Текст книги "Анонимные Ведьмы. Общество отказавшихся от магии."

Автор книги: Мисти Эванс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)

Глава 8. Фальшивые змеи

Учитывая, что в квартире был полный бедлам, мы с Адамом устроились на крыше дома. Я не стала разводить костер в жаровне, чтобы не привлекать внимания незваных сверхъестественных гостей. Вместо этого мы с Адамом лежали, смотрели на звезды и ели мороженое.

– В субботу вечером парни устраивают на станции вечеринку в честь Хэллоуина, – сказал он, покручивая ложку. – Костюмированную. Я подумал… вдруг ты… ну мало ли… Может, сходим вдвоем? – Он кинул на меня робкий взгляд. – Как пара.

Не донеся до рта ложку с мороженым, я застыла, вспомнив о предостережении Люцифера. Я не собиралась позволять Люку вклиниваться в наши зарождающиеся отношения с Адамом. Кроме того, это был прекрасный способ выкинуть из головы все мысли об Эмилии в объятиях моего бывшего и о собственной невезучести, когда дело касается противоположного пола. Я выросла в Эдеме, где почти все местные мужчины знали о моей личной жизни. Многие из них даже принимали в ней активное участие. Когда во всем городе не осталось приемлемых кандидатов, я докатилась до свиданий по интернету. Ужас. Не удивительно, что я с радостью кинулась в объятия Люцифера.

И вот в моей жизни появился Адам.

– Обожаю костюмированные вечеринки. Особенно на Хэллоуин. И в какую известную парочку мы переоденемся?

– Я тут подумал… – Он запнулся, и перевел взгляд на звездное небо. Потом снова посмотрел на меня. – Может, в Адама и Еву? Ну, я и так Адам, твою пра-пра-сколько-там-бабушку звали Евой, мы живем в Эдеме…

Я наблюдала, как он внезапно замялся и начал выискивать на моем лице ответ. Такой милый, так бы и расцеловала.

Мне никогда раньше не доводилось общаться с милыми, и сейчас Адам казался мне очаровательным.

И чертовски сексуальным.

– И что же мы наденем? – поддразнила я. – Фиговые листья?

Он хмыкнул:

– Мы никогда не носили фиговые листья. – Резко выпрямившись, он перестал улыбаться. – Я имею в виду… хм… не важно. Можем и фиговые листья нацепить. Или притвориться, что дело происходит после падения, и прикрыться звериными шкурами. Ненастоящими, конечно.

– Конечно, – согласилась я, представляя нас. Обнаженными. Я покраснела и посмотрела на луну, желая убедиться, что она не стала полной. Нет, все тот же полумесяц. Громко откашлявшись, я съела еще ложку мороженого. – А еще нам нужны змея – тоже ненастоящая – и яблоко.

Кинув ложку в ведерко, Адам притянул меня ближе. Недавние смущение и неуверенность исчезли, и он накрыл мои губы долгим нежным поцелуем. Не требовательным, а, скорее, приглашающим.

Наслаждаясь ощущениями, я откликнулась на эту ласку. Его губы были холодными от мороженого, и это только добавляло жара. Отзываясь на его призыв, я сплелась с ним языком, то идя в чувственную атаку, то отступая. Одной рукой Адам обхватил меня за шею, закончив игру в кошки-мышки.

В животе запорхали бабочки, а между ног все свело от страсти. Я вцепилась в плечи Адама и прижалась к нему всем телом. Тяжело дыша, он прервал поцелуй и напряженно посмотрел на мои губы.

– Эми, из тебя выйдет чертовски хорошая Ева.

Знал бы он. Я скользнула языком по его губам:

– А еще я смогу изменить ход истории.

Чуть отстранившись, он посмотрел мне в глаза:

– Что?

Я только отмахнулась:

– Не бери в голову. – Свернувшись калачиком и положив голову ему на грудь, я снова представила Адама, прикрытым только фиговым листом. – А ты дашь фору Адаму, Адам.

Мы захихикали, как два заговорщика.

