Текст книги "Разведёнка и Агата для кавказского магната (СИ)"

Автор книги: Мира Цветова

Соавторы: Алиса Верная
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 6 страниц)

Глава 9

Глава 9

Глава 9

Злата

Сколько раз я повторяла себе, что мерзавец Курбанов был и всегда останется опасным

кавказским хищником…

Он затаился, выждал время, когда я чуть расслаблюсь, потеряю контроль и решил добить

вопросом, от которого всё внутри обрывается.

– Скажи мне честно, Агата – это моя дочь.

По телу тут же прокатывается волна жара.

А в голове испуганной птицей бьётся всего одна мысль: мне конец!

С чего Курбанов вообще задаёт такие вопросы?

Он ведь, как и я, в тот день был в палате.

Слышал неутешительный диагноз врача и…

– Нет, Аслан, – стараюсь говорить как можно твёрже, – это не твоя дочь… ты ведь помнишь

слова врача, которые он сказал пять лет назад…

– О том, что ты потеряла нашего ребёнка, – едва заметно кивает Курбанов, – веришь или нет,

но эти слова я вспоминаю каждый день. Но, как и любой другой врач, он мог ошибиться.

– Нет, – отрезаю я, – никакой ошибки, ты видел анализы, а потом я ещё раз проходила осмотр,

врач сказал, что шанс забеременеть минимальный.

– Но ты родила, – усмехается Аслан, – и теперь твоему минимальному шансу уже четыре года.

Я не выдерживаю, начинаю злиться:

– И этот минимальный шанс не твой ребёнок, Аслан. Между нами всё кончено с того самого

момента, как…

Закончить не успеваю.

Щенок в углу звонко гавкает, а малышка Агата ему отвечает:

– Я с вами полностью согласна, мадмуазель Анфиса.

Мы с Курбановым переглядываемся.

– Ты ему уже и кличку придумала, – усмехается Аслан.

– А то, – с гордостью отвечает Агата, – без имени низя, особенно такой вот класавице.

– И то верно, – кивает Аслан, после чего переводит взгляд на меня.

Я догадываюсь, что он хочет сказать.

Наверняка попросить быть честной с ним, поэтому говорю первой:

– Мы ведь поставили точку в тех отношениях и той жизни, Аслан. Всё кончено, не заставляй

меня переживать ту боль заново.

Он внимательно слушает, после чего отвечает:

– Там, где стоит точка, всегда может появиться многоточие, Злата, и ты отлично об этом

знаешь. Я всегда был на твоей стороне, и даже спустя годы я проклинаю себя в том, что в то

утро был на сделке, а не с тобой. Тётки уже давно нет в живых, а охранник Рахим ближайшие

десять лет за решёткой.

– Это здорово, что возмездие нашло своих героев, – говорю шёпотом, – но твой мир, Аслан,

меня не принял и не примет никогда, для вас всех я белая ворона, чужой человек из чужого

мира… умоляю, Аслан, давай оставим эту тему, я не хочу снова потерять…

На этот раз меня прерывает телефонный звонок.

Курбанов достаёт телефон, принимает вызов.

Молча слушает своего собеседника, после чего говорит:

– Хорошо, я приеду.

Убирает телефон, одним залпом допивает чай.

– Срочные дела в офисе, надо разобраться с капризным клиентом.

Агата, услышав это, подходит к нему и с надеждой спрашивает:

– А ты ведь ещё плиедешь? Мы тебе пирожков плиготовим.

Курбанов устало вздыхает.

– Пирожки просто волшебные, вы туда явно что-то добавляете.

– Пливолотик делаем, – улыбается малышка Агата, – чтобы ты не ругался и не рычал на нас.

Курбанов усмехается.

– Я ещё загляну к вам в гости, но не сегодня. Заур останется с вами, подежурит около

пекарни. Чуть позже пришлю к нему подмогу.

Агата кивает.

– Енто хорошо, мы вам потом счёт за еду выставим.

Аслан смотрит на меня с улыбкой.

– Бизнесменка в колготках растёт, не иначе. Поэтому я и спросил у тебя насчёт отцовства…

– Аслан, не начинай. Но за помощь спасибо. И за то, что не выгнал нас из пекарни… тоже

спасибо, серьёзно.

– Попробуй выгони вас, – морщится бывший, – порчу наведёте.

Агата, пока мы разговариваем, суетится на кухне.

А через минуту выходит с маленьким кульком.

– Енто тебе, дядя Аслан. В дорожку.

