Текст книги "Инструкция по выживанию в других Мирах (СИ)"
Автор книги: Мария Кулагина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 9 страниц)
Пункт первый.
Лучший способ выжить в чужом Мире – не попасть в чужой Мир. Никогда! Запомните, никогда не садитесь за руль в нетрезвом виде. Особенно во время погони. Особенно во время грозы.
Глава 1.
Кто сказал, что главные герои фантастических историй обязательно должны быть милыми, благородными и честными. Наверное, так диктуют законы жанра. И для читателя такой образ ближе. Спешу вас огорчить, мы с Иркой честностью и благородством никогда не отличались. Но всё же эта история произошла именно с нами.
Пожалуй, начну рассказ с того, что нас представлю. Меня зовут Ксения, хотя большинство называют попросту Ксю. Родителей своих я не знала, меня воспитывала тётя. О том, как я попала к ней на воспитание она никогда не говорила. Женщина она была сильно образованной, очень суровой и крайне властной. Наверное, поэтому и не имела близких кроме меня. Детство моё протекало в основном за книгами. Тетка всё время твердила: «Читай и анализируй. Это то, что всегда выручит тебя во взрослой жизни!» И я подчинялась. Читала и анализировала. Сначала книги. Потом людей. По сему, как вы понимаете, друзей у меня не было. Сверстники считали меня странной, а мне с ними было скучно. Гораздо интереснее для меня было наблюдать за поведением людей. Так я и научилась этими людьми манипулировать, проводя анализ их действий в разных ситуациях. Шли годы я взрослела, тётя старела. И к двадцати пяти моим годам, она, неожиданно для меня, заболела и умерла. Хоть и суровым она была человеком, но всё же единственным родным. С горя я ушла в себя и лишилась работы. От тетки мне досталась двухкомнатная квартира почти в центре города. Деньги на жизнь были нужны, и я решила сдать комнату. Так в моей жизни появилась Ирка.
Первые пару месяцев мы с Ираидой, так её звали, почти не общались. Она была девушкой живой, улыбчивой и общительной. Но я по большей части проводила время в своей комнате за чтением. В один прекрасный вечер Ириша пришла домой с огромным букетом роз, двумя бутылками вина и немного подшофе. Заявив, что у неё день рождение она предложила это дело отметить. Это стало началом нашей многолетней дружбы.
Так за кружечкой вина, бокалов у меня не было, выяснилось, что Ира моя ровесница. Родителей она, как и я, не знала. А вырастили её бабушка с дедом, которых тоже уже нет в живых. Оказалось, Ирка не работает, а содержат её многочисленные поклонники. При этом она утверждала, что ни с одним из них не спит.
– Я никому ничего не должна! – икнув заявила Ирка. – И они ничего мне не должны. Всё сугубо по желанию. А вообще-то я профессиональный музыкант. Просто сейчас я в творческом поиске.
– Ты, однако, очень интересный экземпляр! – Заявила я и чокнувшись с ней кружками рассказала о себе.
В этот вечер немного поплакали, спели пару песен и ещё поплакали. И как-то не заметно пришли к выводу, что раз уж судьба нам так задолжала любви, пора вернуть долг и желательно деньгами. Две недели мозгового штурма и составления планов привели нас на скользкую дорожку около законной деятельности. Мы стали проводить мошеннические операции. Благо моих знаний хватало, как не попасть за решётку. Так пролетели семь лет. И чего там только не было: и махинации с недвижимостью, и оккультный салон, и даже воздух продавали. Опьянённые своей безнаказанностью, сегодня мы оказались в баре отмечая очередную «удачную сделку».
Мы седели за любимым столиком, когда подошёл Дима администратор:
– Девчонки, вас ищут какие-то амбалы. Фотками вашими хостесу в нос тыкают. – Парень посмотрел на наши побледневшие лица и добавил. – Они в уборную направились. Так что давайте я вас через кухню выведу.
Что не говори, а хорошие чаевые и несравненное обаяние творят чудеса. Мы выскользнули из-за стола и вслед за Димой ушли через служебный вход. Не смотря на сильный ветер и свою легкую одежду, пальто наши остались в гардеробе бара, мы с подругой не сговариваясь побежали к моей машине.
– Пристегнись, – зашипела я на Ирку, заводя авто и включая печку.