Глава 9. Город в грехе

Адам поглаживал мою спину, и с каждым его движением по телу пробегали мурашки. Я лежала у него на груди и слушала, как его сердце отбивает ровный ритм. Сделав глубокий вдох, я почувствовала мускусно-мужской запах, который только подтвердил, что Адам хотел не только поцелуев, но как истинный джентльмен не торопил события. Все-таки это первое свидание.

Зато у меня не было причин сдерживать свою страсть к этому привлекательному пожарному. Позабыты мысли о мести Люциферу. Я хотела Адама и хотела его прямо здесь, на крыше. И чтобы под нами расстилались огни ночного Эдема.

Когда я потянулась, чтобы поцеловать Адама в шею, то услышала его вздох:

– Знаю, о чем ты думаешь.

Я застыла. Что, он тоже может читать мои мысли?

– Знаешь, о чем я думаю?

– Ага. Мы только недавно познакомились, а я уже не могу от тебя оторваться. Все происходит слишком быстро, да?

На самом деле, его рука двигалась невероятно медленно, но чрезвычайно приятно. Мне хотелось выгнуться ей навстречу.

– Да нет… вовсе нет, – промурлыкала я ему в шею.

– Я давно ни с кем не встречался. – Он снова перевел взгляд на небо, правда успел перед этим забрать у меня ложку и кинуть ее в ведерко, и теперь целовал мою ладонь. – Может быть, слишком давно. – Он стал выписывать языком круги на моей коже, и у меня перехватило дыхание. – Постоянно думаю о тебе. Хочу тебя касаться.

Черт. Я поцеловала его в шею и, перекатившись, полностью легла поверх Адама:

– Звучит неплохо.

В его глазах отражалась зарождающаяся луна, сверкало пламя страсти. Джентльмен или нет, он был мужчиной, а, судя по моему опыту, мужчина готов ухватиться за любое оправдание, если это поможет залезть женщине под юбку.

– Правда?

К счастью, мне не надо было лгать. Кивнув, я облизнула губы и чуть сильнее прижалась к нему бедрами. Чтобы немного подразнить. Интересно, сколько времени понадобится, чтобы Адам отбросил в сторону стеснительность и пошел на поводу у инстинктов.

Страсть в его глазах разгорелась сильнее, а руки скользнули к моим ягодицам.

– Ты мне нравишься, Эймс. Сильно. Но если все, что ты хочешь, это позлить своего бывшего… это не для меня.

Сердце сжалось, стоило услышать эти искренние слова и свое новое прозвище, и я поняла, как сильно устала от требовательных и властных мужчин. Мне нравились милые. Очаровательные. Мне нравился Адам. Очень.

Будь я порядочной женщиной, я бы слезла с него и отправила восвояси. Он заслуживал нормальную хорошую девушку. Уравновешенную и с моральными принципами.

Но, завязав с колдовством, я не стала мазохисткой. Эту радость я оставила Люциферу.

Поглаживая лицо Адама, я улыбнулась и снова сказала правду:

– Я не хочу никого злить и не ищу мимолетного романа. Мне нужны прочные отношения. С тобой.

Он испытующе посмотрел на меня:

– Уверена?

Впервые с тех пор, как я дала дурацкий обет стать хорошей, я действительно была в чем-то уверена. Адам казался надежным и крепким. В моем вкусе. Я положила руку ему на сердце:

– Да.

В ответ его глаза потемнели, в них промелькнуло что-то очень греховное.

Я не успела склонить голову для поцелуя, а он уже схватил меня за затылок и притянул к себе. Ничего скромного или неуверенного в поцелуе Адама и отдаленно не было, и я тихонько рассмеялась ему в губы.

Пока, очаровательный герой. Привет, плохиш.

Глава 10. Падение

В субботу вечером подъехавшему на харлее Адаму хватило одного взгляда на меня – стоящую на тротуаре в костюме Евы, – чтобы чуть не свалиться с мотоцикла.

– Проклятье, – пробормотал он, разглядывая на мне фиговые листья. Или, скорее, их отсутствие. – Ты выглядишь…

– Сногсшибательно? – Я перекинула через плечо волосы, украшенные крошечными цветами гипсофилы. – Лучше, чем настоящая?