– Спасибо, добрая душа, – смеётся Курбанов, – не дашь умереть честному бизнесмену от

голода.

Прежде, чем уйти, он вызывает водителя из офиса.

Пока ждёт машину, даёт мне свой личный номер телефона.

– Если хоть что-то случится, сразу звоните, Злата. Завтра вместе решим, что делать с вами и

с пекарней. А сегодня… берегите себя.

Он ещё о чём-то разговаривает с Зауром на улице.

Наверное, даёт ему указания.

Агата же подходит ко мне, смотрит в окно.

– Начал уже перевоспитываться.

Эх, моя хорошая, знала бы ты, что этого кавказского мужчину уже поздно перевоспитывать…

Через пять минут смена на ближайшем предприятии заканчивается, и в пекарню заглядывают

посетители, я едва успеваю отбивать товар.

Тётя Роза и Агата помогают мне, как могут.

К счастью, кран, который починил Заур, больше не ломается.

С ним процесс готовки проходит гораздо быстрее.

Следующие два часа пролетают для меня незаметно.

Не успеваю оглянуться, а за окном уже темнеет.

– Златочка, – заглядывает ко мне на кухню тётя Роза, – может, вы сегодня у меня

переночуете, не хочется оставлять вас тут одних… даже с охраной… а дома спокойнее.

– Хорошо, тёть Роза, я позвоню, как мы закончим.

Ещё час уходит на то, чтобы обслужить последних клиентов и навести порядок в пекарне.

Маленькая Анфиса, которой Агата устроила спальное место в подсобке, уже давно спит, лишь

тихо поскуливает во сне.

Я помогаю дочери сделать собаке небольшой наполнитель, чтобы Анфиса, когда проснётся, могла

справить нужду.

Часть оставшихся пирожков я сворачиваю с собой, чтобы унести на утро к тёте Розе.

Оставшиеся Агата решает унести Зауру.

– А то ему тут всю ночь куковать, – вздыхает малышка, – дам ему ещё свою раскласку, пусть

отлывается.

Пока дочь уносит пирожки, я заканчиваю последние дела на кухне.

Убираю посуду, выключаю свет, уже накидываю пальто…

И в этот момент испуганная Агата буквально залетает на кухню.

– Доча, что случилось?

– Там дядя Заур, – бормочет малышка, – на него напали…

Глава 10

Глава 10

Глава 10

Аслан

Я по глазам Златы вижу, что она не хочет говорить мне всю правду.

Вижу, что она боится чего-то.

Не меня и даже не тётки ненавистной, которой уже и в живых-то нет.

Она боится целого мира, который её так и не принял, стал чужим враждебным, лишил самого

важного…

Злата просто не готова пока сказать правду.

А у меня нет доказательств, чтобы вывести бывшую на чистую воду.

Да, я был в тот день в больнице, и я слышал всё, что тогда сказал врач, каждое его слово

помню наизусть.

Помню результаты анализов, помню отчаяние и пустоту в глазах Златы.

Но ведь сохранялся маленький шанс того, что врач мог ошибиться, даже после того, как мы

увидели результаты.

Даже если вероятность ошибки в анализах меньше сотой процента…

Ладно, дождёмся информации, которую достанет мой специалист из службы безопасности, а уже

потом будем говорит начистоту.

Того враждебного мира, которого боится Злата, тем гнилых людей, которые пытались ей

навредить, больше нет…

Осталось только убедить в этом девушку.

Но, чувствую, будет непросто.

Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления…

Пока же паркуюсь около своего офиса, спешу к себе в кабинет, где лежат запасные брюк,

быстро переодеваюсь, а потом иду разбираться с капризным клиентом, который решил сорвать мне

все срок строительства.

Следующие два часа уходят на то, чтобы успокоить излишне нервных предпринимателей и

убедить, что с их объектом всё будет хорошо.

Под конец дня чувствую себя выжатым лимоном.

Но всё равно собираю всю свою служба безопасности и объясняю им весь расклад дел.

– Парни, в городе появился нечистый конкурент. Мало того, что пытается спутать нам все

карты со строительством новых объектов, ещё и срывает сроки по тем местам, где уже ведётся

стройка. Мерзавец устраивает диверсии и пытается опорочить меня перед заказчиками.

Прошу, чтобы парни подняли имена всех новых конкурентов, особенно тех, кто появился в

городе не так давно.

– И помните, чем быстрее вы найдёте крысу, тем больше вероятность, что никто из наших

клиентов не пострадает, а вы сохраните свою работу и получите внеочередную премию.

