Текст книги "Повелители стихий. Ритуал Кровавой Луны (СИ)"

Автор книги: Мария Андрес

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 36 страниц) [доступный отрывок для чтения: 15 страниц]

Кейрис

Невероятная сила отбросила Кейрис в сторону от Эшли и Химуры. Казалось, что даже время замедлило свой ход и перед глазами пронеслись события сегодняшнего дня под звуки фей верков где-то далеко в городе вперемешку с огненными всплесками освещающих даже лес на короткие мгновения.

Встреча с благородным демоном с копной белых растрёпанных волос и татуировкой в виде стрелы у левого глаза. И почему ей казалась, что она с ним давно знакома? Девочка-усилитель, спровоцировавшая бесконтрольность ее магии Воздуха, которая его же сама и заглушила одним прикосновением.

Дальше лес, авария, множество детских тел, накрытых белыми покрывалами, а теперь и она прощалась с жизнью, пока летела прямиком на огромный многовековой дуб, и она ничего могла сделать. Доступ к ее магии был закрыт.

За мгновения до столкновения и неминуемой смертью, по телу прошлась странная дрожь и волна мурашек. Боль, словно клетки ее тела сами по себе рассыпались в разные стороны. Первым пропало зрение, затем слух, вкус, обоняние и осязания. Все пять чувств отключились один за другим, но вместо них открылось что-то еще в ее разуме, помимо безумного страха. Она чувствовала, как и с какой частотой дышит Химура, упавший на дорогу далеко за пределами аварии, чувствовала, как он поднялся, отряхнув свой плащ, развеяв пыль по мягкому порыву ветра. Ее порыву. Чувствовала, как ищет ее, направляясь в сторону, куда отлетела она.

Кейрис чувствовала дыхание медицинских работников и стражей, слышала их разговоры. Казалось, что она есть везде и нигде одновременно.

– Ты слышал шум в лесу? – спросил один мужчина у главного стража.

– Стой, не иди пока. – Взмах руки, рассекающий воздух главного, чтобы рядовой остановился.

– Может кто-то из детей выжил и сейчас здесь прячется! – Возразил рядовой главному. – Мы обязаны проверить!

– Я сам! – Согласился главный, и, достав оружие с аметистовой стружкой, которая способна оглушить временно магическую силу, прошел сквозь листья деревьев, направляясь прямиком к Эшли.

Кейрис чувствовала слабеющее дыхание Эшли внутри шаровой молнии, а под ней в земле зияла огромная, почти бездонная пропасть, чувствовалось невероятное напряжение в воздухе, словно он был заряжен. Кейрис испугалась, что страж увидит эту картину. Найдет ее и посадит девочку-усилитель под стражу или как сказал Химура, сдадут Охотникам на демонов, за всплеск силы, унесший столько жизней. Она захотела ее спрятать от его глаз.

Страж дошел до места, где только что протрясло землю, но не увидел совершенно ничего. Перед его глазами были только деревья молодые и многовековые, сухая земля, на которой он не видел дыры и следов трех ребят. Мужчина внимательно осмотрел все вокруг и только после ушел обратно к своим.

– Тебе показалось, Саймон. Может зверь, какой пробежал. – Громко рассмеялся главный страж, похлопав по плечу того, кто услышал шум. К его приходу уже все тела погрузили и машины отвозили их в городской морг Альгора. А за труповозками на машинах уехали и стражи порядка, причитая, что не смогут сегодня выпить кружку пива из-за количества документов, которые необходимо было заполнить.

Разум Кейрис, словно силой начало тянуть обратно к дубу, о которой она должна была столкнуться, но став ветром – прошла его насквозь. И теперь она чувствовала, как клетки снова склеиваются друг с другом, отзываясь адской болью внутри, и возвращаются все пять человеческих чувств: обоняние, осязание, вкус, слух и зрение.

Распахнув глаза, Кейрис поняла, что лежит на сухой земле, а беловолосый демон нависает над ней. Его лицо было испуганным и ошарашенным одновременно, а блеск его ледяных глаз в темноте завораживал и приковывал.

– Кейрис… Ты только что.… Но как… – Химура не мог даже слов подобрать тому, что увидел, в момент, когда подошел к этому дубу.

