Текст книги "Бэтмен. Рыцарь Аркхема"

Автор книги: Марв Вульфман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Глава 18

Сейчас

Казалось, что тьма поглотила его навсегда. Однако затем громкие хлопки сотрясли темноту и вынудили его открыть глаза. Бэтмен не был уверен, где он находится, но он узнал фигуру, пляшущую перед его лицом, дико жестикулирующую и заливающуюся безумным смехом. Впрочем, этот человек и был безумцем.

Джокер по-прежнему держал в руке пистолет, из которого он застрелил Бэтмена. Источник пули, которая размозжила ему череп и вышла из затылка. Но это невозможно. Джокер был мертв. Мертв. Бэтмен ущипнул себя за руку и провел пальцами по затылку в поисках выходного отверстия. Но его маска была цела. Разумеется, нет никакой дырки от пули. Он же был жив.

И все же Джокер по-прежнему стоял перед ним, размахивая пистолетом и стреляя из него, словно он безумный ковбой из вестернов.

– Думал, что отбросил коньки, признайся? – спросил Джокер и рассмеялся. – Или точнее, что я отбросил их за тебя. Но ты все еще здесь, и, полагаю, я тоже. Но действительно ли я тут? Один из нас мертв, а другой, ну, давай сойдемся на том, что он в переходном состоянии. Не совсем мертв, но того и гляди склеит ласты.

– Тебя здесь нет, – ответил Бэтмен, – сгинь.

– Ну и кто больший псих, старина? Человек, который видит галлюцинации, или человек, который разговаривает с ними в ожидании ответа? Но, судя по твоему виду, ты хочешь поговорить. Так что подтаскивай стул, давай поболтаем.

Внезапные хлопки становились громче. Это... взрывы?

– Эй, Бэтси, я тут. На меня смотри. Знаешь, я вот что всегда хотел узнать... Это твоя броня, она вообще позволяет коже дышать, или в ней жарко как в аду? И как ты вообще в туалет ходишь? Я хочу сказать, тебе же нужен как минимум... ну сколько, час?., чтобы снять ее, и еще час, чтобы натянуть обратно. Да за это время плохие парни до Централ-сити успеют добраться.

«Это действительно звуки взрывов.

Но почему я слышу звуки взрывов?»

– Прости. Говори, давай. Мы ведем беседу. Неважно, мне тут любопытно стало. А как там твой маленький приятель, Робин? Не тот дохлый, которого я забил до смерти, а тот, что еще жив и которого мне еще надо убить. Хорошо себя чувствует? Готов к небольшому свиданию с монтировкой? Кстати, его родители как, все еще не сложили два и два и не догадались, что он натягивает маску и сражается с преступниками бок о бок с тобой? Готов поспорить, они бы с ума сошли от злости, если б узнали.

«Тут не должно быть взрывов, если только...»

Бэтмен широко распахнул глаза. Он стоял на ногах и теперь понимал, где находится. Он был не в кинотеатре. Это склад. Это склад «Эйс Кемикалс». Он так и не ушел отсюда.

Еще один взрыв. На этот раз ближе.

Бэтмен побежал. Джокер все еще стоял прямо перед ним, но Темный рыцарь проскочил прямо сквозь иллюзию и ускорился, увидев припаркованный во дворе бэтмобиль. Машина терпеливо ждала своего владельца, двигатель ее по-прежнему работал.

Взрывы становились все громче и ближе.

Бэтмен вспомнил, как выливал нейтрализаторы в чан с токсином страха. Если это сработало, то токсин окажется настолько разбавленным, что его воздействие на человека будет сведено к минимуму.

Если же нет...

Сканеры бэтмобиля засекли приближение Темного рыцаря и опознали его. Люк распахнулся, а колеса из парковочной переключились в позицию для езды. Бэтмен запрыгнул внутрь и приземлился на водительское сидение.

– Поехали. Быстро. Немедленно.

Двигатель бэтмобиля взревел, и машина рванула вперед, набирая скорость с каждой секундой. Автомобиль по-прежнему двигался на автопилоте, из машины просчитывал курс, избегающий столкновений с препятствиями. В зеркале заднего вида Бэтмен заметил настигающие его взрывы.

– Быстрее! – Перехватив на себя частичный контроль над машиной, Бэтмен до предела вдавил в пол педаль газа.

Позади него рушились стены, сотрясенные поглощающими склад взрывами. Осколки и обломки дождем колотили по корпусу машины, мешая обзору, но Бэтмен продолжал выжимать из двигателя максимум, веря в маневренность бэтмобиля. Внезапно впереди показалось какое-то препятствие, и Бэтмен вспомнил про огромные двери, через которые на склад заезжали забитые под завязку шестнадцатиколесные грузовики. Но сейчас двери были закрыты. Пугало планировал запереть его внутри и взорвать все вокруг.

– Бронебойные... шесть градусов к востоку. Целься и заряжай. Огонь!

Пушки бэтмобиля начали стрелять. Десятки бронебойных пуль буквально стерли с лица земли двери, призванные позаботиться о кончине Бэтмена.

«Не сегодня».

Машина пронеслась мимо уничтоженных дверей и ускорилась по ведущей вниз рампе. Позади один за другим исчезали в шарах яркого голубого пламени склады, из которых состоял комплекс «Эйс Кемикалс».

Бэтмен включил передатчик и оставил Гордону сообщение с просьбой встретиться с ним в изоляторе департамента полиции, затем снова полностью переключил управление машиной на автопилот, откинулся назад, закрыл глаза и глубоко вздохнул. Дорога до изолятора займет примерно пятнадцать минут. Несколько последних часов были настоящим адом для него.

Небольшой перерыв не повредит.

Он попытался вспомнить более счастливые времена, когда родители еще были живы и на каникулы возили его на курорты Золотого побережья Готэма. Но его мысли раз за разом продолжали переключаться на мертвенно-бледное лицо Джокера. Вместо успокаивающих криков чаек он слышал лишь зловещий хохот безумца.

Что за кошмар с ним только что приключился? Бэтмен прекрасно знал, что Джокер был мертв. Анализ ДНК показал, что это был он. Его тело было сожжено, прах смыт в океан. Может, Джокер и был безумцем, но он оставался человеком. Пламя сожгло его тело словно спичку.

Смех оборвался, и скалящаяся рожа Джокера испарилась. Рациональный Бэтмен принял, что с Джокером покончено. Так с чего с ним приключилась эта галлюцинация?

Бэтмен хотел бы избежать ответа на этот вопрос, но его аналитическая натура, на которую он столь часто полагался, не позволяла ему так поступить. Кошмары Бэтмена были прямым следствием заражения проклятой кровью Джокера. Это Темный рыцарь был пятой жертвой, и его кошмары могли быть началом быстрой физической и психической деградации.

Что бы он ни предпринял, его состояние может быстро стать нестабильным. Кровь Джокера возьмет над ним верх. Бэтмен будет страдать из-за галлюцинаций, от которых не сможет освободиться никогда. Он будет сражаться так долго, как только сможет, но у него не получится сопротивляться вечно. От крови Джокера не было противоядий. Вполне может быть, что у Бэтмена оставались дни, или даже часы, после чего он неминуемо поддастся заразе.

И все же Темный рыцарь надеялся, что ему удастся сохранить хотя бы какое-то подобие контроля до того момента, когда он остановит Пугало. Лишь спасение города имело сейчас какое-то значение, все остальное было неважно.

А когда с Пугалом будет покончено, когда все это завершится, он позаботится, что этот новый гибрид Бэтмена с Джокером или кем он там должен стать, никогда не появится на свет. Бэтмен не позволит себе стать еще одним безумцем, стремящимся к уничтожению Готэма.

Он активировал передатчик и связался с Альфредом.

– Я беспокоился о вас, сэр. Я постоянно звонил, но ответа не было.

