Текст книги "Криминальный наследник (СИ)"
Автор книги: Мэри Ли
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)
– Карина Натановна, я не сомневалась в том, что вы замечательная мать, поддерживающая сына, но мне нечего дополнить из ранее сказанного. – Бескомпромиссно произнесла я. – Уже поздно что-либо менять нам с Тимуром. Я намерена устраивать свою личную жизнь тоже.
– То есть… у тебя появился кто-то? – С запинкой произнесла свекровь.
– Есть тот, с кем могу попробовать построить счастье, если не вышло с первого раза. – Сама не верила, как эти слова вырвались из меня наружу, но отступать нельзя, надо гнуть свою линию до конца. – Не хочу оставаться одинокой, пока на горе рак свистнет. Да и моему ребенку нужна полноценная семья. Мать это хорошо, а с отцом еще лучше, пусть и не биологическим, зато он способен стать малышу роднее, чем человек, участвующий в его зачатии.
Карина Натановна замолчала надолго. Я подумала, уже не перегнула ли палку, наговорив столько всего и сразу?
– Отказываюсь что-либо понимать. – Прошептала свекровь, но я услышала. – Это ребенок Тимура?
– Удивительно, что ваш сын не сообщил о моей беременности. – Не сумев скрыть удивления, произнесла я. – Да, это его ребенок. Сомневаетесь?
– Прости. Я опешила от новости. Не соображаю, что говорю. – Сказала Карина Натановна спокойно, но потом в ее голосе послышались гневные нотки. – Как только умудряетесь заикаться о разводе, когда ваш ребенок должен появиться на свет? Что же, совсем сердца нет, лишая и меня внука или внучки?
– Не запрещаю вам видеться с ребенком, Карина Натановна. – Заявила я. – А вот с Тимура снимаю все обязанности, раз отказался от ребенка.
– Прошу не принимать скоропалительных решений. С сыном поговорю. Он мне все расскажет! Иначе пусть пеняет на себя! Совсем не отдает отчет своим действиям! – Воскликнула Карина Натановна, направляя недовольство на Тимура. Кстати, подобного не припомню. Свекровь никогда, по крайней мере, при мне, на него не ругалась. Сейчас же она разозлилась не на шутку. – Придется ему оторваться от работы, есть дела, куда важнее, нежели бумажки!
Я попрощалась с Кариной Натановной, которая пообещала перезвонить, как обсудит все с Тимуром. Мне отговаривать свекровь надобности не было, поскольку понимала, ничем разговор не закончится. Мысли о юристе меня не покинули. Нужно поискать хорошего, чтобы процесс не затянулся на года.
Отложив мобильный, повернулась к двери комнаты и вздрогнула, увидев улыбающегося Антона, подпирающего дверной косяк, и с хитрецой поглядывающего на меня.
– Уж не я тот самый человек, с которым попытаешься построить счастье?
Он все слышал. Замечательно.
* * *
– Я не заметила, как ты вернулся. – Отстраненно произнесла я, не желая продолжать тему, которую начал Антон.
– Неудивительно. Настолько была поглощена разговором, что начни я громко топать, не услышала бы. – Ответил Антон, входя в комнату с улыбкой. Видно, какое приподнятое у него настроение. Неужели из-за услышанного развеселился? – Так что насчет меня? Есть планы?
– Накормить, если не наелся. Как-то небольшие порции себе накладывал. – Продолжала попытки я повернуть беседу в другое русло. На сей раз уловка сработала.
– Ладно, давай. Хотя не отказался бы от простой чашечки чая. На улице дубарь. Надо согреться. – Антон направился к двери, но на пороге оглянулся. – Когда разведешься, Вероника, не отказывайся от алиментов. Пусть муженек раскошеливается. Из-за своей гордости можешь не взять деньги. Подумай о ребенке, ему нужно любая поддержка. Помощь от его отца не помешает.
Он вышел из комнаты.
Я уставилась в одну точку, обдумывая слова Антона. Если бы он знал, что Тимур отказывается признавать отцовство. Придется выждать время, пока ребенок появится на свет, тогда уже можно принимать меры. Сейчас бессмысленно что-либо доказывать.
Еще неизвестно, чего ждать от Карины Натановны, которой стало известно о ребенке ее сына. У нее-то сомнений нет, что этот малыш родной.
Как поведет себя Тимур? Расскажет ли матери о моих якобы отношениях с Артуром?
Опять столько вопросов.
* * *
– А где твои друзья? Или в этом районе не гуляете? – Спросила я Сашу, катающегося на скейте возле меня в детском парке, оказавшегося намного дальше, нежели те, что были поблизости с прошлой квартирой.
На следующий день решили вместе с сыном Антона подышать свежим воздухом. После работы мы встретились и теперь мило проводим время.
– Гуляем. Просто один приятель заболел, другой – на спортивной секции, третий – уехал с родителями на мероприятие. – Пожал плечами Саша, виляя между препятствиями. – На какое именно я забыл. Вернее прослушал. Такое со мной часто бывает, когда задумываюсь о чем-то.
– О чем же, интересно? – Улыбаясь, смотрела на паренька, умело прыгающего на скейте через бордюр.
– О вас с папой. – Выдал Саша, останавливаясь напротив. – Как понимаю, будете гостевать, пока не родится ребенок? Но ведь потом с ним еще больше хлопот. Разве найдется время для переезда, когда много внимания потребуется для ухода за младенцем?
– Я тебе так сильно не нравлюсь, что хочешь моего скорейшего отъезда? – Усмехнулась я, с одной стороны, понимая настороженность Саши, мечтающего помирить родителей, для которых я являлась камнем преткновения, хоть и косвенно, с другой стороны – неприятно, когда тебя пытаются выпроводить даже, если и имеются веские основания.
– Дело не в этом. Я всего лишь хочу, чтобы мама с папой сошлись. По крайней мере, постарались. – Угрюмо сказал Саша, глядя на камешек перед собой, затем пнул его и он улетел в кусты. – Маме не нравится ваше присутствие. Она злится.
– Думаешь, я исчезну, Татьяна с Антоном воссоединятся? – Недоумевала я. – У твоей мамы же есть мужчина. Она с ним не помирилась?
– Я не говорил, что они в ссоре. – Хмыкнул Саша. – Он ей не подходит.
– Это ты сам решил или она говорила? – Полюбопытствовала я.
– И то, и то. – Коротко ответил паренек.
– Давай, так. Если Антон сам скажет, что хочет попытаться еще раз построить отношения с Татьяной, я тут же съезжаю, хорошо? – Предложила компромисс я.
– Папа слишком добрый. Он может до последнего проявлять гостеприимство. – «Предостерег» Саша.
– Я поняла. Вечно пользоваться добротой Антона не собиралась. – Как-то обиженно сказала я. – Он хороший человек. Убедилась в этом и ни раз.
– Но у него есть один недостаток. – Простодушно заявил Саша. – Вернее, был. По этой причине родители развелись.
– Если не секрет, то что за причина? – Сконцентрировала все внимание я.
– Папа в прошлом заядлый игрок. – Тихо выдал Саша. – Если бы мама не ушла от него тогда, он бы мог и нас проиграть.
Чего-чего, а такого откровения я не ожидала.
* * *
– Вы же папе не расскажете, если я открою правду? – Заговорщицки прошептал Саша.
– Все останется между нами. – С уверенностью отозвалась я, присаживаясь на ближайшую скамейку и подзывая к себе паренька сделать то же самое. – Как так вышло, что Антон стал игроманом?
– Друг один втянул. – Начал рассказ Саша, усаживаясь рядом. – Наверное, папа перестал играть, так как не общается с тем типом. А было время, когда он постепенно втягивался, пока не смог удержаться, чтобы не спустить больше денег, чем выиграл. Даже профессиональному игроку не удастся обыграть казино, а папа попытался. Ничего хорошего не получилось. Наша семья разорилась. Мама долго терпела привычку папы, потом устала и подала на развод. Она трудилась на нескольких работах. Старалась прокормить и себя, и меня. Стало легче, когда появился Максим. Теперь же он часто попрекает тем, что спас нас и мы перед ним в долгу. Это так, но зачем вечно повторять? Только поссорятся, тут же вспоминает. – Мальчик нахмурился. – Были бы деньги у меня, я бы оплатил все его траты.
Я смотрела на Сашу и вдруг появилось чувство гордости за него, будто он мой родной сын, который говорит правильные вещи, и мне нестерпимо захотелось похвалить его за желание справиться с возникшей ситуации.
Если подумать, то очень сложно изо дня в день слушать, как кто-то в чем-то попрекает, а ты не можешь что-либо сделать. Не сомневаюсь, если бы у Саши появилась возможность уладить конфликт с «отчимом», то паренек непременно воспользовался бы случаем. Тем более освободил бы собственную мать от наездов мужчины, который действительно, ей не подходит. Разве достойно сперва помогать, а потом этим же тыкать? Ни одной женщине не пожелаешь оказаться рядом с подобного рода мужчиной, если таковым уместно его считать после сказанных им слов.
– Сколько бы не пытался устроиться на подработку, меня не брали, едва прознав про возраст. – Продолжал Саша. – Я не достиг совершеннолетия, а детский труд запрещен.
– Таковы законы. – Кивнула я, затем уточнила: – Как долго Татьяна встречается с Максимом?
– Около двух лет. – Ответил Саша. – Он не сразу показал себя. Его негатив стал проявляться частенько лишь в последнее время. Чем дальше, тем хуже. Мама терпит нехорошее отношение из-за меня. Папа выплачивает алименты, но их недостаточно. На еду хватает, а на остальное – нет. В школу хожу в старых вещах. На меня одноклассники криво смотрят. Я стыжусь появляться там в обносках.
– Ладно, что-нибудь придумаем. – После молчания ответила я, и с улыбкой взъерошила Саше волосы.
– Имеете в виду придумать с моими родителями или что-то другое? – Вскинул глаза паренек, принимая ласку.
– Обещаю поговорить с Антоном насчет его планов к Татьяне. – Сказала я, хоть понимала безрезультатность беседы, так как он неоднократно говорил, что был бы не против рассмотреть меня в качестве его дамы сердца. Про свою бывшую жену упоминал всегда вскользь. Однако стоило выяснить наверняка. Вдруг на Антона нахлынут приятные воспоминания, соединявшие когда-то с Татьяной, отчего захочет вернуть ее? Может, женщина простила Антона за бывшие прегрешения и готова будет принять. С Максимом не расстается, поскольку в одиночку не хватит прокормиться.
А, что, если мне удастся стать связующим звеном между Антоном и Татьяной? Случись подобное, я бы не стала мешать их счастью. Уж как-нибудь выкрутилась бы сама. Денег у меня предостаточно.
Что ж, проверим, какова вероятность сближения бывших супругов.
* * *
– Антон, а ты никогда не задумывался о том, чтобы наладить отношения с Татьяной и начать с ней с чистого листа? – Прямо в лоб спросила я друга, расположившись с ним на диване около телевизора, на который вовсе не обращала внимания.
Саша в этот раз отказался заходить, сославшись на позднее время.
– Ну и вопросики на ночь глядя. – Антон от неожиданности закашлялся. – Начнем с того, что я сторонник мнения – «разбитую чашку не склеить». Да и, если так интересно, не я являлся инициатором развода. Хоть и есть доля моей вины, коль уж дело дошло до расставания. Виноват, но мне шанса исправить ошибку не дали.
– Возможно, грехи оказались слишком серьезными? Было поздно что-либо менять? – Сделала вид, словно ничего не знаю.
– Если тогда было поздно, то и сейчас не имеет смысла дергаться. – Резонно заявил Антон, после чего демонстративно отвернулся и уставился в экран телевизора, показывая сверх заинтересованность в рекламе женских бигуди.
По-моему более, чем понятно нежелание Антона общаться на тему бывших отношений. К тому же, категоричное заявление касаемо Татьяны не оставляет сомнений о невозможности их союза. К сожалению, Сашу ждет разочарование. И как ему сказать?
– Пойду посплю немного. Наконец завтра выходной. Не требуется рано вставать, могу полежать подольше. – Выдавила из себя улыбку.
– Спокойной ночи. – Коротко бросил Антон, продолжая буравить экран.
– Добрых снов. – Пожелала я, поднимаясь с дивана и направляясь к себе.
Вероятно, не нужно было проявлять прямолинейность, следовало зайти издалека и плавно подвести Антона к разговору, а вышло ужасно. Правда, мне так юлить не хотелось. Если бы мямлила, он бы тепло отзывался о Татьяне?
Похоже, Антон до сих пор держит обиду на бывшую из-за того, что она отказалась от него и предпочла исчезнуть из жизни, забрав ребенка.
В принципе, Татьяну понять можно, много ли людей задержатся с игроком, тянущим все из дома?
Идя по коридору, по пути более детально осматривала квартиру.
Сложно не подметить, как за два года Антон преуспел. Не скажешь, что он нищенствует.
Кто знает, если бы Татьяна не ушла, удалось бы им выкарабкаться вместе из передряги?
Добравшись до спальни, подготовилась ко сну, как вдруг раздался телефонный звонок.
Я взглянула на дисплей и заметила несколько пропущенных от Карины Натановны.
Не на шутку взволновавшись, ответила на очередной вызов.
– Здравствуйте, Карина Натановна. – Проговорила я, радуясь, что голос не дрогнул от нехорошего предчувствия.
– Вероника, я должна знать, где ты находишься! – Отчеканила свекровь без приветствий. – Можете с Тимуром ссориться по своей глупости сколько хотите, но не собираюсь отказываться от собственного внука или внучки! Не позволю лишить ребенка бабушки. Немедленно диктуй адрес и я сейчас же приеду! Нам нужно серьезно поговорить!
