Текст книги "Жена Демона (СИ)"
Автор книги: Мила Ваниль
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 7 страниц)
Глава девятнадцатая
Полина чувствовала, что добром визит в клуб «„Доминатрикс“» не закончится. Демон не из тех мужчин, что спокойно относятся к такому. Да и она… не из тех жен, что делают за спиной у мужа все, что угодно.
Полина предполагала, что Демон рассердится, когда узнает, что она делала в клубе. Но после того как она сама ему об этом расскажет! Реальность оказалась жестокой. Они столкнулись в коридоре клуба в самый неподходящий момент.
Даша была права, Полине стоило посмотреть на порку мужчины женщиной перед тем, как брать в руки ударный девайс. Практика – это замечательно, но одно дело лупить ремнем по подушке, а другое – увидеть собственными глазами, какие следы ремень оставляет на коже живого человека.
Конечно, Полина прекрасно знала, что такое порка. Однако она испытывала ее на себе, но никогда не порола сама. А тут предстояло причинить боль любимому мужу, пусть и по его горячему желанию.
В общем, как сказала Даша, тут начинаются сплошные психологические моменты. И Полина убедилась в этом, понаблюдав за поркой со стороны.
Мужчина и женщина были ей незнакомы, к тому же оба надели маски. Это Даша с ними договаривалась, вроде бы они не против публичности, и легко согласились пустить на сессию двух девушек.
Полина переживала из-за того, что пришлось врать Демону. Она сказала ему, что пойдет на встречу с Дашей, но это ведь часть правды. А потом этот страх отступил на второй план. Полина, как завороженная, смотрела, как ротанговая розга с грубым свистом впивается в обнаженные ягодицы мужчины, привязанного к козлам для порки. И оставляет багрово-синюшные следы, на глазах наливающиеся кровью. А после рвет кожу, и кровь тонкими струйками стекает по бедрам, и даже капает на пол.
Самое удивительное, что мужчина не кричал от боли. Он стискивал зубами деревяшку и напрягался так, что мышцы бугрились и перекатывались под кожей или мелко дрожал всем телом. Но молчал.
Даша предупредила, что это не наказание, мужчина – мазохист, и жалеть его нет никакого смысла. Но Полина представляла на его месте Демона, а на месте женщины – себя. И в глазах темнело от ужаса.
Демон хочет того же самого? Вероятно, да. Она помнит, как лечила его после порки: местами кожа тоже была просечена до крови. Она не сможет быть такой жестокой! Ни к кому! Тем более, к мужу…
– Сабспейс, – шепнула Даша на ухо Полине, когда мужчина обмяк, потеряв сознание. – Нам пора уходить. – И добавила, когда они вышли в коридор: – Ты плачешь.
Полина не заметила глупых слез, но не удивилась им. Для нее это слишком. Она никогда не сможет выпороть мужа. Проще смириться с тем, что он будет ходить на порку к какой-нибудь госпоже.
Перед глазами все плыло. Полина сердито вытерла мокрые щеки.
– Пойдем отсюда, – сказала она Даше. – Ты была права. Выход там?
И, повернувшись, Полина лицом к лицу столкнулась с Демоном.
Он не обрадовался встрече. Полина достаточно хорошо изучила мужа, чтобы понять его недовольство, хоть он еще не произнес ни слова. Этот потемневший взгляд, поджатые губы… А потом она заметила женщину чуть позади него. Взрослую женщину с внимательным цепким взглядом.
– Добрый вечер, госпожа Эйра, – произнесла Даша, выходя вперед. – О, Демон, и ты здесь?
Эйра… Полина слышала это имя, от той же Даши. Госпожа Эйра – бывшая владелица этого клуба. И, конечно же, знакомая Демона. То есть, пока Полина мучилась, искала выход… муж уже ей изменил?
Нет, никакая это не измена. Она только что убедилась, что не способна ему помочь. А он и вовсе запретил ей вмешиваться.
Но откуда тогда эта обида?! Она душит, мешает дышать, жжет изнутри раскаленным железом!
Да потому что никакое это не доверие! Демон столько твердил о том, что надо доверять друг другу, а сам… сам…
– Что ты здесь делаешь? – наконец спросил Демон ледяным тоном.
