Текст книги "Толстушка Ли (СИ)"
Автор книги: Милана Стоун
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)
Глава 5
Выходные пролетели, словно в тумане. Я почти не выходила из своей комнаты, закрывшись там как в своей крепости. В редких случаях, когда я все же выползала из комнаты, обратила внимание, что отец не ночевал дома. Но меня это мало волновало. Находилась только в своих тайных переживаниях, обдумывала произошедшее на вечеринке. Как мне появиться в школе и смотреть всем учащимся в глаза. Уверенна, что они знали о случившимся, удивлена, что до родителей это не дошло. И это было хорошо, мне не нужна их жалость и не дай бог ещё криков и наказания. Брат странно на меня смотрел и не разговаривал со мной, что тоже было весьма необычным.
Да пускай катиться этот напыщенный придурок!
Даже не поддержал меня за эти дни. Мама тоже себя странно вела. Не особо разговаривала со мной, только пару фраз бросила. Явно находясь в раздумьях, чем-то огорченная. Может они поссорились с папой, поэтому он не ночевал дома. Она тоже закрылась в комнате и не выходила оттуда. Что со всеми произошло? Прям комок, какого-то раздражения и печали. И слова Нейта не выходили из головы.
Мне нужен был совет и поддержка. Я знала, где это получить. И это были не мои подруги, не брат и даже не мама.
Розалинда, да, вот чью помощь желала получить. Бабушка была спецом по завоеванию мужчин, она хорошо их читала.
Посмотрела на часы, было уже поздно для ночных звонков, но мне нужно было её услышать. Дома было тихо. Маркус ушёл гулять с друзьями. А мать приняла снотворные и уже давно спала.
Вышла из комнаты, направилась на кухню, так как оставила телефон там.
Взяв его в руку, увидела 4 непрочитанных сообщения от незнакомых номеров. Нет, даже не буду читать!
Слышу гудок. Может, нужно было позвонить раньше?
– Слушаю, розочка, – я невольно улыбнулась, боже, как я её люблю. Нежность разлилась по всей груди, стоило мне услышать прозвище, которое мне дала бабушка, когда мне исполнилось двенадцать лет. Она сравнивала меня с этим цветком, говоря, что скоро я стану настоящей женщиной, буду, словно красная роза. Она как-то обмолвилась, что когда была ещё молода, оказалась влюбленной в писателя, и он называл её именно, так, когда у них был роман.
– Привет бабуль, – ответила ей, – я не разбудила тебя?
– Что ты, милая. Я только пришла с приема. И не называй меня бабушкой, я не настолько стара! – засмеялась в трубку, её смех был, как звон колокольчиков. Мне уже стало легче, все проблемы будто испарились.
– Линда, я не хотела тебя обидеть, ты не старая. Как ты поживаешь? Что за приём?
– Деточка, ты никогда меня не обидишь! У меня все по-старому. Приём устроил владелец нашего нового ресторана. Замечательный человек, надеюсь, летом, когда ты приедешь в гости, я познакомлю тебя с ним. У него есть замечательный сын, который только, что прилетел из Парижа с учебы, окончил университет, и его отец в честь его возвращения устроил приём. Поговаривают, он собирается подарить этот ресторан ему, – слышу, она замялась. – Я обязательно вас познакомлю, мы уже обсудили это с его отцом, – тяжело вздохнув, ошарашила она меня. – Они уже ждут встречи, милая я знаю, что ты ещё молода, но тебе нужно, налаживать связи и общение среди таких, как мы.
– Не стоило, – вздохнув, пожала плечами. – Моё сердце уже отдано Нейтану Янгу, ты же знаешь, – сказала шепотом, будто кто-то мог меня услышать.
– Вздор! Ты слишком молода, что бы понять, что ты любишь. И этот, – услышала отвращение в её голосе, я опешила, хотя знала, что он ей не нравился, как и наш отец, – Янг… он простолюдин… и не из нашего круга, он не знает, как нужно обращаться с такой леди, как ты! Не совершай ошибку своей матери, проникаясь к нему чувствами. Эта влюбленность тебе может дорого обойтись.
– Ты не права, он… – не успела договорить, как меня перебили.