– Трогай уже. – Огрызнулась Ира и через пару минут заметив, что я направила машину на выезд из цента города, добавила. – А мы разве не домой?
– Ира, ты курица! – Заключила я, но всё же ответила. – Домой нельзя, если нас в баре нашли, то наверняка знают, где мы живём. Вычислили нас, понимаешь. Интересно кто?
– Судя по СМСки: «Суки, я вас из-под земли достану!» – зачитала подруга, – это Саша.
– Говорила тебе, плохая идея с полковником МВД связываться. А ты же: да, прокатит, мы ж закон не нарушаем. Ох, и дуры! – Взвыла я и выхватив у подруги телефон выкинула его в открытое окно, свой отправила туда же.
Вести машину в таком состояния (пьяной и на нервах), было крайне тяжело. Мы пару раз чуть не впечатались в оградительные сооружения и за малым не «поцеловались» с чьим-то бампером. Выехав из города, я немного расслабилась и попыталась сообразить куда же нам ехать. Бак был полным так, что время на заправку можно не терять, деньги тоже есть. Еще бы, опустили Сашу на два миллиона, пообещав повышение благодаря своим «магическим» способностям. И вроде бы – умный мужик. Но как перед Иркиным обаянием устоять и моими знаниями психологии. И ведь не хотела браться за него. Но Ира прицепилась: «У него бабла куры не клюют, но жадный. Ворует, падлюка, и от жены гуляет. А у вора сам бог велел!» Робин гуд хренов. В общем, я сдалась!
План был прост до нельзя. Подруга напела ему, что есть у неё знакомая, которая своими талантами славиться в определенных кругах. И все то высокопоставленные к ней за советом ходят. Ираида сама к этой супер-магичке сходила, с просьбой мужчину найти, да чтоб такого… Вот прям, как он! Недели не прошло, как Ира встретила Александра. И конечно же подруга сразу поняла, что это дело рук матушки Ефросинии (это мой псевдоним). Саша, конечно, посмеялся, но любопытство привело его ко мне. А дальше дело техники. Снять «нору» понеприметнее. Антураж создать. Три минуты поговорить с жертвой – выведать на что он реагирует (главное вопросы не задавать и больше слушать). А потом, рассказать ему о буднях его не легких, да страхах потаённых. Повздыхать о судьбе его тяжёлой. И когда он сдастся, да начнёт просить о помощи. Эту самую помощь пообещать, но так чтоб и ежу было понятно, что оказать её будет крайне нелегко. Ценник в таком деле выставлять нельзя. Сам назовёт сколько отдать готов. А ты знай себе подталкивай к нужной сумме, да причитай, что ему бы и бесплатно помогла, но закон мироздания таков, что за всё платить надо равноценно затраченным ресурсам, а если не платить, то боком все старанья выйдут. Так мы влипли в эту историю. Вот и едем теперь не знамо куда.
В раздумьях я прибывала не долго, а выкинул меня оттуда голос в рупор:
– Водитель автомобиля синий хонда цивик, немедленно прижмитесь к обочине.
«Зашибись!» – пронеслось в голове. Нога сама ушла в пол прижимая педаль газа. Ирка, тихо пискнув, вжалась в сидение. А за нами образовалась погоня из двух машин с мигалками и сереной. Боковым зрением и каким-то чудом я заметила грунтовую дорогу ведущую куда-то в поля. Выключив фары резко свернула туда. Сколько мы неслись по темному полю, собирая все кочки, не знаю. Погода же за это время резко изменилась. Ветер бил по металлическому боку транспорта, будто специально хотел его перевернуть. От куда-то раздался громовой раскат и сверкнула молния.
– Странно, – пробубнила я, – Небо чистое звездное. От куда гроза?
Снова грохот. Вспышка прям перед глазами. И Иркин голос:
– Дерево. Тормози!
Удар. Я впечатываюсь в руль лбом. И где-то на краю уплывающего сознания проносится мысль: «От куда в поле дерево!»
Пункт второй.
Любовь приходит и уходит, а кушать хочется всегда. Не повторяйте моих ошибок. Всегда носите с собой еду. Мало ли что!
Глава 2.
«Анализируй, Ксения. Это то единственное, что придет к тебе на помощь в тяготах взрослой жизни!» – голос тётки зазвучал у меня в голове, прорезаясь сквозь дикую боль во всём теле. Один раз в жизни не послушала совета тети и на тебе. Я громко застонала.
