Текст книги "Ложная сказка (СИ)"

Автор книги: Мира Форст

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 9. Лесник

– Лучше нам убраться вместе, – не внял просьбе Трайкер. – На берегу, в паре километров отсюда – койоты. Псов двадцать, не меньше. Из той стаи, с кем Дженна и Айнар дрались на ферме.

– Все это время следовали за нами?

– Они не светились. В обход шли, – не ошибся Трайкер в том, что Аверьян верно рассудит действия койотов.

– То есть псы знают конечную точку нашего маршрута, – догадался Аверьян. – И интересует их либо ирбис, либо Дженна.

– Шкуру барса, конечно, ценно заиметь, но тащиться за нами ради меха дикого кота?

– Согласен. Звучит сомнительно. Дженна, по всему выходит – койотам нужна ты или то, что ты собираешься разыскать в Самарканде, – подал Аверьян руку девушке, помогая подняться со снежного полотна.

Она промолчала. Все еще была оглушена произошедшем между ними.

Трайкер прав, надо уходить, отрываться от луговых волков, – покрутила Дженна головой в поисках стороны, где остались коттеджи. Койоты неопасны, даже целая стая, но в том случае, если волки-оборотни будут продолжать держаться группой.

Спрятала ладони в карманы дурацкого розового комбинезона и зашагала к временному жилищу.

– Ты куда? – перехватил Аверьян, дернул за нейлоновый капюшон, заставляя фактически упасть на него спиною.

Даже сквозь толстую ткань, их тела словно липли друг к другу.

– Собираться в дорогу, – неожиданно для самой себя погладила она руку Аверьяна.

– На снегоходе довезу, – отпустил он девушку из своего захвата. – Я аккуратно. Ты не упадешь больше.

Как он вообще смог что-то сказать?

Этот интимный жест, когда она дотронулась своими пальчиками до его кожи, чуть не лишил рассудка. Если бы не присутствие Трайкера, все… не дал бы девчонке уйти.

Но и для Дженны вновь оказаться за широкой мужской спиной было бы слишком. Ведь ей придется обнять его для того, чтобы удержаться на снегоходе.

Привычно выгнулась, меняя форму. Прыгнула стремительно, задевая слишком лохматым хвостом лицо Аверьяна.

К коттеджам устремилась уже черная волчица.

– Прости, что помешал, – повинился Трайкер. – Койоты могли вас увидеть, застать врасплох.

– Тимофей, со мной творится какая-то фигня, – отмахнулся Аверьян от извинений.

– Вижу, – опустил графитовый оборотень встроенные в шлем защитные очки.

Волчица развила предельную для себя скорость. Ветер болью отдавался в ушах, глаза слепило от разгулявшегося на безоблачном небе солнца. И эти простые житейские неудобства помогли сбросить морок.

Но не избавить от сумбура в голове.

Даша не была самой популярной девчонкой в школе и первой раскрасавицей курса в институте. Тем не менее, кавалеры для нее всегда находились. Она встречалась с мальчиками, целовалась, с одним зашла дальше обычных поцелуев и томных обжиманий в кинотеатре.

Как же это все было незначительно в сравнении с тем, что обрушилось на нее сейчас! Будто ты думал, что дождичек мелкий, быстропроходящий, а на самом деле столкнулся с затяжным тропическим шквалистым ливнем.

Зачем все это свалилось ей на голову?

Оборотни не чувствуют.

Оборотни не влюбляются.

Оборотни не целуются!

Почему же тогда Дженна и Аверьян целовались, как самые страстные любовники в мире? До зашкаливающей пульсации, до появления цветных пятен перед глазами?

К ее бегу присоединилась Ласка, и девушке-волчице стало немного легче. Мир не рухнул. В нем все по-прежнему. Надо только держаться от Аверьяна подальше. Иначе – подчинит, присвоит, прогнет. И что ее ждет в таком случае? Роль второй любовницы после Ариель? Жизнь в клане, где ей придется подчиниться законам стаи? Днем подшивать одежду со старыми волчицами, а вечером плясать в клубе с блонди?

Нет уж, спасибо! Она справится со своим наваждением и, как только прибудет в Самарканд, скроется ото всех. Не нужен ей никто. Ни барс со своими тайнами, ни Аверьян, на котором она вдруг помешалась.