Не сразу замечаю маленькую руку, поднятую в дальнем конце стола.

– Плостите, – слышу детский голосок, – а племия будет конфетами?

Это ещё что за явление колгот народу?

В общей суматохе и напряжённости даже не заметил ребёнка.

Может, она пряталась за спинами взрослых, но…

В первое мгновение кажется, что за столом сидит Агата.

Тоже белое платье, хитрое лицо, только белого банта не хватает…

Но присматриваюсь чуть внимательнее, и наваждение пропадает.

Нет, это другая девчушка, хоть и похожая.

– Что-то не помню, как я принимал ребёнка в службу безопасности.

По переговорке разносятся редки смешки.

– Извините, босс, – виновато говорит один из сотрудников, – у нас садик резко закрылся на

карантин, пришлось ребёнка взять на работу, завтра она дома останется…

– Но я могу помочь, – говорит девчушка, – я за сегодня у вас уже тлёх сотлудников почти

поженила.

– Надеюсь, они разного пола?

Сотрудники смеются и, получив задачи, расходятся по своим местам.

А девчушка сидит на месте и смотрит на меня.

– Тебя как зовут, маленькая сводница?

– Кил-ла я.

– Послушай, Кир-ра, вот ты немаленькая девочка, так хорошо говоришь и такая умная, а что с

речью у тебя? Почему буква «р» иногда из твоих слов убегает?

– Енто налочно, – улыбается Кир-ра, – чтобы не казаться взлослым слишком умными… а то ведь

заставют работать.

– Это да, – усмехаюсь, – кому хочется работать в свои пять лет.

Девчушка улыбается, берёт со стола несколько конфет.

– Куда тебе столько?

– Одну мне, – поясняет малая, – а длугие сотлудникам, которых сегодня хочу поженить.

– Аккуратнее, – вздыхаю я, – а то все уйдут в декрет и работать у меня некому будет.

– А я аккуратненько, – обещает девчушка и убегает в коридор.

Не успеваю расслабиться, как слышу стук в дверь.

– Кто там?

В переговорку заглядывает глава службы безопасности.

– Простите, босс, тут документы, которые вы просили собрать.

Надо же, целую папку подготовил.

Ещё и копию на электронную почти отправил.

Благодарю главу, обещаю ему внеочередную премию.

Сам же быстро открываю папку с бумагами.

Просматриваю информацию о Злате.

Там ничего интересного или необычного.

Добираюсь до информации по дочери.

Сердце в груди невольно замирает…

Читаю, что нарыл мой специалист.

Встаю из-за стола, собираю все бумаги.

И иду обратно на парковку.

Смотрю на часы, время ещё есть.

По пути домой заскочу в пекарню, покажу Злате документ.

Спрошу у неё напрямую… и уже сейчас она не сможет уйти от ответа.

Зауру решаю не звонить, сделаю сюрприз, чтобы бывшая не смогла подготовиться и снова уйти

от правды.

Я должен её знать, какой бы шокирующей она не была…

В пути мне звонит Лусина.

Даже не отвечаю на звонок, уверен на все сто, что она получила нагоняй от отца и теперь

хочет извиниться.

Так и есть…

Едва перестаёт звонить, тут же отправляет сообщение.

«Аслан, нам надо поговорить»

Вздыхаю устало, даже не отвечаю на сообщение.

Спасибо, Лусина, уже поговорили.

Сворачиваю в спальный район.

На улицах уже никого, все работяги сидят дома, готовят ужин.

Около пекарни стоят две машины, одна Заура, а вторая…

Вторая машина без номеров.

И это мне совсем не нравится.

Паркуюсь неподалёку, выключаю фары, осторожно выхожу…

И вижу, что Заур лежит около своей машины без сознания.

– Шайтан, – рычу в ярости, – совсем оборзели, шакалы.

Бросаюсь к машине, вижу двух амбалов в чёрном.

Выскакивают из пекарни, замечают меня.

И бросаются наутёк.

– Стоять, ваххара!

Бросаюсь следом за уродами, одного сбиваю с ног, вырубаю ударом.

Тут же вскакиваю, уже спешу за вторым…

Но в этот момент чувствую дым.

Оборачиваюсь… и вижу, что из пекарни вовсю валит дым.

Проходит буквально пара секунд, а весь фасад уже охвачен огнём.

Твари, и когда они только успели поджечь пекарню?

Бросаюсь обратно, вижу Заура, который пытается подняться.

