Текст книги "Развод. Семья вдребезги (СИ)"

Автор книги: Марита Рэй

Соавторы: Тала Рид
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)

Глава 18. Андрей

В последнее время любовница превратилась в настоящую истеричку. Требует столько внимания, сколько при всем желании я дать не способен.

С ней до одури приятно развлекаться, но скандалы, откровенно говоря, очень раздражают. Выхожу из кухни на цыпочках, чтобы проверить, как там Ванюша, и слышу громкий голос жены:

– Не прячься, Андрей! Или, как тебя лучше звать, Мистер Крот? Кто бы мог подумать, что ты такой фанат норок и вспахивания чужих огородов, – звучит ехидно из темноты.

– О ч-ч-чем ты? – понимаю, что она подслушала разговор.

– О том, что я подаю на развод! Теперь ясно, куда уходят деньги. Ну и гнида же ты, Ветровский! – разворачивается и направляется в нашу спальню.

– Что ты несешь? – резко хватаю ее за руку, и возвращаю обратно. – Это Гришка звонил, я ведь не поехал в отель, а он …

– Прекрати врать! Гриши не существует, как и помощника с сигарами. Ты же не думаешь, что я настолько наивна, чтобы поверить в чушь, которую придумываешь на ходу?

– Не скандаль, Ваня болеет. А ты? Резко выздоровела смотрю, голос повышаешь.

– Решил идти на опережение? Первым наносить удары? Ну, ловелас, поведай, как долго это продолжается? – лицо Элины напряжено. – Полгода? Год?

Она настолько зла, что у супруги сжимаются кулаки.

Сейчас жена напоминает мне мать, которая в детстве вытрясала из меня признания, когда пытался улизнуть от обвинений и юлить.

– Потише, сын только уснул, не буди его! – пытаюсь манипулировать ребенком.

Элина прикрывает дверь и отвечает:

– Тебя теперь интересует Ваня? Внезапно озаботился его покоем? На все готов, только бы прикрыть свою задницу и заболтать очередными баснями.

– Опять начинаешь?

– Куда делись деньги? Почему появились разговоры о том, что нам на что-то не хватает? Ты тратишь их на любовницу? Отвечай! – продолжает давить.

– Эля, хватит наседать, я все объясню. Я купил для нас квартиру. Это был сюрприз на рождение Ванюшки! – выдаю первое, что приходит в голову.

– Не верю тебе. Я больше ни во что не верю, – сквозит равнодушием.

– Квартира есть, я не лгу!

– Андрей, у меня шок, – замечаю, что Элину колотит. – Ты что, приобрел жилье для любовницы?

От её проницательности мурашки по коже.

Как она это делает?

– Полагаешь, я идиот? Конечно, нет. Я бы не стал покупать телке, которую тра… – осознаю, что меня несет куда-то не туда, и замолкаю.

– Давай я договорю? Квартиру для женщины, с которой спишь на стороне, – звучит так, словно на жену обрушилось разочарование мира.

Элина делает несколько шагов и садится в кресло.

– Как долго это продолжается?

– У нас было трудное время. Прости. Я не удержался. Она ничего для меня не значит. Ты же понимаешь – сложная беременность, выматывающие ночи с Ваней, ужасная нагрузка на работе, да и ты слегка прибавила в весе, – пытаюсь оправдаться, но моя речь больше похожа на бессмысленные отговорки.

– То есть ты изменил, потому что у меня три лишних килограмма, так? И из-за того, что наш сын, которого так страстно желал и просил, оказался обычным живым ребенком с капризами и естественными потребностями, а не безмолвной куклой. У тебя совесть есть? – поднимает уставшие глаза, в которых замерзает ярость.

– Это было всего лишь раз, Элина, – чувствую, как потеют мои ладони.

Только бы не узнала, с кем я развлекался.

Это превратится в скандал столетия!

Пока неизвестно, что кувыркался с Раисой, есть шанс исправить ситуацию.

Куплю жене шубу, что-нибудь дорогое, постараюсь с ней договориться, но если дойдет до общественности и семьи правда…

Особенно до Ильи.

Тушите свет!

– Снова ложь! Ты и сегодня планировал свидание со своей любовницей, и встречался с ней не раз. Я хочу знать, на кого оформлена квартира. Мы женаты, и ты не имеешь право тратить общие деньги на чужих баб! Финансы не твои, а наши!

– Дочка алкоголиков решила качать права? – вспыхиваю, тут же понимая, что брякнул лишнее.

– Ещё одна попытка унизить? Только вот после долгих лет общения с Марьяной Викторовной – меня не трогают подобные слова. Да, мой отец пьет, и что? Алкоголизм – это болезнь! И не я виновата, что папа таков, чтобы тыкать меня фактом его неидеальности, как плешивого котенка мордой в дерьмо. Не моим решением было рождаться в семье, где существуют серьезные проблемы. Но, знаешь что? Я не жалею, что так получилось. Мои родители, несмотря на все трудности и ошибки, старались вырастить из меня порядочного человека, научить уважению к близким, преданности и верности. А ты кто? Помнится, твоя мама сама из отдалённого периферийного городка, откуда такая корона на голове? Чрезмерная брезгливость к простым людям? Не понтуйся, Андрюша, указывая на мои корни, начни со своих, которые окончательно прогнили.

– Как ты смеешь произносить такие гадости о моей матери? Она всегда к тебе нормально относилась!

– Действительно? Особенно когда свекровь стояла у кареты скорой помощи и кричала, что у меня родится «недоумок». По факту, таковой появился у нее, – зло выплевывает. – Я хочу видеть документы на квартиру, и желаю развестись. Мне некогда тратить время на перепалки и разбирательства. Мириться с изменой я не стану!

Внезапно кто-то звонит в дверь.

Элина смотрит на меня с вызовом и холодно чеканит:

– Кто пожаловал? Твоя любовница? Мать? А, может быть, еще сюрпризы от мужа? Мистер Крот, иди, открой. Ты ведь только и способен, что пресмыкаться перед своими норками, до семьи и ребенка так и не дорос, ни по уму, ни по сознанию. И как я не замечала, какой ты изворотливый лжец? – в голосе презрение.

Молча подхожу к двери и смотрю в глазок.

Вот только ее здесь не хватало…

Глава 19. Элина

Пытливые мысли не дают покоя, от чего еще сильнее ломит в висках.

Кто она для него?

Сколько времени Андрей с любовницей вместе?

Что в ней такого, чего я не смогла предложить?

Я бы хотела прекратить об этом думать, но не получается.

Оставаться равнодушной способна лишь при Андрее, потому что не собираюсь показывать свою боль и уязвимость, но внутри – агония.

Я не дурочка, и осознавала, что муж отдалился. Изначально думала, что это всего лишь период адаптации к нашему новому семейному положению после рождения сына, что ему нужно время, чтобы привыкнуть к тому, что теперь нас трое, и что мир больше не вращается вокруг него.

Правда оказалась намного жестче.

Простить Андрея не смогу.

Люблю ли я его? Сейчас уже и не уверенна. Внутри так много обиды, что сложно разобраться в своих чувствах .

У нас маленький ребенок, множество забот и новых обязанностей, а он...

Никогда бы не подумала, что супруг один из тех, кто во главу угла ставит удовольствие; способен променять семью на секс и даже не ощутить при этом капли сожаления.

Как же красиво он пел о любви!

Невольно морщусь, вспоминая, как муж прыгал вокруг меня во время беременности, старался исполнить любое желание и упорно повторял, что жаждет ребенка, продолжение рода.

Он лгал. Теперь я точно знаю, что обманывал. Невозможно так быстро изменить приоритеты, если настоящей мечтой было появление малыша.

Любовь всей моей жизни без зазрения совести гулял на стороне и занимался с посторонней женщиной сексом, пока я была увлечена сыном и уютом.

Осознание данного факта душит. Меня как будто ударили под дых.

Сколько времени и энергии я вкладывала в нашу семью, не подозревая, что рядом с моими попытками наладить отношения с мужем происходит измена?

Вопрос без ответа.

Сердце сжимается от боли, а мозг пытается игнорировать горькую правду. Андрей безжалостно вырвал кусок из моей души, оставив внутри только пустоту и разрушение.

Вместе с тем, я сильная.

Со своими эмоциями справлюсь. Прощать грязное предательство глупо, да и нет в этом смысла. После всего, что узнала – жить с Андреем не смогу.

Мне плохо. Очень. Но рассчитывать не на кого.

У меня есть только я и мой маленький Ванюша.

Супруг открывает дверь и впускает мать.

Марьяна – гиена, и точно чувствует, когда пришло время явиться и нанести очередной удар.

– Добрый вечер, сыночка, – проходит с подарочным пакетом голубого цвета.

– Уходите, – холодно произношу, замечая, как она снимает обувь.

– Элечка, перестань, столько воды утекло, обиды в прошлом. Пора бы уже и внука бабушке показать, так хочется взять маленькую прелесть на ручки, – отвечает, словно не было той грязи, которая сочилась из ее поганого рта.

– Я рада, что у вас все в порядке, но у меня ничего не изменилось. Ивана вам не покажу.

– Эля, перестань, это же моя мать! Хватит ссориться. Возможно, тебе стоит выспаться, нервы ни к черту.

– Спасибо, Андрюша, – свекровь проводит ладонью по плечу мужа.

– С удовольствием бы поспала, но некогда. Марьяна Викторовна, а вы в курсе, что ваш сын завел любовницу? Пропадает с ней по вечерам, переписывается, обсуждает интимные подробности жарких встреч и ни в чем себе не отказывает. Настолько увлекся, что даже приобрел квартиру для женщины, с которой развлекается на стороне.

– Элина, зачем ты придумываешь ерунду? Я понимаю, что ты была против визита матери, но зачем очернять мою репутацию, это ведь неправда, – нагло одергивает, пытаясь пристыдить.

Подлец.

Какой же он двуличный мерзавец.

– Если и завел, так сама виновата. Ты всегда не дотягивала до Андрюши, и я предупреждала, что рано или поздно он это поймет, и найдет более достойную. Смирись и поезжай в свою деревню к родителям алкоголикам, а не жалуйся.

– Отличная реакция, впрочем, я ни на что другое и не рассчитывала. Покиньте квартиру, нам не о чем разговаривать, – равнодушно отвечаю.

– Я никуда не уйду, – резко дергается к двери спальни, где отдыхает Ваня, порываясь к нему войти.

Мои действия молниеносны. Перехватываю руку Марьяны и говорю:

– Вы не войдете к моему сыну.

– Избивать меня собралась? – шипит.

– Прекратите! – вклинивается супруг.

– Строишь из себя хозяйку? Да ты никто, и звать никак. Андрей никогда тебя не любил, а женился из жалости. Захотел спасти доченьку алкашей, вывести в люди, показать, что существует другая жизнь, а не только существование в нищете среди бутылок. Не хочешь показывать внука? Дорогая, мы с Андреем отсудим у тебя Ивана. Упрячем его мамашу в психбольницу и кукуй там. Не тягайся с силой, у меня острые зубы, – нагло чеканит свекровь.

– Я их до одного выбью, не сомневайтесь. Только троньте Ваню, – завожусь от угроз.

– Господи, да что ты можешь? Мужа удержать и то не способна! Низкосортная девка с приблудом недоумком.

Она снова это произносит.

Оскорбляет маленького мальчика, только чтобы задеть меня и ранить.

Не задумываясь ни секунды, я отвешиваю свекрови хлесткую пощечину.

– Не смейте даже упоминать Ивана. Займитесь своим сыном, развитым. Вон отсюда, или полицию вызову я! Это квартира принадлежит мне и мужу, а вы здесь кто?

– Элина, что ты твори... – ошарашенно смотрит Андрей.

– Замолчи! – перебиваю. – Забирай свою ополоумевшую мать и проваливайте. У ребенка температура, и я не намерена выслушивать помои в его сторону.

Марьяна в шоке потирает место удара и прожигает меня глазами, в которых кричит ярость. Если бы взглядом можно было убивать, она бы прикончила меня сию минуту.

– Поганка, дешевка, гадина! – буквально визжит. – Ты заслужила измену, ясно? Рогами скоро потолки будешь подпирать. Считаешь себя самой умной? Да твой Андрей прямо на свадьбе Ильи изменил, дура! Пока тужила своего Ванюшку, он отжигал с другой, и даже не вспоминал о вас двоих! – бросает в лицо...

Глава 20. Элина

– Мама, о чем ты говоришь? – лицо Андрея краснеет, и я понимаю, что свекровь попала точно в цель.

В момент истеричного признания у Марьяны Викторовны напрочь отключаются мозги. Такое чувство, что она готова выдать всё, даже подставить собственного сына, лишь бы унизить меня, причинить боль и доказать, что я и Ваня – пустое место в жизни Андрея.

– Сын, хватит изворачиваться. Элина узнала, что ты неверен, так пусть поймет, что я оказалась права. Ты как любил, так и любишь одну женщину, а она, – грубо указывает пальцем в мою сторону, – всего лишь таблетка от печалей, дешевый заменитель искренних чувств, вещь для удобства.

Щеки начинают пылать.

Я всегда поражалась бешеной ненависти свекрови, не понимая, в чем же провинилась.

Родители алкоголики?

Нет, это просто абсурд!

Марьяна Викторовна толком не знакома с моей семьей и никогда не общалась с родителями, чтобы испытывать неудобства из-за их образа жизни. Это просто повод цепляться и бесконечно унижать.

– Прекрати! Не нужно обесценивать жену и обижать сына. Ты переходишь границы. Думаю, тебе и правда пора. Просил же, не приезжать, – нервно реагирует муж.

– Андрюша, пару минут назад ты доказывал, что это твоя мать, и мы должны быть с ней обходительны и учтивы. Вы не стесняйтесь, Марьяна Викторовна, продолжайте повествование. Я вся во внимании. Так с кем же мне изменил Андрей на свадьбе Ильи?

Замечаю, как супруг дергает мать, чтобы та замолчала.

– Понятно, как обычно, лишь бы бросить обвинение, которое не имеет под собой никаких доказательств, – специально её провоцирую, демонстрируя полное безразличие.

Марьяна – настоящая злобная ведьма, и её безумно раздражает, когда не удается вывести меня из себя.

– Я не вру! Полагаешь, что сын в тот вечер выходил общаться по работе? И где таких дур клепают? Хотя... чему я удивляюсь? Зачатая в алкогольном делирии особь, не может быть умной, у тебя ещё в детстве все мозги в голове отсохли, – не унимается.

– Не все такие проницательные и продуманные, как вы. Сами вот и сына чужого согласились воспитывать, только бы не потерять столичного мужчину. Постойте, а не потому ли, что у Ильи в восемнадцать лет открылся доступ к счетам, которые ему оставила мать? Упс! Вот откуда ваше хваленое финансовое благополучие, – бросаю с издевкой. – Не стоит вести себя, как стерва королевских кровей, я отлично знаю откуда вы родом, вас во мне раздражают собственная прошлая жизнь и пьющие родители?

– Сволочь, – дергается в мою сторону. – Нахалка! Да как ты посмела...

– Озвучить правду? Учителя были отличные. Я еще и не такое могу сказать. Терпеливая Элина закончилась, теперь наслаждайтесь результатами своего обучения.

– С Раей! – на лице свекрови расплывается ехидная гадкая улыбка.

– О чем речь? – не понимаю, для чего она упоминает супругу Ильи.

С ней мы и вовсе не общаемся.

Бывшая моего мужа с головой погрузилась в брак и растворилась в муже.

– Андрей изменяет с Раисой! Красавицей и умницей. И эти отношения завязались еще задолго до свадьбы моего старшего сына. А вот на празднике...

Стоит ли говорить о том, что со мной происходит, когда я слышу признание Марьяны?

Шок, гнев, отрицание.

Такого просто не может быть!

Супруг не мог настолько опуститься, чтобы спать с женщиной своего брата. Это ведь…

Предательство?

Но он и меня с легкостью обманывал, – тут же сама себе противоречу.

– Мама! Ты совсем долбанулась? – не дает ей договорить. – Уходи! Где соображение? Ты разрушаешь мою семью! – Андрей грубо хватает за локоть Марьяну и тянет к двери.

– У них любовь! Тебе понятно? Огромная и чистая. Собирай свои тряпки и проваливай!

Свекровь – ужасный человек. У нее грязный язык, склочная натура, нетерпимость ко всем вокруг и в целом к жизни, но сейчас я ей верю. Чувствую, что в порыве злости она не врет.

– Конечно, какие сомнения, – пытаюсь держать себя в руках. – Особенно чистая! Ведь это так прекрасно путаться с женщиной, которая когда-то тебя променяла на кошелек, выбросила из жизни за ненадобностью и вернулась лишь тогда, когда любимый встал на ноги. Андрей, а ты поделился с любовницей за какие деньги существует твой бизнес? Рассказал, на чьи шикуете?

Я игнорирую болезненные импульсы, прожигающие виски, стараясь глубже дышать, чтобы банально не расплакаться от обиды при людях, которые глумятся над моими чувствами, но осознаю, что сил все меньше.

Я не железная, не каменная, и новость о том, что Раиса – любовница моего мужа, выкручивает изнутри, давит под ребрами.

– Кого ты слушаешь? Мама просто желает тебя разозлить, – колотится от гнева Андрей.

Он резко распахивает входную дверь и выталкивает Марьяну, словно боится, что она выдаст ещё какие-то грязные подробности. Раскроет все секреты и окончательно его закопает.

– Он любит Раю! Поняла? Только её! Ни ты, ни Ваня, ему не нужны, сельская дешевка! – выкрикивает напоследок свекровь, перед тем, как у ее носа закрывается дверь…

Глава 21. Элина

Марьяна исчезает, а я до сих пор не могу осознать, что Андрей так низко пал.

Для него не только клятвы в верности жене не имеют особого значения, он также спокойно пренебрегает семейными узами, путаясь с супругой брата.

– Замечательная у тебя мама, сдала с потрохами и глазом не моргнула, – произношу с иронией, нервно хлопая в ладоши.

– Она все выдумала!

– Возможно, ты попробуешь немного напрячься и быть мужчиной? Хотя бы чуть-чуть, хотя бы самую малость. Не станешь снова лгать. Попался? Будь добр, все честно рассказать! То, что поведала Марьяна Викторовна, правда? Рая твоя любовница?

– Да, – стыдливо опускает глаза.

Надо же, ему еще присуще чувствовать неловкость?

– И про свадьбу? – задаю вопрос, наблюдая, как муж начинает суетиться.

Андрей резко уходит на кухню и запирает дверь.

– То есть, молчание – выход? – направляюсь следом. – Говори прямо, ты был с Раей, пока я ждала в зале с гостями и уехала на скорой, так и не дозвонившись до любимого супруга? – напираю, желая получить четкий ответ.

– Да.

Истину глаголят, слова могут быть мощным оружием. Измена Андрея уже не новость, но его признание разрушает. Сложно даже описать, как мои чувства колеблются от ярости к отчаянию, а затем к попыткам примириться с реальностью.

Обидно.

Невероятно больно за себя, а еще больше за сына.

Ваня еще такой маленький, беззащитный, и представлять его будущее без присутствия отца – ужасно. Это так тяжело осознавать, что моему ребенку придется расти без любви и поддержки папы. Я всегда мечтала о том, чтобы малыш был окружен гармонией и чувствовал заботу обоих родителей, но теперь мне придется искать силы и ресурсы, чтобы быть для него не только мамой, но и опорой в лице двоих. Андрей – бесчеловечный мерзавец и подлец, который предпочел свои эгоистические желания нашей семье и сыну. Выбрал шалаву, которая в прошлом его продала.

– Почему ты молчишь? – подходит супруг, пытаясь ко мне прикоснуться.

– А что ты желаешь услышать? – подавляю в себе желание врезать ему кулаком в лицо.

Во мне просыпается безумный гнев, но я не хочу опускаться до базарных разборок.

Какой уже смысл что-то выяснять, искать причины его омерзительных поступков и слушать идиотские отмазки?

Их нет и не может быть.

Ни моя тяжелая беременность, ни временные трудности, ни злополучные три килограмма, ни куча придуманных историй не могут быть оправданием для его измены.

Предатель!

Сволочь, выбравшая свою сладкую горячую норку вместо истинных ценностей и семьи!

– Я готов к твоим обвинениям, согласен принять наказание, – сухо отвечает муж.

– Нашел мне мамочку с ремнем, о чем ты вообще? Это к Рае, пусть отходит тебя по сладкой попке кожаной плеткой, тебе не впервой ей подчиняться. Раб, вот ты кто! Ее желаний и требований, своей похоти. Надеюсь, она врежет тебе пряжкой аккурат по яйцам. Тебе вообще стоит их беречь, потому что супруг любовницы способен оторвать твой детородный неуемный орган, и прокатить на таком аттракционе, что мало не покажется. Будет тебе и Гриша, и сигары, и вся та чушь, которую мне плел, чтобы сорваться и поехать трахаться со своей Раисочкой.

– Любимая, прости меня, бес попутал.

– Как же гадко, – морщусь. – Тебе еще хватает совести называть меня «любимая».

– И куда ты пойдешь? К родителям алкоголикам? Потащишь Ивана в халупу к забулдыгам?

– Смешной такой. Ни шага не сделаю из этой квартиры, и не стану тягаться с полугодовалым сыном в поисках жилья. Надеялся на то, что я гордая дурочка и просто исчезну? Андрей, если тебе плевать на Ивана, то мне – нет. Он спит, неважно себя чувствует. Собирай манатки и сам проваливай.

– Что? Ты в своем уме?

– Уходи, или сию же секунду наберу твоего брата.

– Это угроза? – вижу злость в глазах Андрея.

– Именно!

– Хорошо. Тебе действительно стоит остыть. Обещаешь, что не станешь ничего рассказывать Илье, пока не разберемся?

Киваю.

Андрей замолкает. Топчется на месте еще минуты три, а потом направляется в прихожую.

– Запомни, ты дала мне слово, что брат ни о чем не узнает. Не подставляй нас, правда может уничтожить все, что так долго строили. Просто подумай, вспомни о Ванюше, поразмышляй о будущем. Все можно простить, мы не дети, с изменами сталкивается практически каждая семья, а я…

– Ты не на трибуне, где демонстрируешь ораторские качества. Выметайся, я сама разберусь, что мне делать.

Андрей недовольно цокает языком и выходит из квартиры.

С отчаянием в сердце, глотая слезы, я прижимаюсь спиной к двери и медленно сползаю по ее поверхности.

Больно. Невероятно больно.

Коленки трясутся, а по щекам катятся соленые потоки воды.

Достаю из кармана телефон и набираю номер Ильи.

Может быть, я и обещала Андрею хранить молчание, а он не клялся мне в любви? Не давал слово быть верным, когда звал замуж? Око за око, подлец. И прикрывать твое скотство я не стану…