Текст книги "Магия на двоих (СИ)"

Автор книги: Марианна Красовская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)

Глава 4. Индюк

Несмотря на летнюю пору, в лесу мне не нравилось, и я в очередной раз сообщила об этом брату.

– Не понимаю, как ты мог уйти из замка! Такого я даже от тебя не ожидала!

– Что значит “даже от меня”? – раздраженно отвечал Фредерик. – Я что, по-твоему, совсем безумен?

Промолчала, потому что очень хотелось бы сказать слово и покрепче. Невольно коснулась живота ладонью. Не в моем положении ночевать на постели из еловых веток. Нужно что-то решать.

Не так я представляла свою свободу! Возможно, мне не стоило убегать из дома свекрови. Там хотя бы нормально кормили и был водопровод. И лекарь. А здесь что? Вода из ручья, дичь и хлеб, неизвестно откуда взятый? То есть я, конечно, понимала, откуда – крестьян ограбили, но предпочитала об этом не думать. Пока я не видела грабежей собственными глазами, их не существует.

– Тебе нужно найти для меня дом как можно скорее, – напомнила я Фреди. – Ты же не хочешь, чтобы я потеряла ребенка?

Мое дитя теперь стало для барона Сольвейна самой большой драгоценностью. Несомненно, сильный маг. Наследник. Надежда рода. И лучше было бы, если оно родится под крышей нашего замка. Но увы, силы были не равны. Лазутчики уверяли, что в стенах замка Сольвейн размещен сильный гарнизон. Нам его не взять без помощи союзников. А союзника пока мы не нашли.

– Я напишу Эйленбергу, – воодушевленно вещил братец. – Он точно согласится взять тебя в жены.

Я скрипела зубами и молчала. Не хочу снова быть проданной! Довольно с меня семейной жизни! Женщина в браке совершенно бесправна. Ее удел – молчать, подчиняться и рожать детей. Иногда у меня мелькала крамольная мысль, что можно было бы по-тихому придушить Фредерика и встать во главе рода. Мы с ним – последние законные дети. Особой любви между нами не было никогда. Слишком мы разные. Я росла с кучей нянек как маленькая принцесса, меня бесконечно баловали и наряжали в шелка и кружева – и отчаянно завидовала младшему брату, который постоянно сидел в седле перед дедом и ездил с ним по полям, лесам и деревням. А Фредерик до сих пор припоминал мне, что ему не давали ни сна, ни отдыха. Если он был дома – то бесконечно учился. Читал трактаты по истории магии, занимался с наставниками, фехтовал, стрелял, развивал тело и разум. Между нами говоря, с последним вышло неважно. Хотя на лицо братец, конечно, красив.

Теперь же, когда схлынула радость от воссоединения, я возненавидела его еще больше, чем раньше. Во-первых, он был глуп. Глупее меня – это уж точно. Во-вторых, совершенно не считался с моим мнением. Напрасно я давала ему мудрые советы, напрасно придумывала планы нашего спасения. Этот индюк уперся, считая, что проще всего продать меня подороже – снова. И тогда он получит от моего мужа защиту, подмогу и много денег. Что получу в этой ситуации я, никого не волновало.

Не будь я в положении – черта-с-два позволила бы так с собой обращаться. Убежала бы давно, раздобыла б защитный амулет и спряталась бы в какой-нибудь деревне. В конце концов, как любая знатная девица я умела вышивать, шить и даже немного прясть. Работу нашла бы. Но беременность поменяла все. Никому не нужна брюхатая прислуга, к тому же незамужняя.

Можно было бы еще самой выбрать себе супруга. Честь по чести – заключить прямой договор, обсудить условия брака. Из приданого у меня только родовая магия, но и это немало. Мои сыновья принесут любому роду силу и процветание. А вот кого родит любая другая женщина – вопрос спорный. Как по мне, такое наследство стоит любых денег. И даже то, что я в положении, не изменяло ситуации, а лишь показывало – я не бесплодная.

