Текст книги "Миссия: вернуть истинную (СИ)"
Автор книги: Мия Флор
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)
11
Джордж
Искра.
Ещё одна.
Я щурюсь в темноту.
Не показалось! Передо мной раскрывается брешь, я вижу знакомое и до чёртиков озадаченное лицо Тарена Грейморна.
Чудо…
Это просто чудо!
У меня нет к нему особых симпатий, но сейчас я готов его расцеловать. Как и готов расцеловать всех собравшихся в помещении по ту сторону бреши.
Лиам, Рудольф, Теренс, Селена, сын Валфайера… Да там целое сборище! Молодая девушка, блондинка. Впервые её вижу. Не знаю, кто, но именно она держит в руках кулон с моей чешуёй… Меня всё-таки нашли.
Элайджа не обманул. Он успел передать мой кулон.
Что-то мычу.
– Это сделала Грисельда… – зло произносит Лиам.
– Где моя мама? – спрашивает Рудольф.
– Не видишь, он не может говорить? – толкает его Теренс. – Па, сейчас, – он роется в кармане и обращается к взволнованной блондинке, открывшей брешь. – Вера, ты можешь нас приблизить? Чтобы я мог нанести на кокон мазь? Его надо освободить. Хотя бы рот.
Девушка напрягается, но брешь не сдвигается с места. Она отрицательно мотает головой.
Теренс дёргается, но Тарен Грейморн, старший хранитель границ нашего мира, удерживает его за ворот.
– Стоять! Вы мне все обещали, что не станете лезть в другой мир! Это опасно! – рявкает Тарен.
– Пусти! – вырывается Теренс. – Мне они и не нужны, чтобы его освободить.
Сын юркает в брешь и оказывается рядом со мной. За ним выходят Лиам и Рудольф.
– Куда пошли?! А ну вернулись! Я не уверен, что смогу вас всех вытащить! – грозно ревёт Тарен. От злости на его голове отрастают рога, но сыновья его не слушают.
Все в отца, даже если матери разные…
Теренс намазывает какую-то мазь на кокон, и я чувствую, как путы слабеют. Отлично. Ещё немного – и я смогу говорить.
– У вас тоже нет здесь сил? – спрашивает Лиам братьев. Те кивают.
С моего рта спадает паутина арахниды.
– Нужен кулон, – выдаю я. – Грисельда использует его. Словно заключает туда свои силы.
– Мама здесь? – одновременно спрашивают меня Рудольф и Теренс.
Выдыхаю. Потихоньку удаётся выбраться из кокона.
– Да. Ваши матери здесь. Только вот Гвен провозгласили вахриссой и отдают её чёрному дракону, – сообщаю я Рудольфу и обращаюсь к Теренсу. – А твоя… твоя здесь богиня, и у нее есть силы, так что с ней стоит быть ещё осторожнее.
Сын виновато опускает голову, как будто это он виноват в проделках своей матери.
– Вы здесь, так что… у нас есть все шансы. Спасибо, Тарен, – я протягиваю руку в брешь и здороваюсь с сэром Грейморном.
Знаю, он не рискнёт пролезть в брешь. Слишком подвержен правилам.
– Вы так уничтожите оба мира! – рычит он, но всё же пожимает руку в ответ. – Не меня благодари, а Веру. Это она… тебя нашла.
Я кланяюсь блондинке, та смущённо краснеет.
– Мы постараемся ничего не уничтожать, – обещает Рудольф Тарену. – Мы просто вызволим мать и вернёмся.
– Нет, вы вернетесь сейчас же обратно! – говорю я сыновьям. – У вас нет сил! А у Грисельды, чёрного дракона и зубастых гномов – есть!
Сыновья переглядываются и не сдвигаются с места.
– Пап, мы что-нибудь придумаем, – произносит Лиам.
– Я попробую поговорить с мамой, – обещает Теренс.
– Я никуда не уйду без моей матери, – настаивает Рудольф.
Я смотрю на них и внутри поднимается гордость… Я не заслужил их. Этих сыновей. И Гвен не заслужил.
– Хорошо. – выдавливаю, и слышу недовольное фырканье Грейморна.
Сын Элайджи тоже собирается вот-вот шагнуть в брешь, чтобы присоединиться к моим сыновьям, но я практически выталкиваю его обратно и успокаиваю:
– Мы вернём и твоего отца. Обещаю. Тарен прав, нас уже слишком много. Это опасно для границ миров, – говорю парню.