– Сейчас со мной все в порядке.

– Сэр, а что насчет Пугала? Или этого... Рыцаря Аркхема? У них есть танки и ракеты. Их войска по всему городу.

– Прости, Альфред. Были кое-какие, эм-м, осложнения.

– Что случилось, сэр? – спросил Альфред, словно бы почувствовав нотки страха в голосе Бэтмена. – Что пошло не так?

– Произошел взрыв. Мой костюм повредился. Маленькое отверстие, но достаточное, чтобы небольшая доза токсина Пугала просочилась внутрь. Я вдохнул его газ, Альфред.

– Боже правый, сэр. Вы в порядке? Я все никак не забуду, что случилось в Лечебнице «Аркхем», когда Пугало...

– Альфред, все нормально, – решительным голосом сказал Бэтмен. – У меня была реакция на токсин, но все уже прошло. И мне хочется, чтобы ты знал, что я не уверен, сколько у нас времени, прежде чем...

Тьма.

Взрывы.

Искаженное белое лицо в пустоте. Кроваво-красные губы. Маслянистые зеленые волосы. Безумный, дикий смех.

– Хочешь знать, сколько у тебя осталось времени, пока ты окончательно не свихнулся? – спросил этот отвратительный голос. – Если вкратце, то все уже произошло. Ты уже свихнулся. Добро пожаловать в психушку.

– Тебя здесь нет, – ответил Бэтмен, – ты – покойник.

– Знаешь, я должен отдать Пугалу должное. Я никогда не был поклонником его коктейлей, но его новое варево... оно опьяняет. Оно пробуждает «меня» внутри тебя.

– Я не ты. Я никогда не буду тобой.

– И все же ты разговариваешь со мной, как будто я действительно рядом. И в каком-то смысле это так. Теперь тебе не отделаться от меня, не сбежать, потому что я в тебе. Я внутри тебя. Странно, правда? Я теку по твоим венам. Куда бы ты не отправился, ты возьмешь меня с собой. Я в твоей крови. Понимаешь, о чем я?

– Сэр. Мастер Брюс. Сэр. Поговорите со мной, – голос Альфреда вырвал Бэтмена из его мыслей, разгоняя видения. – Сэр! Мастер Брюс! Проснитесь, мастер Брюс! Проснитесь!

– Альфред?

– Да. И, сэр, возможно, настало время вернуться домой.

– Я бы с радостью, но не могу. По крайней мере, не сейчас. Я должен встретиться с Гордоном в изоляторе.

– Знаю, что мне вас не переубедить, сэр. Бог знает, что я пытался, когда ставки были высоки, и у меня ничего не получалось. Но я хочу, чтобы бы вы вспомнили обо мне, как только увидите что-то необычное. Подумайте оно мне. Подумайте о своих родителях. Подумайте о том, каково быть нормальным.

– Не уверен, что я знаю, каково это. Никогда не считал себя нормальным.

– Вы были, сэр. Вы просто не помните об этом.

– Подумать о тебе. Понял. И если у меня получится, я так и сделаю. Спасибо тебе, Альфред. Спасибо за все.

После долгой паузы Альфред, наконец, ответил.

– Нет, сэр, это вам спасибо.

Бэтмен повесил трубку и понял, что бэтмобиль находится всего в одном здании от полицейского изолятора. «Хорошо». Чем быстрее это кончится, тем лучше для всех.

На другом конце провода Альфред глубоко вздохнул, сел и изо всех сил постарался не расплакаться.

Глава 19

Кошмар не был реальным.

Бэтмен не приводил Гордона на студию «Панесса», не показывал ему своих пленников. Но когда он увидел стоящего возле бэт-сигнала комиссара, то почувствовал легкое угрызение совести. Однако Темный рыцарь отмахнулся от него. Для спасения Готэма он должен был разобраться в том, как работает токсин Путала. Изолировав его, Бэтмен может создать противоядие, которое поможет спасти миллионы еще не зараженных жителей города.

