Текст книги "Мадагаскар-Россия. Часть 2 (СИ)"

Автор книги: Михаил Янков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– Керосин деревенским задешево продаём. По нашим образцам, все деревенские себе светильники сделали. А бензин на рудник для плавильной печи уходит. Но Фёдор говорит, что для мартеновской печи мазут и солярка потребуются. Мы её построили и просушили, но ещё не запускали.

Тепереча о деревеньках. Как их купили, то сразу старост собрали. Объяснили им, что да как. Поначалу не поверили, меж собой посмеивались. Да только мы за работы исправно платили. Когда пришла зима, опять собрали старост. Вместе сели и посчитали, сколько они заработали. После этого случая, что не попросишь, делают сразу. Весной все семена, переданные Вами, посадили и ухаживают за ними, как за своим дитятей. Всё интересуются, что из них вырастет. Я им картинки показываю, да сказываю, что и для чего. Головами вертят, не верят, но за урожай деньги обещаны хорошие, вот и стараются. Особо картошке удивлялись. Но тогда из Европы 20 возов картошки прибыло. Вот мы с Макаром деревенских этой картошкой и угощали – жаренной, варённой, с капустой и сальцем. Теперь мужики сами ждут, когда она у них вырастет.

– Небось, под картошечку с сальцем и самогоночки хряпнули?

Савва потупил глаза.

– Не без этого. Зато когда я им сказал, что из очисток картофеля можно гнать самогон, они окончательно решили, что картошку надо сажать. Да что на них серчать за это. Крестьянский труд тяжёлый. Только зимой получается, немного расслабиться. А с ранней весны и до заморозков крестьяне пашут от зари до зари. Некогда, да и не на что.

– Да ладно, это я пошутил. Говори дальше.

– А что дальше? Скотину, что из земель заморских пригнали, крестьяне оценили. Коровы дойные, кони справные, не то, что степные. Правда, со степными лошадями, мороки меньше. За курами и свиньями очередь выстроилась. Но, слава Богу, это животина хорошо размножается. К следующему году всем дадим.

– Это как дадим? Бесплатно, что ли?

– Упаси Боже. Я Вашу присказку про рыбу и удочку помню. Просто цены мы назвали минимальные, даём в долг и без процентов. Так же поступили и с сельхозинвентарём.

– А сельхозинвентарь откуда? Мы ведь дали немного, только чтобы показать могли, а крестьяне оценить.

– А Макар небольшую плавильню поставил. Ему даже Фёдор помогал, сделал нефтяные горелки для плавильных печей. Огнеупорные глины здесь есть, железо своё – как не делать? Вот зимой набрал в помощники местных кузнецов, да их подручных и расстарался. По образцам и делали. Правда они у него хуже, чем с Мадагаскара, но лучше чем те, которые продают в Царицыне и Саратове.

– Что сказать? Молодцы. Я тут Вам немного товара привёз, но главное, это оборудование, для заводов. А для крестьян даю Вам 6 сенокосилок и механика к ним. Луга здесь ровные. Если не сломаете механизмы и будете лошадей исправно менять, то они Вам на все деревни сена накосят. Ещё привёз 50 ткацких станков. С ними осторожнее, отдали все, что у нас есть. Вещь дорогая. Зато один станок, двадцать человек заменит. Двое механиков будут обслуживать, и чинить станки. Очень талантливые ребята. Береги их, зря не утруждай. Они со временем, здесь цех точной механики откроют. Там и сеялки и прялки и ткацкие станки будут делать.

– Так значит, под эти станки я заказы на лён размещал в соседних деревнях? А зачем нам так много полотна? Торговать будем?

– Будем, но позже. А сейчас людей одеть надо. Ожидай, что временно у тебя с Макаром будет проживать до 8 тысяч человек. Так, что покажешь Силантию помещение, которое построил под ткацкий цех, он там будет главный. Сейчас прибудет первая партия бывших рабов, мы из них рабочих и работниц отберём для Ваших производств.

– Князь! Извини, что перебиваю. А что мне с прибывшими делать?