– Я знаю, о чем говорю, он принесёт тебе только разочарование! Грубый, неотесанный сын, шлюхи! – что? – Не стоит так удивляться милая, у меня много связей и я не упустила шанса разузнать о нем получше и уже достаточно давно!
– Ты не можешь, так говорить, это никак не относится… – да что такое, меня опять начали перебивать. Это начало злить, чего раньше бабушка не позволяла себе.
– Ты уже взрослая, что бы поговорить с тобой об этом. Я понимаю, что он красив и выдающийся спортсмен, но это единственное его достойное качество! Не воспринимай первое сексуальное влечение и влюбленность, за настоящие чувства! – мне не нравился этот разговор, куда он вёл и это напряжение, которое росло в нем. – Послушай меня внимательно. Я кое-что узнала. Его мать, – с такой злобой она сказала это, – работала в своё время в экскорте, ты знаешь, что это значит?
– Ээм, да я знаю, но какое отношение это имеет к…
– Она забеременела от богатого клиента, он был моложе неё на десять лет, и был женат, и у него уже был ребёнок. Она выдаивала у него деньги, что бы об этом никто не узнал. Ему пришлось отвалить кучу денег, за молчание! Но в итоге, она пришла к нему с ребёнком на руках и потребовала, роспись.
– Прошлое его матери не касается его самого, – я была в шоке от такой информации, но это ничего не значит!
– Это ещё далеко не все, милая, – я не желала слушать дальше эту историю, но чертово любопытство не давало мне покоя.
– После того как у неё не вышло заполучить богатого муженька, буквально через десять лет за дело взялась её сестра Вероника. Столько времени прошло, и она не постеснялась лечь в постель с отцом твоего ненаглядного, – нет, я не могла поверить, такого не может быть, ведь так! Зачем им это нужно? – Вот у неё получилось разрушить брак и забрать его себе. Она запудрила ему мозги и получила его в возрасте девятнадцати лет! Я докопалась до сути и узнала, что в течение последующих семи лет она переводила деньги своей сестре, помогая им финансово, а тот даже не прочухал! Год назад он обанкротился, и она подала на развод. Это семья обманщиков, подлых змей, которым все равно кого обманывать! Я любою тебя Лилиан и хочу для тебя только самого лучшего, подумай хорошенько головой. Я не желаю, что бы ты связала свою жизнь с ними, – с придыханием закончила она свой рассказ.
Я почувствовала слезы на своих щеках. Почему? Что меня так задело? Я переживала, ведь мне нравилась мама Нейта, и я думала Кларисса приличная женщина, она была подругой моей мамы. Черт! Они были у них. Не могли же эти две женщины взять в оборот нашу семью. У нас были связи и деньги. Я отогнала эти глупые мысли, мы дружили много лет, и никаких проблем у нас не было. Ведь не было?
– Я не понимаю, к чему ты клонишь, Нейт он не такой, он добрый парень, он даже заступался за меня и не раз! Он не такой каким, ты хочешь мне его показать! Его семья никак не касается нас! Зачем ты мне такое рассказываешь?
– Я предупреждаю тебя, только и всего, я боюсь, что этот парень вскружит тебе голову и обманет. И… ты ничего не заметила странного в поведении твоих родителей… не отдалились ли они? – тихо спросила.
– Нет, с чего бы это? Они любят друг друга. Я вижу это каждый день. Они не ссорятся… – осеклась, сейчас они явно в соре и припоминая ещё кое-что. – Последний раз это было примерно месяц назад, после того как мама вернулась от тебя, – холодок пробежал по коже, вспоминая тогда их крики, о неверности мамы. Но она клялась, что ничего не было у неё с каким-то мужчиной, который названивал ей. Позже она рассказала, что познакомилась с ним в баре, когда встречалась со своей старой знакомой. Они провели время за беседой, этот мужчина поцеловал её. Но мама сказала, что дала ему пощёчину и больше с ним не встречалась. И я поверила ей на все сто процентов, она тогда была разбита и говорила, что не предавала нас с отцом. Отец пропал на неделю. Но после вернулся как не свой, помятый и печальный. Но все же вроде наладилось. Хоть я начала понимать, что отец до сих пор как сам не свой, но думаю это, потому что у него много работы и он устаёт. Я пыталась отогнать плохие мысли из головы, но все же уже было положено зернышко сомнения. В сердце будто, что-то кольнуло, поэтому я потёрла ладошкой это место.
