Текст книги "Няня Пышка для дочери (бывшего) босса (СИ)"

Автор книги: Мира Цветова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 6 страниц)

Глава 17

Глава 17

Оксана

– Доктор, что с моей мамой? Прошу вас, не томите…

Макушев улыбается, опускает руку мне на плечо.

– Операция прошла хорошо, но восстановление займёт немало времени, возможно, полгода, даже год… было много осложнений, но ваша мама очень сильная и выносливая, уверена, она справится ещё быстрее.

В этот момент у меня будто камень с души!

Я даже не верю в то, что болезнь осталась позади, что впереди только восстановление, с которым я маме, конечно, помогу.

– Всё хорошо, – повторяю, словно заклинание, – всё хорошо…

Ариша просыпается, потирает глаза.

Смотрит на нас немного удивлённо.

– Всё холошо?

– Да, – улыбается Макушев, – я бы даже сказал, всё замечательно.

Малышка соскакивает с дивана, тут же бросается меня обнимать.

– Вот видишь, как всё здолово, а ты пележивала!

– Я и сейчас переживаю, – признаюсь честно, – мне кажется, что я сплю и вижу сон, вот-вот проснусь, и окажется, что всё это не на самом деле.

Макушев смотрит на меня внимательно.

– Значит так, Оксаночка, отправляйтесь домой и отдыхайте, высыпайтесь, ни о чём не думайте. С вашей мамой всё хорошо, она под надёжным контролем. Сегодня она под наркозом, ночь проведёт в реанимации, а уже завтра вы её спокойно навестите.

– Цветочки ей можно принести, – тут же спрашивает Арина, – а песенку её любимую спеть?

– Первое – конечно, – кивает Макушев, – насчёт второго не уверен, сама у неё спросишь, когда очнёшься.

Я, с трудом сдерживая слёзы, благодарю хирурга ещё раз, а Олег протягивает ему руку, крепко пожимает.

– Как и обещал, от меня вся необходимая защита и финансирование. Как будешь готов, составим договор и подпишем, контракт с Блио тоже помогу разорвать без лишних нервов.

Макушев только вздыхает.

– Я очень рассчитываю на твою поддержку, Олег, иначе, старик Блио меня просто похоронит вместе с фондом и пациентами, которые не получат мою помощь… верю в тебя всем сердцем.

Олег для надёжности приставляет к Макушеву пару охранников, чтобы Блио не вздумал устраивать козни и покушения, ещё одного охранника оставляет дежурить возле операционного отделения, где лежит мама.

Без долгих раздумий охранять мою маму вызывается Степан.

Малышка Арина грозит ему пальчиком.

– Ты смотли у меня, с молодыми медсёстлами тут не заиглывай, а то домой не пущу потом!

Степан тут же краснеет и уверяет, что будет думать только о работе, и свой пост не покинет ни под каким предлогом.

Олег и Макушев перекидываются ещё парой фраз, после чего мы спускаемся вниз, на парковку, садимся в машину…

И вот в этот момент я по-настоящему расслабляюсь.

Шум улицы и музыка из динамиков убаюкивают как-то разом, засыпаю буквально через пару минут и чувствую, как Арина устраивается рядом у меня под боком, засыпает быстрее меня.

Во сне я вижу море и пляж, у воды прогуливаются Олег с дочкой, я пытаюсь их догнать, но они оба снова и снова от меня убегают, не замечают, хотя я зову их, кричу имена…

И вдруг просыпаюсь от того, что кто-то бережно берёт меня на руки.

– Олег, – выдыхаю изумлённо, – что… что ты делаешь?

– А на что это похоже? – улыбается он. – Несу тебя домой.

– Я сама могу…

– Я знаю, – отвечает Олег, – но сегодня ты сделала достаточно, просто расслабься и позволь за тобой поухаживать.

Его губы слишком близко, аромат его парфюма слишком волнительный, и я… я просто растворяюсь в этом приятном беззаботном чувстве.

– А где Арина?

– В кровати она уже, не беспокойся, – Шахрин аккуратно открывает двери, – даже не проснулась, когда я поднимал её наверх, но во сне несколько раз сказала, что было бы очень здорово, если бы я на тебе женился.

Я невольно улыбаюсь.

Эта маленькая сваха в колготках не успокоится, пока не поженит меня с бывшим боссом.

Но самое удивительное, что я… не хочу этому сопротивляться.