Возможно, ему даже удастся спасти частицу собственной души.

– Джим, – произнес он, приближаясь к Гордону, внутренне страшась того, что собирался сказать.

– Когда ты со мной связался, я возблагодарил Бога. Взрыв на «Эйс Кемикалс»... я знал, что ты был там, но я понятия не имел... – Гордон осекся. Бэтмен был жив, но комиссар знал Темного рыцаря достаточно долго, чтобы понять – мстителя в плаще что-то гнетет. Он хотел ему о чем-то рассказать. – В чем дело? – спросил Гордон. – Что не так?

– Барбара, – внезапно ответил Бэтмен. – Пугало похитил Барбару.

– Это невозможно, – настойчиво возразил Гордон, но в глубине души у него начал просыпаться страх. – Она покинула город. Я разговаривал с ней несколько часов назад, и она сказала мне, что села на один из автобусов.

Бэтмен кивнул.

– Я знаю, что она тебе сказала. Это неправда.

Бэтмен знал, что Гордон пытается понять, о чем вообще речь. И он знал, что у него не осталось выбора. Карты были раскрыты. Гордон должен был узнать правду. Всю правду.

– Мне нужно, чтобы ты поехал со мной. Я все объясню тебе, когда мы доберемся туда.

– Доберемся туда? Куда доберемся? – спросил Гордон, его голос с каждым словом становился громче. – Нет. Ни за что. Я никуда не поеду, пока ты не объяснишь мне, куда тащишь.

– Джим, ты мне доверяешь?

Гордон замешкался с ответом. Казалось, его глаза наполняются подозрением.

– Я не знаю. Я доверял тебе, но сейчас я уже не так в этом уверен.

– Что ж, ты должен мне довериться. Еще один раз. Последний раз. – Бэтмен направился к выходу с крыши, открыл дверь и двинулся вниз по лестнице. – Бэт– мобиль припаркован внизу, – пояснил он.

Секунду спустя Гордон последовал за ним.

Ехали молча, в неловкой тишине. Они дружили долгие годы, но сейчас между ними пролегла тень Барбары.

Гордон разговаривал с дочерью. Она сказала, что села на автобус. С чего бы ей врать ему? Чем она занималась вместо того, чтобы покинуть город? Зачем ей было оставаться?

Барбара была библиотекарем. Прекрасна, как ее мать. Умна. Полна энергии. Но с тех пор, как...

Гордон отмахнулся от этой мысли. Барбара уже несколько лет была прикована к инвалидному креслу. Что она могла скрывать? Почему она не уехала, когда он велел ей покинуть город. Гордон сверлил Бэтмена взглядом. Он еще не знал, почему, но в глубине души у него начинала зарождаться неприязнь к Темному рыцарю.

Бэтмобиль остановился. Комиссар выглянул в окно и мигом сообразил, где они находятся.

– Часовая башня? Что мы тут забыли?

В Часовой башне жили только самые богатые жители города. Даже на зарплату комиссара он не мог рассчитывать хотя бы на маленькую квартирку здесь. Барбара бы ни за что...

Бэтмен открыл дверь и принялся выбираться наружу.

– Джим... комиссар. Я знаю, что ты хочешь получить ответы, и получить их прямо сейчас. Но я вынужден попросить тебя подождать, всего несколько минут. Я хочу убедиться в том, что пентхаус... Я хочу убедиться, что там ничего не осталось... – Темный рыцарь выбрался из машины и собирался уже было закрыть за собой дверь, но в последний момент передумал и вместо этого нагнулся и приблизился к комиссару. – Пожалуйста. Подожди тут еще минуту.

Захлопнув дверь, Бэтмен вошел внутрь здания, оставив Гордона закипать от ярости в одиночестве.

Он бывал в Часовой башне тысячи раз, но еще ни один его визит не протекал так, как этот. Темный рыцарь открыл дверь, вошел, увидел опрокинутое инвалидное кресло Барбары и аккуратно поставил его обратно на колеса. Повсюду разбросаны ее данные. Мониторы были разбиты. Бэтмен неподвижно замер по центру комнаты и уставился перед собой.