* * *
– Карина Натановна, я согласна с вами поговорить, но может, перенесем беседу на завтра? Уже не самое подходящее время для встреч и разговоров. – Отозвалась я, усаживаясь на край кровати.
– Ох, я так переживала, что не смогу связаться с тобой в ближайшее время, отчего напрочь забыла, как поздно сейчас. – Вздохнула свекровь, чей голос на последнем слове вздрогнул от нахлынувших эмоций.
Женщина была взволновала и я не стала ее кормить завтраками, а решила, что лучшим вариантом окажется встреча, назначенная на следующий день, когда у меня выходной и ничто не должно помешать спокойно обсудить важные дела с Кариной Натановной. В дальнейшем запрещать ей видеться с ребенком не собиралась.
– Как раз завтра весь день свободен. Скажем, в 11 утра в парке ***. Подойдет? – Предложила я.
– Разумеется. Я бы еще раньше пришла, но пусть будет 11. – Радостно отозвалась Карина Натановна. – Если что о нашей встрече никому не скажу, не хочу, чтобы планы сорвались из-за чьего-то вмешательства.
– Отлично. Договорились. Спокойной ночи. До завтра. – Отрывисто проговорила я, сбрасывая вызов после такого же прощания, прозвучавшего на той линии.
Рухнула без сил на кровать. От сердца отлегло. Правда, на короткий миг, но его хватило отдышаться, после чего я вспомнила разговор, который дался мне непросто.
Говорить о разводе, пусть не с самим Тимуром, а с его матерью, не менее тяжело. Сначала высказалась по этому поводу по телефону, теперь предстояло озвучить свои мысли воочию.
До сих пор поверить не могу, что все закончилось с человеком, которого любила едва ли не больше жизни. Роднее его никого не было.
Прикрыв глаза, окунулась в прошлое, когда с Тимуром были еще счастливы и у нас с ним все только начиналось.
Проклятые слезы выступили на глазах, я тут же их раздраженно вытерла ладошкой.
Зачем себя терзать воспоминаниями? Нужно сосредоточиться на текущем моменте, когда уже ничего не вернуть.
Мы расстались.
Скоро подтвердим документально наше решение разойтись, затем каждый из нас пойдет своей дорогой.
* * *
– Я так и не смогла вывести на диалог Тимура. – Грустно проговорила Карина Натановна, сидя вместе со мной на скамейке в парке, который показался мне лучшей нейтральной территорией, где нам никто не помешает. – Он переменился. Стал настолько замкнутым, что мне, как матери, больно смотреть на то, как сын превращается в ископаемое. С того дня, как ты покинула дом, больше нескольких фраз от Тимура не слышу. Как бы не пыталась выпытать у него хоть что-то, не выходит. Переводит на другую тему или отделывается обычным «сами разберемся». И то, и другое меня выводит из себя. Отбросив всякое самообладание, начинаю возмущаться, пугая ухудшением здоровья, которое действительно, подкосилось из-за нервов. Тимур же пообещает вызвать лучшего врача, если вдруг совсем почувствую себя плохо, и запирается снова в кабинете.
– Превратиться в домашнего отшельника ему не грозит, раз уж активно общается с некоторыми дамами. – Я ничуть не растрогалась повествованием свекрови. Конечно, понимала ее, как мать, которая волнуется по любому поводу, но в данном случае Тимур далеко не жертва.
– Я сглупила, рассказав о выскочке, ведь она всего единожды попалась мне на глаза. Тем более, если бы знала, что не попытаешься вмешаться и задвинуть вертихвостку обратно, откуда та взялась, не стала бы вообще заикаться о ней. – Оправдывалась Карина Натановна. – Вот так, не хотела, чтобы постороння женщина встала между вами, а в итоге все равно целенаправленно дело идет к разводу и разлучница здесь ни при чем.
– Я устала от неопределенности. Нужно двигаться дальше. Нет смысла оглядываться, когда оба не приняли никаких мер для сближения. – Как бы не держалась, но грустные нотки в голосе проскальзывали. Равнодушную из себя разыгрывать пока не удавалось. – Думаю, сегодня вечером сама позвоню Тимуру и сообщу о своем решении. Нам понадобится юрист, который бы быстро уладил вопрос. Наверняка у вашего сына опытный человек найдется.
– А, как же ребенок? Вы о нем подумали? – Карина Натановна подалась вперед и накрыла ладошкой мою руку. – Ты ведь хотела большую семью, помнишь? Может, объединим усилия и вместе попытаемся образумить нашего упрямца?