– А ты? – парировала Полина.
Язык заплетался, а во рту пересохло. Боже, какая она жалкая…
– Я первый спросил.
– Хожу по мужикам, – дерзко ответила она.
Глупость несусветная, но в Полине говорил не разум, а обида.
Демон дернулся, как будто его ударили. Даша повернулась к Полине, округлив глаза.
– Поля! Ну что ты…
– Мы сами разберемся! – резко перебила ее Полина. – Спасибо за урок, госпожа Дана. – И добавила чуть тише: – Правда, спасибо. Ты мне очень помогла.
– Да, Дана, не будем им мешать, – вмешалась Эйра. – Они разберутся. Идите в мой кабинет, там вас никто не побеспокоит.
– Нет, – сказал Демон. – Мы пойдем домой. Спасибо, Эйра. Созвонимся.
Созвонимся?! О, нет! Полина вспыхнула от испытанного унижения. Все лгут. И Демон – первый лжец!
Она не заметила, как Демон шагнул вперед, но не испугалась, когда он очутился рядом. Хочет унести ее отсюда силой, как законную добычу? Да пожа…
Демон обнял ее, крепко прижимая к себе. Провел ладонью по спине, поглаживая. Полина содрогнулась, едва сдерживая рыдания.
– Все, все… – шепнул он ей. – Не надо плакать, малышка. Пойдем домой.
И что это было? Раскаяние загулявшего мужа?
Полина пыталась сдержать слезы, но все же всхлипывала, с трудом переводя дыхание, пока Демон вел ее к машине. Ладно, она простит… Пусть он ходит к этой… Эйре… когда ему нужно. Где только взять силы, чтобы пережить… эту боль…
Демон помог сесть в машину и пристегнуться, а Полина старательно избегала его взгляда: смотрела вперед, ничего не видя. К счастью, в дороге Демон молчал. И доехали как-то быстро. Или ей показалось?
Дома Полина быстро улизнула в свою комнату и плотно закрыла дверь, намекая, что не хочет никаких разговоров. Демон постучал минут через десять, когда она успела всласть нареветься, спрятав голову под подушкой.
– Уходи! – крикнула Полина.
Стук повторился.
– Не сейчас, пожалуйста, – попросила она.
– Я тебе лимонад принес, – сказал Демон. – Если не хочешь разговаривать, не будем. Я зайду?
– Ладно…
Лимонад он делал сам – из лайма и сгущенного молока, по какому-то своему рецепту. Но сейчас Полина согласилась бы и на стакан воды, потому что вдруг поняла, что испытывает сильную жажду.
Вручив ей стакан, Демон присел на краешек дивана. А она, выпив все до капли, приложила к горящей щеке холодное стекло.
– Мне уйти? – спросил Демон.
– Нет, – выдохнула Полина. – Останься. Я уже успокоилась, и мы можем поговорить.
Он отобрал у нее стакан и поставил его на стол, рядом с ноутбуком.
– Тогда расскажи, что ты делала в клубе, – попросил Демон. – Я не сержусь, не бойся.
– Сердись. – Полина повела плечом. – Имеешь право.
– Ты пришла туда с Дашей.
– Это же очевидно.
– Зачем?
– Чтобы посмотреть на порку мужчины. На порку мазохиста. – Полина перевела взгляд на Демона. – Теперь можешь сказать, что ты по-хорошему просил меня не вмешиваться. И был прав.
– Я был не прав, – сказал Демон.
– Что? – растерялась она.
– Я был не прав, – повторил он. – Ты… догадалась о моей проблеме?
Полина кивнула, не желая подставлять Дашу. В конце концов, она только подсказала направление, а Демон может решить, что она трепло.
– И попросила Дашу помочь?
– Я решилась поговорить с ней, потому что больше не с кем, – призналась Полина. – Но Даша не подсказывала мне, что делать. Она лишь ответила на пару вопросов. Сказала, что нам надо поговорить. И я спросила ее, как правильно пороть.
Демон вздрогнул и поджал губы, но промолчал.