– Боже правый. Что это?

Голос донесся сзади. Гордон не стал ждать.

Он вышел из лифта и оказался внутри офиса Оракула.

– Это кресло Барбары... она была здесь, – сказал Гордон. Он повернулся к Бэтмену, все еще не понимая, что происходит. – Крейн сделал это, чтобы добраться до меня, не так ли? Что она вообще тут делала?

– Это не твоя вина, Джим.

– Ну разумеется, моя. Я должен был быть здесь. Я должен был убедиться в том, что Барбара села на тот автобус.

– Ты не понимаешь, Джим. Барбара сильная. Сильнее, чем ты думаешь.

– Что ты имеешь в виду? Она не такая, как мы. Бэтмен, что ты хочешь мне сказать? Прекрати играть в свои чертовы игры и скажи уже мне.

В глубине души к гневу присоединился страх. Гордон стоял внутри Часовой башни, но мысленно он перенесся в другое время. Тогда его не было в Часовой башне, но он видел фотографии. Он знал, как разворачивалась каждая секунда этой ужасной резни.

Барбара пила чай. «Эрл Грей». Звонок в дверь. Скорее всего, Коллин из дома через дорогу. Это был вечер йоги.

Снова звенит звонок.

Барбара идет к двери.

Джокер проталкивается внутрь в компании двух своих громил. На нем широкополая шляпа и голубая гавайская рубашка. С шеи на ремешке свисает фотоаппарат. В руке пистолет.

– Конфетка, – со смехом говорит он.

Барбара смотрит на него, поначалу не понимая, что вообще происходит. Но затем, прежде чем она успевает испытать шок или страх, Джокер спускает крючок и стреляет ей в живот.

Гордон дергается, чувствуя агонию дочери. Он хватается за живот и падает, в точности как она валится на пол и кричит от боли. Не в силах помочь столь любимой им дочери, комиссар может только рыдать.

Барбара лежит на полу, прижав руки к кровоточащей ране. Ее широко распахнутые глаза полны страха. Она пытается остаться в сознании. Джокер встает над ней, наклоняется поближе и тихо шепчет прямо на ухо.

– Не отключайся, Барбара, еще рано. Ну давай, прояви свой стержень. Видишь, что я тут сделал? Это шутка, потому что я могу разглядеть твой позвоночник, прямо сквозь пулевое отверстие, и я вижу ошметки твоих позвонков по всему полу. Это смешно, потому что это правда.

Джокер снимает с шеи фотоаппарат и включает его.

– Кстати, если тебе не сложно, понимаю, поврежденный позвоночник и так далее, но не могла бы ты улыбнуться на камеру? Ну знаешь, будто у тебя все хорошо и все такое?

И он начинает делать фотографии. Десятки фотографий. Каждая отвратнее предыдущей. Затем он наклоняется к лежащей на полу Барбаре, чудом сохраняющей сознание и выдерживающей переполняющую ее боль.

– Ты главное дождись, когда твой отец вернется домой. О, в какую он ярость придет из-за этого беспорядка. Хи-хи-хи, – смеется он и уходит.

Барбара осталась лежать на полу, без сознания, в луже собственной крови. Доктора долгое время не были уверены, что она вообще выживет, но как только осознали, что девушка слишком упряма, чтобы сдаваться, они изменили прогноз. Барбара Бэрдон выживет, но до конца жизни она останется парализована.

Внезапно Бэтмен оказался там, в доме, где все и произошло.

Барбара без сознания лежала на полу, лицом вниз, в луже собственной крови. Бэтмен поднял взгляд и увидел Джокера. Клоун как всегда улыбался и заляпанными кровью Барбары руками выводил послание на стене.

«Вот что случается, когда ты втягиваешь своих друзей в наши безумные маленькие игры».