– Злата и Агата… они внутри, – с трудом показывает он на горящую пекарню, – они в ловушке…

Глава 11

Глава 11

Глава 11

Аслан

Времени на размышления попросту нет.

– Заур, – спрашиваю у охранника, – двигаться можешь?

– Наверное, – бормочет он, – твари со спины подобрались… один отвлекал, а второй крался… в

темноте не заметил…

– Оправдываться потом будешь, – пока говорю, быстро открываю машину охранника, беру оттуда

небольшое полотенце для стёкол и бутылку воды, – сейчас звони в скорую, в пожарную, в

полицию, в службу безопасности… всех вызывай!

Обливаю полотенце из бутылки, прикладываю его к лицу.

– А я за девочками.

Кажется, охранник что-то кричит мне в спину, но я уже не слышу.

Сейчас каждая секунду на счету!

Пока двери не охвачены огнём, прорываюсь внутрь через тамбур, который пока не охвачен

огнём.

– Шайтан… вы об этом пожалеете…

В зале уже бушует огонь.

А дыма столько, что с непривычки кружится голова.

Не думать об этом, просто действовать!

Сквозь дым разглядываю в дальнем углу дверь подсобки, прорываюсь туда, вижу, что искры

летят прямо на новые брюки…

Плевать, куплю другие!

Сейчас главное – спасти девочек.

Вот только добираюсь до двери подсобки и понимаю, что она заперта.

Слышу, как изнутри барабанит Агата, зовёт на помощь.

– Кто-нибудь… мы здесь! Тут много дыма! Маме плохо…

– Сейчас, – пытаюсь докричаться через дверь, – я вытащу вас!

Уроды не просто заперли дверь, они как-то умудрились сломать замок и дверную ручку… её

попросту не открыть.

Придётся ломать дверь…

Оглядываюсь в поисках хоть каких-то инструментов… ничего.

Шайтан… будем вспоминать молодость, когда открывали двери с ноги.

– Девочки, – кричу я, – отойдите подальше!

Не знаю, услышали они меня или нет, дыма с каждой секундой больше.

Беру небольшой разбег, и с ноги бью по двери.

С непривычки мышцы моментально забиваются, а старая дверь… просто разваливается на части.

Пробираюсь через проём, замечаю в дыму Агату и Злату.

Девушка прижимает дочь… шайтан, малая, похоже, уже без сознания.

– Сейчас… выведу вас, немного потерпите…

Смотрю назад.

И понимаю, что вывести через тот же выход девочек не смогу.

Быстро беру Агату на руки, спрашиваю у Златы:

– Ещё тут выход есть? Ну же, родная, думай! Счёт на секунды!

Злата и сама соображает с трудом.

– На кухне, где печь, – едва бормочет она, – там есть окно для выдачи хлеба… оно небольшое,

и оно заколочено… но можно попробовать.

Других вариантов, похоже, нет.

Отдаю мокрое полотенце Злате, говорю, чтобы к лицу прижала.

Сам через разбитую дверь выскакиваю обратно в зал, где уже вовсю бушует пожар.

Только бы успеть… только бы спасти Агату.

– Держись, маленькая, сейчас вытащим вас!

Девчушка уже без сознания, похоже, надышалась дыма.

Я и сам с трудом соображаю, но, пока есть силы, двигаюсь вперёд.

Перемахиваю через стойку с Агатой на руках, помогаю перебраться Злате, не даю ей упасть.

– Держитесь, девочки… держитесь… немного осталось!

Распахиваю дверь кухни, пропускаю Злату вперёд.

– Показывай, где это окно для выдачи хлеба?

Девушка спотыкается, держится за стену, но пробирается вперёд.

Иду за ней, вглядываюсь в полумрак.

На кухне огня ещё нет, но дым прибывает очень быстро.

К счастью, через мгновение Злата показывает на отверстие у дальней стены, бормочет:

– Вон там… надо сломать доски…

Отдаю ей Агату, сам действую по старинке.

Забираюсь в отверстие для выдачи хлеба ногами вперёд.

Чуть их подгибаю, бью по доскам.

С первого раза не получается.

Неудобно в таком узком пространстве бить, шайтан…

Пробую второй раз… чувствую, что доски поддаются.

Надо третий раз, на счастье.

– Давай, зараза!

Не знаю, что действует лучше, моя угроза, вся злость на уродов, которые подожгли пекарню

или сила, которую вкладываю в удар…

Но доски ломаются, и я чувствую, свежий воздух, такой холодный, такой пьянящий…

Выбираюсь из отверстия обратно на кухню.