– Да, Дим… Я думала, что смогу помочь тебе. А Даша предложила посмотреть на порку со стороны. Вот так я и попала… в клуб.
– Посмотрела? – поинтересовался Демон.
– Да.
– Ты поэтому плакала?
– Да…
– Моя бедная малышка…
Демон сгреб ее в объятия, как обычно, когда хотел приласкать. Полина прикрыла глаза, прижимаясь к его широкой груди. Вот так правильно. Она – маленькая глупая саба, а он – ее любимый господин, сильный и добрый.
Жаль, что она абсолютно бесполезна…
– Ох, Дима! – спохватилась вдруг Полина. – Тебе ведь, наверное, больно? Давай, я обработаю… спину или…
– Спину? – переспросил он. – Ты думаешь… я ходил к садистке? За поркой?
– Разве нет? – удивилась она. – Все в порядке. Я… приму это. Я понимаю, что иначе невозможно.
Демон вздохнул и пересадил Полину с коленей на диван.
– Лучше один раз увидеть, – пробормотал он и стал раздеваться.
Через минуту, абсолютно нагой, он повернулся к Полине спиной.
– Убедилась? Меня никто не порол.
Полина сглотнула, пожирая глазами обнаженное тело мужа. Между прочим, не так уж часто она могла рассматривать его… целиком. Вечно то повернись, то наклонись, то…
– Эйра давно отошла от дел. У нее муж и трое детей. Но она психотерапевт, и все еще консультирует… знакомых.
Демон повернулся к ней лицом.
– Психотерапевт? – Полина с трудом оторвалась от созерцания волосяной дорожки, идущей от пупка к паху, и взглянула ему в глаза. – И что же ты… она тебя консультировала?
– Да, – кивнул он, потянувшись к брюкам. – Хочу пройти курс терапии, чтобы избавиться от зависимости.
– Но… но… А ну-ка, остановись! – воскликнула Полина, не позволяя ему одеться.
Демон замер, поглядывая на нее с интересом. А ее обида вдруг превратилась в злость. Значит, она мучается, придумывает, как помочь, ревнует, в конце концов! А он… Он как всегда! «Полечка, малышка!» Но она не саба двадцать четыре на семь. И… и вообще! Так трудно было сначала поговорить с ней? Серьезно? Чтобы потом… вот это все?
– Поля, что-то мне страшно, – осторожно произнес Демон, нарушая затянувшееся молчание. – Все в порядке?
– Нет, – честно ответила она. – Дима, а почему ты мне не доверяешь?
– Я?
– Да, ты!
– Ну… Прости, пожалуйста. Мне было стыдно искать у тебя поддержки… в таком… щекотливом вопросе.
– Стыдно, значит?
Внутри определенно все закипало.
– Да.
– В щекотливом вопросе?
А вот сейчас она, кажется, смогла бы. Не избить в кровь, но наподдать пару раз ремнем – точно! Чтобы выпустить пар, выплеснуть злость. И доказать, что она не бесполезна.
Психотерапевт… это как-то чересчур. Но если она не решится сейчас, то он понадобится им обоим!
– Да, – подтвердил Демон.
Ладно, она попробует. В конце концов, мужу достаточно сказать «нет», он не будет слепо подчиняться, если не захочет.
– Кажется, у тебя в брюках есть ремень. Подай мне его, – произнесла Полина твердо.
«Перестань маяться дурью, малышка».
Вот что он должен был сказать!
Но Демон молча наклонился, выдернул ремень из петель и протянул его Полине. Она зажала в кулаке пряжку и обернула кожу вокруг ладони, оставляя конец ремня свободным.
– А теперь наклонись над диваном.
Она встала и очутилась так близко к Демону, что слышала, как стучит его сердце. Он смотрел на нее потемневшим взглядом, но гнева определенно не испытывал. Как будто спрашивал: «Ты уверена?»
«Нет, Дима. Но или сейчас… или никогда».
Демон медленно кивнул и шагнул к дивану.
Глава двадцатая
Столкнувшись с Полиной в клубе «Доминатрикс», Демон испугался до черноты перед глазами. Не нужно быть телепатом, чтобы догадаться, зачем жена сюда пришла. Уж точно не для того, чтобы сменить амплуа! Или Даша учила ее, как правильно пороть, или показывала чью-то порку. Неважно. Главное, случилось то, чего Демон опасался: Полина поняла, что садистки из нее не получится.
