Текст книги "Развод в 45. Кота не отдам! (СИ)"

Автор книги: Марта Левина

Соавторы: Ярослава Галич
сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц)

Развод в 45. Кота не отдам!

Часть 1

– Катя! Катя! Что мне делать? – испуганно кричит в трубку моя младшая сестра.

От страха у меня моментально перестает биться сердце. Что могло произойти за несколько часов после нашего последнего разговора?

– Катя, мне страшно.

– Агнеш, успокойся, пожалуйста! – пытаюсь говорить спокойно, чтобы она начала успокаиваться.

– Но мне страшно, мне кажется, я начинаю рожать. Помоги мне!

– Ты уверена? – напрягаюсь я.

– Схватки опять начались.

– Вызывай скорою. Я еду.

– Мне страшно, Кэт. Я одна же.

– А где твой муж?

– На работе.

– Я еду.

Бросаю трубку, хватаю сумку и мчусь к сестре.

Пока завожу мотор, звоню своему мужу, чтобы предупредить.

Но он не берет трубку. Видимо на очередном совещании.

Хорошо, что сестра живёт близко. Мне до нее ехать буквально минут десять.

Вскоре я подъезжаю к ее подъезду. Выбегаю из машины и поднимаюсь к ней.

Она меня встречает чуть не со слезами на глазах.

– Вызвала скорую?

– Дааа...

– Давай, быстро соберу твои вещи.

– Сумка в комнате. Я уже начала.

– Агнеш, успокойся. Все будет хорошо, – подбадриваю ее.

Быстро забрасываю самые необходимые вещи в сумку.

Наконец, приезжает скорая. Врач помогает сестре дойти до машины.

Я прыгаю в свою и еду за скорой.

Снова звоню мужу. Но он снова не отвечает.

Пишу ему сообщение, чтобы перезвонил, как освободится.

Возле больницы ее провожают внутрь. А мне нужно припарковаться. Я ищу свободные места.

И не замечаю, как передо мной выезжает какой-то джип. И я врезаюсь в него.

– Черт! Только этого мне не хватает!

Из машины выскакивает какой-то лысый невысокий мужчина и бежит ко мне. По его гневному лицу я понимаю, что меня ждут разборки.

Выхожу из машины и только хочу извиниться, как он начинает просто орать на меня:

– Ты что, слепая курица, не видишь, куда едешь? Ты посмотри, что натворила?

Я смотрю на его машину и причиненный мной ущерб и не вижу ничего ужасного.

– Я все оплачу, – поспешно произношу я. У меня совсем нет времени стоять с ним и выяснять отношения.

– Смотреть надо по сторонам! Кто только вам права даёт?!

– Хватит на меня кричать, – стараюсь спокойно отвечать ему. – У меня стаж двадцать лет.

– Да мне плевать!

– Давайте оценим ущерб и не будем никого вызывать.

– Ты хоть понимаешь, чью машину поцарапала, курица?

– Перестаньте меня оскорблять, – прошу его.

И тут из машины выходит второй мужчина.

– Вадик, иди в машину, мы сами разберемся.

Звонит мой телефон, я хочу ответить, но поднимаю глаза на говорившего.

И застываю от неожиданности.

Дима? Этого не может быть! Его же нет в стране уже лет двадцать.

Он смотрит на меня внимательно. Хотя от такого взгляда становится не по себе.

– Катя?

– Как видишь, – угрюмо отвечаю ему.

– Рад видеть.

– А я нет. Давай решим вопрос и поедем дальше. Я очень тороплюсь! Сколько я должна?

– Перестань. Я не возьму деньги.

– Зато твой этот? Кто он кстати? Водитель? Охранник? Больно по-хамски ведёт себя.

– Приношу извинения от его имени. Водитель.

– Дима, мне, правда, некогда с тобой разговаривать. Сколько я должна за царапину твоей крутой тачки?

Моё сердце нервно бьётся. Дыхание слегка сбивается. На меня тут же волной накатывают воспоминания нашей юности.

Но я тут же стараюсь отогнать мысли прочь.