– Боюсь, поздно. – Сказала я, глядя прямо в глаза свекрови. – Чтобы не повторяться, давайте лучше поговорим о другом. Предлагаю встречаться в парке или в подобном людном месте по договоренности. О Тимуре разговаривать не хочу, поэтому поддержу беседу только о ребенке, которому вы не чужая. Когда брак будет расторгнут, общение с вами, Карина Натановна, продолжится столько, сколько захотите.
– Я никогда от малыша не отрекусь. Знай это. – Заявила свекровь, сильнее сжимая ладошкой. – Но… – Тут она замялась. – Не могу не спросить. Но вдруг Тимур попытается увидеть ребенка? Ты не позволишь ему?
– Будьте уверены, этого не случится. – Печально улыбнулась я, отводя взгляд в сторону впервые за время беседы.
– Откуда такая убежденность? – Удивленно спросила Карина Натановна.
– На то есть причины. – Односложно ответила я, не вдаваясь в подробности. – Не могу всего рассказать, но поверьте на слово.
– Снова загадки. – Карина Натановна отодвинулась и откинулась спиной на скамейку, закрыв глаза. – Надеюсь, все делаете правильно, иначе окажется непростительной глупостью расстаться двум людям, которым судьбой предначертано быть вместе, но они попросту не смогли воспротивиться невзгодам, вставшим на пути.
* * *
Еще долго сказанное Кариной Натановной звучало у меня в мозгу, но я не хотела идти на поводу у сомнений, которые то и дело закрадывались в голову.
Хватит жалеть себя, что порой происходило, когда думала, как останусь одна с ребенком на руках и растеряюсь от новых событий, последующих за рождением малыша.
Первое время трудное.
Что мне делать? На кого положиться?
Антон – временная поддержка. Это я знала. Он мне, как друг. В качестве спутника жизни все также его не рассматривала. Даже не представляла, что должно случиться для иного мнения.
Теперь особенно не видела будущего с Антоном, когда Саша открыл правду про него. Неизвестно, проснется ли игромания снова, отчего ему захочется вернуться к прежнему азартному досугу.
Так, об Антоне подумаю потом. Сейчас есть дела поважнее.
Оказавшись в своей комнате после встречи с Кариной Натановной, собиралась с духом, чтобы сделать рывок и набрать наконец злосчастный номер.
Если проявлю слабину, не смогу позвонить и поговорить начистоту.
Все. Успокоилась. Вдох-выдох. Сжала кулачки, разжала. Вперед!
Рывком достала из сумки мобильный и не раздумывая, нажала вызов.
Как назло, гудки шли целую вечность, отбивая в ушах барабанную дробь, которая больше походила на удары молотом о наковальню.
– Слушаю. – Раздался голос, заставивший меня вздрогнуть, из-за чего чуть не выронила мобильный.
Думала, ожидание сведет с ума, но, услышав Тимура первый раз за долгое время, едва не лишилась чувств.
До этого маячила по комнате, зато теперь ноги начали подкашиваться, пришлось присесть на рядом стоящий стул. Удивительно, как не промахнулась и не приземлилась на пол, из-за расшалившихся нервов.
– Ну-ка, держи себя в руках! – Мысленно отдавала приказы. – Он не должен понять, как тебе плохо, как гулко бьется твое сердце, способное вырваться из груди и больше не вернуться обратно.
– Здравствуй, Тимур. – Выдавила я, радуясь, что не умерла от произнесенной фразы, давшейся с трудом. Бесшумно набрав в легкие воздух, сказала на одном дыхании: – Мне нужен развод.
Наступила тишина.
Прождав еще несколько мгновений, взглянула на дисплей, подумав, что случайно сбросила вызов и не заметила. Но нет, секунды разговора шли своим чередом.
Возможно, отключила звук и меня не услышали? Или…?
– Развод? – Переспросили из телефона, который я вертела в руках, ища вероятную неисправность, но все-таки ее не оказалось.
– Да, развод. – Уверенно отчеканила я, не намереваясь отступать. – Желательно, как можно быстрее.
– Даже так. Что ж, хорошо. Завтра свяжусь с адвокатом. – Холодно проговорил Тимур. – Это все?
– Да. – Выпалила я, растерявшись, так как больше никаких других речей заготовлено не было.
– Как только все обсужу с адвокатом, дам знать. – Сказал Тимур, затем отключился.
Немного посидела с мобильным, прижатым к уху, как парализованная, потом рука безвольно опустилась, а я сама застыла, словно каменное изваяние, уставившись в одну точку.
Ну, вот и все. Начало конца.