– Очухалась! – Истерично пролепетала Ирка. – Я уж думала ты того.
С трудом открыв глаза я уставилась на сиреневое небо. Лиловые листья колыхались на белых ветвях неизвестного мне дерева от легкого ветерка. Я, опешив, преодолевая боль поднялась на локтях и осмотрелась. Вокруг были такие же белые деревья с лиловой листвой. Одно из них, смятым в гармошку капотом, обнимала моя синяя хонда. Лежала я на бледно розовой траве.
– Что за… – озвучила я свои мысли, – А мы, где вообще?
– Понятия не имею! – ответила подруга. – Думала ты знаешь! Что делать будем?
– Мы не на Земле! – Сделала единственный возможный вывод я. – Судя по всему мы в лесу каком-то. И до населенного пункта должно быть довольно далеко. Иначе, местные нас давно уже нашли бы. Пришли бы на звук удара. Тишина вон какая стоит, только птички щебечут и деревья скрипят. Так что при нашем столкновении с деревом грохот стоял на несколько километров. Короче говоря, нужно к туземцам выходить.
– Зачем к ним выходить? – испугалась Ирка, – А вдруг они агрессивные? Или вообще людоеды какие-нибудь? Сама ж сказала, мы не на Земле.
– То есть, то, что мы не на Земле, тебя не смущает? – посмотрела я на подругу, она лишь молча похлопала глазами. Меня всегда поражало, что она удивляется простым вещам, а к серьёзным и сложным относится будто так и надо. Я же, вздохнув и морщась от боли, ответила на её вопрос: – Ир, ты, когда последний раз охотилась? Тогда же, когда и я. То есть – НИ-КОГ-ДА. Я в нашем то Мире не знаю какие ягоды и грибы съедобные, а какие нет. А здесь, так и подавно. Молчишь? Значит берем из машины всё, что сможет пригодится и выдвигаемся.
Быстро взяв из машины рюкзаки со спортивной одеждой, аптечку и мои зажигалки из бардачка, нашли не початую бутылку минеральной воды. Покопавшись ещё минут десять, решили, что больше взять нечего. Я озвучила подруге свои мысли по поводу того, что она большая молодец что в спорт зал ходила и меня таскала. Теперь у нас хотя бы одежда есть сменная. И что я тоже молодец, не поддалась на её уговоры и не бросила курить. Зажигалки в лесу пригодятся очень.
– И в какой стороне поселение, Ксю. По интуиции пойдём?
– Я читала, что нужно идти по течению реки, если окажешься в лесу. Там птиц много поёт, – показала я рукой, – Может там водоём. Да и вообще, когда птички весело щебечут, значит хищников нет.
И так мы плутали по лесу. Делали привалы, мне шевелиться то больно было, а тут пробираться по кустам и буеракам. Хорошо хоть одежда более-менее соответствовала лесным прогулкам. Это я про джинсы и кроссовки. Футболки в этом плане подводили. В общем, когда местное солнце близилось к горизонту мы всё же вышли к водоёму. Ну как вышли, выползи. За время нашего лесного «променада» минералку мы приговорили без остатка. Благо речушка была, хоть и не большая на первый взгляд, чистая. Напившись, мы набрали воды в пустую бутылку. За которой я лазила в кусты. Потому что моя не самая разумная спутница, допив остатки минералки, благополучно её туда швырнула. Кстати, когда продиралась по колючим кустарникам, я издавала такой отборный русский мат, что даже птицы притихли. Возможно, поэтому нам по пути не то, что хищники, ни одной зверюшки не повстречалось. Утолив жажду и сделав запас воды, я молча стянула с себя всю одежду и без зазрения совести полезла мыться. Ира не растерялась и плюхнулась в след за мной. Водица прибавила сил. Наплескавшись и нанырявшись вдоволь, мы выскочили на берег. Схватили полотенца из рюкзаков, обтерлись, оделись. И стали бегать, как угорелые собирая дрова для костра. Погода здесь довольно теплая, а вот вода была холодная. Костер мы развели, когда уже стемнело, он, конечно, сильно дымил, но сидеть у огня было всё же тепло. Я тогда ещё подумала, что стоило бы в походы походить, опыту набраться. А в слух сказала:
– Есть хочу! – Желудок подтвердил мои слова жалобным урчанием.