Забираю у Златы дочь, командую:

– Выбирайся сначала ты, я передам тебе Агату.

Помогаю девушке забраться в отверстие.

Вижу, как она с трудом ползёт, цепляется за доски…

Но через несколько бесконечно долгих секунд оказывается на свободе.

Почти получилось!

Осталось вытащить Агату и выбраться самому.

– Принимай дочь!

Злата протягивает руки, а я кладу малышку, двигаю её к маме и…

– Дядя Аслан, – слышу слабый детский голосок, – асите… Анфи…

Поначалу ничего не понимаю, думаю, что у меня уже глюки от дыма.

Но через мгновение снова слышу голос Агаты:

– Дядя Аслан… спасите Анфису… она там осталась…

Шайтан… собака!

В спешке и панике совсем забыли про маленького щенка.

– Не бойся, малая, я спасу.

Двигаю Агату, вижу, что Злата подхватывает её, осторожно вытаскивает на свежий воздух.

Сам подбираю с пола мокрое полотенце, прикладываю к лицу.

Да поможет мне Всевышний…

Стараюсь не смотреть на огонь, бросаюсь обратно в зал, перемахиваю через стойку продавца,

бегу в подсобку.

В дыму почти ничего не видно.

Я опускаюсь на колени, пытаюсь найти щенка.

– Анфиса… иди ко мне, Анфиса…

Голова будто свинцом наливается.

Моргать с каждой секундой всё тяжелее.

Смотрю под столом, смотрю среди стульев, под шкафом…

Шайтан, щенка нигде нет.

Уже отчаиваюсь её найти, и в этот момент слышу, как она скулит.

Забилась в самый дальний угол под шкафами, где её не видно.

– Анфиса, иди сюда!

С трудом дотягиваюсь, хватаю маленький дрожащий комок, прижимаю к себе… живая, хоть и

напуганная.

Снова бросаюсь в зал…

И понимаю, что огонь отрезал мне путь к кухне.

Чтобы принять решение, есть всего пара секунд.

Пока огня немного, надо прыгать…

Бросаю полотенце, вдыхаю поглубже.

И перепрыгиваю через огонь, едва не налетаю на стойку продавца.

Получилось!

Быстро гашу огонь на брюках, перебираюсь через стойку, бегу на кухню, сквозь дым пробираюсь

к отверстию для выдачи хлеба.

Одной рукой цепляться неудобно, но я собираю последние силы, прижимаю к себе щенка,

пролезаю через отверстие и буквально вываливаюсь на поляну за пекарней.

– Всё хорошо, Анфиса, ты в безопасности.

С таким наслаждением вдыхаю свежий воздух, чуть покачиваюсь иду в сторону дороги, слышу

испуганные крики Златы:

– Кто-нибудь, на помощь… Агата не дышит…

Глава 12

Глава 12

Глава 12

Аслан

От слов Златы у меня самого чуть сердце не останавливается.

Тяжело дыша, вылетаю из проулка.

Пекарня продолжает полыхать… пока спасатели доберутся до этих трущоб, от здания почти

ничего не останется.

Но сейчас судьба незаконной постройки интересует меня меньше всего.

Единственное, что важно, это жизнь Агаты.

Малышка лежит на траве… и в самом деле не дышит.

– Я пыталась сделать ей искусственное дыхание, – всхлипывает бывшая, – но у меня не

получается… она надышалась дыма…

Быстро оглядываюсь.

Шайтан, а куда опять Заур пропал?

Он вообще вызвал скорую и пожарных?

– Злата, – достаю из кармана телефон, снимаю с него блокировку, – вызывай скорую и

пожарных… всё будет хорошо, главное, не отчаиваться. Я спасу Агату, но ты должна мне помочь.

Маленькая Анфиса подползает к девчушке.

Смотрит на неё жалобно и тихо скулит.

Нет уж, малая, мы тебя не отпустим!

Ты мне ещё пирожков обещала приготовить и перевоспитать…

Тебе ещё жить и жить, поэтому…

Дядя Аслан тебя не отпустит!

Опускаюсь на колени, делаю несколько нажатий на грудную клетку, вдыхаю воздух,

прислушиваюсь…

Всё ещё не дышит.

Проклятие!

Проделываю всё то же самое ещё раз, но нажимаю сильнее.

Уверен, Злата тоже всё делала правильно, просто не так сильно.

Тут надо приложить максимум усилий.