– Ничего. Пустяки. Не бери в голову.

Я с подозрением смотрю на него. Надо же какое благородство.

– Хорошо, – бросаю ему и снова сажусь в машину. Отъезжаю, чтобы они смогли выехать, и занимаю их место.

Снова выскакиваю из машины и бегу в больницу

***

Выясняю, куда определили Агнию. Поднимаюсь на нужный этаж и подхожу к палате.

Только хочу открыть дверь, как оттуда выходит врач.

– Вы с Агнией Романовой?

– Да, я ее родная сестра. Как она?

– Да успокойтесь уже. Все хорошо. Будем рожать. Сейчас мы все подготовим. Думаю, к ночи определимся.

Врач уходит, а я захожу в палату к Агнии. Смотрю на ее бледное лицо и понимаю, как ей страшно. Первые роды в тридцать лет. К тому же она всю беременность панически боялась этого процесса. Как я ее не уговаривала, объясняла, все было бесполезно.

Я даже рада, что она наконец родит. И успокоится. Перестанет доставать своего мужа вечной паникой.

Сажусь к ней на кровать и беру за руку.

– Все будет хорошо. Здесь работают отличные специалисты.

– Позвони Эдику, – просит она.

– Конечно.

Я снова выхожу из палаты. Звоню сначала ее мужу и сообщаю, где мы. Потом набираю Сашу.

Должен же он наконец ответить.

Муж снимает трубку.

– Что случилось? – как-то слегка недовольно произносит он.

– Агния рожает. Мы уже в больнице. Хотела предупредить. Буду поздно.

– Хорошо, – холодно отвечает муж.

– Почему ты не брал трубку?

– Почему, почему? Занят был. Неужели непонятно.

Мысленно я удивляюсь, чем же я его разозлила, что он так недоволен. Но спрашивать не стала. Лучше потом дома все обсудим.

Возвращаюсь к сестре.

Через какое-то время у нее снова начинаются схватки. А ближе к вечеру ее увозят рожать.

Я нервно хожу по коридору больницы. Похоже, мне передался страх сестры. И теперь уже я не нахожу места.

Но нужно взять себя в руки. Все хорошо. Наконец, приезжает Эдуард. Часы посещения уже закончились, но мы продолжаем ждать.

К десяти часам вечера ее привозят обратно. Вижу ее измученное, но счастливое лицо. И мне сразу становится легче. Она улыбается.

– Мальчик, – произносит она, когда мы заходим к ней в палату. Эдик начинает поздравлять ее, целовать и радоваться.

– Эд, ей нужно отдохнуть.

– Да, конечно. Тебя подвезти? – предлагает мне.

– Не надо. Я на машине.

Покидаю больницу и еду домой.

Неужели этот сумасшедший день заканчивается? Я приеду и смогу принять душ, отдохнуть и поговорить с мужем.

Может, у него на работе что-то случилось, что он так странно себя вел? Неприятности какие-то?

Пока еду, звоню нашим детям сказать, что их тетя родила крепкого парня.

Паркую машину возле подъезда. Замечаю, что недалеко стоит и машина мужа. С сумерках плохо видно номер.

Странно, почему он ее не припарковал. Подхожу ближе, чтобы убедиться, что это его машина.

Шаг, другой.

Что-то мне подсказывает, что не нужно этого делать. Но я упорно приближаюсь к автомобилю. Тонированные стекла. На водительском месте никого нет.

Но есть странные звуки.

Нет!

Этого не может быть. Просто не может быть.

Раздаются стоны вполне определенного характера.

Мое сердце замирает. Перехватывает дыхание.

Я решаю еще раз посмотреть на номера. Вдруг я ошиблась в темноте.

Но нет.

Это точно машина мужа.

Я подхожу к задней дверце и распахиваю ее.

Часть 2

На меня тут же оборачивается запыхавшаяся девушка. Она начинает нервно застегивать блузку.

Муж поворачивает на меня голову и томно выдыхает:

– Ты же должна была поздно вернуться!

