Текст книги "Смотровая площадка"

Автор книги: Майкл Коннелли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава десятая

Ранним утром Босх и Феррас вышли из парадного холла гостиницы «Марк Твен». Солнечный свет едва начал окрашивать небо. Над горизонтом уже царствовал лазурный оттенок, но в городе еще не развеялся серый ночной туман, отчего тени на улицах выглядели неясными и расплывчатыми, словно весь мир наводнили призраки. И Босху это зрелище пришлось по вкусу. Оно совпадало с его внутренним мироощущением.

– Как думаешь, не сбежит? – спросил Феррас. Гарри пожал плечами.

– Некуда ему бежать, – ответил он.

Они только что устроили свидетеля в гостиницу под вымышленным именем Стивен Кинг. Джесси Митфорд оказался ценным приобретением. Он стал козырным тузом Босха. Митфорд не сумел в подробностях описать человека, застрелившего Стэнли Кента и похитившего цезий, но помог следователю достичь четкого понимания того, что произошло на смотровой площадке Малхолланд. Он принесет неоценимую пользу, если дело дойдет до задержания преступников и суда над ними. История Джесси восстанавливала последовательность событий преступления.

Во время консультации с лейтенантом Гендлом Босх решил, что молодого путешественника нельзя выпускать из виду. Гендл одобрил выписку поручительства на проживание Митфорда в гостинице «Марк Твен» в течение четырех дней. За это время все прояснится и станет ясно, что делать дальше.

Детективы сели в «краун-викторию», которую Феррас еще ночью забрал из гаража, и направились в сторону бульвара Сансет. За рулем сидел Босх. На светофоре он достал телефон. Рейчел Уоллинг до сих пор не перезвонила. Подумав, Гарри набрал номер, оставленный ее напарником. Бреннер ответил сразу же, и Босх с осторожностью начал беседу.

– Я просто хотел узнать, что нового, – начал он. – Собрание в девять часов не отменили?

Прежде чем посвящать Бреннера в подробности, Гарри хотел убедиться, что он все еще участвует в расследовании.

– Да, заседание состоится, но его перенесли.

– На другое время?

– Кажется, на десять. Мы тебе сообщим.

Ответ не предвещал ничего хорошего. Похоже, участие в собрании представителей полицейского управления до сих пор оставалось под вопросом. Босх попробовал надавить на Бреннера.

– А где пройдет встреча? В тактической разведке? По работе с Уоллинг Босх знал, что засекреченный

отдел тактической разведки находился не в основной резиденции ФБР. Гарри хотел проверить, не проколется ли Бреннер.

– Нет, в администрации ФБР в центре города. Четырнадцатый этаж. Там спросишь, в каком кабинете пройдет заседание. От свидетеля есть польза?

Детектив не собирался раскрывать все карты, пока не будет уверен в своем положении.

– Он видел убийство издали. Заметил, как увозят цезий. Утверждает, что действовал один человек. Он убил Стэнли Кента, а потом забрал «свинью» из «порше» и перенес в свою машину. Сообщник ждал в другой машине и наблюдал.

– Номера удалось установить?

– Нет, номеров он не запомнил. Скорее всего для перевозки воспользовались автомобилем миссис Кент. Так что в их машине не останется следов цезия.

– А как насчет человека, которого он видел?

– Он не смог его отчетливо рассмотреть. Но лыжная маска точно была. Больше у нас ничего нет.

Прежде чем ответить, Бреннер помолчал.

– Плохо, – наконец произнес он. – Как вы с ним поступили?

– С мальчишкой? Отпустили.

– Где он живет?

– В Галифаксе, в Канаде.

– Босх, ты же понял, что я имею в виду.

От Гарри не ускользнуло изменение тона агента. Как и то, что он употребил фамилию, а не имя. Бреннер не случайно спрашивал о точном адресе Джесси Митфорда.

– У него нет места жительства. Он бродяга. Мы подвезли его до кафе «Денни» на Сансет. Он попросил там его высадить. Даже дали двадцатку на завтрак.

Босх почувствовал на себе взгляд Игнасио. Напарник удивился, услышав явную ложь.

– Гарри, подожди секунду, – попросил Бреннер. – Мне кто-то звонит по другой линии. Наверное, из Вашингтона.