Волки-оборотни не выли на луну. Но от мысли, что ей придется добровольно отказаться от Аверьяна, будь на небе сейчас луна, она бы завыла.

– Дженна, они тебя не обидели? – неправильно истолковал Айнар одиночное появление волчицы и ее несчастный взгляд.

Парни на снегоходах еще не добрались до коттеджного комплекса.

– Мне просто не понравилось кататься, – вернула она себе человечий облик и поспешила избавиться от экипировки для блондинок.

Никаких больше розовых комбинезонов! – яростно водрузила Дженна на крючок ни в чем неповинную вещь.

Отельный комплекс оставили позади через двадцать минут.

На ближайшие трое суток предстоял непростой изломанный маршрут. Покинутые большие города, где нет еды. И леса – богатые едой, но и знаменитые своими нескончаемыми болотами.

А затем башкирский заповедник «Шульган-Таш», о котором говорил необычный мальчик.

Дженна планировала разыскать в заповеднике лесника. Не зря же Сейдж упоминал о нем.

Хотелось бы еще отвязаться от койотов. Может, навязчивые псы в болотах сгинут?

Все оказалось не так страшно, как нафантазировала себе Даша.

Прежде всего, Аверьян с ней не заговаривал. Что очень, ну очень устраивало.

Хотя тактильных соприкосновений избежать не удавалось. Три ночи подряд спали, где придется. Дженна всегда укладывалась в сторонке от мужчин, а просыпалась всегда –тесно прижатая к Аверьяну.

Отползала от него, предпочитая обманываться, что никто не видит. Он не удерживал. Айнар злился, Ариель помалкивала, Трайкер поглядывал с любопытством.

Дженна уговаривала кого-то невидимого сделать ее обратно нормальным оборотнем, без излишних эмоций.

Никто девушку не слышал.

Сюрприз преподнесли лесные болота, так как преодолели заболоченные километры легче, чем предполагали.

Из лекций по топографии Даша помнила, зимой болота либо не замерзают вообще, либо процесс замерзания невероятно медленный. Есть на болотах и места, где бьют ключи, родники. Там открытая вода держится всю зиму.

Представлялось, что увидят что-то вязкое, топкое, зыбкое, гиблое.

А болота оказались красивы. И вполне проходимы.

Под снегом толстым ковром скрывался мох и, как резиновая губка, впитывал влагу. Пройти и не замочить ног было трудно, но никакой грязи или трясины. Никто не увязнул.

Пейзаж болотного царства постоянно менялся.

Посреди вязкой топи с суходолом неожиданно вырастали целые островки из ольхи, берез, сосен, дубрав. Приспособились деревья расти во влажных условиях.

И воздух настолько чист, что в первые секунды даже тяжело дышать с непривычки.

Конечно, будь они обычными людьми, вряд ли прошли бы по диким нехоженым местам. Но звери безошибочно выбирали болотные кустарники и растения, что скрепляли своими корнями моховую дернину, поднимали над водой, создавали проходимую тропу.

Как-то Дженна задремала на одной из непродолжительных стоянок. Когда открыла глаза, обнаружила у своих ног тоненькие стебельки гирлянд зимних сиреневых колокольчиков.

На исходе четвертых суток добрались до «Шульган-Таш».

Над заповедной зоной разыгралась непогода. Ледяной дождь превращал дорожки в каток, деревья в ледяные скульптуры, мех животных в сосульки.

– Лучше бы нам найти логово этого лесника, – озвучил общее желание Трайкер, отдирая льдинку с морды Ларса. – А то к утру мы станем мороженым.

– Здесь могут быть гостевые дома или туристический кемпинг, – предположил Айнар.

– И как будем искать? Эти заповедники обычно необъятны, – закапризничала Маша Кроль. – А хочется отдохнуть и привести себя в божеский вид после болот треклятых.

– Ты сама за нами увязалась, – напомнил блондинке Трайкер. – Терпи теперь.

– Возможно, есть какие-то указатели, – тронула улыбка губы Аверьяна. Дженна не стала менять облик и теперь на морде ее волчицы посверкивали ледяные кристаллики. Смотрелось забавно.

– Отлично. Идем искать указатели, – злилась Ариель на все и всех.

