Текст книги "Дом дракона и ведьмы, или Случайная осень (СИ)"

Автор книги: Мила Лимонова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)

Глава 5
Гостья с сюрпризом

Майла проснулась утром, привлеченная запахами еды. На столе были оладушки, розетка с вареньем, запеканка и еще много разной снеди.

– Ой, как много всего! – обрадовалась она. – Спасибо, домик!

«Приятного аппетита».

– Я только сначала схожу цветочки полью, – сказала Майла. – Я быстро!

Она распахнула дверь и отступила, зябко поежившись от порыва холодного осеннего ветра. И лишь затем ойкнула, увидев у ближайшего дерева сидящего под ним белого волка.

«А все же легенды оказались правдивы… Вот и волк. Правда, там говорили про громадного серого, а этот невелик. Но все равно – опасный зверь!»

– Домик… – осторожно прошептала Майла. – Я боюсь… Там волк.

«Не бойся. Она ничего тебе не сделает».

– Она? Ты ее знаешь? – Страх у Майлы сразу улетучился.

Она выскочила на крыльцо, забыв о холоде, поманила к себе, как оказалось, волчицу.

– Иди сюда. – И руку протянула, как собак подзывают.

Волчица потрусила к ней, и Майла обнаружила, что бедняжка щенная: надутый живот так и выпирал.

– Это как же?.. – растерялась Майла.

Если эта волчица – тоже человек, как и ворон, то как же ей теперь оборачиваться? Что с ее малышами будет?

– Ты ведь человек? Не кусаешься? – поинтересовалась Майла. – Ну, заходи в дом, я тебя покормлю. Пойдем!

Волчица понятливо зашла вслед за ней, улеглась на ковер у камина.

– Сейчас. Вот! – Майла взяла тарелку мясной каши, поставила перед волчицей. Та с жадностью набросилась на еду. – Домик, я сейчас вернусь! Ведите себя хорошо!

На клумбе, рядом с черным, распустился белый бутон. Лишь алый все еще медлил с пробуждением.

Майла полила их, правда, не последовав совету мага использовать пение. Не до пения, и ужас как холодно было босиком и без шали. Вот как быстро осень наступила, прямо раз – и похолодало так, что придется как-то утепляться. Не сидеть же дома, пока маг не явится со всем необходимым.

Волчица тем временем не просто вылизала миску, но и поставила лапы на край стола и сунула нос в одно из блюд. Со стола неожиданно поднялась ложка, ударив нарушительницу по лбу, та возмущенно рыкнула, но лапы убрала.

– Да мне не жалко, домик, – сказала Майла, едва удержавшись, чтоб не захихикать. – Пусть ест, я все равно столько не осилю!

«Пусть знает. Ей еще придет ее брат – добавит».

– Брат? – переспросила Майла, а волчица вскинулась и повела мордой. – А-а, ты о Мидлоре?

Волчица и впрямь села, явно прислушиваясь.

– Он твой брат? Его здесь нет, но он очень скоро вернется. Как тебя… вас зовут? Извините, мне трудно именовать на «вы», когда вы в облике животного.

Волчица махнула лапой – разрешаю, мол. Кивнула.

– Вот хорошо. Ну, значит, вы скоро увидитесь. Ты поела? Домик, а можешь для нашей гостьи какую-нибудь лежаночку сотворить? Теплую, мягкую?

«Могу».

В углу появилось поистине королевское по роскоши ложе – наверное, на таких доводилось спать разве что королевским собакам. Волчица подошла, обнюхала тюфячок и последовала к ванной.

– Давай, помогу помыться, – сказала Майла, набирая теплую воду в изящный ковш с расписной ручкой.

Волчица терпеливо стояла, лишь прижмуриваясь, пока ее натирали мылом и окатывали теплой водой. Майла вытерла ее посильнее полотенцем и потом, когда волчица свернулась на лежанке, укрыла пледом.

«Ой, только бы Мидлор вернулся пораньше, – подумала она. – Помог бы! А вдруг ей уже скоро… Вдруг что-то с малышами будет не так? Я же не смогу помочь, это же не собака, а заколдованная магичка! Там что угодно случиться может…»

Домик пока больше не менялся, но еда появлялась на столах исправно. Волчице, правда, отдельно – в золоченой миске. Она каждый раз воротила морду и глядела совсем по-человечьи, гордо и возмущенно, но уже через минуту принималась за еду. Майла ее гладила и почесывала за ухом, та вытягивала шею и довольно жмурилась.