– И вам тоже лучше поторапливаться. Держитесь вместе. Вера может нащупывать только тебя, Джо. Она сейчас закроет брешь, но откроет её через шесть часов. Постарайтесь всех собрать. И, Джо, если ты умрёшь – вы все навсегда останетесь там, – грозит сэр Грейморн.
– Не навсегда! – перечит ему Селена, моя невестка. – У меня ещё есть кулон Лиама с его чешуёй, так что…
Ну спасибо. Она прямо настоящая химера – теперь я могу спокойно умереть, зная, что моего сына она всё равно найдёт.
Селена подмигивает Лиаму и подбадривает остальных.
– Встретимся через шесть часов, – холодно приказывает Тарен.
Я киваю и слабо улыбаюсь. Кажется, что даже в подземелье стало светлее и теплее. Так ощущается надежда.
Осталось только найти способ вызволить Гвен и найти Элайджу.
12
Гвендалина
Я ощущаю себя в полной западне. Мужчина в чёрном больше не позволяет мне посмотреть на Джо. Он грубо взваливает меня на плечо и выносит с балкона, продолжая вдыхать эту странную золотистую пыль.
Я дрожу.
Гномихи с радостным видом отпускают верёвки, и я, свисая головой вниз, наблюдаю за тем, как они волочатся по каменному полу.
Всё плохо.
Даже золотая пыль не в силах подсветить помрачневший мир.
Джо… Что с тобой будет…
Я же должна хоть что-то придумать?! Грисельда победила, хоть я и не знаю, чего именно ей было нужно!
Зачем…
– Пусти меня! – фыркаю я. – Я могу идти сама!
Вместо того чтобы ответить, человек в чёрном ещё глубже вдыхает мою пыль…
Такое чувство, будто он вытягивает мою душу!
Вскоре он останавливается рядом с высокой знакомой дверью. Толкает её ногой, и она с грохотом раскрывается.
Спальня.
– Что тебе надо?! – я продолжаю задавать вопросы, хоть мне и сложно дышать.
Мужчина скидывает меня на кровать и склоняется надо мной, жадно втягивая воздух.
– Ты… ммм… – он на мгновение блаженно закрывает глаза. – Мне нужна ты, вахрисса. Твоя пыль… Она делает меня сильнее. Даёт мне власть. Я надеюсь, ты успела попрощаться с солнцем в своём мире, потому что больше ты его не увидишь.
Это звучит как приговор. Он знает, что я из другого мира.
Я пытаюсь отодвинуться, но он прижимает меня рукой к постели. Наконец-то ловлю взгляд этого человека. Он тёмный и тягучий, как чёрная смола.
– Ты заодно с Грисельдой? – спрашиваю, пытаясь оттянуть время, не зная даже зачем.
Я просто пятой точкой чувствую, что с ним меня ждёт только что-то зловещее. Он злой, недобрый человек… Он…
Смотрю на его кулон, который он надел на Вальмона во время боя. Тогда он как-то поделился с ним силой.
Сердце пускается в забег. Я вновь ловлю взгляд мужчины, чтобы он не догадался о моём плане стащить его кулон, а потом – найти Джо или Элайджу. Отдать им. У них больше сил, чем у меня.
Я же просто и бессмысленно пускаю грёбаную золотистую пыль, от которой так тащатся местные.
– Скажем так, Грисельда отдала мне свой долг. Я дал ей артефакт путешествий по мирам, показал мир её сородичей, а она нашла мне вахриссу… – отвечает мужчина. – Можешь звать меня Риарх. – Он обдаёт жаром мою щёку и ухо и берёт в руки свой кулон. – Нравится? Увы, на тебе он всё равно не сработает.
Он прячет кулон за рубашкой. Значит, заподозрил что-то. На мне он может и не сработает, но на Джо – сработает. Я видела это.
– Надеяться на что? – я невинно моргаю.
Я боюсь дышать или сделать что-то не так, чтобы не вызвать ещё больше подозрений. Риарх ухмыляется, молчит. Повисает напряжение. Как сорвать с него этот камень так, чтобы он не заметил?
– Я простой маг в моём мире, – удивляюсь я, рассчитывая на информацию. – Как я могла стать вахриссой?