Потому что я понимаю, как сильно скучала последние пять лет по вниманию, заботе и ласкам…

Олег заносит меня в дом, аккуратно проносит меня по коридору, такой сильный и уверенный в себе, так де бережно заходит в комнату и укладывает на кровать, закрывает дверь и возвращается ко мне.

– Так, – оглядываюсь по сторонам, – почему мы в твоей комнате? Мне это не нравится…

– Мы в моей комнате, потому что оба этого хотим, Оксана, – тихо отвечает Шахрин.

И не даёт мне ничего возразить, наклоняется сминает мои губы поцелуем, проводит рукой по моим волосам, придерживает за шею, гладит, ласкает, снова и снова доводит до мурашек!

В голове снова проскакивает мысль, что всё это сон, а потом все мысли вылетают из головы, потому что Олег осыпает поцелуями мою шею и ключицы, прокладывает дорожку из поцелуем к груди, поднимается выше касается губами мочки уха, проводит по ней языком.

И у меня от каждого его прикосновения перехватывает дыхание.

Я буквально в космос улетаю и растворяюсь там, среди миллиона звёд, сгораю, как комета, от этих горячих запретных эмоций!

Шахрин ещё раз целует меня в шею, а потом резко останавливается.

– Что случилось? – спрашиваю удивлённо.

Он отходит от меня, молча садится в кресло напротив.

– Да что случилось, – спрашиваю озадаченно, – Олег… всё в порядке? Почему ты прекратил?

По телу всё ещё пробегает дрожь от прикосновений Шахрина.

В ушах так сильно стучит кровь, что я не сразу слышу, что он говорит.

А когда разбираю его слова, сердцу становится тесно в груди.

– Оксана, прежде чем мы продолжим, я хочу расставить все точки и обсудить наконец всё, что между нами произошло пять лет назад, иначе, мы не сможем доверять друг другу. Ты готова?

Мысли беспорядочно мечутся в голове.

Сердце никак не хочет успокаиваться.

Но я беру себя в руки, смотрю в глаза Олегу и отвечаю:

– Готова… с чего начнём?

Глава 18

Шахрин

Смотрю в глаза Оксаны красивые и чистые, как летнее южное небо.

И ловлю себя на мысли, что не могу дать волю чувствам, пока между нами остаются тайны и недомолвки, пока старые обиды нависают бетонной плитой и грозят всё то, что мы создаём сейчас.

Мы не сможем и дальше бегать от этих обид и делать вид, что в прошлом ничего не было.

Поэтому сажусь напротив девушки, всё так же смотрю в её глаза.

И предлагаю всё обсудить.

Вижу испуг в глазах Оксаны.

Уверен, у неё внутри сейчас бушует буря из чувств и эмоций.

Но она берёт себя в руки и отвечает:

– Я готова всё обсудить… с чего начнём?

Вздыхаю, готовлюсь мысленно к долгому разговору.

– Начнём с того, что пять лет назад ты могла попасть в тюрьму, если бы я не отстранил тебя от работы в своей компании.

Оксана смотрит на меня изумлённо, спрашивает:

– В тюрьму? Я не понимаю…

– В это трудно поверить, понимаю тебя. Как думаешь, почему я закрыл ту самую первую компанию несмотря на то, что она приносила стабильную прибыль?

– Подозреваю, там что-то было незаконно…

– Правильно подозреваешь, – усмехаюсь, – мой партнёр, который и дал начальный капитал для открытия фирмы, отмывал через неё деньги, пока мы с тобой старательно развивали новую компанию и новый бренд, чёртов Василенко, мой первый партнёр, внаглую отмывал деньги и ставил на многих незаконных документах мою фамилию. Понимаешь, чем это могло грозить?

От шока Оксана не сразу отвечает.

– Погоди, – говорит она дрожащим голосом, – на документах в той фирме стояла не только твоя, но и моя фамилия.

– Верно, – киваю, – тебе тоже могла грозить уголовка. И, когда я обнаружил, что Василенко отмывает деньги и пригрозил ему санкциями, он намекнул, что мы с тобой первые можем попасть под суд, если правда раскроется… ублюдок знал о нашем романе и уже хотел избавиться от тебя, на твоём примере показать, что с Василенко шутки плохи.