Бэтмен попытался отвернуться, но не смог. Джокер приподнял шляпу, прошел мимо своего окаменевшего противника, вышел из квартиры и захлопнул за собой дверь.

И еще долго после его ухода Бэтмен продолжал слышать безумный смех своего заклятого врага.

– Бэтмен!

Темный рыцарь оглядел заляпанную кровью комнату, но помимо бессознательного тела Барбары Гордон здесь никого больше не было.

– БЭТМЕН! – снова послышался тот же голос.

Кто это был?

– Бэтмен, проснись! Очнись уже!

Темный рыцарь тряхнул головой, прогоняя наваждение. Он был вовсе не на старой квартире Гордона. На полу вовсе не было мертвого тела Барбары. Но он по– прежнему находился в Часовой башне. Джеймс Гордон стоял рядом, тряс его и пытался выдернуть из того подобия транса, которое снова поглотило разум Бэтмена.

В широко распахнутых глазах комиссара плескался гнев.

– Что за чертовщина здесь творится, Бэтмен? – Гордон требовал ответов от Темного рыцаря, и с каждым словом голос комиссара звучит все злее. – Где Барбара?

Бэтмен вновь обрел контроль над своими мыслями.

– Я должен тебе кое-что показать, – сказал Бэтмен, шагая к стоящему на ближайшем столе бюсту Шекспира. Он повернул голову набок, и спрятанная внутри миниатюрная камера отсканировала его лицо.

– Личность подтверждена, – доложил механический голос, и Часовая башня вокруг них начала преображаться. Тазеры окружили их голографическим дисплеем. Бэтмен уставился на него, мысленно переносясь в былые времена.

Гордон тоже пристально смотрел на дисплей, но в его взгляде полностью отсутствовало понимание.

– Оборудование для наблюдения? – произнес он. – На этой навигационной карте весь Готэм. – Он взглянул на один из дисплеев. – Барбара работала с тобой, не так ли? Как давно, Бэтмен? Как давно она этим занимается?

– Джим, она была Бэтгерл.

Гордон закрыл глаза, пытаясь переварить услышанное. Когда он снова их открыл, там по-прежнему плясало безумие.

– Бэтгерл? – переспросил он. – Бэтгерл? Нет. Это невозможно. Бэтгерл исчезла несколько лет назад. Как она вообще могла... – Он осекся, сложив два и два – исчезновение Бэтгерл совпало по времени с нападением, которое оставило Барбару парализованной. – Нет. Это же значит, что она годами лгала мне. Что ты тоже годами мне лгал. Как? Почему? Почему ты ничего мне не сказал?

– Это была не моя тайна, Джим, – ответил Бэтмен. – Так решила Барбара. Она считала, что ты бы попытался остановить ее, если б узнал.

– Еще как попытался бы. Боже правый, меня же готовили к этому. Тебя готовили. Но я знаю биографию Барбары. Боже правый, она была библиотекарем, а не солдатом. Она никогда ни с кем не дралась, даже в школе.

– Она верила в твое дело, Джим. В наше дело. Она хотела стать его частью. И она была хороша. Очень хороша.

Гордон смотрел на Бэтмена с таким видом, словно ушам своим не верил.

– Она была хороша? И это должно объяснить, какого черта она стала народной мстительницей? Она была хороша?

На какое-то время Гордон сумел обрести над собой контроль. Он снова взглянул на Бэтмена и обвел рукой комнату.

– А это? Откуда это все взялось? Постой. Постой. Постой. Скажи мне, что она была парализована. Скажи мне, что хотя бы об этом она не лгала. Потому что, если она солгала мне об этом, я не знаю, смогу ли когда-нибудь снова во что-то поверить. Прошу тебя, хотя бы раз, скажи мне правду.