Пока мне везёт – Риарх разговорился. Подумаешь, нависает и дышит мной. Пусть.
Главное – усыпить его бдительность. Войти в доверие. Я смогу. Верю, что у меня получится.
– О, это сложно. Грисельде пришлось долго искать замену старой вахриссе. Она годами приносила мне образцы крови. Очевидно, твоя подошла.
В память врезается то, как Грисельда смогла заманить меня в катакомбы. Помню, как что-то меня ужалило, как я заснула… Она могла сделать это тогда. Запросто.
– И мне повезло, что вахрисса в этот раз попалась такой… красивой. – Риарх проводит костяшкой пальца по моей щеке. В его глазах загорается опасное желание. Неужели ему недостаточно меня нюхать?
– Близость скрепит нашу связь, так ты начнёшь отдавать пыль только мне, а наши дети усилят мою власть над этим миром, – продолжает объяснять Риарх, заставляя кожу покрыться мурашками и начать выпускать ещё больше золотистой пыли. – О да… Видишь, как ты подпитываешь меня?
Проклятье…
Теперь мне нужно хоть как-то отключить собственные эмоции.
– Ты говорил о прошлой вахриссе… Ты и есть тот, кто украл её и убил вахрина?
Риарх зло смеётся.
– Догадливая какая. Да. Я и есть Чёрный дракон. И солнца этот мир больше никогда не увидит. Теперь они будут подчиняться мне, потому что я доказал им, что достоин их вахриссы.
– Но как ты можешь так врать? – срывается с губ. Не могу сдержать негодования. – Они ведь ждут солнце!
– Они тупы. Даже не заметят. У них нет понимания времени. Достаточно сказать, что солнце взойдёт завтра, и они будут ждать вечно. Им нужны вахрисса и вахрин. Остальное – декорации.
Я недовольно выдыхаю. Становится жаль гномов. Риарх ещё пожалеет, что связался со мной, потому что я найду способ вернуть им солнце!
Чёрный дракон наматывает на палец мой локон и подносит к своим губам, а потом целует в оголённое плечо. Меня пробирает озноб, и пыль заполняет комнату.
Я вздрагиваю. Он явно настроен на что-то посерьёзнее, чем поцелуи. Как же заставить его слезть с меня? Хотя бы на чуть-чуть… Подышать и прийти в себя.
Кашляю.
Ещё и ещё. Как будто проклятая пыль попала мне в горло.
Риарх отстраняется.
– Воды… – наигранно умоляю я.
Чёрный дракон встаёт с места. Похоже, я отлично вошла в роль.
Он скрывается за дверью, захлопывая и поворачивая ключ с другой стороны, и я с досадой прикусываю себе губу. Не теряю времени – рыскаю по комнате в поисках хоть чего-либо, способного меня защитить…
Слышу, как ключ проворачивается вновь.
Как же быстро он вернулся!
Впопыхах беру огромную вазу, с трудом поднимаю её вверх. Смогу ли я огреть Риарха и лишить его сознания хотя бы на немного, чтобы своровать кулон, – не знаю. Но хотя бы попытаюсь. Уверена, убивать он меня не будет. Я слишком для него ценна.
Как только фигура входит в дверь, я обрушиваю на неё всю свою ярость.
Однако вскоре вскрикиваю, поняв, что в комнату вошёл вовсе не Риарх…
А Элайджа!
Он как-то смог пробраться к моим покоям.
– Валфайер! – изумляюсь я. – Ты что здесь делаешь? – спрашиваю, даже если сама догадываюсь...
13
Гвендалина
Его я не ожидала увидеть.
– Гвен… – тянет болезненно Элайджа, поворачиваясь ко мне. – Я пришёл за тобой, – отвечает он, держась рукой за затылок и щурясь от боли, но не похоже, чтобы мой удар причинил ему серьёзный вред.
Вазы было мало, чтобы вырубить Элайджу. Значит, у меня не было шанса нейтрализовать Риарха. Я бы только его разозлила.
– Идём, – Элайджа встряхивает головой, берёт меня за руку и тянет в коридор.
– Где Джо? – упираюсь я, и Валфайер замирает.
– Гвен. Он в подземелье. Я не могу его пока вытащить… Но это он послал меня к тебе. Мне удалось воспользоваться всеобщей радостью – так я пробрался сюда. Но нам лучше поспешить, пока гномы не учуяли что-то неладное.