– О, да. Намного лучше. – Он оглядел меня с ног до головы. – Эймс, ты же почти голая.

Я накинула плащ и завязала пояс. Если бы не Кейша, я была бы не почти, а совсем голой. Она прошлась по ближайшим цветочным лавкам и накупила искусственного плюща и ромашек. Мы нашили их вместе с гипсофилой в художественном беспорядке на трико телесного цвета, а остатки Кейша вплела мне в волосы. Сейчас я походила, скорее, на порочную Мать Природу, чем на Мать Рода Человеческого, но, по крайней мере, моя задница была прикрыта. Фиговый листок, который изначально пришили к этому трико, не прикрыл бы и попы муравья, не то, что мою.

– А твой костюм где? – спросила я, аккуратно надевая шлем, стараясь не примять прическу.

– Тяжело излучать мужественность, когда едешь на харлее в одном фиговом листке. К тому же, это неудобно. Я переоденусь на станции.

Я залезла на байк позади Адама и с удовольствием провела ладонями по его животу. Крепкий и накаченный, мускулы перекатывались под моими пальцами, когда Адам заводил своего железного друга.

Когда мы подъехали к пожарной станции, вечеринка была в самом разгаре. На тротуаре рядом со входом Ромео и Джульетта разговаривали с Мэрилин и Джо ДиМаджо. Бутч и Санденс оттачивали мастерство в скоростном выхватывании пистолетов из кобуры, пытаясь при этом не разлить свои порции пунша. Играющая в здании музыка пульсировала и вибрацией прокатывалась от фасада к парковке.

Часть станции превратили в танцплощадку: каждый угол декорировали паутиной и могильными плитами, навели пунш кроваво-красного цвета. Пока мы продирались сквозь толпу празднующих, Адам несколько раз останавливался, чтобы поприветствовать коллег и представить меня. Они так пялились на мою природную красоту, обернутую плющом и ромашками, что не могли и двух слов связать. В другой раз я бы принялась флиртовать с каждым встречным, но сегодня почему-то только краснела и сильнее цеплялась за руку Адама.

Стоило нам подняться наверх, Адам пошел переодеваться, а я стала бродить и смотреть, что тут и как. Прошла мимо зоны отдыха, потом прикинула, не попробовать ли съехать по шесту… Вспомнив про свою врожденную неуклюжесть и то, что я была одета в трико, украшенное цветами, я отмахнулась от этой идеи. Не стоит конфузиться перед Биллом и Хиллари Клинтонами. Никогда не знаешь наперед, а вдруг в Белом Доме появится вакансия для бывшей ведьмы?

Пройдя дальше, я оказалась в маленьком темном коридоре. По одну сторону находились ванная и туалет, а по другую кладовка. Впереди сквозь стеклянную дверь кабинета сверкали огни. Это явно была не светомузыка с дискотеки внизу, поэтому я решила, что в комнате мигает готовая вот-вот взорваться лампочка.

Подойдя ближе, я остановилась как вкопанная. За стеклянной перегородкой Люцифер дрался с каким-то мужчиной. Крылатое светящееся создание обменивалось ударами с моим бывшим, словно мастер спорта по борьбе. Каждый выпад, каждый пинок, каждая затрещина сопровождались вспышками света.

У меня перехватило дыхание, и я как завороженная смотрела на их опасный танец: то пригнутся, то развернутся, то взлетят… Казалось, их силы равны.

Словно почувствовав мое присутствие, ангел вдруг остановился и повернул голову. Наши взгляды пересеклись, и по моей спине резко пробежали мурашки. Его губы растянулись, но в этой улыбке не было ничего доброго. Кровь застыла в моих жилах.

Люцифер проследил за взглядом ангела, и, стоило ему увидеть меня, как его глаза переполнила тревога. Он даже не обратил внимания на мой облегающий костюм. Нет, он кинулся к дверям офиса, но ангел схватил его за горло, не позволяя двинуться дальше. Люк смог выдавить из себя только одно слово:

– Беги!

