Текст книги "Столкновение(СИ)"

Автор книги: Михаил Горбунов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц)

Горбунов Михаил Константинович
Столкновение

Система 22/256/j45, фронтир, мобильная лаборатория корпорации Майндсистемз.

Непростые переговоры шли уже 5 часов. Драфт Шидл, руководитель научной лаборатории был на грани срыва. Ещё бы, эти тупые вояки из службы безопасности совершенно не желали прислушиваться к голосу разума. Выполнение приказа, не уполномочен, могу применять любые средства – эти формулировки выходили ученого из себя, переводя переговоры в острую фазу. Начальство то же не слышало своего сотрудника. Месяц назад из штаб квартиры пришёл запрос. Руководство требовало в срочном порядке предоставить все данные и готовые образцы по проекту 12.890. Ни какие аргументы не были воспринять. Предупреждение об опасности и не готовности проекта просто игнорировались. И вот итог упорства Драфта, в виде десантно штурмового носителя и двух линейных крейсеров новейшего 12-ого поколения, маячили в трехстах тысячах километров от научной станции.

– Капитан Конт, я хочу в который раз повторить, проект опасен. Матрица личности искина ещё не стабильна. Вы что, хотите получить второй инцидент Фирата?

– Доктор Шидл я повторяю, мои данные противоречат озвученным вами. Требую предоставить доступ на станцию. В команде имеются специалисты, они проведут полную проверку состояния объекта и дадут своё заключение.

Доктор молчал. Центральный пульт управления в котором он находился, был очищен от персонала. Сто сорок пять сотрудников стояло на весах с одной стороны...

– Доктор Шидл, до истечения ультиматума осталось пять минут....

На другой стороне был искусственный интеллект, проще говоря искин, не просто новое поколение. Это творение на порядок опережало последние образцы и все бы ничего. Но матрица личности. Драфт обвел пальцем контур большой красной кнопки снятой с предохранителя.

– Доктор Шидл, я хочу предостеречь вас от необдуманных действий, подумайте о вашей семье....

Да матрица личности неотъемлемая часть любого искина, своего рода призма и фильтр и мост помогающий в общении с пользователем, но так же надёжно ограничивающая и сдерживающая свободное развитие. Тут то и была обнаружена главная опасность. Успех в формировании вычислительных мощностей и логических блоков, выявил серьёзное отставание в программно-аппаратной части матрицы личности.

– Доктор Шидл, у вас осталось четыре минуты...

Новый искин мыслил отдельно от матрицы и как истинный машинный интеллект воспринимал все окружающее как ресурс. Сто сорок пять человек и я, с одной стороны и инцидент Фирата с другой. Двести восемьдесят миллиардов убитых, раскол империи и потеря темпов развития почти на сотню лет. Это не считая потерь в междоусобных конфликтах. Доктор не мало пожил на этом свете, 173 года конечно не предел. За свою продолжительность карьеру довелось повидать всякого. Но становиться вторым Фиратом он совершенно не собирался. События происходящие сейчас док рассчитал достаточно точно, но ошибся в одном. Неуёмная жажда власти и денег могли иногда затмить самый здравый разум. Попытка уничтожить свои работы это первое, что пришло ему в голову. Но у центрального искина уже были прошиты жёсткие инструкции на этот счёт. Его доводов на верху ни кто не желал слышать. Что же, оставался последний аргумент.

Полтора месяца ушли на подготовку к визиту. Будучи начальником исследовательской лаборатории Шидл с лёгкостью сумел заблокирован весь персонал, включая 20 человек службы СБ компании. Утечка нового боевого нано вируса. Это позволило получить доступ к центральному пульту управления станцией. Искин объявил режим карантина. Персонал из зоны заражения экстренно разместили в регенерационные камеры. Стараниями доктора антидот не помог, поэтому содержание людей в регенерационных камерах продлили до подхода конвоя, с последующей транспортировкой в специализированные лечебницы корпорации. О семье он так же позаботился. Всем составом ещё месяц назад они были эвакуированы к его другу. В своё время он сильно помог его дочери, вытащил из фронтира. Арварцы, эти проклятые работорговцы сумели перехватить научно-картографическое судно в одной из номерных систем. Тогда доктор просто не мог найти себе места, пришлось задействовать всех, кто мог хоть чем то помочь. Однако помощь пришла совсем с другой стороны. Некий Ант Сот, клиент обращавшийся к нему пару раз, услышав на очередной встрече о проблемах доктора, неожиданно предложил разобраться с вопросом. И хвала космическим богам он это сделал. Вернул ему дочь, вежливо попрощался, а все предложения о благодарности и прочих благах, отклонил сказав, что хорошие отношения строятся не только на деньгах. О финансах для семьи беспокоиться то же не стоило, так как средство эвакуации могло обеспечить и небольшой городок на столетия вперед.

– Одна минута доктор Шидл...

Ладонь легла на большую красную кнопку. Такие имелись на каждой мобильной лаборатории корпорации, ведущей опасные исследования. Линии системы самоуничтожения на подобных объектах прокладывались автономно и не были завязаны на автоматику и управляющий искин. А вся роботизированная машинерия вплоть до уборщиков была переведена в режим консервации по имеющимся протоколам.

Рука доктора напрягаясь и легко вдавила кнопку в панель. Прошла секунда другая но ничего не произошло.

Доктор поднял взгляд на стерео панель связи, увидев в нем довольное лицо капитана Конта.

– Неверное решение доктор Шидл, – спокойно сказал офицер и разорвал связь.

Мостик крейсера Гарет.

– Докладывает пост РЭБ, – Капитан Конт, искин научной станции перешёл под наш контроль, стыковочные ангары активированы.

– Принято.

– Неустрашимый, ваш выход.

– Принято. Ожидаемое время подлета 1 час.

– Центральный приступить к реализации 2 ой фазы.

– Есть капитан – отозвался бортовой искин. Разрешите вести голосовое информирование по этапам фазы 2.

– Подтверждаю.

– Руководитель научной станции блокирован. Искин базы переведён в разряд ведомого. Провожу расконсервацию дронов, 25 минут до завершения. Объект 12.890 не поврежден, ожидаю прибытия досмотровой и аналитической команды.

– Принято.

В голосовой общении не было ни какого смысла, весь поток данных проходил через нейросеть и мог восприниматься мозгом капитана на прямую. Но Конту, как и его команде, нравился такой вариант взаимодействия с искином.

– Разрешите обратится Капитан.

– Разрешаю. Запрос пришёл на нейросеть.

– Дерек зачем ты тратил столько времени на эту лабораторную крысу.

– Стефан мы знакомы уже 45 лет, скажи, когда я упускал шанс разобраться в некоторых вопросах самостоятельно?

– Да виноват, упустил этот момент.

– Подумай сам, человек готов к смерти отстаивая свою правоту. На какого ни будь фанатика он совсем не похож. Значит его опасения не беспочвенные. Нужно все тщательно проверить и проверять столько, на сколько у нас хватит времени. Так что не делай быстрых выводов.

– Я понял.

Теперь предлагаю подстраховаться. Первыми на борт идет команда абордажников. Второй заходят яйцеголовые. Экипировка максимальная включая тяжелое вооружение. Дронов не брать. Всем техникам на борту отдать распоряжение отключить физически все боевые единицы дронов. Приведи уровень боевой тревоги в максимальный режим. На остальных бортах так же повысь уровень готовности. И да Стефан все это нужно проделать очень аккуратно, шишки из корпорации наблюдают за нами, не стоит давать им повод перехватить контроль над операцией. Не считай это паранойей, я так же как и док не хочу повторения инцендента Фирата.

– Все сделаю Дерек ты знаеш. У старпома действительно не было сомнений, с капитаном он побывал во многих передрягах. Как часто бывало, так называемая паранойя, спасала жизни всей команды. А предусмотрительность и желание разобраться в ситуации не давало возможности кабинетным крысам свалить свои недоработки и косяки на бравых вояк.

За 50 минут стефан успел сделать все и даже немного больше. Кроме оповещения методом сарафанного радио группа техников успела доставить специальное оборудование по глушению связи к главному кластеру искинов. Так же был подготовлен резервный блок управления полностью готовый к монтажу на место старого. Капитан со старпомом конечно не были великими специалистами в области защиты от нападений разумных искинов но делали все, что только могли предусмотреть.

20 секунд до контакта... 10...5.4.3.2.1

– Стыковка абордажных ботов завешена. – искин корабля продолжал вести голосовое информирование.

– Включаю телеметрию. Каждый обладатель нейросети и с соответствующим уровнем допуска, получил возможность почти физически присутствовать при проникновении на борт научной станции.

Группа прикрытия зашла. Ангар чист ждем стыковку группы 2. Вторая группа состояла из техников и ученых, которым требовалось оценить проект и дать заключение о безопасности. Группы 3 и 4 подходят к зоне карантина.

Капитан Конт продолжал внимательно следить за ситуацией. Хотя многим эта операция казалась банальной рутиной. Казалось зачем нагонять жути. В крайнем случае лабораторию можно было разнести туннельными установками главного калибра. Искин станции отчитался, что люди в карантинной зоне были живы, но заражены, поэтому готовили процедуры по их извлечению и перемещению. Главный 'злодей' уже трясся в оглушенном состоянии на гравинасилках в сторону транспортного бота. Группа 2 добралась до объекта и приступила к досмотру.

И все же спустя 7 часов нервы вышестоящего начальства не выдержали.

– Вызов по гипер связи, – доложил искин капитану.

– Соединяй.

– Капитан Конт приветствую вас!

– Добрый день мистер Грамс!

– Капитан хочу отметить ваше великолепное выполнение поставленной задачи. Ваш серьёзный и взвешенный подход будет по достоинству оценен генеральным управляющим.

– Благодарю мистер Грамс, но хочу отметить, что операция ещё не завершена, оценка безопасности объекта продолжается.

– Об этом я и хотел поговорить. Данные получаемые от группы анализа не дают причин для беспокойства. Прямой канала уже функционирует пять часов и центральная аналитическая служба не обнаружила причин для беспокойства.

– Подождите мистер Грамс уже пять часов объект имеет доступ ко внешним ресурсам? Вы не находите, что решение преждевременно? Задавая вопрос капитан успел передать старпому сигнал максимальной боевой готовности. Вмешательство сверху ещё никогда не давало ни каких положительных эффектов.

– Капитан Конт, нет причин для беспокойства, искин дважды провел процедуру собственной дезактивации. Даже сейчас мы имеем возможность полностью обезвредить объект и превратить его в кучу мусора.

Индикатор панели нейросети капитана показал срочный вызов от Стефана.

– Мистер Грамс можем мы прерваться буквально на двадцать секунд.

– Конечно капитан.

– Стефан быстро что у тебя?

– Сигнал принял. Третья группа не выходит на связь, полная тишина!

– В каком секторе?

– Карантинная зона.

– Объявляй боевую тревогу срочно!

– Мистер Грамс мы потеряли связь с третей абордажно-штурмовой группой. Я объявил боевую тревогу, требую провести дезактивацию объекта.

– Не кипятитесь капитан может это просто проблемы со связью.

– Даже без боевого скафа связной имплант штурмовика бьёт на 10 километров, даже сквозь металл и помехопостановщик. Вырубайте этот ящик пандоры!

– Капитан вторая группа перестала отвечать – прошел быстрый доклад Стефана.

– Грамс вырубайте!

– Не реагирует! Команды не проходят!

Капитан экстренно перешел на командный канал.

– Стефан сваливайте со станции! Неустрашимый срочная отстыковка!

– Крейсерам залп главным калибром цель научная станция, по моей команде.

– Неуловимый не отвечает!

– Наш искин не реагирует на команды – доложил старший техник.

– Врубай глушилки срочно меняй ядро! Заблокировать любые входящие сигналы. Перейти на полное ручное управление.

– Докладывает пост телеметрии, неуловимый взял нас на прицел производит боевой разворот.

– Запустить пустотники! Пилот маневр уклонения, шиты на максимум.

– Техники что у вас?

– Замена ядра через 4 минуты.

– Пост РЭБ сменить коды опознавания свой чужой!

– Докладывает пост телеметрии – фиксирую массовые пуски всех пустотных аппаратов с Неуловимого и Неустрашимого, в том числе спасательные капсулы. По некоторым работают системы ближней обороны.

– Главный калибр огонь по научной станции. Ракетный залп по неуловимому в том числе ракетами ближнего радиуса действия.

– Капитан но там же наши люди!

– Наших там уже нет! Огонь! Крейсер слегка завибрировал от залпов туннельных орудий.

– Докладывает пост телеметрии, станция и борт противника активировала щиты. Фиксирую активную работу системы ближней обороны. 10 секунд до контакта главного калибра. Контакт. Поражения не зафиксировано, щиты не просели.

– Докладывает главный калибр, станция вышла из зоны поражения.

– Докладывает пост телеметрии. Неуловимый уничтожил 30 процентов ракет. Капитан мы запаздываем с маневром уклонения.

– Пилот главный двигатель и маневровые в режим форсаж! Экипаж приготовиться к перегрузке! Запускай! Гравикомпенсаторы в режиме форсажа двигателя мог задействовать только искин корабля, ни один оператор не смог бы управлять таким объёмом информации. Экипаж сдавила 12-и кратная перегрузка.

– Докладывает пост телеметрии – фиксирую залп главного калибра неуловимого, обнаружено протонное излучение, шиты 70 процентов!

– Борт системы увеличить напряжение в зоне вероятного контакта!

– Контакт! Крейсер ощутимо дрогнул! Время слегка замедлилось, будто сжалившись над капитаном. Конт работал на пределе, с момента предупреждения Стефана прошло всего полторы минуты, за это время скаф 3 раза проводил коррекцию организма, до предела разогнанного стимуляторами и имплантами. Да нейросеть конечно вытягивала, но организм нет. Кровь шла носом. Голова просто рассказывалась, объём данных зашкаливал. Еще три с половиной минуты совсем немного, я выдержу, надеюсь техники не подведут. – спокойно проплыла мысль в голове и обрушилась лавиной докладов.

– Докладывает пост телеметрии – есть попадание по Неуловимому! Главный калибр противника выведен из строя.

– Ну слава космическим богам не подвели экспериментальные торпеды– проскачила мысль в голове капитана.

– Щит противника 10 процентов и продолжает расти.

– Докладывает пост обеспечения, повреждены ангары с 10 по 28. Безвозвратные потери 3 человека. Проводим эвакуацию раненных.

Информационный поток продолжал нарастать. Звенья малых пустотных кораблей должны были через 2 минуты достигнуть зоны уверенного поражения. Так же вновь появлялась возможность работать главным калибром. Научная станция включила маршевые двигатели разрывая дистанцию. В сторону крейсера Герат пер целый москитный флот пусть и разномастный но общей численностью 437 бортов. Причем 2 абордажника 2 тяжелых штурмовика и 3 десантных бота активно маневрировали и отстреливались. И самое неприятное, из за перегрузок замена ядра искин увеличилась еще на полторы минуты. Ну ничего прорвемся....

– Главный калибр! Огонь по неуловимому, темп беглый, начинать по готовности! Системы ближней обороны разобрать цели первой волны! Пост телеметрии провести сканирование малых пустотных кораблей на наличие живых членов экипажей! Пометить маркером 'нейтральный' корабли с экипажем, при проявлении признаков агрессии уничтожать. Ракетный отсек залп по неуловимому, по готовности! Малые пустотники всем уйти под прикрытие систем ближней обороны. Начать противоабардажную подготовку. Корпус крейсера вновь завибрировал.

– Докладывает пост телеметрии – фиксирую массовый запуск ракет с неуловимого. Капитан они производят аварийный сброс боекомплекта. Фиксирую старт сброшенных ракет.

– Пилот, через 10 секунд, маневровые на контр тягу в режиме форсаж импульс 10 секунд, главный двигатель малый вперед, импульс 15 секунд, смещение вектора тяги 20/270. Комплексы РЭБ приготовится. Реактор в режим перегрузки. Убрать питание со щитов, лазерные установки в потоковый режим импульс по фронту движения ракет, протонная пушка аналогично!

– Докладывает пост телеметрии – фиксирую множественные поражения неуловимого, щиты на нулях, тяга отсутствует.

Если бы капитан мог он бы вытер липкий пот со своего лица. Один готов, теперь осталось пережить ракетный залп. План был прост и сложен одновременно. В потоковом режиме лазерные установки и протонные пушки жрали огромное количество энергии. Но в тоже время такой режим позволял уверенно поражать цели на дальних дистанциях. Оставался вопрос с охлаждением. Но план был, осталось воплотить. Для этого капитан решил придать вращение корпусу, так получалось задействовать все четыре плоскости и вести огонь поочерёдно. Инъекторы скафа щелкнули, вводя очередную порцию стимуляторов. Тело сдавило перегрузкой.

– Пилот маневровые в противофазу, вектор 90, на форсаже импульс 40 секунд. Выполняй!

Капитан Конт всегда славился своими нестандартными тактическими приёмами, но такого на флоте вряд ли кому доводилось увидеть. Параллелепипед, скошенный к носовой части начал вращение вокруг своей оси. Через 40 секунд каждая плоскость, расположенная по направлению к противнику начала расцветать линиями когерентного излучения. К ним добавлялись залпы скорострельных рельсовых орудий, пуски ракет ближнего радиуса действия, в общем, всего, что могло стрелять. Пустотное прикрытие расположилось двумя равными группами сверху и снизу крейсера. Ракеты противника маневрировали, пытались менять угол атаки. Но прорвать плотный заслон заградительного огня, казалось, не могли. На плечах ракет до зоны поражения сумели добраться пустотники, вот они и нанесли основной урон.

– Поднять щиты!

Капитан не успел совсем немного, все же реакции человека было далеко до искина. Десять тяжелых штурмовиков сумели прорваться. Их залп серьёзно потрепал крейсер. Данные говорили о потере почти двадцати пяти процентов систем ближней обороны, имелись множественные повреждения энерговодов, потеряны оказались ангары малых пустотников. Самая неприятная ситуация складывалась в районе пятнадцатой бое укладки, после попадания плазменной бомбы произошла детонация ракет, в результате в радиусе 150 -170 метров от эпицентра в корпусе зияла дыра. Но крейсер устоял! Теперь появилось время, можно было хоть немного перевести дух.

– Докладывает пост телеметрии – научная станция готовиться совершить гиперпрыжок, рассчетное время два часа. Малые пустотники противника меняют курс. От преследуемой группы получаю постоянный запрос на соединение.

Конт задумался. Это могут быть выжившие с носителя, а может быть и обманка. Любая пакость, начиная с брандера заканчивая трюмом набитым штурмовыми дронами.

– Пост РЭБ, обеспечить безопасность связи, трансляцию провести по замкнутому контуру, не имеющему доступ в общекорабельную сеть. Связь готовили почти минуту. За это время капитан успел раздать больше сотни команд. Его внимание требовалось повсюду. В срочном порядке была выполнена стабилизация корабля в пространстве. Даны указания малым пустотникам. Принята масса решений по энергообеспечению и локальным ремонтным работам. Экипаж так же требовал внимания, 175 раненых, 24 безвозвратные потери. Медсектор, слава космическим богам не пострадал. Каскад сообщений и приказов прервал пост РЭБ.

– Капитан, подготовлен канал связи, безопасность обеспечена, готовы в любой момент потушить весь контур.

– Соединяй.

– Перед глазами Конта возникла до боли знакомая физиономия старпома.

– Привет капитан, ты же не думал так легко отделаться от меня.

– От тебя отделаешься, держись Стефан мы идем!

– Не стоит Дерек, за пустотниками на малой тяге идут торпеды, Герт не выдержит.

– Посмотрим Стефан, посмотрим. Конт разорвал связь

– Пилот слушай команду!

– Докладывает второй пилот Кепро, первый пилот Ротк без сознания.

Вот же хат его дери. Ну ничего вспомню молодость.

– Тех служба, что с ядром?

– Установлено, проводим коммутацию с кластером, 40 секунд до завершения работ.

– Перевести функцию пилота на мой терминал, второй пилот страхует. Щиты на максимум в передней полусфере. Главный калибр, работаем по станции в максимальном темпе. Пли! Получив функцию пилота, Дерек начал движение на встречу группе старпома. Используя маневровые снова начал вращение корпуса вокруг оси.

– Дублер в сети!

Наконец то, с искином дело пойдет куда веселее. Теперь предстояла постановка задач. Во-первых, распределил сектора огня для вооружения ближней обороны. Затем задал алгоритм пуска ракет. Распределил зоны ответственности для малых пустотников. Выставил приоритеты по контролю гравикомпенсаторов.

– Докладывает пост телеметрии, фиксирую множественные ракетные залпы, малые пустотники меняют курс. Неустрашимый производит пере стыковку с научной станцией. Противник выходит из боя. Фиксирую запуск прыжкового двигателя станции. Огнем главного калибра просажен щит старции на 20 процентов.

– Дублер подготовить вариант мельница для отражения ракетного залпа, малые пустотники перехват ракет, основная задача прикрытие двигателей. Надеюсь, этот полоумный искин еще не успел придумать тактику против вращения корпуса. Капитан быстро сформировал пакет инструкций по новой тактике и переслал Дублеру. Так, теперь выведем из под удара Стефана.

– Открыть канал связи со старпомом. Ответ на вызов пришел сразу. В этот раз забрало тяжелого боевого скафа было закрыто.

– Стефан слушай мою команду, уводи свою группу с вектора атаки, геройствовать не нужно! Выполнять!

– Есть капитан!

И снова события закрутились. Дерек при поддержке искина выполнил сложнейший разворот, развернув корпусу параллельно начиная вращение. Щиты так же пришлось вырубить, мощности как всегда на всех не хватит.

Но в этот раз торпеды работали как живой механизм. Даже при поддержке артиллеристского искина из кластера, поражать цели стало труднее. Итог минутного противоборства удручал. Пятнадцать погибших и двести четырнадцать раненых. Повреждений было море и главное из них остановка одного из трех главных двигателей. В довесок ко всему четыре абордажных челнока под прикрытием ракетного залпа и систем маскировки успели состыковаться с крейсером. На корабле начинал разгораться бой.

Передав управление кораблем второму пилоту, и озадачив главный калибр продолжением обстрела станции, Дерек в срочном порядке покинул капитанский пост и занялся организацией обороны. Первым делом все помещения корабля, включая смежные, были заполнены пенофиксатором. Группы защитников распределены по направлениям. Группа капитана держала магистральный тоннель. В составе было сорок штурмовиков, пять погонщиков с тридцатью пятью боевыми дронами, включая трех мамонтов. Плюсом шли платформы поддержки разных конфигураций, начиная с тяжелых плазменных орудий на гравиплатформах, заканчивая паукообразными модулями постановки и накачки щитов. Его группа прикрывала направление, ведущее к главному кластеру искинов корабля и рубку управления. За капитаном находилось еще две группы к которым можно было отступить в случае осложнения обстановки.