А еще – всегда прислушивалась к Майлиным разговорам.

Она болтала с домиком о любимых блюдах, о цветах в саду, о лесе, который все больше наряжался в осенние краски… Правда, про свою жизнь стеснялась при волчице, но все равно вместе было веселее.

Волчица практически не покидала дома – только сходила в сад, обнюхала цветы и тронула свой носом. Вздохнула. По утрам она всегда ходила с Майлой к цветам, а по вечерам сама ненадолго выскальзывала из дома, но не проходило и четверти часа, как она возвращалась назад и скреблась у двери.

Майла, поскольку уборка дому больше не требовалась, любовалась из окна танцем опадающей листвы, и в голове сами собой рождались какие-то мелодии. Она напевала без слов, почти про себя, отчего на душе расцветало какое-то умиротворение, и ведьма ощущала себя счастливой.

Ох, счастливый случай привел ее к домику!

Тем более никто сюда попасть не может, а вот Майле почему-то заклинание не оказалось помехой. Из-за бестолковости ее как ведьмы? Но ведь за ней парни гнались – больше половины из них и вовсе без капли магического дара.

Ладно, что бы там ни было, а здесь к ней все хорошо относятся.

Маг вернулся на закате, когда оранжево-желтую листву заливало розовым светом заходящего солнца.

– Как раз к ужину, – раздался его веселый голос. – Как я вовремя, – воскликнул он, переступая порог, пригнув при этом голову, чтобы не удариться о притолоку. – Здравствуйте, юная госпожа! Соскучился неимоверно!

Он сгреб Майлу, не успевшую и пискнуть, в объятия, правда, на этот раз ограничился крепким поцелуем в щеку. Вскинулся сразу, повел плечами, словно озяб в пути, несмотря на тепло дома и подбитый мехом щегольский плащ.

Он выглядел так, как будто только что выиграл на состязаниях магов, а между тем в доме снова взвихрились волшебные потоки. Волчица вскочила с лежанки, сначала рыкнула, потом заскулила. Припала на передние лапы, потом влезла под покрывальце с головой. Только кончик хвоста нервно подрагивал.

Майла не понимала, что происходит. Уже второй раз она чувствовала такой всплеск – и оба раза были именно тогда, когда к ней прикасался Мидлор. В чем же дело?

– Отпустите меня, – сказала она, – а то мне Домик про вас уже рассказал кое-что!

– Что же? – Глаза мага загорелись жадным любопытством, но девушку он без всяких дальнейших уговоров отпустил.

– Что вы ба… сердцеед, – вспомнила культурное слово Майла.

Маг расхохотался во весь голос. Даже волчица кхекнула, завозившись под одеялом.

– Я тебе еще припомню, – сказал он вполголоса, глядя куда-то вниз. И добавил: – Ну, если он меня не слышит, то передай ему, пожалуйста.

Словно в ответ маг полетел на пол, как будто его снесло дружеским хлопком по спине, правда в исполнении какого-нибудь великана.

– Ах ты!… – сказал он, поднимаясь, впрочем, без обиды в голосе. – Для твоей же пользы стараюсь, ты, скряга ле… Кхм, – осекся он. – Давайте лучше приступим к ужину. Запахи тут уже при подходе к дому с ума сводят, а я ужасно голодный. Так, погоди, а это что? Собака?

Он шевельнул пальцами, и покрывало слетело, хоть бедняжка и пыталась удержать его лапой и зубами. Мидлор аж рот раскрыл и глаза вытаращил от удивления.

– Дайна? – произнес он, медленно растягивая имя.

Волчица фыркнула, потрясла головой, а потом жалобно заскулила.

Маг выглядел таким растерянным, что Домик силой потянул его за плащ, чтобы Мидлор приземлился на ближайший стул.

Мидлор упер локоть в стол, шлепнулся щекой на ладонь и чуть не взвыл:

– Ну, сестренка, ты и ду-у-ура!

Та гавкнула в ответ.

– Это ж на-адо… – продолжал причитать маг. – Это что ж, мне теперь у тебя еще и щенков принимать⁈ Да ты мозгами не думаешь, что ли?

