Текст книги "Феникс в Обсидановой стране"

Автор книги: Майкл Джон Муркок

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 10 страниц)

Глава III
Рейд в Наланарк

Бладрак сообщил мне, что первую экспедицию против Серебряного Воинства они предполагают начать прямо на следующий день. Для нее уже были подготовлены корабли. Ждали только моего прибытия, чтобы тут же выступить. Целью первой атаки был остров Наланарк, расположенный в нескольких милях от Северо-Восточного побережья. Задача состояла не в том, чтобы атаковать Серебряных Воинов, а в том, чтобы освободить пленников, которых те держали на этом острове. Бладрак понятия не имел о том, для чего их там держат, но предполагал, что их заставляют строить корабли и ковать оружие для Серебряного Воинства, которое готовилось в ближайшее время напасть на Южное побережье.

– Откуда вам известно, что они готовятся на вас напасть?

– Мы узнали об этом от тех рабов, которых нам уже удалось освободить. Кроме того, любому, кто побывал в тех краях, сразу становилось ясно, что они планируют нападение на Юг. Что бы вы сами предприняли, граф, если бы сами были завоевателем и вас все время беспокоили налеты из одного и того же района?

– Я бы сам напал на этот район и ликвидировал бы источник беспокойства.

Огромный флот отходил от берега.

Толпа женщин колыхалась на берегу, посылая нам прощальные напутствия. Мы миновали узкий проход и вышли из Алого Фьорда в открытое море.

Вначале флот никак не мог построиться в походный порядок, поскольку цапли путались в своих постромках. Но потом, когда их распутали, корабли взяли курс на север.

Бладрак напевал под нос какой-то древний гимн. Сомневаюсь, что он знал, что это за гимн и для чего предназначен. Но, кажется, он был в самом превосходном расположении духа, хотя никакого четкого плана атаки у него не было, если не считать общего замысла – добраться до острова и каким-нибудь образом эвакуировать оттуда пленных.

Я предложил ему свой план нападения. Он выслушал меня с большим интересом.

– Ну что ж, отлично, – сказал он. – Именно так мы и поступим!

План был достаточно простой, но, не имея понятия о Серебряном Воинстве, я вовсе не был уверен в его реальности.

Некоторое время мы стремительно неслись вперед, скользя полозьями наших плотов по вязким волнам.

Затем впереди, прямо по курсу, из полумрака возник большой остров.

Бладрак отдал распоряжение группе судов, возглавлявших нашу флотилию:

– Подойдите к ним вплотную, обстреляйте и тут же назад! Постарайтесь увлечь их за собой и оттянуть как можно дальше от острова. А мы пока заберем всех пленных на борт.

В этом и заключался мой план. И я молился, чтобы он оказался осуществимым.

Воины на первом плоту дали понять, что принимают приказ Бладрака к исполнению. Первая группа плотов устремилась к острову, в то время как остальные замедлили ход и легли в дрейф под прикрытием густого тумана. Вскоре мы услышали крики и звуки борьбы, затем увидели наши суда, быстро уходящие прочь от острова. За ними в погоню устремились более тяжелые и крупные суда, первые настоящие корабли, которые я здесь видел, они не скользили по поверхности волн, а разрезали их. Правда, с такого расстояния мне не было видно, что приводит их в движение.

Теперь настала очередь действовать.

Остров Наланарк все приближался и увеличивался в размерах. Уже были видны некоторые дома, обычные дома, возвышавшиеся в разных его частях. Вероятно, Серебряные Воины не привыкли строить так, как обычно строили здесь, вырубая помещения прямо в скале.

Здания были квадратные и приземистые. В окнах был виден очень слабый свет. Они располагались вниз по склону горы, а самое большое из них занимало доминирующее положение на ее вершине. А в самом низу склона виднелись знакомые отверстия пещер.