Жаль только, что Фредерик понимал это ничуть не хуже, чем я, и уже составлял список потенциальных женихов. И уж конечно, его не волновало мое согласие, о чем он не раз мне сообщал. Говорю ж – дурак. Мог бы наврать что-нибудь, улестить меня… Но зачем? Я и так была в его руках…

– Когда настанет осень и пойдут дожди, – медленно начала я, – я могу заболеть и потерять ребенка. Мне нужен покой.

– До осени ты будешь уже замужем, – отмахнулся брат. – Не бойся, я о тебе позабочусь.

– Я хочу молока, – мстительно нахмурилась я. – И сладких булочек. Умру, если не накормишь меня!

– Я скажу своим людям, будут тебе булочки, – серьезно кивнул Фреди, а я похолодела, вспомнив, что в лесу нет ни печи, ни коровы. Значит, снова кто-то будет ограблен.

– Я передумала! Лучше жареную куропатку!

Братец злобно на меня поглядел, но уже ничего не ответил.

И все же… как хотелось молока! И творога! И сыра! Поставь передо мной крынку сметаны, и я слопаю ее даже без ложки, пальцами. Хотя раньше считала эту еду плебейской, сейчас рада была бы даже куску ржаного хлеба.

Когда все закончится, я даже в лес больше не сунусь. Целыми днями буду сидеть в замке, принимать ванну, лежать в теплой мягкой постели и вкушать нормальную пищу. Ужасно, ужасно!

Фредерик – идиот.

А я его сестра. Сама, в общем-то, виновата.

Спустившись к ручью, я умылась ледяной водой. Одежда с чужого плеча воняла. Волосы, заплетенные в косу, я уже даже не пыталась расчесать. Гребешок сломался неделю назад, я теперь могла только выбирать пальцами листья да ветки. Нет, еще немного, и на меня даже нищий в базарный день не взглянет! Всякая красота требует тщательного ухода, а у меня чернота под ногтями, потные подмышки и ужас до чего грязные волосы. Никому меня братец не продаст. Такое чучело!

Я так и просидела у ручья до ночи. Меня даже не искали. Плакала, умывалась, снова плакала. Жалко было себя до одури. Вот тебе и племенная кобыла. Вот тебе и первая красавица Иррейи!

А когда стемнело, появился-таки Фредерик, да с добрыми вестями.

Глава 5. Домой

– Эсти, я все решил.

– Да неужели?

– Приезжал посланник от Роймуша. Дядюшка его выступит судьей в нашем споре.

– Не верь ему! – встрепенулась я. – Он – лицо пристрастное. Конечно, он назначит виновным тебя!

Откровенно говоря, будет прав. Фредди начал первым.

– Это не так уж важно, – отвел глаза братец, и я тут же поняла, что он задумал очередную гнусность. – Главное, наш замок – снова наш. Мы можем возвращаться.

– Теплая ванна? – тут же подскочила я. – Моя постель?

– Именно так.

За это я готова была отдать многое. Возможно, даже свою свободу, но это не точно.

– И когда мы едем домой?

– Прямо с утра.

– Говори начистоту, ты задумал откупиться мной? – у меня уже не было сил возмущаться. Все лучше, чем зимовать в лесу.

Глазки у Фредерика забегали. Он даже покраснел немного и виновато улыбнулся.

– Ты – самое ценное, что у меня есть, сестрица. Ты стоишь дороже любого замка. Но не волнуйся, все будет не так, как с Дарреном, теперь я лично займусь твоим брачным договором.

Это не внушало оптимизма. Ничего хорошего от дурачка Фредди я не ждала.

– Ну нет, – прищурилась я. – Я сама займусь своим брачным договором! Каждый пункт будет проверен! Я взрослая женщина, вдова! Я имею право голоса!

– Как скажешь, сестренка, как скажешь, – успокаивающе поднял ладони Фредерик. – Только не волнуйся, тебе нельзя волноваться.