– Ну же, Агата, – говорю в отчаянии, – открой глаза… не уходи от нас, ты ещё должна

перевоспитать меня и…

На мгновение кажется, что она дышит.

Делаю ещё несколько нажатий, вдыхаю кислород.

Не помогает…

Злата без сил опускается рядом, держит дочь за руку.

– Прости, – всхлипывает она, – прости, что не сказала правду…

Поднимает на меня глаза, полные слёз.

– Это твоя… твоя дочь, Аслан.

Она говорит едва слышно.

Но я разбираю самые главные, самые важные слова.

И от них становится теплее на душу.

От них просыпается новая надежда, новые силы бороться.

– Агата, – говорю, собрав все силы в кулак, – ты слышала, я твой папа! И сегодня я тебя

никому не отдам!

Делаю ещё несколько нажатий, а потом переворачиваю малышку на бок, чтобы расслабить

дыхательные пути.

И тут происходит сразу несколько событий одновременно.

Из-за угла буквально вылетает Заур, который тащит к машине скрученного урода, того самого,

которого догнал я.

В этот же момент щенок звонко лает и зубами хватает малышку за палец, а я инстинктивно

прижимаю дочь к себе, чуть сильнее надавливаю на её грудную клетку…

И вдруг слышу, как она отчаянно кашляет и бормочет:

– Дядя Аслан, ты меня задушишь…

А я, не веря своему счастью, обнимаю Агату и тихо шепчу:

– Ты вернулась… ты услышала нас и вернулась, дочь.

Она продолжает жутко кашлять, но больше не теряет сознание.

Заур, затолкав урода в машину, подскакивает к нам.

– Простите… я вызвал скорую… всех вызвал, а потом увидел, что этот утырок развязался и

пытается сбежать… хотел его догнать. Если бы знал, что девочке понадобится помощь…

Слова Заура заглушает звуки пожарных машин.

Через пару секунд они уже тормозят около пекарни.

Парни в форме быстро начинают тушить огонь, Заур отгоняет машину вместе с запертым в ней

уродом.

Я же беру дочь на руки и несу к подъехавшей скорой.

Врач осматривает Агату, даёт ей какие-то таблетки.

Спрашивает, как малышка чувствует себя.

– Почти хорошо, – отвечает Агата, – только вот под селдешком немного болит.

Врач предлагает сделает укол обезболивающего.

В ответ малая тут же мотает головой и заявляет, что «селдешко» у неё волшебным образом

перестало болеть.

Улыбаюсь невольно, глядя на дочь.

Честно, внешне на меня совсем не похожа.

А вот характер… даже не знаю.

Помню, мама говорила, что в далеком детстве я тоже был редкостным суетологом, но сам я

этого не помню.

Да и не важно это сейчас.

Я верю на все сто, что Агата моя.

Ещё когда увидел документы и прочитал в них, что замуж Злата вышла уже в положении… ещё

тогда всё стала понятно.

А сейчас она лишь подтвердила мои догадки.

– Малая, – говорю как можно спокойнее, как только её отпускает врач, – я твой папа.

Секунду она смотрит на меня удивлённо.

А потом резко обнимает.

Так крепко, что я даже пугаюсь, как бы она снова не потеряла сознание от избытка чувств.

– Я знала, – говорит малая, продолжая меня обнимать, – и я всегда мечтала о таком папе, как

ты…

Ай, лиса, знает, как польстить!

Но в горле всё равно застревает противный ком.

С трудом его сглатываю, беру дочь на руки.

Тут же нас обнимает Злата, которая даже не пытается сдержать слёз.

– Прости, – говорит она, – прости, что сразу не сказала правду… если бы с самого начала

была честной, пожара, может, и не случилось бы…

Может, и не случилось.

Но сейчас для меня это совсем не имеет значения.

Главное, что живы Агата и Злата, каким-то чудом остались целы и они, и маленькая пушистая

Анфиса.

Но, чтобы это не случилось снова, надо найти урода, который устроил поджог пекарни.

И я сделаю всё возможное, чтобы наказать мерзавца.

Отдаю дочь Злате, а сам говорю:

– Сейчас вернусь, пока расскажите полиции всё, что знаете.

Сам отправляюсь к машине, где сидит урод.

Открываю дверь и без долгих предисловий заявляю:

– Шанс остаться целым у тебя только один, родной. Если ты будешь честен и назовёшь мне имя

заказчика.

Урод смотрит на меня равнодушным взглядом.

И называет имя, которое вгоняет меня в ступор…