– Там они и держат рабов, – сказал Бладрак. – Они там же и работают – строят корабли и куют оружие, пока не умрут. Тогда их заменяют новыми. Там и мужчины, и женщины, всех возрастов. Их почти не кормят. Потому что рабов у них более чем достаточно. Думаю, что Серебряное Воинство и нам предназначило такую же судьбу – после того как они завоюют весь наш мир.

Я был вполне готов верить Бладраку. Но однажды меня уже обманули: призвали на помощь и убедили в том, что те, с кем призвавшие меня сражаются, суть воплощение зла. Лишь позднее я понял, что элдрены сами были жертвой агрессии. И теперь хотел разобраться, что из себя представляют Серебряные Воины и каковы их цели.

Цапли подтянули наши суда к самому берегу, и мы начали высадку на остров, сразу же направившись к пещерам у подножия горы.

Мне уже было ясно, что почти все Серебряные Воины отправились в погоню за первой группой наших плотов, завязавшей бой. Во второй раз нам, конечно, такой прием использовать не удастся, в этом я полностью отдавал себе отчет.

Мы почти бегом приблизились к пещерам и проникли внутрь. Первое, что я увидел, были воины.

В среднем они достигали в высоту футов семи, но были очень худые, просто тощие, с длинными руками и ногами и узкими черепами. Кожа у них на самом деле оказалась белой, но с легким серебристым оттенком. Их тела были полностью прикрыты латами, причем впечатление было такое, что латы цельные, а не из отдельных частей, ибо я не заметил никаких швов или соединений. Головы были защищены плотно прилегающими шлемами. Вооружены они были длинными алебардами, увенчанными прямым обоюдоострым лезвием. Увидев нас, они тут же устремились в атаку, опустив свои алебарды. Но управлялись они с этим оружием довольно неумело, и я подумал, что они, видимо, привыкли совсем к другому оружию.

Мы же были вооружены тем, что, как уверял Бладрак, является единственным эффективным средством против Серебряного Воинства, латы которого пробить невозможно, а они, в свою очередь, испепеляют любого, кто к ним прикоснется.

Это наше оружие состояло из крупноячеистых сетей, которые мы и набросили на них, как только они приблизились. Сети облепили их тела, сковывая движения и не давая освободиться.

Покончив с охраной, мы осмотрели пещеры. Я был поражен тем, в каких ужасных условиях трудились здесь мужчины, женщины и дети – голые, истощенные, грязные.

– Быстро! – скомандовал я. – Выводите всех наружу – и на корабли!

Один из Серебряных Воинов, который как-то умудрился не попасть в сети, бросился на меня, выставив вперед алебарду. Я отбил удар своим боевым топором и, совсем забыв о предупреждении Бладрака, нанес ему удар.

Серебряный Воин рухнул как подкошенный. Но меня самого мощным толчком отбросило назад.

Я в недоумении смотрел на упавшего. Я понял, что меня отбросило – сильный разряд электрического тока!

А Бладрак и его воины уже выводили рабов наружу и тащили их к нашим судам.

Я посмотрел на большое здание на вершине горы. Вдруг рядом с ним мелькнул какой-то серебристый силуэт, и я узнал знакомые пузыреобразные доспехи Ровернарка.

Движимый любопытством и совершенно забыв о возможной опасности, я двинулся вверх, прикрываясь стенами однообразных, невыразительных строений.

Человек, что стоял у окна наверху, видимо, не подозревал, что его можно разглядеть снизу. Он яростно жестикулировал, указывая на Бладрака и его воинов, уводивших рабов на пристань.

Потом я услышал его голос.

Слов я не разобрал, но сам голос был мне более чем знаком.

Я подобрался ближе, желая воочию убедиться в том, о чем сообщили мне уши.

Теперь я ясно видел лицо этого человека.

Епископ Белпиг собственной персоной. Все мои подозрения в отношении него подтвердились.