Мы оба врали. Фредди, разумеется, не собирался давать мне права голоса. По законам Иррейи мне полагался опекун. Я была беременна, а каждый мужчина уверен, что женщина в положении – непроходимая дура, мозги которой стекли в матку. И что самое гадкое, самостоятельно воспитывать ребенка мне тоже не позволят.

Будь я простой вдовой… Да, там свободы было бы чуть больше.

И все равно я не жалела ни о чем. Я хотела ребенка очень давно, я мечтала о нем с того дня, как вышла замуж. Сколько слез я пролила, думая, что бесплодна! И теперь я буду защищать нерожденное дитя изо всех сил. Фредди и его продаст, тут нет сомнений. Мне нужно избавляться от столь корыстного опекуна. Посмотрим, кого предложат мне в мужья! Может, удастся выторговать хоть немного свободы!

А нет – я напишу кляузу королю. Не думаю, что братцу хватит мозгов перехватить письмо. Он не настолько предусмотрителен, как моя бывшая свекровь.

Последняя ночь в лесу пролетела как падающая звезда по ночному небосводу. Быстро и ярко. Выспаться мне не дали. Народ собирал лагерь. Ссорились, делили одеяла и котелки, кто-то умудрился напиться. Фредди бестолково бегал вокруг и грязно ругался. Лидер из него сомнительный, но язык подвешен неплохо, врать умеет. Наобещал золотые горы отряду, да еще подкрепил свои слова фамильной магией, вот люди за ним и пошли. Впрочем, у кого-то и выбора не было. Они привязаны родовой клятвой к нашей крови. Чем сильнее магия Сольвейнов, тем крепче связь. Поэтому-то Фредди и не отдаст моего ребенка.

Во всяком случае, не планирует. И моя задача – его перехитрить.

Невыспавшаяся, злая, я на рассвете поднялась со своей весьма неудобной постели. Умылась в ручье. Позавтракала горелой кашей – надеюсь, что в последний раз. Мне предоставили лошадь, но меня очень быстро укачало. Пришлось идти вместе со всеми пешком. И снова магия Фредерика сократила нам дорогу. Он вел нас “тропами хозяина”. Он многое умел, мой брат. В лесу нас не нашел бы никто, даже сам король – лес был “наш”, родовой. На этой земле никто не смог бы одолеть наш отряд. Стрелы бы пролетали мимо, мечи не ранили, топоры обращались против хозяев. Впрочем, сомневаюсь, что кто-то нас искал, кому мы вообще нужны?

Тяжелые башни старого замка возникли внезапно, там, где их и быть не могло. Лес расступился, тропа закончилась у самых ворот.

– Ага, они нас боятся! – воскликнул Фредди. – Сбежали, оставили даже ворота открытыми!

Я устало промолчала. Какой же он все-таки глупец. Нужно будет найти ему очень умную жену, так хоть есть шанс, что детки пойдут разумом в мать.

Двор нашего старого замка и в самом деле был пуст. И, что удивительно, образцово чист. Кто бы тут ни жил последние два месяца, он не стремился к разрушению. Уверена, что сам Фредди нагадил бы в такой ситуации как можно больше. Да что там, он после себя наверняка бы оставил зловонную кучу испражнений прямо посреди мощеного камнем двора! Я невольно хихикнула, представив брата в позе орла со спущенными штанами. Фредерик покосился на меня с подозрением, и я поспешила его успокоить:

– Я так счастлива вернуться в дом предков!

Навстречу нам уже бежали няньки-мамки. Выглядели они вполне упитанными, нарядными и довольными жизнью. И снова я задумалась: по всему выходит, что захватчик не издевался над прислугой, женщин не обижал, не грабил. Видимо, мой будущий жених – человек благородный. Или хотя бы предусмотрительный. Это не могло не радовать.

– Рия Эстелла! – меня подхватили под руки мамка Тесса и мамка Орзи. – Исхудала наша птичка! Загорела! Исчахла!

