Текст книги "Обратная оговорка"

Автор книги: Михаил Март

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

8

Два года назад

Подполковник Лузгин виновато смотрел на отца жертвы.

– Мы должны перед вами извиниться, Борис Дмитриевич, что не позволили вам похоронить сына на третий день, как того требуют христианские обычаи, но сейчас все препоны устранены и вы можете забрать тело. С самолетом мы тоже вопрос решим. Он вылетает завтра в одиннадцать тридцать утра. Но вам предстоит еще одно испытание. К сожалению, придется опознать еще одно тело, если вы были знакомы с молодой девушкой по имени Кира Горностаева.

– Да, я слышал это имя от сына. Он мне показывал ее на фотографии.

– У Александра Переверзина мы нашли фотографию. Может быть, у него при себе находился не один снимок, а несколько. Вероятно, их забрали убийцы, и по ним нашли девушку. А этот снимок лежал в бумажнике с правами, а в «бардачок» мотоцикла убийцы не лазили. Они о нем попросту не знали, а в темноте его не заметишь. Он выкрашен в цвет машины.

Они сидели в кабинете подполковника, и тот достал из папки фотографию и положил ее на стол перед Байчером.

На снимке была изображена вся компания на трех мотоциклах. Пять человек. Сережа сидел на своем, а за ним Даша. Шура один на «Судзуки», и Марик с Кирой на третьем.

– Но девушка не Переверзина, как можно догадаться, – сказал Лузгин. – Мы не знаем парня, с которым она сидит. Возможно, он в нашем городе находится до сих пор. Я же вам говорил, что на подъезде к городу автоинспекция остановила три мотоцикла. Мы нашли два. А этот, – он постучал пальцем по снимку, – мы так и не видели. Машина редкая и запоминающаяся. О мотоциклисте мы тоже ничего не знаем. Но думаю, если убийцы его еще не нашли, то найдут. Возможно, он тоже был на месте преступления, и ему удалось вовремя скрыться. Киру обнаружили в кустарнике под откосом шоссе. По моему мнению, ее убили в машине, а потом сбросили в кювет на ходу. Она скатилась и застряла в кустарнике.

– А что вас заставило сделать такое заключение? – спросил Борис.

– То, что на ее подошвах нет травы. Если бы она шла по откосу вниз, то оставила следы. Спуск крутой. По нему можно скользить. Но подошвы кроссовок забиты мелкими камешками. Их можно подцепить только в городе. Значит, ее выловили на одной из улиц. Одну или с другом, мы не знаем. Возможно, труп ее приятеля выбросили через пару километров. Сейчас мы эту версию проверяем. Что еще можно сказать. Убита девушка днем позже, тем же способом. Точный удар ножом в сердце. Крови-то с чайную ложку вытекло. Они, наверное, даже сиденья машины не запачкали. Полагаю, что в автомобиль ее заманили обманным путем. Вряд ли она знала о гибели своих друзей.

– А если пофантазировать? – предложил Борис. – Девушку они могли вычислить по телефону. Вы же не нашли у убитых мобильников. Значит, их забрали. Дальше. А если убийцы сделали фотографии на месте преступления? Так часто поступают киллеры, чтобы отчитаться перед заказчиком. Одну из фотографий могли показать девушке, представившись следователями, и предложить проехать на опознание. Сейчас я умышленно ничего не говорю о ее парне, но надо понимать, что они могли быть вместе. Вот так они, к примеру, оказались в машине.

– Ничего не могу вам возразить, Борис Дмитриевич. Достаточно будет вашего опознания по фотографии. Значит, вы подтверждаете, что девушку на фотографии звали Кира?

– Да, сын называл ее Кирой. А вот как зовут ее парня, я не помню.

– С парнем проще. У него редкая марка мотоцикла. Гаишники уже предупреждены. В России всего семь филиалов этой фирмы. В Москве четыре. Мы уже дали запрос. Через пару дней получим ответ, кто и когда покупал этот мотоцикл.

– Если убийцы видели похожую фотографию, как вы считаете, они тоже могут сделать запрос.

– На гражданские запросы ни одна фирма не ответит. Они и с нами-то не очень считаются. Мы пошли на обман. В запросе указали марку мотоцикла, якобы попавшего в аварию, и будто нам необходимо установить имя владельца. Мотоцикл ехал без регистрационных номеров. Потому в автоинспекцию мы не обращались. Приходится идти на всякие хитрости ради истины. И вот еще что. Приехал на опознание отец Даши. Девушку он опознал. Сергея тоже знает. Очевидно, вы не знакомы. Его зовут Арсений Федорович Калиновский. Я ему дал ваш адрес.

