Текст книги "Торопитесь любить (СИ)"

Автор книги: Мария Клепикова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 2 страниц)

Мария Клепикова
Торопитесь любить

Глава 1

Дорогие мои читатели! Как и обещала, я представляю на суд продолжение истории «Холодный, расчётливый и нелюбимый», но уже в качестве бонуса про Гвентина:) Так как главным героем теперь выступает бывший возлюбленный Тайлетты, то повествование будет идти от третьего лица.  Жду Ваши отзывы по новым эпизодам. Приятного прочтения:)

Торопитесь любить

Убаюкивающе монотонно стучали колёса по бесконечной железной дороге, что уносила прочь Херр Гвентина фон Фуллингтона. Молодой мужчина сидел, облокотившись на мягкую спинку сиденья, и с пустотой в глазах смотрел на мелькающие за окном пейзажи.

За последние одиннадцать лет он столько исколесил по стране, что красоты Иосфании больше не вызывали чувство щенячьего восторга, всё приелось и стало обыденным. Война, внезапным ураганом ворвавшаяся в довольно мирную жизнь родного края и руша жизни и судьбы людей и магов, давно закончилась позорным и обидным мирным договором. А что делать – политика, чтоб её подери! В Ордене Глендстория тогда долго зализывали раны. Нет, в их рядах не было потерь – все остались живы и частично здоровы, вот только…

Горькая усмешка, больше похожая на рваный оскал, исказила загоревшее лицо Гвентина. Тогда, когда исчезла Тайлетта, он, наконец, осознал, как много она для него значила. Даже, в их последнюю встречу, когда он признался ей в любви, его сердце не трепетало так сильно – вечно влюблённая девушка всегда была рядом. Казалось, куда торопиться – успеется!

Не успел.

Любовь. В полной мере Гвентин осознал это чувство, лишь, когда потерял любимую. Навсегда. Сколько раз у него была возможность начать отношения с Тайлеттой, столько шансов выпадало и каких! Но проявление холодности вошло в привычку. Лёд дрогнул, лишь, когда над возлюбленной возникла угроза реальной опасности. Гвентин действительно в тот момент испугался за жизнь Тайлетты. Ему казалось, что те чувства, в которых он тогда всё же признался, оградят её ото всех и вся. Но нет. Коварная смерть похитила замечательную девушку, не оставив ни единой надежды. Гвентин долго не хотел верить, что его назойливой и порой докучливой воздыхательницы больше нет.

Нет.

Гвентин фон Фуллингтон в один миг почувствовал себя опустошенным. Да, именно пустота наполнила его естество, раздавила, уничтожила. Пока он был вне себя от горя, никто из их Ордена не узнавал его. То будто окаменевший, он мог целыми днями сидеть за дальним столиком трапезной залы, ни на кого не реагируя, то вдруг срывался из-за малейшего пустяка. Помнится в один из таких приступов, Гвентин сильно избил своего друга Натаниэля. Он был неимоверно зол, что даже старшему брату Персивалю досталось. Наблюдавший это «избиение младенцев», по другому никак не скажешь, Лаус, который к тому времени занимал второе место по значимости в Ордене, выволок за шкирку разбушевавшегося мага на улицу и хорошим ударом приструнил.

Потом была пара бутылок горячительного и долгий разговор. Молодые люди не напивались, но крепкое спиртное позволило выплеснуть наружу эмоции и вывернуть душу. Кто бы мог подумать, что Лаус за одну только ночь приведёт Гвентина в чувства.

А потом начались длительные одиночные задания – Гвентин навсегда оставил свою команду и выбирал теперь самую сложную работу. Первые годы было тяжело, но вечные изматывания и физическая активность не позволяли углубляться в себя. Гвентин стал очень сильным, выносливым и… замкнутым. По возвращении в родной Орден он мало с кем общался и никогда не подпускал к себе внутреннему. Он привык быть один. За эти годы его друзья обзавелись семьями и народили детишек, что шумной гурьбой носились между столами и допекали своими проказами нового главу Ордена Глендстория. Постаревшие и повзрослевшие маги в них души не чаяли, но только не Гвентин. И вовсе не потому, что он не любил детей. Любил. Вот только сердце кровью обливалось, что среди них сейчас могли бы бегать и их с Тайлеттой ребятишки.