Моё сердце сжимается. Я думаю о Джо, помню его грустный прощальный взгляд.
Риарх и Грисельда убьют его, если я сбегу. Нет… Нужно что-то придумать и вызволить Вальмона.
Оставить его одного с этими психопатами я не могу…
В голове роятся варианты решения.
Даже если мы с Элайджей сейчас сбежим, сколько Риарху понадобится времени, чтобы найти нас вновь?
Мы беззащитны перед ним, но если удастся стащить кулон, передать его Джо, который уже использовал его силу на арене… тогда у нас появится шанс обезопасить себя и жителей этого мира.
– Я… я останусь здесь, – я делаю шаг назад, замечая, как расширяются от удивления глаза Элайджи. – Сначала попробуй освободить Джо.
Вижу, как Повелитель стихии огня замирает.
– Ты чего? – растерянно говорит он. – Он предал тебя, Гвен. Как ты можешь так рисковать из-за него? Риарх… он коварный. Тебе нужно срочно уходить.
Элайджа вновь находит моё запястье и тянет прочь.
Я мотаю головой.
Возможно, это глупо и рискованно, но я хочу попробовать.
– Мы должны вытащить его. Я поступила бы так же, если бы на его месте был ты, – говорю я, и это правда.
А ещё мне жаль зубастых гномов. Они не заслуживают такого обращения…
– Всё дело в кулоне. Мне нужно его выкрасть у Риарха и передать Джо, – я почти уверена в этом.
– Гвен… – тянет Элайджа, явно недовольный моим планом.
Я и сама не в восторге. Было бы больше времени всё обдумать…
Кажется, я слышу шаги и разговоры в коридоре.
– Без него я никуда не пойду. Вытащи Джо. Я заберу кулон, – отрезаю и выталкиваю ошеломлённого Повелителя стихии огня за дверь.
Дышу. Решено.
Я заставлю поверить Черного дракона в то, что не собираюсь сбегать.
Быстро собираю разбитые осколки вазы, находя для себя один поострее – такой, который удобнее держать в руке. Вдруг пригодится? Я прячу его во внутреннем кармане платья.
Когда Риарх возвращается, я спокойно лежу на кровати и смотрю в потолок.
Он несколько секунд смотрит на меня с подозрением, передаёт стакан с водой и осматривает комнату. Чёрный дракон заглядывает даже под кровать, будто кого-то ищет.
– Ты что-то потерял? – я склоняюсь над ним, невинно хлопая глазами, будто желаю ему помочь.
Встречаюсь с его тёмным взглядом. Тени медленно расползаются по комнате, подавляя мою золотистую пыль.
– Нет… не потерял. Здесь кто-то был.
Я нервно сглатываю, стараюсь сдержать своё волнение, чтобы пыль не заполонила комнату и не выдала мои эмоции.
– Кто-то, кто открыл эту дверь. Я закрывал её на ключ, когда уходил, – произносит он грозно, и у меня почему-то вырывается нервный смешок.
Точно.
Элайджа открыл, но не закрыл меня обратно…
– Это… заходили гномихи, – сочиняю я на ходу. – У меня упала ваза и разбилась, а они услышали мои вопли и помогли мне её убрать.
– Какая ваза? – недоверчиво рявкает Риарх.
Я пальцем указываю в угол, в который спрятала осколки.
Чёрный дракон встаёт, поворачивается, изучает остатки вазы и… расслабляется.
Я тоже позволяю себе выдохнуть.
– Ты… боишься, что я сбегу? – спрашиваю его, когда он подходит ближе и встаёт над душой.
Риарх опускает на меня глаза, гладит по голове, словно куклу.
– Есть такое, – признаётся он. – Но ты же не собираешься меня разочаровывать, моя вахрисса?
Я пожимаю плечами, томно прикусываю губу и тяжело вздыхаю.
– Нет. Не собираюсь. Я хочу посмотреть на то, как накажут Джорджа, – кладу ладонь на грудь Риарха, расстёгивая рубашку и пытаясь нащупать кулон. – Он предал меня… – я специально очень грустно вздыхаю.
– Что он сделал? Я проучу его, – Риарх поднимает мой подбородок и заглядывает в глаза.
Он требует продолжения.