Я просто не верю своим ушам. Я виновата, что пришла раньше? Я? Он в своем уме?

Сердце колотится быстрее и быстрее. Говорить сложно и больно. Хочется кричать. Но и на это нет сил.

Такой тяжелый день и такое его завершение.

Продолжаю стоять и смотреть на все это великолепие. Девица слазит с моего мужа. Саша застегивает брюки.

– Все удовольствие обломала, – бурчит он.

Удовольствие? – мысленно повторяю я. Сейчас я тебе устрою удовольствие.

– Собери свои вещи и покинь мой дом, – произношу я холодно.

– Катя, – вздыхает он, – послушай меня.

Девица выходит из машины.

– Ну… я тебе потом наберу, – пищит она и скрывается за поворотом.

Надо же, как быстро поняла, что третья лишняя сейчас.

– Я ничего не хочу слушать. Тем более, что ты можешь сказать в данном случае? Что это была случайность? Ошибка? Или это не то, о чем я подумала?

– Пфф, Катя, остынь. Ты все поняла правильно. И выяснять отношения мне с тобой не хочется. Да, я тебе изменяю, вот такая я сволочь. Но мне нравится это, понимаешь? Мне нравится пялить молоденькие упругие попки.

Его слова звучат каким-то эхом в моей голове. Отдаются ужасной болью. Словно миллионы иголок колют меня изнутри.

– Так… Ты давно мне изменяешь? – выдавливаю из себя.

Он кивает головой.

– Уходи прочь отсюда! – выкрикиваю я.– Не хочу тебя видеть.

– Никуда я не уйду. Это и мой дом тоже!

Я резко разворачиваюсь и иду в подъезд. Он следует за мной. Быстро захожу в квартиру и иду за чемоданом.

– Собирай вещи! – жестко произношу я.

– И не подумаю.

В этот момент я чувствую, как об мои ноги трется наш белый пушистый кот.

– Привет, Марсик, – произношу я. – Прости, что бросили тебя на долго.

Иду на кухню, открываю пакет с кормом и даю ему поесть. Кот тут же набрасывается на еду.

– Саша, я не собираюсь с тобой дальше жить. Ты предал меня и нашу семью.

– Хватит этого пафоса.

– Хорошо. Не хочешь ты, уйду я.

– Куда интересно? – злорадствует муж.

– Тебя это больше не касается.

– Касается. Ты моя жена.

– Больно поздно ты об этом вспомнил, дорогой.

Открываю чемодан и начинаю собирать свои вещи. Не хочет уходить – не надо. Но я с ним не останусь.

– Думаешь, дети тебя приютят? Да им самим нужен приют. Особенно нашему оболтусу сыну.

– Прекрати. Я не хочу ничего этого слушать. Я устала. Я очень устала сегодня.

– Господи, Катя. Ты постоянно устаешь. У тебя вечно нет на меня времени. Да и вообще: годы берут свое. Ты только взгляни на себя. Я серьезно. Видишь, у тебя корни седые отросли. А ты даже не замечаешь. Жирок на животе появился. Думаешь, это вызывает хоть какое-то сексуальное влечение? Нет. А морщинки под глазами? Да по тебе сразу видно, что тебе полтос.

– Мне сорок пять, – машинально произношу я.

– Зато видок у тебя на все пятьдесят плюс.

– Замолчи, Саша. Это подло с твоей стороны, – чувствую, что голос начинает срываться. Как же обидно слушать все это. Двадцать лет вместе.

Двадцать лет. Двое взрослых детей. А теперь я, значит, потеряла свои кондиции и вышла в тираж.

– Катя, пойми, это естественный процесс. Как старение, так и измены с молодыми. Мы так устроены. И не надо делать из этого трагедию.

В комнате появляется кот. Он словно чувствует напряжение, повисшее в комнате. Подходит ко мне и начинает тереться об руку. Я беру его на руки и глажу за ухом.

– Ты только для кота и интересна, – заключает Саша. Бросаю на него ненавистный взгляд.