Проклятая, проклятая война!

На противоположном диванчике вагона какая-то женщина убаюкивала под тихую колыбельную малыша, а Гвентин вдруг вспомнил, как в давешней поездке слышал другую женщину, что пела под гитару песни, и слова одной из них навсегда засели в его голове. Кто бы мог подумать, что эти строки будут разрывать его заледенелое сердце на куски. И вот сейчас, с душевной болью он пел её одними лишь губами, чтобы никто не услышал:

Торопитесь любить, время впрок запасти не удастся, Торопитесь друг друга беречь, ведь потерь не вернуть! Не ленитесь сказать о любви, ведь и так может статься, Что когда-то придётся одним продолжать этот путь.

Горячие слёзы помимо воли вырвались из грустных глаз, обжигая мужественное лицо сильного мага, и он поторопился их вытереть. Необыкновенное щемящее чувство счастья и горечи обожгло душу мужчины.

Тайлетта была жива.

Жива. Его Тайлетта, та, которую он похоронил и втайне оплакивал, была жива. И это было искреннее счастье.

Именно эти эмоции Гвентин позволил себе ровно год назад оставшись наедине с самим собой. Тогда, случайно увидев её в летнем кафе, он подумал, что это галлюцинация, что злой рок решил пошутить над ним. Но нет, Тайлетта фон Ольденбург была абсолютно реальна.

Прекрасная, как спокойное море, свежая, как утренняя роса, нежная, как воздушные облака, она сидела напротив, совершенно его не замечая. Волнистые локоны, что раньше свободными прядями ниспадали на хрупкие плечи, были убраны в аккуратную высокую причёску и открывали взору длинную белую шею. Пару раз она скользила в его сторону мимолётными взглядами, но не задерживалась – не узнала.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Гвентин почему-то невероятно сильно захотел, чтобы она обратила на него внимание. Мужчина понимал, что тоже изменился, но всё же…

И вот синие очи, наконец-то, встретились с его. Мир замер. Казалось, всё вокруг остановилось. Гвентин даже забыл, как дышать.

Тайлетта машинально потёрла глаза и вновь на него воззрилась. Удивлена. Что ж, взаимно. Двое мальчишек, что сидели рядом, постоянно отвлекали её. Сразу видно – сыновья. Старшему где-то около одиннадцати. Большой. Что же с ней произошло? Как, почему? Ведь она так любила его – это не вычеркнуть из сердца в один миг.

Всё вполне объяснилось, когда к столику подошёл харрон Херр Ингвар фон Стейнвегг. По тому, как она его встретила было понятно, что маршал Эволетта – её муж. Тварь. От него за версту веяло высокомерием и властностью. Ублюдок. К гадалке не ходи, чтобы догадаться, что всё его рук дело. Ледяная магия Гвентина фон Фуллингтона непроизвольно вырывалась наружу, создавая в жаркий день морозную прохладу. Харрон, почувствовал его магию и резко обернулся – тоже узнал. Вокруг Ингвара фон Стейнвегга также похолодало. Что ж, пора, выйти!

Гвентин уверенно встал, готовый к драке, но произошло то, что он никак не ожидал: Тайлетта встала, нежно обняла мужа и… увела прочь. Она обернулась лишь один раз, умоляюще качнув головой. Одинокая слеза скатилась по её бледной щеке, и молодая женщина украдкой смахнула ту. В её прощальном взгляде было всё: и нежность, и сожаление, и боль.