Иначе она не плакала бы. Иначе в ее взгляде не плескалось бы отчаяние. Иначе она не выглядела бы такой потерянной и несчастной.
Вот и поговорили…
Демон и злился тоже. Зря Полина его не послушалась! Он хотел уберечь от страданий свою маленькую сабу, а ей словно нравится ему перечить. Все сделала по-своему!
Однако, прежде чем ругать и, возможно, даже наказывать за непослушание, ее надо приласкать и успокоить. И, конечно же, извиниться за то, что не сумел защитить.
А Полина снова удивила. Пока она плакала, ластясь к Демону, злость улетучилась, как будто ее и не было. А потом… он как будто попал под гипноз… ее обаяния.
Девон вдруг понял, что расстроилась Полина не только от обиды, но и от ревности. А ревность не выплеснула на него злобой и обвинениями. Наоборот! Проявила заботу, не свойственную обиженной женщине. Наверное, поэтому он и разделся перед ней. Ведь мог бы просто сказать, что его не пороли, и она поверила бы, не потребовала проверки.
Дальше…
Дальше Демон перестал что-либо контролировать. Он вообще не понял, как очутился в постыдной позе, подставив ягодицы под ремень. Оказалось, Полина умеет быть убедительной, когда хочет.
С ума сойти!
Первый же удар ошпарил кожу, как будто на нее плеснули кипятком. После пятого Демон понял, что терпеть порку молча будет очень сложно.
И когда эта маленькая бестия научилась так класть удары?!
Дашка… как пить дать, она руку ставила…
И о ритме, похоже, не забыла.
Ремень впивался в кожу, со звонким щелчком отскакивал от ягодиц, и острая боль волной растекалась по телу. Полина не частила – и следующий удар ложился ровно в тот момент, когда боль слегка отпускала, и Демон мог перевести дыхание.
Черт! Он даже вошел бы в транс, если бы параллельно не переживал за свою малышку. Все же для нее все впервые, на адреналине, и страшно представить, каким может быть откат.
И с ремнем, грубо говоря, повезло. Он тяжелый, с плетением…
Полина хлестнула по бедрам, и Демон крепче сжал зубы.
«Нет, ты же хотел этого? Получай!»
Он мечтал об этом… Мечтал так страстно, так яро, что его желание исполнилось. Его жена… Его нижняя… Его экзекутор…
Да он везунчик!
Боль стучала в висках – мерно, как метроном. Перед глазами плыло, челюсти свело намертво, а ноги предательски дрожали. Демон не считал удары, но, кажется, их число перевалило за пятьдесят.
«Полина, малышка моя, лучше остановись. Я выдержу и больше, но ты – еще нет…»
Она словно услышала: ремень упал на диван, перед носом Демона.
– Я не смогу подарить тебе топспейс, – услышал он глухой голос Полины. – Не смогу бить до кровавых синяков. И мне не нравится, когда ты…
Он не дал ей договорить. С трудом разогнулся и сгреб ее в объятия, прижимая к груди.
– Только не плачь, Поля, – зашептал он. – Пожалуйста, не плачь.
Она как-то странно выдохнула… и расслабилась, обняла его сама, потерлась щекой о голую грудь.
– Ты не сердишься, правда?
– Да я счастлив, глупая…
– Счастлив? Но ведь ты… ведь я…
– Ты у меня молодец. Знаю, как тебе было нелегко. Когда-нибудь расскажу историю о своей первой сессии… Все когда-то начинают с малого, Поль…
Зад горел, как будто его поджарили на сковороде. И пусть спейса на было, но голод отступил, Демон это чувствовал. Как чувствовал и то, что его девочке нужны поддержка, любовь и ласка. А подлечить синяки он успеет.
– Дим, ты весь мокрый. Тебе очень больно? И холодно? Ты дрожишь…
Вместо ответа Демон поцеловал Полину в губы, взяв ее лицо в ладони. Она охотно ответила, обвивая его шею руками. Демон подхватил ее за талию, потянул вверх… и Полина обхватила ногами его бедра, скрещивая ноги… там, где кожа полыхала огнем.