За каких-то несколько минут любимый муж превратился во врага, с которым хочется воевать.

– Морщинки, говоришь, – повторяю я. – Ну-ну. Ты свои проплешины то видел? Или думаешь, что ты сильно привлекателен для таких сопливых дурочек? Они доят тебя. Или ты уверен, что у вас любовь?

– У нас влечение и яркий секс. Все, что мне нужно. А ты просто удобная для меня женщина. Вот и все.

– Все? Отлично. Завтра я подаю заявление на развод. Пусть теперь твои аппетитные девчонки заботятся о тебе.

– Катя, прекрати. Ну зачем разводится? Давай, просто все забудем.

Я опускаю кота на диван и продолжаю собирать вещи.

– Нет, милый мой, нас ждет развод с разделом имущества. И кстати, кота я тебе не отдам!

Часть 3

Саша смотрит на меня широко открытыми глазами. Будто я сказала, какую-то невероятную чушь.

– В смысле развод? Ты в своем уме? Подумаешь, любовницы у меня. Я что один такой? Все мужики изменяют.

– Тем более, – поднимаю палец вверх. – Нам с тобой вместе больше делать нечего.

Саша хочет взять кота на руки, но тот начинает шипеть, чего раньше вообще не было.

Надо же, чувствует, что муженек накосячил.

– Не трогай моего кота. Не хочу, чтобы ты пачкал его своими ручищами, которыми лапал этих непонятных девиц.

– Катя, прекрати!

Он делает шаг ко мне, но я отшатываюсь.

– Не подходи! – повышаю голос. – Ты же сам сказал, что я старая и непривлекательная! Что вышла в тираж! Так зачем тебе такая жена?

– Ну, сказал и что? У нас семья. Сама говоришь, столько лет вместе. И зачем все рушить? И потом нам вполне в быту комфортно.

– Что? – Швыряю в чемодан очередную кофту. – Комфортно, – протягиваю я. – Я удобная? Готовлю, стираю, убираю, а ты развлекаешься с молоденькими? Прекрасная схема!

– Слушай, ну не перегибай палку! Это ничего не значило. Просто... мужские потребности.

Я замираю с платьем в руках и медленно поворачиваюсь к нему.

– Мужские потребности? – повторяю я ледяным тоном. – А женские? Мои потребности в уважении, верности, любви – это что, ерунда?

– Да люблю я тебя! – Саша делает еще шаг. – Просто мне сейчас нужны яркие эмоции. Все мы не молодеем. Ты это прекрасно должна понимать.

Захлопываю чемодан с такой силой, что замок щелкает.

– Но теперь все кончено, дорогой. Завтра подаю на развод.

Иду на кухню забирать тарелки кота и его корм.

– Катя, ты серьезно? Это мой кот. Это я его подарил! Куда ты его тащишь?

– Он с тобой не останется!

– Перестань закатывать истерику. Не трогай мой подарок.

– Саша, ты его подарил, когда нашему сыну было десять лет. Он вырос. Кот ему не нужен. Это мой кот. И тебе его не отдам.

– Вот ты прицепилась к животному.

Кот продолжает ходить возле меня и тереться головой об ноги.

Кладу его миски в пакет, забираю весь корм. Забираю туалет.

– Ты ненормальная, – вдруг повышает он голос. – Может, ты реально тронулась умом из-за измены? А? бывает такое, когда сильный эмоциональный стресс переживает человек.

Я поднимаю на него глаза, полные равнодушия. И смотрю, словно это он умалишенный.

– Просто уйди в сторону, Саша, – очень серьезно повторяю ему.

И он вдруг отступает.

Открываю дверь и выхожу на свободу. Надо же, никогда раньше не думала, что буду испытывать облегчение, расставаясь с мужем. Выкатываю два чемодана, ставлю на них переноску с котом.

– Марсик, – обращаюсь к коту, – вот такие дела. Будем теперь жить с тобой вдвоем. К черту этих неадекватных мужиков.

Забрасываю чемоданы в багажник, ставлю кота на переднее сиденье и сажусь за руль.