– Это старая и долгая история. Очень неприятная, – не очень хочется продолжения.
– Я внимательно тебя слушаю, – сужает на мне взгляд Чёрный дракон, заметив повалившую с моей кожи золотую пыль.
Вот же проклятье…
Как бы я ни убеждала себя в том, что всё в прошлом, на сердце всё ещё не затянулась рана, оставленная Джо.
Теперь Риарх заставляет меня об этом говорить… Ведь так я выпускаю больше пыли.
Я набираю в грудь воздух, пытаясь успокоиться.
Одно хорошо – Риарх больше не лезет мне под юбку.
– Мне нравится твоя покорность, – отмечает он. – Расскажи.
Я принимаюсь ему рассказывать. О том, как была верна Джо, как забеременела, как совершила ошибку, поверив подруге, как Вальмон бросил меня ради фальшивой беременной истинной.
Я специально держу размеренный тон, заметив, что он убаюкивает Риарха. Пользуюсь этим. Он ложится рядом со мной и вскоре засыпает.
Надеюсь, что он будет очень крепко спать, надышавшись моей пылью. Похоже, что сегодня вместе с этой пылью я выпустила и свою обиду на Джо…
Прикасаюсь ладонью к груди Риарха…
Чёрт. Он вовсе не спит.
Фальшивый вахрин резко хватает мою ладонь, переворачивает меня на спину и нависает сверху.
– Ты очень хорошая актриса, Гвен, – шепчет он мне угрожающе.
Кулон вываливается из его полурасстёгнутой рубашки прямо перед моим лицом.
– Знаешь, что я заметил? – спрашивает он, коварно улыбаясь. – Что ты выпускаешь больше пыли, когда я прикасаюсь к тебе.
Он кладёт свою широкую ладонь мне на горло.
Я пытаюсь вдохнуть больше воздуха и смотрю на кулон. Я могу дотянуться, но не решаюсь. Риарх не доверяет мне, подозревает…
Движение рядом с дверью привлекает моё внимание. Бросаю мимолетный взгляд в сторону двери.
Я вижу Джо. Он здесь… бесшумно подкрадывается, коротко мне кивает.
В мгновение я вспыхиваю золотой пылью, на радость ничего не подозревающему Риарху.
В мозгу что-то щёлкает – я тянусь к кулону прежде, чем сама понимаю, что делаю.
Крепко захватываю его в ладонь, пока Джо оттаскивает Риарха в сторону.
Между ними завязывается ожесточённая борьба.
Я вскакиваю с постели и вижу Рудольфа, Лиама и Теренса, готовых помочь скрутить Чёрного дракона.
Однако Джо справляется самостоятельно. Он делает это чёткими, верными движениями, как будто мечтал об этом целую вечность.
Посмотрев на камень, зажатый в своих пальцах, я понимаю, почему Риарх не способен противостоять Джо – вместе с камнем у него пропала сила.
Затаив дыхание, наблюдаю за Вальмоном. Я искренне рада его появлению, настолько, что готова забыть обо всех своих обидах.
Закончив с Риархом, Джо вставляет ему кляп и поднимает на меня свой дикий взгляд.
Секунда – и Вальмон оказывается рядом. От него исходит жар, который передаётся и мне…
Джо ничего не говорит, не спрашивает.
Он просто и нагло овладевает моим ртом, по-собственнически загребая своими руками в объятия. Он делает это так, словно не собирается больше отпускать… никогда.
У меня подкашиваются ноги, а тело наполняется сладкой негой, как будто я вновь стала молодой и наивной девчонкой.
– Моя вахрисса, – выдавливает он, и комната озаряется ослепительным светом…
14
Джордж
Внезапно воздух рядом с Гвен становится сладким, дурманящим.
Её губы…
Только боги знают, как я по ним скучал.
Я готов принять на себя грозный взгляд или даже получить пощёчину за свою наглость – оно того стоило.
Однако в помещении становится слишком ярко. Настолько, что я не вижу Гвен, только крепко сжимаю в руках, слышу её неровное дыхание.
– Что за… – слышу возмущённые голоса сыновей.
Свет постепенно перетекает наружу, в окно. Комната приобретает очертания.
– Я нашёл тебя. Прости, милая, после этого поцелуя я не собираюсь от тебя отставать.
