиво! – сказал я, разглядывая статую. – И похож очень.

– Те фотографии, которые сделал мистер Криви, весьма пригодились, – довольно пробормотал Флитвик.

– А больше вы ничего не замечаете, мистер Поттер? На левой стене, в алых цветах Гриффиндора? – спросила МакГонагалл.

– А? – я завертел головой и заметил, что на стене висела золотая табличка, которую я сначала принял за элемент декора. Там было написано:

«В ноябре 1992 г. студент факультета Гриффиндор – Гарри Джеймс Поттер, учащийся второго курса, открыл секрет Тайной Комнаты. Смелый гриффиндорец отправился туда и обнаружил древнего василиска, спрятанного в ней. Гарри Поттер договорился с магическим животным о том, что ежемесячно тот будет поставлять школе ингредиенты в обмен на овец. Благодарные потомки не забудут подвиг своего Героя».

– Ты весь в отца, Гарри, – хлопнул меня по плечу Сириус. – У Джейми тоже есть в Зале Славы колдографии и значок. А у тебя – целая табличка!

– Но… – я обернулся на деканов. – Почему тут ничего не написано о том, что я тут был не один? Со мной был профессор Снейп и профессор Локхарт, хотя он и повёл себя не очень красиво, но… Без профессора Снейпа ничего бы не было! А тут так написано, словно я единолично вломился к василиску и… Это как-то неправильно.

– Какой скромный парень! – хохотнул Сириус и взлохматил мне волосы. Впрочем, Флитвик и Спраут отвели взгляды, покосившись на невозмутимого Снейпа-сенсея.

– Но текст был согласован с директором Дамблдором! – воскликнула МакГонагалл, словно это что-то объясняло. – И это подвиг факультета Гриффиндор.

– Тогда почему на зелёной стене нет таблички для профессора Снейпа? – спросил я. – Он защитил нас от профессора Локхарта, который всё хотел себе присвоить. Потом подсказал, чья там статуя в Тайной Комнате. Попросил спросить про ингредиенты. И каждый месяц смело отправляется к огромной змее, чтобы выполнять договорённость. Где его табличка?

– Мистер Поттер, – ехидно прервал меня сенсей, – ваши благородные порывы похвальны, но у нас есть дело. Не стоит задерживать всех. Напомню, что остальные деканы из-за магии защиты вынуждены ожидать нас в этой комнате, пока мы не вернёмся, чтобы открыть двери наружу.

– Извините, – покаялся я.

Сириус подошёл к шахте.

– Ого! – заглянул в зияющий провал он. Его «ого» отразилось глухим эхом. – Мы сюда должны спуститься?

– Именно так, мистер Блэк. Не передумали? – хмыкнул Снейп-сенсей.

– Вот ещё! – вскинулся Сириус, но на него уже не обращали внимание.

– Мистер Поттер, первым спустится ваш баран.

– Ты что, это мне?! – снова вмешался Сириус.

– Сириус, это о нашем корме для василиска, – чуть не брякнул себя по лицу я. – Это – баран. Видишь, какие у него… бубенчики.

Все тут же оглядели бараньи яйца, а сенсей заискрил глазами на мои метафоры.

– Используете чары левитации, коллега? – поинтересовался Флитвик.

– Да, это не позволит животному пораниться или неудачно приземлиться. К тому же ваши чары торможения весьма хороши, Филиус.

Мы затолкали барана в шахту. Животное, не издав ни звука, флегматично проскользнуло в трубу.

– Я следующий. Затем Поттер и после – Блэк, – скомандовал Снейп-сенсей, прислушиваясь. – Блэк, ныряешь, как в каминную трубу, руками не размахивай. Через пять поворотов будут чары, которые тебя затормозят и, если не будешь дёргаться, то вполне нормально приземлишься.

– Да ты не волнуйся, Сириус, это здорово, как в аквапарке, через минуту можешь следовать за мной, – поддакнул я, когда сенсей уже прыгнул в шахту. Отсчитав сорок секунд, я отправился следом за Снейпом-сенсеем и с лёгким «чпоком» вынырнул в пещере под озером.

Меня сразу отодвинули от трубы, и через минуту оттуда с улюлюканием выскочил Сириус.

– Вот это круто! – восхитился он, сразу ловко вставая на ноги.

– Идёмте, – бросил сенсей, освещая путь палочкой, – Поттер, на вас баран.

– Хорошо, сэр, – я заметил, что Блэк снова набрал воздуха, чтобы что-то сказать, и шикнул на него. – Сириус, не сейчас!

* * *

До дверей в Тайную Комнату мы дошли достаточно быстро, и я с удовольствием заметил, что они закрыты. Мой маленький план сработал. Когда мы были здесь двенадцатого декабря вместе с Колином Криви, я попросил Годрика после того, как мы уйдём, через некоторое время закрыть эти двери за нами и открывать либо после определённого стука в нужный день, либо чтобы их открыл змееуст. Тем самым я хотел дополнительно обезопасить Годрика. К тому же сейчас, когда с нами есть свидетель, можно показать, что двери закрываются сами собой и периодически нужно, чтобы я сюда спускался.