– Но он же не подал на меня в суд? – испуганно спрашивает Оксана. – По крайней мере, я недавно проверяла судимости, когда составляла резюме, там ничего. А моё увольнение и обвинение в том, что я сливаю клиентов конкурентам… это всё тоже было подстроено?

– Нет, – отвечаю, вспоминая события тех дней, – я и в самом деле обнаружил утечку данных, начал своё внутреннее расследование и обнаружил, что один из старших менеджеров сливает клиентов конкурентам. Позже, уже после нашего разрыва, я нашел этого менеджера и уволил его, в наказание оставив без выплат.

Встаю с кресла, подхожу к девушке.

Касаюсь её подбородка, провожу по нему ладонью.

Вытираю слёзы на её лице.

И не отвожу от неё взгляда.

– Я знал с самого начала, что это не ты, Оксана. Знал, что ты не виновата, и тот чёртов менеджер тебя подставил, но так получилось, что это событие по времени совпало с нашим конфликтом с Василенко. И в тот момент я понял, что это единственный возможный способ обезопасить тебя не только от моего партнёра-ублюдка, но и от тюрьмы. Поверь, если бы правда всплыла наружу, было бы очень трудно… практически невозможно доказать свою невиновность.

Чувствую, как по моей руке скатывается ещё одна её слеза.

У самого всё болезненно сжимается под сердцем.

Сжимаю зубы и продолжаю.

– Я не хотел, чтобы тебе угрожала опасность, не хотел, чтобы этот ублюдок всё свалил на тебя. За себя я не боялся, к тому же я сам выбрал Василенко себе в партнёры! А ты… ты была слишком молода, Оксана, тебе ещё жить и жить, поэтому я принял тяжёлое решение разорвать все связи, чтобы Василенко не добрался до тебя. Если бы ублюдок узнал, что между нами что-то было, поверь, он бы добрался до тебя, он бы в ад твою жизнь превратил, поверь, он делал так со своими бывшими партнёрами. Но тебя ему достать не получилось.

Оксана всхлипывает, смотрит на меня.

– Я всё равно не понимаю, Олег… почему ты не сказал мне об этом? Молча разорвал со мной все отношения и молчал все пять лет? Знаешь, как я убивалась эти годы? Искала причины в себе, столько слёз пролила, столько бессонных ночей, столько нервных клеток убила… и всё из-за того, что не знала правды!

– Прости, Оксана, это всё моя вина.

Беру её за руки, притягиваю к себе, обнимаю.

Пытаюсь успокоить.

Сам пытаюсь унять эмоции, хотя это очень сложно.

– Если бы я всё тебе рассказал, сама понимаешь, ты бы со своим взрывным характером и жаждой справедливости сразу бы бросилась в бой, попыталась наказать Василенко, и это бы обернулась катастрофой и для тебя, и для меня, поверь. Чуть позже, уже после нашего расставания, ублюдка едва не загребли по другому делу и другому бизнесу, он быстро свалил на другой континент, оборвал все связи закрыл все счета и залёг на дно.

Шумно выдыхаю, пытаюсь унять стук собственного сердца.

В этот момент будто заново переживаю все события тех дней.

– Все эти пять лет, пока Василенко остаётся на свободе, пусть и на другом конце света, остаётся и угроза, что он может использовать против нас подписанные нами же бумаги. Мне стоило большого труда, чтобы закрыть ту компанию, ликвидировать все документы и упоминания о ней. Но ублюдок мог сохранить компромат и воспользоваться им, чтобы отомстить мне и разрушить и твою жизнь, Оксана.

Она перестаёт плакать, вытирает слёзы.

– Угроза остаётся и сейчас, но ты всё равно впустил меня в свою жизнь, Олег, зная, что Василенко может появиться и использовать свой компромат против нас…

– Да, угроза остаётся, – отвечаю, сжимаю её лицо в своих ладонях, – но, когда я встретил тебя снова, ясно понял одно…

Наклоняюсь к ней, сминаю пухлые губы поцелуем.

– Больше я не хочу тебя потерять, Оксана. Тогда я был молодым, упрямым и глупым, но сейчас понимаю… любовь сильнее всех других чувств, сейчас у меня больше денег, ресурсов, больше влияния и власти. Если Василенко появится снова, я не позволю ему разрушить твою или мою жизнь. И я сделаю то, о чём мечтал все эти годы, Оксана.