– Вы что, не понимаете? – орал он. – Этот проклятый пират Бладрак не только лишит нас рабочей силы! Он ведь половину этих рабов превратит в солдат – и выставит против вас же!

Ему что-то ответили, и отряд Серебряных Воинов бросился вниз по склону холма. Они тут же заметили меня – и сразу повернули в мою сторону, угрожающе выставив вперед алебарды.

Я повернулся и побежал. Судно Бладрака уже отчаливало.

– А мы уж думали, что вы погибли, сэр Герой, – улыбнулся он. – Куда это вы вдруг пропали?

– Подслушивал чужие разговоры, – ответил я.

Алебарды, которые метали в нас Серебряные Воины, дождем падали вокруг, но мы скоро были вне их досягаемости.

– Они уже не успеют вытащить свои тяжелые орудия, – сказал Бладрак. – Все получилось просто отлично! Ни один из наших даже не ранен. И рабов мы всех освободили, – он махнул рукой в сторону набитых людьми плотов. И только потом до него дошло то, что я сказал.

– Вы подслушали чей-то разговор? И что же вы узнали?

– Я узнал, что Ровернарком правит человек, который принесет этому городу погибель.

– Белпиг?

– Именно. Он там, наверху. И, несомненно, с командиром Серебряного Воинства. Теперь я понял, какова была истинная цель затеянной им «охоты». Он хотел избавиться от меня, опасаясь, что я могу оказать вам помощь в борьбе против его союзников. Кроме того, ему нужно было тайно встретиться с Серебряными Воинами.

Бладрак лишь пожал плечами:

– Я всегда подозревал, что с ним что-то нечисто… у них не осталось ничего святого, у этих неженок из Ровернарка…

– Может быть, за исключением Светского Владыки, Шаносфейна. Однако ни один человек не заслуживает той участи, какая досталась этим несчастным, – я ткнул пальцем в изможденных, покрытых грязью бывших рабов Серебряного Воинства.

– Что мы теперь предпримем, граф Урлик?

– Надо подумать, сэр Бладрак.

Он посмотрел на меня долгим, тяжелым, изучающим взглядом. Затем тихо спросил:

– Вы уверены, что еще не пришло время взять в руки ваш Меч?

Я отвел глаза и уставился в морскую даль.

– Я вовсе не говорил, что когда-нибудь вообще возьму его.

– В таком случае, полагаю, долго нам не продержаться.

Глава IV
Хозяйка Чаши

Итак, мы вернулись в Алый Фьорд. Освобожденные рабы с удивлением озирались вокруг, пока наши суда подходили к берегу, окутанному розовым светом, исходящим от источенного пещерами дальнего берега фьорда.

– Удвойте стражу, – приказал Бладрак одному из своих помощников. Затем добавил, задумчиво крутя золотой браслет на руке:

– Белпиг знает, где находится Алый Фьорд. Он наверняка попробует отомстить за наш набег.

Усталые после похода, мы разошлись по своим комнатам. Приятные веселые женщины принесли нам вино и мясо. В Алом Фьорде было много жилых помещений, так что освобожденных рабов было где разместить. Бладрак, впрочем, все время хмурился.

– Вы все еще размышляете о Черном Мече? – спросил я его.

– Нет, – отвечал он. – Предоставляю вам о нем размышлять. Я думаю о том, что нам может принести измена Белпига. У нас иногда такое бывало, что кто-нибудь – мужчина или женщина – вдруг выражал желание покинуть Алый Фьорд и перебраться в Ровернарк. Им казалось, что там они найдут большее понимание и больше развлечений… Мы, конечно, никому не препятствовали, так что теперь в Ровернарке много бывших наших…

– Вы хотите сказать, что Белпигу могут быть известны некоторые ваши планы?