Гвентин в одночасье понял, что обрёл и одновременно потерял навсегда свою Тайлетту. Его возлюбленная была замужем и была матерью – это бесспорно. Мужчина внезапно вспомнил себя маленького. Как ребёнком мечтал о полноценной семье, как плакал, когда погибла его мать, защищая его с братом от жуткого и невероятно сильного демона, заточив его в ледяную тюрьму, оболочкой которой и стала сама. Младшему сыну Тайлетты примерно шесть лет, как и ему тогда. Ту боль, что он испытал, не забыть никогда. Нет, он не лишит этих чужих пацанов ни матери, ни отца, не разрушит их детское счастье.

А сейчас загляните в глаза и проникните в душу. Если сердце тревожит печаль – дайте волю слезам. Научитесь прощать, понимать и внимательно слушать! Торопитесь любить, что б когда-нибудь не опоздать!..

Гвентин опоздал, опоздал на целую жизнь. Так получилось. Коварная проказница зло пошутила над ними и развела пути влюблённых в разные стороны.

___________________________

В тексте использованы строки из песни Светланы Копыловой – Торопитесь любить

Глава 2

Вновь стук колёс, вновь одиночество. Что ж, значит путь одинокого волка – его судьба. После встречи с Тайлеттой Гвентин хотел побыть в одиночестве, привести мысли и чувства в порядок, но… Не всё так просто – у мага были незаконченные дела и долговременные обязательства. И вот, спустя чуть больше года, он, наконец, смог взять себе отпуск и отправиться, куда глаза глядят. Хоть ненадолго, но выпасть из привычного круговорота своей никчёмной, как ему казалось, жизни. Вдалеке за окном показались белоснежные макушки высоких гор. Да, снег и холод – это то, что ему сейчас было нужно.

Гвентин вышел с рюкзаком на плечах на перрон почти заброшенной случайной станции на одной из остановок. Состав простоял около минуты и исчез длинной змеёй вдалеке, оставляя сошедшего пассажира одного. У Гвентина не было сейчас никакой определённой цели – хотелось забыться и исчезнуть, никого не видеть, не слышать, побыть, наконец, наедине с самим собой. Вдохнув свежий воздух, он решительно направился в свой импровизированный поход.

– Быть не может! Точно он? – удивлённый и довольно звонкий старческий голос за спиной разрезал кристальную тишину спокойного леса. – Да откуда ему тут взяться, сто пудов – путаешь! – повторилось.

Надо же, сошёл в каком-то захолустье, и то спокойствия нет. Гвентин поспешил поскорее скрыться от неожиданных попутчиков, но видимо сегодня не его день.

– Постойте! Да погодите же Вы! – всё тот же голос заставил его замедлить шаг. – Вы… Вы ведь, Херр Гвентин фон Фуллингтон, маг Ордена Глендстория? – запыхавшийся старик дёрнул за рукав куртки известную личность Иосфании.

– В чём дело, Херр? – Гвентину не хотелось общаться, и он несколько раздражённо повёл бровью, но всё же без резких движений освободил руку.

– Скажите, так это правда? – с тайной надеждой грузный мужчина переспросил, хватаясь за сердце и тяжело дыша.

За его спиной выглядывала через плечо молодая женщина. Широкие скулы на персиковом лице, прямые пшеничные волосы, заплетённые в толстые косы – симпатичная, но крупноватая. Светлые, почти бесцветные, как и у старика, голубые глаза зорко следили за ним, полные губы что-то шептали деду.

– Ну, допустим, – нехотя признался Гвентин, не отрывая глаз от молодухи.

– Какое счастье! – выдохнул дедок. – Небеса покровительствуют нам! – он возвёл к небу руки. – Вы посланы нам богами! – пожилой мужчина взял под руку Гвентина и потянул на себя. – Прошу Вас, пойдёмте с нами, Херр фон Фуллингтон, – настойчиво незнакомец тянул известного мага в сторону. – Мы даже не надеялись на такую удачу. Позвольте, я объясню. Всё дело в том, что в нашей деревне живёт страшный демон, – прямо и честно заявил дедок, не ходя вокруг, да около. – Он уже полгода портит наш урожай и губит скотину. И за что нам такая напасть? Прошу Вас, Херр Маг, умоляю, помогите нам – избавьте нас от него! Мы заплатим любые деньги.

