Текст книги "Меняю любовницу на жену"

Автор книги: Марина Серова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

– Да, конечно. Завтра я улетаю в Тарасов, а мне нужно у вас кое-что узнать. У меня к вам два вопроса. Вы не подскажете, где Геля проявляла пленку, которая отснята в вашем домике у моря? Мне кажется, что с этими снимками не все в порядке. Я имею в виду те, которые с исчезнувшей девушкой у бассейна, – уточнила я.

– Нет, – раздраженно буркнул Алекс. – Ангелина занималась проявкой самостоятельно, она мне не доверяла.

– Ну хотя бы в каком городе, вы можете вспомнить? – спросила я, но ответа так и не получила. Пришлось задавать свой второй вопрос: – Алексей, вы говорили, что не знаете никого, с кем Геля встречалась до вас. А вы разве не помните небольшой скандал на вашей свадьбе?

– Я вам уже говорил: ничего не помню и не знаю, – еще суше произнес он.

Мне показалось, что Алекс как-то напрягся, будто я вдруг как-то сразу сделалась ему ужасно неприятна. Что-то изменилось в его голосе. Однако я вынуждена была продолжить.

– Но у меня есть информация, что Ангелина… – я на секунду замялась, пытаясь подобрать слова, – встречалась с Геннадием Цыгановым. Я хочу поговорить с ним. Мне кажется, он может иметь какое-то отношение к Гелиной смерти. Именно он устроил тот скандал на вашей свадьбе, а потом через год…

Не знаю, что его больше взбесило: мое нежелание замять это дело или то, что у Гели был до него кто-то другой, только Алекс взорвался:

– Послушайте, Татьяна, оставьте меня в покое с вашими дурацкими инсинуациями. Если вам повсюду мерещатся убийцы, пора обратиться к психиатру! Еще раз сунетесь ко мне, обещаю вам принудительное лечение в психиатрической клинике. Ангелина умерла, она сделала свой выбор, и его нужно уважать. Оставьте это дело, пока есть возможность отступить, и не черните ее имя. Вас послушать, так она какая-то шлюха, жившая с бандитом!

И он отключился.

Заснуть мне так и не удалось. Я ворочалась с боку на бок, считала овечек, летающих коров, розовых слоников – все безрезультатно. Я понимала праведный гнев Алексея. Ему тяжело, а я все лезу и лезу в его личную жизнь, делаю ее еще невыносимей, чем она есть. И все же по-другому я не могу. Завтра я разыщу Генку Цыгана, а если он окажется непричастным к смерти Ангелины, начну все заново.

* * *

Тарасов встретил меня отвратительной дождливой погодой. Я чуть не забыла о нашем договоре с Кирьяновым, поехала уже было домой, и мне пришлось возвращаться с полдороги назад, чтобы отдать фотографии.

Здание управления выглядело на редкость безлюдным, хотя обычно возле него, не говоря о коридорах внутри, толпится масса народу. Наверное, опять объявлен какой-нибудь план «Перехват» или все силы брошены на встречу какого-нибудь важного гостя из столицы.

Не успела я подняться на крыльцо, как мне навстречу вышел эксперт, мы пару раз виделись, и я кивнула ему, как старому знакомому. Потом в двух словах объяснила, в чем дело, и отдала негативы.

– Простите, а когда можно будет узнать результат? – спросила я у молчаливого эксперта.

– Смотря что у вас там, какое качество, какой аппарат, что делали с пленкой и так далее. В общем, ближе к вечеру или… часа через два. Я позвоню Кирьянову, как только закончу.

Я поблагодарила его и поехала домой, всю дорогу мечтая о большой чашке горячего свежесваренного кофе. Ничто меня так не приводит в чувство, как ежедневный ритуал кофепития, это уж точно.

Я распаковала вещи, прослушала автоответчик. За время моего отсутствия в Тарасове не произошло ничего интересного. Я достала из сумочки блокнот, на котором был записан тарасовский телефон Цыгана. Проверить бы, что за адресочек: квартира или контора. И я набрала номер своей экстренной милицейской помощи.

– Доброе утро, – раздался в трубке сонный голос Кири. Я взглянула на часы. Время-то рабочее, чего ж он спит?

– Приветик, ты чего это не на боевом посту? – удивилась я.

– Какой пост? – бормотал Киря, никак не желая просыпаться. – Тань, позвони позже, а…

– Кирьянов, ты на работу опоздаешь, – попыталась растормошить его я.

– Да какая работа! Сегодня воскресенье, выходной у меня, законный! – взмолился Володька и бросил трубку.

Я взглянула на календарь. Точно, воскресенье. Вот что значит не ходить на службу – не знаешь, какой день недели был вчера, какое число сегодня.

Через десять минут зазвонил телефон.

– Привет, чего у тебя там? – судя по бодрым ноткам в голосе, Киря уже проснулся.

– Кирь, ты извини, это не так уж срочно. Я, честно, забыла, что сегодня воскресенье…

– Ладно, вчера суббота, завтра понедельник… Говори, что за дело, я все равно теперь уже не усну, – потребовал он.

Я в двух словах рассказала о новом подозреваемом в деле и попросила узнать про тарасовское обиталище Цыгана.

– Тань, – помолчав немного, заворчал Киря, – опять тебя в банку со скорпионами тянет. Знаешь, кто он такой, твой Цыган?

– Знаю, Киря, знаю. Я с ним в одной школе училась, хорошо его помню: две руки, две ноги, два уха, – попыталась пошутить я.

– Хватит придуриваться, я серьезно! – вспылил он. – Этот твой Цыган в таких криминальных структурах болтается, что…

– Киря, – прервала я его, – ты меня не пугай, а лучше со мной информацией поделись.

– Тебя все равно ничем не убедить, – вздохнул мой закадычный приятель. – Ладно, перезвоню ближе к обеду.

– Кирюха, ты настоящий друг! – воскликнула я. – Привет жене! Да, а как же ты заставил эксперта в воскресенье работать? – поинтересовалась я. – У тебя что, компромат на него?

– Нет, просто у него нет ни жены, ни детей. А главное, и такой надоедливой подруги, как ты, тоже нет.

Кирюха что-то еще забормотал, но я не стала вдаваться в подробности того, что он обо мне думает.

Настроение мое улучшилось. Я была почти уверена, что стоит мне добраться до Генки – и я обязательно выведу его на чистую воду. У меня почти не оставалось сомнений, что смерть Ангелины – его рук дело.

Теперь нужно еще узнать, кто охранял особняк Ангелины и Алекса. И я нашла номер телефона управляющего домом моей подруги. Во время отсутствия Ангелины за домом следил милый дядька, бывший администратор какой-то местной тарасовской гостинички, пенсионер. Петр Петрович с оригинальной, особенно для его имени-отчества фамилией Петров был мастером своего дела – он мог так организовать процесс, что отсутствие или присутствие хозяев не отражалось на состоянии их жилья. Дворец, особняк, дача, квартира, короче, любое жилое помещение содержалось в идеальном порядке. Образно говоря, Петр Петрович, словно опытный часовщик, подбирал винтики-гаечки так, чтобы часы ни на минуту не отставали и не спешили. Садовники у него превосходно работали, сантехники не пили, и кухарки не воровали. Найду свидетелей – и дело в шляпе.

Если мне не изменяет память, Петр Петрович Петров так и остался управляющим в особняке Ангелины. Интересно, дом будут продавать или родители Гели оставят его?

Петр Петрович оказался на месте, и он прекрасно помнил меня, так как нам пришлось однажды вместе выпутываться из одного очень неприятного дельца. С тех пор милый дядька был всегда рад меня видеть и готов помочь в любом деле. Вот, между прочим, и ответ на вопрос многих моих знакомых, почему я не уезжаю в Москву. Они говорят: там, мол, и клиенты покруче, и гонорары пожирнее. Зато здесь каждый готов оказать тебе услугу в благодарность за помощь.

– Добрый день, Петр Петрович.

– Добрый, добрый, Танечка, – отозвался Петров. – Чем обязан?

– Петр Петрович, вы со мной информацией не поделитесь? – попросила я старика. – Мне нужно знать, какая фирма охраняла особняк Пашковых. Причем хорошо бы знать, кто это делал во время свадьбы и на приеме по случаю годовщины свадьбы.

Петр Петрович задумался всего на минуту и ответил:

– И в прошлом году, и в этом – фирма «Витязь». Хорошие ребятки, ответственные. Адресок дать?

– Петр Петрович, большое спасибо! И телефончик можете дать, наверняка ведь он у вас есть.

– Конечно, есть, – отозвался Петров и продиктовал мне все адреса и телефоны фирмы «Витязь».

* * *

Через полчаса я уже подъезжала к главному офису «Витязя», расположенному в одном из центральных районов Тарасова. Меня любезно встретил заместитель генерального директора Вадим Вадимович Сомов. Правда, подозреваю, что, если бы не предварительный звонок одного из моих знакомых, он не уделил бы мне столько времени и не был бы столь любезен.

– Вадим Вадимович, мне нужно поговорить с ребятами, осуществлявшими охрану Пашковых в прошлом году на свадьбе, а также в этом году на торжественном приеме, – после предварительных реверансов и обменов любезностями приступила я к делу. И добавила, мило улыбаясь: – Если можно, конечно.

– Нет проблем, – отозвался Сомов. – Сейчас препоручу вас своему секретарю, назовете дату, и он вам все-все найдет. Хотел бы сам помочь, но, увы, дела, – развел он руками, кивая на большие настенные часы в массивной деревянной раме.

Я понимающе улыбнулась. Сомов нажал кнопку селектора и вызвал секретаря. Им оказался плечистый молодой человек весьма и весьма приятной наружности. Забавно, он что, другого применения своим способностям не нашел?

– Валера, помоги Татьяне Александровне найти нужных людей, – произнес Сомов, усаживаясь за стол, заваленный бумагами.

Валера на секунду задержался у стола Сомова, дав мне возможность пройти вперед. Меня все еще мучил вопрос: почему такой мужчина занимает столь неподходящую должность секретаря? Я вышла в приемную, выдержанную в спартанском стиле – никаких цветочков или плакатиков, как у обычных секретарш, – а следом за мной Валера. Уловив мой взгляд, он произнес:

– Удивляетесь, почему я на этой работе?

Я почувствовала, что краснею. А случается со мной такое очень и очень редко. Отпираться было глупо, и я кивнула.

– Признаюсь, такое вижу в первый раз, извините.

Валера улыбнулся:

– Ничего, я уже привык. Кофе будете?

– Если только не растворимый, – отозвалась я.

– Я тоже терпеть не могу растворимый. Не кофе, а профанация одна, – отозвался Валера.

Он сделал несколько шагов по приемной, включил кофеварку. И только тут я заметила, что он хромоват. Валера усмехнулся:

– После ранения Вадим Вадимович предложил поработать секретарем, пока… Думал, на пару месяцев, да что-то там врачи напортачили…

Валера достал кофейные чашки и разлил густой ароматный напиток. Пока я наслаждалась кофе, Валера щелкал по клавиатуре компьютера в поисках нужной мне информации. А через десять минут я уже разговаривала с нужными мне людьми. Выяснила все, что мне нужно было знать. Нашлись свидетели того скандала, который в прошлом году Генка устроил на свадьбе, и они даже вспомнили кое-что из его слов. Он пытался в чем-то обвинить Алекса, кричал что-то о многоженстве, обозвал его убийцей, приплел зачем-то Синюю Бороду, полез драться. Скандал удалось замять, Генка провел несколько часов в отделении милиции, затем был выпущен. Думаю, не обошлось без небольшого подарочка дежурному, поскольку никаких заявлений от потерпевших не было, дела не заводили. Ну что ж, в милиции можно попробовать найти протокол, где записаны сведения о Цыгане, где проживает, чем занимается и т. д. и т. п.

Странно только одно, почему Алекс не сказал мне ни слова про Цыганова? Нечасто бывает, чтобы человеку на его собственной свадьбе пытались набить морду, обзывая при этом многоженцем. Что Генка имел в виду, обвиняя Алекса в многоженстве? Пьяная чушь или?.. Впрочем, отставной любовник может в порыве гнева и обиды ляпнуть что угодно, лишь бы очернить счастливого соперника.

По поводу проведения юбилея свадьбы и скандала в городе накануне ребята мне ничего рассказать не могли, во время их дежурства на приеме никаких неприятностей не было, а охрану в городе они не осуществляли. Ладно, будем искать дальше. Я узнала, в какое отделение забирали Цыганова, и направилась туда в надежде найти координаты Генки и узнать подробности.

В отделении милиции царило сонное спокойствие, дежурный, разморенный жарой и временным затишьем, никак не мог понять, что мне нужно. А может, просто не хотел делать лишних телодвижений. В конце концов я пригрозила ему карами от вышестоящего руководства, но эффект угрозы оказался обратным. Дежурный, разозлившись на то, что я мешаю ему и дальше пребывать в состоянии нирваны, приказал мне убираться. Ладно, у меня есть еще козырь – Киря, наверняка он уже что-нибудь нашел для меня.

Я набрала номер Кирьянова и услышала родной голос:

– Слушаю.

– Привет, это опять я, твоя любимая мозоль, гвоздь в твоем ботинке, – пошутила я.

– Привет, – хмыкнул Киря. – Ты скорее моя головная боль или зуб мудрости.

– Ну, что там у тебя для меня есть? – осведомилась я, настраиваясь на деловой тон.

– Адресок я нашел, но данные могут быть устаревшими. Контора у него в нашем городе есть, но делишками он занимается темными.

– Чем именно?

– Он что-то вроде координатора между тарасовским криминалом и столичным. За ним конкретно ничего нет, но это на первый взгляд, а если покопаться, можно найти массу интересного. Я тут его досье почитал. Шустрый паренек, за ним чего только не числится – от вооруженного ограбления до попытки убийства. Хотя все это в прошлом…

Я на секунду задумалась:

– Кирьянов, скажи, такой человек мог убить из-за того, что его отвергли?

– Типа Отелло? – хохотнул Киря. – А кто его знает. Чужая душа – потемки, тем более такая, так у твоего Цыгана. Дал бы я тебе совет, да ты все равно не послушаешь.

– Знаю, знаю все, что ты скажешь. А прежде всего – «не лезь в это дело». Угадала? – съязвила я.

– Точно. Да, тут еще говорят, что у Цыгана в последнее время какие-то неприятности. То ли его заказали, то ли он не того заказал. Короче говоря, сейчас он в Тарасове, но где-то скрывается. Адрес его официального жилья у меня есть, могу дать. А так придется тебе искать его самой. Говорят, он часто бывает в плавучем казино «Караван-Сарай», у него там доля или даже он сам хозяин. Ты уж поосторожней, Тань, а то ведь там место не очень спокойное.

– Вот и славненько. Думаю, мне нужно навестить друга детства, – объявила я. – Спасибо тебе большое, с меня ящик пива.

– Надеюсь, голову тебе не оторвут и я его получу, – буркнул мой приятель и повесил трубку.

Ну что ж, господин-товарищ Цыганов, пора нам с тобой возобновить прежнее знакомство, пообщаться, так сказать, живьем. На всякий случай я наведалась по адресу, данному мне Кирей. Это оказалась обыкновенная, стандартная «хрущевка» в спальном районе. Я обзвонила всех соседей по лестничной площадке, но никого не было дома. Оно и понятно – все на дачах. На звонок в квартиру Цыгана никто никак не отреагировал. Тогда я решила заглянуть в квартиру без приглашения, благо в моей сумочке не только пудреница с помадой, но и кое-что другое имеется.

Я вставила в замок отмычку, несколько поворотов – и дверь распахнулась, приглашая меня войти. Я прислушалась – тишина, никого нет дома. Осторожно прикрыла за собой дверь и оказалась в полутемной, абсолютно нежилой прихожей. Голые стены, даже гвоздя для одежды нет. Кухня была такой же стерильно пустой. Два шкафчика: один для посуды, другой для продуктов. В первом – пара тарелок, несколько стаканов и столовые приборы. Во втором – пачка соли, банка кофе, пачка чая. Пустой холодильник старинной модели, стол, пара табуреток. На этой кухне не ели лет пять, это точно. В комнатах царил нежилой дух. Старенькая мебель играла роль декорации, призванной убедить заглянувших сюда, что здесь жилье, а не какая-нибудь контора. Пыль, толстым слоем лежащая на вещах, зашторенные окна.

Ясно, Генка здесь не бывает. Придется искать его в другом месте. И начнем мы с «Караван-Сарая». Давненько я не посещала злачных мест, тем более плавучих. Пора обновить кое-что, привезенное из Москвы.

Глава 5

Злачные места принято посещать вечером, так уж сложилось. До вечера было еще далеко, и я решила заняться собственной персоной. Почистить перышки, как говорится. Позвонила своим маникюрше и парикмахерше, пригласила их к себе домой. Это самый лучший способ убить время – быстро и полезно. К вечеру я чувствовала себя превосходно, а после ванны с любимой пеной я была даже готова на восхождение к пику Коммунизма. На душу легло спокойствие, я почувствовала уверенность, что моя миссия будет выполнена. Впервые за несколько месяцев боль утраты была не такой острой.

Я взглянула на часы – в запасе оставалось почти два часа. Чем бы заняться? Рука сама потянулась к мешочку с косточками. Что на этот раз мне сообщит Провидение? Надеюсь, только хорошее. Я сосредоточилась и бросила косточки. Комбинация 30+15+8 порадовала меня. Она означала: «Вам откроются неизвестные ранее факты».

Хорошо бы еще заодно и неопровержимые доказательства вины Цыганова… С этой мыслью я принялась одеваться. Вот тут-то и раздался тот телефонный звонок. Голос опять, как в Москве, был странноватый, не то мужской, не то женский. Да и возраст говорившего определить было трудно.

– Это частный детектив Татьяна Иванова? – спросили меня.

Я хмыкнула: звонить мне на мобильный и спрашивать меня – смешно.

– Да, – подтвердила я.

– Хочу довести до вашего сведения, что в нашем городе живет убийца вашей подруги, – торопливо проговорил аноним.

Наверное, какой-то псих, подумала я, собираясь положить трубку.

– А также у меня для вас сообщение: я знаю, где найти Цыгана. Он ведь нужен вам?

Это уже интересно. Откуда звонивший знает, кто меня интересует? Откуда он вообще знает мой мобильный?

– С чего вы взяли, что убийца он? – поинтересовалась я.

– Есть неопровержимые доказательства. Но они у Цыгана.

Я немного насторожилась. Не верю я в сыр, падающий с неба. Следом обязательно должна упасть мышеловка.

– А что вы хотите в обмен? – уточнила я. – Деньги? Сколько?

– Нет, денег мне не нужно. Меня вполне устроит справедливое возмездие. Цыган – лишний человек в нашем городе. Скажем так: он мешает моему бизнесу.

В принципе, это вполне разумное объяснение, тем более если учесть информацию Кири, что Генку пасут…

– Ладно, давайте адрес, – сдалась я, – будет вам справедливое возмездие. А почему бы вам не позвонить в милицию? – спохватилась я, но таинственный доброжелатель отказался отвечать на этот вопрос. Он продиктовал мне адрес и отключился.

Что же это такое? Кому известно про мое расследование? Какое-то чувство подсказывало мне, что к происходящему имеет прямое отношение «обыск» в гостинице. И, может быть, каким-то образом человек, шарахнувший меня по голове на стадионе «Весна». Я так до сих пор не выяснила, в чем тут дело, и мысль эта сидела во мне занозой.

Итак, мои попытки разыскать Цыганова не остались незамеченными. Плюнуть и забыть звонок или воспользоваться помощью незнакомца? Его информация была настолько важной, что я не могла передать ее кому попало. Что делать? В конце концов, этот «кто-то» согласился сообщить сведения мне, и я решила воспользоваться его любезностью, причем как можно раньше.

Я вышла из дома, завела свою верную бежевую «девяточку» и отправилась по указанному адресу. Местечко оказалось недалеко от порта, где на приколе стоял «Караван-Сарай». Небольшой двухэтажный особняк, занятый под сдаваемые офисы. Время, конечно, было нерабочее, воскресенье, но свет в окнах на первом этаже горел. Работают, значит, люди. Понятно.

Я подошла, взялась за ручку двери и дернула ее на себя. Звук выстрела, раздавшийся откуда-то из глубины офиса, я услышала на долю секунды позже, но перед тем, как распахнула дверь. Затем послышался шум, и все смолкло. Я прижалась спиной к стене и замерла, раздумывая, что делать дальше. Оружия со мной не было, сколько человек там, внутри, я не знала. Наверняка у них тут криминальные разборки, передел сфер влияния и так далее. Почему-то я не сомневалась, что стреляли именно в офисе Цыганова.

Стоять тут, под светом фонаря, было глупо: тот или те, кто стрелял в офисе, все равно должны пробежать мимо меня, безоружной. Еще неизвестно, как они отнесутся к моему присутствию. Лучше, если проявлю инициативу именно я, Татьяна Иванова. Я тихонько проникла внутрь, нашла дверь в офис Геннадия, нащупала рукой ручку, повернула ее и распахнула дверь настежь. Раздался еще один выстрел, пуля угодила в стену напротив открытой двери офиса и отрикошетила куда-то в сторону.

Вот гад, так он меня положит, как бельчонка на охоте. Надо было что-то срочно придумать, хотя бы на испуг его взять.

– Милиция! – крикнула я первое, что пришло в голову. – У тебя нет ни малейшего шанса! Брось пистолет! Ты окружен!

Кто бы ни находился в помещении, он был настолько поражен чепухой, которую я несла, что выстрелил в третий раз. Тут я вообще перестала соображать. Да и какая польза в соображении, если собираешься совершить нечто крайне глупое. А я не только собиралась, но и совершила. Я нырнула в открытую дверь, быстро перекатилась, ударившись об пол, и увидела его.

Одетый во все черное человек с дурацкой карнавальной маской на лице стоял, держа пистолет в руке. Он, глядя прямо на меня, нажал на спусковой крючок. Я мысленно простилась со своей жизнью и приготовилась ощутить, как пуля, пробив кожу, с неприятным хрустом вгрызается в мою плоть. Но из дула вырвалось какое-то неприличное «чпок-чпок». Кажется, в обойме кончились патроны, а черный человек еще не понял, в чем дело, и все давил и давил на спусковой крючок, удивляясь, почему я все еще жива.

Меня захлестнула такая ярость, что я кинулась на этого гада. Борьба продолжалась несколько секунд с переменным успехом, наши силы были равны. Я бы его сделала, если бы не оступилась. Тогда он приподнял меня над полом и ударил о стену. На мгновение я зависла в воздухе, распластавшись на вертикальной поверхности, а потом рухнула на пол и отключилась на пару минут. Придя в себя, я не сразу поняла, кто это так тяжело дышит рядом, но мне тут же стало ясно, что это я сама.

На улице уже вопила милицейская сирена. Я огляделась: в офисе царил беспорядок. Возле стола лежал абсолютно мертвый, судя по неестественно вывернутым конечностям, Цыганов, а в руке у меня находился пистолет, из которого наверняка его только что убили.

Я засмеялась нервным смехом: классическая подстава. Труп, убийца, взятый с поличным у трупа с оружием в руках, и доблестная милиция. Ничего себе, сходила за хлебушком… То есть в казино. Замечательное окончание и без того неудачного дня! Так, пока еще есть время на последний звонок, нужно звонить Кире. Я набрала номер. Слава богу, он был дома.

– Кирьянов, – зачастила я, – срочно приезжай на набережную, здание возле Музея литературы, меня тут сейчас возле трупа Цыгана повяжут, со «стволом». Выручай! – и бросила трубку, не дожидаясь его вопросов.

Времени у меня было в обрез. Чувствовала я себя немного лучше, голова начала соображать быстрее, пульс пришел в норму, дыхание успокоилось. Первым делом я стерла отпечатки своих пальцев со «ствола». Настоящий убийца, ясное дело, все равно был в перчатках. Пистолет я кинула на пол и оттолкнула от себя ногой. Детективу положено проявлять любопытство, и я его проявила – осмотрелась еще раз. Так-так, нападавший после выстрела задержался. Что-то искал? Что?

На полу рядом с письменным столом валялись ящики с документами, обрывки каких-то бумаг, квитанции. Там же я увидела целую пачку фотографий Ангелины. Ее же фотография стояла на столе в дорогой стильной рамке. Интересно, если Генка был убийцей Гели, стал бы он держать ее фотографию возле себя, на виду? Ладно, думать об этом будем потом, а сейчас нужно действовать.

Среди прочих бумаг я обнаружила папку с журнальными и газетными вырезками, все они касались Ангелины и Алекса: свадьба, смерть, похороны. В папке было множество статей, содержавших информацию об Алексе, в том числе напечатанных уже после смерти Ангелины. Если Цыганов собирал информацию об Ангелине, то вполне логично, что и об Алексе тоже, как о ее муже. Но зачем ему понадобилась информация о вдовце?

Я все больше и больше запутывалась в деталях, а времени на аналитические размышления у меня не было. Я наклонилась над мертвым Цыгановым и ловко обыскала его карманы. В заднем кармане брюк обнаружила записную книжку и с чистой совестью сунула ее в самое укромное местечко – за лиф своего платья. Затем, сняв трубку с аппарата на столе, набрала ноль-два и попросила дежурного как можно скорее прислать наряд.

– На набережной, – я назвала адрес, – совершено убийство.

Сделала я это в самый подходящий момент, за моей спиной раздался приказ:

– Лицом к стене, руки за голову.

– О, уже приехали! Как оперативно, – попыталась пошутить я, – я вам еще звоню, а милиция уже здесь.

– Документы! – потребовали у меня.

– Извините, можно, я повернусь к вам лицом? У меня нет оружия, – попросила я и, не дожидаясь разрешения, осторожно повернулась. В полутьме офиса трудно было разглядеть количество звездочек на погонах старшего, поэтому я решила называть его просто «товарищ милиционер». Прозвучит это, конечно, глупо, но не гражданином же начальником мне его называть?

– Товарищ милиционер, я – Татьяна Иванова, частный детектив, вот мои документы.

Я осторожно, не делая резких движений, достала из кармана свои «корочки».

– Федор, у нас тут труп, – подал голос старший. – А вот и «ствол». Все точно, как и сообщили. За что вы его так? – полюбопытствовал он, разглядывая меня.

– Товарищ милиционер, я тут ни при чем. Я пришла только поговорить, услышала выстрелы, а тут какой-то мужик… Мне, понимаете, позвонили и сказали, что у Цыгана… у Цыганова есть важная для меня информация…

– Ага, вот ты его и замочила. Призналась бы сразу, чего кота за хвост тянуть? – абсолютно не слушая меня, заговорил Федор.

– Да я частный детектив, я веду расследование…

– Ага, смотрите, люди, я Бэтмен, – отозвался напарник Федора. – Руки давай…

– Какие руки, зачем?! – попыталась возмутиться я, но на моих запястьях уже щелкнули наручники.

– Что тут происходит? – раздался из-за двери до боли знакомый голос Кирьянова.

Я с облегчением вздохнула.

Кирьянов представился, показал документы и попросил ввести его, как старшего по званию, в курс дела. Федор отрапортовал. По его рассказу выходило, что кто-то позвонил в отделение милиции и сказал, что видел женщину с пистолетом в руках. Звонивший дал мое точное описание и сообщил адрес. Они приехали и застали меня здесь.

Не знаю, что там этому Федору наплел Киря, но меня отпустили. Правда, переписав все мои данные. Кирьянов дождался, пока все формальности закончатся, и вывел меня на улицу.

– Какого черта? – сдавленным от злости голосом произнес он. – Я так и знал, что нечто подобное и случится. Вышло по-моему. Ты что, теперь убиваешь своих подозреваемых?

Я оскорбилась:

– Кирьянов, ты выражения-то выбирай! У меня, между прочим, стресс, меня тут тоже убить могли, а ты…

Я не смогла договорить, меня всю затрясло, ноги отказывались слушаться. Если бы Киря вовремя не подхватил меня, так бы и брякнулась на асфальт на потеху публике, прогуливавшейся вдоль набережной.

– Ты чего, Тань, а? Давай-ка вон в кафе зайдем. Выпьешь коньяку, сразу полегчает, – тоном раскаявшегося грешника произнес он.

Я только кивнула. Киря почти дотащил меня до открытого кафе и усадил за один из свободных столиков. Заказал коньяк, какие-то фрукты. После второй рюмки силы вернулись ко мне, и я смогла рассказать Кирьянову, что случилось.

– Мне позвонили и сказали, что у Цыгана есть очень важная информация, доказывающая его причастность к гибели Ангелины, – поведала я. – Я даже постучаться в дверь офиса не успела, как услышала выстрелы. Проникла внутрь, увидела человека с пистолетом, потребовала, чтобы он бросил оружие. Но он продолжал стрелять – уже в меня.

– Ага, наша героиня бесстрашно ворвалась в офис и почти обезвредила убийцу. История прямо на газетную полосу для раздела криминальной хроники, – пробормотал Киря. – Ты понимаешь, что тебя подставили? Скорее всего, тебе будет предъявлено обвинение в убийстве, если, конечно, не подсуетиться. Все-таки ты звонила в милицию, отпечатков пальцев на пистолете нет, мотивов убийства тоже…

– Я вот только одного не могу понять: как звонивший узнал о моем желании встретиться с Цыгановым? Ума не приложу. Киря, давай еще выпьем! За друзей, за тебя, всегда приходящего мне на помощь.

Эти слова были последним, что я помнила, – дальше я отключилась. Не помню, как Кирьянов тащил меня, как усаживал в машину, как впихивал в квартиру. Ничего не помню! Провал, бермудский треугольник. Такое со мной случалось очень редко, вернее – всего два раза в жизни.

* * *

О выпитом коньяке мне напомнило отвратительное состояние утром. Минут пять я не могла понять, почему лежу на диване, а не в собственной постели. С тошнотой и волной адской головной боли пришли воспоминания о вчерашних неприятностях. На ватных ногах я потащилась в ванную. Хотела принять душ, но ноги отказывались меня держать, и я заменила душ ванной. Лежать в моем состоянии оказалось гораздо сподручнее, чем стоять. Получасовое отмокание в душистой пене и затем большая чашка хорошего кофе сделали свое дело, через час я почувствовала в себе силы запихнуть в рот пару бутербродов.

Нужно было позвонить Кирьянову и сказать большое спасибо, но что-то останавливало меня. Ладно, спасибо сказать я успею и позже. А сейчас следовало разобраться в сложившейся ситуации, пока вокруг меня не появились еще трупы. Куда я сунула книжку, которую стащила у ныне покойного Цыганова? Я поискала глазами свои вещи и наткнулась на сумочку. Кажется, я вчера ее перекладывала туда. Или хотела переложить?

Я принялась вытряхивать содержимое сумочки на стол, записная книжечка нашлась там. С глухим стуком следом выпал мешочек с косточками. Погадать, что ли? Может, магические двенадцатигранники подскажут мне, что делать дальше?

Я уселась за столом, подержала косточки в руках, ощутив их шероховатую поверхность, и бросила. Прогноз оказался неутешительным: 34+4+18 – «Вы в опасности и должны следить за своими действиями более внимательно».

Я взяла со стола пачку сигарет, затянулась и принялась думать. Кто в ближайшее время хотел бы избавиться от меня всерьез и надолго? Список моих недоброжелателей давно перевалил за третий десяток, но сейчас я так и не пришла ни к какому выводу.

Зачем нужно было убивать Цыганова? Только чтобы подставить меня? Тогда не проще ли было убить меня… Впрочем, меня уже пытались убить совсем недавно в Москве. Или просто хотели попугать? Я так до сих пор и не поняла, кто и зачем копался в моих вещах в гостиничном номере, связаны московское покушение и тарасовская подстава или нет. Я почувствовала, что запутываюсь все больше и больше. Тогда, чтобы не свихнуться окончательно, запретила пока себе думать о московском происшествии. Это как в школьной контрольной: споткнулся на примере – оставь, решай другие, потом вернешься. Решение окажется гораздо проще, чем кажется.