«Снова назвал по имени», – отметил про себя Босх.

– Конечно, Джек, но мне пора ехать.

– Нет, подожди.

В трубке зазвучала музыка, и Гарри обернулся к напарнику. Феррасу не терпелось выяснить детали.

– Зачем ты сказал, что мы…

Босх прижал палец к губам, и Игнасио умолк.

– Потерпи минутку, – попросил Гарри.

Он выждал полминуты. В трубке сменилась музыка – теперь звучала мелодия «Какой чудесный мир» в аранжировке для саксофона. В этой песне Босху особенно нравилась строчка о «темной священной ночи».

Загорелся зеленый свет, и Гарри вырулил на Сансет. Тут же на линию вернулся Бреннер.

– Гарри? Извини. Звонок из Вашингтона. Представляешь, они там на уши встали.

Босх решил говорить открыто.

– Какие новости?

– Пока не много. Управление национальной безопасности снарядило целую эскадрилью вертолетов с оборудованием по обнаружению радиации. Они начнут прямо на смотровой площадке и попытаются отыскать следы цезия. Но проблема в том, что цезий могут извлечь из «свиньи» до того, как они поймают сигнал. А на совещании должны убедиться, что все правильно понимают ситуацию.

– Это все, на что «большое правительство» способно?

– Только начало. Я же предупреждал, будет полнейшая неразбериха.

– Точно. Ты сказал о столпотворении. Федералы – великие мастера по части суеты.

– Не помню, чтобы я говорил про «мастеров». Однако не стоит забывать про кривую эффективности освоения материала. Вполне возможно, что после заседания мы будем носиться как сумасшедшие.

Теперь Босх знал наверняка, что произошли изменения. Неуверенные интонации Бреннера подсказывали, что разговор записывают или просто подслушивают.

– Но до собрания еще несколько часов, – продолжал говорить агент ФБР. – Итак, твой следующий ход, Гарри?

Босх долю секунды колебался.

– Я собираюсь поехать домой к миссис Кент и поговорить с ней повторно, потому что теперь у меня есть дополнительные сведения. Потом мы съездим в Сидарс, там находится офис Кента. Нужно осмотреть помещение и побеседовать с его партнером.

Ответа не последовало. Гарри подъезжал к тому самому кафе «Денни» на бульваре Сансет. Детектив вырулил на стоянку и припарковался. На улице было малолюдно, в круглосуточный ресторанчик никто попасть не стремился.

– Джек, ты слышишь?

– М-да, Гарри. Слушаю. Должен тебе сказать кое-что. Не стоит ехать ни домой к Кенту, ни в его офис. Нет необходимости.

Босх покачал головой. Он так и знал.

– Вы уже все сделали сами, я правильно понял?

– Я ни при чем. Мне сообщили, что в офисе все чисто, а с партнером Кента в данный момент разговаривают. В целях безопасности мы увезли миссис Кент. Ее сейчас тоже допрашивают.

– Кто принимал решение – Рейчел?

– Гарри, я не буду вдаваться в детали.

Босх заглушил мотор, размышляя над ответом.

– Ну, тогда мы с напарником поедем в отдел тактической разведки, – наконец придумал он. – Все-таки идет расследование убийства. И насколько я знаю, никто меня от работы не отстранял.

Бреннер выдержал долгую паузу.

– Послушай, детектив. Дело принимает угрожающие масштабы. Вас пригласили на заседание. Тебя и твоего напарника. Вас проинформируют о том, что сообщил мистер Келбер, и о других вещах. Если Келбер еще не уехал, то я постараюсь, чтобы вы с ним пообщались. Как и с миссис Кент. Но, откровенно говоря, убийство в нашем случае не главное. Не имеет значения, кто застрелил Стэнли Кента. Куда важнее найти цезий, а мы и так опаздываем почти на десять часов.

Босх приготовился к такому повороту событий.

– Я считал, что если найти убийцу, то отыщется и цезий, – предположил он.

– Возможно, ты прав, – неохотно согласился Бреннер. – Но опыт показывает, что такие вещества перемещают очень быстро. Передают из рук в руки. Расследование должно продвигаться молниеносно. Именно этим мы сейчас занимаемся – набираем скорость. И не хотим, чтобы кто-то тормозил дело.