Гвентин фыркнул. После войны маги часто помогали простым гражданам избавиться от демонов или монстров, и к слову, были весьма востребованы. Уж что-что, а в деньгах он не нуждался. Те задания, за которые он привычно брался, хорошо оплачивались. Мужчина даже приобрёл собственный домик за городом Вентории, вот только пустовал тот часто. Такой же одинокий, как и его хозяин, он давно бы уже зарос, если бы не старый друг детства. Тот тоже был магом, но конституция и проблемы со здоровьем не позволяли ему участвовать в общих заданиях, да и магия его была далёкой от боевой. Зато тот самый друг детства открыл в себе талант ландшафтного дизайнера и был довольно популярен на этом поприще. По старой дружбе он и следил за фруктовым садом загородного дома Херр фон Фуллингтона, хотя самому Гвентину ровным счётом было всё равно.

– Извините, но меня не интересует ваше предложение, – фыркнул Гвентин, кожей ощущая, как блондинка все глаза просверлила, глядя на него. Ясен пень – влюбилась! Ещё одна поклонница. Не мудрено – уже который год Херр Гвентин фон Фуллингтон держал первую позицию в рейтинге самых сексуальных мужчин-магов Иосфании, его фотографии не сходили с первых обложек журналов.

– Хотите, встану перед Вами на колени! – старик, кряхтя, и впрямь пытался воплотить свой замысел в жизнь.

– Не стоит, не поможет, – Гвентин отнюдь невежливо развернулся и пошёл своей дорогой. Как же его это раздражало. Раньше простолюдины с большим уважением относились к дворянству, а после войны и смене курса политики границы почти стёрлись, но это совершенно другая истоия. – Обратитесь в местный магический Орден, а я в отпуске.

– И Вы вот так уйдёте и оставите наших детей на верную смерть? – не отступал незнакомец, растерянно остановившись.

Ар-р-р! Ну да, конечно, он «единственный» может их спасти! Наверняка всего лишь лесные духи проказничали, а этот тут кипишь навёл. Многолетний опыт подсказывал Гвентину, что дело не стоило выеденного яйца, да и злой аурой в округе вовсе не пахло. Однако всё тот же опыт подсказывал, что старик не так прост, как кажется. Такие могут раздуть из мухи слона и выставить Орден Глендстория в неприглядном свете. Как же он не любил оных. Гвентин остановился.

– Вот и чудненько, – заметив, что увещевания не прошли даром, дедок поспешил к предмету своей заинтересованности. – Пойдёмте к нам в дом, отдохнёте с дороги, а завтра и за дело приметесь. Поверьте, в долгу не останемся. Меня, кстати, зовут Херр Нордман Сорса, я староста нашей деревни, а это моя младшая дочь Фройлен Аста.

Поняв, что только потеряет время и нервы, Гвентин нехотя пошёл вместе с ними, лишь бы поскорее разобраться с «проблемой», да и к тому же смеркалось – по крайней мере, сможет переночевать нормально. Идти пришлось немало – дорога, хоть и была укатанной, однако постоянно петляла и делала крутые повороты, будто пытаясь затеряться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Наконец, показалось и само поселение – с виду обычная деревня, каких полно. Тем не менее, мужчина поражённо хмыкнул, завидев местных жителей, – все как на подбор были на одно лицо: коренастые, светловолосые и со светло-голубыми глазами. Деревенские обступили пришельца, откровенно разглядывая и немного косясь, но под грозным взглядом старого Херр Сорса быстро разошлись.