– Я уверенна в своей дочери, она бы не смогла променять семью на интрижку, хоть Дориан и не достоин её! Ни плачь родная, я просто старая ненавидящая мужчин карга, – только сейчас поняла, что всхлипываю, и слезы льются из глаз.
– Линда, я позвоню тебе позже! – скинула трубку.
О, господи! Я хотела получить поддержку, а все вылилось на меня, как ведро с дерьмом! Что имела в виду Розалинда? Неужели, что-то рушилось? Наша семья? Я не могла этого принять. Любила всех их. Они были мне опорой, доказательством, что любовь существует. Не переживу их разрыва! Ни сумею быть, на чьей либо стороне, отдельно от кого-либо!
Глава 6
«Подстилка», красовалось на моем шкафчике в школе. Кто бы ни написал это маркёром, был уверен, что это не оттереть, так легко, как могло показаться на первый взгляд. Я взяла у уборщика щётку и какие-то средства для отмывки этого ужаса. Сказать, что была в бешенстве от этого ужаса – это ничего не сказать вовсе!
Какие же поганые подростки в нашей школе! Произошедшее на вечеринке, было в высшей степени омерзительным! Девушки не должны подвергаться насилию среди парней. И сами же дамы в нашей школе были не менее жестоки, что бы написать это, на всеобщее обозрение, забавы ради. Бывшая Джона, даже не помню её имени, это была она. Просто увидела, как пигалица пропорхала мимо, засмеявшись со своими подругами.
Так и не явившись на первое занятие, пыталась избавиться от этого кошмара. Никто даже представить и не мог насколько, мне было обидно. Все выходные, проплакав в подушку после случившегося, надеялась на лучший исход, придя сюда, на меня опрокинули следующее ведро с помоями. Даже думать о вселенской справедливости было бесполезно! Справившись все-таки с надписью, на урок решила уже не приходить. Взяв рюкзак, направилась на своё излюбленное место в школе, на заднем дворе около старого, огромного дуба. Отличное место, что бы спрятаться от людей.
Усевшись на траву, облокотившись на ствол, включила музыку в наушниках и стала дожидаться окончание урока. Немного расслабившись, обдумывала свои дальнейшие действия, расставляла все по полочкам. Я так и не сказала Нейтану спасибо, за своё спасение. Хотелось найти его до начала занятий, икала взглядом, но нет.
Достала из рюкзака конверт, немного сминая, прокручивала, долго смотря на него. А стоит ему его отдавать? Как он отреагирует на моё признание? Могу ли рисковать после произошедшего ранее? А если, кто-то узнает? Меня обсмеют, Нейт уедет из города, а я останусь на этом месте, мне ещё нужно будет отучиться здесь год до поступления в другое учебное заведение.
Близость с ним – роскошь, за которую придется платить. Стоит ли рисковать за несколько мгновений с любимым, а если он не примет меня?
Нет. Я не смогу этого сделать. Это плохая идея. Слишком велика цена. Стоит ли первая любовь этого… особенно безответная любовь! Сейчас была более уверенна, что он не ответит взаимностью. Так подсказывало моё сердце, оно буквально нашептывало не совершать подобную глупость, дрожало и пыталось скрыться. Я жертва одностороннего чувства. Я проклятие мира любимых. Я нелюбимая, больная. Инвалид без преимущественного права парковки. Но он всегда будет на особом месте в моей памяти. Он не должен знать.
Пошарив в кармане, нашла зажигалку. Должна избавиться от него…
Громкий смех привлек моё внимание. Повернув голову, заметила наших качков. Сердце упало в пятки, а тело скукожилось от страха. Я не хочу сейчас встречаться с Джоном. Ещё не готова! Почти легла на траву, что бы они меня не заметили и прошли мимо. Они кого-то тащили.
Эндрю. Нет! За что опять? Смеялись над ним, тащили его в сторону футбольной площадки. Увидела как, ему подставили подножку, он свалился, ударившись щекой об асфальт!
Нет. Я не буду вмешиваться. Не после того, что произошло. Я должна отсидеться тут.
Даже не думай, Ли!
В висках неистово продолжало стучать. Пытаюсь медленно дышать, что бы ни впасть в панику. Другой парень резко поднял его и удалил в челюсть. Он даже не сопротивлялся. Их было четверо против одного. Он обречён на побои.