Обнимаю её, прижимаю крепко-крепко, а через секунду толкаю на кровать, осыпаю поцелуями, раздеваю, теряю голову…

И в этот момент даже не представляю, к каким страшным последствиям может провести эта ночь, полная эмоций и наслаждения.

Глава 19

Глава 19

Оксана

Эта ночь похожа на сон, такой яркий, эмоциональный.

Эмоции, по которым я скучала больше всего.

Никаких обид, упрёков и злости.

Только чистое удовольствие, которое на время позволяет забывать обо всё плохом, что случилось за последние годы.

Олег, как и раньше, безошибочно находит все самые чувствительные точки на моём теле, прикасается к ним, поглаживает, ласкает.

Доводит меня до сладкой дрожи, до стона, который я не могу сдержать, смотрю смущённо на Олега, а он улыбается.

– Как же я соскучился по твоим сладким стонам, – он находит мои губы, срывает с них поцелуй, руки скользят по моему телу, всё ниже и ниже, – ни с кем и никогда я не испытывал такого сильного наслаждения, как с тобой, Оксана, никогда и никого не любил так же сильно, как тебя. И не полюблю… никогда.

Осыпает поцелуями мои шею и грудь, опускается ниже…

А меня вдруг обжигает одной странной мыслью.

Если ты никогда и никого не любил так сильно, Олег, зачем же тогда женился на женщине, у которой явно непорядок с нервами, а потом родил от её ребёнка… нет, Ариша, конечно, чудо чудесное, но…

Слова Олега как-то не вяжутся с его поступками.

Может, и здесь тоже кроется некая тайна, о которой я не знаю?

Тогда почему Олег ничего об этом не сказал?

В следующую секунду забываю обо всём на свете, потому что меня накрывает эмоциями так сильно, что не могу дышать!

А спустя полчаса (а по ощущениям целую вечность спустя) лежу у него под боком, слушаю, как бьётся его больше сердце.

Снова невольно вспоминаю то, о чём думала после разговора с Олегом.

– Твои слова, – говорю робко, – о том, что ты меня любил всё это время… они немного не вяжутся с тем, что почти сразу после нашего разрыва ты женился на другой, и у вас родилась дочь.

Шахрин смотрит на меня удивлённо, будто не сразу понимает, о чём именно я говорю.

– Не было там никакой любви, поверь, Оксана.

– Тогда зачем ты женился? Зачем вы с ней родили дочь?

– Слишком много вопросов и откровений для одного раза, – нехотя отвечает Олег, – я расскажу тебе правду, Оксан, но не сейчас. Для начала я должен кое в чём убедиться, а потом… когда у меня на руках будут все доказательства, я всё тебе расскажу, Оксана.

И снова какая-то тайна.

Признаться честно, я от них уже немного устала.

Если мы и дальше будем сотрудничать с Олегом и… развивать отношения, надо будет сделать так, чтобы тайн в нашей жизни стало меньше.

Иными словами, придётся мне перевоспитать Шахрина.

А это будет ой как непросто.

Хотя… уверена, малышка Ариша мне в этом поможет.

С этими мыслями сама не замечаю, как засыпаю…

А просыпаюсь буквально через секунду, но в глаза уже ярко светит солнце, а Шахрина со мной рядом нет.

Потираю глаза, осматриваюсь, вижу свою одежду на кресле рядом.

Тут же, на столике, мой телефон, подключенный к зарядке.

На экране уже светится сообщение от Олега.

«Отлучился по делам, скоро вернусь. Будь готова. Позавтракайте с Ариной, но про нашу ночь ни слова»

Отвечаю на сообщение Шахрина, что всё поняла, приняла.

Быстро одеваюсь, спускаюсь вниз…

И по довольному лицу маленькой Ариши понимаю, что она уже догадывается, что эту ночь мы провели вместе.

– Когда свадьба? – спрашивает у меня и подмигивает.

– Когда ты научишься выговаривать букву «Р», – отвечаю, ничуть не смущаясь, тоже подмигиваю.

Ариша грозит мне пальцем, протягивает тарелку с сырниками.

– Угошняйся… ой, угощайся, очень вкусные, тётя Оля очень стар-ралась, пр-риготовила по своему секр-ретному домашнему лецепту… да блин, почти ведь сплавилась.

– У тебя получится, – улыбаюсь я и пробую сырник.

И в самом деле очень вкусный, как у моей мамы.

Вспоминаю про операцию, тут же набираю доктора.