– А вон видишь двух шалопаев, что девчонку охмуряют? Вот они у нас главные переписчики. Грамоте обучены, счёту. Память у них дай Бог каждому. Так вот, они знают куда, кого и сколько отправить. Спрашивай у них. Могу сказать сразу, что до поздней осени у тебя будет не менее 5 тысяч рабочих рук. Делай с ними что хочешь – строй дороги и крепости, задействуй на производствах, отсылай в помощь крестьянам. Думаешь, я тебе зря в письмах велел увеличить посевы в три раза?

– Да мы с таким количеством людей все в один сезон построим. Да и крестьяне вздохнут с облегчением. Посеять-то они посеяли, как я велел. Пришлось даже нанимать людей. А вот видеть, как погибает урожай, который не успеваешь убрать, для крестьянина тяжело.

– Всё не построишь, но большую часть надо. Кстати, а как насчёт шерсти?

– Так все склады завалены. Степняки, когда узнали, что я шерсть скупаю, так с тех пор, только лодки успеваю гонять на тот берег Волги за шерстью. Какую только не везут – верблюжью, овечью, козью. Видно голодно у них в этот год. Меняют на хлеб, а не на деньги. Пришлось ещё хлеб скупать выше по Дону.

– Ну, вот хорошо, продолжай скупать. Будем валять валенки, делать сукно, одеяла, свитеры, носки. Главный мастер это Анисим. Вон тот серьёзный мужик с пудовыми кулаками. Покажешь ему цех, куда свозить оборудование.

– А сапоги и галоши привезли?

– Резиновые? Привезли. И много чего другого из резины. А через месяц, другой, сюда прибудет Дмитрий, привезёт много каучука. Сами будете делать. А что? Сапоги понравились?

– Не то слово. У нас из-за галош и резиновых сапог чуть не драка. Степняки за галоши лошадь дают. Крестьяне, которым достались галоши и сапоги как передовикам труда, со слезами продавали. И самому надо и деньги уж больно большие.

– Наших людей надо обуть, но раз такое дело, то придётся продавать. Негоже если наших крестьян, степняки из-за галош, по полям отлавливать будут. Объяви степнякам, что по осени будет распродажа резиновых изделий. Скажи, что цены будут в два раза ниже. Кстати, а кто у нас степняки?

– Вверх по Волге Башкиры, но в основном Ногайцы.

– Хулиганят?

– Чего?

– Балуются? Набеги устраивают?

– Не без этого. Но в этом году им не до этого. У них там кто-то умер, теперь они власть делят.

– Это очень хорошо. За год мы так отстроимся, что чёрта лысого им перепадёт.

– Так они обычно крепости стороной обходят. Грабят и угоняют в рабство крестьян.

– Ничего. Мы на следующий год кое-что придумаем. А что у нас по каналу Волга-Дон?

– Так людей нет. А так все отмеряли. Четыре километра между речкой Иловлей и Камышенкой надо прорыть. Ещё речки углубить да четыре шлюза поставить, как у Вас на плане было нарисовано.

– Но люди теперь есть. Только с каналом спешить не будем. Строим по остаточному принципу. Главное постройте два шлюза с плотинами. Те, которые ближе к руднику и к твоей скважине.

– Так по проекту мой шлюз как раз у моей крепостницы. Всего километр будет.

– А Вы ещё покумекайте. Посмотрите. Если можно без ущерба для канала передвинуть поближе шлюзы, то сдвигайте. Не держитесь за бумагу как за окончательное решение. Смотрите, как уровень воды поднимется, где затопит. Короче, думайте. Мы Вам два генератора привезли. 4 специалиста будут их обслуживать. За вами дамба.

– А зачем нам генераторы?

– Фёдору он необходим. Ему с железом работать. Тебе тоже потребуется. Хотя бы для обороны.

– Это как для обороны.

– А вот пустишь железный провод вокруг своей крепости или шлюза, а по нему ток. Кто дотронется, того или убьет или так ударит, что небо с овчинку покажется. Но главное, они боятся, начнут. Люди всегда неизвестного боятся. Только никому не говори, до поры до времени.

– Так, своих поубивает.

– А ты ток только тогда подключишь, когда враг полезет.

– Тогда украдут провод.