Гвен моргает, её взгляд затуманен. Губы раскрываются так, словно вновь просят поцелуя.
От неё всё ещё исходит золотистая пыль – её много, и она выползает вдогонку за остальным светом.
– Солнце! Солнце! Солнце! – доносятся до нас крики с улицы.
Гвен поднимается на цыпочки и целует меня сама.
Не отпущу больше никогда!
После этого, точно не отпущу!
– Мой вахрин, – говорит она, и я чувствую своим телом ее трепет.
Мы сплетаем наши ладони и подходим к окну.
На небо возвращается яркое солнце.
– Гвен… Посмотри, что ты сделала, – говорю я ей, указывая на подобревших гномов и орков, дружно вывалившихся на улицу, чтобы поприветствовать вернувшееся солнце. Их клыки укорачиваются, и они становятся милыми, добрыми.
– Это невероятно, – завороженно шепчет Гвен.
– Ого, – восхищается Рудольф, тоже подошедший к окну. – Мам, даже не верится, что это сделала ты.
– Должно быть, всё дело в истинности… – задумчиво произносит Лиам, присоединившийся к нам.
И вероятно, он прав. Даже если об этом мире пока мало что понятно.
– Что с ним-то будем делать? – привлекает наше внимание Теренс, на всякий случай плотнее связывая мычащего Риарха.
– Мы передадим его сэру Грейморну, пусть изучит этот экземпляр. Подозреваю, что он не из этого мира, – отвечаю я. – Пусть подумает над своими поступками.
Дверь в комнату распахивается, заставляя каждого повернуться на звук.
В дверях оказывается Элайджа.
И он не один.
Повелитель стихии огня победно несёт на плече связанную Грисельду с кляпом во рту. Она тоже мычит, скорее всего проклятия в наш адрес.
– Я знал, что вы справитесь без меня, поэтому отправился попытать счастья с арахнидой, – Элайджа бросает мне в руки кулон Грисельды. – Вот. В этих камнях заключена их сила. Гвен оказалась права. Без кулона здесь они становятся простыми людьми, как и мы.
– Элайджа… Как тебе это удалось? – срывается с губ.
Я чувствую некое облегчение в теле от этой новости. Иметь Грисельду на хвосте нервировало…
– О… Я тебе не говорил, что Грисельда как-то предлагала мне встречаться просто чтобы позлить тебя, когда ты перестал обращать на неё внимание? Ах ну да, тебе было не до этого. Впрочем, она поймала меня, а я решил в отместку её поцеловать. Не ожидал, что поцелуй станет таким страстным, но в итоге мне удалось сорвать с неё кулон. А дальше… дальше у неё не было шансов, – победно сообщает Элайджа, под яростное мычание брыкающейся Грисельды.
Теренс сникает. Ещё бы – видеть свою мать злодейкой и пойманной не особо приятно.
Как же они различаются…
Подхожу к сыну.
– Не переживай, никто не причинит ей вреда, но она должна ответить за то, что сделала, – хлопаю его по плечу.
– Всё в порядке, – отвечает он, отмахиваясь и стараясь не смотреть в сторону матери.
Он рос один, в детском доме, и несмотря на все происки Грисельды, в его выражении я вижу сострадание и печаль.
В комнате начинает искрить. Вскоре пространство разрезает брешь и я вижу знакомые лица.
– Вы рановато, – говорю я Тарену Грейморну, выглядывающему из бреши.
Крепко прижимаю Гвен к себе. Понимаю, это странный момент, но хочется, чтобы он длился вечность… Мне страшно, что если мы вернемся обратно, Гвен вновь станет холодной…
– Мы не рано. Возможно у вас время течёт по-другому, – отвечает старший хранитель границ нашего мира. – Вижу, вы справились. Давайте их сюда. Только сначала обвяжите этим. – Тарен кидает нам верёвку, очевидно обладающую особым свойством, блокирующим силу. Всё, чтобы наши пленники не выскользнули вновь.
Когда все переправляются за пределы бреши, остаёмся только мы с Гвен.
Она не спешит. И я почему-то тоже.
– Вперёд, чего стоите? – сурово спрашивает Тарен.
Мы переглядываемся с Гвен.
– У них здесь только что появилось солнце… – произносит моя вахрисса. – Я хочу проследить за тем, чтобы всё было хорошо. И я не могу оставить их одних…
Я улыбаюсь в светящиеся глаза истинной.