Как ни странно, врытый в землю деревянный путеводный табличный шест обнаружился достаточно быстро. Фигурно вырезанные из древесины стрелочки направляли к пещере, туристической стоянке, экологической тропе и лесному подворью.

– Здесь написано, в гостевых домах предоставляется вода, постельное белье и посуда, – повеселела Ариель.

– Ага, – засмеялся Трайкер. – А еще по заказу топится баня. Даже телефон указан, куда звонить. И расценки даны.

– Дурак, – огрызнулась блонди. – Главное, мы сможем переночевать в нормальных условиях.

– Дженна! Постой. Ты куда? – заволновался Айнар.

Смоляная и снежная волчицы удалялись от всей компании. В сторону лесного подворья.

Дженне надоело слушать об удобствах кемпинга. Она туда все равно не собиралась. Интуиция подсказывала, если лесник не покинул заповедник, то живет именно на лесном подворье.

Ирбис первым побежал за ней.

– Вот упрямица, – хмыкнул Аверьян, направляясь следом.

– Но это же совсем в другой стороне от домиков, – хмурилась блондинка.

– Ты можешь остаться, – предложил Тимофей.

– Очень смешно, – фыркнула девушка, обернулась волчицей и умчалась за остальными раньше Трайкера.

Лесным подворьем оказались кормушки для животных. Своим появлением оборотни спугнули зайца-беляка, наполовину белого, наполовину буро-сизого, лесную куницу и шустрых белок.

Кормушки не пустовали. Вероятно, наполнял их периодически тот самый лесник, чья двухэтажная изба стояла здесь же.

Изба производила впечатление хорошо обжитого дома. Во дворе – мусоросборник, столы с навесами, крытая поленница, баня, место для кострища.

– Дым. В доме топят печь, – удивился Аверьян.

Ни один оборотень не стал бы протапливать избу. Оттого сам собой напрашивался вывод.

– Там живет человек? – вытягивала Ариель шею в надежде углядеть что-нибудь через узоры резных ставен.

Может, лесничий услышал чужаков, может, вышел на крыльцо именно в эту минуту по какой-другой причине.

Определенно человек. Никаким зверем от мужчины не разило. Выглядел он на шестьдесят пять, а то и на все семьдесят лет. Но не дряхлый. Про таких говорят – крепкий старикан.

– Дед. До нового года еще больше месяца. Ты зачем елку нарядил? – указал Трайкер не на елочку даже, а на столетнюю косматую ель, украшенную многоцветными гирляндами.

– Э…, – махнул рукой дед. – Я всегда наряжаю, когда снег идет. Ощущение праздника создаю. Снег-то быстро сойдет. Климат такой. У меня и в доме елка есть. Зайдете?

– Конечно. Счастье-то какое! Нормальное жилье! – защебетала Ариель.

Старик улыбнулся. Пропустил гостей в дом. Не боялся оборотней.

В просторной избе топилась не печь, а камин.

Подле ствола наряженного деревца громоздились коробки, обмотанные атласной упаковочной бумагой.

– Кому столько подарков? – полюбопытствовала Ариель.

Дженне тоже было интересно. Оборотни ничего не дарили друг другу. Только обменивались.

Или цветы от Аверьяна можно считать подарком?

– А вот тому, кто захочет получить, тот и получит, – загадочно ответил загадочный дед.

– И я могу? – не страдала скромностью Машка.

– Красивые девушки просто обязаны получать дары, – галантно ответил хозяин дома и добавил, – а я вот что вам хочу предложить. Давайте, новый год вместе отметим? У меня и шампанское имеется, и закуска, и проигрыватель с пластинками, и часы с боем. Как двенадцать пробьет, будем коробки распаковывать.

Так как молодые люди недоуменно переглядывались между собой, лесник поспешил добавить.

– Я не сумасшедший, как вы, наверное, могли подумать. Просто вы первые, кто за целый год ко мне пожаловал. Медведи не в счет.

– А почему бы и нет? – мигом позабыла Ариель об усталости. – Устроим пир и танцы! Дженна, – подозрительно глянула блонди на Дашу, – не смей отказываться.

Испугалась, что Дженна сейчас опять все по-своему сделает, и все опять побегут за ней.