Он отвечает почти сразу, говорит, что у мамы всё хорошо, она уже пришла в себя, называла моё имя, спрашивала, всё ли со мной хорошо.

У меня от этих слов по щеке невольно скатывается слезинка.

– Доктор, когда можно будет навестить маму?

– Думаю, сегодня, ближе к вечеру, когда Макушев ещё раз осмотрит пациентку… я вам обязательно сообщу.

На душе будто легче становится.

– Мама идёт на поправку, – говорю Арише.

Она кивает с серьёзным видом.

– Могу дать ей своего волшебного Ёжика Селёжика, он лучше всех залечивает душевные раны.

– Обязательно передадим маме твоего ёжика, как поедем к ней. Уверена, ей понравится, хоть у неё и нет душевных травм.

Слышу шум машины во дворе.

Неужели Олег так быстро вернулся?

Ариша выглядывает в окно.

– Ой, папа так быстло велнулся. Навелное, чего-то забыл. Меня поцеловать… или тебя, няня Оксана.

Делаю виду, что не услышала последние слова девочки.

Олег же буквально залетает в столовую, сразу понимаю, что он в ярости, спрашиваю как можно аккуратнее:

– Ч-что случилось?

– Крыса, – отвечает Шахрин коротко. – До сих пор в моём офисе орудует шпион.

Бросает на стол передо мной папку с бумагами.

– Это задание для тебя, – бросает через плечо, – по сделке с китайцами документы, проверь, всё ли в порядке.

– Погоди, – у меня голова идёт кругом от всего, что сказал Олег, – ты сказал, что у тебя в офисе до сих пор орудует шпион…

– Да, – кивает нехотя Олег, – и продолжает вставлять палки в колёса! Сегодня утром этот шпион пытался слить конкурентам важную информацию по китайской сделке. Перехватили в последний момент!

– Я думала, что Петров и есть шпион, но его же вчера поймали…

– Так и есть, – отвечает Олег, – но, как видишь, он был не один. И кто-то, помимо Петрова, продолжает сливать информацию.

Ариша слушает отца с внимательным видом.

– Надо ловить на живца, пап. Положить на видном месте бумаги, подписать, что ето важные документы, свелху можно положить палу конфеток, чтобы шпиён на запах плишёл, а потом… как хвать его!

Я не вижу реакцию Олега на предложение дочери.

Торопливо листаю документы, просматриваю все графы и печати, сверяю подписи, смотрю на цифры…

И тут меня резко осеняет.

Поднимаю глаза на Олега и говорю:

– Кажется, я знаю, кто ещё шпионит в твоей фирме.

Он смотрит на меня удивлённо, подходит ближе.

– И кто же это, Оксана?

Вдыхаю поглубже, перелистываю документы и отвечаю.

– Думаю, это…

Глава 20

Глава 20

Оксана

– Они уже рядом, – говорит Олег, глядя на часы, – водитель сказал, подъезжают к офису.

Смотрит на меня, наклоняется, мягко целует в губы.

– Не волнуйся, Оксана, всё будет хорошо.

Стараюсь не волноваться, но сердце всё равно бешено бьётся в груди, а руки дрожат.

Да и сам Олег на взводе, за последние полчаса даже не присел.

Ходит по кабинету, смотрит на время.

Ещё бы, он с этими людьми несколько лет проработал, а сейчас этим же людям он будет обвинения предъявлять, а потом…

Либо уволит с позором, либо, предложит работать двойными агентами.

Ох, нехорошее у меня предчувствие!

Мне бы уверенность малышки Ариши!

Она единственная на полном чилле, сидит за столом, болтает ножками, высунув язык, кого-то рисует.

– Полтлет это ну, – поясняет, когда смотрю на рисунок, – папу лисую, а то у него ни одной фотоглафии нет в кабюнете. А так… повесит над столом, и все будут видеть, что папа – большой босс!

– Здорово, – выдавливаю из себя улыбку, – только почему папа у тебя получился зелёный?

– Как почему, – пожимает плечами Ариша, – а как мне ещё показать, что он глозный у меня?

Я не успеваю ничего ответить.

Слышу в коридоре громкие голоса.

Ой, что сейчас будет…

Дверь открывается, в кабинет заходят Азимов и Платон, оба счастливые, даже немного загорелые.

– Ого, какая встреча, – улыбается Азимов, – целая свита нас встречает, сама Арина Олеговна с небес спустилась.