Майле стало обидно за девушку-волчицу, и она сочла нужным вступиться:

– Но ведь мы не знаем, как дело было. Что она могла сделать в зверином облике без магии против волка? – И посмотрела с осуждением на Мидлора.

– Есть у нас магия и в таком облике, без нее бы совсем пропали. Совсем немного, но есть, – отмахнулся Мидлор и опять с укором поглядел на сестру: – Ну ты даешь! Не ожидал, не ожидал…

Волчица рассерженно залаяла, даже попыталась брата за штанину схватить зубами, но безрезультатно: маг был начеку.

– Вот еще и разгавкалась! Не трудись, твои витиеватые ругательства относительно моего морального облика до меня все равно не доходят. Смысл, конечно, предельно ясен, но факт остается фактом: сиди как дура пока что в волчьем теле. Ощенишься – поговорим по душам.

После такого морального потрясения маг все же сходил в ванную умыться с дороги и переодеться. Вышел к ужину в новом костюме, явно подходящем скорее для королевского приема, чем для скромной трапезы в лесной избушке, хоть и с преображенной магией столовой.

– Съездил я довольно удачно, – говорил он за едой, обращаясь к Майле и периодически поглядывая в сторону, словно искал взглядом кого-то невидимого рядом и не находил. – Все, что нужно, привез, все здесь, на крыльце. Обновы… Книги…

– А не промокнет? – забеспокоилась Майла.

– А я куполом накрыл.

Майле стало немного стыдно. Ну да, другие же обучены, не такие, как она, бездари.

– Если б я мог, я привез бы вам учительницу по пению, – сказал Мидлор, будто угадав безрадостное направление ее мыслей. – Но пока сюда еще никто из посторонних попасть не может. Надо чуть-чуть подождать, а жаль: так бы быстрее наш домик преобразился. И… наш последний цветочек расцвел. – Он хихикнул, поддел на вилку кусочек мяса, сунул в рот и тут же выплюнул, скривившись. – Дурацкая шутка!

– Что такое? – удивилась Майла.

– Наш Домик расшалился, – проворчал маг, с опаской глядя на свой бокал с вином. – Мясо стало жутко пересоленным.

– Домик, ну что ты, – ласково попросила Майла. – Мы тебя любим!

«Правда?»

– Честно-честно, я тебя очень полюбила, – сказала Майла, прижав руки к груди в знак искренности своих слов.

Мидлор сидел с каменным лицом.

«Ладно… Пусть Роэн пьет и не боится, – ответил дом. – Мясо тоже снова вкусное. Только пусть он больше не лезет к тебе с поцелуями».

– Ладно, не будет, – пообещала Майла и, вспомнив, что маг не может общаться с Домом, добавила: – Домик сказал, чтобы никаких поцелуев со мной. И в ванной тоже не подглядывать, – хихикнула она, прибавив уже от себя.

– В ванной – это была случайность, – хмыкнул маг. – Что неудивительно, если в доме всего одна ванная на всех жильцов! Ладно, я так понимаю, он меня слышит: не трону я твою ведьмочку, ревнивец! Раз уж вы друг друга так полюбили… – пробурчал он негромко.

На некоторое время вокруг повисло молчание, но вскоре Майла попросила:

– И не ругайте, пожалуйста, больше Дайну. Неужели вам не жаль ее? Она ведь ваша сестра.

– Да, единоутробная, – кивнул маг. – Отцы у нас разные. Мама выходила замуж дважды. Так что у нас мало общего. Я классический маг, а Дана – ведьма, в нашу матушку.

– Дана – ведьма? – обрадовалась Майла.

– Да. И могла бы тоже поучить вас, но эта лентяйка предпочла шляться с кем попало…

Со стороны лежанки донеслось глухое рычание.

– Ну не надо, – попросила Майла. – Когда она обернется человеком, тогда и расскажет все. Не нужно ее обижать! А поучиться я еще успею…

– Успеете-то успеете, да только время у нас поджимает. Не хотелось б оставаться еще год в этой дыре, – вздохнул маг.

– А почему мы потеряем целый год? – спросила ведьма удивленно.