– Похоже, мистер Поттер, вы снова можете пригодиться, – осветил знакомых змей на ровной поверхности Снейп-сенсей.

– Неужели двери закрылись, сэр?! – спросил я.

– Возможно, что через какое-то время срабатывают чары, запечатывающие вход, – с самым серьёзным видом кивнул он.

– Что происходит? – вмешался Сириус.

– Эти двери, они были закрыты, – пояснил я. – То есть я их открыл, на змеином языке. И оставил открытыми. А они, как видишь, закрылись.

– Так открой снова, – непонимающе хлопнул глазами Сириус.

– Дельная мысль, – ехидно хмыкнул сенсей. – Только боюсь, что мистеру Поттеру придётся каждый раз спускаться со мной сюда. Вдруг они снова закроются?

– Может, их сломать? Чтобы не закрывались? – предложил крёстный.

– Разве вы не чувствуете, мистер Блэк? – приподнял бровь сенсей. – Мы находимся в сосредоточии магии Хогвартса. Эти стены настолько крепкие, что их и «Бомбарда максима» не возьмёт, да и зачарованы знатно. И я думаю, что Салазар Слизерин, который делал эту комнату, позаботился о том, чтобы сюда не могли попасть простые студенты. Мистер Поттер?

– Да-да, я сейчас всё открою, – кивнул я, сосредотачиваясь на образе змеек и проговаривая пароль.

Стена дрогнула и раскрылась.

– Ого! – восхищённо протянул Сириус, когда мы вошли в зал Тайной Комнаты.

– Мистер Поттер, в целях экономии времени я хотел бы заняться ингредиентами. Вы справитесь с мистером Блэком с возложенной миссией?

– Конечно, сэр!

– Я привязываю животных к тому столбу у статуи…

– Вижу, сэр! – бодро ответил я, искоса поглядывая на Сириуса, у которого было лицо ребёнка, лишившегося любимой игрушки.

– Эй, подождите-ка, – крёстный упёр руки в бока, – а разве мы не будем звать василиска, чтобы он съел наше подношение или что-то вроде такого?

– Не уверен, что вы выдержите это зрелище, мистер Блэк, – скрывая лицо в тенях, сказал Снейп-сенсей.

– Эй, мне послышалось, или ты назвал меня трусом, Снейп? – тут же вскинулся Сириус.

– Тогда отдай свою палочку, – протянул руку сенсей. – Ещё навредишь бедному животному от лишней смелости.

– Сириус, профессор Снейп прав, – тихо сказал я. – Если ты хочешь, чтобы я позвал Годрика, то отдай палочку и не делай резких движений.

Поколебавшись несколько секунд, Сириус отдал свою палочку сенсею.

– Годрик, выходи, – позвал я на парселтанге. – Мы тебе барана привели! – и сказал пароль, чтобы статуя открылась: – Салазар Слизерин!

Василиск, естественно, всё слышал – я даже чувствовал его присутствие, так что Годрик поспешил толстой колбасой соскользнуть и шмякнуться об пол. Торопился.

– Гарри! Я думал, ты уже не позовёшь! – сообщил мне василиск, бросаясь ко мне и пролетая мимо вжавшегося в колонну бледного Сириуса.

– Просто хотел подготовить к твоему фееричному появлению своего друга, – ответил я, поглаживая юркий язык – самое чувствительное место у василиска, как выяснилось.

Он облизал нашего барана и быстро заглотил: только бубенцы сверкнули в пасти.

– Это твой друг? – Годрик повернулся к Сириусу, который румяней не стал.

– Сириус, с тобой хотят поздороваться, – я подошёл и потормошил крёстного. – С тобой всё нормально?

– Д-да… – сипло прохрипел Сириус.

– Профессор Снейп! – Годрик заметил и сенсея и пополз к нему, чуть не заглядывая в чан-собиралку. – Столько хватит?

Сириус смотрел, как сенсей рассеянно погладил предложенный язык, не прекращая сцеживать яд в баночки.

– Годрик спрашивает, хватит столько или нет? – перевёл я.

– Да-да, всё точно, – ответил сенсей, снова потрепав гигантский язык. – Годрик молодец. Яд совсем свежий. Я закончу через пару минут.

* * *

Всю обратную дорогу Сириус хранил глубокое молчание и казался подавленным. Зато деканы, которые ожидали нас наверху, встретили весьма возбуждёнными, словно всё время, пока нас не было, о чём-то спорили. Может, и правда, я им подкинул мыслей насчёт таблички.

Чего добивался Хигэканэ? Разозлить Снейпа-сенсея? Или чтобы я «возгордился»? Но, конечно, такое внезапное разделение в любом случае обидит кого-то.

– Можете быть свободны, мистер Поттер, – отпустила меня МакГонагалл, когда мы все вышли из комнаты.

Я посмотрел на крёстного, который был всё ещё бледен. Надеюсь, с этого дня он начнёт взрослеть.