– Я и не думала возражать, – сняла Дженна рюкзачок со спины Ласки.

– Волки-то ваши пусть у камина располагаются, – засуетился старик. – Для девушек комната хорошая на втором этаже. Остальные могут здесь разместиться. Места всем хватит. Или…, – проявил мужчина прозорливость, – барсу лучше отдельно будет прилечь?

– Не загрызем мы его, – засмеялся Трайкер.

– Кто кого еще не загрызет, – ожидаемо парировал Айнар.

– А… я не о том, – удивил лесник и егерь в одном лице. – Противостояние вижу. Вот и подумал, соперников врозь по разным углам развести.

– Не утопили же они друг друга в болоте, – насмешливо заметила Ариель.

Добрыня, так представился егерь, показал гостям, где у него что находится в избе, выдал постельное белье, чистые полотенца.

Парни пропустили девушек в маленькую душевую, а сами под руководством Добрыни принялись двигать мебель.

Потом девочки помогали накрывать на стол и зажигать свечи.

Об остановке в избушке лесничего никто не пожалел.

– Добрыня, как так получилось, что человеком остался? – задал вопрос Аверьян.

– А я вот вам сейчас одну легенду расскажу, – раскраснелся старик от выпитого бокальчика игристого. – В этих местах в древности злой дух жил – оборотень Шульган. Он от преследователей спасался, да и нырнул в подземные воды пещеры. Да и остался там навсегда. Но выбраться хотел.

– Дед, хочешь сказать, ты Шульган или его потомок? – совсем не понял Трайкер взаимосвязи.

– Нет, – открестился Добрыня от подобной участи. – Про меня другая легенда. О богатыре Урале, который скачет на крылатом коне, объезжает границы своих владений. И того, кому посчастливится с ним встретиться, ожидает удача.

– То есть, ты Урал? – хмыкнул Трайкер, справедливо рассудив, что дед попросту напился.

– Нет, – опять отказался житель леса. – Я Добрыня. Но смысл тот же.

– Я поняла, – захлопала в ладоши Ариель. Было видно, что полусухое «Советское» и на нее оказало воздействие. – Если вы Урал, а мы с вами встретились… Значит, нас ожидает удача.

– Точно, девочка, – радовался такой понятливости лесничий.

Ариель вдруг нахмурилась.

– А где же тогда ваш крылатый конь?

Трайкер так расхохотался, что взбудоражил дремавшую троицу волков.

– Так конь мифический, – не растерялся Добрыня.

– Ах, мифический…, – устроило объяснение Машу, и она тотчас переключилась на другое. – А коробки с подарками-то мы не открыли! Ваши часы давно уже бухали.

– Открывай любой сверток, какой приглянется, – разрешил Добрыня. – Но только один. И вы тоже, – приглашал он всю компанию.

– Так здесь только записка, – разочарованно заглядывала Ариель в распакованную коробку. И ведь самую большую выбрала.

– Предсказание? – догадалась Дженна, развязывая красный бант на своем свертке.

– Ага, – важно кивнул дед с богатырским именем. – Читайте.

– Жизнь краса, но пуста. Темный лес не отвергай, апостолу помогай, – прочла Маша. Повертела записочку с разных сторон. Удостоверилась, что больше ничего не написано и спрятала бумажку в кармане узкой джинсовой юбки. – Вы, наверное, над нами пошутить решили. Ерунду какую-то сочинили, – надулась блонди.

– Зато весело, – развернул свою записку Трайкер.

– И что у тебя написано? – поторопила его Ариель. – Я вслух читала. И ты читай!

Парень и не собирался секретничать.

– Счастье ты свое не упусти, худосочную собаку побереги.

– Добрыня, ну, правда, что за бессмыслица? – вопрошала блондинка.

Трайкер же забавлялся. Старик оказался затейником. Сумасшедший немного, но прикольный.

– Дженна, что у тебя? – поинтересовался Айнар.

– У меня знак вопроса. В моей записке спрашивается: «Ты уж, милая, реши. Всех тебе спасти? Или только одного, но того?», – улыбнулась и пожала плечиками девушка. – А у тебя?

– Восстановишь утерянное, найдешь потерянное, – зачитал барс.

– Каких грибов он наелся, когда стишки сочинял? – прошептала Ариель, а погромче сказала: – Теперь Аверьян.