Малышка показывает на него карандашом.

– Я на тебя обиженная, ты никогда не привозишь мне гостинцы.

– Прости, родная, – усмехается Азимов, – работы много, не до гостинцев, делаем всё, чтобы твой папа на нас не ругался.

Платон не так разговорчив, смотрит на меня, на Олега.

Присаживается на краю стола, спрашивает:

– Что-то случилось? Чувствую какое-то напряжение.

– Правильно чувствуешь, – вздыхает Шахрин.

Показывает Азимову на свободный стул рядом с Платоном.

– Присядь, есть разговор.

Смущённый Азимов опускается на стул, сам Олег садится напротив.

– Парни, давайте не будем играть в догадки, я всё знаю.

Азимов и Платон переглядываются.

– Что именно ты знаешь, Олег? – хмурится Платон. – Я не понимаю.

– Всё ты понимаешь, – отрезает Шахрин, – не строй из себя дурачка, старина, у тебя плохо получается. Я знаю, что вы втроём с Петровым работали и до сих пор работаете на Блио. И у меня есть доказательства.

Азимов и Платон, конечно, переглядываются.

– Олег, – говорит последний, берёт со стола бутылку воды, делает несколько глотков, – это шутка какая-то? Мы с тобой с самого начала, прошли огонь, воду и медные трубы на миллионы закупали… а теперь ты обвиняешь нас в работе на старика…

– Всё верно, – кивает Олег, берёт со стола папку с документами, кидает Платону, – тут доказательства.

Пока взрослые заняты разговоров, Ариша тянется к селектору, нажимает кнопку, что-то тихо говорит секретарше.

Наверное, заказывает себе какао.

Тем временем, Азимов открывает папку, вглядывается в бумаги.

– Я вижу тут наши отчёты из Китая, вижу свои подписи. И что дальше? Где тут доказательства?

– В конце есть другие документы, – поясняет Олег, – перехваченные нами заметки, заполненные для Блио, там есть пометки от руки, видимо, написанные в спешке, что очень необдуманно с вашей стороны, вы сравните почерки и подписи, парни. Они подозрительно похожи, а ещё я знаю, что вы оба левши и узнаю затёртости, которые вы оставляете на бумаге, когда подписываете документы левой рукой.

Азимов тоже берёт бутылку воды, делает несколько глотков.

Оба заметно нервничают, но, как и предполагал Олег, до последнего будут идти в отказ.

– И это все твои доказательства, босс? – усмехается Платон. – Извини, но это глупо, на основе похожих почерков делать выводы и обвинять людей, которые верой и правдой работали на тебя много лет!

– Перестань, – перебивает Олег Платона, – версия о том, что шпионов сразу трое, подтверждает мою теорию, ведь один из вас имеет доступ к определённой сфере внутри компании, ну а вы трое имеет доступ ко всем сферам моего бизнеса.

Азимов не выдерживает, вскакивает со стула.

– Я почти сутки летел не для того, чтобы выслушивать тут глупые обвинения, если ты и в самом деле считаешь меня шпионом, Олег, тогда мне нет смысла и дальше работать с тобой, всего хорошего, а ты…

Поворачивается к Арише.

– Ты, мелкая, жуткая вредина.

Разворачивается, быстрым шагом идёт к двери, дёргает ручку…

И не может выйти.

– Какого чёрта тут заперто?

Платон вскакивает следом, тоже дёргает за ручку двери.

– Что за фокусы, Олег, почему тут заперто?

Шахрин и сам выглядит удивлённым.

Зато Ариша спокойно наблюдает за неудачными попытками заместителей выйти из кабинета.

– Вот не зля ты мне никогда не нлавился Азимов, – заявляет малышка, – я тёте секлеталше сказала, чтобы она кабинет заклыла, а вы не могли выйти, воть…

Показывает на открытые бутылки с водой.

– А там было слабительное, от котолого животики сводит. Оно очень быстлое и сильное, мущщинки.

Олег улыбается и тут же подхватывает:

– Парни, у вас есть ровно две минуты, чтобы признаться. Будьте мужчинами и скажите, что это вы шпионите для Блио. Иначе, вас ждут очень неприятные последствия.

– И ещё пеледо мной извинитесь, – добавляет Ариша, – и скажите, что я никакая не вледина.

Олег кивает, смотрит на часы.

– Итак, парни, время пошло, жду ваши признания…