– Хотела бы я знать! – С улыбкой прохрипела черноволосая, прокашляв несколько раз, пробивая голосовые связки от пыли, словно молчала целую вечность. Каждая мышца и каждая косточка в теле болела, как будто ее не слабо потрясло, но вместе с тем по телу проходила невероятная эйфория. ОНА САМА СТАЛА ВОЗДУХОМ. И это было невероятное чувство.

– Эшли! Мы нужны ей! – Встрепенулась Кейрис, вспомнив того стража, который отозвался на шум в лесу. И ведь он был прав. Выжавшая в той аварии была рядом с ним. Он проходил мимо нее несколько раз и ушел, так ничего не увидев перед своим носом.

Она смогла их спрятать. Спрятать ее от него!

Химура кивнул ей и помог подняться на ноги и идти, пока Кейрис сама не смогла бежать.

Добежав до места, Кейрис поняла, что невидимость места пропала, когда она снова «собралась» по клеточкам в осязаемое тело.

Демон явно опешил, завидев на месте под шаровой молнией с девушкой – усилителем внутри, и рискнул подбежать к ней, останавливаясь на краю пропасти. Химура вытянул руку вперёд, словно пытаясь нащупать синий шар. Кейрис все еще чувствовала напряжение в этом самом месте, и чувствовала, как дыхание у Эшли совсем пропало.

– Она не дышит… – Прошептала Кейрис, борясь с наступающей паникой.

– Попробую одно заклинание. Главное не паникуй. Я разрушу шар, а ты подхватишь Эшли своей магией ветра.

Ее сильно удивил командный голос Химуры, словно он не раз бывал в подобных ситуациях. Выставив указательный палец, спросил:

– Ты готова?

– Готова! – Машинально ответила Кейрис, мысленно отхлестав себя по щекам и собрав в кучу свое волнения, запихнув его куда-то внутрь себя.

Закрыв глаза, она создала несколько потоков ветров вокруг синего шара и под ним, отчетливо слыша, как беловолосый демон говорит какие-то слова на древней латыни, но не понимала ни слова из того что он говорил, так как на Западных землях латынь считался языком еретиков и никогда не преподавался в школах.

Следующие действия произошли буквально за секунды. Химура превратил синий шар вокруг Эшли в глыбу льда, от чего внутри тела Кейрис прошелся морозный холод, сбивая концентрацию на ветровых потоках, но снова взяла в свои руки. Демон разбил глыбу вместе с шаровой молнией, а она поймала Эшли нижним потоком ветра и перетащила её от края пропасти вторым порывом, небрежно бросив Эшли на землю.

Никогда в своей жизни она не выкладывалась в полную силу, боясь, что кто-то ее увидит, и уж тем более, никогда не становилась самим ветром. Сила внутри отдавалась сильной пульсацией в венах, хотелось продолжать давать воздуху больше воли. Невероятное чувство.

– Она не дышит… – Прошептала черноволосая, садясь на землю. Тоже сделал и Химура.

Положив руки на грудь в области сердца девочки-усилителя, он снова заговорил на древней латыни, под его рукой появилась бело-голубая печать из льда и Эшли сделала глубокий вдох.

– У нее сердце не билось… – Разъяснил Химура, но Кейрис слышала его уже как-то отдаленно, погружаясь в глубокий сон.

Глава 2. Альгор: Часть 2

Анжелика

Путешествие с Северных гор было утомительно долгим. Сначала несколько дней на санях с гончими в пик морозов и северным сиянием над головой. Невероятная красота. Следом три дня на корабле по реке Элион и еще неделю на торговом поезде.

Все время дороги, Анжелика работала на ровне с торговцами, попутно выслушивая их лекции о правилах торговли в регионах, где какие ставки, и как правильно себя вести, чтобы провести сделку в свою сторону. Информация конечно интересная, но Анжелика никогда себя не видела в роли торговки. Она Охотник на Демонов, и всегда гордилась этим.