– Мы действительно не знакомы.

– Лучше поздно, чем никогда. Обратно полетите вместе. Тело Киры пока останется здесь. Мы не можем связаться с ее родными. Но Калиновский знает то, чего вы не знаете. Очевидно, дочки более откровенны со своими родителями, чем сыновья. Сергей и Даша поженились перед отъездом из Москвы. Поездка на Тихий океан была их свадебным путешествием. Вскрытие показало, что Даша была беременна на третьем месяце.

Наступила пауза. Борис с трудом сдерживал слезы.

– Извините, Борис Дмитриевич. Но вам лучше все узнать от меня, чем удивляться неожиданным сюрпризам от отца Даши. Он очень хорошо относился к вашему сыну и считал его достойным парнем для своей дочери. Он, как и вы, отец-одиночка. Но мужчине воспитывать дочь труднее, чем сына.

– К чему вы это, подполковник?

– Смерть близких – худшее, что может обрушиться на человека. А еще хуже, если начнутся взаимные упреки. Калиновский у меня на глазах постарел. А он солдат. Смерти в глаза смотрел. Боевой офицер. По наградным плашкам видно. Три ордена «За мужество». Вы тоже человек не простой.

– Спасибо за помощь, Николай Николаевич. Я, пожалуй, пойду. Но хотел вам задать последний вопрос.

– Готов ответить, если смогу.

– Убийцы работают ножами, что в наше время уже анахронизм, когда на каждом углу можно купить пистолет с глушителем или снайперскую винтовку. Я думаю, что вы уже встречались с похожими случаями. Не так ли?

– Это третий случай. Но я не хочу их связывать. От ножевых ранений погибли два крупных бизнесмена в нашем городе. Люди очень богатые и солидные. У таких всегда много врагов. Здесь нет бандитских группировок, никто не воюет за территории влияния. Это невозможно. Любая банда будет раздавлена. Если в наших краях рынок держится на золоте и самоцветах, то им управляет теневой клан, состоящий из очень влиятельных людей. А они не потерпят шпаны в своих рядах. Эти господа не допустят криминал к большим делам. Тут все официально и престижно. Ребята с ножами – обычные наемники. Я полагаю, что их выписывают из других регионов. Иначе мы вышли бы на их след. Приехали, сделали дело и уехали. Все, ищи ветра в поле. Вот почему убийство безобидных байкеров для нас настоящая неожиданность, поставившая полицию в тупик. К делу подключены все. Каждый полицейский в городе. И мы обязаны найти убийц.

– Настрой очень оптимистичный. Вы можете назвать мне дни, когда были убиты бизнесмены?

– Первый был убит восемнадцатого мая две тысячи десятого года. Второй – пятого сентября следующего года. Но что это вам дает?

– Пока ничего.

– Мы проверили все охотничьи магазины и получили списки тех, кто покупал длинные обоюдоострые ножи. Сейчас ведем проверку. Но уже понятно, что результата мы не добьемся. Оружие куплено по охотничьим билетам. С зарегистрированными ножами на дело не идут.

Борис встал.

– Мне пора. Еще раз спасибо. Извините за отнятое у вас время.

– Нет уж. Это вы извините меня. Не уберегли ребят.

* * *

Для руководителя фирмы «Корвет» появление Байчера стало настоящим сюрпризом.

– Я как раз о вас думал, Борис Дмитриевич. Как я понял, вы еще не уехали. Тем лучше.

– Задержался. Так получилось. Уезжаю утром. Хотел еще раз убедиться в нашей договоренности. Так вы уверены, Юрий Палыч, что я вам подхожу?

Хозяин фирмы улыбался. Он был похож на кота, нализавшегося сливок. Морозов открыл сейф и достал из него коньяк.

– Для дома, для семьи. Врачи рекомендуют. Помните? Это же из «Бриллиантовой руки». Выпьем по маленькой. Дело того стоит.

Они отошли от рабочего стола и сели на диван перед круглым журнальным столиком. Выпили по рюмочке и закусили виноградом из вазы с фруктами.

– Специалисты высоко оценили ваш проект. В нем действительно существуют революционные решения. Мы всем утрем нос. Я послушался вашего совета по части рекламы. Банк «Медетеран». Лучшей рекламы нам не найти.

– Позвольте, Юрий Палыч, но разве старые банки не обеспечены надежной охраной?

Лицо бывшего фээсбэшника стало еще хитрее.