– Вы говорили мне, что его очень обеспокоил звон колокола в море. Ясно, что он все о вас знает, и о Хозяйке Чаши тоже. Ясно также, что он намеревался вас совратить и перетянуть на свою сторону, пока вы были в Ровернарке. А когда это ему не удалось…

– Он устроил мне ловушку. Но теперь-то он уже знает, что я с вами.

– Именно. И он сообщит об этом своим чужеземным хозяевам. Как вы думаете, что они предпримут?

– Они попытаются нанести нам удар, пока мы еще не очень сильны.

– Совершенно верно. Но куда они нанесут первый удар – по Алому Фьорду или по Ровернарку и другим городам дальше по побережью?

– Им, конечно, легче будет сначала захватить города побережья, мне так кажется. А уж потом они сосредоточат все свои силы против Алого Фьорда.

– Мне тоже так кажется.

– Так что теперь нам самим надо решать – оставаться здесь и готовиться к осаде или отправляться на помощь Ровернарку и другим городам.

– Трудный вопрос! – Бладрак поднялся из-за стола и пригладил свои рыжие волосы. – Видимо, нам надо посоветоваться с тем, кто может на него ответить.

– У вас есть здесь ученые? Философы? Или стратеги?

– Не совсем так. Но мы можем обратиться к Хозяйке Чаши.

– Так она обитает в Алом Фьорде? Я и не знал…

Он улыбнулся и покачал головой:

– Нет. Но она иногда появляется здесь.

– Мне бы хотелось встретиться с этой женщиной! Помимо всего прочего, она, кажется, в известной степени несет ответственность за то, что со мной происходит.

– Тогда идемте со мной.

Бладрак пошел вперед, указывая мне путь, по узкому длинному коридору, ведущему в глубь горы. Пол коридора по мере продвижения все круче опускался вниз.

Вскоре мои ноздри почувствовали сильный запах морской воды, и я заметил, что стены коридора буквально сочатся влагой. Я понял, что мы спустились ниже уровня моря.

Коридор расширился, и мы вступили в огромную пещеру. С потолка ее спускались сталактиты молочно-голубого, зеленого и желтого оттенков. От них исходило слабое сияние, и наши тени плясали по грубо отесанным стенам пещеры. В центре ее на довольно ровном базальтовом полу стоял небольшой жезл в половину человеческого роста высотой. Он был абсолютно черного цвета и совершенно матовый. В сиянии сталактитов он отсвечивал темно-синим. Более в пещере не было ничего.

– Что это за жезл? – спросил я.

– Я не знаю, – ответил Бладрак. – Он всегда здесь был, еще до того, как наши предки пришли в Алый Фьорд.

– Он имеет какое-нибудь отношение к Хозяйке Чаши?

– Думаю, что имеет, потому что именно здесь она является нам.

Он огляделся по сторонам, как мне показалось, несколько нервно. Затем тихо произнес:

– Миледи?

Одно лишь слово, но тотчас в ответ раздался высокий вибрирующий звук, словно исходивший откуда-то из воздуха. Сталактиты тоже завибрировали. Я успел подумать, что они могут обвалиться и рухнуть прямо нам на голову. Жезл, стоявший посредине пещеры, как мне показалось, слегка изменил свой цвет, но это могло быть просто результатом вибрирующего света. Звук усилился и стал похож на крик человека. И тут я узнал его сам, вздрогнул и заморгал: мне показалось, что у меня перед глазами вновь возникла та золотая чаша. Я повернулся было к Бладраку, но застыл на месте.

Передо мной вся в золотом сиянии стояла женщина. Ее одежды, ее волосы – все было золотистым, а руки скрыты золотыми перчатками, и на лицо опущена золотистая вуаль.

Бладрак опустился на колени.

– Миледи, мы вновь нуждаемся в вашей помощи.

– Моей помощи? – Голос ее звучал нежно и мелодично. – Когда к вам наконец присоединился Великий Герой Урлик?

– Я не владею даром предвидения, о миледи, – произнес я. – Вы же, как считает Бладрак, им владеете.