– Потерпишь. – Буркнула Ирка. – Считай, у нас сегодня разгрузочный день! И вообще, лечебное голодание.
– Хорошо тебе говорить, я на диетах не сижу. У меня организм не приучен.
Так в ходе «светской» беседы у костра, мы улеглись прямо на землю подложив рюкзаки под голову. Ирка ещё что-то рассуждала про красоту местного ночного небосвода. А я уплыла в страну снов. Проснулась я от холода и сонное бурчание подруги о том, что не вышло из нас великих махинаторов, ведь даже одеяло не додумались в машину положить. Не знаю, как наши махинации и одеяло связанны друг с другом. Но от последнего я бы тоже не отказалась. Нехотя встав, я посмотрела на серое небо. На горизонте прорезающиеся лучи местного светила, как будто бы вливали в небо краску. И оно приобретало лавандовый оттенок. Красота! Я, конечно, не ценитель. Но как же красиво! Даже на мгновение забылось, что тело изнывает от боли, и что спала, как бомж на земле (хотя почему как… я и есть бомж в этом Мире), и даже то, что жуть как хотелось есть.
– Вставайте, Великий Махинатор, нас ждут великие дела! – Пихнула я подругу в бок.
Наскоро умывшись в ледяной речной воде, мы снова выдвинулись в путь. В низ по течению реки, как учили на ОБЖ. И опять весь день мы шли по этому проклятущему лесу. Я уже ненавидела эти деревья. И птички тоже подбешивали своим веселым щебетом. Если в начале пути была надежа, что мы набредем на какую-нибудь деревеньку, то сейчас она неумолимо нас покидала вместе с силами. К закату мы всё же выбрались из леса. Но сил идти дальше уже не было. Мы просто сели на землю изнывая от голода и жалости к себе любимым.
– Я больше не могу! – Констатировала подруга и отрубилась лежа на земле в обнимку с рюкзаком.
Я уже хотела последовать её примеру, но вдруг услышала звук. Топот. Точно топот копыт. Как на ипподроме (не удивляйтесь, я была на ипподроме, с такой подругой, как моя вас куда только не занесёт). Мы валялись в каком-то овражке. Ведь проедут и не заметят. Я собрала последние силы и на четвереньках через кусты поползла на верх. Завершив свой тернистый путь, отметила, что топот ближе. Я выпрямилась во весь рост. Темно, как назло, небо затянуто тучами. Ничего не видно. И я заорала первое, что пришло в голову:
– Люди! – протянула я, упала на колени и просто заплакала.
В своих бессильных стенаниях я уже и не заметила, как два всадника подъехали ко мне. Один спешился и подошёл ближе.
– Вам помощь нужна? – Спросил спокойный мужской голос.
– Угу! Там, – почти шёпотом ответила я, указывая на овраг. Не в силах поднять глаза на спасителя и просто упала на землю лицом вперёд. А на отголосках покидающего меня сознания появилась мысль: «Ну надо же – русский! Великий! Могучий!»
Пункт третий.
Если уж вы не вняли первому пункту, помните: зачем расстраиваться и переживать, если можно не расстраиваться и не переживать. Не поддавайтесь панике.
Глава 3.
Вроде бы меня взяли на руки. Вроде бы куда-то несли, а может везли. Весь мир, всё моё существование стало, как странный смазанный сон. Я будто и не существую вовсе. Помню меня положили на что-то мягкое. Помню голоса. Несколько мужчин и женщина. О, точно! Диалог помню. Двух мужчин между собой.
– Не магички они обе, ты когда-нибудь такое видел!? И как только выжили при переходе. И переход на два дня раньше. Пойдем, оставь их здесь. Их раса найдёт им какое-нибудь применение. Они своих не бросают.
– Я рыжую с собой заберу. – Сказал голос, который предлагал мне помощь.
– Тебе баб мало что ли на Иэллиале. – Скорее утвердив, чем спросив сказал второй. – К тому же, они пришли вдвоём, значит их путь должен быть вместе. А они ещё и без сознания. Я лично никого не потащу.
– Она особенная. Ну для меня. Я её чувствую. Понимаешь? – Возразил спаситель.
– Ага, как же! Твою расу хрен поймешь. – Парировал второй и вздохнув добавил. – Оставь ей квифтэй (если уверен, что особенная), а потом вернёшься за ней. Всё поехали!
Последнее, что я помню, как моего запястья коснулось что-то тёплое, и это тепло разливаясь по всему телу принесло необъяснимый покой. Проснулась я на удивление бодрой. Потянулась всем телом в мягкой постели не открывая глаз. Ну и странный же сон. Розовая трава – мечта Барби! Я улыбнулась. Стоп! А почему у меня в квартире пахнет палёным деревом и свежим хлебом. Я резко распахнула глаза.
– Ксю, это просто сказка «Морозко» какая-то! – я обернула на восторженный голос Ирки. – Здесь всё такое! Ух! – Верещала она и выскочила из комнаты.
Я поднялась и осмотрелась. Простая комната без изысков. Бревенчатые стены, деревянные пол и потолок. На большом окне белая похожая на льняную занавеска. Теремок!
– Проснулись, барыня! – Следом за моей подругой вбежала молодая девушка пухленькая и розовощёкая, на голову выше нас с Ирой. – Сестрица вашняя ещё вчера в себя пришла. А вы цельны сутки провалялись. Но оно и не мудрёно, вон вы какая худенькая. Болезная видно, аль кормились плохо?
– Э! Не болезная и кушала хорошо. Пока в лес ваш не попала. – Округлив глаза ответила я.
– Эко как! За два дня так исхудала, бедняжка. – Искренне удивилась девчушка. – Ой, чаво эт я, барыня Ксенья. Сестрица вашняя барыня Ираида, сказала нам, как вас величать. А я то и на назвалась. Не девкой же кликать будитя! Меня Марфой звать.
– Очень приятно познакомиться, Марфа. – Улыбнулась я девушке, умиляясь её простоте и непосредственности. – А почему ты меня и «сестру» мою барынями зовёшь?
– Как чаво!? – Брови Марфы удивленно поднялись. – У вас жа вона квифтэй на руке. А такой квифтэй только барин какой высокородный поставить можеть. Видна вы барыня особая какая, раз только прибылите, а вам уже квифтэй нацапили.
Я посмотрела на руки. На левой увидела браслет похожий на паука. По середине крупный черный камень с ярко-зелёными прожилками. «Лапки» из легкого почти невесомого метала обхватывали запястье, но не смыкались, а будто впивались под кожу. Боли не было. Я попробовала снять паучка, но даже на миллиметр не сдвинула.
– Марфа, я смотрю ты много знаешь. И то, что мы иномирянки для тебя я вижу не секрет. Мне бы сейчас помыться и покушать, а потом расскажи мне обо всём, что знаешь.
– Конечно, барыня. Банька готова. Барыня Ираида тудась ужо отправилась. Апосля я на стол сберу. – Марфа подскочила ко мне набросила мне на плечи подобие тяжелого плотного халата, помогла обуть мягкую похожую на тапки обувь и осторожно придерживая под руку повела в сторону выхода. А я и не заметила, что на мне уже была надета белая длинная рубаха почти до пят.
Мы вышли из дома. Я окинула любопытным взглядом окрестности. Ровным рядами стояли двухэтажные расписные теремки. Рядом размещались небольшие постройки тоже из белого бруса. Дворы разделяли невысокие живые изгороди. За одной из них столпились местные. Такие же, как Марфа полненькие высокие женщины и молодые крепкие мужчины. Я почувствовала себя клопом.
Пункт четвертый.
Кто владеет информацией, тот правит Миром. Соберите всю возможную информацию до которой дотянетесь. А если предлагают баню, не отказывайтесь.
Глава 4.
Ох и банька хороша! Марфа нас с Иркой отхлестала вениками. Потом мы вдвоём с «сестрицей» ныряли в кадку с холодной водой. И опять в парилку. В предбаннике Марфа выдала нам длинные белые рубахи и яркие сарафаны. Мой мне оказался в пору (или у подростка взяли наряд, или всё же ошибаюсь и здесь есть такие же тощие недорослики, как я). Выйдя наконец из бани, я поплыла по свежему пахнущему дымом воздуху и чуть не упала в обморок. Поймавшая меня Марфа, подхватила под руку и Иришку и отвела нас к длинному столу, накрытому на улице. Во главе сидел мужчина на вид лет пятидесяти, а рядом суетилась женщина.
– Здравы будьте, барыни. – Басом протянул мужчина. – Вы значит три дни назад на нашу Иэллиал прибыли? – Недоверчиво добавил мужчина, обращаясь почему-то ко мне.
– Выходит так! – просто ответила я. – А к Вам как обращаться? С Марфой то мы уже знакомы.
– Василь меня звать. Я староста этой деревни. Марфа дочь моя вторая. А эта красавица, – мужчина нежно хлопнул ладошкой чуть по ниже талии, ворковавшую вокруг него женщину, – жинка моя, Аксинья и мамка деток наших. Ну и Марфушки тожить.
– Очень приятно познакомиться, староста Василь. – Улыбнулась я. И глянув на что-то уже жующую Ирку, добавила: – Мы действительно прибыли недавно. Расскажите нам о б этом Мире.
– Началась история этого Мира давно! – Начал свой рассказ Василь, будто только этого и жал, – Жили здесь только эльфы. Потому назван мир Иэллиал, что значит приют. И то ли скучно им стало, то ли что. Заворожили они лес. И каждые двадцать годов стали приходить сюда другие расы. Первыми сюда пришли человеки, славянами их звали, видно славный народ был до сих пор их традиции чтим. Потом пришли демоны. Гномы. Тролли. Феи. Только пройти в Иэллиал могут те, кто магическим даром не обделён. И расселились они по всему Иэллиалу и создали свои государства. С тех пор много столетий в воду кануло. И нас, человеков много поколений сменилось, но так как в нашем царстве переход расположен. Стал язык славней международным! – Закончив свой краткий лаконичный рассказ мужчина поднял палец вверх, даже не подозревая, что убил в моём любопытстве сразу двух зайцев и по поводу всего этого Мира, по поводу языка.
– Круто! – Протянула Ирка. – Это что ж получается, мы тоже магией обладаем? А какой?
– Вы не магички. – Выдал резко Василь. – Вот и думу я думаю. Как вы не померли без дара, когда портал проходили.
– А мы в волшебной колеснице перенеслись! – Без сомнений ответила я. – Она до сих пор там стоит, на месте переноса. – И пока староста не опомнился, я, ухватившись за браслет на руке задала мучавший меня вопрос: – Что это такое и как его снять?
– Квифтэй! – Рассмеялся Василь, – Его снимет тот, кто одел. Это значит, что ты почти замужняя. И ежили кто, окромя жениха, на честь твою посягнёт. Так его на месте молнией и зашибёт.
– Это что ж, – разочарованно выдохнула я, пытаясь содрать браслет ногтями, – Без меня, меня женили!
– Выходит так! – Пожал плечами мужчина. – У нас со всеми так. Хочешь девку замуж одень квифтэй. И выбора у неё нет. У меня пять дочерей и сын. Пока только одну замуж отдал. Но Вы, барыня, не печальтесь. Ваш жених хорош, денег на Ваше с сестрицей содержание оставил много, на пару летов хватит.
– А кто он? – Заинтересовалась «сестрица» пока я безуспешно пыталась содрать «паука» с запястья.
– Та, кто его знает. – пожал плечами Василь. – Они приехали вдвоем, вас привезли. Лица прятали под капюшонами, да под мороком. Проверили вас на способности. Удивлялись мы долго, не магички вы. Потом зашли в покои, где вы почивали. Долго что-то обсуждали. Потом деньги оставили, наказали беречь вас. И перед рассветом ускакали на эльфийских ретивых. А вы точно сёстры?
И правда мы с Ираидой были похожи только в одном – в росте. Ирка была, что называется, в теле, русые волосы, чистые голубые глаза. Матовая кожа и по детские наивное лицо. Мои же волосы были цвета меди, глаза были серые, на лице россыпь веснушек. Обе мы не выглядели на свои тридцать два, нам и двадцать пять едва давали. Но всё же!
– У нас папы разные! – выпалила Ирка, у старосты упала челюсть, снующие вокруг женщины застыли. – Что? Для нашего Мира это нормально.
– Аааа, – только и смогли протянуть семейство старосты. И тут появился
новый персонаж:
– Ух ты! А что ещё у вас нормально? – Выдал молодой парень, усаживаясь, между нами, с Ирой. Потом понял, что мы не поняли его наглости и представился: – Я Остап, единственный и непутёвый сын старосты.
– Аааа, – тут уже протянули мы с подругой.
– Вы странные, – тут же продлил наше замешательство Остап, – У одной волосы, как хвост елисты, у другой глаза, как звезды. Ещё и бездарные. Но при этом барыни.
– Вот такие мы, уникумы! – Быстро нашлась Ирка.
Так мы и просидели за столом до полудня. Я узнала, что елиста это зверёк похожий на земную лисицу. Всё семейство старосты в полдень разбрелось по неотложным делам, а мы с подругой отправились в выделенную комнату восстанавливать силы. Минут пятнадцать мы были одни и Ирка вздыхала от скуки. Затем пришел Остап и они без умолку трещали. В целом поспать мне не удалось.
– Слушай, Остап, а почему на меня все смотрят с состраданием? – Решила вклиниться я в разговор. – Это из-за квифтэй?
– Хах! Из-за твоего квифтэй тебе тихо завидуют. – Смеясь ответил он. – А сострадают, что ты худая больно по местным меркам. Такие хрупкие только эльфийки и фейки. А ты ни там, ни там ростом не вышла. Эльфийки высокие, а феи ну совсем малявки. Так что ты всё ж таки человечка. Но уж очень хрупкая!
В таком темпе тянулись дни. Мы с Иришкой ели и скучали. А когда староста не занимал сына. Остап с удовольствием нас развлекал. У Ирки в рюкзаке нашлась колода карт. И мы научили мальчишку (как выяснялось двадцатилетнего парня) играть в подкидного дурачка.
Пункт пятый.
Если не мы, то не мы. Раз уж вам подкинуло такой шанс, не сидите на месте, постарайтесь поработить этот Мир.
Глава 5.
В конце третей седмицы (по-простому недели) нашего пребывания в Иэллиал к старосте приехала старшая дочь с мужем. Ребята они были такие же, как и весь посёлок общительные (а мы перезнакомились уже со всеми). Оказалось, Вакула – зять старосты – был кузнецом и собирался ехать на новое место работы с женой Орлёной в столицу оборотней – Эрриоз. Приехали они на три дня, повидаться перед отъездом. Ну мы, посовещавшись твёрдо решили, отправиться с молодой четой в Эрриоз вместе… Втроём. Да, Остап тоже изъявил желание ехать. Он называл меня мудрым учителем. И мне дико льстило, как мальчишка слушает мои заумные лекции по психологии. Потому как Ира обычно засыпала в первые пять минут.
– Как же вы, барыня Ксенья, уедите! – Возмущался Василь. – А жених коль ваш объявиться, я что ему скажу?
– А жених сам сказал мне: «Если я через три седмицы не приеду, выезжай в Эрриоз. Я там буду по делам!». Вдруг опоздаю, что тогда делать? – Врала я мужчине не краснея. – А если уж переживаете за сохранность нашу, так Вы Остапа отпустите с нами. Нам с Вакулой и Остапом ничего не страшно. Вон каких мужиков сильных воспитали. Да и Остап кузнечному делу у зятя подучится. Всё в хозяйстве пригодится.
– Ну, Вакулу то не я вырастил. – ответил Василь. – Хотя и моя заслуга есть. Он за Орлёной увивался с детства, днями тут топтался.
– Да, да! – не прикрыто льстила я. – Сразу видна рука воспитателя.