Гвентина со всем уважением проводили в хозяйский двор старейшины – это было заметно сразу: большой массивный дом в два этажа, в отличие от других одноэтажных, и особая окраска ворот. Херр Сорс представил дорогому гостю жену и сыновей, кои, впрочем, издалека кивнули и удалились. Аста подсуетилась и живо накрыла на добротный деревянный стол в тени раскидистого каштана, бросая на случайного, но такого желанного гостя волнительные взгляды из-под светлых ресниц.

Вкусная простая пища пришлась по душе Гвентину, давно он не ел по-домашнему. Херр Сорс по-хозяйски налил по чарке медовухи и после плотной трапезы проводил в дом. Высокая кровать в отдельной комнате была покрыта цветным покрывалом в стиле пэчворк и имела нагромождение из трёх подушек, у дальней стены стояли массивные сундуки, на каждой стене висели странные метёлки: по всей видимости – обереги. Впрочем, Гвентина подобное не смущало, а так ничего – уютненько. Мужчина разделся по пояс и лёг поверх покрывала, не разбирая постель – и всё равно не нравился ему этот старикан.

Спал как всегда Гвентин чутко, а потому, проснувшись рано поутру и умывшись прохладной водой из бочки, решил прогуляться по окрестности. Но единственной ранней пташкой маг не оказался. Молоденький пастушок погнал скотину на пастбище, вдали на речке уже полоскали вещи женщины. Гвентин повернул назад и краем глаза заметил мелькнувшую тень.

– Херр Гвентин фон Фуллингтон, милости прошу на завтрак, – жена Херр Сорса издалека позвала его к столу. Гвентин обернулся в сторону тени, но там было уже спокойно, словно никого и не было.

– У нас не всё так просто. Дело в том, что злой дух обозлился на нашу деревню и проник в образе маленького ребёнка, – начал своё повествование Херр Сорса, уже усевшийся во главе стола. – Сначала мы не понимали в чём дело, всё началось с его мелких проказ, но за полгода злой дух набрал силу и стал мучить жителей нашей деревни.

– И в чём же это проявляется? – без особого энтузиазма поинтересовался Гвентин, глядя прямо в глаза напротив и пытаясь разгадать истинные намерения старика. Тот взор не отводил – крепкий камешек!

– Он уничтожает наши поля и портит воду в колодцах. Скотина передохла от одного его вида, – староста явно испытывал мага, следя за его реакцией. Какое-то негласное и незримое противостояние, но оба мужчины ничем не выказывали свои мысли. – Уничтожьте его дом!

– Я не ослышался, Вы говорите дом? Не злого духа? – удивившись, переспросил Гвентин, а про себя подумал. – «Вот уж действительно странно для людей, напуганных чудовищем».

– Мы надеемся, что потеряв свой дом, злой дух сам покинет наши благословенные места! – продолжал Херр Сорса. – Мы никому и никогда не причиняем зла.

– Почему же сами не разрушите его? – Гвентин ясно понимал, что староста темнил и что-то недоговаривал. Ага, сами не хотели руки марать, поэтому грязную работу решили перепоручить ему. Тоже нашлись «праведники»!

– О, это совершенно невозможно. Возле его дома творятся ужасно страшные вещи, и мы боимся туда подходить, – продолжал свою версию староста, юля и изворачиваясь, как уж. Это было настолько очевидно, что даже противно.

– Что ж, тогда показывайте мне дом своего «чудовища», – Гвентин отодвинул тарелку в сторону и встал из-за стола. Лучше не откладывать дело в долгий ящик. Придётся всё же посмотреть, что там на самом деле происходит, да поскорее покинуть странное поселение.

– Моя дочь, Фройлен Аста, проводит Вас. Злой дух живёт за околицей через заброшенное поле на опушке. Повторяю, туда никто не ходит, но он сам прокрадывается к нам и пугает нас, – нагонял атмосферу Херр Сорса, пылко выражаясь. – Уничтожьте его жилище и тогда ему некуда будет возвращаться!

– Ну, пошли, Фройлен, – хмыкнул Гвентин, нисколько не веря сказкам старосты, и обернулся на Асту, что втихаря строила ему глазки, и намеренно не произнёс её имя.

Глава 3

Идя по свободным улицам, мужчина спиной чувствовал провожающие их взгляды, опытным глазом подмечал странные для подвергшейся нападению деревни детали: никаких явных повреждений и разрушений, ребятишки беззаботно играли во дворах, бабы и девицы поодиночке и без страха ходили по улицам – в общем, жизнь текла вполне себе мирно. Да, кстати, и вода в колодце хозяина была отменной!

– И где же испорченная вода? – Гвентин в упор посмотрел на Асту, специально останавливаясь у очередного по ходу и пробуя на вкус.

– Сейчас уже придём, – молодая женщина повела его через дворы-огороды. – Вот, сами посмотрите, – она откинула деревянную дверцу колодца на отшибе.

Гвентин заглянул вниз, но даже на расстоянии чувствовался смрадный запах. И словно в дополнение композиции совсем рядом послышался жалобный скулёж. Гвентин глянул на звук и увидел крупную раненую собаку, на боку которой зияла открытая рваная рана. Похоже, не врали, но сомнения о подвохе не отпускали мага.

– Видите, что он натворил?! – Аста погладила страдающее животное и слёзно посмотрела на Гвентина.

– А не думаете, Фройлен, что уничтожив жилище злого духа, он не ополчится на вас ещё больше? – если это действительно так, то нужно обезвредить самого духа, а не разрушать его дом, что было бы логично.

– Да что эта девчонка сможет сделать? Ой! – женщина прикусила язык, явно проговорившись, и быстро продолжив, в явной надежде, что известный маг не услышал её прокола. – Не будет дома, и дух не выживет! Отец знает, что говорит!

«Всё интереснее и интереснее становится», – язвительно подумал Гвентин, жалея уже в который раз, что вышел именно на этой станции.

Молодые люди вышли к пустырю. Действительно на самом его краю за высокой плетёной изгородью стоял мрачного вида покосившийся дом. Добротные когда-то брёвна потемнели и кое-где прогнили, в зиявших прогалинах торчали ветки, перемешанные с каким-то месивом. В дополнение к изгороди дом окружали колючие кустарники. На стенах кое-где висели шкуры убитых животных. Видок ещё тот был!

– Видите? Уничтожьте его скорее, пока дух не пришёл! – торопила Аста.

Гвентин ещё раз окинул взглядом странный дом и хотел уж было сотворить заклинание – на такую рухлядь особо и сил можно было не тратить. Холодное свечение охватило его руки, но ледяная пушка так и не выполнила свой залп – магия вернулась назад.

– Давайте лучше подождём вашего духа. Раз он тут живёт, то проще будет разобраться с ним на месте, – передумал Гвентин, уселся на траву и похлопал по земле, приглашая женщину, однако та плохо скрываемо нервничала.

– Не надо ждать! Достаточно будет разрушить его дом, – настаивала она и в раздражённом порыве всплеснула руками. – Херр Маг, просто уничтожьте его и всё!

– Однако это интересно, – мужчина сузил глаза, поражаясь настойчивости просьбы. Поведение старосты и его домочадцев всё больше казались ему странными. – Вам докучает злой дух, портит ваше имущество и скотину, а вы собираетесь только лишь сломать его дом и пустить на все четыре стороны?

– Да, представьте себе, мы ж не звери какие-то, – Аста теперь явно нервничала, сминая руки и поджимая губы.

Гвентину не нравились эти недомолвки, и он намеренно тянул время, пытаясь вытянуть из женщины более подробную информацию, но та больше ничего не говорила и молчала как партизан.