– Поедем мы с тобой, Марсик приводить чувства и мысли в порядок.

Звоню дочери и договариваюсь, что приеду к ней сегодня. По телефону не хочу вдаваться в подробности.

Дочь меня встречает с обеспокоенным выражением лица.

– Что-то произошло? – спрашивает она, когда я с котом иду в комнату.

– Да. Мы с папой разводимся.

– Что? – от удивления ее глаза округляются. – Нафига?

– Ася, твой папа лжец и предатель. Мы больше не можем быть вместе.

Ася приносит нам чай. Садится в кресло напротив меня и смотрит так, словно я сказала что-то неприличное.

– Мам, ты серьезно? Папа лжец? – в ее голосе слышится недоверие. – А может, проблема не в нем?

Я моргаю, не понимая, куда она клонит.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну... – Ася неловко подбирает слова. – Мам, ты же понимаешь, что изменилась? Папа мне рассказывал, что ты стала какой-то другой.

– Другой? – повторяю я, чувствуя, как внутри все холодеет.

– Ну да. Ты же сама видишь: морщины появились, фигура не та. Папа говорит, что ты перестала следить за собой. И характер у тебя стал тяжелый.

Слова дочери, словно иглы врезаются в сердце. Даже становится трудно дышать. Я опускаю чашку на стол. Не могу поверить в то, что слышу.

– Ася, ты понимаешь, что говоришь? Твой отец изменяет мне, врет, а ты...

– А ты что хотела? – перебивает она, и в ее голосе звучит раздражение. – Мужчинам нужна красота, молодость. А ты? Прости, мам, но посмотри на себя в зеркало.

Господи. Неужели это моя дочь говорит со мной? Моя Асенька, которую я растила, любила и защищала?

– Ты не можешь так думать, – шепчу я. – Ася, это же я, твоя мама.

– Именно поэтому я и говорю тебе правду, – она избегает моего взгляда. – Папа хороший человек. Он просто устал. Ну, он мужчина. А ты стала такой занудной, все время недовольной. Он мне жаловался.

Комната начинает кружиться вокруг меня. Значит, они обсуждали меня? Мой муж и моя дочь сидели и разбирали мои недостатки, мои морщины и мой характер?

– Я не могу в это поверить, – говорю я, чувствуя, как голос дрожит. – Ты встаешь на его сторону?

Ася пожимает плечами, и этот жест окончательно добивает меня.

– Я просто говорю, как есть, мам. Может, вместо развода лучше поработать над собой?

Часть 4

Мне кажется, что я в каком-то дурном сне. Разве такое возможно?

Разве может родная дочь говорить такие вещи?

Острая боль пронизывает меня насквозь. Каждое слово, как иголка колет мою душу.

Я надеялась на ее поддержку, понимание.

А она?

Она просто считает, что Саша прав. И я потеряла всю свою привлекательность.

– Мама, правда, займись собой. А то так и останешься одна. А ещё лучше, рекомендую забыть про развод. Тебе все же не двадцать. И найти ты никого не сможешь.

Я резко встаю и направляюсь к выходу.

– Не думала я, что у меня вырастит такая бездушная дочь.

– Мам, я же, как лучше хочу! – Сопротивляется она. – Объясняю, почему папахен так себя ведёт. Наоборот, ты должна послушать мнения со стороны и сделать выводы.

– Ну, спасибо тебе большое за поддержку!

Набрасываю на себя бежевое пальто, беру сумку и выхожу на лестничную площадку.

– Мам, ну правда...

– Хватит, – обрываю ее. – Твое мнение мне больше неинтересно. Поддерживаешь отца – поддерживай. Но ко мне не бегай после очередной несчастной любви. Я твои сопли вытирать больше не стану.

– Но мам...

Я хлопаю дверью и спускаюсь вниз.

***

После разговора с дочерью остался неприятный осадок. Вспоминать ее слова не хочется.

Да, она всегда была прямой. Но не настолько же. Тем более я ее мать. Совсем не видит границ.

Я тяжело вздыхаю.