– Да так… Видите ли, все дело в заклятии. Там все завязано на осень, а точнее – на хорошую погоду. И с каждым днем шансы на резкое потепление уменьшаются. Впрочем, может быть, сгодится и растаявший снег, не знаю, тогда это сильно упростило бы дело…

– А как оно звучит целиком, это заклятье? – заинтересовалась Майла.

– Я вам его покажу. Мы скоро до него доберемся.

– Хорошо, – согласилась Майла, про себя твердо решив учиться петь, раз это может помочь всем избавиться от колдовских чар. Ну, будет уходить подальше, чтоб ее не слышали… Особенно если господин Мидлор ей что-нибудь теплое привез. – А скажите, господин Мидлор, – тут же озвучила она, – а что-нибудь теплое из одежды вы мне не привезли? Или, может, заклинанием поможете? Мне стало очень холодно выходить.

– Привез, привез, конечно. А у вас нет ничего теплого?

– Была шаль, но я потеряла ее, когда за мной гнались. Это мамина была, – вздохнула Майла.

– Теплое я тоже привез. Вот и отлично, что напомнили! Раз уж мы с ужином кончили, так давайте, примерьте наряды! – сказал маг воодушевленным тоном, словно желая прогнать грусть собеседницы.

Маг внес сундук с нарядами, словно картонную коробочку. Поставил в спальню, открыл.

– Как же вы донесли такие тяжести? – подивилась Майла, увидев на крыльце сундуки, свертки, шкатулки и коробки.

– Магической почтой до ближайшего городишки отправил, а дальше зачаровал, чтобы уменьшить вес и пролевитировать. Ну-с, выбирайте, юная госпожа. – Маг одну за другой вынимал и выкладывал на покрывало платья, сапожки, шали, плащ с пелериной и другие дамские наряды. Волчица проскользнула в дверь, устроилась рядом, обнюхивая вещи.

– Как много? Зачем столько? – всплеснула руками Майла. – Я ведь и не ношу такое… – Она осторожно коснулась рукой невесомого голубого шелка.

– Вам не нравятся фасоны? – расстроился Мидлор. – Но мне поклялись, что это последняя мода… – добавил он растерянно.

– Да при чем тут мода? Это господские платья, куда мне такие надевать? – объяснила Майла. – Здесь бы что попроще… Не подобает мне, я же не аристократка.

– За этим дело не станет, – сказал маг. – Я лично похлопочу.

– Да мне вовсе не нужно…

– Нужно, юная госпожа, – возразил маг. – Будь у вас хоть самый завалящий титул, вас бы не гнали от деревни эти мерзавцы.

Майла покраснела от воспоминания. Как же ей повезло, что здешняя магия не пропускает чужих, но при этом чары не подействовали на Майлу. Или это Домик ее пожалел?

– Вы правы, но… – прошептала она.

– Но что? – уточнил Мидлор.

– Будь у меня этот ваш титул, я бы здесь не оказалась, а домик бы спал до сих пор…

– И я летал бы по лесу, – закончил маг, кивнув. – Что ж, вы правы. Это была счастливая случайность. Но все же примерьте хотя бы платья. И сапожки. И вот этот чудесный теплый плащ.

– Плащ – с удовольствием, – ответила Майла. – Но с платьями, боюсь, не получится. Как я надену такое великолепие без помощи?..

– Без… Ой, какой же я болван! – хлопнул себя по лбу маг. – Ну конечно, все эти застежки и шнуровки – они же сзади! Дана, вот видишь, что ты натворила, негодница? Сейчас бы хоть с платьями помогла. Да и с пением тоже – голос у тебя был что надо, не то что сейчас – только на луну выть…

Волчица опять глухо заворчала на братца.

Маг, не обращая на нее внимания, подал плащ и набросил его Майле на плечи.

– Как вам хорошо! – искренне сказал он.

Майла слегка крутанулась на месте, радуясь, как красиво летит вслед ее движениям опушенный мехом подол.

– А я еще украшений набрал… – сказал маг, подавая лакированную шкатулку.

Майла, конечно, не нуждалась в украшениях, но взглянуть на красоту было любопытно: она уселась на кровати, поставив шкатулку на колени, и вынимала одну за другой цепочки с подвесками, кольца, браслеты…

Дайна с любопытством совалась под руку, и Майла со смехом демонстрировала ей побрякушки по очереди. Одно ожерелье даже на шее у волчицы застегнула.