И всё же дождался, пусть и не от неё: с громкими криками на пустошь ворвалась детвора под оглушающий лай волкодава, а по неровной холмистой поверхности бежала маленькая девчушка. Гвентин удивился: она слишком выделялась на их фоне – чёрные распущенные волосы, оборванная в лохмотья одежда, босые ноги.

– Ведьма, воровка, сдохни! – ровесники и более старшие мальчишки бросали в неё куски земли, палки и камни.

Девочка часто спотыкалась, стремясь к тому самому угрюмому дому, но не успела добежать и упала, распластавшись на животе. Мальчишки догнали её и окружили, обсыпая грязью, плюя в неё и дёргая за волосы. Малышка огрызалась, как могла, защищалась и пыталась хоть как-то ударить в ответ. Но противников было слишком много.

– Ненавижу, ненавижу вас всех! – оставив кусок отрепья в руке подростка, она махнула на него рукой, и тот завыл от дикой боли.

– А-а-а, больно! Тварь! – заверещал он, как поросёнок, а девочка продолжала размахивать руками.

Будто маленькие осколки из её ладошек вылетали куски льда. Гвентин явно почувствовал схожую со своей магию, но слишком слабую и неумелую.

– Вот видите, что это чудовище с детьми делает?! Уничтожьте её дом, и тогда она покинет нашу деревню! Скорее! – Аста пыталась отвлечь на себя мужчину, но того не проведёшь.

– Давай, спускай на неё Вихря! – крикнул кто-то из мальчишек, не замечая двоих взрослых людей на окраине.

Самый крупный парень приспустил с поводка собаку, недобро смеясь и ослабляя натяг. Девочка вновь споткнулась и упала, не успев защититься. Со стороны на это было странно смотреть и дико.

«Что за дела?» – подумал Гвентин. – «Они тут все что ли с ума посходили?»

Но по всей видимости у пацана не хватило сил, и псина сорвалась с поводка. Ещё одно её движение, и огромная пасть волкодава уже совсем скоро окажется рядом. Опять неувязка: почему же злой дух убегает от тех, кто его должен бояться, и почему «запуганные» ребятишки с остервенением и издёвками сами нападали на это «чудовище»? Гвентин решил разобраться во всём поподробнее, а пока не теряя времени в ту же долю секунды выпустил ледяной щит и оградил в последний момент девочку, а следом заключил в клетку бешено лающего пса. Мальчишки от недоумения отпрянули назад, не понимая, что произошло.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Валим отсюда! – недавние преследователи бросились врассыпную, аж пятки сверкали.

– Я не знаю, что это за дух такой в лице этой девочки, но угрозу я увидел не от неё, а от ваших ребят. И это больше похоже на травлю! – Гвентин схватил за плечи и хорошенько встряхнул Асту, заглядывая в глаза.

– Она чудовище, чудовище! Ей не место среди нас! – сбросив приветливую маску, в глазах женщины полыхнул огонь ненависти. А вот это уже больше похоже на правду!

– Почему же? Я не заметил никакого коварства с её стороны, – пока Аста была вне себя, Гвентин решил вывести ту на чистую воду.

– Да Вы слепой? Вы не видели, как пострадал Матти? Она же его изувечила! – неподдельный страх окутал блондинку.

– Ничего подобного! Я как раз всё и видел, пойдём, убедишься сама, что девочка не опасна, – Гвентин потащил Асту к «злому духу», что загибаясь и сплёвывая кровь, хромал к своему убежищу. Женщина отчаянно сопротивлялась и извивалась, было видно, что она неподдельно боялась этого маленького ребёнка.

– Пустите меня, она убьёт меня, пожалуйста! – но Гвентин, не обращая больше внимания на её истерику, резко разжал руку, и блондинка от неожиданности упала на грязные кочки.

– Хватит врать! – не выдержал он, наклоняясь и едва сдерживая себя. – Как она может вас убить, она же просто ребёнок?!

– Она детей калечит! – крича и плача, не сдавалась Аста, покраснев от негодования и страха, и пятясь назад.