Моя Гвен…
Она всегда чувствовала эту ответственность за других и необходимость помочь. Не зря она стала ректором академии.
Я поворачиваюсь в бреши.
– Вахрисса назвала меня своим вахрином, так что я тоже побуду с Гвен, – пожимаю я плечами.
– Вы не можете… – зло рычит Тарен Грейморн. – Вы понимаете, какой дисбаланс можете создать?
– Можете, не значит «создадите». – уточняю я.
– Наоборот, – протестует Гвен. – Видишь? – она загребает витающую в воздухе золотистую пыль руками. – Мы не иные в этом мире, Тарен. Этот мир ждал нас.
Элайджа закидывает Грисельду в брешь.
– Мам! – взволнованно кричит Рудольф Гвен.
– Рудольф, ты пока побудешь за меня в Академии. Ты молод, но годами следил за моей работой и всё прекрасно знаешь. Я очень давно не брала себе отпуск. Но если что, вы знаете, где и как меня найти, – Гвен подмигивает Вере, той самой девчонке с даром открытия брешей… Блондинка ей улыбается и подмигивает в ответ.
Отлично.
Гвен будет только для меня. Я люблю своих сыновей и люблю свой мир, но сейчас моим миром стала она.
Когда бы ещё у меня появилась возможность быть только с ней?
– Лиам, до моего возвращения ты остаёшься за Повелителя стихии воды. Теренс и Рудольф – вы на подмоге, если понадобится.
Сыновья одновременно кивают.
Грейморн зло скалится – ему не нравится идея оставить нас в этом мире. На его голове отрастают рога, но в итоге он ждёт, пока все зайдут в брешь, и подаёт знак Вере, чтобы та закрывала дверь между мирами.
Мы остаёмся с Гвен одни.
Я вдыхаю вкусный воздух.
Вахрисса опускает голову на мою грудь.
Казалось бы теперь мы можем насладиться друг другом, но нет…
Топот в коридоре нас настораживает.
– Гномы, – шепчу я.
– Прячься! – приказывает мне Гвен.
– Не буду я прятаться! – возмущаюсь я.
– Но…
Я не знаю, что произойдёт, когда эти гномы зайдут внутрь. Просто притягиваю Гвен для ещё одного поцелуя. Сжимаю ее так крепко, будто боясь, что этот мир вновь может ее забрать.
Теперь, когда она позволила себя поцеловать один раз – я собираюсь делать это каждый раз, как только у меня появляется такая возможность.
Дверь распахивается. Следует молчаливая пауза. А затем гномы начинают радостно верещать:
– Вахрисса! Вахрин! Да будет солнце!
Они кричат ещё какую-то дичь.
Похоже, гномы даже не заметили подмены Риарха, либо для них самое главное – это сколько золотистой пыли выпускает вахрисса, целуясь с вахрином.
Много.
Гвен выбирается из моих рук и осматривает собравшихся ликующих гномов. На них больше нет клыков.
– Я нашла своего истинного вахрина. – с улыбкой объясняет она им. – Вы можете нас оставить наедине? – спрашивает она, и в моей груди что-то теплится.
Гвен хочет со мной уединиться!
Слышу вздох коллективного умиления гномов, и они по одному вываливаются за пределы комнаты.
Когда за ними закрывается дверь, Гвен облегчённо вздыхает, а я пользуюсь моментом, чтобы вновь прижать её к себе покрепче.
– Хочешь надеть кулон Чёрного дракона? Я видела, ты пользовался им, – она протягивает мне камень.
Возможно, эта вещица нам придётся кстати…
– Нет. Дай мне просто побыть твоим вахрином, – шепчу я Гвен, поднимая её на руки и относя на кровать.
Я слишком долго ждал этого момента. Слишком долго держал в памяти запах и вкус её кожи. Да, я был не прав… совершил глупую ошибку.
Нависаю над Гвен, касаюсь её щеки, веду рукой ниже, лаская. Она лежит передо мной, испуская золотистую пыль, и всё с ней кажется ярче, вкуснее.
– Моя Гвен. Моё солнце, – я жадно вдыхаю её пыль, наблюдая, как она трепещет, как блаженно прикрывает глаза, наслаждаясь моими прикосновениями.
Никто нам больше не помешает...