– Ладно, девочки, развлекайтесь, а я пошел, – сказал маг. – Одну из этих кроватей сейчас вытащу и зачарую… Не могу же я в самом деле, делить спальню с вами. А то, боюсь, наш Домик, – он снова загадочно усмехнулся, – подбросит мне на ложе гадючий клубок или что-нибудь похуже…

– Но почему? – удивилась Майла.

– По той же причине, по которой я обязан держаться от вас на приличном расстоянии. Вы – его сокровище.

– Сокровище? – удивилась Майла.

– Именно так. А он будет беречь свое сокровище, как зеницу ока. Ну, хорошего вам вечера!

Глава 6
Сила песни

Наряды нарядами, но про книги маг тоже не забыл. И наутро принялся учить Майлу с похвальным рвением.

Наставник из Мидлора вышел не слишком терпеливый, но пособия он подобрал хорошие, и Майла погружалась в чтение, а потом отвечала магу теорию с самых азов. Дайна тоже присутствовала на занятиях. Казалось, что волчица дремлет, но на деле она чутко прислушивалась и даже пыталась подсказывать Майле – впрочем, ведьма почти всегда не понимала, что именно ей подсказывают. Да и попробуй-ка подскажи теорию магии без единого слова!

Зельеварение, травничество, призыв и привязку фамильяров и прочие любимые ведьмами сферы маг отбросил, сосредоточившись на основе творения заклинаний и их снятии. Да и немудрено, раз им заклятье с дома снимать.

Цветочки свои Майла не забывала – навещала утром и вечером. Она с нежностью касалась алых лепестков и уговаривала расцвести, вливала в воду магическую силу под чутким руководством Мидлора по утрам, а вечером просто сидела рядом, глядя на то, как постепенно жизнь наполняет цветок.

Для практики Мидлор взял привычку приглашать Майлу на прогулку. Дайна тоже часто сопровождала их, то шныряя по кустам, то усаживаясь в отдалении. Впрочем, она часто уставала и возвращалась домой задолго до мага и Майлы.

На прогулки ведьма надевала свое старое платье. Даже самое простое из обновок, привезенных Мидлором, для Майлы оказалось слишком роскошным. Она стеснялась его носить, но все же ей нужна была какая-то смена одежды. Маг, разумеется, не позаботился о рукодельной корзинке, чтобы девушка могла слегка подогнать наряд под себя. Выручила Дайна, унюхавшая среди платьев маленький и простой швейный набор – такой владельцы лавок дарили горничным, чтобы те ходили по надобностям госпожи именно в их лавку.

Зато новый теплый плащ ей очень нравился. Из пяти пар сапожек только одни были удобны для леса – остальные обладали слишком высоким каблуком.

Мидлор-практик оказался терпеливее Мидлора-теоретика: он готов был по тридцать раз ставить ее руки и отрабатывать пассы, хоть и говорил, что ей можно большую часть движений заменить голосом. Что касается места для занятий – Майла подозревала, что маг попросту опасается гнева Домика за то, что прикасается к ней – безо всякой церемонности он мог схватить ее за руку, поставить выше, ниже, приложить вторую к ее груди. Но Майла не возражала: ведь в прикосновениях Мидлора не было ничего флиртующего: он на самом деле не касался тех частей ее фигуры, которые не нужны были для творения волшебства.

Он оставил ей стопку бумаг и настоятельно советовал прочесть их, чем Майла обычно и занималась перед сном. Там были выдержки о магии Поющих ведьм, а еще неожиданно нашлись страницы газет о самом Мидлоре.

«Зачем это ему? – подумала ведьма, с улыбкой читая об успехах мага в учебе в столичной академии. – Неужели просто похвастаться хочет?»

О Мидлоре говорилось, что он был сыном очень талантливой ведьмы Самины, – да, Майла тоже о ней слышала. Та обладала мощным даром обережницы и любила создавать украшения. По ее эскизам два мастера делали амулеты: подвески, браслеты, серьги, и стоили эти работы баснословных денег…

Еще писали, что и его отец, и он по контракту работали на лорда Хонтоэра – настоящего дракона, лорда Пятой долины. Говорили, что старый лорд сейчас живет замкнуто – что-то случилось с его сыновьями…

А, вот еще заметка. И Майла с интересом погрузилась в чтение.