Вроде всегда уделяла ей внимание, воспитывала, пыталась привить правильные ценности и взгляды на жизнь. Но видимо где-то произошел сбой.

И дочь моя выросла в бесчувственное создание, не умеющее сочувствовать.

Мне было больно и обидно.

Но я же справлюсь и с этим.

Набираю номер сына и предупреждаю, что хочу приехать. Он соглашается и сообщает мне, что хочет поговорить.

Я уже догадываюсь, что муженек позвонил ему и предупредил о нашем конфликте.

Через час я сижу в его квартире и пью чай.

– Неужели вы серьезно решили развестись? – спрашивает Матвей.

– Да, я завтра подаю заявление.

– Может, не стоит торопиться? – предлагает Матвей.

Я удивленно вздергиваю брови. Надо же, и он туда же.

– Интересно почему? Потому, что выгляжу я очень плохо? Потому что я вышла в тираж? Или у тебя есть другие версии? – жестко произношу я.

– Мам, ну не надо так. Но папа говорил, что у вас наступило такое затишье, что ему скучно. И вот он нашел себе развлечение.

– О, так вы это обсуждаете, оказывается.

– Да мы всего два раза говорили на эту тему.

– Я переночую у тебя? – перевожу разговор в другое русло.

– Конечно, – произносит сын. – Папа звонил, говорил, что ты не хочешь его выслушать.

– Серьезно? – допиваю чай.

– Ага, просил поговорить с тобой.

– Мотя, мы выяснили отношения. Не переживай. И никакие разговоры моего мнения и желания развестись не изменят.

– Мам, но он готов говорить.

– Мотя, он свой выбор сделал. И четко дал понять мне, кто я в его жизни. Поэтому дальше нам с ним не по пути.

– Неужели ты хочешь быт одна? Ведь скоро старость. И что ты будешь делать?

– Скоро? – переспрашиваю я. Смотрю на сына так, словно передо мной чужой человек. И он туда же. Хорошо обработал муж наших детей. Ужас какой-то.

– Ну да. Женщины стареют быстрее мужчин.

О, слышу слова Саши.

– И умнеют гораздо раньше.

– Мам, я серьезно. Может, зря ты так? Нагуляется и у вас все наладится. Ему же тоже нужна разрядка.

Точно я во сне.

Мои дети просто не могут произносить всю эту ересь. Ну не могут!

Я отказываюсь верить во все услышанное. Но сын продолжает в том же духе.

Господи, когда же этот день закончится?

– Кстати, мам, ты ведь можешь побороться за папу. Приведи себя в порядок, покажи ему, что ты крутая чика и все. Он наплюет на свою девку и вернется.

Мне кажется, или я ослышалась?

Побороться?

За человека, который не просто наплевал мне в душу, но и растоптал все хорошее, что было между нами. Мне предлагают за ЭТО бороться?

– Ты шутишь? Бороться за предателя?

– Не будь так категорична.

– Все, Мотя, пожалуйста, прекрати. Я не хочу больше ничего этого слышать!

Встаю и иду к выходу. Третий раз за сегодня.

Бедный кот, сидящий в переноске, молчит, как рыба. Ни разу не мяукнул и не потребовал свободы.

А ведь мог.

Я беру переноску и выхожу.

– Мам, ты куда? Поздно уже.

– Не беспокойся, переночую в другом месте.

Ну что, меня предали все. Все любимые мною люди. А главное – дети.

Один только Марсик тихо урчит в переноске и понимает как мне плохо. Я достаю кота в машине и глажу его за ухом. Он начинает мурчать. Я вижу с каким удовольствием он сидит на мне, сложив голову на руку.

Я чувствую, как силы покидают меня. Не могу даже пошевелится. Только урчание кота успокаивает меня.

Раздается телефонный звонок. На экране незнакомый номер.

– Слушаю вас, – произношу в трубку.

– Привет, это Дима. Помнишь еще? Ты сегодня поцарапала мой автомобиль.

Нет! Только не это!

Сердце тут же начинает колотиться как сумасшедшее.