Выйдя из поезда на центральном вокзале Альгора, Анжи вдохнула приятный теплый воздух и ароматы цветов. Было тепло, безветренно и ясно. Уже на вокзале она приметила много листовок с приглашением на шоу салютов. Сорвав оду из них со столба на перроне, убрала ее сразу в карман. Она еще не знала, пойдет ли на праздник или нет, но на фейверки очень хотелось посмотреть. Маленькая мечта детства, ее и Сиены….

Выгрузив шкуры белых лис, оленей и серебряных медведей в специальный грузовик, который их ожидал, она облегченно выдохнула. Каждую из этих шкур она подготавливала к продаже самостоятельно, прежде чем уехать, а теперь она впервые видела, что с ними происходило за пределами Севера.

Закончив с работой, уже хотела попрощаться с путниками и отправится изучать город, но ее остановил Кай. Первый красавец в их походе и главный торговец.

– Поехали с нами, Анж. Ты тоже работала в дороге и тебе полагается выплата.

– Правда? – Удивленно улыбнулась она, неожиданному сюрпризу. Изначально по договоренности платой за проезд с Северных Гор являлась ее помощь в пути, поэтому ни на какие выплаты и не надеялась, однако без денег в столице все ровно никуда. Приемные мама и папа, конечно, выделили ей скромную сумму на первое время, но от дополнительной выгоды грех отказываться. К тому же пока Кай сам это предлагает.

– Садись уже! – Усмехнулся торговец, рассматривая ее, и Анжелика закатив глаза, все же села с ним на переднее сиденье грузовика, игнорируя его дополнительные попытки флирта.

Дороги были свободны, от машин, главная часть города была перекрыта, цветами украшали фонарные столбы и дома. Уже с утра люди превращали город в сказку. Залюбовавшись этой красотой, совсем не заметила, как подъехали к большому белому дому с мраморными кружевами на стенах и витражными стеклами с изображенными купцами прошлых веков.

– Как красиво… – Восхитилась она, когда вышла из грузовой машины и направилась в торговое посольство следом за Каем.

Ожидая в центральной зале из позолоты и стекла, приметила маленький витраж с изображением четырех стихий. И так засмотрелась на узор символа водной стихии, что точной копией изображён на ее браслете, что не услышала, как Кай подкрался сзади.

– Эй, красотка, это твоя доля! – Задорно сказал темноволосый паренек и кинул ей в руки приличную стопку бумажных купюр шиллинге.

– Кай, это слишком много… Здесь, наверное, за все шкуры. – Протянула она, не зная, как реагировать на такую стопку денег. Она ожидала, кругленькую сумму, но что бы на столько…

– Вообще-то только треть. Ваши шкуры очень высокого качества и поскольку их делала ты сама, то доля заслужена. А теперь извини, красотка, но теперь нас отправляют на Восточные Острова, за драгоценными камнями из шахт, вернемся только через месяц, может два. – Паренёк щелкнул ее по носу, и махнув рукой, как пират из книжек, вышел из посольства.

– Спасибо! – Крикнула ему вдогонку, кокетливо улыбнувшись.

Анжелика несколько раз пересчитала стопку шиллинге, насчитав почти двести тысяч и спрятала их под одежду, во внутренний карман. Такую сумму денег только безмозглый дурак будет носить в сумке в городе набитым людьми и магами. А она себя дурой не считала.

Оставалась решить проблему с жильем, и сегодня можно наслаждаться первым днем лета в столице, и обязательно сходить на фейверки.

В первую очередь она отправилась в банк, где оставила под проценты, сто пятьдесят тысяч шиллингов, а после прошлась по магазинам, закупив всю ту одежду, которая ей пришлась по нраву и наконец, сняла на первое время номер в отеле в центре города. Долго там оставаться не планировала, но хоть маленький праздник себе можно было устроить?

Одевшись в легкий облегающий костюм, со специальными стальными вставками на груди, которой она не была обделена матушкой природой. Смотрелись эти вставки как часть одежды плавно перетекающий чуть ниже, но не доходя до пупка. Живот был открыт, короткая юбка из натурального шелка и бархатные сапожки на каблуках. Темно-красный бархат, смотрелся на её ногах как на красивой статуе. Сапожки не доходили до колен. Внутри сапожек прятались небольшие кинжалы, которые были идеально созданы для броска. Свой любимый охотничий нож, подаренный отцом, Анжелика прятала на поясе. Браслет из белого золота и морским жемчугом, она не снимала с того самого дня, как Ма помогла его одеть на руку, и с тех пор чувствовала, как он помогал, стабилизировал и усиливал ее магию Воды.