Я ничем не смогу помочь!
Чем он так мешал жить, что парни продолжали задирать его? Но это впервые, когда его именно били! Схватив, другой парень забрал рюкзак и стал вываливать все содержимое на землю. Но тут Эндрю разозлившись, ударил с ноги этого урода! Это была плохая идея. В ответ тот, а это был Джон, мать его! Прорычав что-то ублюдкам, накинулся на него, указав друзьям, что бы те придержали его. Он начал бить его, словно тот был не человеком, а боксерской грушей.
Я не могла больше этого выносить. Поднявшись с места, кинулась к ним. Джон не видел меня, и воспользовалась случаем, ударила по голове своим тяжеленым рюкзаком. Он отшатнулся, резко повернувшись ко мне.
– Держи, урод! Возьми своих дружков и проваливай отсюда, пока я не позвала директора!
– А кто здесь у нас, маленькая шлюшка Лилиан, – заржал он, – пришла помочь своему дружку неудачнику? Надеешься на его благосклонность к себе? Можешь забрать её себе Болтен, я уже попользовался ей!
Я увидела шок на лице Эндрю, он явно не так все понял! Видела, как заиграли мышцы на его скулах. Был в бешенстве и пытался накинуться на Джона, но его крепко держали его.
– Хотя я могу ей дать второй шанс, на мой ноющий член, – он начал приближаться ко мне.
Я слышала, как его друзья начали подшучивать и смеяться, заметила, что мы были уже не одни и пришли ещё ребята посмотреть на это представление. Он схватил меня за руку, притянув к себе, пытался поцеловать. Но я не растерявшись, вцепилась в лицо ублюдка ногтями, ударив ногой по шарам. Он согнулся от боли. Но быстро придя в себя, схватил меня за волосы, поставив на колени рядом с собой. Из глаз брызнули слезы от боли.
– Ты отработаешь своё плохо поведение, сука! – заорал он.
Тут меня отпустили, и я шарахнулась в сторону и увидела разозлённое лицо Нейта.
– Я предупреждал тебя не подходить к ней! Что из моих слов тебе, было не понятно?
– Эта сука, первая подбежала ко мне и ударила! – пытался оправдаться этот кусок дерьма.
Нейт схватил его за шкирку и оттащил подальше от меня.
– Проваливай, пока я не разбил твою физиономию!
Все смотрели поражённо на эту ситуацию, некоторые индивидуумы тыкал пальцем в мою сторону. Нужно сваливать! Как можно быстрей. Нейт подошёл ко мне и помог встать, начал отряхивать мою одежду от грязи и пыли, пытаясь привести её в нормальный вид.
– Почему ты постоянно попадаешь в такие ситуации? Не можешь спокойно жить и не привлекать внимание других? Я мать твою, не обязан тебя постоянно спасать! Или ты увидела во мне свою чертову, гребаную крестную феечку?! – выплюнул со злобой в моё лицо.
Я развернулась и начала отходить подальше, его слова больно ударяли по мне.
– А это ещё, что за дерьмо? – громко воскликнул Джон, привлекая моё внимание.
Нет! Только не это! Только не сейчас! Не со мной! Мой конверт. Никто не должен был его увидеть! Я развернулась, осознав, что слишком поздно, так как он уже достал листок и нагло читал его!
– Держи её, я кое-что интересное нашёл! Нейт дружище, тебе понравится…
* * *
У вас было такое, будто ваш мир рушился? Происходило ли с вами такое? Что чувствовали вы в этот момент?
Была ли такая ситуация, которая выбивала весь кислород из ваших легких… сердце замирает, и ты перестаешь ощущать его биение… в следующее мгновение разбивается. Ты слышишь, как его хрупкие остатки опадают на землю. Звон в ушах. Невыносимая боль в том месте, где оно было раньше. Больно. Как же больно! Остановите! Кто ни будь, помогите! Но никто не поможет…
А потом тишина. И ты возвращаешься в эту реальность. Отчетливо слышу каждое произнесенное слово. Моё письмо Нейту. Кусочек моей души. На поверхность. На всеобщее обозрение. И он не останавливает Джона. Просто стоит и слушает. Все мои мысли к нему. Мою просьбу. Я знаю наизусть, что там написано и в голове повторяю слова.