– Нет. Теперь танцы, – включил Аверьян старенький проигрыватель.

Прекрасное исполнение шведской поп-группы АВВА спотыкалось о царапины на пластинке, перемешивалось с шипением граммофона.

Но все равно было здорово.

Даже старик потанцевал немного.

Маша двигалась под музыку очень красиво. Пластично.

Дженна так не умела.

Усталость брала свое, и она решила кое о чем спросить лесничего, да идти спать.

– Добрыня, мне про вас Сейдж сказал, – подсела к нему Дженна на диванчик.

– Видели маленького пророка? – заулыбался старик. – Раньше он ко мне частенько захаживал.

– Сейдж сказал, что я та самая волчица. Не знаете, что это может значить?

– Нет, милая, не знаю. Но, если пророк так сказал, значит, так и есть.

Дженна пожелала мужчине доброй ночи и направилась к лестнице, ведущей на второй этаж избы, где у Добрыни наличествовала свободная комната, которую она будет делить сегодня с Ариель.

На седьмой ступеньке ее остановил Аверьян.

– Ты уже спать?

– А ты разве со мной разговариваешь? – обернулась к своему наваждению Дженна.

– Я думал, это ты не хочешь со мной говорить.

– Аверьян, ты зачем за мной сейчас пошел?

– Мы сегодня вроде как новый год празднуем…, – не договорил он.

– И что? Хочешь получить от меня подарок? – начала злиться Дженна.

– Нет. Хочу подарить свой, – перестал Аверьян прятать за спиной водяной орех.

Ему стоило немалых трудов вытащить из болота растение с очень длинным и толстым стеблем, чьи листья собирались в красивую розетку.

– Колокольчики быстро вянут, а этот цветок не завянет вовсе, если его стебель иногда в воду класть, – пояснил он.

– Колокольчики я засушила, – призналась Дженна.

Забрала водяной орех. Так старалась не коснуться мужских рук, что коснулась дважды.

Аверьян завоевывал ее.

Она становилась рабыней, заложницей своих чувств к рыжему оборотню. Такое состояние не нравилось и нравилось одновременно.

Навязчивые, невысказанные вслух, назойливые мысли преследовали Дженну все то время, что она пыталась уснуть.

Глава 10. Бегство

Две волчицы бежали так быстро, как только могли. Скрываться от чужого острого зрения помогал туман, от чужого острого обоняния – беличий дух.

Дженна улучила мгновение, стащила из сумки Трайкера аэрозоль с имитацией запаха грызуна.

Улучила и другой миг. Миг – удачный для побега.

На большом железнодорожном мосту в условиях густого слоистого тумана Дженна сознательно отстала от группы, направила аэрозольную струю на Ласку, следом на себя.

Ранее она планировала сбежать ото всех в Самарканде. Но после того, что произошло в пещере, только и дожидалась подходящей минуты.

***

В так называемую новогоднюю ночь она все-таки уснула. Беспокойно. Чутко.

Ариель явилась навеселе, плюхнулась на соседний диванчик и через пару вдохов уже безмятежно спала.

Сон Дженны перестал быть тревожным, стоило софе, где она ворочалась, продавиться под тяжелым телом Аверьяна.

– Хотите посмотреть пещеру, в которой сгинул Шульган? – утром предложил гостям Добрыня.

– Звучит не очень, – хмыкнула Ариель, допивая воду из двухлитровой бутылки.

– А… там не потеряетесь, если об этом беспокоишься, – обнадежил лесничий. – В пещере Шульган Таш три яруса. Путанных лабиринтов и тупиков нет. Зато есть уникальные картины, написанные первобытными людьми, рисунки, реликты. Их можно увидеть.

– Серьезно? – заинтересовался Айнар. – Первобытные люди?

– Ага, – кивнул старик. – Эпоха палеолита. Открытие этих рисунков получило всемирную известность. В пещере еще древние предметы быта обнаружили. Даже глиняную лампу. Большая редкость среди археологических находок.

– Я бы посмотрел, – первым вызвался Трайкер.

– А мы точно не свалимся? Где там исчез оборотень из мифа? – переживала Ариель.