– Власть моя ограниченна, а кроме того, мне нельзя говорить вам обо всем, что я вижу. Что бы вы хотели узнать, Герой?

– Пусть Бладрак сам скажет.

Бладрак поднялся на ноги. Он в нескольких словах обрисовал сложившееся положение и наши проблемы. Должны ли мы поспешить на помощь Ровернарку и другим городам? Или лучше ждать нападения Серебряного Воинства здесь?

Хозяйка Чаши некоторое время размышляла. Затем произнесла:

– Чем меньше людей будет убито в этой войне, тем лучше. Мне кажется, что чем скорее все это закончится, тем меньше народу погибнет.

– Но Ровернарк сам навлек на себя эту беду! – Бладрак даже руками взмахнул от негодования. – Кто может сказать, сколько у Белпига сейчас воинов? Может, город падет и без кровопролития…

– Кровопролития все равно не избежать, не сейчас, так позднее, – сказала Хозяйка Чаши. – Белпиг стремится уничтожить все, чему не доверяет…

– Да, это так… – пробормотал задумчиво Бладрак.

– А эти Серебряные Воины смертны? Их можно убить? – спросил я таинственную женщину. – А то мы в крайне затруднительном положении…

– Нет, их убить нельзя, – ответила она. – По крайней мере, вашим оружием.

Бладрак пожал плечами:

– Значит, я должен рисковать своими воинами, чтобы помочь этим ничтожествам из Ровернарка! Я вовсе не уверен, что мои люди готовы идти на смерть ради этого!

– Но ведь многие из них отнюдь не ничтожества! – возразила она. – Что вы скажете о лорде Шаносфейне? Если Белпиг захватит всю власть над Ровернарком, Шаносфейну будет грозить огромная опасность!

Я должен был признать, что Шаносфейну действительно грозит опасность и что этот странный, отрешенный от мира Светский Владыка заслуживает того, чтобы его спасли.

Потом она вдруг спросила:

– Как по-вашему, Светский Владыка – хороший человек?

– Несомненно, – ответил я. – Очень хороший!

– В таком случае, я думаю, он вам очень скоро понадобится.

– Может, мы успеем в Ровернарк до того, как Белпиг покончит со своими делами на Наланарке? – предположил я. – Мы могли бы эвакуировать население до того, как на город нападут Серебряные Воины.

– Белпиг уже, несомненно, покончил со всеми делами на Наланарке, – заметил Бладрак. – И поскольку он уже знает, что нам известно о его союзе с Серебряным Воинством, то не станет терять времени.

– Да, вы правы.

– И только Черный Меч может поразить Белпига! – произнесла Хозяйка Чаши. – Черный Меч, которым вы теперь владеете, граф Урлик!

– Я не возьму его в руки! – сказал я.

– Возьмете, – воздух заколебался, и она исчезла.

Я узнал этот голос и этот тон. Никакой угрозы, только уверенность и убежденность. Я уже слышал его перед тем, как меня заманили на остров.

Я потер лицо ладонями и сказал как бы про себя:

– Я был бы очень признателен, если бы мне наконец предоставили возможность самому распоряжаться своей судьбой. К чему бы это ни привело.

– Пошли, – сказал мне Бладрак.

Я последовал за ним, все еще погруженный в невеселые размышления. Все вокруг как будто сговорились заставить меня поступать так, как мне совершенно не хотелось. Все мои инстинкты восставали против такого насилия. Но, может быть, мои инстинкты направляли меня по ложному пути…

Мы поднялись обратно в апартаменты Бладрака. А там нас уже ждал только что прибывший гонец.

– Господин, флот Серебряного Воинства уже покинул гавань и плывет теперь прямо на юг, – сообщил он.

– По направлению?.. – спросил Бладрак.

– По направлению к Ровернарку, мне кажется.