– Какая-нибудь деревенщина из полицейского участка.

– Ты почти угадал.

– Конечно. Увидимся в десять часов, агент Бреннер.

Босх отключил телефон и выбрался из машины. Пока они с Феррасом шли по парковке до входа в кафе, напарник атаковал Гарри вопросами.

– Зачем ты солгал о свидетеле, Гарри? Что происходит? Куда мы идем?

Босх умоляюще поднял руки:

– Подожди, Игнасио! Не спеши. Сейчас сядем, попьем кофе, перекусим, и я тебе все расскажу.

Они вошли в ресторанчик. Босх выбрал места в углу, откуда хорошо просматривался вход. Официантка появилась очень быстро. Повидавшая жизнь женщина с седыми волосами, стянутыми резинкой, выглядела усталой. Работа в ресторанчике «Денни» в Голливуде – сущий ад, и во взгляде официантки не осталось ничего живого.

– Гарри, давно не виделись, – произнесла она вместо приветствия.

– Здравствуй, Пегги. Мне теперь редко приходится гоняться за кем-то среди ночи.

– Ну что ж, добро пожаловать. Я уж думала, ты ушел на покой. Что подать тебе и твоему молодому напарнику?

Босх пропустил колкость. Он заказал кофе, тосты и яйца в мешочек. Феррас попросил белковый омлет и кофе с молоком. Официантка с ухмылкой сообщила, что не может выполнить заказ. Пришлось остановиться на обычной яичнице и одинарном кофе. Как только Пегги удалилась, Гарри принялся отвечать на вопросы Игнасио.

– Нас вычеркнули, – произнес он. – Вот что происходит.

– Ты уверен? Откуда ты знаешь?

– Они уже перехватили наших свидетелей – вдову убитого и его партнера по бизнесу. И я, черт возьми, гарантирую тебе, что поговорить с ними нам не позволят.

– Гарри, с чего ты взял? Кто утверждает, что нам нельзя побеседовать со свидетелями? На карту поставлено слишком многое, а у тебя, похоже, начинается мания преследования. Твои выводы…

– Да? Ну тогда давай дождемся результатов. Смотри и учись.

– Но на заседание в девять часов мы все же идем?

– Вроде бы. Только теперь в десять. Скорее всего шоу готовят специально для нас. Ничего конкретного они не скажут. Попытаются заговорить зубы всякой ерундой, а потом от нас избавятся. «Спасибо, ребята, теперь мы сами». Пошли они к черту! Произошло убийство, и никто, даже ФБР, не отстранит меня от дела.

– Гарри, иногда нужно верить людям.

– Я верю только самому себе. Больше никому. Я уже ходил по этой дорожке и знаю, куда она ведет. С одной стороны, какое мне дело? Пусть себе ведут расследование. Но у нас разные цели. Им нужен только цезий, и они до конца будут гнуть свою линию. А я хочу поймать ублюдков, которые два часа терроризировали Стэнли Кента, а потом поставили его на колени и пустили две пули в затылок.

– Но ведь речь идет о национальной безопасности, Гарри. Совсем другая ситуация. Угроза слишком велика. Нужен общественный порядок.

Казалось, Феррас цитирует то ли учебник из академии, то ли некий кодекс тайного общества. Босху было все равно. Он действовал по собственным правилам.

– Общественный порядок начинается с того бедняги на смотровой площадке. Если мы забудем о нем, то все остальное не имеет значения.

Феррас заметно нервничал. Он схватил солонку, покрутил ее в руках и рассыпал содержимое по столу.

– Никого не забудут, Гарри. Проблема в приоритетах. Я уверен, что на собрании все утрясется. С нами обязательно поделятся информацией, касающейся убийства.

Босха охватило разочарование. Он пытается научить сопляка чему-то стоящему, а тот не слушает.

– Я тебе расскажу о том, как федералы делятся информацией, – ответил Гарри. – Когда дело касается информации, ФБР жрёт, как слон, а срёт, как мышь. Ты что, не врубаешься? Никакого заседания не будет. Они его придумали, чтобы попридержать нас до девяти, а сейчас уже до десяти часов. По их замыслу полицейские должны считать себя важными фигурами, играющими ключевую роль. Потом мы туда приедем, а они скажут, что заседание снова отложили. И так будут повторять одно и то же до тех пор, пока не придумают что-нибудь новенькое. В реальности же мы окажемся за бортом, а они сбегут через заднюю дверь.