– Это вы её калечите! Вы – не люди! За что вы на неё ополчились? Что она вам сделала? – напирал Гвентин и злился, с каким-то облегчением замечая, что девочка, наконец, скрылась в страшном доме.

– Она ведьма, и мать её была шлюхой! – молодая женщина, наконец, вскочила на ноги, растирая слёзы грязными руками. – Родила от какого-то вепря: сами же видите – ни у кого из наших нет таких волос! Только он мог посмотреть на эту убогую – никто из наших мужчин не взял бы калеку замуж.

– Ах, так всё дело в волосах? – не выдержал и с сарказмом спросил мужчина.

– Да! В нашем роду никогда не было черноволосых. Наши предки всегда соблюдали чистоту крови, а её мать спуталась с демоном и родила от него! – Аста в отчаянии оттого, что проговорилась, заламывала руки, но это уже было не важно. – Вас же просили всего лишь уничтожить её дом!

Гвентин не стал больше слушать сумасшедшую блондинку. Широкими шагами он направился к дому, оставив последнюю одну, но Аста, впрочем, и сама не стала задерживаться и побежала обратно в основное поселение. Дёрнув за ручку дверь, мужчина со злостью понял, что та заперта изнутри.

Торопитесь друг друга беречь

– Открой дверь! – достаточно громко, но не грозно потребовал ледяной маг, чувствуя страх ребёнка. – Я не причиню тебе зла, девочка, – сказал он чуть мягче, однако ответом была тишина. – Я знаю, что с тобой.

Гвентин устало опустился на пол, прислонившись спиной к дверному косяку. Мужчина догадался, что девочка сама боится своих способностей и, возможно, даже не понимает, что с ней.

– Ты не больна и не проклята, – начал он. – Я, когда был маленьким мальчиком, рано потерял родителей, и не умел пользоваться магией, а потом встретил Фрау Урсулу. Она стала мне матерью и научила всему. Если хочешь, я тоже могу тебя обучить. Ты же видела ледяной щит, что я сделал? – половица внутри дома скрипнула, и Гвентин понял, что девочка его внимательно слушает. – У тебя ледяная магия, как и у меня. На самом деле это очень круто иметь такую способность, – скрип раздался ближе. – А один мой друг – огненный маг, из его рук вырывается пламя – такое яркое и красивое. У меня очень много друзей-волшебников, и у каждого своя магия.

– А Вы не врёте? – неуверенный детский голосок вопросил из-за двери.

– Не вру, – Гвентин улыбнулся, когда засов с трудом отворился, и, не выходя на порог, сквозь приоткрытую щель выглянула девочка.

Сердце мужчины сжалось от жалости. Такая маленькая, наверное, лет семь-восемь. Совсем исхудавшая, со впалыми глазами и покрытая ссадинами и болячками.

– Я Вам не верю, – правильно, а с чего бы ей верить? Со всех сторон на неё сыпались одни нападки и жестокость.

– Ну, не знаю, быть может, это тебя убедит? – Гвентин сотворил ледяную розу и, положив на пол, подвинул к двери.

Девочка удивлённо посмотрела на странного брюнета, потом на цветок, и неуверенно взяла последний в руки.

– Холодная, – девчушка слабо улыбнулась. – И красивая! А Вы и правда волшебник?

Ответом послужила целая корзинка ледяных творений. Тут были и цветы, и игрушки-зверушки, и даже кукла. Малышка была явно восхищена – такого у неё никогда не было. Она, забыв свой страх перед незнакомым человеком, вышла на свет и стала брать в руки ледяные творения, что сверкали и искрились под ярким солнышком.

Гвентин распахнул объятия и привлёк к себе ребёнка. Дурак, он жалел себя. Считал, что судьба несправедлива к нему. Этой малышке больше не повезло – одна среди злых людей. Как такое могло произойти? Гвентин гладил её и целовал в тёмную макушку.