Бладрак развел руками:

– Так. Я вижу, мы зря теряли время. Мы уже не успеем в Ровернарк до их прибытия. Но, с другой стороны, это может быть просто уловка, чтобы заставить нас покинуть Алый Фьорд. Насколько я понимаю, они на самом деле стремятся выманить нас отсюда, чтобы второй их флот напал на Алый Фьорд в наше отсутствие. – Он насмешливо посмотрел на меня. – Мы по-прежнему в весьма затруднительном положении, граф Урлик.

– Хозяйка Чаши, как мне показалось, намекала, что в наших интересах спасти Шаносфейна, – сказала я. – По крайней мере, нам не следует забывать о нем.

– Рисковать целым флотом ради одного человека! – Бладрак рассмеялся. – Ну нет!

– Тогда я отправлюсь один.

– И ничего не добьетесь. Вы просто погибнете – и у нас больше не будет Героя.

– Этот ваш Герой, мой милый Бладрак, пока что сделал для вас крайне мало, практически ничего.

– Ваша роль еще не совсем понятна…

– Уже понятна. Я испытываю огромное уважение к Шаносфейну. И мне невыносима мысль, что он погибнет от рук Белпига!

– Я вас понимаю. И все же риск слишком велик, граф Урлик!

– Ничего. Я могу себе это позволить. Особенно если у меня будет союзник.

– Союзник? Я не могу оставить мой народ и отправиться с вами…

– Я говорю не о вас, Бладрак. Я считаю, что вы должны оставаться здесь, со своим народом. Я имел в виду не человека.

Он в изумлении уставился на меня:

– Не человека? Значит, потусторонние силы?

Меня вдруг наполнило странное чувство печали и облегчения одновременно. Мне оставалось теперь только одно. И я принял решение. И тут же понял, что это решение было и уступкой, и проявлением мужества.

– Я имею в виду Черный Меч.

Бладрак посмотрел на меня так, словно с души у него свалилась огромная тяжесть. Он улыбнулся и хлопнул меня по плечу:

– Вот и превосходно! Было бы вопиющей несправедливостью не напоить его кровью, когда представляется такая блестящая возможность!

– Принесите же его! – приказал я.

Глава V
Пробуждение Меча

И мне принесли черный футляр и положили его на стол, вырезанный из цельного куска кварца. У меня в душе по-прежнему бушевали противоречивые чувства, перед глазами все плыло, и я едва мог разглядеть этот ящик.

Я положил руки на его крышку. Она была теплой на ощупь и даже, кажется, чуть подрагивала, словно пульсировала, как будто внутри билось сердце.

Я искоса взглянул на Бладрака. Тот смотрел на меня неотрывно и мрачно. Я попытался поднять крышку.

Она была крепко заперта.

– Не открывается, – сказал я, даже радуясь этому обстоятельству. – Я не могу ее поднять. Возможно, он и не предназначался…

И тут у меня в голове опять возник все тот же громкий речитатив:

ЧЕРНЫЙ МЕЧ ЧЕРНЫЙ МЕЧ ЧЕРНЫЙ МЕЧ

ЧЕРНЫЙ МЕЧ – МЕЧ ГЕРОЯ

СЛОВО МЕЧА – ЗАКОН ДЛЯ ГЕРОЯ

ЧЕРНЫЙ МЕЧ

ЧЕРНЫЙ МЕЧ

ЧЕРНЫЙ МЕЧ

НА КЛИНКЕ МЕЧА – КРОВЬ СОЛНЦА

РУКОЯТЬ МЕЧА И РУКА ГЕРОЯ – ЕДИНОЕ ЦЕЛОЕ

ЧЕРНЫЙ МЕЧ

Бладрак колебался всего секунду, а потом стремительно выбежал из комнаты, плотно закрыв за собой дверь.