«Мне сложно выразить те чувства, которые я испытываю. Как и сложно было написать тебе. В нашем веке никто не пишет писем. Это не модно. Легче позвонить или написать смс. Но то, что происходит между нами, я хочу оставить на бумаге. Наши имена навечно начеркать.
Я помню последний день лета, в тот год была такая знойная жара.
Помню нашу первую глупую встречу в магазине мисс Гейв.
Помню твои глупые желтые кроссовки и твой первый злой взгляд, брошенный в мою сторону. Тот розовый торт. Надеюсь, ты не сердишься за то недоразумение.
После того случая ты перевернул весь мой мир, хотя тогда еще не понимала, что вот это точка отсчета. Наша история. Начало большего между нами. Пересечение двух судеб. Случайных встреч не бывает.
Я знаю тебя уж достаточно долго для того, что бы ни таясь писать о своих чувствах. Я получаю тебя бесконечно мало, что бы насладиться ими. Мне мало нас. Прошу принять мои чувства. Я буду ждать тебя, сколько ты пожелаешь. Прошу, ответь мне.
Нейтану, с любовью от Лилиан».
Тишина показалась, длилась вечность. Закрыла глаза. А потом смех. Один. Его смех.
– Какая же ты жалкая, Ли.
Открываю глаза. Боль от его слов. Не вижу никого. Все расплывается. Но я вижу его силуэт. Он смотрит с презрением. Впервые ощущаю на себе такой его взгляд. Не родной. Направлен на меня. Подходит к Джону и забирает письмо. Перечитывает. Смотрит с отвращением, славно оно заражено смертельным вирусом.
– Ты тупая толстуха, надеешься, что я буду с тобой? Как тебе это вообще в голову пришло?! – мнет листок и кидает в сторону.
Разворачивается и уходит. Я смотрю на его удаляющийся силуэт. Не двигаюсь. Будто парализовало. За что? Почему он так поступил со мной?
Смотрю на людей, которые стоят рядом. Они все смотрят на меня и насмехаются. Что-то говорят. Кричат. Громко. Очень громко. Смех. Много. Замолчите! Кричу, но изо рта ни выходит, ни звука. Ком застрял в горле. Было трудно глотать, больно дышать. От навернувшихся слез перед глазами все расплывалось, я чувствовала, что вот-вот разрыдаюсь. Не здесь. Я не дам больше повода для насмешек. Развернулась и побежала, ничего не видя перед собой.
А в голове одна мысль.
«Я ненавижу тебя Нейтан Янг, ты заплатишь».
Глава 7
Ночь. Перевожу взгляд на настольные часы. 4:05.
Я прорыдала весь тот ужасный день. Три дня не выходила из комнаты и меня никто не трогал. Будто всем все равно. Вспоминая, его слова и смех вновь впадала в истерику. Покусанные губы болели. Я была похожа на мертвеца. Но моё душевное состояние было куда хуже моего вида. Но уже было не больно. Пустота. Вот как-то так рушатся миры. И взрываются чувства.
Тошно. Почему же так плохо? После пришла злость. Ярая, ненасытная. Я чувствовала её всей душой. Она съедала мой мозг, как болезнь. Жуткая. Ужасная болезнь, граничащая с сумасшествием. Загибалась от неё, но росла, она накапливалась, словно большой ком грязи. Чувства к этому мерзавцу ушли, будто и не было их вовсе. Бесилась. Не на него. На себя. Как я могла отдать своё сердце такому чудовищу как он? Как ни заметила этого раньше? Я видела, как он относится к девушкам, но все равно возвышала его, считая самым лучшим. Даже не хотела произносить его имя. Оно жгло, отдаваясь железному привкусу во рту, вызывая тошноту. Или же это была моя кровь, от прокушенной щеки.
Плевать. Я закончила с ним. Закончила с ними со всеми.
Поднялась с кровати, массируя затёкшие мышцы. Я больше не хотела убиваться с горя. Нужно поесть.
Выйдя из спальни, услышала шум. Решив проверить, что происходит, тихо спустилась с лестницы. Замерла, приметив два силуэта. Мать с отцом. Прислушалась.
– Ничего не хочешь мне сказать? – спросила мать.