– А связи? Сегодня связи решают все вопросы. Я натравил на них пожарных. У меня и там есть свои люди. Конечно же, им перепадет десять процентов от сделки, но они свою задачу выполнили. Все по закону. У банка должны быть пожарные выходы. У «Медетерана» же есть только один, и тот непробиваемый. Окна второго этажа блокированы решетками. Даже на пожарную лестницу не выскочишь через окно. Настоящая ловушка. Причем смертельная. Сегодня утром управляющий банка уже звонил мне. Фокус сработал. Будем пробивать проем на лестницу, ставить дверь, а заодно менять всю сигнализацию по вашему проекту. Вам и карты в руки. Необходимое оборудование закажем, и тут мои связи помогут. Неделя на подготовку. Я дам вам пятерых лучших ребят, и приступайте к делу, Борис Дмитриевич. Командуйте.

– Я знал, что вы деловой человек. И не ошибся. Есть уточнение. Десять процентов пожарным и десять процентов вдове Семена Безбородко за проект. И так при каждой установке системы по его чертежам.

– А вам?

– Мне хватит зарплаты, которую вы мне положите за труды.

– Справедливо. Не возражаю. Пусть вдова зайдет ко мне, и мы составим договор. На фирме должны царить честность и справедливость. Мы обязаны стать образцом и примером для всех, тогда к нам потянутся люди. Нас ждет мировое признание.

«Мечтатель», – подумал про себя Байчер. Человеку очень хотелось известности, а он всю жизнь провел в темной норе.

– И еще, чего бы я хотел, Юрий Палыч. Начальником бригады назначьте другого человека. Я не умею разговаривать с руководством. Когда они лезут в мои дела, я начинаю хамить. А нам нужен дипломат, который может найти общий язык с управляющим банка и другими начальниками. Командовать работами буду я. А он будет делать вид и мило общаться с руководством.

– Остроумно, – закивал Морозов, наливая коньяк. – Принцип, используемый разведкой. Резидент всегда остается в тени. И правильно. Так мы и сделаем.

Они выпили, и Морозов погладил себя по груди:

– Бальзам на душу!

* * *

Гость постучал в дверь номера очень тихо. Борис услышал стук только с третьего раза. Подошел к двери и открыл ее. Вот тут их взгляды встретились.

– Я отец Даши. Арсений Калиновский.

– Борис Байчер. Заходите.

Вошли, помялись, сели, помолчали.

Этот человек не впечатлял своей внешностью. Среднего роста, с редкими волосами. Скорее худой, чем поджарый, усы торчком, да еще рыжие. Но пять рядов орденских планок внушали уважение. На вид он был моложе солидного и представительного Бориса. Чуть больше сорока.

– Вылет на завтра назначен? – спросил Калиновский.

– Да, Арсений. Но я хочу вернуться сюда после похорон.

Тусклые глаза гостя загорелись, будто в них фонари зажглись.

– Хочешь их найти?

– Хочу, Арсений.

– Ты веришь в такую возможность?

Отец девочки менялся на глазах, он стал живым, подвижным, а взглядом сверлил хозяина номера, словно тот должен зачитать приговор.

– Быстро и с размаха не получится, солдат, – после паузы ответил Байчер. – Это сражение можно выиграть только терпением и очень кропотливым трудом. Я раскусил их наполовину. Теперь мне нужен весь состав банды. И я должен быть уверен, что каждый из них причастен. Их здесь нет, но они сюда приедут. Придется ждать. Но ты же молодой еще. Поди, служишь?

– Инвалид. Списали. – Арсений задрал одну брючину. Под ней был протез. – Ходить я научился не хромая. Даже мотоцикл и машину вожу не хуже здоровых. Твой Сережа об этом не знал. Даша стеснялась рассказывать ему про меня. – Он неожиданно заплакал. – Прости, Боря. Я все еще не верю.

– Я тоже. Похороним их рядом. Как семью.

– Так я и хотел. Вот пришел с тобой посоветоваться. Сергей говорил, что без твоего решения ничего не делается.

– Если бы…

– Ты прав, Боря. Я солдат. Мне приказали, я сделал. Сейчас часы ремонтирую. С механизмами дружу, ни на что другое не способен. Биография у меня короткая. В три строчки может уместиться. С бандитами на поле боя встречался. Лицом к лицу. Но ловить их не приходилось. Таким навыкам не обучался. Так что банкуй, а я на подхвате. Ты мне на убийцу пальцем ткни. Я его без гранаты на клочки разорву.