Повинуясь внезапно проснувшимся инстинктам, я попятилась, но, развернувшись, чтобы бежать, наткнулась на кресло и в падении ударилась головой о кулер.

Боль – резкая и сильная – взорвалась где-то в виске, и все погрузилось в темноту.

Сквозь туман в моем сознании прорвался голос:

– Эми Эвелин Этвуд, приказываю тебе открыть глаза.

Я пару раз моргнула, пытаясь повиноваться, хотя мне этого и не хотелось. За правым ухом пульсировала тупая боль, которая только усилилась, когда я посмотрела на свет, льющийся от лица ангела. Моргнув еще раз, я прищурилась, чтобы рассмотреть его получше. Его лик обрамляли длинные волнистые светлые волосы, черты лица казались, скорее, женскими, чем мужскими. Глаза глубокого синего цвета ничего не выражали.

– Где Адам? – прохрипела я. – Что ты сделал с Люцифером? Если ты ранил хоть кого-то из них, клянусь…

Он провел пальцем по моему лбу.

– Они на пожарной станции. Им не причинено никакого вреда.

Отмахнувшись от его руки, я села и огляделась по сторонам: вдалеке возвышались одетые в облака горы, до них раскинулись луга, через которые текла речка с чистейшей водой, их перемежали деревья, в чьей листве, заливаясь трелями, прятались птицы. Повсюду бродили животные. Полная гармония. Мое сердце забилось сильнее, и я почесала голову:

– А мы где?

Ангел смотрел на прекрасный сад, расстилающийся перед нами.

– Разве ты не узнаешь это место?

О, Боже.

В прямом смысле этого слова.

– Я умерла? – Меня начало трясти. – Это небеса?

Ангел усмехнулся и взял меня за руку.

– Меня зовут Габриэль, а это Эдем.

Я думала, что его прикосновение будет теплым, но оно оказалось ни теплым, ни холодным. Ощущения такие, словно мне под кожу забрались пауки. Одернув ладонь, я, пошатываясь, попыталась встать.

– На Эдем совсем не похоже, – сказала я, обхватывая себя руками и сминая маленькие цветочки, украшающие костюм. – Где дома? Заповедник? Мое кафе-мороженое?

– Эми, ты находишься на распутье, там, где добро пересекается со злом. Это библейский Эдем.

– А-а-а-а, – протянула я в полной уверенности, что сошла с ума. – Тот Эдем. – Мой смех прозвучал неискренне и натянуто. Неудивительно, я была в шоке. – Ну, конечно же. Я так и подумала.

Взгляд Габриэля задержался на жирафе, медленно объедающем листву с ближайшего дерева.

– Адам вернулся на землю, потому что ему дали еще один шанс воспротивиться искушению. Из всех смертных он выбрал тебя, чтобы вы вместе прошли это испытание. – Он снова посмотрел на меня. – Ты должна быть мудрее и сильнее Евы и отринуть Сатану, иначе человечество снова погрязнет в грехе и попадет в геенну огненную.

Верно. Кто-нибудь, ударьте меня по голове, чтобы я очнулась и вернулась в реальность. Оглянувшись по сторонам в поисках хоть чего-то знакомого, я снова поежилась: ничто не напоминало мой родной Эдем. Должно быть, это какой-то трюк.

– Хорошо сработано. – Мой нервный смех больше походил на визг Элвина-бурундука. – Вы с друзьями Адама прикалываетесь надо мной?

– Прикалываемся?

– Ну да, знаешь, хотите меня развести. – Я обернулась. – Где камера?

– Нет никакой камеры. Тут вообще нет никакой техники.

– Ну, конечно есть. – Мой голос начал срываться. – Это все иллюзия. Надо признать очень качественная, но я бы лучше вернулась на вечеринку.

Габриэль стоял и хранил молчание, не сводя с меня глаз. Его крылья чуть дернулись, и меня омыло силой, пропитанной нетерпением.

Я встретила его вызывающий взгляд и потребовала:

– Скажи, что это иллюзия.

– Нет, Эми. Это Эдем.