– Да, нужно поговорить. Нам нужно развестись.
Что? Это сказал мой отец? Что он имеет в виду? Что произошло?
– Мы взрослые люди и не настраивай против меня детей. Все ушло Делорис. Прости. Я сам объясню все детям, – долгая мучительная тишина.
– Стой. Просто… я не буду устраивать истерик. Просто скажи, у тебя кто-то появился? Ты уходишь от нас к другой женщине?
– Это важно?
– Да, это важно для меня.
– Наши отношения изжили своё, понимаешь? У меня… нет, у меня нет никого. Я просто не могу жить здесь после… не могу смотреть в глаза. Тебе. Детям. Спокойной ночи. Я не могу. Прости.
Захлопнулась входная дверь. А с ней у меня щелкнуло что-то в груди. Обратного пути нет. Я никому не нужна. Даже отец ушёл. Куда? Он бросил нас. Он же любит нас. Разве нет? Нет, папа вернись! Слезы застыли. Боль вернулась. Но с удвоенной силой. За что мне эти испытания? Чем я заслужила их? Папа остановись! Я прошу тебя. Я люблю тебя. Не оставляй меня. Мне так больно. Я хотела кричать.
– Я ненавижу тебя. За что… – мама плакала.
Я вышла из-за угла. Она лежала калачиком у двери и кусала кулак, что бы ни кричать. Прилегла к ней, уткнулась ей в шею и обнимала. Мы плакали. Два раненых, преданных зверька. Ненужные. Покинутые. Прижалась к ней сильней, ища поддержку. Я с тобой, рядом. Чувствовала то же самое. Боль. Потерю.
Я не знаю, сколько мы там пролежали. Почувствовала, как мать помогла мне встать, и мы приземлились на кровать. Обнявшись, смотрели друг на друга, ничего не говоря остаток ночи. Потом темнота. Снов не было.
* * *
Следующий день, словно в тумане. Вечер. Я рассказала маме все. Она сказала собирать вещи. Забрала документы со школы. Вот и все. На следующей неделе меня уже не будет в этом проклятом городе. С этими людьми. Только надеялась, что мама поедет со мной. И брат. Но она не забрала его документы. Видимо я уезжаю одна. К Розалинде. Весь день занималась сборами. От папы не было вестей. Он не появился и не звонил. Знал ли он? А было ли ему дело до нас? Он ушёл. Я чувствовала к другой женщине. От нас. Мы ему больше не нужны. Это больнее предательства мудака.
Я сидела на кухне, кусок не лез в горло.
Услышав, как кто-то хлопнул дверью, вытерев слезы, посмотрела на входящего. Маркус еле стоял на ногах. Впервые видела его в таком состоянии. Да они, что издеваются все?
У него был потрёпанный вид, одежда разорвана и была в некоторых местах в грязи. На скуле красовался огромный синяк.
Подскочила к нему.
– Что произошло? – тронула пальцем место ушиба.
– Щщщ… больно… не видишь что ли! – фыркнув, убрал мою руку.
Я подошла к морозилке, достала замороженный окорочок, подошла и приложила к месту ушиба.
– Ты объяснишь мне что произошло или так же будем играть в молчанку? – посмотрела со злобой на брата, нервы были на пределе.
– Мне кажется это не твоего ума дело! – заорал он впервые на меня. Смотрела на него и не узнавала. Он был агрессивен, я уже не видела своего веселого брата дурочка. Что-то произошло, серьезное. Неужели его кто-то обидел?
Я не придумала ничего лучше, чем просто подойти и обнять его. Не хотела видеть его таким, должен вернуться ко мне мой любимый Маркус, с нисходящей улыбкой на его красивом лице. Я гладила его по голове, и он позволял мне это делать. Мы простояли, так как показалось вечность. Он не обнимал в ответ, но чувствовала, что на данный момент нужна ему, как и он мне.
Взгляд упал на шею парня, и мне не понравилось, что я там увидела. Не может быть! Я хоть молода ещё, но я знала, что это значит.
– Это засос? Тебе же всего пятнадцать! У тебя появилась девушка? Когда? Ей есть хоть шестнадцать? – я прижала руку ко рту, что бы хоть как-то отойти от шока.