– В подземном озере, – напомнил Добрыня. – Там давно все для посещения туристов оборудовано. Никто не исчезал еще.

Конечно, они направились в ту пещеру. Разве стоит пренебрегать такой возможностью, увидеть своими глазами первобытную живопись?

При утреннем свете удалось хорошенько рассмотреть и сам заповедник. Невысокие горные хребты переплетались здесь с густой сетью озер, рек и протоков. Широколиственный лес, скалистые выступы и над всем этим сегодня яркое солнце. С обледеневших накануне дубовых, кленовых, веток вязов, осин и сосен теперь текли водные ручейки.

По пути к пещере видели рябчиков, куликов. И настоящую рысь.

– А вот и наша многоэтажка, – вывел егерь к скальному массиву с полузамерзшей речкой у самого подножия. – Река Шульган под гору течет, исчезает в ней, и там уже ее подземная часть – Подземный Шульган, – пояснил он.

– Имя оборотня дало название пещере, реке и целому заповеднику. Забавно, – не удержался от комментариев Трайкер.

– У подземного озера еще камень увидите – Таш. Говорят, с него Шульган и нырнул.

– А вы с нами не пойдете? – по-прежнему трусила Ариель.

– Не пойду. Мне пора свои владения объезжать, – старикан неожиданно подмигнул блондинке. – При входе в пещеру фонари возьмете. А при выходе на юг ориентируйтесь. Там выход из заповедника.

– Ну вот, то зазывал в гости, а то избавиться побыстрее пытается, – заворчала Ариель, когда Добрыня уже попрощался и ушел своей дорогой.

– Да ладно тебе, – углядел Трайкер в скальной нише большие масляные фонари. – Зачетный старикан. Соскучился по общению, вот и зазывал.

Волки внутрь скалы соваться не стали. Остались сторожить снаружи.

Лесник не обманул, галереи, коридоры, залы трехъярусной пещеры соединялись между собой спусками, переходами и не являлись запутанным лабиринтом.

Здесь не было ни мрачно, ни страшно.

Флер таинственности, дух прошлого побуждали Дженну затаить дыхание, завороженно глядеть на сводчатые потолки, потайные гроты и древние рисунки.

– Рисовали охрой, – сказывалось художественное образование Айнара. – Краску получали из мозга, жира и крови животных. Если не подвергать воздействию окружающей среды, то такая краска вечная.

Рисунков было много, встречались и редкие изображения углем, и расплывчатые реликтовые пятна.

Глубокое впечатление произвело на Дженну подземное лазурное озеро.

Колоссально чистейшая вода.

Иной мир.

Старинная легенда.

В таком месте хочется пофилософствовать. Или, наоборот, мысленно помолчать.

Забралась на широкий плоский камень, наверное, тот самый, о котором упоминал егерь.

– Дженна, мы в следующую галерею, – позвал ее Айнар.

– Вы идите. Я догоню, – очень желала Даша побыть в дивном природном уголке подольше.

Заблудиться, потеряться не боялась. Из пещеры с подземным озером вел прямой ход наружу.

Но в одиночестве не осталась.

Конечно, Аверьян не ушел.

И в этом колдовском месте обострилось в стократ взаимное притяжение.

– Дженна, – пропустил он длинные темные прядки сквозь свои пальцы. Слегка потянул девушку за волосы. – У меня нет сил держаться от тебя подальше.

Надо бы оттолкнуть. Убежать. Но и у нее на это не было сил.

Магнит все равно притянется к магниту.

Сдалась на милость сильным рукам, властным губам.

Зависимость от его прикосновений, от его ласки.

Какой долгий поцелуй. И как изгибается тело навстречу мужчине.

Дженна и Аверьян две части одного целого.

Дженна и Аверьян в мире только для двоих.

Дженна и Аверьян любят друг друга. Не произносят забытого, устаревшего слова вслух. Но желанные объятия, гипнотические поцелуи, жадная, нежная обоюдная ласка не дают усомниться.

И после того прекрасного, что произошло между ними в этом первобытном подземелье, после дальнейшего четырехчасового продвижения к Самарканду, Дженна убежала.

***

Что такое счастье? Что-то эфемерное? Не слишком понятное? Слишком условное?

Вовсе нет. Вот оно, хрупкое и нежное, смотрит так, что ты слетаешь с катушек, можно потрогать, погладить, даже поцеловать.