– Она была парализована, Джим. И по-прежнему парализована, – мягко ответил Бэтмен. – В этом тебе никто не солгал. Оправившись от нападения Джокера, она была в ярости. Барбара хотела доказать, что может быть полезна даже будучи прикованной к инвалидному креслу. Она попросила меня помочь ей обустроиться. Я знал, что здесь, в Часовой башне, вдали от улицы, она будет в безопасности. Пользуясь расставленными по городу камерами, она могла наблюдать за Готэмом и сообщать мне всякий раз, как только что-то шло не так. Последние несколько лет она была ангелом-хранителем города. И благодаря ей многие преступления были предотвращены до того, как кому-то был причинен вред.

– Я... я не знаю, что и думать, – произнес Гордон. – Погоди-ка. Ты сказал, что Пугало похитил ее. Это из-за того, что она была этим Оракулом? Или из-за того, что она была Бэтгерл? Или он похитил ее из-за тебя? Это твоя вина? Это все твоя вина?

– Джим, я клянусь тебе, я понятия не имею, почему он ее похитил. Но я не думаю, что он знал, кто она такая. Я единственный, кто знал об этом.

– Ну да. Точно. Только ты. А вовсе не ее отец.

– Она взрослый человек, Джим. И она запретила мне кому-либо рассказывать об этом. Она сама вольна принимать решения. Я предпочел принять их. Но не волнуйся. Я найду ее.

– Ты просишь отца не волноваться за его единственную дочь? В то время как она черт знает сколько работала на тебя, и ты никогда, ни разу, даже не подумал сказать мне об этом? Не предупредил, что каждую ночь моя единственная дочь рискует своей жизнью, в то время как я думаю, что она в безопасности сидит в библиотеке.

Он замахнулся и с силой ударил Бэтмена в лицо. Но Темный рыцарь и не подумал уворачиваться, просто молча принял удар.

– Проклятье, я считал тебя своим другом, – сказал Гордон, – как ты мог?

– Я и есть твой друг. Но еще я друг Барбары...

– Захлопни пасть! Захлопни свою гребаную пасть. Мне вообще не следовало тебе доверять. – Гордону казалось, что его сейчас разорвет на кусочки. – Я сам найду Барбару. А тебя я не хочу больше видеть. Никогда.

Гордон собрался было уходить, но затем обернулся.

– Держись от меня подальше. А когда я найду Барбару, держись подальше и от нее. Держись подальше от моей семьи. Между нами все кончено.

Бэтмен остался в одиночестве. Он хотел было догнать Гордона и оправдать свои поступки, оправдать принятые им решения, но Темный рыцарь знал, что ни одно его слово не сможет адекватно объяснить отцу, почему его единственная дочь пропала.

Вместо этого он ткнул по передатчику, связался с Альфредом... и рассказал ему о том, что произошло. Альфред молча выслушал его.

– Мастер Брюс, я сочувствую вам обоим. Но боюсь, что не вижу возможностей загладить этот конфликт. По крайней мере, до тех пор, пока мисс Барбара не будет спасена и не окажется в безопасности, если такое вообще возможно.

– Так что же мне делать? – Бэтмен почувствовал в своем голосе неуверенность, и это его не обрадовало.

– Вы мало что можете сделать, сэр, – ответил Альфред. – Вы или получите прощение со временем, или не получите вовсе. В любом случае, что бы ни решил комиссар, вы уже никак не сможете повлиять на это.

– Альфред, он один из лучших людей, кого я знаю, – признался Бэтмен. – Вынести его разочарование... тяжело.

– Ему это тоже тяжело дается, я уверен, – произнес Альфред, – мне жаль это говорить, но комиссар верит в истину и справедливость, и он только что узнал, что те, кому он доверял больше всего, предали его. И добавьте к этому осознание того факта, что его возлюбленная дочь в руках безумца.

– Я должен все наладить между нами. Я не могу позволить, что бы все продолжалось вот так.

– Может, и должны, но уж точно не сейчас. Делайте свою работу. Найдите ее. Остановите Пугало. Спасите Барбару Гордон. А потом пусть будет то, что будет.

– Сдерживаться будет нелегко, Альфред.

– Я знаю, сэр. Но когда это чего-то стоящего было легко добиться?