Я остался в одиночестве. Передо мной стоял черный футляр, в котором находился Черный Меч. В голове продолжал звучать все тот же речитатив:

ЧЕРНЫЙ МЕЧ

ЧЕРНЫЙ МЕЧ

ЧЕРНЫЙ МЕЧ

ПОДНИМЕШЬ ЧЕРНЫЙ КЛИНОК – И УВИДИШЬ, КАКИМ ПУТЕМ ИДТИ, И ПОДВИГ БУДЕТ СВЕРШЕН, И ЦЕНА УПЛАЧЕНА

ЧЕРНЫЙ МЕЧ

ЧЕРНЫЙ МЕЧ

ЧЕРНЫЙ МЕЧ

– Что ж, прекрасно! – вскричал я. – Я сделаю то, чего от меня требуют! Я снова возьму Черный Меч! И уплачу необходимую цену!

Речитатив перестал звучать.

В комнате установилась мертвая тишина.

Я слышал собственное дыхание. Мои глаза неотрывно смотрели на крышку черного ящика, словно их притягивала непреодолимая сила.

Затем я тихо произнес:

– Приди ко мне, Черный Меч! Мы снова станем единым целым.

Крышка футляра открылась. Дикий торжествующий вой наполнил все вокруг – это был почти человеческий голос, который тут же пробудил во мне все воспоминания о прошлом.

Я был Элриком из Мелнибонэ, и я победил Властелинов Хаоса с помощью своего украшенного рунами меча, который звался Несущий Бурю. Меч этот был в моей руке, и сердце мое трепетало от дикой радости…

Я был Дорианом Хокмуном, и я сражался против Первых Лордов Империи Мрака, а мой меч звался Мечом Зари…

Я был Роландом, гибнущим в Ронсевальском ущелье, и мой меч Дюрандана уложил не менее полусотни сарацин…

Я был Джеремиа Корнелиус, и теперь у меня не было меча, но было странное ружье, которое метало стрелки в преследовавшую меня полубезумную толпу…

Я был Корум-Принц в Алой Мантии, я стремился попасть ко Двору Богов, чтобы добиться отмщенья…

Я был Артос-Кельт, поднявший свой пылающий меч на врагов, напавших на берега моего королевства…

Я был всеми этими людьми и даже больше, а оружием мне служил иной раз меч, иной раз копье, иногда пистолет или ружье… Но у меня всегда было оружие, и всегда этим оружием был Черный Меч в разных его воплощениях или какая-то часть его.

У меня всегда было оружие. Я всегда был воином.

Вечный Герой, Вечный Защитник – и в этом была моя слава и мое проклятие…

Странное чувство овладело вдруг мною – чувство примирения. Я гордился своей Судьбой, своим предназначением.

И все же, почему я столь долго отрекался от всего этого?

И еще я вспомнил огромное сияющее облако. Я вспомнил огромное и тяжкое чувство горя. Я вспомнил, как сам запечатал Меч в этот футляр и поклялся никогда больше не прикасаться к нему. И еще я вспомнил голос и предсказание…

Если отречешься от одной Судьбы – получишь иную, стократ более тяжкую…

– Нет Судьбы более тяжкой! – вскричал тогда я.

Я был тогда Джоном Дэйкером – несчастным, неудовлетворенным, несостоявшимся. И голос призвал меня тогда через тысячелетия, призвал, чтобы выполнить роль Эрекозе…

Преступление же мое состояло в том, что я отрекся от Черного Меча. Но почему, почему я от него отрекся?! Почему всеми силами стремился от него избавиться?!

Почему?

Почему?

Действительно, почему?

И тут из футляра вырвалось странное черное сияние. Меня, словно магнитом, потащило к нему. Я заглянул внутрь, и моему взору представилось знакомое зрелище.

Тяжелый черный двуручный меч. Клинок и рукоять испещрены рунами, недоступными моему пониманию. Головка эфеса – сияющая сфера из черного металла. Длина меча превышала пять футов, а рукоять была достаточно велика, чтобы браться за нее обеими руками.