– Мдяя, запущенный случай. Значит думай. Давай закруглятся, я на дороге людей вижу. Никак царь-батюшка сюда скачет, со своею свитой.

*****

Царь был похож и не похож на тот образ, который сложился у меня в голове после школьной программы, прочитанных книг и просмотренных фильмов. Высок он для своего возраста. Во мне метр восемьдесят, а Пётр I выше. Как-то непривычно, когда на тебя смотрят сверху вниз. Впрочем, царь знал об этой особенности и старался без надобности не подходить близко. Но когда надо нажать на собеседника, то приближался в упор, да ещё на носочках приподнимался, заставляя Вас задирать голову. Довольно нервный, импульсивный человек. На данном этапе это можно списать на его молодость, когда играют гормоны. А также на окружающую обстановку нервозности, постоянно ощущаемой возле трона и на избалованность. Так оно и есть, но по истории он и в более зрелом возрасте не отличался степенностью, а это напрягает. Многие короли так и не выходят из детского возраста, продолжая играть своими подданными как оловянными солдатиками. Ну как бы там не было, а работать надо с тем, что есть.

Бурное знакомство во дворе, где я не преминул поклониться царю, переместилось за стол. Тяжело вздохнув, я поднял кубок. Отказаться нельзя, его величество внимательно следит за моей рукой. Произнёс здравницу его величеству и отпил из кубка. Наверное, у меня было глупое выражение лица. В кубке был виноградный сок. А смех у Петра I приятный. Не мягкий, даже грубоватый, но жизнерадостный, открытый смех.

– Мишель! Мне Савва все уши прожужжал, что Вы не курите и не пьёте. Захотелось проверить, а поднимешь ли ты бокал вина за меня. Видел, видел, как тебе не хотелось пить, но ты выпил. Проявил уважение к моей персоне. Впредь дозволяю Беловодцам вина при мне не употреблять и табак не курить.

– Благодарю Ваше Величество. Только Савва не совсем прав. Табак мы действительно не курим, но вино иногда позволяем себе употребить. Редко. Естественно Савва этого просто не видел. За Вашу благосклонность к нам я хочу поднять настоящий бокал вина. За знакомство с царём России. Не каждый день такое случается.

Петр I опять весело засмеялся и подал знак. Мне принесли новый бокал, наполненный до краёв. Ну, вот сказал на свою голову. Тут не меньше бутылки будет. Слава Богу, полусухое, виноградное вино.

Через час царь разогнал всех из трапезной, мы остались одни. Любопытен сей парень до чёртиков и память у него хорошая. Такой, может запросто поймать на неточностях. Благо легенда у нас уже вызубрена до автоматизма и обкатана на многих. В том числе и коронованных особах. Лично для меня в этом вечернем разговоре ничего интересного не было. Следил, чтобы не сбиться с рассказа и не начать учить Петра I. Такого, пожалуй, воспитаешь. Это не Риво. Он сам из тебя всё высосет, а потом сделает по-своему. Решил не торопить события и пустить всё на самотёк. Главная программа запущена ещё год назад. Пусть вместо Европы приедет к нам на Мадагаскар, а там мы из него сделаем человека. Точнее, поменяем приоритеты. Пусть Европа с Англией подавятся своей «культурностью» и своим снобизмом. Вон даже с арабами не смогли справиться. Если бы не Иван Грозный в 1572 году, уже всей кучей плавали рабами на галерах. И зачем мы их всё время вытаскиваем из дерьма? Они потом на нас же и плюют.

В этот раз так не будет, главное не переборщить, Османская империя уже начинает скатываться с пика своего могущества, но ещё сильна. Если её серьёзно разозлить, за 2-3 года, может стереть всю Европу с лица Земли.

*****

Одновременно к вратам Рая попали священник и лихой извозчик. Их встречает апостол Пётр. Он сразу пропускает лихого извозчика в Рай, а священника придерживает:

– подожди, с тобой ещё надо разобраться.

– Как разобраться? Вон извозчик пьяница, а лошадей так гоняет, что не раз переворачивал экипаж, а его сразу пропустили. А я всю жизнь Богу посвятил, и со мной надо разбираться?