– А грязна-то как головешка!

– И пахну отнюдь не розами, – радостно согласилась с ними я. – И завтракала горелой кашей на воде.

Мамки порой бывали слишком навязчивы, совсем как наседки, но я умела с ними управляться. Сейчас же я отчаянно жаждала заботы, поэтому с радостью отдалась в их пухлые руки.

Мне мгновенно наполнили ванну с солями и маслами, запихнули меня в блаженно-горячую воду и принялись мылить, попутно засовывая мне в рот то ягоды, то сладкий творог, то булочку. А еще поили горячим травяным отваром с медом. Я блаженствовала.

– Да ты ведь в положении, милочка! – не сразу заметила мамка Орзи.

– Третий месяц как, – согласилась с ней я.

– А от кого же?

– Знать не знаю, ведать не ведаю.

Раздался грохот. Мамка Тесса уронила на каменный пол глиняный кувшин и в ужасе вытаращила глаза. Мамка Орзи стиснула ручки на монументальной груди и запричитала:

– Да кто же посмел мою птичку снасильничать? А братец ваш что, убил разбойника? На воротах повесил? Ах, я знаю! Он привязал его за ноги к коню и пустил в поле…

Я заморгала, недоумевая, почему она сразу подумала о насилии, но потом осторожно уточнила:

– Что ты, Орзи, разве я позволила бы кому-то причинить мне зло?

– Так ведь мужчины порой не спрашивают позволения, – очень тихо, так, что я едва расслышала, пробормотала Тесса.

– Нет, это было… приключение! Красивое любовное приключение! Я соблазнила генерала в гостинице, – легкомысленно хихикнула я, запоздало заподозрив, что в моей чашке были не только травы и мед. – Я ведь вдова! Я могу!

– И понесла? – удивилась Орзи. – Сильное, видать, семя, у вашего генерала. И что же он, отпустил такую красавицу?

– Я сбежала. И теперь у Сольвейнов будет наследник!

– Наследница, – поправила меня мамка. – Знаешь же, что я повитуха и магичка. Девочку ты носишь, дорогуша, точно говорю.

Я зажмурилась, невольно заулыбавшись. Девочка! Куколка моя! Буду плести ей косы, наряжать в шелка и кружева, учить ее танцевать… Если мне позволят. Боюсь, после родов мою дочь заберут. Может, даже на руках подержать не успею.

Счастье мгновенно испарилось, как и не было его. Я поднялась во весь рост и потребовала простынь.

– Да что ты, душенька, расстроилась, что не мальчик? Девочки же еще и лучше!

О да! Их можно продать задорого. Мальчик хоть за себя постоять смог бы, а девочку никто не спросит даже, нравится ли ей жених… Не позволю, не отдам! Но для того, чтобы защитить своего ребенка, мне нужен сильный союзник. Нужно взглянуть на этого Роймуша. Что он может справиться с Фредериком, я уже знала. Захочет ли он меня поддержать?

Глава 6. Союзный договор

Все, что я знала о женихе – то, что он прилично младше меня. Ему едва ли не шестнадцать. Надо сказать, меня в том же возрасте выдали замуж. Итак, я его старше, и это не слишком хорошо. К тому же я два месяца жила в лесу, толком не мылась и плохо питалась. Да и беременность не всегда женщину красит.

Но все же я по праву когда-то считалась одной из прекраснейших девиц Иррейи, и красота моя никуда не делась. Светлые кудри до пояса, темные глаза, нежная кожа. Длинные ресницы, пухлые губы, статная фигура. Живота еще не видно, а вот грудь налилась, округлилась. А что бледна от утреннего недомогания, то и славно. Мужчинам нравятся томные женщины.

Я оказалась права: мой будущий жених вел себя в замке в высшей степени порядочно. Он нас не грабил, все мои старые платья и даже драгоценности были на месте. Исчезло лишь несколько книг да опустел винный погреб. Впрочем, сдается мне, что к последнему приложил руку Фредерик.

