Текст книги "Все танки СССР. Том III"

Автор книги: Михаил Барятинский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Плавающий танк ПТ-76 Вьетнамской народной армии.

Взвод плавающих китайских танков Туре 63-I из состава 202-го танкового полка ВНА поддерживает атаку пехоты. Вьетнам, 1972 год.

Первое крупное столкновение вьетнамских танков с американскими состоялось 3 марта 1969 года, когда 4-й батальон 202-го танкового полка силами 12 танков ПТ-76 и нескольких бронетранспортеров БТР-50ПК атаковал американский лагерь Бен Хет. Целью атаки было уничтожение позиций батареи 175-мм самоходных пушек M107. Головной ПТ-76 подорвался на мине, но его экипаж продолжал вести по противнику пушечный огонь. Остальные танки были встречены взводом М48 69-го танкового полка армии США и двумя зенитными самоходками М42. Атака вьетнамцев захлебнулась после потери двух ПТ-76 и одного БТР-50ПК.

Поставки танков ПТ-76 во Вьетнам в этот период были весьма значительными и по объему превосходили все другие типы танков. Американская разведка оценивала танковый парк ВНА в середине 1969 года в 60 единиц Т-54, 50 – Т-34-85 и 300 – ПТ-76!

В 1971 году ВНА располагала уже тремя танковыми полками – 201, 202-м и 203-м. В каждом из них один батальон был укомплектован легкими танками ПТ-76.

Потери ПТ-76 и его китайского аналога Т-63 во Вьетнаме были очень высокими. Это объясняется просто – вьетнамское командование применяло легкие плавающие танки без учета их специфики, часто бросая в бой против хорошо укрепленных позиций и даже против средних танков. Вполне естественно, что при встрече с М48 у ПТ-76 не было никаких шансов уцелеть.

Тем не менее ПТ-76 и Т-63 составляли значительную часть танкового парка Вьетнамской народной армии и использовались во всех боевых операциях вплоть до освобождения Сайгона в 1975 году. К этому времени суммарный парк ПТ-76 и Т-63 во ВНА составлял около 600 единиц.

В последующие годы танки ПТ-76 использовались в боевых действиях на территории Анголы, в Никарагуа, для противопартизанских операций в Индонезии. В Индонезии ПТ-76 основательно модернизировали. В конце 1990-х годов на них установили новые двигатели, трансмиссии и 90-мм пушки «Коккериль». Эти машины обозначаются в западной печати как ПТ-2000.

Легкий плавающий танк Туре 63А. Несмотря на новые башню и вооружение, в корпусе танка легко узнается ПТ-76.

В КНДР разработали свой плавающий танк, базирующийся, правда, на конструктивных решениях и агрегатах ПТ-76 и Т-63. В мире он известен под американским обозначением M1985 (или ПТ-85). Эта машина при массе в 20 т имеет стальной цельносварной корпус и шесть сдвоенных опорных катков большого диаметра на борт. Движение на плаву осуществляется с помощью водометного движителя. В конической цельносварной башне установлены 85-мм пушка китайского образца, спаренный с ней 7,62-мм пулемет и ПУ ПТУР. По западным оценкам, на вооружении КНА находится около 540 танков М1985 и ПТ-76.

По данным справочника «Джейн», помимо КНДР, танки ПТ-76 в конце XX века находились на вооружении в Боснии и Герцеговине, Хорватии, Словении (10 ед.), Сирии (100 ед.), Анголе (12 ед.), Бенине (20 ед.), Конго (3 ед.), Гвинее (18 ед.), Гвинее-Бисау (15 ед.), Мадагаскаре (10 ед.), Мозамбике (16 ед.), Уганда (10 ед.), Замбии (20 ед. ПТ-76), Афганистане (60 ед.), Китае (800 ед. Т-63 и Т-77), Индонезии (61 ед. ПТ-2000), Лаосе (25 ед.), Мьянме (100 ед. Т-63), Пакистане (100 ед. Т-63), Вьетнаме (450 ед. ПТ-76 и Т-63). По сведениям, опубликованным в иностранной печати, в Вооруженных силах Российской Федерации (главным образом во Внутренних войсках) еще эксплуатируется до 100 танков ПТ-76.

Плавающий танк ПТ-76, без всякого сомнения, является выдающимся достижением отечественного танкостроения. В конце 1940-х годов советским конструкторам удалось с блеском решить задачу создания легкой боевой машины, способной преодолеть практически любую водную преграду без предварительной подготовки. За последующие несколько десятилетий ничего более удачного даже во всем мире предложено не было. Китайский Т-63 представляет собой копию советского образца, а шведский IKV-91 вообще нельзя рассматривать как полноценный танк-амфибию, так как он требует подготовки перед переправой, имеет небольшую скорость на воде и малый запас плавучести. Невозможно из него и ведение огня на плаву.

Следует подчеркнуть, что конструкция ПТ-76 полностью соответствовала задаче, ради решения которой он создавался, – форсирование водных преград с ходу, захват и удержание плацдарма до подхода главных сил. Вся история боевого применения ПТ-76 только подтверждает, что во всех случаях, когда эти машины использовались по назначению, им сопутствовал успех. Успех же этот обеспечивался исключительными водоходными качествами, в жертву которым была принесена в первую очередь броневая защита. По этому вопросу дискутировать не стоит: броню ПТ-76 можно было «проткнуть» из крупнокалиберного пулемета.

Американские солдаты осматривают подбитый северовьетнамский ПТ-76.

Легкий плавающий танк Туре 63-I в музее НОАК.

Что же касается вооружения, то его ослаблять было нельзя – машина создавалась как штурмовая. Для 1950-х годов 76-мм орудие Д-56Т являлось весьма мощной артсистемой: ведь основу танковых парков большинства стран – вероятных противников СССР – составляли боевые машины периода Второй мировой войны, вполне доступные для его бронебойных снарядов. Да и впоследствии 76-мм пушке многие цели были «по зубам», особенно на близких дистанциях. Один пример. После испытаний ПТ-76 на одном из полигонов армии США американские эксперты оценили вероятность поражения с первого выстрела неподвижной цели из неподвижного же ПТ-76 на дистанции 500 м в 83–86 %, а на 1000 м – в 61–68 % (в зависимости от типа боеприпаса), что свидетельствует о высоких характеристиках орудия. В тех же условиях ПТ-76 может поразить танк типа М60А1 с вероятностью 33 %, а легкобронированную машину типа САУ M109 или бронетранспортера МПЗ с вероятностью 50 %! Впрочем, основным назначением пушки ПТ-76 была не борьба с бронированными целями, а огневая поддержка переправляющихся мотострелковых подразделений или десанта морской пехоты. Танк был призван играть роль штурмового орудия, причем уже на стадии переправы или преодоления вплавь полосы прибоя. Отсюда и наличие в ТТЗ требования о возможности ведения огня на плаву, выполнение которого стало одной из причин разработки водоизмещающего корпуса большого размера. Устойчивая платформа с большим запасом плавучести необходима была не только для стрельбы с воды, но и для перевозки десанта: ведь что ни говори, а 20 пехотинцев с оружием – это 2–2,5 т.

В строю танки ПТ-76 камбоджийской армии.

Танки ПТ-76 и Т-34-85 армии Лаоса. 1980 год.

Характеризуя конструкцию ПТ-76, следует подчеркнуть, что с точки зрения соответствия задачам, многие недостатки не имеют существенного значения. В их числе, например, невысокая удельная мощность. Не так уж важно, что «семьдесятшестые» с трудом поспевали за «пятьдесятчетверками» на марше. Использовать-то их предполагалось для конкретной цели и совместно с БТР-50, имевшими аналогичную силовую установку. Впрочем, резервы для модернизации тут были огромные. Размеры МТО позволяли установить в нем даже 12-цилиндровый двигатель, что и сделали китайцы, причем без ущерба для плавучести. Однако в СССР эти танки серьезному переоборудованию не подвергались.

Основной парадокс судьбы ПТ-76 заключается в том, что в большинстве случаев о нем приходится говорить в сослагательном наклонении: если бы использовался, если бы модернизировался… В Советской армии ни для ПТ-76, ни для БТР-50 применения по назначению не нашлось. Ну а для роли танка-разведчика ПТ-76 не подходил совершенно, как, впрочем, и БТР-50 – для роли тяжелого бронетранспортера в мотострелковых подразделениях танковых дивизий. Никакой необходимости в слабобронированном и плохо вооруженном, но зато плавающем БТРе в частях, вооруженных неплавающими средними танками, не было. Тут-то как раз самым негативным образом проявлялись недостаточная удельная мощность, чрезмерные габариты и даже большая вместимость. Как известно, бронетранспортеры обычно рассчитаны на перевозку одного пехотного отделения. Попадание же снаряда в БТР-50 до спешивания десанта, весьма неудобного, кстати сказать, становилось фатальным сразу для двух отделений.

Плавающий танк ПТ-76 морской пехоты Индонезии.

Списанные танки ПТ-76Б Войска Польского. Варшава, 1997 год.

В итоге можно прийти к выводу, что эксплуатация ПТ-76 и БТР-50 была адекватной их ТТХ только в морской пехоте. Но для нее не надо было выпускать несколько тысяч танков и бронетранспортеров – хватило бы и нескольких сотен, учитывая, что численность советской морской пехоты в мирное время не превышала 12,5 тысячи человек. Уже с середины 1960-х годов начались интенсивные поставки этих машин за рубеж. Особенно они выросли в следующем десятилетии, когда на экспорт пошли машины из наличия Вооруженных сил. Армия просто избавлялась от того, что ей не подходило. Вероятность большой войны в Европе заметно снизилась, да и сама война, случись, была бы другая. Необходимость в форсировании с ходу большого количества водных преград отпала сама собой. И «поплавок» оказался не нужным.

Тяжелый танк Т-10.

ТЯЖЕЛЫЙ ТАНК Т-10

В конце 1940-х годов с тяжелыми танками в Советской армии сложилась достаточно странная ситуация. На вооружении Советской армии состояли три типа танков – ИС-2, ИС-3 и ИС-4, каждый из которых не мог рассматриваться в качестве основной тяжелой машины на перспективу. Поэтому в конце 1948 года ГБТУ выдало техническое задание на новый тяжелый танк. Основным требованием являлось ограничение боевой массы машины – не более 50 т. Разработчиком было определено КБ Челябинского завода Министерства транспортного машиностроения СССР. Главным конструктором, ответственным за «объект 730» (такое обозначение получил проект нового танка), назначили Ж.Я. Котина. Официально машина получила название ИС-8.

В апреле 1949 года был разработан техпроект. В соответствии с заданием новый тяжелый танк должен был иметь ходовую часть и защищенность по типу ИС-4, а форму корпуса – как у ИС-3. В мае построили деревянный макет танка в натуральную величину, а затем в опытном цехе началось изготовление первого прототипа ИС-8. После проведения заводских испытаний выяснилось, что в целом машина удовлетворяет условиям техзадания и было принято решение о выпуске установочной партии из 10 танков. Они прошли еще два этапа заводских испытаний в 1949 году, после чего в апреле – мае 1950 года на НИБТПолигоне в подмосковной Кубинке состоялись госиспытания. По их результатам Государственная комиссия рекомендовала начать серийное производство танка ИС-8, но с доработками по МТО. Танк прошел большой цикл повторных и контрольных полигонных и заводских испытаний, которые закончились только к декабрю 1952-го. При этом проект менялся несколько раз, в результате чего танк получил сначала индекс ИС-9, а затем и ИС-10.

Тяжелый танк Т-10М.

Т-10М.

В марте 1953 года умер И.В. Сталин, после чего, естественно, аббревиатура «ИС» канула в Лету. В конце года танк был принят на вооружение Советской армии уже под обозначением Т-10.

Сварной корпус его имел сложную коробчатую форму с лобовой частью в форме «щучьего носа». Верхний кормовой лист корпуса был выполнен откидным – для обеспечения доступа к агрегатам трансмиссии. Днище корпуса штампованное, корытообразной формы, кроме кормовой части, где оно было плоским (под силовой передачей). Жесткость днища усиливалась также вваренными в него кронштейнами балансиров. Место механика-водителя находилось впереди по оси машины. Для посадки его в танк имелся люк треугольной формы, закрывавшийся сдвижной крышкой.

Башня – литая, обтекаемой формы с переменными углами наклона стенок и переменной толщиной – от 250 мм в носовой части до 40 мм на литой части крыши. Большая часть стенок башни имела толщину 155 мм при углах наклона от 41 до 50°. Таким образом, приведенная толщина брони достигала 242 мм. Передняя часть крыши башни отливалась заодно с корпусом башни, а задняя изготавливалась из броневого листа и вваривалась в крышу. В этом листе справа располагался люк заряжающего, над которым монтировалась установка зенитного пулемета. Слева располагался люк, над которым размещалась командирская башенка.

122-мм танковая пушка Д-25ТА с длиной ствола 48 калибров и спаренный с ней 12,7-мм пулемет ДШКМ были установлены в литой маске. Пушка имела двухкамерный дульный тормоз и горизонтальный автоматический клиновой затвор. Начальная скорость бронебойного снаряда составляла 795 м/с. Прицельная дальность стрельбы с помощью телескопического прицела ТШ2-27 составляла 5000 м, а с помощью бокового уровня – 15 000 м. Заряжание облегчалось за счет применения механизма досылания. Скорострельность при этом составляла 3–4 выстр./мин, а при заряжании вручную – 2–3 выстр./ мин. На турели люка заряжающего устанавливался зенитный 12,7-мм пулемет ДШКМ, снабженный коллиматорным прицелом К10-Т. Боекомплект пушки состоял из 30 выстрелов раздельного заряжания. Боекомплект пулеметов насчитывал 1000 патронов.

Двенадцатицилиндровый четырехтактный V-образный дизельный двигатель В-12-5 жидкостного охлаждения максимальной мощностью (без воздухоочистителя и противодавления на выпуске) 700 л.с. при 2100 об/мин устанавливался на постаменте в силовом отделении танка. Двигатель В-12-5 относился к дизелям типа В-2. В топливную систему танка входили три внутренних бака – два задних, емкостью по 185 л и один передний – 90 л. На крыльях в корме танка было установлено по одному наружному топливному баку емкостью по 150 л каждый. Наружные баки подключались к топливной системе танка. Таким образом, общая емкость всех баков составляла 760 л. Начиная с июня 1955 года устанавливались внутренние задние топливные баки емкостью 270 л каждый. Вследствие этого общая емкость баков возросла до 930 л.

Тяжелые танки Т-10А на Красной площади. Москва, 7 ноября 1957 года.

Силовая передача состояла из планетарной коробки передач в блоке с механизмом поворота типа «ЗК», обеспечивавшей восемь передач вперед и две назад, и двух двухступенчатых (с простым шестеренчатым и планетарным рядами) бортовых передач. Главного фрикциона в силовой передаче не было, нейтральное положение в механизме передач и поворотов получалось при выключении МПП. Передний фрикцион предназначался лишь для включения заднего хода.

Ведущие колеса заднего расположения имели съемные венцы с 14 зубьями. На каждом борту было семь литых сдвоенных опорных катков с металлическим ободом и три поддерживающих катка. Подвеска независимая, с пучковым торсионом из семи стержней и упругим упором. Гусеница – мелкозвенчатая, цевочного зацепления, состояла из 88 траков.

На танке устанавливали радиостанцию 10РТ-26Э и внутреннее переговорное устройство ТПУ-47-2 на четыре абонента.

В 1955 году были созданы две опытные машины – одна со стабилизатором наведения в вертикальной плоскости, другая – с двухплоскостным стабилизатором. Годом позже эти новшества были внедрены на новой модификации Т-10А. Пушка со стабилизатором в вертикальной плоскости ПУОТ-1 «Ураган» получила обозначение Д-25ТС. На Т-10А вместо прицела ТШ-2-27 установили перископический оптико-гироскопический прицел ТПС-1 и дублирующий телескопический прицел ТУП. Механик-водитель получил прибор ночного видения ТВН-1 и для ориентации гирополукомпас ГПК-48. В результате установки пушки с измененными приводами, а также для улучшения бронезащиты, башню и маску орудия модернизировали. Для уменьшения загазованности боевого отделения на стволе пушки был установлен эжектор. Дополнительно ввели механизм досылания снаряда и заряда, новый подъемный механизм со сдающим звеном и гальваноударное устройство в затворе. В 1957 году была принята на вооружение новая модификация танка – Т-10Б. Основное его отличие – применение уже двухплоскостного стабилизатора ПУОТ-2 «Гром» и прицела Т2С-29-14. В остальном танк был подобен Т-10А.

Тяжелые танки Т-10М из состава Группы Советских войск в Германии на параде в Берлине. 1960-е годы.

Вскоре последовала более серьезная модернизация. В КБ Пермского завода № 172 создали новое 122-мм орудие М-62-Т2 (2А17) с улучшенными баллистическими характеристиками. Начальная скорость бронебойного снаряда составляла 950 м/с. Пушку оборудовали двухплоскостным стабилизатором 2Э12 «Ливень» и прицелом Т2С-29-14. Вместо пулеметов ДШК, как на предыдущих модификациях, были установлены 14,5-мм КПВТ – спаренный с орудием и зенитный. Новый танк – Т-10М – также оснастили полным комплектом ночных приборов: командирским ТКН-1Т, наводчика ТПН-1-29-14 («Луна-2») и механика-водителя ТВН-2Т. Боекомплект состоял из 30 122-мм выстрелов с осколочно-фугасной гранатой и бронебойно-трассирующим снарядом и 744 патронов к пулеметам КПВТ.

В двигатель В-12-6 по сравнению с В-12-5 были внесены изменения в конструкцию картера, коленчатого вала, поршней, цилиндров и т. д. Мощность двигателя составляла 750 л.с. при 2100 об/ мин.

Танк оснащался радиостанцией Р-113 и танковым переговорным устройством Р-120.

Танк Т-10М был запущен в серийное производство в Ленинграде 1958 году, одновременно в Челябинске предусматривался выпуск объекта 743, который отличался, в основном, конструктивными изменениями в приводах управления трансмиссией, бортовых редукторах и топливной системой. Такое положение не соответствовало требованиям стандартизации и унификации вооружения и военной техники, однако танки с этими конструктивными отличиями находились в серийном производстве почти 5 лет и только в 1962 году на обоих заводах был организован выпуск танка Т-10М на основе объекта 272.

В конструкцию Т-10М неоднократно вносились изменения. С 1959 года зенитными пулеметами, например, комплектовался только каждый пятый танк. В 1960-х годах 8-ступенчатую коробку передач заменили на более простую 6-ступенчатую. С 1963 года Т-10М оборудовали системой ОПВТ, что позволяло преодолевать по дну преграды глубиной до 5 м. С 1967 года в боекомплект начали включать выстрелы с бронебойно-подкалиберными и кумулятивными снарядами.

Танки Т-10 первоначально поступали на вооружение тяжелых танкосамоходных полков. С 1947 года один такой полк входил в штат танковой и механизированной дивизии. По мере поступления в войска все большего количества танков Т-10, а затем и Т-10А, Т-10Б и Т-10М началось формирование тяжелых танковых дивизий. Каждая такая дивизия имела два полка тяжелых и один полк средних танков. Первоначально были развернуты две такие дивизии в составе Группы Советских войск в Германии – 13-я гвардейская Бобруйско-Берлинская Краснознаменная ордена Суворова и 25-я гвардейская Краснознаменная. Позже к ним добавились 5-я Корсуньская Краснознаменная и 34-я Днепровская ордена Суворова тяжелые танковые дивизии в Белорусском военном округе и 14-я гвардейская Бахмачская дважды Краснознаменная ордена Суворова тяжелая танковая дивизия в Киевском военном округе.

«Десятки» на экспорт не поставлялись и в боевых действиях не применялись. За исключением маневров, единственная крупная операция, в которой пришлось участвовать танкам Т-10М, операция «Дунай» – ввод войск Варшавского договора в Чехословакию в 1968 году. Это были танки из состава 13-й гвардейской тяжелой танковой дивизии.

Танки Т-10М на площади Республики в г. Пльзень. Чехословакия, август 1968 года.

В 1965 году производство Т-10М прекратили. По западным данным, было выпущено около 8000 танков Т-10 всех модификаций, на самом же деле заводские цеха Челябинского и Ленинградского Кировского заводов с 1954 по 1965 год покинули всего 1529 тяжелых танков этого типа.

В последующие годы, по мере поступления в войска современных боевых машин, танки Т-10, Т-10А, Т-10Б и Т-10М передавались в парки на долговременное хранение, а частично отправлялись на разделку.

Часть танков служила в качестве мишеней на различных полигонах. Формально же они были сняты с вооружения Российской армии в 1993 году, то есть спустя 40 лет после принятия на вооружение.

Танковый взвод на марше по пересеченной местности. 1970 год.

СРЕДНИЙ ТАНК Т-62

К концу 1950-х годов основным вооружением советских средних танков Т-54 и Т-55 была 100-мм нарезная пушка Д-10Т, созданная еще в 1944 году. Процесс ее модернизации привел к появлению артсистем Д-10ТГ и Д-10Т2С, но при этом был связан в основном с решением вопроса стабилизации орудия сначала в одной, а затем и в двух плоскостях. Баллистические же характеристики оставались неизменными. В боекомплект входили выстрелы с устаревшими осколочно-фугасными и бронебойными снарядами ОФ-412, БР-412, БР-412Б и БР-412Д. Причем только последний был создан после войны по образцу трофейных немецких боеприпасов. В результате пушки семейства Д-10 уже не могли эффективно бороться с новыми образцами английских и американских танков.

Поэтому в марте 1954 года в ОКБ-9 под руководством Ф.Ф. Петрова был создан опытный образец 100-мм нарезной пушки Д-54 с начальной скоростью бронебойного снаряда 1015 м/с. К октябрю 1954 года на заводе № 183 в Нижнем Тагиле (УВЗ) эту пушку установили в опытный образец среднего танка Т-54М («объект 139»). Испытания танка проходили в 1954–1955 годах.

Средний танк Т-62.

Тем временем для орудия в ЦНИИ-173 был разработан двухплоскостной стабилизатор «Молния», оно получило обозначение Д-54ТС и было установлено в танк «объект 140». Все работы по установке новой пушки в Т-54М и «объект 140», которые осуществлялись на УВЗ под руководством главного конструктора Л.Н. Карцева, носили инициативный характер. Дело в том, что официально по постановлению правительства опытно-конструкторские работы по созданию нового танка с новой пушкой вело КБ под руководством А.А. Морозова в Харькове. Пушка Д-54ТС была установлена на первый образец харьковского «объекта 430» – прототипа «шестьдесятчетверки», который предполагалось поставить на серийное производство на всех танковых заводах СССР. Поэтому работу тагильчан руководство ГБТУ и ГРАУ воспринимало как конкуренцию и, до некоторой степени, как помеху харьковчанам, хотя и не пресекало ее.

К февралю 1960 года пушка Д-54ТС выдержала повторные полигонно-войсковые испытания, на которых, впрочем, не обошлось без проблем. В частности, у военных вызывал нарекания дульный тормоз. Впрочем, пушка Д-54ТС не пошла в серию по другой причине. Осенью 1958 года представители ГРАУ показали Н.С. Хрущеву новую 100-мм гладкоствольную противотанковую пушку Т-12 «Рапира». Ее бронебойный снаряд имел в полтора раза большую скорость и бронепробиваемость по сравнению со 100-мм нарезной пушкой. Хрущев задал вопрос: «Можно ли эту пушку установить на танк?» Ему ответили: «Можно». «Тогда давайте-ка в следующем году сделаем 200 танков с этой пушкой», – распорядился глава государства. По этому поводу в Москву был срочно вызван Л.Н. Карцев. Ознакомившись с чертежами пушки, он заявил, что в танк ее установить нельзя, в том числе и потому, что выстрел имел длину 1200 мм. Такой выстрел внутри танка было невозможно развернуть и зарядить. По мнению Карцева, длина выстрела танковой пушки не должна была превышать 1100 мм. Такой выстрел имела пушка Д-54, у которой Леонид Николаевич предложил срезать нарезы, после чего ее калибр составил бы 115 мм. Главный конструктор выстрелов В.В. Яворский стал возражать, указывая на то, что снаряд от выстрела длиной 1100 мм будет иметь плохую баллистику, а военные начали пугать Л.Н. Карцева Хрущевым, на что он им ответил: «Если вы мне не верите, ведите меня к Хрущеву, я ему докажу, что ваша пушка в танк установлена быть не может!» После споров, длившихся целый день, все-таки было принято решение о создании новых выстрелов калибра 115 мм длиной 1100 мм, одинаковых по габаритам с выстрелами 100-мм нарезной пушки.

Вместе с нарезами у Д-54 убрали и дульный тормоз. Так появилась первая в мире гладкоствольная танковая пушка У-5ТС «Молот» (индекс ГРАУ 2А20).

Танки Т-62 впервые приняли участие в параде на Красной площади 7 ноября 1967 года.

С 1975 года часть танков Т-62 была оснащена лазерным дальномером КДТ-1, устанавливавшимся над стволом пушки.

В течение 1959 года было изготовлено несколько опытных образцов. К осени 1960 года машины успешно прошли полигонные испытания. Комиссия, проводившая их, рекомендовала принять этот танк на вооружение. Эффективность пушки У-5ТС оказалась выше, чем у прародительницы – 100-мм противотанковой гладкоствольной пушки Т-12. Снаряды имели хорошую баллистику, и все опасения В.В. Яворского оказались напрасными.

Помимо гладкоствольной пушки, «изюминкой» нового танка стала цельнолитая башня. Танки семейства Т-54/55 имели литые башни с вварными катаными крышами, основания люков крепились к крыше болтами. Все это были, с точки зрения снарядостойкости, ослабленные зоны. По техусловиям броня башни «держала» бронебойный снаряд на расстоянии полутора калибров от сварного шва или от болтового соединения. На новой машине решили попробовать установить полностью литую башню. Идеологом этого решения был заместитель главного конструктора УВЗ И.С. Бушнев, до 1957 года возглавлявший бюро вооружения и башни. В свое время он принимал участие в разработке литой башни танка Т-34. Непосредственное проектирование башни вел конструктор Ф.Ю. Беркович. Месяца через три изготовили ее первый опытный экземпляр.

Несмотря на то что Министерством обороны работа по установке в танк новой пушки была оформлена решением Военно-промышленной комиссии при ЦК КПСС и Совмина СССР, военные всячески противились постановке его на производство, поскольку по мощи вооружения он превосходил харьковский «объект 430», на который уже было потрачено огромное количество средств.

Башня:

1 – крюк; 2 – амбразура прицела; 3 – защитная планка; 4 – расточка для цапфы люльки пушки; 5 – амбразура пулемета; 6 – кронштейн для крепления ИК-прожектора; 7 – отверстие для установки прибора наблюдения заряжающего; 8 – крышка люка заряжающего; 9 – люк командира танка; 10 – броневое кольцо; 11 – прибор наблюдения наводчика; 12 – отверстие для антенного ввода; 13 – поручень; 14 – отверстие для установки прицела ТПН-1; 15 – крышка люка выброса гильз; 16 – скобы крепления брезента; 17 – отверстие для выброса отсепарированной пыли; 18 – броневой грибок.

Танк Т-62 выпуска 1972 года. Главным отличием стала установка зенитного пулемета ДШКМ на люке заряжающего.

Однако разразившийся в Министерстве обороны в начале января 1961 года скандал положил конец всем проволочкам с «объектом 166». Дело в том, что еще в 1958 году на вооружение английских танков «Центурион» была принята 105-мм нарезная пушка L7, имевшая очень длинный ствол в 62 калибра и огромное по тем временам давление в канале ствола – 5500 кг/см². Подкалиберный 105-мм снаряд имел начальную скорость 1470 м/с и по бронепробиваемости значительно превосходил снаряды советских 100-мм пушек. И все бы ничего – ведь «Центурион» производился в сравнительно небольших количествах, но в 1960 году в США начался серийный выпуск основного танка М60, также вооруженного 105-мм пушкой. В ФРГ и Франции это орудие планировалось установить на перспективные танки «Леопард» и АМХ-30. Когда об этом узнал командующий сухопутными войсками, герой Сталинградской битвы маршал В.И. Чуйков, он пришел в ярость. Вызвав к себе командующего танковыми войсками маршала П.П. Полубоярова и других руководителей ГБТУ, он поинтересовался, есть ли у Советской армии что-то, что можно было бы противопоставить танку М60. Ему ответили, что в Нижнем Тагиле есть танк со 115-мм пушкой, но он имеет недостатки, например, при испытаниях сломался балансир. Тогда В.И. Чуйков начал кричать: «Что вы мне морочите голову какими-то балансирами? Мне хоть на свинье, а ставьте эту пушку!» Вслед за этим последовала весьма характерная для Чуйкова тирада, состоявшая сплошь из ненормативной лексики.

После устроенного разноса группа представителей ГБТУ приехала в Нижний Тагил и стала просить директора УВЗ И.В. Окунева в возможно короткие сроки начать серийное производство «объекта 166». Директор категорически отказал, мотивируя это тем, что завод готовится к выпуску более совершенного танка – «объект 167». Не помогли ни уговоры, ни последовавшие за этим звонки из Москвы.

Танки Т-62 форсируют р. Одру во время учений. Польша, октябрь 1969 года.

Танки Т-62 выходят на Красную площадь. 7 ноября 1973 года.

И только в июле 1961 года на заседании ВПК, которое проводил заместитель председателя Совета министров СССР Д.Ф. Устинов, Окунев дал согласие на постановку «объекта 166» на производство с июля 1962 года. 12 августа 1961 года вышло постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР № 729–305 «О принятии на вооружение Советской Армии среднего танка Т-62».

В 1961 году завод № 183 изготовил установочную партию из 25 танков, которые поступили в Прикарпатский военный округ. 1 января 1962 года завод был остановлен на шесть месяцев для переоборудования сварочного конвейера в корпусном цехе, замены карусельных станков для обработки погона башни и проведения других мероприятий по подготовке производства. С 1 июля 1962 года начался массовый выпуск танка Т-62.

Эта машина, по сравнению со своим предшественником танком Т-55, имела целый ряд конструктивных особенностей. На ней установили гладкоствольную 115-мм пушку У-5ТС с двухплоскостным стабилизатором «Метеор»; цельнолитую башню с диаметром погона в свету 2245 мм (у Т-55 – 1816 мм); механизм выброса стреляных гильз через люк в кормовой части башни; изменили крепление пушки, прицела и спаренного пулемета в башне; увеличили длину корпуса на 386 мм, а высоту – на 27 мм; наклон кормового листа уменьшили с 17 до 2°; для обеспечения требуемого угла снижения пушки крыша корпуса от башни в сторону кормы имела наклон 3°15′, а в сторону носа – 0°30′; для защиты погона башни и люка командира от прямых попаданий пуль приварили броневые кольца сечением 10x30 мм; ликвидировали курсовой пулемет; конструктивно изменили механизм поворота башни; прибор наблюдения ТПКУБ заменили на комбинированный командирский прибор ТКН-2 «Кармин»; установили малогабаритный форсуночный подогреватель повышенной теплопроизводительности; 19-дисковый фрикцион с гидропневматическим приводом управления, исключавшим излишнее буксование дисков в процессе работы и уменьшавшим усилие на педали; тормозные колодки из пластмассы на лентах тормоза поворота; для повышения плавности хода танка динамический ход опорных катков увеличили со 142 до 162 мм; за счет удлинения опорной поверхности гусениц понизили удельное давление на грунт до 0,75 кг/см², а также внесли ряд других более мелких усовершенствований.