Короче говоря, Василь сдался на второй день уговоров. Кремень мужик, что тут сказать. А на третий день мы дружной компанией распрощались с гостеприимным домом. В дорогу нам, кроме еды, собрали несколько сарафанов, белых рубашек, выдали по теплой стеганной куртке и мягкую обувь из дубленой кожи на подобие полусапожек. Дорога до столицы оборотней должна была занять четыре дня на повозке. Прощались бурно. Провожать пришла вся деревня. Сельская молодежь сильно сетовала, что без нас с Иркой в поселении скучно будет. Ещё бы! Почти каждый вечер устраивали гулянья с песнями и плясками. Ирка научилась играть на кюльсе, местном подобии гитары. Так мы им такие концерты устраивали, из репертуара земной попсы, закачаешься. Марфа плакала, прощаясь и порывалась ехать с нами. Но отец не отпустил. Кремень мужик, не поддался на бабьи слёзы. Первые два дня дорога была спокойной. Развлекались тем, что пели песни под Иришкин аккомпанемент всё на той же кюльсе, которую нам подарили селяне. Орлёна почти выучила наши песни и лихо нам подпевала. Ночевали на телеге под тёмно-фиолетовым звездным небом, накрываясь шерстяными одеялами. И перед сном Остап всё так же с упоение слушал мои лекции по психологии. Остальные под мой монотонный шепот быстро засыпали. На третий день мы пересекли границу земель оборотней. Так Вакула сказал. Я же изменений в пейзаже не заметила. Всё те же бело-лиловые леса, бледно-розовые луга и золотистые поля. Скука! Приключения настигли нас к вечеру, когда мы остановились на ночлег. Напросилась я видимо. Нас окружила стая (штук шесть), как по мне так собак-переростков. Ирка с моим умозаключением была солидарна, о чём промолчать она уже не могла:
– Ой! Какие собачки большие! – Восхищаясь громко заверещала она.
Я всегда её учила оставаться хладнокровной в любой ситуации. Так что спокойно на их появление отреагировали только мы – две попаданки. Лошадь, переминаясь с ноги на ногу, громко фыркала. Вакула протянул что-то типа ой-ё. Орлёна ахнув спряталась за спину мужа. Остап сначала испуганно выдохнул, но следуя нашему примеру прикинулся самим спокойствием. После же Иришкиной фразы, самый большой пёс начал трястись, будто отряхивая воду из шерсти. И вот уже перед нами стоит огромный мужик с темными не мытыми волосами до плеч и в одной набедренной повязки.
– Ого! – Искренне удивилась я. – Вот это я понимаю стриптиз-шоу! А продолжение будет?
– Да-да! Продолжение! – заёрзала на месте «сестрица», хлопая в ладоши.
У мужика упала челюсть. С минуту он хлопал глазами и возмущенно хватал воздух ртом. Но потом всё же собрался с мыслями и свирепым баритоном взревел:
– Какие мы вам собаки, человечки! Да за такие слова мы вас на круг пустим, суки!
– Ну наконец-то! – Невозмутимо выдохнула я. – Мы уж думали и мужиков нормальных не найдём в этом Мире. Одни задохлики!
– Вот-вот! – поддакнула Ирка, и скидывая куртку добавила, глядя в лицо оборотня: – К тебе или ко мне?
– Ира, не наглей! – стягивая куртку «поддержала» я подругу. – Этот мой! Что не видишь между нами искры! Вон ещё пять, выбирай не хочу! Кстати, а можно всех посмотреть?
– Они что не нормальные? – обратился оборотень к спокойно наблюдающему за происходящим Остапу. А потом увидев на моей руке квифтэй удивлённо добавил: – Это кому из сумеречных на такой жениться вздумалось?
– Ох, барин! – Искренне протянул Остап. – Их к нам привезли белее недели назад. Сказали, что после того, как на рыжую квифтэй одели она умом уплыла. Видно, от счастья! Наказал барин, что привёз её, коли хуже станет – в Эрриоз её вести. Там вроде лекари есть для душевно больных. А вторая, сестрица еёная, нормальная была, а потом тоже умишко будто вышибло. Вот мы и испугались. Что баб наших покосит всех. Чай на заразу похоже! Лекарь наш сказал, педемия начаться могёт!
– А ну так вы это… – опешившим голосом пробубнил волк, – Езжайте тогда! Но откупиться бы на надо!
– Так нет у нас ценностей, – ответил Остап, – Бабы только, да вот кюльса!
– А теперь песня, – заорала я, выхватив инструмент у Остапа из рук, кинув его Ире, и запела, стараясь подражать оригиналу:
«Волки уходят в небеса,
Горят холодные глаза.
Приказа верить в чудеса
Не поступало… аа-аа…»
(прим. Ав. Песня «Волки» группа Би-2)
Так пела, стоя на телеги, что даже глаза прикрыла. Подруга встала рядом со мной, играя на кюльсе и подпевала в припеве. Закончив выступление, я открыла глаза и увидела шестерых мужиков в набедренных повязках, сидящих на траве. Самый молодой тёр глаза. Видимо скупая мужская слеза. Оборотень, с которым у нас ранее был диалог, махнул рукой и выдал:
