Текст книги "Вино викингов"

Автор книги: Марина Серова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

– А ключ?

– Это ключ от банковской ячейки. Там я храню некоторые средства на черный день. Вдруг мне придется срочным образом страну покинуть? Припасенные деньги помогут мне это сделать. Об отступлении никогда не зазорно подумать.

Если все такое легальное, то зачем же это прятать? Поставил бы фотографии в рамочку, записную книжку выкинул бы, а ключ в бумажнике носил. Ладно, попозже он все равно расскажет мне об этом более правдивую историю.

Я не подала виду, что не верю ему. Согласилась:

– Логично.

Он дотронулся до кучи найденного мною шпионского оборудования. Поинтересовался:

– Кстати, где вы набрали столько «жучков»?

– У соседей нашла. Часть – из дома привезла.

– Я серьезно!

– У вас в доме! Где же еще-то я могла собрать такой урожай?! А вы говорили, что я ничего не обнаружу!

– Я ошибался в вас, Евгения Максимовна. Простите меня за это.

– Прощаю.

– Охрану я накажу. Они зря получают такую зарплату! Да и остальным достанется тоже. Совсем обнаглели, дармоеды! Уже «жучки» обнаружить не в состоянии! Тем более – столько!

Правильно он сказал. Как в воду глядел. Женщина всегда относится к безопасности своего обиталища со всей наивозможной серьезностью. И тараканов выведет, и «жучков», и прочих вредителей. А мужик – пролеживает на диване или уставится в монитор компьютера, рассуждая о глобальных тайнах мироздания. Или же носится по свету с «военными» великими помыслами. И так из века в век. Меняется лишь обстановка – бытовая. Все остальное выглядит – да и остается – прежним.

Я мысленно позлорадствовала: поставить охранников на место еще разик отнюдь не будет лишним. Пусть хотя бы животы подтянут для приличия и оружие в порядок приведут. Но это – потом. Сейчас надо обезопаситься заранее:

– А у вас нет подозрений насчет того, кто именно столько подслушивающих средств в ваш дом пристроил?

– Нет. – Ветров отрицательно покачал головой. – Если только прислуга постаралась? Ну, или конкуренты по бизнесу, что тоже вероятно. Все злятся на меня, что я легко их обхожу в делах, вот и решили выведать секрет моего успеха. Идиоты! Иначе их и не назовешь.

– А если это кто-то из охраны?

Он возразил:

– Вряд ли. Им-то это зачем?

Ха! Откуда ты знаешь, что Колян, например, на бразильскую разведку не работает? А Дмитрий – не натуральный террорист, поджидающий момента, когда можно будет весь Тарасов на небеса отправить – оптом? Старичок твой, Анатолий, на самом деле является агентом ФБР. А охранник у ворот – Серегой его кличут в МИ-6А – синяк получил от одной из десяти своих любовниц, когда попытался ее завербовать и заставить работать в публичном доме – для сбора сведений о его владельце. Все бывает на этом свете…

Я усомнилась в его словах:

– Мало ли? Вполне могут работать на кого-то со стороны.

– Я проверю их на этот счет. Спасибо за предостережение.

Уж не поленись, проверь! Глядишь – Федеральная служба безопасности твоей же родины тебе спасибо большое скажет за выявление такого числа «иностранных шпионов». Хорошо законспирированных. Ну а я тебе помогу, интересно мне будет посоперничать с такими монстрами плаща и кинжала.

– Готова предложить свою помощь в этом деле.

– Не стоит, Евгения Максимовна. Я сам справлюсь.

Ну вот – опять. Звучит старая песня. Громко звучит. Не перекричишь никак. Впрочем, ладно. Не до этого пока. Надо Москита отлавливать и сажать обратно на нары, где он и должен находиться. А то, понимаешь, сбежал и начал жалить. Того и гляди, снова укусить попытается.

– Дело ваше.

Говорить Ветрову, что его давний приятель, Москит, сбежал с этапа, я не стала. Догадывалась, что тут же начнется. Лучше я втихаря его поймаю и за решетку обратно упеку. Пусть он и гад, этот Москит, но лишние смерти все же ни к чему. Да и горожан может зацепить в случае военных действий, затеянных двумя «мамонтами» на улицах Тарасова. Пусть один сидит в своем логове, мало что зная, а другой пытается его выкурить отсюда, бегая вокруг и рискуя попасться. Останется только схватить это «насекомое». Да, именно так я и поступлю. А в том, что работодатель рассказал мне далеко не все, я не сомневалась. Наверняка приврал чуть-чуть. Или исказил кое-что. Кому как больше нравится.

Выйдя из кабинета Ветрова, я отправилась в столовую. Сидеть в своей комнате мне не хотелось – скучно, да и фильм не очень понравился. Будь я у себя в квартире, нашла бы, чем занять день. В город бы отправилась. Но сейчас ни поездка в город, ни иные развлечения мне не светили. Пост покидать ни в коем случае нельзя. Только я отъеду – сразу же сработает закон подлости: по душу клиента припрется целая толпа киллеров. Растопчет в пыль не только «мамонта», но и мою репутацию. Придется мне охранять детские сады или школы после этого.

Чем же заняться? Неужели идти в столовую и торчать там, болтая ни о чем с охранниками? Видимо, так и придется поступить.

Войдя туда, я взглянула на Анатолия. Читает, старый. Должно быть, интересная книженция ему попалась, раз он так увлекся. Даже о работе позабыл на время. А что? В его годы полезно читать. Позволяет держать память в норме и хорошо действует на глаза. Скоро и я так же буду, старая и дряхлая, за книжками целые дни просиживать. Лет сорок пройдет – и все. Хана моим мечтам о принце на белом коне. Никому я не нужна буду. С такой работой и о детях подумать некогда. А ведь пора уже мне заводить карапузов. Время-то идет! Через десять-пятнадцать лет поздновато будет о потомстве мечтать… Ладно, нельзя сейчас таким размышлениям предаваться. Я на посту. И должна быть сосредоточенной.

Перевела взгляд на Дмитрия и «индейца».

Режутся в нарды. Обвешались оружием по самое не хочу. Хоть и неудобно столько металла таскать на себе, но они игнорируют этот дискомфорт – намеренно. Заняты мужской игрой. Молчат, сосредоточенно двигая шашки и швыряя кубики по очереди. Эх и деловые! Прямо мастера игры. Не подойди. Не спроси. Не трожь. Не мешай! И кому, спрашивается, такая охрана нужна?

Вспомнив, что стою столбом в дверях, я спохватилась и села за стол. Постучала ногтями по его лакированной поверхности. Подперла подбородок этой же рукой, изменив позу. Встала, подошла к столику с чайником. Включив, дождалась, пока он закипит. Налила себе кофе, вернулась за стол. Все трое так и не обратили на меня внимания за это время. Или специально, или им было стыдно за происшествие на складе и за обнаруженные мною «жучки». Особенно досталось «индейцу»: из его оружия я извлекла «шпиона» у всех на глазах. Да еще и разобрала автомат молниеносно быстро. Как и собрала – потом. Им такие показатели и не снились, даже в самых фантастических снах. Чувствуют они теперь вину свою перед шефом. А он им многое выскажет еще за эти упущения. Особенно за «жучки».

Допив кофе, я выкурила сигарету. Изучила ассортимент спиртного за барной стойкой. Из-за такого безделья я уже обратила было взгляд на музыкальный центр, но тут в столовую вошел Ветров. И прямо с порога начал:

– Колян, ты идешь на первый этаж. Раз уж ни хрена не справляешься со своими обязанностями, будешь охранять входную дверь. День и ночь подряд! Понял?!

«Индеец» в этот момент был похож на пристыженного годовалого гризли. Ничего возразить не мог.

– Понял, шеф…

– Топай, если понял!

Я проследила за уходившим охранником. Ощутила нечто вроде жалости к нему. Хоть и поставлен этот хам на место уже в третий раз, но все же так его гнобить не стоило бы. Ветров уселся за стол. Зачем-то взял в руки вилку. Наверное, заколоть ею собирался кого-нибудь. А может, просто не знал, чем занять руки. Сурово взглянул на Дмитрия.

– Ну а ты что? Тоже от безделья разжирел? Если так и дальше будет продолжаться, начнешь ходить вокруг дома с ружьем в руках. Сутки напролет! Понял меня?

– Понял, шеф…

И этому досталось. Вроде он и не хамил мне сильно. Но все же за дело получил… Интересно, а как именно влетит нашему старичку? Тоже нагоняй полу…

Додумать я не успела. Началось нечто непонятное.

…Первым взрывом выбило двери в столовую; обе половинки, как бумажные, пролетели несколько метров и похоронили под собою музыкальную установку. Помещение заволокло дымом, он вползал через зияющий проем бывшего входа. Нехило рвануло, ничего не скажешь.

Я вскочила с места. Дмитрий лежал на полу, усеянный «запчастями» от нард, ошалело моргая, и пытался понять – что произошло? А старичок Анатолий уже поднялся и выглядывал в коридор, почесывая затылок. Книжка его летала в воздухе в виде отдельных листков. Мой работодатель сидел за столом, хмурый, но целый-невредимый, и мял в руке вилку. Еще чуть-чуть – и начнет ругаться. Веселая картина!

Никто не пострадал, к счастью.

Оберегая Ветрова от последующих взрывов – а они могли случиться очень даже быстро, – я указала ему на угол, за барную стойку. И приказала:

– Сядьте там, Александр Геннадьевич, и не высовывайтесь! Вполне могут еще взорвать что-нибудь.

Он на удивление легко подчинился. Отложил искореженную вилку и кивнул:

– Хорошо. Как скажете.

Встал из-за стола и ушел в указанное место. Оттуда вскоре донесся звук передергиваемого затвора – наверняка он выволок из своей заначки автомат и теперь дешево свою жизнь не отдаст. Эх и «мамонт»…

Два новых взрыва, с небольшим промежутком, разнеслись эхом по первому этажу. Скорее всего, в холле рвануло, иначе в пол бы так не отдало.

Не зная, что и подумать, я выскочила в коридор, оттолкнув растерявшегося старичка Анатолия. Если это заряды, то как я могла их пропустить?! Я же весь дом перерыла в поисках вражеских пакостей! Неужели новые успели поставить? Если да, то – кто?! Охранники?

…Слева, в комнате, соседствующей со столовой, опять что-то ухнуло. Через сотую долю секунды – не успела я головы повернуть – все содержимое комнаты выбросило в коридор – одним махом, ошметками и обрывками. А взрывной волной еще и меня сбило с ног…

Вскочив с усеянного стеклом пола, я взглянула в окно, подозревая нечто… нехорошее.

Так и есть! Какие-то нахалы, в числе трех, обстреливают особняк из гранатометов, преспокойно сидя в черном тонированном микроавтобусе, стоящем перед воротами! И не заряды это вовсе, как я сначала подумала. Это почти что ковровое бомбометание. Слава богу, вообще, что у них миномета армейского не оказалось. Пришлось бы нам всем еще хуже: рухнувшая на головы крыша, контрольные выстрелы, похороны… Настал бы конец всем мечтам и помыслам. Моим в первую очередь.

В следующую секунду мне пришлось пригнуться: злодеи начали обстреливать дом из автоматов. Вполне могли меня ранить. Кому я раненая нужна? Врачам?

Переждав секунду, я выхватила револьвер из кобуры и сделала несколько ответных выстрелов наугад, зная направление выстрелов. Тут еще и спохватившийся охранник, судя по количеству оружия – Дмитрий, подполз к соседнему окну и тоже начал отстреливаться. Из дробовика.

Дурак он, что ли? Или как? С такого расстояния только воробьев так глушить!

Стихло вроде… Нехорошая тишина, кстати… Эх и нехорошая…

…Следующее попадание пришлось в столовую. Через окно. Прямо в барную стойку, за которой находился Ветров…

Проклиная себя за неосмотрительность, я бросилась туда сквозь облако пыли и дыма, надеясь, что клиент еще жив. Знала, что стойка была сделана из металла и граната не должна ее пробить насквозь. Так, помять немного, но не пробить. Случись фатальность – на моей карьере телохранителя прорисуется жирный крест. Навсегда. Придется мне или в другой город переезжать, либо – повторю – ремесло менять.

Мне повезло на этот раз. Имиджу моему – тоже. Удар пришелся вскользь, отломив правый край стойки. И Ветров был жив. Выполз из ненадежного укрытия, весь в пыли и осколках стекла. Мотая головой, он пытался сориентироваться. На правой его руке болтался автомат. Работодатель выматерился – очень вычурно. Налицо небольшая контузия. Ну, и испорченное настроение. Только и всего.

Облегченно вздохнув и отобрав у Ветрова оружие, я ринулась в коридор. Если не оказать отморозкам отпор прямо сейчас, они весь дом с землей сровняют за несколько минут. Безнаказанно! Побродят потом, гады, по развалинам. Добьют уцелевших. Меня в том числе. И уедут восвояси. Радостные, разбогатевшие, целехонькие.

Преодолев коридор одним броском, я избежала еще одного попадания гранаты: в спину лишь упруго толкнуло воздухом и осыпало с головы до ног осколками штукатурки. На этот раз пострадала наружная стена дома. То ли бандюки промахнулись, то ли пытались весь дом разом обвалить. А может, и просто стену, чтобы было удобнее целиться по бегающим в суматохе, видимым как на ладони жильцам.

На первом этаже особняка царил полнейший хаос. Полы словно трактором перепахало, смешав паркет, ковры и все прочее в невообразимое месиво. Или словно танк несколько раз тут развернулся. Вся мебель валялась в беспорядке, изломанная в щепки. Двери выбиты. Все в дыму. Что-то горит. Плюс ко всем несчастьям – половина лестницы обвалилась, затруднив мое продвижение. Так что пришлось мне прыгать на более-менее целый участок пола, рискуя поломать ноги.

На выходе я столкнулась с третьим охранником, «индейцем» Коляном; бедолага пытался выползти из-под упавшего на него шкафа. Пол-лица в крови, глаза бессмысленные, движения – вялые и неосознанные. Этому-то повезло меньше, чем Ветрову, придется «Скорую» вызывать, когда все успокоится. Иначе еще один труп скоро нарисуется. К остальным в довесок, ко вчерашним…

Оказавшись на улице, я поспешила к забору, держась левее ворот. Туда, где лежали железные листы. Собиралась я подстрелить парочку негодяев, неожиданно атаковав их с той стороны. Наверняка отморозки уверены в том, что из дома никто не посмеет высунуться. А значит, проще будет застать их врасплох.

Не вышло. Едва я высунулась, так сразу меня обстреляли из двух автоматов. Вдобавок граната, предназначавшаяся особняку, полетела в мою сторону; третий террорист тоже меня заметил и мгновенно развернул дуло своего гранатомета. Захохотал еще – демонстративно громко. Спасли меня железные листы. Хоть пару стопок их и раскидало, но третья все же выдержала.

Отряхнувшись от загоревшихся щепок и песка, я выпустила солидную очередь в образовавшийся пролом, благо он оказался достаточно широким, чтобы увидеть микроавтобус. Перекатилась, поменяв дислокацию, как и учили. Вскочила и побежала к воротам, намереваясь выяснить, что же стало с четвертым охранником, парнем с синяком под глазом.

Забежав в будку, я увидела, что Сергей пристегнут наручниками к батарее и не двигается. Голова в крови; видимо, стукнули его чем-то, и основательно. Стукнули внезапно, иначе бы он поднял тревогу и не позволил обстрелять особняк так неожиданно. И сам отпор оказал бы.

Недолго думая, я открыла огонь через смотровое окно будки. Так ближе, да и прицелиться возможность получше. Это принесло свои результаты.

…Один из нападавших дернулся и осел на землю, выронив автомат… Оставшиеся поумерили свой пыл, отступив за микроавтобус. Начали теперь обстреливать меня, забыв про дом.

Я незаметно выбралась из будки и вновь направилась левее, к свежему пролому в заборе. Оттуда побила еще одного нападавшего: задела его по ногам.

Собиралась было уже выпрыгнуть и добить третьего, но тут отморозки обратились в бегство. Один из них запихнул раненых в машину и дал по газам, поняв, что еще немного – и конец ему придет.

Отбросив автомат и оглянувшись на дымившийся особняк, я поспешила к «Фольксвагену». Сначала – преследование убегающих, допрос – в случае их поимки, размышления во время обратного пути, а уж потом – забота о контуженном клиенте. И разбор полетов. Чего-то не все ясно в этом доме! Да и с нападавшими, как бы это сказать, странные вещи происходили: почему-то они не проникли во двор, только издалека стреляли. Потом собирались нагрянуть? Или таким образом они решили подстраховаться от близкого контакта с Ветровым? Непонятно…

Мотор, как обычно, завелся с полоборота. С сомнением взглянув на ворота, я вдавила педаль газа. Пусть и поцарапаю малость свою любимицу, Ветров мне ремонт потом оплатит. Пусть только попробует не оплатить!

…Ворота оказались хлипкими на редкость. Будто для виду здесь висели, а не для защиты…

Микроавтобус был уже далеко. Мелькал черным задом чуть ли не в километре от меня. Еще чуть-чуть – и он выберется на асфальт. Несколько секунд – и я бы его не увидела совсем. Опять мне повезло? Наверное… Еще бы эти противные лужи убрать – так вообще шоколад был бы! «Фольксваген» уже через минуту погони превратился в поцарапанного, грязного и громко ревущего монстра, которому место только на грязевых автогонках по таежным просторам нашей родины. Из-за низкой посадки он постоянно зарывался носом во все встреченные на пути лужи, и так – до самой асфальтовой трассы. Хорошо – что он дизельный. Плохо – что мой собственный. Жалко же!

Добравшись до твердой дороги, я с облегчением перевела дух. Теперь все пойдет проще. Вот догоню подонков, а там и оторвусь. И за машину они мне ответят. И за клиента. И за его охрану. И за… И за мою грязную одежду! Еще сильнее вдавив педаль газа, я злорадно ухмыльнулась. Все-таки микроавтобус ощутимо уступал в скорости моему грязному демону, и расстояние между нами постепенно сокращалось. Возникла надежда, что я настигну подонков еще до выезда на трассы. Там уже будет проще. Выстрел по колесам. Захват… И пытки.

Убегавшие, похоже, поняли, что им грозит. Заметили преследование. Увеличили скорость. Скорее всего – выжали предельную. Что ж, до главной дороги мне их настигнуть не удастся. Придется преследовать их и дальше, вихляя среди транспортного потока. Рискуя тем самым. Достигнув трассы, водитель преследуемой мной машины совершил фатальную ошибку: не снижая скорости, он попытался повернуть, объехав «КамАЗ», но был снесен в сторону массивной тушей заграничного тягача с прицепом, идущего навстречу и незамеченного им. В итоге – микроавтобус буквально растерло в пыль между двумя большими машинами. Растерло, искорежило и разбросало его обломки по асфальту, мало что оставив от пассажиров…

У меня просто руки опустились. Снизив скорость, я доехала до трассы и, остановившись, выбралась из машины. Поймать злодеев мне не удалось. Очередная неудача, да когда же это кончится?! Второй день уже страдаю! Мало того что у меня из рук все валится, так еще и машина вся в грязи, а костюм… костюм придется сдавать в химчистку, стирка тут вряд ли поможет.

Закурила я. Оставалось лишь скрипеть зубами от злости. И ждать полицию.

Большегрузы тоже остановились. Водители ошеломленно разглядывали останки микроавтобуса и его пассажиров, не понимая, как же такое могло произойти?! Несколько легковушек остановились. Еще несколько…

Постепенно на трассе образовался затор.

Люди выходили из скапливавшихся в заторе машин и продвигались к месту аварии, оживленно переговариваясь. Некоторые сочувственно вздыхали; запчасти, покореженные, словно побывали в аду, валялись повсюду на дороге. Там – колесо с частью оси. Там – бампер, кусок спойлера, «пережеванное» днище… Вон там – кабина, часть вернее, из нее чье-то мясо торчит. Человеческое! Повсюду – крошево стекла. Поодаль – еще одно колесо. На него куртка окровавленная намотана… Рука виднеется, по локоть оторванная. Весь бок «КамАЗа» словно плугом пропахан и утыкан чужими запчастями. Иностранный тягач пострадал еще больше: алюминиевое покрытие располосовало по всей длине прицепа, и через дыру проглядывают расщепленные доски и какие-то коробки. С чем-то съедобным. К тому же вся правая половина кабины смята и раскрошена: удар был страшный.

Жуткая авария! Редкая! Выжить в такой невозможно. Я это понимала. Понимала также и то, что мне предстоят долгие нудные разборки с правоохранительными органами. Дескать, как это я, телохранитель экстра-класса, довела дело до такого? Я же должна клиента охранять, а не устраивать опаснейшие гонки по дорогам Тарасова! «А вдруг обычные граждане пострадают? Об этом вы не подумали, Евгения Максимовна?! А ущерб от ваших боевых действий с преступностью каков, а? – скажут они мне. – А больничные показатели? Так дела не делаются, Евгения Максимовна! Ведь вы же Ворошиловку окончили. Вам Джеймс Бонд завидовать должен! А вы… И-эх… Из города в ближайшее время не выезжайте, у нас к вам будет множество вопросов. Вот тут распишитесь. И здесь – тоже. Спасибо. До свидания!..»

Выругавшись, я пнула колесо своей грязнющей машины. Не сдержалась. Смотрела на очевидцев трагедии – и на душе у меня становилось тоскливо. Еще в суд на меня подадут оба водителя… Надо же!

Стоп! А в чем я-то виновата? В том, что клиента охраняла? Да не начни я это неудавшееся преследование, они за десять минут особняк с землей сровняли бы! Так что я в чем-то права. Только вот в чем?

– Кстати, где наша полиция, вообще? – Я обозрела окрестности, нечаянно заговорив вслух. – Почему их до сих пор нет?

Да! Где они? После обстрела особняка прошло уже минут пятнадцать. Кто-то же должен был вызвать их по «02». Хотя бы соседи Ветрова. Наверняка они слышали и видели все – взрывы и стрельбу из автоматов. В каждом владении вдобавок охрана есть, которая просто обязана была вызывать полицию в случае малейшего криминального шума. До сих пор ни одного проблескового маячка не вижу. Будто все на дежурстве и некому выехать на место аварии.

А когда они приедут – на кого свои неусыпные взоры сразу же обратят? Естественно, на меня и на мою грязную поцарапанную машину. Она одна сейчас внимание и привлекает. Ну, и мой внешний вид – что скрывать – оставляет желать лучшего. Гранатный обстрел я пережила, из автомата сама отстреливалась, по осенней земле кубарем перекатывалась. Не телохранитель, а десантник штурмовой бригады! Спецназовец. В юбке. Надо бы поскорее…

Представители закона прибыли наконец. К тому времени машин с обеих сторон дороги скопилось предостаточно. Как и любопытствующих. Прокрались полицейские по обочине. Высадились дружненько. Принялись разглядывать разбросанные по дороге куски микроавтобуса и бывших его пассажиров. Двое, как я и предсказывала, направились ко мне, еле разглядев, в чем, собственно, дело. Да и указали им на меня: некоторые зеваки видели трагический финал моей погони.

Один, повыше чином, представился:

– Капитан Симонов.

И переглянулся с сержантом. Осмотрел мельком мой «Фольксваген». Вновь взглянул на меня. И поинтересовался, кашлянув:

– Что здесь произошло?

Я тоже скосила глаза на свою машину. Ответила:

– Я их преследовала. А они неудачно повернули…

– Не понял! Кого вы преследовали?!

– Их, – и указала на дорогу. – Они обстреляли дом моего клиента из гранатометов. Вот я их и догоняла.

Сержант расширил глаза. Явно усомнился в моей нормальности и трезвости:

– Каких еще гранатометов?! Вы в своем уме, гражданка?!

Я кивнула, нахмурившись:

– В своем!

Сержант мне не поверил. Решил действовать по традиционной схеме:

– А документики не покажете?

Эх, у меня ведь даже лицензии телохранителя с собой не имеется! Как бы в участок не загреметь, до выяснения личности там не зависнуть. За это время из Ветрова решето раз двадцать сделают.

Я указала в сторону разгромленного особняка:

– Покажу. Но – после. С собой их у меня нет. Они там.

– А вот это плохо, – капитан меня тоже не обрадовал. – Придется вам проехать с нами в участок. До выяснения личности!

Хреново! Личность мою они хоть десять дней выяснять могут, не торопясь. А как выяснят, так и извиняться за задержку начнут. Мне ихние извинения, прошу прощения, на фиг не нужны будут потом! Лучше уж пусть работу мне дадут. Новую. Буду я в форме ходить и обычным гражданам мозги пудрить.

Я попробовала их уговорить:

– Давайте съездим по адресу, и я покажу вам все документы, какие только потребуются. Даже лицензию телохранителя и разрешение на ношение оружия! А заодно и посмотрите на результаты стрельбы из гранатометов. Надеюсь, вам уже звонили на сей счет? Половина района эти взрывы слышала!

Сержант мне не поверил, но вслух не высказался. А вот капитан заинтересовался:

– Нам пока не звонили. Но если, как вы утверждаете, взрывы имели место, то это сделают обязательно, – и оглядел меня внимательно: – Кстати, почему вы так одеты?

Я не стала ему рассказывать о перекатываниях по земле под выстрелами и о прочих приключениях, которые мне пришлось пережить только что. Проговорила, разведя руками:

– Стреляли…

К нам подошел еще один представитель закона. Осмотрел меня – как-то отстраненно. И обратился к капитану:

– Что с затором-то делать?

Капитан взглянул на него как на дурака:

– А ты как думаешь?

– Понял!

И третий товарищ удалился, пару раз оглянувшись на меня и на мою машину.

Я указала им на растерзанный микроавтобус. Принялась объяснять, дабы отвлечь парочку полисменов от ненужных мне мыслей:

– Они сначала из гранатометов дом обстреливали. Потом я двоих ранила, вот они и кинулись убегать. Ну, и неудачно повернули. Между двумя грузовиками их растерло, как тряпочных.

Симонов будто и не слушал вовсе, разглядывая мою машину. А сержант все не верил. Даже задеть меня попытался:

– Забавно! Такая милая девушка – а стреляете и гоняетесь за вооруженными людьми?

Мне его тон не понравился. Оба «мусора» меня ни во что не ставили! Издевались, откровенно подшучивая надо мной!

Попробовала я остановить это безобразие:

– Я – телохранитель. И моему клиенту угрожала опасность! Вы, кстати, его знаете. Вчера во дворе его дома машину взорвали, а в городе – еще две тачки расстреляли.

Капитан насторожился. Спросил:

– Ветров, кажется?

– Он самый.

Улыбка осветила физиономию сержанта:

– Наслышаны мы о вчерашних событиях! Оказывается, он вас нанял для защиты?

Окажись мы в темной подворотне – этот сержант бы так не улыбался! Корячился бы с заломленными за спину руками и пощады просил. Сопля поганая, он и оружия-то в руках не держал толком, а – поглядите – воином себя считает! Вбил в свою безмозглую голову право издеваться над воспитанницей Ворошиловки! Надо бы запомнить его безусое личико. На будущее.

Я вновь нахмурилась и высказалась, не стерпев этих издевочек:

– Нет! Он меня для танцев нанял! Бальных! Мне бы плясать, понимаешь, да плясать, а я за бандюками гоняюсь и по асфальту их размазываю! Простите уж, господа, что я не рассчитала усилий и растерла троих отморозков вообще в мясо. Как и их личную машинешку…

Сержант мгновенно набычился:

– А вот грубить не надо, гражданка! За это можно несколько суток в камере схлопотать. В общей!

Капитан толкнул его в плечо:

– Сам не груби, любая жалоба с ее стороны с тебя погоны сорвет.

– Понял.

Симонов указал на помятый капот «Фольксвагена» и спросил:

– Откуда эти вмятины?

Я огрызнулась, все еще недовольная поведением этих двоих:

– Ворота не успела открыть. Пришлось их вышибать.

– А это ваша машина?

– Моя!

– Документы на нее, видимо, тоже на данный момент отсутствуют?

– Тоже!

– Плохо. По закону я просто обязан вас задержать.

Хамло. Хамло в погонах! О четырех звездочках. Неужели нельзя поверить на слово? Неужели мне сидеть в камере придется, потеряв работу?

Я вспомнила пострадавшего при взрыве охранника. Решила опять попробовать их убедить:

– Там раненые. И им нужна помощь!

– Вот позвонят они, и мы приедем. И во всем разберемся. И раненых вылечим, и напуганных успокоим. А сейчас пройдемте в машину!

Попробовал он было взять меня за руку, но я отступила на шаг. Пригрозила, поняв, что словами их не убедишь:

– Считайте, что я уже сообщила вам о взрывах и попытке покушения. А если вы не поедете по адресу вместе со мной, и немедленно, – я напишу заявление! И вы это прекрасно знаете. Кое-кто станет младшим лейтенантом, а еще один хам – рядовым! Нет, не рядовым даже, а постовым! Где-нибудь за Полярным кругом. А то у некоторых оленей «поворотники» не работают!

Угроза моя возымела некоторое воздействие. Но прибавила к моим личным врагам еще двух человек. Сержант побагровел от злости, а капитан Симонов заскрипел зубами. Но все же кивнул, согласившись со мной:

– Будь по-вашему, гражданка. Называйте адрес!

Ну неужели?! Наконец-то они сообразили, что мурыжить меня в камере – дело отнюдь не первостепенной важности?! Для начала надо удостовериться в имевших место взрывах и в факте покушения на Ветрова Александра Геннадьевича. И документы мои проверить по прибытии на место, а не требовать их сейчас, уже зная, что я их там оставила.

Я сказала:

– Средняя, дом восемнадцать!

Пока мы так «мило» беседовали и огрызались друг на друга, автомобильный затор немного рассосался. Место происшествия огородили желтой лентой и принялись выяснять суть произошедшего. Приехали эксперты, подъемный кран, «Скорая». Началась обычная работа. Что было потом, я уже не видела, так как вернулась в особняк Ветрова. Еще человек десять мне компанию составили. В том числе хмурый капитан и такой же мрачный сержант.

Увиденная картина резко изменила их мнение обо мне. Коренным образом.

…Ворота – выбиты. Забор – обвален. В двух местах. Возле будки охранника – лужа крови. Парень на крыльце сидит, очень невеселый, не только из-за факта нападения, но еще и из-за визита надоедливых представителей власти. Автомат уже рядом с ним не валяется, убрал он его. Фасад особняка пострадал конкретно. Ни одного целого окна! Ни одной двери на петлях! Все в дыму. Кто-то матерится на втором этаже. Словно авиационный удар нанесли по дому…

Я с победным видом взглянула на капитана и сержанта:

– Удостоверились?!

Сержант сплюнул себе под ноги, но промолчал. А капитан даже бровью не повел. Потребовал:

– Вы обещали показать нам документы!

Естественно, покажу. Просто так вы же от меня не отстанете, не проверив все по самым строгим параметрам. И паспорт мой изучите – кропотливо. И права перечитаете – раз пять-шесть. И оружие проверите-перепроверите, вместе с разрешением на его ношение. И даже лицензию телохранителя попытаетесь фальшивкой обозвать. Все будете делать, лишь бы досадить мне за тот недавний разговор и угрозы.

Я кивнула в сторону покореженного строения и пригласила их:

– Пройдемте в дом! То, что вас интересует, находится там.

Колян все-таки смог выбраться из-под шкафа и восседал на его обломках. Старательно бинтовал себе голову, видимо, не надеясь на скорую медицинскую помощь. Самостоятельно решил справиться. На людей в форме он даже не взглянул, полностью поглощенный своим занятием.

Симонов шел сразу за мной. Естественно, он не удержался от вопроса:

– Это кто?

– Один из охранников. – Я остановилась, раздумывая, как бы пробраться на второй этаж. – В доме их трое. Когда я начала преследовать стрелявших, двое оставались на втором этаже. А этого шкафом придавило.

Увязавшийся за нами другой какой-то сержантик поинтересовался:

– Если тут столько народу в доме, то как же они допустили, чтобы начался этот обстрел? На воротах же должен кто-то быть. Я, кстати, видел какого-то хмыря возле них.