Там шла речь об отце Мидлора и некоем артефакте, который он отыскал и преподнес своему господину, лорду Хонтоэру, – Сфере судеб, круглом шаре из особым образом зачарованного кварца.

Сфера судеб могла находить избранниц, что было очень важно для драконов. У их расы, в отличие от людей, от браков с избранницами зависела устойчивость человеческой ипостаси и сила магии. Если бы Майла получила нормальное образование, она могла бы знать об этом артефакте, наделавшем много шуму в магических кругах.

« Когда-то два… человека или нечеловека, неважно, – в общем, эти двое хотели завладеть магическим артефактом необычайной силы. И едва не сломали его пополам в процессе дележки. Хозяин артефакта и в то же время отец этих… э-э, двоих, ужасно рассердился…»

Слова мага сами собой пришли на ум. О ком он говорил? О себе и сестре?

Или… о двух пропавших сыновьях лорда Хонтоэра?

Майла прижала руку к пылающему лбу. От напряжения у нее даже голова разболелась. Вот это она ввязалась в историю!

Если двое из рассказа мага – он сам и Дайна, то кто связан с алым цветком? Их отец, Мидлор-старший? Лорд Хонтоэр ведь никуда не пропадал…

А если… один из драконов?

Нет, это невозможно – где же он тогда? Дракон – существо большое, его в лесу просто так не спрячешь. Уж крестьяне бы точно знали и побаивались в лес ходить. Да и дичь бы за семь лет тут перевелась.

Одни загадки…

Утром Майла еле дождалась, когда Мидлор вышел к завтраку, и накинулась на него с вопросами:

– Скажите, когда вы ездили за книгами, виделись ли вы с вашим отцом?

– Доброе утро, юная госпожа, – ответил маг. – Нет, к сожалению, отца я не застал. Он уехал по делам к королевскому двору, но я известил его письмом. Кстати, правильно: надо будет отправить вдогонку второе – про Дайну.

Волчица заскулила.

– Ладно, про беременность пока не скажу, уговорила, – добавил маг.

«Значит, если здесь не его отец, то… один из сыновей лорда-дракона?» – предположила Майла.

– Скажите, а вы хорошо знали сыновей лорда Хонтоэра?

– Прекрасно знал, конечно. Наши с Дайной контракты были заключены даже не с самим лордом, а с его младшим сыном – Аргором.

– А он с вами хорошо обращался?

– Более чем, – ностальгически улыбнулся маг. – Мы были скорее приятелями, нежели господином и подчиненным. У Дайны, конечно, был свой круг общения. Кстати, Дайна…

Маг резко встал из-за стола и подошел к сестре, та попыталась ускользнуть от него под стол.

– Ловите ее! – закричал Мидлор.

Но Майла замешкалась:

– В чем дело?

– Хочу проверить одну догадку. Вы-то сами, когда общаетесь с ней, не чувствовали необычные магические вспышки?

– Иногда, – призналась Майла. – Но я не знаю, что это такое. Никогда не сталкивалась. Это не Источник, не аура этого дома, а что-то другое…

– Дайна, давай вылезай, – маг почти заполз под стол, – не бойся, ничего я тебе не сделаю. Осмотреть хочу.

Волчица нехотя вылезла из-под стола.

– А ну-ка, брюхом вверх.

Волчица опрокинулась на спину.

Маг легко и невесомо провел ладонью над ее брюхом.

– Ох ты ж!.. – Маг выглядел озадаченным. – Так и есть. Ну дела, юная госпожа, наша су… волчица, – поправился он после возмущенного взрыка, – оказывается, не просто волчат нагуляла, а натуральных оборотнят!

Волчица села, осклабилась и гордо задрала морду: а что, мол, сразу неясно было?

– Ну и чего ты обижаешься? – искренне удивился маг. – Я разве акушер или целитель? Про оборотней я никогда не изучал сверх того, что учат все маги. Понятия раньше не имел, что такое возможно! Ты ж понимаешь, что это значит? – от волнения он обратился к Майле на «ты».

– Нет… – растерянно сказала Майла.

– Да то, что мы тут по лесам спокойно шляемся, а рядом где-то бегает настоящий оборотень! – сказал маг таким радостным тоном, словно сообщал приятную новость.

– И что теперь делать?