– Никого рвать не придется. А что с Кирой-то делать? Кто девочку будет забирать?

– Можем мы. Если отдадут, конечно. Живет она с матерью. Но той до дочери нет дела. Высококлассная шлюха и алкоголичка. В эскорте работает. Сопровождает толстосумов по командировкам. В основном за границей. Не Париж, конечно, а Египет, Турция, Греция. Дашка о ней рассказывала. Неделю на работе, три дня в загуле. Баба, конечно, красивая, фигуристая, но о дочери не думает. А может, и не помнит. Родила Киру в шестнадцать лет. Кире сейчас тоже шестнадцать. Школу еще не закончила. Выглядит старше. Даша говорит, что ею дядя занимается. Брат сестры. Своих детей у него нет, так он в племяннице души не чает. И она его слушается во всем. Но как его найти, я не знаю. Я оставил ментам домашний телефон Киры. Там не отвечают. В морозилку девочку отправят. Кошмар.

– Марик может знать, как найти дядю, коли мать в очередном отъезде. Парень здесь. Его спрятали. Думаю, что охота за ним продолжается. Есть тут один толковый парень. Добровольно полез в помощники. Ему лет сорок. Мне показалось, что он был лишен детства и юности. Оттого так и прикипел к ребятам. В душе он их ровесник. Правда, жизненного опыта побольше. А еще он имеет природный талант сыщика. Я его жду. Скоро ты с ним познакомишься. Вроде как виноватым себя считает. На его квартире и скрывается Марик. Вот только теперь он на своем мотоцикле из города не уедет. Сфотографировали.

– А чего ему скрывать-то? Пусть все расскажет. Может, ему и тело Киры доверят.

– Так-то оно так. Но я на этого парня рассчитываю. Появись он в полиции, охотники его тут же засекут. Они убили троих, но очень быстро узнали о том, что их было пятеро. И они вправе считать, что их видели, но сумели скрыться или затаиться. Иначе зачем им убивать Киру? К ним в руки попала фотография всей компании.

– Будут ли заезжие, как ты говоришь, сидеть и ждать у моря погоды? Это же риск. Сковородка раскалилась, можно и задницу обжечь.

– Посмотрим. Но парню из берлоги выходить рано.

В дверь постучали, и вошел Егор. Увидев постороннего, он немного стушевался и, вероятно, решил прикинуться обслуживающим персоналом.

– У вас телевизор нормально работает? Мы тут антенну меняем.

– Это отец Даши, Егор. Его тоже вызвали на опознание. Так что нас уже трое. Знакомьтесь. Арсений.

Орденские плашки впечатляли. Может, чужие нацепил? На героя Арсений никак не тянул. О русских богатырях у людей сложился вполне стандартный стереотип. И он был очень стойким, как в советском кино.

Егор облегченно вздохнул.

– У меня есть новости, – сказал он.

– Это по твоему лицу видно, – кивнул Борис.

Парень подошел к компьютеру, включил его и вставил флешку от фотоаппарата.

– Давайте глянем, что получилось.

Все придвинулись к столу.

– Вот наша прекрасная блондинка Фаина Леонидовна Гурьева. Сейчас она живет с управляющим банком уже около года, а до этого была просто любовницей, еще при живом муже. Трудно определить его роль в этой истории. То ли он ее соучастник, то ли очередная жертва. Он человек очень размеренный, спокойный и деловой. А главное, богатый. Выдает банкам ссуды под большие проценты, используя при этом государственные деньги. Он же финансировал выборную кампанию мэра. Значит, мэр в курсе дел. Максима Семеновича Варенцова на пост мэра выдвигал губернатор. Рука руку моет. Так и должно быть при таких крупных денежных оборотах. Для деловых кругов вся эта схема не является тайной, но такое положение всех устраивает, а потому люди молчат. Но самой темной лошадкой остается главбух. Яков Гаврилович Цейтлин. Это у него хранятся дубликаты ключей, списки всех клиентов и вкладчиков, а также дублирующие программы для компьютеров банка. Представим себе, что он не замешан в кражах. Значит, есть человек, у которого есть ключ от его кабинета и сейфа. Слепки с ключей сделать не трудно. Сейф обычный, без сигнализации, денег он в нем не хранит, а банковские бумажки мало кого интересуют. Если говорить о грабителях. Это общая картина. В деталях разбираться трудно. Для этого потребуется проработать в банке какое-то время, и не день, и не два.

– У меня такая возможность появилась, – сказал Борис. – Пройдет немного времени, и мы будем знать детали. Что еще? Ты же не сказал главного.

– Вы правы, Борис Дмитриевич. От вас ничего не скроешь.

– Так давай, Егор.

– Фаина после работы зашли в магазин «Кавказ». Это хороший супермаркет, где торгуют продуктами кавказской кухни, вином и коньяком. И вот любопытный снимочек. Фаина передает одному из покупателей целлофановый пакет. От кассы она подошла к столу, поставила свой пакет, вот он белого цвета с лейблом Tusso. Переложила из корзины продукты в другую сумку. Тут к столу подошел мужчина. Он тоже перекладывал продукты, но потом на глазах Фаины взял этот белый пакет и ушел. На нее он даже не взглянул.

– Его лицо мне знакомо, – пригляделся Борис.

Арсений ничего не понимал из разговора, но слушал очень внимательно.

– Вы правы. Он есть на наших фотографиях. И работает он в банке охранником. Рустам Гелаев. Дагестанец. Живет в России больше пятнадцати лет. Я поехал за ним. Сегодня у него выходной. Работает через день. У него «Форд-Фокус». Машина новая. Живет в двухэтажном доме на улице Пестеля. Занимает весь второй этаж. На первом этаже живет семья Леонида Кудасова. У него я и побывал. Он живет с двумя дочерьми. Одна замужем, имеет ребенка. Вторая школу заканчивает. У него шесть комнат. Сейчас в такие дома уже не подселяют. Соседи не ладят. Я пришел к Леониду как член комиссии по расселению ветхого фонда. Он уже на пенсии, ветеран труда. При мэрии есть такой фонд, я имел с ними дело, так что был убедительным. Мы сидели у окна и мило беседовали. За это время к Рустаму пришли трое. Молодые крепкие мужики, и ни один не остался без комментариев. Их снимки я сделал потом. Все дагестанцы. Кудасов сказал, что они приезжают раз в три месяца и всегда втроем. Очень шумный народ. Пьют, поют, да еще к его младшей дочке пристают. Однажды он вышел из себя, так ему к горлу приставили острый кавказский кинжал. «Таким зарезать человека ничего не стоит», – сказал мне Кудасов. Больше он с ними не связывался. Приезжают дней на пять или на неделю. Потом уезжают. Рустам ведет себя тихо. Даже иногда извиняется за родственников. Мол, горячий народ. И так до следующего приезда. И вот тут я их увидел всех. Они вышли из дома вчетвером. В папахах, сапогах и кинжалах на поясе – при полном параде. Вот так можно носить оружие в открытую. Это же национальная одежда. Все сели в фургон. Небольшой минивэн «Фольксваген». Я поехал за ними. Рустам их отвез на вокзал. Они сели на московский поезд. Проводница с ними разговаривала как со старыми друзьями. Похоже, они всегда ездят одним и тем же поездом. Вот их снимки.

Тут он открыл фотографии, и Борис замер, затаив дыхание. Его лицо побледнело.

– Что с тобой? – спросил Арсений.

– Рюкзаки. Серые, с черной окантовкой и оранжевыми карманами.

– Да, это они, – сказал Егор. – Покупал их Сережа в школьном магазине рядом с домом Галины. Сохранился чек. Продавщица Сергея помнит. Я заезжал в этот магазин. Правда, Сергей говорил о свидании с армянами. Но по лицам национальность не определишь. А теперь главное, Борис Дмитриевич. Кудасов видел во дворе два мотоцикла. Они простояли одну ночь, потом исчезли. Кто на них приехал и кто уехал, он не знает, но никогда раньше их не видел.

– Значит, до Марика они не дотянулись. Решили уехать. Правильно. Тут оставаться опасно.

Егор продолжил:

– Мне пришлось дать старшему кассиру в лапу. Я не стал с ним торговаться, но получил сведения о проданных билетах на московский поезд. Купе скупили трое. Саид Омаров, Абдулбек Хиясов и Руслан Магомедов. В московских кассах можно получить сведения об их приездах сюда. Но старшая дочка Кудасова ведет дневник. Записывает в него затраты, погоду и прочие мелочи. Так вот. Восемнадцатого мая, когда был зарезан муж Фаины Гурьевой, родственники Гелаева находились здесь. Правда, я не уверен, что они его родственники. Фамилии у всех разные.

– Можно сказать, Егор, что ты это дело раскрыл, – уверенно произнес Борис.

– И что мы будем делать? – спросил Арсений. – Они же уехали.

– И что? Вернутся. И еще не раз вернутся. Надо лишь запастись терпением и ждать.