И руки мои невольно сами потянулись к мечу.

Они коснулись эфеса, и меч тотчас поднялся из ящика и удобно устроился у меня в ладони, издав при этом звук, похожий на довольное урчание кошки.

Я задрожал, но в то же время меня охватило чувство радости.

Только теперь я понял, что означает выражение «злобная радость» – именно ее я сейчас ощущал.

С этим мечом в руках я переставал быть человеком, я превращался в демона.

Я засмеялся. И смех мой потряс стены комнаты. Я взмахнул мечом, и он издал дикий звук, словно зазвучала громкая, нечеловеческая музыка.

Я поднял меч и с силой опустил его на кварцевый стол. Стол раскололся надвое. Осколки кварца брызнули во все стороны.

– Вот он, мой Меч! – воскликнул я. – Мой Холодный Меч! Целый, единый Меч! Мой Черный Меч! И ему нужна пища, его надо напоить кровью!

Где-то в глубине сознания я понимал, что сейчас происходит необычное, редкое явление – я держу в руках не частицу меча, не какое-то воплощение, а сам Черный Меч. Ведь обычно у меня было оружие, которое лишь получало свою силу от Черного Меча, было только одним из воплощений Черного Меча.

Я бросил вызов самой Судьбе, и Судьба отомстила мне. И то, что мне теперь предстояло совершить, можно было свершить лишь с помощью всей силы, всего могущества Черного Меча. Однако я до сего времени не знал, какие новые подвиги мне предстоят.

Отворилась дверь, и в комнату вошла одна из прислужниц Бладрака. Она посмотрела на меня, и лицо ее исказилось от ужаса.

– Мой господин послал меня узнать… – едва успела она произнести, запинаясь, и закричала от страха.

Черный Меч повернулся у меня в руках и чудовищным рывком устремился прямо к ней, волоча меня за собой. Острие вонзилось ей прямо в грудь, проткнув ее насквозь. Она забилась в конвульсиях – чудовищный танец смерти, – пытаясь извлечь клинок из своего тела.

– О-о-о, какой он холодный, какой холодный! – вырвалось у нее сквозь стиснутые зубы. И она замолкла. Навсегда.

Меч сам покинул ее тело. Ее горячая кровь, кажется, еще более усилила исходящее от него черное сияние. Он вновь издал дикий вопль радости.

– Нет! – закричал я. – Нет! Этого не должно было случиться! Ты должен нести смерть только моим врагам!

И мне показалось, что Меч ответил мне издевательским смехом. В этот момент в комнату влетел Бладрак. Он хотел выяснить, что здесь случилось. Он посмотрел на меня, затем на Меч, перевел взгляд на мертвую девушку и в ужасе закрыл лицо руками.

Потом подошел к ящику. Там лежали ножны Меча. Он вытащил их и кинул мне.

– Уберите клинок в ножны, Урлик! Прошу вас, спрячьте его!

Я молча подхватил брошенные мне ножны. И Черный Меч, совершенно помимо моей воли, скользнул в них.

Бладрак опять взглянул на несчастную мертвую девушку и на разбитый стол. Потом поднял глаза на меня. На лице его было выражение боли и страдания.

– Теперь я понимаю, почему вы отказывались взять этот Меч, – тихо произнес он.

Я не смог ему ничего ответить. Молча прикрепил ножны к поясу, и Черный Меч повис у моего левого бедра.

Потом я наконец ответил ему:

– Вы все желали, чтобы я вновь поднял этот клинок и встал во главе ваших армий. Теперь, я полагаю, мы начинаем понимать, к каким последствиям это может привести. Черный Меч нужно поить кровью. И если нет крови врагов, он напьется крови друзей…

Бладрак отвел взгляд.

– Лодка готова? – спросил я.

Он кивнул.

И я покинул эту комнату, где сейчас царила смерть.