– Ловить и говорить по душам с этим… извращенцем, – хмыкнул маг. – И надеяться, что мы успеем до родов. У оборотней и в человеческой ипостаси двойни и тройни не редкость, а в волчьем? Может, там семеро щенят вообще. Но при рождении в зверином облике они оборачиваться в человека долго не могут… Перекидываться Дайне крайне нежелательно. Увести ее в город я не могу: пока она не станет человеком, заклятье привязки к этому месту с нее не спадет. Пригласить кого-то – тоже. Повитуху, да еще с опытом обращения с детенышами оборотней, здесь не сыскать. Одна надежда на того оборотня – как-то же он сюда попал. Значит, на него заклятье не распространяется по какой-то причине. В общем, есть чем заняться, – подытожил маг с кислым выражением лица.

– Бедная Дайна! – от души пожалела ее ведьма. – Но ведь, получается, отец этих малышей о них знает?

Волчица вздохнула и совсем по-человечьи мотнула головой.

– Ничего, узнает! – погрозил кулаком в воздух маг. – Вот разберемся с заклятьем – и сразу этого ловить и удивлять новостями… А то ишь, отец-молодец нашелся, бросил самку!

А Майла со вздохом подумала, что побыстрее уж бы снять это заклятье.

– Давайте приступим поскорее к занятиям, – предложила она. – А то нужно же поскорее с заклятием разобраться.

Маг покивал:

– Вот сразу видно ответственного человека! Дана, вот смотри и учись, лентяйка.

Волчица оскорбленно тявкнула и задней лапой взрыла почву, бросив в брата прелой листвой и землей.

Тот, впрочем, не обиделся.

– Что ж, раз у нас тут оборотень может присутствовать, предлагаю далеко не отходить. Я, конечно, буду начеку, но если он вдруг захочет напасть – может подкрасться не хуже настоящего зверя.

– Зачем ему нападать? – спросила Майла.

– Они могут быть агрессивны в определенные периоды жизни. Или вдруг какая-то часть заклятого леса была его территорией? Я бы на всякий случай готовился к недружелюбному варианту.

– Может, тогда лучше здесь остаться и не выходить? – поежилась Майла. Об оборотнях она только слышала, но не сталкивалась, к счастью. Оборотни здесь жили закрыто, своими общинами, и с людьми смешивались не слишком охотно. Ведьме даже стало боязно за Дайну.

– Нет, дома трудновато. Магия заклятия все еще сильна, и это мешает сосредоточиться. Я, хоть и практически свободен, все еще с трудом могу колдовать в доме. Просто не будем отходить далеко.

– Дайна, а давно ли ты видела его в последний раз? – спросила Майла.

Волчица вздохнула, ее глаза наполнились печалью.

– Видимо, давно, – расстроилась и успокоилась одновременно девушка.

– Я бы все равно не расслаблялся, – сказал Мидлор. – Что ж, если вы покончили с завтраком, давайте собираться на нашу обучающую прогулку.

Майла сегодня постаралась выложиться по полной и даже упросила своего наставника продлить занятие на час, но уже через полчаса маг оборвал:

– Достаточно. И вы, и я устали. Ваша главная проблема, из-за которой в детстве у вас не получалось, знаете, какая? Вы творите волшебство через силу, через не могу и не хочу, будучи на нуле, – словно катите в гору тачку с квадратными колесами. Мне отрадно ваше трудолюбие, но это не слишком хорошо. Ведьмовский дар принуждения не любит. Я звал Дайну лентяйкой, но на самом деле, это шутка. При всей безответственности моей сестры, она очень хорошо чует, как обращаться со своими способностями.

Вернувшись домой, маг отправился отлеживаться в ванной и подремать, а Майла села в спальне, положила на колени платье, которое она еще не перешила до конца, укоротив подол и обузив рукава, чтобы в нем можно было ходить в лесу, не цепляясь ни за что.

Принявшись за шитье, Майла начала напевать себе под нос. Негромко. Любимую мамину песенку, которую та всегда пела за рукоделием.

Волчица, устроившаяся на соседней кровати и вроде бы дремавшая, повела ушами и приоткрыла один глаз.

– А я суженых не жду,

Я сама его найду… – потихоньку напевала Майла.

– У-у! – подпела Дайна.

– Я к нему домой приду, за собою уведу…

– У-у!