Я снова посмотрела на прекрасный пейзаж. Вот она я – стою в райском саду с ангелом, которого все считают правой рукой Бога. Я закусила язык. Да, стоило прислушаться к словам Люка.

Ад и Преисподняя, ненавижу, когда он прав.

– На случай, если все это происходит на самом деле, – начала я, пытаясь наладить диалог с ангелом. – Должна сказать, я не лучшая кандидатура на эту работу. Люцифер – Сатана – и я… если ты не в курсе, у нас с ним общее прошлое.

Вздох Габриэля был еле слышным.

– Сатана утверждает, что ты довольно успешно ему сопротивляешься.

Все, хватит.

– Понимаешь, даже дав обет покончить с колдовством, я все еще связана контрактом. Давным-давно я продала ему душу. Так что…

Крылья Габриэля снова дернулись, и, почувствовав всполох раздражения, я поняла, что они – отражение его эмоций.

– Может, тебе стоит смотреть на это, как на возможность искупления?

Искупление. В данный момент, я не была уверена, что так уж сильно его хочу. Если придется провести вечность рядом со стариной Гэбом, смотрящим на меня холодными голубыми глазами и постоянно машущим крыльями… увольте.

– Сейчас я хочу вернуться на пожарную станцию.

Еще один взмах. Я даже не подозревала, что такое возможно, но его глаза стали еще холоднее.

– Эми, помоги Адаму. Что бы тебе ни предлагал Сатана, помни – это обман. Бог надеется, что ты поможешь спасти человечество. Я на тебя полагаюсь. – Он расправил крылья и крепко взял меня за руку. – Да, кстати, у тебя на все про все три дня.

Открыв глаза, я увидела склоненного надо мной Адама. В его глазах застыла тревога.

– Эми, что случилось? С тобой все в порядке?

Он помог мне сесть. И хотя боль в голове стала почти невыносимой, облегчение, которое я испытала, было сильнее. Я снова находилась в темном коридоре второго этажа пожарной станции. Захлебываясь нервным смехом, я схватила Адама за руку и попыталась встать, но пошатнулась.

Адам обхватил меня покрепче.

– Ой-ёй, полегче.

Я потерла висок.

– Видимо, я упала и вырубилась.

Адам нежно коснулся пальцами больной точки, и перед моими глазами промелькнули образы Эдема. Того самого.

– А потом мне приснился сон о райском саде. Об Эдеме.

Адам моргнул, и его пальцы застыли на месте.

– Давай приложим к шишке лед.

Спустя двадцать минут, врач скорой помощи подтвердил, что моему здоровью ничто не угрожает, но предложил проехаться до больницы. Я отказалась, и Адам отвез меня домой. Он намекнул, что не против остаться у меня на случай, если я все-таки умудрилась получить сотрясение мозга. У меня не было сил и очень хотелось, чтобы он был рядом, поэтому я согласилась.

Он хлопотал надо мной, как наседка: заварил ромашковый чай, помог вытащить из волос все цветы и уложил в постель. Адам все еще был в своем трико, и, прежде чем закрыть глаза, я еще раз насладилась его видом.

– В этом костюме, так и хочется с тобой согрешить, – поддразнила его я. – Прости, что испортила наш вечер.

Он погладил меня по щеке.

– Ничего ты не испортила. У нас впереди куча времени.

В моей голове эхом прокатился голос Габриэля: у тебя на все про все три дня.

В душу закралось нехорошее предчувствие.

– А что у нас через три дня?

– Через три? – Он задумался на секунду. – Хэллоуин.

Ну, конечно. Испытание придется на Ночь Всех Святых. Я уже ее ждала. Мы с ведьмами общества «АВ» договорились, что соберемся у Марши и будем смотреть фильмы с Дрю Берримор, чтобы чем-нибудь отвлечься от мыслей о магии, и удержаться подальше от наших волшебных палочек.

Со стороны кухни донеслось пиликанье.

– Мой пэйджер, – сказал Адам, выбегая из спальни. Он вернулся, робко улыбаясь. – Код Красный. Пожар на заводе за городом. Мне надо идти, но я не могу тебя бросить. Вдруг ты снова потеряешь сознание.

– Иди. – Я махнула рукой. – Позвоню Кейше, и она со мной побудет. Она живет всего в двух кварталах отсюда.

– Уверена?

– Да.

Он легонько поцеловал меня в лоб и протянул мне мобильник.

– Лежи и отдыхай. Ничего не делай. Я вернусь, как только смогу.

Стоило мне услышать рокот мотоцикла, как на меня накатила волна горячего воздуха. В затененном углу комнаты появился Люцифер.

– О-о-о-о, ну скажи, что это не ты устроил пожар, – простонала я.

Его лицо было хмурым. Даже более мрачным, чем обычно.

– Это не я устроил пожар. А теперь рассказывай, что произошло.

Я слишком устала, чтобы притворяться, что не понимаю, о чем он.

– Твой приятель-ангел перенес меня в Эдем. В тот самый. Сказал, что я могу помочь Адаму все тут переделать заново. Спасти человечество от греха… и все такое.

Я ждала, что Люк рассмеется. Скажет, что мне все привиделось.

– Габриэль искусный лжец.

Закрыв глаза, я пожелала, чтобы этой ночи никогда не было. Кроме той части, где Адам разгуливает с фиговым листком спереди.

– Габриэль – ангел. Посланник Божий. Он не может лгать.

– Он ангел, обладающий свободой воли. Как и я. Ради достижения цели, лгать совсем не трудно.

Я чуть-чуть приоткрыла веки.

– Ты больше не ангел. Бог турнул тебя оттуда, помнишь?

– Потому что я сам захотел стать богом. Габриэль ничем от меня не отличается.

Что-то екнуло у меня в душе.

– Верно, ему втемяшилось пойти по твоим стопам, у тебя же все так хорошо получилось.

Скрестив руки на груди и поглаживая бородку, Люцифер двинулся к кровати.

– А он сообщил, что случится, если тебе удастся удержать Адама от искушения?

– Я же сказала: мы спасем человечество и избавимся от греха.

– И ты согласилась?

– Это же очевидно. С чего мне отказываться?

– Сейчас все на Земле рождены в грехе. – Люк начал ходить туда-сюда. – Как думаешь, что произойдет, если ты вернешь людей в Рай, где ему нет места?

Мозг отказывался работать.

– Не знаю. Что именно?

– Они прекратят свое существование. Пф-ф-ф-ф-ф. – Он щелкнул пальцами. – Ты, малышка Эми Этвуд, будешь виновна в уничтожении человечества. Правда, у тебя останется Адам.

Все? Пф-ф-ф-ф-ф? Я с трудом сглотнула.

– Бог на такое не пошел бы.

Люк поднял палец, делая акцент на своей мысли:

– А ты разве с Богом разговаривала?

– Нет, – вздохнула я. – Только с Габриэлем.

– Не думаешь, что нечто столь грандиозное Бог обсудил бы с тобой лично?

Я скривилась от головной боли.

– Я думаю, что ты пытаешься обвести меня вокруг пальца. – Я потерла лоб, стараясь облегчить боль. – Если не станет греха, исчезнешь и ты.

Люцифер прошел на кухню, и я услышала шорох. Хорошо знакомый звук. У меня аж слюнки потекли. Люк вернулся. Сел на край кровати и протянул мне три квадратика Dove.

– Может я и падший, но все-таки ангел, Эми. Если Габриэлю удастся создать новый Эдем, используя для этого Адама и тебя, он станет в этом раю Богом, но я никуда не денусь. И не перестану соблазнять тебя, в надежде, что ты ко мне вернешься.

Я хотела бы не обращать внимания на шоколад, и на слова дьявола, но поймала себя на том, что тянусь к первому и прислушиваюсь ко вторым.

– Почему? – спросила я минуту спустя, когда шоколад растаял у меня на языке. – Почему я для тебя так важна?

Он очень грустно улыбнулся.

– Потому что, Эми… – Люк коснулся шишки у меня за ухом и боль исчезла. – Потому что я тебя люблю.