Феррас кивнул, будто отнесся к словам напарника очень серьезно. Но заговорил совсем о другом.

– И все же не стоило лгать про свидетеля. Он может принести большую пользу. Пусть сравнят свои сведения с его показаниями. Что плохого, если мы скажем, где он? Не исключено, что у них получится лучше, чем у нас. Кто знает?

Босх категорически отверг предложение Ферраса:

– Ни за что. Не сейчас. Свидетель наш, и мы его не отдадим. Мы его обменяем на участие в деле и информацию или будем держать у себя.

Официантка принесла тарелки, взглянула на соль, рассыпанную по столу, потом на детективов.

– Гарри, так не годится. Почему бы тебе не научить парня хорошим манерам?

– Как раз этим и занимаюсь, Пегги. Но молодежь ничему не хочет учиться.

– Совершенно с тобой согласна.

Женщина отошла от столика, и Босх сразу же накинулся на еду, держа вилку в одной руке и ломтик тоста в другой. Он изрядно проголодался и понимал, что ближайшие несколько часов им предстоит провести на ногах. Вряд ли скоро выпадет свободная минута, чтобы позавтракать.

Не успел Гарри съесть и половину яичницы, как в кафе вошли четверо мужчин в темных костюмах. По манере держаться и походке Босх безошибочно определил в них федеральных агентов. Не сказав ни слова, они разделились по двое и направились в разные стороны от двери.

За столиками кафе в ранний час находилось не более десятка посетителей – в основном стриптизерши со своими сутенерами, возвращавшиеся из ночных клубов, которые закрывались в четыре утра. Эти голливудские ночные пресмыкающиеся набивали животы, прежде чем отправиться спать. Босх спокойно продолжил трапезу, исподволь наблюдая, как люди в костюмах останавливаются у каждого столика, показывают значки и просят предъявить водительские права. Феррас так увлекся выдавливанием острого соуса на яичницу, что не замечал ничего. Гарри попросил его обратить внимание на агентов.

Усталые или еще непротрезвевшие люди за столиками без всяких возражений подчинялись требованию показать документы. Одна девушка с выбритой на голове молнией попыталась было дерзить, но агенты ФБР искали юношу, поэтому они терпеливо пропустили ее высказывания мимо ушей и стали проверять ее дружка с такой же экстравагантной прической.

Наконец двое агентов добрались до столика в углу. Они показали значки и представились как агенты ФБР Рональд Лунди и Джон Паркин. На пожилого Босха они не обратили никакого внимания, а Ферраса попросили предъявить водительские права.

– Кого вы ищете? – поинтересовался Босх.

– Вопрос не к нам, сэр. Мы просто проверяем документы.

Феррас открыл книжечку с полицейским жетоном. На одной стороне футляра располагалась его фотография и личный номер, на другой – значок детектива. Агенты удивленно переглянулись.

– Очень интересно, – произнес Босх. – Раз вы проверяете документы, значит, вам известно имя. Но имени свидетеля агенту Бреннеру я не сообщал. Просто удивительно. Скажите, ваши парни установили «жучок» на компьютере или прямо в у нас в отделе?

Лунди, очевидно, старший в группе, с неприязнью посмотрел на Гарри. В глазах его промелькнуло раздражение.

– Кто вы такой? – спросил агент.

– Вам предъявить водительские права? Я уже давно не похож на двадцатилетнего мальчишку, но спасибо за комплимент.

Босх вытащил свой жетон и, не открывая, передал Лунди. Агент развернул книжечку и внимательно изучил содержимое, сознательно затягивая время.

– Иероним Босх, – прочитал он имя под фотографией. – Кажется, был такой отвратительный художник, малевал какой-то ужас. Или я путаю его с биржевым дельцом, о котором писали вчера в вечерних газетах?

Босх улыбнулся в ответ.

– Знающие люди считают этого художника величайшим мастером эпохи Возрождения, – заметил он.

Лунди швырнул жетон прямо в тарелку Гарри. Босх еще не успел доесть яичницу, но, к счастью, желтки были пережарены.

– Мне непонятно, в какую игру вы играете, Босх. Где Джесси Митфорд?

Гарри выудил значок из тарелки и салфеткой очистил его от остатков яичницы. Не торопясь убрал книжечку в карман и только потом поднял глаза на Лунди.

– А кто такой Джесси Митфорд?

Лунди наклонился и положил обе ладони на стол.

– Вы чертовски хорошо знаете, кто он такой. Мы должны задержать его.

Босх добродушно улыбнулся. Ситуация принимала неожиданный оборот.

– Поговорим о Митфорде и обо всем остальном на заседании в десять. Сразу после того, как я опрошу партнера Кента и его жену.

В ухмылке Лунди не было ни дружелюбия, ни юмора.

– Знаешь что, приятель? Когда вся эта история закончится, тебе самому понадобится возрождение.

Босх снова улыбнулся:

– Встретимся в десять, агент Лунди. А сейчас позвольте нам закончить завтрак. Отправляйтесь донимать кого-нибудь другого.

Босх взял нож и принялся намазывать на последний кусочек тоста клубничный джем из пластиковой баночки. Лунди выпрямился и ткнул пальцем в грудь детектива:

– Берегись, Босх.

С этими словами он развернулся и направился к выходу. На ходу он помахал рукой остальным агентам, указывая на дверь. Гарри следил, как они уходят.

– Спасибо, что предупредил, – произнес он.

Глава одиннадцатая

Солнце еще не взошло над горизонтом, но рассвет постепенно завладевал небом. На площадке Малхолланд не осталось никаких признаков ночного происшествия. Даже мусор, который полицейские обычно бросали на месте – резиновые перчатки, пластиковые чашечки для кофе, желтая ограничительная лента, – куда-то исчез, будто его унесло ветром. Все выглядело так, словно Стэнли Кента и не убивали, а его безжизненное тело никогда не лежало на уступе, с которого открывается такой замечательный вид на город. За то время, пока Босх носил жетон детектива, он расследовал сотни убийств. И всегда удивлялся, как быстро город залечивает раны – по крайней мере внешне – и продолжает жить своей жизнью как ни в чем не бывало.

Гарри топнул ногой по мягкой рыжеватой земле и посмотрел, как ветерок уносит пыль на деревья под обрывом. Он принял решение и уверенно направился к автомобилю. Феррас посмотрел ему вслед.

– Что ты собираешься делать? – спросил Игнасио.

– Хочу сесть в машину. Если ты едешь со мной, милости прошу.

Феррас замешкался, потом поспешил за напарником. Они сели в «краун-викторию» и выехали на Эрроухед-драйв. Босх знал, что Алисия Кент находится у федералов, но связка ключей из «порше» ее мужа осталась у него в кармане.

Автомобиль ФБР, который детективы заметили десять минут назад, когда ехали на площадку, все еще стоял возле дома Кентов. Босх свернул на обочину, вылез из машины и решительно направился к входной двери, не обращая внимания на фэбээровцев, даже когда сзади раздался стук хлопнувшей дверцы. Гарри удалось подобрать нужный ключ и вставить его в скважину до того, как за спиной раздался голос.

– ФБР. Не двигаться! Гарри взялся за ручку.

– Не открывайте дверь!

Босх обернулся и посмотрел на приближающегося к нему человека. Гарри знал, что наблюдать за домом поручают агенту, занимающему самую нижнюю ступень тотемного столба отдела тактической разведки. Из создавшегося положения можно было извлечь выгоду.

– Особый отдел по убийствам, управление полиции Лос-Анджелеса, – объявил он. – Мы хотим закончить осмотр.

– Нельзя, – возразил агент. – Расследование перешло под юрисдикцию ФБР, и далее все действия будут координироваться нами.

– Извини, приятель, извещения мне не присылали, – парировал Босх. – Посторонись.

Он повернулся к дому.

– Не открывайте дверь! – повторил агент. – Это вопрос национальной безопасности. Вы можете справиться у своего начальства.

Босх усмехнулся.

– Начальство есть у тебя. У меня – подчиненные.

– Не важно. В дом вы не войдете.

– Гарри, – вмешался Феррас. – Может лучше… Босх отмахнулся, прерывая его. Сейчас нужно добить

агента.

– Прошу предъявить документы, – потребовал он.

Фэбээровец с возмущенным выражением лица выудил из кармана пиджака свой значок. Открыв книжечку, протянул ее к глазам детектива. Босх только этого и ждал. Схватив агента за запястье, он молниеносно вывернул ему руку. Федерал по инерции проскочил вперед, и Босх тут же прижал предплечьем его голову к двери. Гарри крепко сжимал кисть агента, в которой тот по-прежнему держал документы.

Фэбээровец попытался сопротивляться и протестовать, но было уже поздно. Навалившись всем телом и не давая агенту оторваться от двери, Гарри свободной рукой стал хлопать его по бокам. Обнаружив наручники, ловко снял их с ремня агента и тут же надел на владельца.

– Гарри, что ты вытворяешь? – завопил Феррас.

– Я тебе уже говорил. Нас никто не остановит. Защелкнув наручники за спиной представителя ФБР,

Гарри выхватил его удостоверение. Открыв книжечку, прочел имя. Клиффорд Максвелл. Босх развернул пленника к себе и засунул документы в боковой карман его пиджака.

– Твоей карьере конец, – спокойно произнес Максвелл.

– Не твое дело, – бросил в ответ Босх. Максвелл перевел взгляд на Ферраса:

– Если ты сейчас не вмешаешься, считай, и с тобой тоже покончено, – предупредил он. – Не делай глупостей.

– Заткнись, Клифф! – рявкнул Гарри. – Подумай лучше, что будет с тобой, когда ты вернешься в свою тактическую разведку и там узнают, как ты позволил двум неотесанным мужланам из полиции надеть на себя браслеты.

После такого замечания Клифф замолчал. Босх повернул ключ в замке и втолкнул агента внутрь дома. В гостиной он грубо усадил его на старенькое кресло.

– Отдыхай, – усмехнулся Гарри. – И не вздумай открывать рот.

Распахнув пиджак Максвелла, детектив посмотрел, где тот носит оружие. Пистолет висел в кобуре слева. Со скованными за спиной руками достать его невозможно. Босх присел и ощупал ноги агента, проверяя, не припрятано ли там что-нибудь еще. Удовлетворив интерес, Гарри отошел назад.

– Можешь расслабиться, – сказал он. – Мы скоро вернемся.

Босх направился в коридор, жестом призывая напарника следовать за собой.

– Начинай с кабинета, а я осмотрю спальню, – распорядился он. – Прочесываем все подряд. Когда найдешь, сам поймешь, что нам нужно. Проверь компьютер. Если будет хоть что-то необычное, доложи мне.

– Гарри!

Босх остановился на полпути и обернулся к Феррасу. Он мог побиться об заклад, что молодой напарник струхнул. И все же, хотя Максвелл, наверное, все слышал, Гарри позволил ему высказаться.

– Нельзя так себя вести, – заявил Феррас.

– А как иначе, Игнасио? Полагаешь, что нужно все пустить по официальным инстанциям? Будем попивать кофе и ждать, пока наш шеф не поговорит со своим начальником, а тот еще с кем-то, вместо того чтобы заниматься своей работой?

Феррас показал пальцем на гостиную, в которой сидел агент ФБР.

– Я понимаю, что нужно торопиться, – произнес он. – Но не думаешь же ты, что он спустит дело на тормозах? У нас отберут значки, Гарри. Мы все готовы исполнять свой долг, но не таким же способом!

Феррас сказал «мы». Это понравилось Босху и придало ему спокойствия. Он терпеливо шагнул к напарнику и положил ему руку на плечо. Понизив тон, чтобы в гостиной их не подслушал Максвелл, Гарри проговорил:

– Послушай меня, Игнасио. С тобой вообще ничего не случится. Абсолютно ничего, понял? Я кручусь в полиции давно и знаю, как работает Бюро. Даже моя бывшая жена служила у них, черт побери! И одно я знаю наверняка – ФБР не может попасть в неловкое положение, это у них задача номер один. Такой философии обучают в Квонтико, и она пронизывает их до мозга костей – будь то простой агент или старший офицер. Бюро никогда не попадает в неловкое положение, и все тут! Следовательно, после того как мы сюда приехали и нацепили браслеты на нашего приятеля, он ни единой живой душе не проболтается даже о том, что мы здесь появлялись, не говоря уже обо всем остальном. Как думаешь, почему его посадили дежурить у дома? Потому что он фэбээровский Эйнштейн? Как бы не так. Просто они не знают, в какую дыру его засунуть. Парень не сделает и не скажет ничего такого, за что можно получить по шапке.