Майла звонко рассмеялась и сбилась, но потом продолжила петь нехитрую песенку, а руки ее в это время трудились над швами.

– Браво! – И раздались аплодисменты. В дверях стоял Мидлор.

Майла даже иголку уронила от неожиданности.

– Вы меня напугали! – сказала она с легкой обидой.

– Простите, я не хотел. У вас с Даной получился отличный дуэт.

– Скажете тоже… – пробурчала ведьма. Волчица подошла к ней и попыталась пристроить морду на колени, но Майла оттолкнула ее в испуге. – Осторожней! Я же уронила иглу!

Она шарила по ткани, но нашла только нитку. Иголка с нее соскользнула, затерявшись то ли в складках платья, то ли вообще в щели между досками.

– Попробуйте воспользоваться магией, для разнообразия, – подбодрил маг.

– Да, сейчас… – Майла сосредоточилась.

– Нет-нет, не будьте так серьезны, ради всех Источников! – замахал руками Мидлор. – Легче… проще… И напевайте при этом, как вы сейчас пели.

Майла покраснела и нерешительно завела припев, Дайна подвыла ей, и ведьма с удивлением увидела невидимую доселе ниточку силы, тянущуюся к щели в полу. Вскоре оттуда выскочила иголка и сама наделась на нитку.

– Браво! Я же говорил! – Маг радовался как ребенок, а волчица била по полу хвостом, восторженно подвывая.

– У меня получилось… – прошептала Майла, сделав последний стежок и завязывая узелок. – И платье я дошила… Так быстро! Не верю…

– Придется поверить, – улыбнулся Мидлор. – Ну, значит, дело пойдет на лад!

К вечеру Майла так устала, что даже заснуть не смогла. Она лежала, непривычно изнуренная, и в то же время душа упорно отказывалась погружаться в сон. Мысли беспорядочно сменяли одна другую: то думалось о загадочном оборотне, который где-то бродит, не зная о своем потомстве, то о том, как ловко и легко сегодня сработала магия, когда Майла уронила иголку, то о том, как забавно смотрелись они дуэтом с волчицей.

Майла перевернулась с боку на бок и снова закрыла глаза, но сон не шел. Она села в постели, закутавшись в одеяло.

– Домик, а ты видел здесь драконов? – позвала она.

«Нет».

– Жалко, – сникла ведьма. – Я-то думала, что обо всем догадалась… А оборотней не видел?

«Почти два месяца назад», – был ответ.

– А какой он? Он Дайну не обидел?

«Настолько далеко я не знаю. Я не вижу, что происходит вокруг дома. Я могу чувствовать магию, но не вижу».

– А что ты чувствовал?

«Оборотень был, и очень сильный. И дети наверняка будут такие же».

– Я ужасно хочу поскорее разобраться с заклятьем, – сказала Майла.

«Я надеюсь, что ты скоро найдешь подсказку».

– Подсказку? А где она? Какая она?

«Написана золотыми буквами».

– Где, в доме?

«Да».

– Но я же весь дом осмотрела… – рассеянно пробормотала Майла.

«Не весь».

Майла нахмурилась. Где же? Уж подсказку золотыми буквами она бы не пропустила! Может, в книгах, принесенных магом?

Девушка подошла к стопке книг и принялась листать одну за другой, но буквы были все, как на подбор, отпечатаны черной краской.

Майле ужасно захотелось пить, и она, почти неслышно ступая, вышла в столовую. Там было пусто. Маг мирно спал в недавно устроенной им спальне, волчица, видимо, на эту ночь устроилась поближе к брату.

На столе стоял стеклянный графин с водой, а стаканы нашлись на столике в углу. Майла пошла за ними, напевая на мотив той песенки: «Я по домику хожу, я подсказки нахожу…» – но запнулась о что-то.

Как выяснилось, о металлическое кольцо, скрывавшее дверцу в подпол и незаметное под ковром.

– Домик, а что в подполе? – спросила Майла негромко.

Подпол! Точно, туда она не лазила, вроде не за чем было. Вопрос с едой решился так быстро, что не к чему было заглядывать в это темное и сырое помещение. Майла отогнула ковер, прижав его ножками стула, и решительно взялась за кольцо.

В подполе было прохладно, но не темно. На стене неярко горели теплым желтым светом красивые каллиграфические буквы, словно из старинной рукописной книги: