![](/files/books/160/oblozhka-knigi-sozhgi-etot-mir-353930.jpg)
Текст книги "Сожги этот мир"
Автор книги: Михаил Толстов
Жанр:
Боевики
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 7 страниц)
Глава 4. Голос командования
Дирк вернулся на свой корабль, чтобы связаться с командованием. По большей части он хотел услышать, как обстоят дела в семьдесят девятом секторе, Дирк горел душой за общее дело и желал скорейшей победы братьям по оружию. Наконец, включилась сверхсветовая связь и показалась голограмма воина Даггера, куратора миссии:
– Приветствую, брат Даггер! Как дела на фронте?
– Приветствую, брат Дирк, могу тебя обрадовать, сказав, что всё идёт согласно плану. Стяжает победу отважный боец, снимает плоды осторожный хитрец. Но я не могу раскрывать детали, так как у тебя теперь другой уровень допуска. Поэтому перейдём к нашей миссии. Как обстоят дела?
– Я обосновался на Карнии, разжигаю огонь и иду по следу. Здесь живут суровые люди, и в ближайшие годы мы пожнём хороший урожай. Местные жители даже не подозревают какой у них большой потенциал для фанатичной борьбы. Им стоит только начать, и они войдут в раж.
– Как прекрасно работать в мире, который ещё не наполнен идеями. Карния – как чистый лист бумаги, ждущий своего творца. Но не увлекайся слишком сильно, твоя первоочередная миссия – это нейтрализация доктора Варгаса, если эта угроза не будет устранена, то восстание на Карнии не будет иметь никакого смысла.
– Мне удалось установить его приблизительные координаты. Варгас живёт как отшельник далеко в пустыне под защитой целой армии дронов-прислужников. Также у него есть средства ПВО и укреплённые бункеры. В общем, чтобы выкурить этого психопата, нужно будет сильно попотеть, особенно если идти в лоб и в одиночку. Поэтому самый рациональный шаг – это сбор информации и создание ополчения.
– У доктора обширные связи с местным населением?
– Да. Отчаявшиеся люди обращаются к нему за медицинской помощью. Это считается сделкой с дьяволом, потому что в качестве платы нужно привести к нему нового подопытного. И, естественно, никто не афиширует подобные связи. Доктор Варгас хорошо устроился, ему ничего не нужно делать – всё само падает к нему в руки. Но здесь кроется и его слабость: слишком много людей вовлечены в эту сеть. Поэтому я хочу собрать как можно больше разведданных, прежде чем идти на штурм. Это довольно расплывчатый план, но, к сожалению, я не вижу других возможностей.
– Тебя что-то смущает, воин Дирк? – Даггер уловил тревогу в словах своего собрата.
– Я понимаю, что я орудие диктатуры. Я выполняю приказ и не сомневаюсь в его правильности. Но я простой воин, а не разведчик и не исследователь. Для меня это новый опыт. Я пытаюсь быть максимально полезным и чувствую, что для этого должен знать больше о целях миссии.
Даггер забарабанил пальцами по креслу и решил немного развеять туман вопросов:
– Это возможно в рамках разумного. Что ты хочешь услышать?
– Что мы ищем в конце концов?
– Родхэм продал на чёрном галактическом рынке пару экспериментальных биоимплантов, которые он мог взять только у своего друга Варгаса. Мы предполагаем, что кто-то украл наши технологии, чтобы создать инструмент порабощения. Они воспользовались услугами доктора, этого гениального до безумия человека, чтобы извратить наш биоимплант в своих целях. Вопрос: откуда они взяли наши технологии? Это локальное периферийное государство, находящееся вдали от диктатуры Лейна, местные организации просто не могли бы найти или создать что-нибудь подобное. Поэтому мы хотим, чтобы ты расставил все точки над i.
– У вас есть гипотезы, которые я должен подтвердить или опровергнуть?
– Возможно.
– За мной присматривают?
– Возможно.
– Но мне нужно действовать так, словно я работаю в одиночку?
– Да.
– Почему послали только одного воина?
– Ты поймёшь это позже. Сама миссия даст тебе ответ.
– Хорошо, значит я иду правильной дорогой.
– Естественно, ты же воин Лейна и действуешь согласно программе.
Сеанс связи закончился, и Дирк снова остался один на один со своими мыслями и тревогами. Его главная проблема состояла в том, что он уже достиг критического возраста – обычно воины Лейна не доживают до тридцати. К этому моменту они либо умирают в бою, либо выгорают на работе, либо их отправляют в вынужденную отставку по состоянию здоровья. И как ни странно, последняя группа людей становилась надёжной опорой общества: ветераны, прошедшие через Ад, продолжали успешно служить как государственные чиновники и строили Рай. И хотя с военной точки зрения, они считались физически непригодными, их боевой дух и закалка позволяли дать фору молодым.
А вот воину Дирку не повезло, он остался в живых и даже не получил серьёзных ранений. Конечно, никто не мог укорить его в трусости или в желании уклониться от боя – наличие импланта в голове гарантировало, что каждый воин Лейна будет сражаться без страха и упрёка. Но самому Дирку казалось, что его братья, ставшие легендами после смерти, добились больших успехов, потому что выкладывались гораздо сильнее его. Биоимплант не был магическим средством, он не превращал всех людей в одинаковых послушных роботов – они оставались личностями, которые добивались разных результатов в своей жизни.
А потом, после очередней битвы, где Дирку снова не удалось умереть как герою, ему дали эту странную миссию. Сердцем Дирк понимал, что к нему есть вопросы, что он недостаточно “эффективен”, и поэтому на Карнии он увидел возможность проявить себя. Ему казалось, что сейчас был идеальный момент для триумфа или полного провала – он действовал в одиночку и все успехи и поражения будут приписаны только ему. И именно поэтому Дирк хотел выложиться на полную. Для себя он решил, что вернётся с этого задания либо героем, либо покойником.
Глава 5. Мясник и доктор
Пока Дирк занимался военными приготовлениями, кто-то упивался безумием. В глубокой пустыне доктор Эрманд Варгас ходил кругами по руинам амфитеатра и разговаривал с самим собой, а над ним кружил целый рой серых дронов, каждый с большим глазом-объективом в центре и руками манипуляторами по бокам. Жилище Варгаса и его лаборатории находились неподалеку и были укрыты в горных пещерах, которые он обустраивал долгие годы.
Иногда доктор выходил за пределы выбранной им для себя территории и бродил по голой пустыне, но лишь для того, чтобы снова вернуться назад в руины. Роботы помощники следовали за ним и “внимали” каждой его мысли. Доктор стал жертвой собственной гениальности: когда-то давным-давно он решился на отчаянный эксперимент, по слиянию собственного разума с компьютерной памятью. Варгас приобрёл способность контролировать целую армию роботов, но частично потерял рассудок. Вся его лысая голова была покрыта глубокими шрамами от нескончаемых хирургических операций на самом себе. За бесчеловечные эксперименты над людьми ему пришлось бежать из метрополии и укрываться на Карнии. Незаметно для самого себя, он опустился на самое дно. Одной ногой доктор находился в прошлом, его разум никак не мог забыть свои роковые ошибки и потерянных близких. А другая его часть, с маниакальным упорством продолжала попытки докончить эксперименты и сотворить идеального психически здорового киборга, способного управлять армией железных прислужников.
Иногда на Варгаса находили приступы, ему казалось, что его осуждают бывшие коллеги, которых он отправил на “переработку”. Особенно часто это случалось в полуденную жару. И именно в таком состоянии его и нашёл Билл Родхэм.
Родхэм, по прозвищу мясник, давний партнёр Варгаса, приземлился на своём корабле рядом с амфитеатром. Он захватил с собой десяток крепких бойцов с плазмоганами на всякий случай. И вся эта толпа отправилась прямиком к доктору. Охранные дроны Варгаса сразу доложили о случившемся, но доктор был сильно занят выяснением отношений со своим бывшим учителем, который, естественно, был лишь “призраком” в его голове.
– Эрманд, мать твою! Это ты так встречаешь старого друга?! – Крикнул Родхэм, за спиной которого стояли вооружённые до зубов головорезы.
Даже издали Мясник выглядел как матёрый уголовник, ни дорогой белый костюм, ни золотые часы, ни перстни и цепочки на шее не могли скрыть врождённую наглость и высокомерие. Без всяких сомнений, этот субъект любил пытать людей, он наслаждался властью и поэтому зачастую лично решал “деловые” вопросы.
– Отстань! – Огрызнулся Варгас. – Я должен, наконец, отвязаться от этого упрямого старика!
Они стояли в центре амфитеатра, а над ними на высоте пяти метров летал хаотичный рой из сотни дронов.
– А ты не пробовал его убить? Я всегда так делаю, когда мне кто-то не нравится.
– Минуточку… – В голове доктора что-то закоротило. – Так ведь этим всё и закончилось… Или нет? Тогда почему спор с ним до сих пор продолжается?
– Потому что ты чёртов псих, Эрманд!
– Хм, а может это всё из-за угрызений совести? Точно! Я должен отправить его родственникам письмо с извинениями. Ты ведь передашь им послание?
– Ну, конечно, друг мой, но вначале поговорим о деле.
Доктор Варгас сразу изменился в лице и стал серьёзным, а вместе с этим изменилось и поведение летающих роботов: они зависли на одном месте и “уставились” на гостей. Наконец, Варгас заметил, что Родхэм привёл с собой бандитов:
– Я же говорил тебе, чтобы ты приходил сюда один!
– Пф-ф-ф, – усмехнулся Родхэм, – нашёл кому приказывать. Но не парься – мы не по твою душу. У нас тут проблемка – твои чипы привлекли внимание этих фанатиков из глубокого космоса.
– Жадный тупой ублюдок! Я же тебе говорил, что они только для местного рынка!
Армия дронов превратилась в железную стену, окружив бандитов Родхэма серпом.
– Полегче, Эйнштейн! Почему ты думаешь, я такой крутой? Почему у меня такие связи? Почему Синтэк и все прочие хотят иметь со мной дело? Потому что у меня большие возможности и ресурсы. А это именно потому, что я жадный! Потому что я всегда рискую ради большого куша! Господи, мать твою! Да я такой псих, что организовал с тобой общий бизнес! Да я, наверное, ещё больший безумец, чем ты!
На этом моменте Варгас рассмеялся, и его роботы потеряли боевой порядок.
– Ну, хорошо, убедил. – Ответил Варгас. – Ну и насколько велика проблема?
– Хер его знает. Эти фанатики непредсказуемы. Они замочили весь филиал Синтэк на Веге Прайм, уничтожили наши чипы, стырили корабли, а потом исчезли в никуда. Классная шутка, охереть просто! – Родхэм сплюнул накопившееся презрение на песок пустыни. – Большие люди бросились догонять шутников и прошляпили “крота”. Это настоящая машина для убийств, он порвал моих парней на Веге, выпытал у них информацию и вышел на наш след на Карнии.
– Один человек? Тогда это не серьёзный разговор. Я не понимаю из-за чего тут столько шума.
– Если ты не понимаешь, кто в схеме лох, тогда у меня для тебя плохие новости, Эрманд. Пока ты тут ведёшь светские беседы с духами, у тебя под боком выросла целая армия. И да, их возглавляет этот чёртов фанатик. Один единственный человек. Ну как, смешно, Эйнштейн?
Лицо Варгаса скривилось от напряженной умственной работы, две противоположных мысли в его голове заставили дронов разделиться на две группы, как символ Инь-Янь. Наконец, доктор ответил:
– Я должен защитить исследования и проявить осторожность. Если начнётся большая война, то будет много жертв. Это целая куча раненых, готовых на любые условия… У меня будет достаточно тестового материала, чтобы продвинуться в исследованиях!
– Что?! – Попытался прервать его Родхэм. – Очнись, идиот! Тут разворошили целый муравейник, а ты об опытах думаешь?! Если они начнут осаду баз Синтэк, то уже никто в округе не продаст тебе запчасти для твоих дронов. А потом они затопчут тебя числом за пару недель.
– Запасов хватит… – Пробубнил Варгас. – Как только я закончу исследования, то сразу вернусь домой как победитель… Я докажу всем, что был прав! Разум человека может перейти в киберреальность без какого-либо ущерба!
– Да ты уже десять лет работаешь над этой чепухой! – Родхэм начал терять терпение. – Большие люди хотят забрать тебя и всё оборудование на Скорн!
От одной мысли, что нужно будет улететь из этой чудесной планеты, где обитает так много легкодоступных подопытных, доктор Варгас взорвался:
– Нет! Об этом не может быть и речи! Там мне придётся скрываться от закона и плясать под вашу дудку!
– Барыга неблагодарная! Будешь меня бесить – отправишься на стейки! – Последняя фраза была не пустой угрозой, так как мясник действительно устраивал показательные казни.
Родхэм достал свой позолоченный пистолет, стреляющий сгустками плазмы и направил его на своего бывшего партнёра. Бандиты, стоящие за его спиной, также приготовили оружие к бою. Но не успел Родхэм как следует прицелиться, как между ним и доктором появились личные телохранители Варгаса: три тяжёлых дрона с ракетными установками. Эти модели напоминали летающие танки в миниатюре и было очевидно, что выстрел из энергетического оружия не пройдёт сквозь них и Варгас не пострадает в первые моменты боя, а вот банда Мясника точно получит по зубам.
– Ой, напугал, умник, – усмехнулся Родхэм.
– Уберите оружие и валите отсюда на хер!
Вместо ответа Родхэм отпрыгнул в сторону – и из-за его спины показались бандиты с тяжёлыми пушками, но в отличие от обычного противопехотного оружия, они стреляли направленным электромагнитным импульсом. Первый залп вырубил “танки” и задел самого доктора.
Дорогие биоимпланты Варгаса выдержали удар, внутри его черепной коробки сразу очнулись запасные схемы, и не позволили доктору умереть. Пьяной походкой он сделал пару шагов и рухнул на землю, одновременно с этим, он пытался отдавать хаотичные, но яростные приказы оставшимся дронам, летающим в воздухе. Бандиты Родхэма были вынуждены переключиться на новую угрозу, потому что сейчас секунда промедления могла стоить им жизни. Армия дронов атаковала их волнами, потом падала на землю, поднималась и снова бросалась в бой. Сам Родхэм отстреливался на рефлексах благодаря большому опыту, который он заработал в разборках в трущобах. Он успел расплавить своим пистолетом четверых дронов, прежде чем встать и начать отдавать команды своей банде:
– Идиоты! – Крикнул он на подопечных. – Замочите доктора и всё закончится!
Родхэм сам бросился к упавшим “танкам” Варгаса, за которым должно было лежать его тело, но вот сюрприз – доктора там уже не было. Мяснику пришлось потерять ещё немного времени, чтобы отбиться от очередного нашествия дронов, и лишь только после этого он заметил, как два летающих робота утащили Варгаса в сторону пещер, где располагались его лаборатории.
– Все за мной! Нужно догнать гада! – Родхэм сделал пару выстрелов в сторону Варгаса, но пистолет был оружием ближнего боя и доктору удалось скрыться.
Мясник, невзирая на опасности, побежал догонять противника, и его люди были вынуждены следовать за боссом и отстреливать дронов, которые продолжали появляться, казалось, отовсюду. Они летели с гор и получали постоянное подкрепление.
Наконец, банда Родхэма добежала до стальных дверей бункера Варгаса. Плазменный огонь их оружия сжег препятствие, и погоня продолжилась. Часть головорезов осталась защищать вход, остальные следовали за Мясником. Родхэм даже не задумывался над тем, что уже потерял половину бойцов, что по узким коридорам с ним бежали всего лишь два пехотинца с энергоавтоматами – он был азартным человеком и чувствовал, что победа была почти в его руках, нужно было всего лишь выиграть гонку и сорвать банк.
Родхэм и его люди миновали пару серых бетонных коридоров и оказались в просторном помещении с множеством медицинских капсул, в которых лежали люди. Сразу же появились два воинственно настроенных дрона, которые до этого несли Варгаса, и напали на гостей. Своими руками манипуляторами они успели разрезать горло одному из бойцов Родхэма, прежде чем их удалось уничтожить.
– Босс! Надо звать подмогу! – Запаниковал оставшийся в живых боец, стирая кровь, сочившуюся из порезов на руке.
Но Родхэм, естественно, его даже не слушал. Он запрыгнул на одну из капсул и стал оглядывать помещение.
– Эрманд! Я знаю, что ты где-то тут, лежишь в гробу и зализываешь раны!
Родхэм начал стрелять по капсулам, пока его пистолет не перегрелся. Но у доктора остался ещё один козырь в рукаве: подопытные, которые спали в этих капсулах, обладали имплантами подчинения. Это были как раз те самые исследования, которые заказали ему “большие люди” через Родхэма. Автоматические двери капсул открылись, выпустив целую группу бесстрашных и безвольных солдат.
Приспешник Родхэма хаотично отстреливался, в то время как его шеф бросился в самый конец этого большого помещения – мясник увидел, что в противоположном углу осталась одна единственная капсула, двери которой не открылись. Стреляя почти в упор и отбиваясь в рукопашную, он допрыгнул до заветной цели. Там действительно лежал доктор Варгас, и в его руке тоже был плазменный пистолет.
В один момент всё замерло, “зомби” доктора остановились, Родхэм нацелил свой пистолет точно в лоб Варгасу, а тот в свою очередь направил свой на мясника. Их разделяло только стекло, которое, естественно, никак не могло защитить от энергетического оружия.
– Стоит мне нажать на спусковой крючок и ты подохнешь! – Огрызнулся Родхэм.
– И ты тоже, друг мой. Это единственная причина, по которой мы ещё живы.
Нервы были у обоих на пределе, со лба Родхэма даже упала капля пота на стекло.
– В любом случае ты покойник. Знаешь, какие люди стоят за моей спиной?! – Продолжил свои угрозы Родхэм.
– Забавно. Я хотел сказать примерно тоже самое. В конструкции этого комплекса установлены бомбы с дистанционным управлением. Если я умру, то они автоматически взорвутся.
– Брехня! Я всё равно тебя пристрелю и будь что будет.
– Ты сказал, что ты рисковый парень. А что если я скажу тебе, что знаю как поймать воина Лейна живьём? И тогда все будут счастливы, я продолжу свои исследования, а ты порадуешь своих работодателей. Вам ведь нужно узнать планы этих фанатиков?
Глава 6. Жаркий день в Аду
Про́клятый город кипел как муравейник: военные приготовления были в самом разгаре. Воин Дирк, ставший новым вождём, не стал терять времени и принялся собирать единую армию под управлением своих апостолов. Можно было сказать, что он оседлал волну всеобщего воодушевления и смог преобразовать толпу в некое подобие централизованной организации. Естественно, у них не получилась утопия за один день – вчера они жили в рабстве, а сейчас прыгнули в феодализм, теперь вместо рабов были крестьяне, универсальная рабочая сила, которая занималась ручным трудом на землях и в мастерских, и воины, которые сражались за “общее благополучие”. Но в их обществе появились и прогрессивные вещи из будущего: плохих солдат можно было разжаловать в крестьянина, и каждый желающий мог попробовать пойти в солдаты, пройти обучение, получить оружие и отправиться сражаться наравне с другими. А воин, соответственно, мог дослужиться до офицера и военачальника, если его заслуги признают собратья по оружию. Всеми силами Дирк пытался внедрить механизм сортировки человеческих ресурсов. Ради этого он даже потратил драгоценное время, чтобы разгромить банды, которые жили рядом с городом – и уже в первых схватках все увидели, что в большой армии всегда есть успешные офицеры и воины, которых нужно повышать. И, к сожалению, есть личности, не справляющиеся со своими обязанностями. И только на практике можно было выяснить, кто на что способен.
К концу недели, после небольших побед за чертой города, Дирк снова собрал людей на главной площади. Но теперь он выступал не для того, чтобы воодушевить и направить людские массы в определённое русло, а для того, чтобы подавить разрушительные идеи. Дирк хорошо знал историю и поэтому отчётливо видел, как повторяются ошибки прошлого: появились разные центры сил и даже часть апостолов придерживалась опасных взглядов. Седрик являлся типичным “акционистом” – такие люди не понимали зачем изучать теорию, погружаться в скучные дебри государственного строения и так сложно и скрупулёзно организовывать народ, армию и экономику. У них отсутствовало системное мышление – они уже в первый день хотели бросить всех людей на базу Синтэк и завоевать плантации. Эти люди стремились сразу приступать к действиям и думать уже по обстановке.
Гарольд и Магма представляли из себя “оппортунистов”, они то и дело продвигали идею о том, что с ненасытными мерзавцами из Синтэк нужно договариваться. Фактически эти люди проявляли малодушие, они боялись ожесточённой войны и искали отговорки, прикрываясь красивыми предлогами.
Последняя группа, Ти-Бёрд и Зверь, являлась “волюнтаристами” и была самой опасной. Они неосознанно продвигали идеологию о том, что люди – это неблагодарная масса тупых лентяев, которых нужно держать в стальном кулаке. Последователи этой идеи хотели назначить военного диктатора и создать сильный механизм подавления всех инакомыслящих.
Бальтазар стоял в стороне от всех и подавал надежды – этот человек уже давно задумывался над тем, как устроен мир, и поэтому идеи остальных апостолов казались ему слишком простыми. Но в тоже время и сам воин Лейна не смог полностью убедить его в своей правоте.
Дирк не сердился на этих людей – в некотором смысле их судьба была предопределена заранее. “Акционисты” происходили из простых молодых солдат, которые устали от бесконечных войн. “Оппортунисты” пришли из технического мира, они жили лучше, чем остальные, и занимались работой в примитивных мануфактурах на службе у крупных банд. А “волюнтаристы”, естественно, были опытными командирами, которые выжили только потому, что проявляли максимальную жестокость к своим подчинённым. У каждого из них был свой уникальный жизненный опыт и взгляды на мир, которые нельзя было так просто изменить. И сколько бы Дирк не разъяснял, что диктатура с подавлением инакомыслящих неизбежно приводит к деградации и нарушает селекцию кадров, что без стратегии и экономики нельзя выиграть на большой дистанции, что невозможно договориться с противником, который существует на твоём угнетении, его оппоненты всё равно оставались при своём мнении. И когда была возможность, они снова и снова продвигали его в народ. Им всем предстояло убедиться в своей неправоте или, в конце концов, “уйти с пути”.
Итак, Дирк собрал бойцов и командиров на главной площади города. Он начал с нейтральной темы, прекрасно зная, что его апостолы не упустят возможности, чтобы ещё раз предложить альтернативные планы, которые ему предстоит показательно подавить:
– Воины! – Голос Дирка разнесся по всей округе. – Мы уже достаточно окрепли. Завтра мы выдвигаемся на плантации Синтэк. Это будет первый шаг на пути к нашей свободе и независимости. База врага представляет из себя треугольник с уязвимыми вершинами. Вначале мы нанесём два одновременных удара по западной и восточной вершине, по три отряда на каждое направление удара. Как только прорвёмся внутрь, то будем продвигаться вглубь территории базы, где нет эшелонированной обороны. И только после этого с севера, когда враг соберёт силы для контрудара, в дело вступят остальные три подразделения во главе с Бальтазаром, у которого будут штурмовые отряды с самым мощным оружием. – Дирк пристально всмотрелся в лица своих апостолов и спросил: – Вы ведь понимаете, зачем мы наносим удар со всех сторон?
– Потому что мы не знаем, где у них самый слабый участок обороны? – Ответил Седрик, который думал меньше остальных и поэтому успел высказать свою мысль первым.
– И из-за этого тоже, – кивнул Дирк, – войска противника уже долгое время сидят в статичной обороне. Конечно, из этой базы вылетают карательные отряды и прочие псы войны, но они уже отвыкли от того, что кто-то всерьёз пытается взломать их укреплённые позиции. Как говорят информаторы, их силы рассредоточены по всей территории базы. У них нет единого кулака, который может своей огневой мощью уничтожить многочисленную армию. Но если, чёрт возьми, они соберутся, то нам не поздоровится. Но и нападать со всех сторон – это слишком простое и очевидное решение. Поэтому я хочу заставить их побегать. Когда мы нападём на боковые точки треугольника, они ослабят северную вершину, гадая какой из этих ударов является главным, а какой отвлекающим. И потом, после атаки Бальтазара, им придётся снова бежать обратно. Если план слишком прост, то противник быстро поймёт, что происходит и эффект внезапности исчезнет. Но, естественно, это всё теория. На бумаге всегда всё идеально, но как только начинается война, то случаются неожиданности, которые приходиться преодолевать прямо на поле боя.
Дирк заметил, что на лице Гарольда отразилось сомнение, и жестом предложил высказаться. Гарольд вышел вперёд и начал свою подготовленную речь:
– Пророк, мне кажется, что мы утонем в крови. У Синтэк тяжёлые пушки и наши люди попадут в мясорубку. И к тому же это профессиональные вояки. В горячке боя они будут действовать гораздо лучше, чем мы, – Гарольд обернулся к соратникам, ожидая от них поддержки, – у нас мало сил, мы можем истратить кучу народу и ничего не добиться. Может быть, нам следует и дальше захватывать небольшие поселения и банды вокруг города? Мы сможем далеко продвинуться и создать огромную армию, один вид которой, заставит Синтэк сотрудничать с нами.
– Отличный план, Гарольд, – перебил его Дирк, – надёжный, как швейцарские часы. Неужели вы думаете, что если мы станем банально расширяться, то все остальные будут сидеть молча и ничего не делать? Как ты думаешь, какие будут последствия? Что сделают наши враги? Поставки продовольствия в город могут прекратиться в любой момент. Пока мы получаем что-то из Синтэк в обмен на алмазы, но я более чем уверен, что они уже в курсе дел. Скоро их бюрократия примет решение и нам перекроют “кислород”. И тогда мы окажемся в худшем положении, чем сейчас – враг уже будет подготовлен, а мы начнём штурм плантаций ослабленными после всех бессмысленных походов по округе. А что если Синтэк начнёт платить другим бандам и натравливать их на нас? Мы попадём в кольцо врагов, у которых будет снабжение и ресурсы, а у нас нет. Как вам такой расклад? – Дирк оглядел толпу на площади. – Вспомните историю, разве у вас не было великих вождей, которые собирали крупные армии? Что потом с ними стало? Или мы безумны, чтобы повторять тоже самое, но ждать других результатов?
После такой тирады Гарольд Рассудительный сделал шаг назад и попытался раствориться среди других апостолов и солдат на площади. Но пользуясь моментом молчания, на сцену вышел другой командир из числа “волюнтаристов”, Ти-Бёрд, и обратился к Дирку:
– Чё у нас за отстой с бойцами? Это ж какая-то тупая арава! – Махал он руками. – Я такого количества мяса в жизни не видывал! Чтоб их всех в бой погнать, нужно надыбать ещё толпу карателей с огроменными пушками.
– Господи, мать твою! – Не удержался Дирк. – Мы только что отменили погонщиков рабов и вот опять! Почему ты думаешь эти люди хотят сражаться вместе с нами? Откуда всеобщее воодушевление? И что будет с их боевым духом, когда им придётся бояться не только врага спереди, но ещё и “карателей” сзади? Пусть лучше командиры ведут своих солдат в бой с помощью силы своего примера.
– Да их один раз шлёпнуть из базуки, и они все разбегутся!
– Да, они могут отступить! Но в тылу их должны ждать наши подкрепления, чтобы поднять их всех в новую атаку. Вы называете меня пророком, потому что я слишком много говорю о будущем. Так послушайте ещё одно предсказание. Мы снова повторяем историю. Это всё уже было. В который раз призывная армия сражается против наёмников. Мы словно римляне против Карфагена. И знаете, что было тогда и будет сейчас? В самом начале призывная армия, как у нас, проигрывает битвы и бывает разгромлена. У нас будет череда поражений. Но мы выиграем войну по очкам. Потому что наёмники всегда быстро кончаются. Получиться ли взять их наскоком с первого раза? Сомневаюсь. Скорее всего произойдёт то, что и сказал Ти-Бёрд: они смогут разбить некоторые наши отряды – тем, кому не повезёт. И тогда нам придётся собраться и надавить на них ещё раз, пока они не дрогнут. Это псы войны, они пришли воевать сюда ради денег. Им нужны лёгкие бескровные победы, и они не будут сражаться насмерть. Поэтому наша воля сильнее – мы выросли в этом Аду среди бесконечных битв и смерти, это наш родной дом, нам есть за что сражаться и почти нечего терять. Так кто завтра победит? Упёртые воины-фанатики или алчные гиены?!
И если народ вначале не понял, кто такие римляне, то после слов “они псы войны”, им всё стало куда яснее, они вспомнили, что сражаются против врага, привыкшего к комфорту и лёгкой обстановке. Разве они могли сравниться с теми, кто каждый день участвовал в городских схватках в любых условиях, даже в полном меньшинстве? И даже “оппортунисты” на время утихли и отошли на задний план. Теперь все были готовы принять план Дирка.
На рассвете следующего дня они начали войну. Отряды с Ти-Бёрдом и Гарольдом напали с западной стороны. Бальтазар ждал своего часа с севера, а Дирк и Седрик, соответственно, выступили с востока. Воин Лейна доверял почти всем своим командирам, кроме Седрика – этот человек неохотно раскрывал детали свого прошлого и по большей части умалчивал важные факты о себе. Поэтому Дирк держал его рядом и приглядывал за ним одним глазом. Ему хотелось ошибиться, потому что Седрик имел хоть какое-то профессиональное военное образование и был ценным кадром.
Дроны компании заметили приближение первых отрядов повстанцев, но наёмники недооценили масштаб грядущего нападения, они подумали, что на них наступает банда отчаянных придурков – в этих безумных краях это было не редким явлением и примерно раз в год наёмники играли в тир. Поэтому повстанцы, хоть и с потерями, смогли прорвать линию обороны и углубиться на территорию противника. Дирк не мог удержаться и повёл людей на штурм позиций. Им пришлось прыгать через траншеи, стрелять в автоматические турели и роботов, взбираться на бункеры и закидывать их гранатами. Но за первой линией обороны следовала вторая, которая поднималась над местностью в виде земляного вала с мощными бетонными фортами. И их тоже попытались взять наскоком, подручными средствами, лестницами, верёвками с крюками и мешками с самодельной взрывчаткой. На узком участке фронта повстанцам удалось забраться наверх и разрушить два форта, где засели солдаты компании. Таким образом они вышли на оперативный простор и увидели бескрайние ряды искусственных оазисов и теплиц, в которых автоматические механизмы выращивали простую и дешёвую еду.
Повстанцы не успели хлынуть в образовавшуюся дыру, как встретили ожесточённое сопротивление – наёмники отправили первые отряды для контратаки. Началось сражение в стиле городских боёв: беготня по закоулкам, постоянные засады, дезориентация людей, одни отряды не знали, где воюют свои и где чужие, куча бесхозных раненых и хаотичные звуки стрельбы. Наёмники, будучи профессионалами своего дела, действовали слаженно, всегда пытаясь обойти повстанцев и реализовать своё преимущество в огневой мощи – у каждого солдата Синтэк в руках был современный энергоавтомат, в простонародье именуемый плазмаганом. Это оружие создавало шаровые молнии с огненной начинкой, которые наносили урон как от электрического разряда так и от сверхвысокой температуры. Сгустки плазмы прожигали насквозь непрочные объекты, вроде человеческих тел, и взрывались как зажигательные гранаты, когда сталкивались с чем-то крепким и плотным. Превосходный инструмент на открытых пространствах, но имеющий свои недостатки в тесном лабиринте: наёмники невольно сжигали собственные плантации и задевали своих “дружественным огнём”.