Босх выдержал паузу, предоставляя Игнасио возможность высказаться, но тот промолчал.

– Давай-ка побыстрее осмотрим дом, – продолжил Гарри. – Когда я ночью приезжал сюда, все крутилось вокруг вдовы и ее самочувствия, а потом мы уехали в клинику Святой Агаты. Не хочу слишком торопиться, но и терять времени тоже нельзя, понимаешь? Нужно осмотреть дом при свете дня и найти улики. Таков мой стиль работы. Ты даже не представляешь, что порой удается обнаружить. Запомни, всегда будут возникать несоответствия. Убийцы оставили где-то в доме следы, и я уверен, что криминалисты их пропустили. Обязательно найдется что-то противоречащее обычному порядку. Наша задача – искать любые странности. Феррас послушно кивнул:

– Хорошо, Гарри.

Босх похлопал его по плечу:

– Отлично. Я иду в спальню, а ты осмотри кабинет.

Босх направился по коридору к спальне и стоял уже в дверном проеме, когда Феррас снова позвал его. Гарри обернулся в сторону кабинета. Напарник замер возле рабочего стола.

– А где компьютер? – спросил Феррас. Босх разочарованно покачал головой:

– Они его увезли.

– ФБР?

– А кто еще? В списке изъятых вещей компьютера нет, только мышка… Тогда осмотрись, поищи в столе. Может, что-нибудь попадется. Мы ничего изымать не будем, просто поглядим.

Босх вошел в спальню хозяев. Со времени ночного визита в ней ничего не изменилось. В воздухе до сих пор стоял запах мочи, впитавшейся в толстый матрас.

Гарри подошел к журнальному столику, стоявшему слева от кровати. На ручках двух ящиков и на всех плоских поверхностях виднелся черный порошок для поиска отпечатков пальцев. На самом столе находились лампа и фотография Алисии и Стэнли Кента в рамочке. Босх взял в руки снимок. Супруги сфотографировались у цветущего куста розы. Лицо Алисии было перепачкано грязью, но она счастливо и гордо улыбалась. Босх не сомневался, что розу вырастила она сама, потому что позади на снимке виднелись похожие кусты. Вверху на холме вырисовывались три первых буквы надписи «ГОЛЛИВУД». Гарри догадался, что чета Кентов сделала снимок во дворе собственного дома. Увы, больше счастливых семейных фотографий у них не будет.

Босх поставил рамку на место и один за другим начал открывать ящики. Все они до самого верха были заполнены личными вещами Стэнли. Очки для чтения, книжки и какие-то бутылочки с лекарствами. Нижний ящик оказался пуст, и Гарри вспомнил, что здесь погибший хранил пистолет.

Детектив задвинул ящик и отошел в угол комнаты к столу. Он искал точку, с которой можно взглянуть на место преступления по-другому. Сейчас пригодились бы фотографии комнаты, но Гарри оставил их в машине вместе с папкой.

Он вышел в коридор и направился к входной двери. Переступил порог гостиной и увидел, что Максвелл валяется на полу перед креслом, в котором его оставили. Агенту удалось сдвинуть скованные руки на бедра. Запястья оказались прямо под согнутыми коленями – пошевелиться он не мог. Лицо фэбээровца покраснело от натуги и покрылось капельками пота.

– Я застрял, – прохрипел Максвелл. – Помоги мне. Босх едва сдержал смех.

– Подожди.

Он вышел на улицу и взял из машины папку с отчетом об осмотре места преступления и фотографиями. Туда же Гарри еще в участке добавил снимок Алисии Кент, отправленный по электронной почте.

Он вернулся в дом и пересек гостиную. Максвелл жалобно простонал:

– Старина, помоги же мне.