Вот эта девушка, что прижимается к его обнаженной коже, закрывает глаза и тихо вскрикивает от его натиска – она и есть его личное счастье.

Аверьян пропал, он больше не сможет без нее жить. Он уже давно это понял. Признаваться не хотел.

Аверьян присвоил Дженну, сделал своей. Но это совсем не то, что было бы с любой другой волчицей. И даже не то, будь они обычными людьми, как прежде.

С волчицами не церемонились, их просто брали, ради потребности спаривания. Между людьми в прошлом соединение происходило куда как романтичнее.

Аверьян брал Дженну нежно, бережно. Оберегал от себя же, от того, что мог поранить ее.

Девушка обвивала худенькими ручками его шею, переплетала стройными ножками мужской торс. И от ее прикосновений учащался пульс, вздувались вены, а треклятое сердце сжималось от безграничной любви к девочке.

Смоляные волосы разметались по гладкой отшлифованной поверхности камня, запутывались в пальцах Аверьяна.

Шумное дыхание эхом возвращалось сводами пещеры. Переплетенные тела размывчатой тенью отражались в голубой озерной глади. Капельки пота впитывались в камень, оставляли на его поверхности солоноватые пятнышки.

Дженна и Аверьян удивительно подходили друг другу, удивительно совпадали в ритме и темпераменте.

А как прекрасен финал… Волна только образовывается, катит к берегу, набирает мощь, поднимается выше, выше и обрушивается, оглушает, сшибает, закручивает, отбирает последние силы. Но стоит чуть прийти в себя, ты хочешь еще и еще тысячи раз испытать подобное.

Самые сильные эмоции в своей жизни Аверьян испытывал на футбольном поле. Оказалось, бывают эмоции куда как сильнее.

– Если не хотите, чтобы вас застукали, советую поторопиться.

В свете масляного фонаря Трайкер, безусловно, мог видеть милующихся любовников. Но, обычно бесцеремонный, проявил тактичность. Остался стоять у пещерного проема, загораживая проход, на случай, если объявятся другие.

– И плеснули бы на себя воды, что ли, – добавил их невольный страж. – А то от вас сексом за версту разит.

– Дженна, – помог Аверьян встать ей с камня.

– Пожалуйста, не говори ничего, – остановила она.

Спустилась к воде.

Он не смог отвести взгляд от хрупкой и в то же время такой аппетитной, женственной, ладной фигурки.

Но вдруг напрягся. Вспомнил, что не только он один здесь мужчина.

Трайкер, конечно, пялился на нее.

Аверьян закрыл ему обзор на Дженну. Подал девушке ее одежду. Узкие джинсы, простенький свитерок.

Взяла молча, отвернулась от него.

Аверьян мог понять ее состояние. Между ними произошло то, что между оборотнями происходить не должно. То, что противоестественно их природе. Они оба были сбиты с толку. Только он принял ситуацию, смирился. Принял и не стал сопротивляться. Бесполезно противиться неизбежному. А она пока не приняла. Сопротивляться не может, но и сдаться на милость крышесносного притяжения не желает.

Гордая девочка.

Строптивая.

Его любимая милаха.

И вот теперь, спустя четыре часа, Дженна сбежала. Воспользовалась плотным туманом и непростительной расслабленностью Аверьяна. Упустил он тот миг, когда девочка отстала от группы, растворилась в густой дымке.

Когда он почуял отсутствие притягательного для себя аромата? Ее аромата – запаха пряника с имбирем.

Наверное, все-таки быстро. Она вряд ли успела далеко убежать. Тем более с хромотой в лапе. Но беда в том, что запах двух волчиц на мосту обрывался. Зато явственно проявлялся беличий душок. Можно было бы пойти за ним, да белок в округе столько… понапрасну терять время. Пока будешь гоняться за настоящим грызуном, призрачный ускользнет вовсе.

– Попользовалась нашей же хитростью, – застегнул молнию на спортивной сумке Трайкер. – Баллончик с аэрозолем пропал.

– Это ты ее обидел? Что-то наговорил Дженне? Напугал? – прищурился Айнар, глядя на Богдана.

Серый цвет глаз барса почти что сливался с туманом, но даже так в них можно было распознать угрозу.

Аверьян не ответил. Он переживал. Он пытался построить в голове какую-нибудь блестящую комбинацию по поимке Дженны.

Но ирбис не отставал.

– Клянусь, если ты ее обидел, я тебя уничтожу.

– Поумерь свой пыл, кот, – отвлекся Аверьян от своих дум. – И чего ты так разволновался? Какая тебе разница? Ты разве не сестру идешь искать? Что тебе вообще от Дженны нужно?

– Может, то, что и тебе, волчара? – вкрадчиво сказал-спросил Айнар.

Взгляды двух хищников схлестнулись. Как два самых острых клинка в мире.

– Ты опоздал, – медленно произнес Аверьян.

– Скотина! – выдохнул потрясенный Айнар.

– Любовь у них, – попытался купировать назревающую ссору Трайкер. – По обоюдному согласию.

– Так ты все-таки поимел недотрогу, Аверьян? – догадалась Ариель, не догадываясь, какой смысл вложил Трайкер в слово любовь.

– Ты заставил Дженну подчиниться? Прогнул под себя? – разъярился Айнар. И уже не человек, барс бросился на противника.

Аверьян уклонился от когтей, зубов, а крупный пятнистый зверь, не найдя опоры, полетел вниз с железного моста.

В таявшую широкую речку.

– Эй, ты там жив? – крикнул Трайкер.

Ответом ему стали характерные звуки отплевывания излишка воды из глотки.

В другой раз Аверьян непременно вступил бы с оборзевшим ирбисом в схватку. Его откровенно бесили намерения дикого кота в отношении девчонки, которую он сам выбрал. И не просто выбрал, а полюбил крепко. Но сейчас важнее было найти эту самую девчонку. Милаха подвергает себя опасности, оставаясь без защиты. Да и что говорить, прошло всего ничего времени, а он уже скучает без нее. Вокруг все было ярким, а стало серым. Таким же серым, как шкура барса.

– Айнар, каков был план у вас с Дженной по прибытии в город? – спросил Богдан сдержанно.

Постарался скрыть неприязнь к серебристоволосому. Сейчас им выгоднее стать союзниками. Найдут Дженну, а там уж он как-нибудь отвадит барса от девушки.

– Вашей компашки в этом плане точно не предусматривалось, – сдерзил ирбис.

– Без нашей компашки твои кости уже гнили бы в лесу с волчьей ягодой, – как бы между прочим заметил Трайкер.

– Айнар, без нас она уязвима, – напомнил Богдан.

Ирбис все-таки беспокоился за девушку, потому не стал больше отпираться.

– В Самарканде мы планировали на время разделиться. Но обратно идти вместе.

– А в городе, куда Дженна направится, знаешь?

– Нет, но догадываюсь.

***

В Самарканд вели разные дороги. Дженна не сомневалась, что двигается в верном направлении. Она хорошо изучила карты местности.

Климат заметно теплел с каждой минутой. Уже и снег не хрустит под лапами, и солнечный диск начинает греть, а не висеть над горизонтом, отдавая все тепло ветрам и холодному арктическому воздуху.

Будучи человеком, Дженне не доводилось наблюдать такого стремительного перехода от одной климатической зоны к другой. Это как идти под палящими лучами солнца, а в шаге от твоей спины льет проливной дождь.

Туман постепенно уходил, рассеивался. С одной стороны, хорошо. Улучшалась видимость окрестностей. С другой, плохо. По той же причине. Они с Лаской становились слишком заметны.

Дженна осознавала, бежать, отделяться от группы именно сейчас – с ее стороны рискованный шаг. На незнакомых землях опасно оставаться одной.

За время пути она отчетливо уяснила – самостоятельно до Самарканда ей было не добраться, зря она надеялась на коричневый пояс дзюдоиста. Сгинула бы сама, да и Ласку погубила.

Вся ее авантюра могла закончиться еще на этапе встречи с койотами у заброшенной фермы, если луговые псы действительно охотились за ней, а не за барсом. Хотя она до сих пор в этом сомневалась. Какую ценность Дженна может представлять для койотов?

А неуправляемые волчишки в замке? Кто знает, как далеко заходят детские забавы, если за взрослого оборотня не предлагается выкуп?