Демон проглотил стон, так сильно он хотел жену. А она точно расстроится, если поймет, как ему больно.
Он давно мечтал и об этом – смешать боль с удовольствием. И в паху уже ломило от возбуждения.
Не прерывая поцелуя, Демон опустился на диван, заставляя Полину поджать ноги. И поерзал задом по грубому покрытию, усиливая болезненные ощущения. Член стоял колом, и Полина, нащупав его рукой, сжала пальцы на стволе.
Демон рыкнул и одним движением опрокинул Полину на спину, нависая сверху. Провел членом по промежности, щекоча половые губы через ткань трусиков. Дернул их вниз… и замер, сообразив, что не позаботился о презервативе.
– Ди-и-има… – протянула Полина так сладко, что до одури захотелось всадить в нее член немедленно, без защиты.
– Не шевелись, сладкая… – выдохнул Демон. – Я сейчас…
– У меня безопасные дни. – Она остановила его, схватив за руку. – Я не забеременею.
Больше он не сдерживался. Полина уже привыкла к его грубым, порой даже жестким ласкам. И не просто привыкла – получала от них удовольствие. Ей нравилась легкая смесь боли, подчинения и наслаждения от близости. Теперь и Демон понял, что она испытывает. Хотя, скорее всего, его ощущения были ярче: боль от порки и нега от судорог в паху и пульсации члена, тесно сжимаемого стенками влагалища. В момент мощного оргазма перед глазами поплыли цветные круги, и Демон едва успел откатиться в сторону, чтобы не придавить собой Полину. Почти теряя сознание, он почувствовал, что и она достигла пика.
– Теперь ты веришь, что я тебе доверяю? – хрипло поинтересовался Демон, отдышавшись.
Полина смотрела на него из-под полуопущенных ресниц, а на ее лице играла довольная улыбка.
– Это очень приятно, – призналась жена, соблазнительно облизнув губы. – Но…
– Но? – переспросил он, так как она замолчала. – Что за странное «но»?
– Но у меня есть вопрос, на который я хочу услышать честный ответ.
– Я тебя внимательно слушаю.
– Дима, почему ты не хочешь детей?
Сначала он подумал, что ослышался. Потом недоуменно смотрел на Полину, пытаясь понять ход ее мыслей. Вот с чего опять такой глупый вывод?! Может, он слишком ее разбаловал? Пороть надо чаще, чтобы в голову не лезли всякие глупости?!
Но Демон все же сдержал эмоции. Лучше спросить, почему она так думает.
– С чего ты взяла, что не хочу, малышка? Я никогда такого не говорил.
– Ты всегда пользуешься презервативом. Боишься, что я забеременею…
Тьфу ты! Хорошо, что не сорвался. Все же женская логика – порой отдельная Вселенная, со своими законами.
– А ты хочешь родить сейчас? – поинтересовался он. – Не поступив в институт? Не получив профессию? Мне казалось, это твоя мечта. Я не хочу, чтобы ты пожертвовала своей мечтой из-за нашего ребенка. Но это не значит, что я не хочу детей.
– Из-за меня? Так это из-за меня?! – Глаза Полины округлились, и даже рот превратился в забавную букву «о». – Ты бережешь меня?
– Поль, это так удивительно? – вздохнул Демон. – Серьезно?
– Нет, я не думала… не понимала…
Она была в смятении, и он не до конца понимал, почему.
– То есть, ты хочешь подождать… лет пять-шесть? – продолжила допытываться Полина.
– Столько, сколько тебе будет нужно, – уточнил он.
– Дима, но как же ты?
– Э-э… В смысле?
– У нас разница в возрасте… – Полина прикусила губу.
– А-а-а! – До него, кажется, дошло. – Боишься, что у нашего ребенка будет не отец, а дедушка?
– Не в такой формулировке! – возмутилась она. – Просто я думала, что ты больше не хочешь детей… У тебя же есть дочь. И учитывая ваши отношения… Но если это из-за меня, зачем ждать? Конечно, ты не превратишься в старика, даже если станешь дедушкой…
Демон закашлялся. Ася – мать?! Такого и в страшном сне не представить. Хотя… В чем-то Полина права, у него есть шансы стать дедом скорее, чем отцом во второй раз.
– Дима, я справлюсь, даже если буду учиться. Я уже была нянькой для малышей тетки. Уж со своим ребенком точно справлюсь. Если у тебя есть другая причина, это твое право, но не надо жертвовать отцовством ради меня. Договорились?
– Полечка, солнышко мое ненаглядное… – Демон испытал такой приступ умиления, что стало трудно дышать. Вот он еще только слезы не лил перед своей женщиной! – А ты хочешь детей? Не потому что мое время уходит, и всякое такое… Ты сама… хочешь?
– Дима, ты дурак? – возмущенно спросила Полина. – Вот теперь я точно знаю, за что выпорю тебя в следующий раз! Вот за этот вот глупый вопрос! Конечно, хочу!
Демон молча ее обнял.
Сумасшедший день. Сумасшедшие события. Сумасшедшая развязка.
Наверное, последствия все же будут. Полина, можно сказать, бросилась грудью на амбразуру. Как бы потом не появилось чувство вины за то, что посмела ударить мужа… Он, конечно, постарается пресекать такое в корне, но все же советы Эйры лишними не будут. Надо будет привести к ней Полину, как и договаривались.
Но это потом… после…
А сейчас можно наслаждаться тихим семейным счастьем. Да, оно у них несколько… специфическое. Но такое им и нужно. Они не такие, как все. Это надо принять – и жить долго и счастливо, как в сказке.
Эпилог
Полина
Потайную комнату в нашей квартире я обнаружила спустя полгода семейной жизни. И то, потому что кое-кто – не буду показывать пальцем – забыл задвинуть панель, за которой и скрывалась запертая дверь.
Минут пять я пялилась на нее, не иначе, как в надежде, что это глюк. Однако дверь не исчезла, а любопытство вперемешку с обидой толкнули меня на поиски ключа.
Конечно, проще было спросить у Демона, что это за дверь, и куда она ведет. Но когда оскорбленная женщина вела себя адекватно?
Предположив, что логичнее всего прятать ключ в кабинете, туда я и отправилась. Демон никогда не запирал ящики стола, поэтому я легко перевернула каждый, перебирая бумажки и папки. И так увлеклась, что перестала замечать, что творится вокруг.
– И что ты там ищешь, милая?
Голос прозвучал неожиданно близко. Демон подкрался незаметно! Почему он вообще вернулся…
– За… заколку… уронила, – соврала я, заикаясь.
– Прямо в ящик моего стола? – Он скептически усмехнулся. – Ладно, спрошу иначе. Что ты делаешь в моем кабинете?
– За… за…
– Заблудилась? – подсказал Демон.
– Нет! – выпалила я, разозлившись. – Ищу ключ от запертой двери!
И почему я должна оправдываться? Жена я или нет? А если да, то имею право знать, что прячет муж.
– Любопытно? – Губы Демона изогнулись в нехорошей улыбке. – А вдруг там скелеты предыдущих жен? На цепях.
Жестом фокусника он извлек из кармана ключ на брелоке.
– Пойдем, милая. Там еще осталось место. Будешь седьмой. Счастливое число.
Шутит? Значит, не злится всерьез. Похоже, это какая-то игра. Судя по его сияющему взгляду, дверь мне показали специально, чтобы спровоцировать. Вполне в его духе!
Место пониже спины вдруг зачесалось. Демон никогда не запрещал мне рыться в ящиках его стола, но это нехорошо само по себе, без запретов. Такая провинность легко тянет на порку.
Вообще, Демон не фанат наказаний. Разозлить его непросто, а когда мне это удается, карательным мерам он предпочитает разговор. Все наказания – часть игры, и провинности чаще выдуманные, а порка легкая, эротическая. Он, конечно, может и всерьез, до слез… и такое тоже бывает… Но я не хочу об этом вспоминать! И сейчас явно не тот случай…
– Проходи, милая.
Демон распахнул передо мной дверь, и я застыла на пороге – как и в прошлый раз, когда увидела эту комнату впервые.
Ой, блин…
Взгляд упал на широкий стол с креплениями. Разложит на столешнице? Или… на кровати? А, может, просто перекинет через колено и отшлепает?
В любом случае, я завелась. Внизу живота защекотало, сладко потянуло, по телу пробежала легкая дрожь. Да один вид этой комнаты будоражит воображение! А когда муж, стоящий рядом, обнимает так, что его ладонь накрывает грудь…
– Дима, ты перевез сюда комнату из замка? Или она всегда тут была?
– Комната была, но не такая. Тебе же она понравилась?
– Ну… да, – согласилась я.
Не то чтобы приятно чувствовать себя Анастейшей в этом антураже, просто здесь все продумано до мелочей, а в шкафчиках и ящичках хранится много интересных штучек, и хочется испробовать их на себе. Да и вообще, тут просто стильно и уютно.
– Почему ты так долго прятал ее от меня?
– Переделывал. – Демон беспечно повел плечом. – Это хорошо, что ты сама ее не нашла. Значит, и дети не найдут.
Дети…
У меня теплеет на душе, когда муж говорит о детях. Нет, я еще не беременна. Мы все же решили подождать, совсем чуть-чуть: я поступлю в институт и окончу первый курс, а потом…
– А чего это ты расслабилась? – Демон снимает пиджак и бросает его на стол. – Трусы вниз и животом на кровать, живо!
– Дима, ну за что? – пытаюсь протестовать я. – Ты же сам все подстроил!
– И рыться в моих вещах я тебе велел?
У Демона строгий голос, но во взгляде пляшут смешинки. Доволен, что я попалась на горячем!
– Димочка, я больше не буду. Честно-честно!
– Конечно, не будешь. Сейчас получишь по попе – и точно не будешь, – согласно кивает он, заворачивая рукава у рубашки.
– А на работу тебе разве не надо? – выдвигаю я последний аргумент.
– Не-а, не надо, милая.
Так и не дождавшись от меня послушания, Демон берет инициативу в свои руки. Мгновение – и я лежу в требуемой позе, невольно подставляя оголенные ягодицы под карающую длань мужа. Он шлепает меня долго и со вкусом, часто останавливаясь, чтобы помассировать ягодицы или клитор. И под конец этой ласковой порки я вся горю, желая только одного – почувствовать внутри член и получить разрядку.
И я абсолютно уверена, что муж исполнит все мои желания.
Демон
Замысел удался на все сто, даже придумывать ничего не пришлось. Полинка повелась на провокацию и удачно подставилась, дав мне повод ее отшлепать. Иногда мне кажется, что она читает мои мысли, причем на расстоянии.
Жена чудесным образом угадывает, что я хочу на обед, какую рубашку предпочел бы одеть, есть ли настроение смотреть фильм или идти на прогулку. И она всегда чувствует, когда просыпается мой голод.
И эта женщина когда-то боялась быть ненужной и бесполезной? Да я не представляю, как раньше жил без нее! Засыпал, не сжимая ее в объятиях… не слышал ее смех… не следил за ловкими пальчиками, держащими кисть или иглу…
Я обожаю ее всю, от кончиков ногтей до кончиков волос. По утрам обожаю заспанную и лохматую, днем – сосредоточенную и деловую, вечерами – соблазнительную и роковую. И всегда – уютную и светлую. Только мою.
Мне нравится, когда она смотрит на меня дерзко и вызывающе, отстаивая свое мнение. И нравится, когда ее взгляд туманится, а губы шепчут: «Мой господин». Нравится беседовать с ней за чашечкой кофе и гулять, взявшись за руки. Нравится брать ее ласково и нежно или грубо и жестко. Нравится, что каждый мой день наполнен ею.
Я люблю ее и в те мгновения, когда ее рука сжимает кейн или тоуз. Люблю, когда она встает у меня за спиной и отсчитывает удары, утоляющие мой голод. Я знаю, что она делает это только ради меня, и это так ценно, что я до сих пор не уверен, что хоть раз достойно отблагодарил ее за смелость и доверие.
– Ди-и-има… – всхлипывает Полина, вертясь под моими шлепками. – Димуль, пожа-а-алуйста…
Провожу рукой между ее ног, убеждаясь, что там влажно и горячо. И, встав позади, приспускаю штаны. Это особенный кайф – прижаться бедрами к покрасневшей от шлепков попке, резко всадить член по самые яйца, а после медленно… очень медленно его вынуть. И повторить то же самое, под протяжные стоны моей малышки. Еще и еще, пока не потемнеет в глазах от наступившего оргазма.
Сегодня я не очень изобретателен. Хорошо бы обновить комнату долгой замысловатой сессией, вымотать мою девочку, выжать досуха. Но у Полинки сегодня занятия, да и я освободил от дел лишь первую половину дня.
Однако у нас впереди еще много сессий. Мы будем спешить… медленно.
Успеваем вместе принять душ и перекусить. И даже поговорить о кое-чем важном.
– Полечка, как думаешь, там найдется место и для меня? – спрашиваю я, вертя в пальцах ключ от нашей красной комнаты.
– Дима, ты же знаешь, что да, – отвечает она, не задумываясь.
Знаю. Как знаю и то, как трудно ей поймать настроение, чтобы на несколько минут стать моим экзекутором.
– Хочу кое-что предложить… – начинаю я.
Она смотрит на меня с интересом.
– Этот ключ… – Я кладу его на столешницу. – Он будет храниться в шкатулке, в ящике моего стола. Если, уходя на работу, я оставлю его на ключнице, это будет означать, что я прошу тебя о порке. Такой знак, понимаешь? И когда я вернусь, ты встретишь меня, как экзекутор, а не как жена.
Это Эйра посоветовала, чтобы Полина не искала повода и не испытывала чувства вины. С одной стороны, это не приказ, а желание, с другой – у нее будет время настроиться на игру.
– Но ты можешь отказаться. Я пойму это, если найду ключ там, где оставил.
Полина смотрит на меня задумчиво, постукивает пальцем по столешнице.
– Хорошая идея, – наконец говорит она. – А мне так можно?
– Хочешь выбирать время для игры?
– Вообще, я всегда готова подчиняться тебе. И ты никогда не предлагаешь, когда у меня нет настроения. Ты это чувствуешь. Но иногда… редко-редко… мне хочется чуть больше внимания.
– Ты до сих пор стесняешься сказать об этом? – удивляюсь я.
– Так бывает, когда ты очень занят, – улыбается она виновато. – Поэтому я молчу. Но вот ключиком… я могла бы намекнуть…
– Намекнуть… – повторяю я.
– Да. – Ее улыбка становится лукавой. – Чтобы ты быстрее закончил работу.
– Хорошо, – соглашаюсь я. – Так будет справедливо.
Станет ли ключ от красной комнаты ключом счастливой семейной жизни двух ненормальных тематиков? Не знаю, время покажет. Мы с Полинкой не строим планов на будущее, мы живем сегодняшним днем и наслаждаемся каждой минутой, что проводим вместе.
– Ой, Дим! – спохватывается Полина, когда мы вместе выходим из квартиры. Я – на работу, она – на занятие к репетитору. – Завтра же свадьба Даши и Яра! Мы забыли купить им подарок!
– Дашке – плетку, Яру – кляп, – бурчу я и, не выдержав, хохочу в голос, представив глаза молодоженов, если мы преподнесем им такие подарки.
– Может, просто деньги отдать? – предлагает Полина. – Пусть купят что-нибудь для малыша.
Даша, как мы недавно узнали, беременна. Как ни пыталась она отложить свадьбу, а от судьбы не уйдешь.
– Деньги тоже подарим, так положено, – говорю я. – А за подарком вечером съездим. Ты во сколько заканчиваешь? Я тебя заберу у метро, где-нибудь в центре.
– Договорились.
Прощаясь, мы не расстаемся. Мы проросли друг в друга так сильно, что это попросту невозможно. «Муж и жена – одна сатана» – точно про нас. У этой пословицы есть несколько толкований, и одно мне, безусловно, нравится больше других.
В переводе с санскрита оно звучит так: «Муж и жена – одна вечность, одна жизнь, одна смерть».