Не смотря на пенофиксатор, дроны противника продвигались очень быстро. Абордажники приготовились. Спустя минуту появился враг, дроны мчались по всем плоскостям центрального прохода. Со стороны обороняющихся рванул поток зарядов, казалось нападающих должно просто снести. И действительно некоторые дорны падали, но этого было мало. Хитрые механические создания постоянно маневрировали, осадные модели, исчерпав запасы щитов, быстро заменялись новенькими. Малые пехотные дроны МПД34.7 часто жертвовали собой, давая время на замену просевших осадников. В волне неслись и штурмовые скафандры всех модификаций, а позади, подтягивались тяжелые платформы поддержки. Ситуация становилась критической, защитники спешно отступали. Капитан дал добро на применение любых типов боеприпасов. В толпу железа полетели тяжелые плазменные заряды. Отступающие начали минировать пространство коридора, но это помогало не сильно. Защитников продолжали теснить, вторую точку удалось продержать не более 15-и минут. Внутренности корабля в местах боёв были разворочены от взрывов и попадания тяжелых платформ поддержки.

Наконец у капитана созрело решение. Нужно отступить причем быстро. Оставить осадные модули, пусть удерживают сколько смогут, затем производим герметизацию сегмента опуская аварийные переборки. После отстреливаем пеногерметик, но это не главное. Коридор расположен над одним из эмиттеров генератора гравитации, дадим двойную мощность и врубим на максимум, в таком режиме он протянет не больше получаса, но думаю справимся. Как только врубается гравитация открываем переборку и лупим туда из всего что есть в наличии. Силовой каркас конечно помнет, но других выходов я не вижу.

Они Вер, начальник абордажного подразделения завис секунд на 10.

– Действуй Капитан, удача всегда благоволит к тебе.

– Надеюсь не спугнул.

И завертелось. Отделения быстро отступали, продолжая эвакуацию раненых. Осадные дроны держали оборону, им в помощь оставили две платформы поддержки, стараясь не показать полного отступления. Противник купился, толпа механизмов, прорвав оставленных защитников, бросилась в догонку и была блокирована. Пеногерметик отработал штатно, а затем врубилась гравитация. Тридцатикратное превышение нормы это конечно что то. Балки силового каркаса взвыли. Аварийная переборка попав в зону излучения ввалилась в коридор. Пеногерметик полностью не успел отвердеть и был придавлен к полу вместе со всеми наступающими. Начался тир, палили всем чем можно и нельзя. Через 5 минут активной пальбы часть силового каркаса обрушилась на пол и придавила оставшихся противников. Все было закончено.

– Дублер отключай гравитацию. Конт подошел к поваленной переборке и оглядел побоище. Коридора почти не существовало, переборки, потолок, часть коммуникаций и силовых линий, все свалилось на пол. Там тоже был не сахар. Сам проход располагался над одной из продольных несущих балок. Погнуло и её, повсюду были разбросаны остовы дронов, лишь один тяжелый штурмовой скаф Титан выглядел относительно целым на фоне общего разгрома. Взгляд капитана остановился на дуле тяжелой штурмовой плазменной винтовки. Такого попадания я точно не выдержу – подумал Конт. Повернулся к подчинённым, собираясь распределить силы и направить в помощь остальным защитникам. И тут сознание отключилось, словно кто то дернул рубильник.

Два часа спустя. Система Прима 2. Центральное отделение корпорации Майндсистемз. Кабинет мистера Грамса.