– Отвали! – сильно толкнул меня. Я почувствовала острую боль, на своём бедре ударившись об острый край стола. – Да, чему ты удивляешься, у меня был секс сегодня ночью, а знаешь какой и где? – он начал смеяться, но его смех был не такой, как раньше, его глаза не смеялись, а губы приняли оскал. – Я трахнул её как шлюху на заднем дворе клуба, возле помойных ящиков, там воняло мочой, но нас это не остановило. О, и ей давно уже есть шестнадцать. Что ты смотришь на меня с таким отвращением? Теперь я знаю, каково это. А может, ты смотришь на меня так, потому что завидуешь?
– Что ты несёшь мать твою?! – я опешила, отступила на несколько шагов, соприкоснувшись со стенкой, он подошёл вплотную. Это было близко, в другой ситуации не будь он моим родственником, я бы испугалась. Я опять плакала от этих нервов, что происходило?
– Да, ты точно мне завидуешь! Ты бы не отказалась от траха с Янгом на том же месте, стонала бы как шлюха, когда он бы брал тебя. Ведь, ты об этом мечтаешь? – я видела безумие в его глазах, он улыбался, и его глаза светились недобрым светом. Зрачки расширены. Сколько он выпил? Но странно то, что от него не пахло перегаром. Вот сейчас я ощутила страх. Мышцы всего тела напряглись. Это же могут быть… наркотики.
– Но я хочу огорчить тебя, Нейт тоже был в этом клубе и уединялся с девушкой в туалете. И он не думал о такой дурнушке как ты. Ему, такие не интересны! Ты посмотри на себя в зеркало, жирная свинья! Мне стыдно, что у меня такая сестра! – слезы продолжались струиться по щекам, закрыла уши руками.
– Нет! Нет! Замолчи! Почему ты со мной так поступаешь?! – я не могла поверить в происходящее, в его слова, мне!
– О нет, ты будешь слушать, милая розочка, – выплюнул мне в лицо мое прозвище бабушки, она не любила его как меня, и он это знал, оторвав руки с моего лица, приблизился максимально близко, заглянув в глаза. – Или ты хочешь Джона? Вот он не побрезгует тебе трахнуть, ему все равно, какое мясо иметь! Просто сними свои розовые очки, тебя никто никогда не захочет по-настоящему.
Он развернулся и ушёл, а его слова так и продолжали звучать у меня в ушах. Они все покинули меня. Я не могла понять, почему это случилось, когда это произошло с нами, с нашей как я думала крепкой семьей. Могла пережить отказ Нейта, но отец и брат… Это было слишком, слишком больно. Все происходило словно в пространстве, будто это происходит не со мной, а с кем-то другим, я просто наблюдала.
Открыла холодильник, ужасно хотелось, есть, голова кружилась, была сильная слабость.
Я засовывала в рот все, что видела, много, ненасытно. Сметала. Курицу ела руками, жир капал с моего подбородка, пальцы заляпаны, а я все продолжала. Мне нужно заполнить пустоту внутри меня, хоть чем-то. Остановилась тогда, когда уже было практически пусто. Живот раздулся и болел, потом почувствовала тошноту, резко. Подбежала к раковине и меня стошнило, голо жгло от порывов. С меня вышло все, что я пыталась проглотить. Я начала плакать. Просто стояла и ревела. Мысли съедали мой мозг. Оно и к лучшему.
В голову резко пришло вспоминание, что завтра состоится бой. Ухмыльнулась… я наверно выглядела, как сумасшедшая. Умылась, уже четко продумывая план своих действий.
Он забрал у меня единственное, чем так дорожила – моя единственная, маленькая мечта быть счастливой, с ним. Мысли крутились, взрывались бешеным фейерверком в душе. Руки горят, тело горит, боль горит. В голове план сделать ему так же больно, хоть что-то. Я чувствовала жар и прилив энергии. Страшная, опасная сила, которая просыпается в человеке в моменты безумной, неистовой боли. Это когда голова кругом, и сердце ноет. Когда хочется избавиться от всего мира, и не думаешь, будто данная идея смешна и нелепа. Остатки разума испаряются, словно его никогда и не было.
Хотелось, крушишь все на своем пути, не обращая внимания на боль, которую ты причиняешь себе сломанными вещами.
Заставить его заплатить! За боль, унижение, за нахлынувшее одиночество… израненное сердце хотело крови.