– Да, надо разобраться. Ты когда проповеди читал, у тебя люди дремали. А когда он людей возил, то те всю дорогу молились и крестились.

Комнату сотряс такой хохот, что в дверь заглянул гвардеец, оглядел комнату, убедился, что всё в порядке и снова пропал за дверью. Наконец отсмеявшись, Пётр I сел на лавку у окна.

– И к чему ты мне это рассказал князь Михаил? Ты же хотел, что-то этим сказать?

– Разумеется ваше величество. Мы с Вами обсуждаем, какие великие деяния Вы можете совершить во славу Вас и Отечества. Что такое можно сделать, чтобы Россия стала великим государством, а Ваше имя веками упоминалось потомками добрым словом.

Царь ненадолго задумался, голова его слегка наклонилась. Потом, поднял голову и посмотрел на меня.

– Так для того полки потешные иноземному строю учим.

Есть что-то общее между Риво и Петром I. Только Андриаманетиариво встретился нам в более молодом возрасте и у него есть такой дядя как Уантици. Пётр I старше и Уантици у него нет. Зато есть целая свора иноземцев, которая его уже пить и курить научила. Хорошо, что он согласился посетить Мадагаскар. Дело осталось за разрешением от матери, которого мы ждём. Надеюсь, она с облегчением отпустит своего сына «развлечься», чтобы дуростью с шутейными войсками не страдал. Сейчас главное не перегнуть палку. Хотя язык так и чешется сказать всё, что думаю. Терпи голова, шапку куплю.

– На благо, только цена велика.

– Это мне решать, велика цена или нет.

– Совершенно верно ваше величество, остаётся только найти такой путь решения, чтобы Вас запомнили как великого полководца и политика, а не как правителя, который любой ценой добивается своей прихоти.

– Это ты, что называешь прихотью?

– Сделать страну могучей это цель достойная любого монарха, а добиться сиюминутной победы, невзирая на последствия это прихоть.

– Я собираю со всей Европы офицеров. Одеваю, вооружаю и обучаю войска по последним достижениям европейской воинской науки. После этого ты смеешь мне говорить, что я не пекусь о благе Отечества?

– Вы радеете, только это кое-кому не нравится. Вот Вас потихоньку и направляют по ложному пути.

– И кому же это не нравится? Кто мною управлять пытается?

– Ну, не нравится всем, кому Вы собираетесь наступить на ноги. А Вы собираетесь отдавить ноги, почти всей Европе. Будет ли она честно Вам помогать? Скорее всего, Европа постарается, чтобы Вы застряли под Азовом на долгие годы. Что кстати у неё прекрасно получается.

Пётр стал нервно крутить трубку. Взял мундштук в рот, потом вынул и положил трубку на стол. По условиям проигранного им пари, три дня, царь не должен курить. Сегодня второй день. Пари было простое – я поставил свою подзорную трубу против царской трубки, что с помощью китайской бумаги без всяких ниток и верёвок подниму свечку в небо. Сделал вечером китайский фонарик и теперь три дня царь не должен курить. Ничего, завтра мы ещё чего-нибудь придумаем.

– Мишель! Вы хотели мне, что-то показать.

Так царь сменил тему. Это хорошо. И так слишком сильно на него надавил.

– Да Ваше Величество.

– Я же просил. Когда мы на одни, обращайся ко мне, как Вы обращаетесь между собой. Если королю Мадагаскара не зазорно такое обращение, то мне тоже. Тем более что так действительно удобнее.

– Хорошо Петя.

Пётр I ухмыльнулся и погрозил пальцем. Он мою подковырку раскусил. Я смущённо улыбнулся и развёл руками – всем своим видом говоря, что виноват, исправлюсь.

– Всё, больше не буду. Есть у меня один сюрприз. Точнее это не сюрприз, а показательный опыт. С самого Мадагаскара с нами плыли два молодых козла. Оба из одного помёта, только одного научили курить трубку. Теперь он без трубки жить не может, начинает блеять и беситься, но главное не в этом.

Мы вышли во двор, где к столбу были привязаны два козла. Один был явно меньше и худее другого. Вдобавок он нервничал и блеял.

– Ну и в чём тут фокус?

– Они оба из одного помёта – близнецы. Кормили и ухаживали за ними одинаково, только с одной разницей. Один из них курящий.

– Как я понял, это тот, что меньше. Но я-то больше тебя, а курю.

– Так мы с Вами и не близнецы. Вдобавок разница не только в этом. Если им дать спокойно дожить до старости, то тот, что не курит, проживёт дольше курящего в полтора раза.

– Кто это проверял?

– Наши учёные, проверяли не однократно. Но есть ещё минусы у курения.

Пока мы говорили, двое молодых людей начали водить козлов по кругу. Движение ускорялось и наконец, курящий козёл упал. К нему подвели второго козла. Бока козла равномерно поднимались и опускались. Конечно, я слукавил. Второй козел, до этого больше бегал и прыгал.

Пётр I подошёл к обоим козлам. Оглянулся и внимательно посмотрел на меня:

– Я не козёл, чтобы бегать и прыгать.

– Так иногда и царю надо резвость показать! Например, с любимой женщиной. Царь должен быть царем везде! Подумайте сами, стоит ли всего, что Вы теряете, нескольких затяжек вонючего дыма.

Царь при моих словах вспомнил о трубке и с сожалением её пососал. Да слово он держать умеет, терпит. Ну, что ж прибегнем к последнему доводу. Он не акселерат-переросток из 21 века. Нервы у него крепкие. Я махнул рукой парням, они в несколько взмахов больших ножей, умертвили животных, вытащили из козлов лёгкие и положили перед нами. Одни были розовые другие коричневые. Царь чертыхнулся, сплюнул, бросил трубку на землю и ушёл в трапезную. Один ноль в нашу пользу. Жалко козлов, но их смерть не была напрасной. Так кажется, говорят политики? Правда, козлам от этого не легче. Так. Что-то я увлёкся, а за Петром сейчас пригляд нужен. Напьётся с расстройства и закурит, тогда пиши пропало. Его надо удержать от подобного поступка до утра, а там и сам справится. Я заспешил в трапезную. Пусть выпьет пару бокалов и баиньки.

Глава 11.

5 июня – 22 октября 1690 года.

Дмитрий. Сергей. Михаил. Пётр I. Андриамандисоариво.

Дмитрий.

В Камышин я прибыл только 10 августа. Размах строительства меня впечатлил. Начиная от Дона до самой Волги, что-то копали, что-то строили. Дорога, по которой мы ехали на тарантасе, была забита телегами. С одной ночёвкой в пути, добрался до Камышина. Похоже, опоздал, царь вместе с Михаилом уплыл к Никите, где строятся корабли. Это от Камышина на 150 километров выше по Волге. Не доплывая 15 километров до Саратова.

Одновременно с ними ушло по воде, на ладьях и судах, почти 3 тысячи человек с оборудованием и товарами. Сначала они доберутся до реки Камы, потом по ней до города Соликамска. Там их поджидает Аким, который отведёт караван на Урал. Интересно, где они столько судов набрали? Или это Никита уже успел построить? Скорее всего и то и другое.

Ну, что ж, мне так даже сподручней. Никто не мешает, есть время развернуться. Вместе с моим главным помощником Игнатом, осмотрели помещения, выделенные под химическую промышленность, дали ценные указания. Со мной прибыло 200 специалистов во всех областях, которые мы смогли развить на Мадагаскаре, до промышленного уровня. В их числе 68 лекарей и 64 работника химической и горной промышленности.

65 специалистов отправили догонять уплывших на Урал. Как только прибудут корабли с Мадагаскара с Сергеем и Дисо, будет сформирован караван на Москву. Туда тоже поплывут профессионалы, но многие из другой области. Москву, со временем, тоже «чистить» придётся.

Остальные специалисты останутся здесь. Химики, электрики, машиностроители, металлурги. Все взрывчатые вещества и других чудеса химии будут производиться в Камышине. Почему? Расположение удобное, нефть под боком, а начальство подальше. В смысле чиновники и шпионы, что зачастую одно и то же.

Уже через неделю, как только прибыли наш груз, заработали лаборатории и учебные классы. Производство медленно, но уверенно начало выдавать первую продукцию – от азотной кислоты, до резиновых сапог. Каучука привезли много, более 200 тонн, а селитры мало. Всего 3 тонны – на зубок. Но почти 1,5 тысячи тонн индийской селитры плывёт в трюмах кораблей Сергея. А также 300 тонн пороха, 400 каучука и тысяча тонн разных минералов и металлов.

Первыми запустили цеха по производству цемента и керамзита. На всё ушла одна неделя. Ничего удивительного – помещения были готовы заранее, оборудование проверенное, рабочие обученные. Цемент здесь начали делать раньше, но кустарным способом. Малое количество цемента тормозило постройку серьёзных строений, а без керамзита трудно строить дешёвые тёплые помещения.

Только занялся металлургией и нефтепереработкой, как вернулись Михаил с Петром I. Пришлось переключиться на другую задачу. Посмотрим, как мои помощники, без меня, запустят нефтяной бульбулятор и мартеновскую печь.

*****

Сергей.

Ну, вот мы и плывём в Россию. У нас 18 судов и 12 кораблей. Караван что надо. Перед плаванием у всех судов тщательно почистили днища. Восемь кораблей имеют медную обшивку ниже ватерлинии, остальным судам днища обработали какой– то ядовитой гадостью. Я не химик, это Димыча надо спрашивать чего он там намешал, обозвав эту гадость оловянной сурьмой. Практически всем тихоходным судам нарастили паруса, что мало чем помогло. Но как бы там не было, а Оранжевой реки на побережье Африки мы достигли за 25 дней. Очень даже не плохо. Привезли 370 новых поселенцев. Выгрузили почти 2 тысячи тонн цемента и ещё много разного груза. Наиболее медлительные 4 судна и два корабля отправились обратно на Мадагаскар. Наши капитаны облегчённо вздохнули. Сюда мы плыли с перегрузом, а теперь всё пришло в норму. Остался только наш груз, вода и продовольствие. Более быстроходные и облегчённые суда рванули к Европе как автомобиль, у которого убрали ногу с педали тормоза. Средняя скорость была 180– 200 километров в сутки. Бывало, покрывали и 350 километров за 24 часа, но были штили или шторма. Да ещё забыл сказать, что с нами плыли жёны. Моя Светлана и жена Дмитрия Вера. Нам с Димкой предстояло пробыть в России не менее года. Женщин так долго ждать не хотели. Выстоять под напором двух женщин я не смог.

Во всех плаваниях, у всех нас четверых, была обязанность – переносить знания с электронных носителей на бумагу. Со временем надоедает до жути, но спасает от женской болтовни. Как женщины могут так много говорить? Для них язык это не средство передачи информации. Теперь я это точно знаю. Но, даже не смотря на это, после разгрузки на реке Оранжевой, я только усилием воли мог заставить себя марать бумагу. Тем более писать приходилось карандашами. Шариковые ручки, давно перестали быть письменной принадлежностью, исчерпав пасту. Сейчас они лежат в лаборатории наших молодых гениев и ждут своего спасителя. Того, кто сможет повторить изобретение 20 века.

В плавании я с Дисо скучали. Это не смотря на ежедневную писанину и занятий с морской пехотой, которых почти 1000 человек. Пока они пехота. Но те, кто вернётся, может стать моряком. Двойная специальность, повышенное жалование. Они учатся у опытных мореплавателей, а не только у меня с Роном – стрелять и бить морды.

Формально у нас два флота, но все понимают, что Дисо только учится. Даже когда поплывёт обратно, будет учеником у моего заместителя Рона. Когда плыть и куда плыть, князь будет решать сам, а как это осуществить решит англичанин. Обучение продлится год, а может и больше. Никто не мешает им на обратном пути хулиганить, что они и сделают. Разорят 3-4 порта возле реки Оранжевой, убирая у нас конкурентов, пощупают встречные корабли. Но это без нас. Сейчас мы плывём под двумя почти одинаковыми флагами. У нас Андреевский, только с красными полосами, у сакалава с зелёными. Риво, недолго думая, принял правильное решение – у друзей должны быть и знамёна похожие.

Благодаря картам течений и ветров мы ощутимо выигрывали у обычных мореплавателей, а хорошая подготовка кораблей перед плаванием, сказывалась на быстроходности судов.

За всё время плавания от реки Оранжевой до Канарских островов, только два раза заходили в порты пополнить припасы. Все встречные суда и корабли благоразумно сворачивали в сторону, едва завидев наши паруса. Что не удивительно, учитывая их количество. 25 августа достигли Берегов Испании. В два раза быстрее, чем Васко да Гама и в полтора раза быстрее нашего купца Фабио. Ну, Васко да Гама шел не по кратчайшему пути, а Фабио шёл на загруженных торговых судах.

Матросы Мадагаскара почувствовали, что им прохладно. Это в конце августа у берегов Испании! Что с ними будет на Дону в ноябре-декабре?

У порта Кадис нас встретила шхуна, на которой был наш агент испанец Винсент. Он сообщил, что в Венеции, на складах нас дожидается большой запас руд и металлов.

Это крюк в 2 тысячи километров, да ещё там, три-четыре дня на погрузку. Нас это не устраивало. Решили поступить так. Остановились в порту Гибралтара, пока пополняли запасы провизии и воды, перегрузили груз с четырёх судов на остальные корабли. Им идти в Венецию, а после доставки руды на Дон, так и останутся в России. В дальнейший путь отправилось 10 грузовых судов и 10 кораблей.

15 сентября, когда из Эгейского моря мы входили в Мраморное, произошёл первый сеанс связи с Михаилом. Это на расстоянии 1300 километров! Всё-таки не зря он разобрал бесперебойный блок питания от игрового компьютера. Ему были нужны мощные транзисторы для антенного усилителя, а там их было 12 штук. Теперь наши переносные радиостанции с антенными усилителями и направленными антеннами, спокойно били на 600-800 километров. А теперь выяснилось, что даже больше.

Новости были разные. Хорошие, это то, что Пётр I хочет посетить Мадагаскар и получил на это «добро» от матушки. Так же царь выделил 120 своих деревень для аграрного эксперимента. Это больше 2 тысяч дворов. Были получены подтверждающие грамоты на покупку ряда земель в Поволжье и на Урале. Это были хорошие новости. Плохой новостью, было то, что царь решил сам участвовать в штурме Азова. Это нас совсем не устраивало. Во-первых, сразу можно отбросить использование наших ракетных установок и ряда новинок. Если его Величество их увидит, то будет кричать как маленький ребёнок – Дай! Хочу!

Попробуй не дай царю! Во-вторых, мы планировали всё проделать в самые лютые морозы. Нашим главным оружием должен был стать холод. Но если дождаться настоящих холодов, то корабли с Дона не выведешь. Придётся начинать раньше. Этими мыслями я поделился с Михаилом. Он согласился. 18 сентября достигли Стамбула. Адиль встретил нас с радостью. Его радость увеличилась ещё больше, когда мы передали ему семена и саженцы растений Мадагаскара и Сокотры. За неделю до нас прибыл Азиль. Он отвёз последнюю партию рабов на Дон и теперь отдыхал. Пришлось прервать его заслуженный отдых, нам нужен был проводник. Без доверенного лица от самого султана, нам без скандала, Азов не миновать. Там и так еле сдержались, при проходе последнего каравана. Мы, конечно, могли с лёгкостью сжечь этот Азов, но тогда можно забыть про все вкусняшки данные нам султаном Сулейман Хан II. Азов надо брать руками Петра I.

20 сентября тронулись в путь, а 24 числа возле Кафы, к нам присоединились ещё три судна, которые «отстали» от прошлого каравана. Чем они занимались в Чёрном море, я сразу понял, попав на борт одного из этих кораблей. На палубе было негде ступить. Везде русские невольники. Перераспределили людей по нашим судам, заодно и пересчитали. Всего было 1450 человек. 530 мужчин, остальные женщины и дети. 27 сентября миновали Азов и 2 октября бросили якоря возле строящейся крепости Иловля. Путешествие закончилось. Целую неделю, разгружали суда и корабли, после чего они отправились в Стамбул, на зимнюю стоянку. Только двум судам, было приказано в ноябре вернуться и встать на якорь, напротив правого рукава Дона.

*****

Царь склонился над картой, лоб его наморщился:

– Лефорт, говорил, что без флота Азов не взять. Подкрепление и продовольствие с моря поступает в крепость.

Да, трудно рушить догмы. Вот только приобрёл друга в лице Лефорта, а его обвиняют в пособничестве супостату.

– Где море, А где крепость! От крепости до моря больше 10 километров по реке. Дон в этих местах шириной 300-500 метров. Поставь пару батарей, прикрой их пехотой и не одно судно не прошмыгнёт!

– Хорошо. С флотом я понял. То, что из степи помощь в такое время года не придёт, тоже понял. А как брать будем? У турок в крепости гарнизон не менее 7 тысяч человек. А у нас два моих потешных полка, общей численностью в 1500 человек, да у Вас столько же.

Тут не выдержал Дмитрий:

– Петр Алексеевич! У нас другие войска и обучены они по-другому. Нельзя их по количеству солдат сравнивать с другими войсками. Сейчас и ваши потешные полки переучиваем. Конечно, многому обучить не успеем, но хотя бы основы они освоят. А брать мы их будем холодом. Возьмём в осаду, сожжем все, что горит в крепости, а холода вынудят противника либо сдаться, либо умереть.

– Всё не сожжете.

– Всё не сожжем, но очень много. Недаром наши люди, обосновались в крепости. Они нам сведения поставляют и во время обстрела «помогут» сгореть складам с топливом. А людей мы больше соберём.

Тут и я добавил свои три копейки:

– Надо на свою сторону калмыков привлечь. Пусть их даже будет немного. И не забыть отблагодарить.

Петр I развернулся ко мне:

– А калмыки нам зачем? Мы не Крым идём брать!

– Так Ваше Величество, для Крыма и стараемся. Пусть вкус победы почувствуют, тогда в следующем году больше людей приведут. А от степной конницы, лучшая защита другая степная конница. Я бы и ногайцев с башкирами позвал, но они сейчас с калмыками в ссоре.

Сегодня 4 октября. Это не первая наша поседелка. На дворе шел противный дождь. Идти не куда не хотелось, вот и точили лясы. Разговор как обычно зашёл в теоретический тупик, который надо было решать практически. То есть просто взять Азов. Так и собирались сделать, ждали нормальных холодов и прибытия Сергея. Дождались. В дверь с грохотом валились Сергей с Дисо. Хорошо, что я охрану предупредил ещё неделю назад, заранее. Могли ведь пристрелить.

– Здоровеньки буллы братцы!

Сергей хотел продолжить в том же духе, но тут заметил Петра I, который был от него сбоку. Развернулся к царю и поклонившись, сказал:

– Извините нас Ваше Величество! Дождь залил глаза, да и впредь я Вас ни разу не видел, сразу не опознал.

Дисо, который уже неплохо говорил по-русски, поняв с кем, имеет дело, тоже слегка поклонился. Точнее обозначил поклон. Всё-таки он тоже королевской крови и отдавать полный поклон ему не пристало. Пётр I это заметил, внимательно глянул на Андриамандисоариво, а потом перевёл взгляд на меня, вопросительно подняв бровь. Я поспешил с объяснениями.

– Ваше величество! Разрешите Вам представить наших долгожданных гостей. Это князь Сергей, который отправился в плавание вокруг Африки командующим объединённой эскадры из 26 кораблей.

Сергей ещё раз поклонился, даже шаркнул слегка ножкой, пародируя европейскую манеру. Дальше ёрничать ему не удалось. Двухметровая детина именуемая царём, в радостном порыве обхватила Сергея за плечи и обняла.

– Ух, чертяка! Рассказали мне тут про тебя. Как турок бил, да Голландцев с Англичанами!

Учитывая, что Сергей был человеком не очень высокого роста, то выглядело это так, как будто папаша, обнимает своего сына. Пётр I был не равнодушен к флоту. А тут перед ним командующий 26 настоящих морских кораблей. Эмоционален наш пострел. По истории таким и останется до самой смерти. Чтобы он не задушил Сергея окончательно, я перевёл стрелки на Дисо.