Мамки отзывались о “захватчике” сдержанно, но без обиды. Сказали, что высокий, красивый да ласковый. Не буянил, слуг не бил, девок не портил, а все больше сидел в библиотеке и читал всякое. Узнав, что нас с Роймушем сватают, охать и плакать не стали, а даже немного и повеселели, особенно, когда я пообещала взять их с собой в новый дом.

Мой покойный муж наотрез запретил мне когда-то везти в его дом чужих людей. Даже платья не взял, даже украшения. Его, впрочем, понять можно. Родовая магия – это не шутки. Все люди, живущие в моем замке, служат только крови Сольвейнов и больше никому. А на фамильных ожерельях какие только заклинания не наложены…

Тогда договор подписывал дед, и ему важнее были деньги, чем мои желания и страхи. Теперь же я намеревалась отстаивать свою позицию.

Хоть и не было у меня оружия кроме красоты и спящей магии, но и этого мне будет довольно.

Я снова придирчиво оглядела себя в зеркале, убедилась, что выгляжу великолепно, и спустилась в столовую. К ужину должны были прибыть гости: жених мой и его дядюшка, которого король поставил судьей в нашем извечном споре. Фредди уже хорошо знал обоих, я же сгорала от любопытства.

Мамки говорят, что жених красивый и добрый, а дядюшка, напротив, препротивный. И взгляд у него злой, и разговаривает слишком властно, и требует многого. Я им не больно-то верила, подозревая, что дядюшка их успел отчитать за какую-то провинность, а они и разобиделись. Ничего, строгая рука им полезна.

Я же намеревалась с этим противным старикашкой сдружиться. Пусть он будет на моей стороне, мне очень нужны союзники.

Когда же я спустилась в столовую, там не оказалось никого, кроме высокого темноволосого юноши. Ни судьи, ни Фредерика, один Роймуш. Ну, я думаю, что это – именно он. Остановившись в дверях, я с любопытством разглядывала молодого человека. Не соврали мамки, он красив. Темноволос, высок, очень худ, с загорелым лицом и умными глазами. Не похоже, чтобы он всю свою жизнь провел в библиотеке!

– Рия Сольвис? – приятным голосом спросил юноша.

– Рия Даррен, вдова, – поправила я его. – А вы, стало быть, рий Роймуш?

– Он самый. Простите, я должен был дождаться вашего брата, а лишь потом заводить беседу.

– Глупости, – пожала я плечами. – Мы с вами не в том положении, чтобы обмениваться реверансами. Зовите меня Эстелла, так будет проще всем.

Он оглядел меня с ног до головы странным задумчивым взглядом, и, клянусь, мужского интереса в нем было чуть меньше, чем я бы желала, а потом коротко поклонился.

– Меня предупреждали, что рия строптива и своенравна. Но забыли сказать, что она при этом еще и умна. Мое имя Этьен, мне кажется, нам сейчас совершенно не нужен ваш брат. Прогуляемся в саду?

– Предлагаете сбежать? – приятно удивилась я.

– Желаю поговорить наедине.

– Выпустят ли? – усомнилась я. – В холле полно прислуги.

Рий Роймуш подошел к окну, рывком его распахнул и молча подал мне руку. Я покачала головой: мальчишка, как есть мальчишка! – но последовала за ним. Сколько раз я так сбегала от нотаций деда и душной опеки мамок? Не счесть. Да я могла и по дереву спуститься! И все же окна никто не заколотил… Впрочем, деревья возле замка все срубили.

– Я немного изучил ваш чудесный сад, – сообщил мне Этьен, обаятельнейше улыбаясь. – Здесь есть, где спрятаться.

– О, вы не видели и десятой доли, – хмыкнула я. – Вы же чужак. Не обижайтесь, но сад открывает свои секреты лишь Сольвейнам.

– Покажете мне?

– Разве что один из них.

Я решительно повела его к пруду, где под сенью старых ив был спрятана крошечная беседка. Мое любимое место! Когда-то мне показала его матушка. И это была наша с ней тайна.

Я не боялась – Роймуш никогда не найдет это место один. А Фредерик вообще не слишком любил прогулки в парке.

Время не пощадило беседку, белая краска на деревянных скамейках почти вся облезла, а тонкие колонны заросли мхом. Но она все еще была прекрасна.

– Садитесь, Этьен. У нас есть несколько минут, прежде, чем Фредерик отправится меня искать.

– Около получаса, я полагаю. Они обсуждают с дядюшкой размер контрибуции.

Наморщив лоб, я попыталась понять, что значит это странное слово, но потом махнула рукой и поощрительно улыбнулась.

– Итак, как вы находите невесту?

– Совершенно очаровательной, – с готовностью ответил юноша. – Мне рассказывали о вашей красоте, но я не верил.

– Красота – крайне ненадежное богатство, – вздохнула я. – Пройдет несколько лет, и она утечет сквозь пальцы.

– Что же вы желаете услышать от меня, рия?

Он улыбнулся лукаво, и я со вздохом подумала, что будь он лет на пятнадцать старше, я бы сходила с ума от этой улыбки. Сейчас же хотелось лишь потрепать его по волосам как забавного щенка.

– Буду с вами откровенна, Этьен, я замуж не хочу. Но и опека Фредерика – хуже не придумаешь. Знаете, вы не похожи на человека, который бьет женщин.

Мальчишка распахнул глаза и выпрямился возмущенно, а потом вдруг выдохнул:

– Ваш покойный супруг осмелился?..

– Мой покойный супруг меня не любил.

– Я тоже вас не люблю… пока.

– Я знаю. Сложно любить незнакомца. Возможно, мы никогда не станем возлюбленными, но союзниками – это было бы прекрасно. Мне нужна защита от брата и прочих мужчин. Что ищете в навязанном вам браке вы, Этьен?

Он немного помолчал, а потом как-то смущенно пожал плечами.

– Рия, ваш брат разве не говорил, что я – менталист?

– Как-то он упустил этот момент, – процедила я, холодея.

Менталист? Вот это поворот! Теперь понятно, как именно он одолел Фредди. Ментальной магии сопротивляться очень сложно…

– Не бойтесь меня. Я вам не враг. Видите ли, Эстелла, вы мне очень нужны. Возможно, даже нужнее, чем я вам.

– С чего бы? – неприязнь в моем голосе трудно было не услышать. Я даже отодвинулась от него подальше.

– Я незаконнорожденный, – спокойно ответил Этьен. – Нет, не спешите убегать с криками. У рия Роймуша в законном браке родились три девочки. Я же родился и жил в Валлии, моя мать была проститутка.

Настала моя очередь изумляться. Так он – бастард? В этом не было ничего постыдного, дети не отвечают за грехи родителей. Но кровь древних родов – не водица, отец мог его разыскать и воспитать достойным человеком… наверное.

– Вы меня жалеете? – вскинул брови Роймуш. – Напрасно. Когда дядюшка меня нашел и сообщил, что я – единственный наследник, я обрадовался. Думал, что теперь моя жизнь изменится. Но увы, я так и не привык к этому обществу. Делаю ошибки, говорю невпопад, не прощаю обид. Вашего братца вон… выгнал из замка. Признаю, я и понятия не имел, что так делать нельзя. Он нападал на наши земли… Я решил, что жечь поля и деревни глупо, ведь крестьяне ни в чем не виноваты. Рыба, знаете ли, гниет с головы…

– И вы отрубили эту голову? – развеселилась я.

– Ну да. А потом приехал дядюшка и сообщил, что за такое и моя голова может оказаться на плахе. Аристократы! – он презрительно сморщил нос и пожал плечами. – Оказывается, это как шахматная партия. Нельзя взять и слопать короля.

– А вы любопытный человек, рий! – похвалила его я.

– А вы – очень честная женщина, рия, – усмехнулся он. – Вы не пытаетесь меня обмануть, это удивительно. Пожалуй, в Иррейе я встретил столь искреннего человека второй раз. Остальные… боюсь, я никогда не найду здесь друзей.

– Кто был первый? Его величество?

– О нет. Мой дядюшка. Он военный, но я – в его армии. И поэтому он все говорит в лоб.

– Итак, вы согласны жениться и будете со мной добры? – произнесла главные слова я.

– Я клянусь никогда вас не обижать и защищать от всех недругов. Достаточно ли вам, рия? Но взамен прошу полную поддержку… и детей. Сильных и одаренных.

– Я не обещаю отдать вам сердце, но готова стоять за вашей спиной и помогать во всем.

– Этого мне достаточно.

– Я беременна, Этьен, вы должны уже знать об этом.

Юноша вздрогнул и поглядел на меня с изумлением, а потом нахмурился:

– Ваш брат об этом деликатном моменте почему-то умолчал. Теперь ясно, почему он требовал немедля заключить помолвку, а свадьбу назначить на конец весны! Хочет оставить ребенка в роду Сольвейн! А чего хотите вы, рия?

– Я не хочу отдавать свою дочь этому недоумку, – зло сказала я. Фредди, скотина, ты что же, собирался прятать меня до родов? Ты и в самом деле считаешь, что жених ничего не узнал бы? – Помогите мне в этом, и я поклянусь вам в вечной верности.

Рий замолчал, напряженно сжав губы. На щеках у него выступили красные пятна. Сколько ему, шестнадцать? Выглядит все же старше, но я сейчас просила о чем-то мальчишку, бастарда, у которого не было в Иррейе ни друзей, ни связей. Что он мне ответит?

– Я знаю, что такое – отнять ребенка у матери, – поднял на меня глаза Этьен. – Но я мало что могу сделать. Род Сольвейн согласен лишь на такой договор. Боюсь, вашу дочь мне не выкупить никакими деньгами. Я попробую поговорить с дядей, это все, что мне сейчас доступно.

– Мы с вами – как два сломанных дерева, – с горечью пробормотала я. – Попробуем устоять, держась друг за друга.

По рукам у меня пробежали невидимые, но кусачие искры. Стало зябко. Родовая магия – Фредерик обнаружил наш побег и теперь требует, чтобы я вернулась. Не послушаюсь – выдернет силой. Лучше не рисковать.

– Нас уже ищут, – тихо сказала я, поднимаясь. – Идемте.

Не знаю, на что я рассчитывала. Теперь все казалось тленом. Конечно, Роймуш – отличный вариант. Он мне понравился, он готов принести клятву. Более того, он ее уже принес – и моя кровь впитала ее. Я же не зря повела его в эту беседку, тут – место силы. Замок построен возле источника, полностью подчиненного роду Сольвейн. Здесь везде разлита магия. Он менталист, так ведь и я не обычная простушка. Здесь никакой чужак не смог бы мне лгать.

Да, мальчишка. Но тем легче мне будет им управлять. Мой покойный супруг пытался вылепить из меня удобную жену. Он преуспел, лишь мое бесплодие помешало его планам. Я поступлю так же. Воспитаю мужа, с которым смогу остаться свободной. Роймуш, хоть и менталист, еще очень наивен.

Мы вышли на парковую дорожку, и я вдруг споткнулась.

– Рия, обопритесь на мой локоть. А вот и наша драгоценная родня. Сейчас я представлю вас своему дяде, генералу Тренту.

Я вцепилась ему в рукав. Дышать было трудно. Дядя? Дядя?

Навстречу нам рядом с Фредериком уверенно шагал не слишком молодой мужчина с седыми висками и цепкими серыми глазами. И я знала этого мужчину очень-очень близко.