За несколько недель о отъезда с Северных Гор, Ма вручила ей письмо и браслет, рассказав историю, как шестилетняя Анжелика появилась на пороге их дома, укутанная в вязаный синий плед с этим самым письмом и браслетом в руках. Именно это письмо от ее настоящих родителей и с подвигло попрощаться с Севером. Анжелика всегда знала, что не родная им дочь, так как на Севере кожа у людей смуглая, глаза немного заужены, а волосы абсолютно у всех черные, в то время как Анжелика с детства была блондинкой с большими голубыми глазами. Ма всегда ей говорила, что в ее глазах таилась глубина всех морей.

Все жители города шли на фестиваль, и Анжелика шла медленно, сливаясь с ритмом людей, попутно разглядывая каждое здание, каждый уголок города, который привлекал её своим величием.

Альгор был древним городом, повидавший ни одну династию Королей, и это хорошо отражалось на архитектуре города. Даже современные дома строили, с сохранением стиля прошлых столетий.

Все вокруг переговаривались, смеялись, подпевали музыкантам, исполняющих классику прошлого десятилетия и просто веселились. В далеких горах Севера, никогда не было и половины людей, которые приходились на один квадратный метр в столице. Это и притягивало, и волновало ее душу ко всему происходящему.

Учуяв аромат свежеиспеченной пахлавы и сладкой ваты, Анжелика направилась в сторону палатки, которая являлась источником манящего запаха.

– Ням-ням-ням – С аппетитом прошептала она, чувствуя урчание в желудке, настойчиво требующего вкусняшку. На севере такого добра никогда не было. – Дайте, пожалуйста, одну сладкую вату, пожалуйста! – Попросила она, положив на стол несколько монет шиллинга на прилавок.

Получив свою сладость, с радостью откусила кусочек, чувствуя, как вата приятно тает во рту.

– Ух, ты… – На выдохе сказала она, замечая, как слепой парень с черной повязкой на глазах, стоявший за ней в очереди, повернул голову в ее сторону. Символ стихии Воды слабо отозвался пульсацией.

«Странно…» – Подумала про себя, снова взглянув на слепого с тростью.

– Когда уже будут фей верки? – Задалась вопросом, снова отправив вкуснятину в рот.

– Надеюсь, тогда, когда все разойдутся. – Ответил ей слепой, после чего ушел от палатки со сладостями.

– Спасибо! – Поблагодарила она его вслед, после чего убежала сама следом за толпой.

Все шли на окраину города, где была речка, и Анжелика шла за ними в веселом настроение, но увидев среди толпы высокого мужчину, скрывающий свое лицо под капюшоном, резко остановилась. Сердце забилось быстрее. Она узнала его. Этот силуэт снился ей почти каждую ночь. Она мечтала найти его и уничтожить.

Внутри закипала ярость, бесконечная ярость поглощала ее, словно бушующий ураган закипал в океане. Наконец-то она нашла его! Наконец-то!

«Успокойся. Убийство здесь ничего тебе не даст» – Мысленно приказала себе и попыталась успокоиться, сделав глубокий вдох, и отправилась за ним следом, сохраняя дистанцию. По ноздрям бил до боли знакомый запах грязи и талого снега. Они шла за ним, по пятам предвкушая чувство мести. Представляла, как убьет его так же, как была убита Сиена.

Оказавшись на крыше, она видела, как горный демон уже держал молодую женщину, обнажив свое истинное лицо. Женщина была без сознания, но живая.

– Здравствуй тварь! – Прошипела со злостью, доставая свой нож, принимая боевую стойку.

Демон высокомерно посмотрел на нее и, отбросив тело бедной женщины в сторону, аккуратно вытер платочком уголки своих губ от крови.

– Прости, но я уже сыт! – Равнодушно сказал демон, двинувшись к выходу.

– Ах, ты тварь! – Прорычала, взмахнув рукой и капли воды, словно пули, полетели на демона.

Увернувшись, он кинулся на нее.

Отбившись от его когтей ножом, водным разрезом она заставила демона отскочить назад, сделав пируэт, как учил ее отец, с размаху нанесла удар в сонную артерию. Хорошая реакция и скольжение благодаря водной магии позволило безошибочно попасть в цель.

Схватившись за шею, демон упал на одно колено и с яростью в глазах взглянул на нее.

– Убийство меня ничего тебе не даст! – Прохрипел он, насмехаясь над ней. На его лице не было и намека на сострадание, боль или страх, только смех и самонадеянность. Только таких демонов и можно убивать, нет… нужно убивать.

– Нет! Именно это мне и даст! – Растягивая каждое слово, говорила она, довольно улыбаясь и чувствуя вкус мести на своих губах. – Отмщение и спокойствие.

«Сиена этого заслужила!»

Медленно подойдя к горному демону, Анжелика движением обеих рук водными путами связала его. Все, что он мог делать – это смотреть, как она склонялась над ним.

– Я всегда хотела взглянуть в твои глаза, что скрывались под этим капюшоном… – Прошептала, словно змея растягивая каждое слово. – В глаза убийцы!

– Извини, но тебя я не помню. – Снова рассмеялся демон.

– Зато я помню тебя. – Не меняя интонации, сказала она и резким ударом ножа перерезала горло. Вторым и третьим ударом, голова демона слетела с плеч.

Его труп сгорел в пламени и развеялся по ветру, даря первый свободный вздох.

– Теперь ты отомщена, Сиена! – Осторожно прошептала в вечернее небо.

Перевязав еще живую женщину, Анжи подошла к краю крыши, в тот самый момент, когда сотни фей верков взрывали небо, накрывая все вокруг огромной разноцветной шапкой.

– Прям, как рассказывали торговцы! – Придаваясь воспоминаниям, произнесла Анжелика, глядя, как взрывался салют. Огоньки на небе менялись узорами и светом, и она смеялась, чувствуя себя ребенком. Долгожданная мечта и месть случились в один миг, освобождая место новой жизни, за которой она приехала в Альгор, оставляя позади весь груз прошлого.

Францезелин

Приехав в Альгор ближе к полудню на центральный вокзал города, Франц вышла из поезда в числе первых, хотя на перроне людей уже было хоть отбавляй. Сердце в груди колотилось от возбуждения и радости, что наконец-то здесь, в столице, подальше от Юга и пансионата с его дурацкими правилами.

С интересом изучая людей вокруг себя, еще на вокзале понимала, что ее огненный цвет волос не сильно выделяется из толпы среди людей с разноцветными. В Альгоре она уже чувствовала себя обычной. Это и радовало, и огорчало, ведь раньше всегда была в центре внимания.

Выйдя с вокзала, она шла за потоком людей, которых на улицах города становилось только больше. Столица была слишком большой и невероятно красивой. Все улицы были украшены букетами из лилий, ромашек и роз. Магические светильники всех возможных цветов были подвешены над головами людей, с наступлением темноты они создадут атмосферу волшебства и сказки.

– Неужели тут всегда так? – Спросила сама у себя, мимо нее шли стражи, простые люди и даже высокопоставленные чины государства. Казалась, что сегодня равны все.

Повсюду играла живая музыка, со всех сторон доносился веселый смех и непонятные улюлюканья. Выступление артистов заняли все ее внимание. Она медленно ходила между ними, пока случайно не оказалась окруженной уличной группой музыкантов, напевавшие всем известный мотив и Франц его легко подхватила. Кто-то толкнул ее, и быстро скрылся, даже не извинившись, как до этого сделало еще парочка людей.

Медленно пробираясь сквозь толпу, Францезелин уже хотела уйти подальше с людных улиц и может найти квартиру на первое время, все-таки о жилье она так и не успела подумать, а ночевать на улице желанием не горела, да и желудок уже урчал от голода, требуя еды.

Денег было не особо много, ведь собиралась впопыхах из пансионата, воспользовавшись всеобщей паникой, после поджога кабинета директора. Она сейчас понимала, что могла поступить иначе, более благоразумно, но тогда она не думала совсем. Просто сбежала с единственной сумкой на перевес через плечо, сдала в ломбард все украшения, купленные со стипендии и в ту же ночь села на поезд в Альгор, сжимая в руках письмо родителей и перстень, которые украла из кабинета директрисы, перед поджогом.

Проходя сквозь толпу, мысленно посылала всех, кто толкал ее, как тряпичную куклу, пока, наконец, не смогла уйти с площади, на менее оживленные улицы, где свободно выдохнула.

Подойдя к свободной палатке, откуда исходили невероятные запахи пастилы, сладкой ваты, и самое прекрасное – мясных пирогов. К сладкому она всегда была равнодушна, но вот мясной пирог ее сильно привлекал, к тому же желудок снова издал голодное урчание. Не отрывая взгляда от манящего пирога, опустила руку в сторону сумочки, понимая, что ее уже нет на плече.

– Нет, нет, нет! Только не это, нет! – Тихо прошептала сама себе, чувствуя, как сердце уходит в пятки, и паника охватывала все ее существо. Ведь там хранились те крохи денег, которые у нее оставались, документы и самое важное – письмо! Письмо от мамы и папы. За всю учебу в пансионате она много раз спрашивала воспитателей и учителей, почему родители к ней не приезжают, но каждый раз получала только один ответ «Не могут, заняты». Ее это всегда обижало и сильно расстраивало, ведь к остальным родители приезжали, забирали их на праздники, а ее за пределы пансионата выпускали только под руку с воспитателем.

Для верности проверив еще раз оба плеча, поняла, что сумочки как нет, так и не появилась. Глубоко набрав в легкие воздуха, призывая себя к спокойствию, правой рукой потянулась к указательному пальцу левой руки, надеясь нащупать перстень, что прилагался к письму от мамы с папой, но, не нащупав его, слезы выступили из глаз, от обиды, злости и, понимая, что у нее СОВСЕМ ничего не осталось.

– Твою мать! Нет! Нет! Нет! – Чуть ли не срываясь, проговорила она, только сейчас понимая, как ее трясет от злости и бессилия.

Гул толпы в этот миг для нее пропал, и как будто из далека до нее донесся голос продавщицы:

– Девушка вы брать будете? – Спросила женщина, оценивающее смотря на огненную, понимая, что нет. – Если нет, уступите дорогу другим. Не занимайте очередь! – Не очень-то вежливо попросила она.

Подняв на продавщицу озлобленный взгляд, Францезелин усилила пламя в печи за прилавком, быстро превращая в угольки свежую порцию пирогов. Завидев густой дым из печи, до нее дошло, что натворила, и быстро оглянувшись по сторонам, убежала, пока не никто не понял, что это она.

Франц блуждала по городу, со слезами на глазах до поздней ночи, когда праздник закончился, и основанная масса людей разъехалась по домам. Она ненавидела себя и свою беспечность на этом глупом празднике. Ненавидела за то, что подвела родителей, позволив украсть их наследие. Ненавидела свой поступок в пансионате, ведь не желала сжигать все дотла, просто хотела ответов, которые ей никто не давал.

За весь день она съела пару пирогов, что смогла украсть и бутылку сока. Но идти сейчас без копейки в кармане было не куда, поэтому усевшись на деревянные контейнеры в одной из пустынных подворотен, натянула на себя теплую кофту, ранее перевязанную на поясе, и попробовала отвлечься от грустных мыслей, подняв голову на ночное небо, усеянное теми разноцветными огоньками, в честь праздника. Они, правда, казались волшебными в темноте. Смотря на них, казалась, что вот-вот все наладится, перстень и письмо к ней вернуться.

Ведь она уже здесь. Она смогла приехать. Осталось только найти тех, о ком говорили родители. Конечно, нет никаких гарантий, что они в городе именно сейчас, но так хотелось в это верить. Верить в то, что она не зря сорвалась с места и приехала сразу в Альгор. Так хотелось верить во что-то хорошее…

Из мыслей Францезелин выдернул душераздирающий крик, что раздавался над ее головой, больше похожий на стон сотен умирающих. Все тело бросило в дрожь. В воздухе повисла напряженная тишина. Спрыгнув с контейнеров, Францезелин приготовила руки, чтобы призвать пламя в любой момент для защиты. Секунда.… Две…. Монстр так и не появился, но вместо него из темноты повеяло фиолетовое облако, которое окутало всю ее целиком. Сделав глубокий вдох, чтобы успокоится, она сильно закашляла, чувствуя, как дым нещадно царапает горло изнутри, внутри все леденеет, пламя не отозвалось на призыв.

– Аметист… – С ужасом прохрипела, пытаясь закрыть рот и нос, хоть и толку от этого нет никакого, так как дым уже вдохнула.

Об аметисте и свойствах этого прекрасного фиолетового камня, который простым людям служит, как оберег и символ любви и удачи Францезелин рассказывали в пансионате. Для магов он опасен, так как целиком и полностью отрезает их от их внутреннего источника силы. Поэтому касаться и тем более вдыхать пыль этого прекрасного камня опасно, ведь есть риск оказаться отрезанным от источника навсегда. Хуже кары для магов не придумаешь. Лучше смерть.

Пытаясь откашляться от пыли, Огненная почувствовала на себе пристальный взгляд из темноты. Посмотрев внутрь переулка, в ужасе замерла на месте, хотя все инстинкты в ней кричали о том, чтобы убежать. Из темноты черный силуэт птицы, быстро надвигался к ней на встречу. Огромная птица, крупнее ее в несколько раз, с массивными крыльями с обугленной чешуей вместо когда-то белых перьев, закрывающая весь переулок, в котором так не удачно решила скоротать ночь. Тварь перед ней была Драконо-птицей, которые водились на Восточных Островах. Они были последними потомками драконов. Но обычные Драконо-птицы, по учебникам вполне без обидны, не выдыхали аметистовую пыль, а желтые глаза не налиты кровью, как у твари перед ней.

Выставив руки перед собой, в глупые попытки защититься от твари, Франц закричала, закрыв глаза, будто это помогло бы твари испариться. Сердце бешено колотилось в груди от страха и бессилия, руки и щеки непривычно мерзли, а новый крик птицы звенел у нее в ушах, наводя не нее еще больший ужас.

На другом конце этого переулка раздался стук трости и несколько шагов в ее сторону. Драконо-птицу с грохотом зажало камнями, которые из земли вырвал маг, а аметистовая пыль с силой вернулась в клюв твари. На свет одинокого фонаря вышел парень в помятом черном смокинге, чёрной привязкой на глазах из бархатной ткани и металлической тростью в руках. Драконо-птица, опять закричала, пытаясь взмахнуть своими крыльями.

Не в силах пошевелиться, Францезелин смотрела на странного парня, не зная обнять его или бежать прочь, и прежде чем успела что-то сказать, слепой резко схватил ее за руку.

– Оно вырывается, уходим! – Голос его был грубоват, серьезен не по годам, хотя откуда ей знать, сколько ему лет.

Он поволок ее за собой подальше от этого места.

– Что происходит? Что это за тварь была? – Пыталась на бегу спрашивать, но слепой был не сгибаем, и просто бежал, словно все видел, а повязка на глазах вообще для красоты.

Спрятавшись в одном из парков очень далеко от того закоулка, парень с тростью сел на корточки рядом с ней и положил руку на спину и на живот под грудью. Опешив от такой близости со своим спасителем, она хотела отскочить в сторону, но почему-то осталась неподвижной, а слепой заговорил, чуть улыбнувшись кончиками губ.

– Без понятия, что творится в этом городе, но, кажется, в тех районах одному лучше не гулять по вечерам…. Хотя я бы и днем не стал туда соваться. Меня Дектан зовут. А теперь расслабься, надо вывести аметист из лёгких, пока он не разошелся по всему телу.

Кивнув вместо ответа, она невольно затаила дыхание, чувствуя, как пыль скапливается в ее лёгких и постепенно поднимается вверх, комом подступая к горлу, которое начинало сильно чесаться изнутри, и снова намереваясь раскашляться.

– Только не кашлять! – Приказал Дектан достаточно резко и грубо, но почему-то захотелось послушаться. – Не хватало ещё и мне магию сейчас потерять. – Разжевал Дектан чуть спокойнее.

И из горла аккуратно под силой слепого вышла струйка фиолетовой пыли. Жар огня прильнул к ледяным рукам и щекам так же быстро, как исчез под влиянием пыли. Потоки пламени снова растекались по ее венам, и чтобы дать свободу огню, что рвался на волю с неистовой силой, призывала маленькие огоньки-светильники, над их головами.

– Спасибо огромное! – От радости крепко обняла Дектана и только сейчас поняла, что даже не представилась своему спасителю.

– Меня Францезелин зовут. – Весело сказала она, как радость прервал крик драконо-птицы над их головами.

– Неужели она нас по запаху находит? – Растерянно мотнув головой, предположила она, невольно задержав дыхание, чтобы снова не потерять свою магию.

– Или гонится за своей добычей, Францезелин. – Пожал плечами слепой. – В воздухе я его видеть не могу. Так что будешь моими глазами. Скажешь куда направить камни, чтобы оглушить эту тварь, и сразу поджаришь ей зад. И не вздумай снова вдыхать дым.

Ее поразило то, насколько собранным был Дектан, и как быстро он придумал, что делать с птицей, словно не раз бывал в таких ситуациях. Кивнув ему несколько раз, Дектан ей улыбнулся, после чего оба выбежали из укрытия и побежали вперёд, пока аметистовая пыль их не достигла.

– Слева, возле отеля три метра над землей! – Быстро сказала она, и Дектан стукнув тростью и плавным движениям руки, поднял глыбу камня с горошком цветка внутри, и направив ее в стену отеля вместе с драконо-птицей, тем самым припечатав ее к стене, не слабо оглушив. Тварь издала жалобный стон и потеряла равновесие на несколько мгновений. Не растерявшись, Франц выпустила огромную струю огня вверх. Птица издала еще один дикий крик и улетела.

– У нас получилось! Она улетела! – Радостно выдохнула, не веря, что смогла справиться, но Дектан задумчиво молчал. – Ты не рад…

– Нет. Она вернётся и, кажется, оно идёт за твоей магией… – Медленно произнес парень, игнорируя вопли всего отеля, похоже на них никто и не подумал. А вот у нее по спине от такого заявления пробежали мурашки. Ведь он прав…

Дектан

Прибыв в город ближе к вечеру, слепой вышел из дальнего вагона поезда на перрон, вдохнув сладкий аромат цветов и свежий воздух Альгора. Слушая все вокруг себя и вибрацию земли под ногами, он медленно пошел вперед в сторону города. Из багажа у него была одна спортивная сумка, набитая украденными деньгами, после ограбления на Восточных Островах. Никто из банды не подозревал, что он так поступит, по правде он и сам не знал, что так неожиданно все мог бросить и уехать в столицу Архипелага, но одно письмо перевернуло его мировоззрение, и он медлить не стал.

Выйдя на улицы города, он остановился, поражаясь тому, насколько велика столица, и тому насколько здесь шумно. Магия Земли ему всегда помогала слышать и чувствовать все в шаги и вибрации, которые через нее проходят. И именно благодаря этому он никогда и не испытывал трудностей передвижения, скорее наоборот, ему было легче, ведь он «видел» гораздо больше, чем любой другой здоровый человек. Но это не мешало этим здоровым людям считать его беспомощным калекой.

Немного привыкнув к постоянному шуму и вибрациям вокруг себя, и проложив своеобразную сетку, слепой начал различать крупные и малые, движущиеся и стоячие объекты, и ориентируясь на это, он медленно двинулся вперед, постепенно ускоряя шаг. Куда идти он не имел ни малейшего представления, да и нужно было определиться с жильем, желательно подальше от городской суеты, и поближе к его стихии. На Восточных Островах у него был свой дом в лесу с сетью туннелей, которые проложил сам в сторону города, поэтому мысль отстроить свой дом в знаменитом лесу Альгора, подальше от шума, ему казалась очень заманчивой и очень привлекательной, а делами можно было заняться и позже.