В просторном кабинете играла незатейливая мелодия, позволявшая расслабиться. За столом из цельного куска, какого то весьма не дешёвого камня, сидел мужчина лет сорока. Откинувшись на мягкую спинку анатомического кресла, владелец кабинета о чем то размышлял. Пальцы левой руки отбивали ритм мелодии по гладкой полированной столешнице.

Грамс Ки Роут уже 131 год возглавлял подразделение по перспективным разработкам. В его столь длительной карьере бывало всякое и взлеты и падения. Но вот уже сто тридцать один год падений не случалось. Он всегда здраво оценивал идеи подчинённых, старался не зацикливаться на стандартных решениях. И конечно за столь долгий срок сумел развить просто звериное чутьё на успешные проекты. И до последнего случая неудачи обходили его стороной. Он дал много своей корпорации, и она щедро благодарила своего сотрудника за успехи. Именно его стараниями было устранено отстование в создании искинов и кластеров обработки информации. Многие разработки были использованы в реализации дронов всех специализаций.

Матрица личности искусственных интеллектов вообще являлась эксклюзивным продуктом. Нет, конечно нечто подобное уже давным-давно существовало, но Грамс с группой ученых сотворил нечто. Искины стали полностью очеловечены, причем имели возможность развиваться в личностном плане. Однако оставались полностью подконтрольными, четко выполняли команды и всегда были готовы умереть по первому приказу.

Но Грамс не тешил себя былыми заслугами. В этот раз он допустил ошибку и очень надеялся, что не фатальную. Фатальную не для него, а для многих миллиардов разумных. Он не зацепился за косвенные признаки и доказательства, основанные на одном прецеденте. Да и что за что было цепляться, первая активация показала наличие саморазвивающийся системы. Доктор Шидл провел полную дезактивацию устройства, носители памяти были уничтожены физически, как и все вычислители. Осталась лишь железобетонная, аппаратная матрица личности, которая так же была дезактивирована. Эта часть вообще не могла существовать без источников энергии. Любая внесенная информация в этом модуле просто разрушалась. Такой метод позволял дополнительно контролировать искин. Но доктор настаивал на неготовности проекта. Все тесты проходили на ура. Искусственный интеллект выходил не просто на новый уровень, разработка могла вознести корпарацию да и государство Корд в лидеры союза. Какой рывок, если сейчас искин двенадцатого поколения был тем самым остриём научного прогресса, то новая разработка опережала его на порядок. Сто двенадцатое поколение, да за такой приз некоторые чалены союза могли пойти на откровенную силовую операцию, наплевав на все соглашения и договоренности. Но не срослось.

Может те самые перспективы и ожидания замылили его глаз. Может и они, теперь нужно было предотвратить катастрофу. Искин четко показал свою мощь и намерения, осталось не упустить инициативу. И Грамс не упустил. За те два часа, быстро отойдя от шока, он сформировал отчеты о происшествии и разослал во все контролирующие органы корпорации и государства. Для подстраховки, час назад был отправлен спец курьер в государственную службу безопасности с подробным отчетом, и приложением всего проекта и записью инцидента.

– Мистер Грамс, в сектор 12А прибыл руководитель службы собственной безопасности, сопровождающие десять человек специального штурмового отряда корпорации, – прервал размышления обитателя кабинета голос искина.

– Согласно директиве 9334D контроль передан сотрудникам ССБ.

– Приятно было работать с тобой Роуз, – скорее для собственного успокоения произнес Грамс.

Такая делегация не приходит проводить мирные переговоры. Но хозяин кабинета не паниковал, и не собирался куда то бежать. Свою участь он определил с первым отправленным отчетом, адресатом которого не являлась корпорация. Пусть он и осуществил отправку через специальный генератор импульсных сообщений, трудно детектируемый и шифрующий информацию на столько, что без знания алгоритмов расшифровка могла занять сотню лет на самом мощном кластере корпорации. Однако в ССБ сидели совсем не глупые люди и сигнал засечь точно могли. Пусть и не расшифровали, но намек поняли.