Босх проигнорировал просьбу. Он прошел по коридору и мимоходом заглянул в кабинет. Феррас копался в ящиках стола, складывая в кучу вещи, которые хотел осмотреть внимательнее.

В спальне Босх оставил в руках лишь распечатанный снимок Алисии, а остальные бросил на кровать. Сверяясь с фотографией, определил точку, из которой был сделан снимок. Затем, подойдя к шкафу с зеркалом, приоткрыл дверцу, чтобы все совпадало с изображением. Заметив на снимке белый махровый халат, наброшенный на спинку кресла в углу комнаты, Гарри отыскал его на вешалке и разместил в таком же положении.

Детектив приводил комнату в первоначальное состояние. Он присматривался к каждой мелочи, надеясь, что выскочит не замеченная ранее деталь и подскажет нечто важное. Гарри обратил внимание на неработающие часы на столике и сравнил их с фотографией. На картинке часы тоже ничего не показывали.

Он подошел к столику, нагнулся и осмотрел заднюю панель часов. Шнур был выдернут из розетки. Гарри склонился над столиком и вставил вилку. На цифровом экране замигали красные цифры 12.00. Часы исправны. Их нужно просто настроить.

Босх подумал и решил, что обязательно спросит о часах Алисию Кент. Не исключено, что часы отключили бандиты, побывавшие в доме. Вопрос – зачем? По-видимому, не хотели, чтобы жена Кента знала, сколько времени прошло, пока она лежала связанной.

Оставив часы в покое, детектив вернулся к кровати, открыл папку и вытряхнул снимки, сделанные во время осмотра дома. При их изучении выяснилось, что дверца шкафа открыта под другим углом, а белый халат вообще отсутствовал – очевидно, его после спасения надела хозяйка дома. Гарри шагнул к шкафу, подвигал дверцей, сравнивая ее положение с тем, что зафиксировано на фотографиях с места осмотра, потом вернулся к входной двери и еще раз окинул взглядом комнату.

Больше ничего не привлекло его внимания. Несоответствия не проявлялись. У Гарри появилось неприятное чувство, словно он упустил важную деталь, а она сейчас где-то в комнате, прямо перед ним.

Неудача не смутила Босха, а лишь добавила желания действовать еще активнее. Он взглянул на часы. До встречи с федералами, если таковая вообще состоится, оставалось менее трех часов.

Гарри покинул спальню и направился в сторону кухни, осматривая по пути каждую комнату и проверяя все шкафы и ящики. Ничего подозрительного не нашлось. На вешалках в шкафчике, расположенном в спортзале, Босх обнаружил уйму зимней одежды, от которой отдавало затхлым запахом. Семья Кентов явно переселилась в Лос-Анджелес из штата с более холодным климатом. Как и все приезжие, они не захотели расставаться с пожитками. Никто не знает заранее, сколько удастся выдержать в Городе ангелов. Зимние вещи могли пригодиться на случай бегства.

Детектив оставил содержимое шкафчика нетронутым и закрыл дверцу. Прежде чем выйти из зала, он успел заметить на стене рядом с крюками, к которым крепились резиновые тренировочные маты, прямоугольное пятно, немного отличающееся по цвету от общего тона. Небольшие кусочки скотча свидетельствовали о том, что здесь когда-то висел плакат или календарь.

Гарри вернулся в гостиную. Максвелл по-прежнему барахтался на полу в тщетных попытках высвободиться. Ему все же удалось просунуть ногу через петлю наручников. Но дальше дело застопорилось. Теперь агент лежал на покрытом плиткой полу с руками, зажатыми между ног. Босху эта сцена напомнила мучения пятилетнего ребенка, старающегося удержать контроль над мочевым пузырем.

– Мы уже почти закончили, агент Максвелл, – не удержался он от насмешки.

Максвелл не ответил.

Гарри прошел через кухню и черный ход в небольшое патио с садом. При свете дня сад выглядел по-другому. Он располагался на склоне холма, вверх до земляной насыпи поднимались четыре ровных ряда розовых кустов. Некоторые из них цвели, другие – нет. Рядом в земле торчали деревянные рейки и таблички с названиями сортов растений. Босх прошелся по холму между кустиками, полюбовался розами и вернулся в дом.