Текст книги "Академия драконов для попаданки (СИ)"

Автор книги: Марго Генер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

– Написано-то, написано, – сказал он. – Но это дракозаль.

Произнес он это так, будто после его слов все должно стать ясно. Но Карине ничего не ясно, и она вопросительно уставилась на него, мол, ну, и?

Но Аморин отвечать не торопился. В молчании они вышли к балкону, напрочь лишенному перил. У Карины дыхание перехватило от высоты – оказывается все это время они бродили по каким-то верхотурным этажам, а сейчас, видимо, Аморин намеревается спускаться. Причем на пузырях, которые она видела вчера и которые плавно летают между корпусами.

– Я туда не полезу, – категорично заявила Карина, когда он подошел к самому краю. Она и в прошлый раз желанием это делать не горела.

Лицо Аморина все такое же хмурое и задумчивое, он ответил как-то рассеяно:

– Полезешь, дорогая.

– Ты оглох? – возмутилась Карина. – Я сказала…

Договорить ей, конечно же не дали (уже пора привыкнуть, что здесь все время перебивают), дракон попросту ухватил за руку и дернул к себе. В следующую секунду она уже лежала в его руках, будто вообще ничего не весит, а Аморин, даже не гладя, шагнул с балкона.

Карина завизжала и зажмурилась.

Чокнутый! Они же сейчас разобьются!

Но вместо того, чтобы стремительно помчаться к мостовой и размазаться на ней в лепешку, они вдруг мягко поплыли по воздуху над одним из двориков Шэона.

Карина даже не поняла, когда и как именно они оказались в магическом пузыре. Его стены мягко переливаются прозрачными радужными полосами, и сам он действительно кажется мыльным. И только факт того, что на нижней части пузыря стоит Аморин с ней на руках (а это вообще-то вес) намекает – стены сферы достаточно крепкие.

– Всё? – спросил Аморин, обдав висок горячим дыханием. – Истерика кончилась?

Карина заерзала. Сидение у него на руках почему-то вызывает мурашки и жар в теле, а мысли уползают в какие-то совсем неприличные грезы.

– Отпусти меня, – попросила она.

– Да я разве против? – фыркнул Аморин и поставил ее.

14.2

Пузырь плавно качнулся, но даже не думал лопаться. Карина опасливо посмотрела вниз, где мерно проплывают кусты и деревья какого-то садика.

Ну что, в целом не так страшно, если не думать о том, насколько тонкий этот пузырь. И все же отпускать рукав Аморина она не решилась.

– И у меня не было истерики, – как бы оправдываясь сама перед собой, проговорила она.

Дракон усмехнулся.

– Ну да, а рукав мне тогда оторвать зачем пытаешься?

Карина резко отняла руку – вот хам. Не мог промолчать, зараза.

Аморин еще шире улыбнулся, и Карина успела отметить, что улыбка ему очень идет – сразу становится каким-то легким, даже добрым что ли, а то зыркает своими ледяными глазами, будто опалить хочет. И всегда такой дерзкий, самодовольный, хоть в модели отправляй. Там на глянцевых обложках именно такие лица.

– Да ладно, – проговорил Аморин, когда сфера плавно и уверенно поплыла к балкону другого корпуса, – наслаждайся. Не будешь же спорить, что тут некрасиво.

Спорить действительно глупо – такой вид она вряд ли где-нибудь бы еще увидела.

– Не буду, – согласилась она хмуро.

– Радуйся, что не пришлось ходить кругами по лестницам и переходам, – заметил дракон. – На сферах в три раза быстрее.

Когда шар «причалил» к балкону, не без помощи Аморина Карина выбралась из него, пузырь тут же растворился в воздухе, и она даже думать себе запретила, что было бы, случись это в во время полета.

Аморин будто прочел ее мысли.

– Во время перевозки пассажиров шары не исчезают. Только по прибытии.

– Какое облегчение, – заметила Карина, но на всякий случай решила сделать мысленную заметку – не летать в них в одиночестве.

Когда они вышли с балкона и оказались в огромном шумном холле, где такое столпотворение, что Карине показалось, будто она на деревенском базаре в самый разгар, Аморин сказал:

– Ну вот, добро пожаловать в центральный холл академии драконов Шэон.

Не то, чтобы Карина не была рада выйти из четырех стен, но сейчас ее накрыла паника – тут столько созданий, и все, по всей видимости, драконы, василиски и кто тут еще бывает. А она? Она просто девчонка, которую угораздило попасть в этот мир, да еще и стать невестой одного из драконов.

Матушки-батюшки…

Сквозь улыбку Карина чувствовала, что Аморин чем-то озадачен – это выдает крохотная морщинка между его бровей. Ей очень хотелось узнать, в чем дело, и стоит ли ей волноваться, но он опередил.

– Мне нужно отлучиться по делам, – сказал он, глядя на одну из огромных дверей, к которой стекаются адепты в самых разных нарядах (вообще Карине показалось, что тут собрались не на лекцию, а на званный ужин и надели лучшие наряды).

14.3

Карина искренне оторопела.

– В каком смысле? Ты меня одну тут оставишь?!

– Ну должна же ты как-то адаптироваться, – сообщил он отстраненно. – Главное помни: особо не высовывайся. Старайся просто влиться в общую массу, чтобы тебя принимали естественно и за свою. Без выпендрежа и показухи. Ну ты понимаешь. Надеюсь, понимаешь?

– И куда я, по-твоему, должна идти? – спросила Карина оторопело.

Аморин приподнял бровь и ответил касаясь на неё так, будто впрямь ерунду сболтнула:

– Как куда? На занятия?

А потом подтолкнул к дверям аудитории, куда разномастным потоком текут адепты. Карина даже засопротивляться не успела – толпа буквально внесла ее в аудиторию.

Внутри помещение мало отличалось от аудитории в ее прежнем ВУЗе – тоже амфитеатр по кругу. Стой лишь разницей, что отделка здесь вся под старину, золотистое дерево, рельеф. В середине массивный дубовый стол с какими-то склянками.

А еще здесь нет крыши.

Карина охнула от удивления и налетела на кого-то впереди.

– Ой, простите, – спешно извинилась она. Хватило же ума Аморину отправить ее на лекцию одну. Она же ничего тут не знает, сейчас как встрянет в неприятности, будет знать.

Налетела она на эффектную блондинку в обтягивающем фиолетовом платье под горло и в пол. Руки тоже закрыты по самые кисти, и сама в перчатках.

Блондинка развернулась, свернув фиалковыми глазами.

– Под ноги смотри, – строго, но, вроде беззлобно сказала она.

Карина извиняюще улыбнулась.

– Постараюсь. На потолок засмотрелась.

Блондинка непонимающе покосилась вверх.

– А что с потолком? – спросила она.

– Ну… – протянула Карина, – его нет.

Фиалковые глаза блондинки округлились, пухлые губы раскрылись, она выдохнула:

– В каком смысле нет?

Теперь уже Карина почувствовала себя неловко. Говорила же она, рано ее отпускать на лекции одну. Еще ничего не началось, а она уже вызывает подозрения. Блин, Аморин, что за игру ты затеял?

Надо срочно выкручиваться из ситуации, иначе ее заподозрят, поймут, что она иномирянка, и тогда, если верить дракону, у неё будут проблемы. Так, ладно. Значит, блондинка считает, что потолок есть. Тогда почему она видит небо и облачка? Причем они вполне себе плывут.

– Я имею ввиду, – начала Карина осторожно, – что красиво очень. Натурально.

Лицо блондинки моментально разгладилось, плечи расслабились. Отринув платиновый локонам с плеча, она произнесла:

– А, ну да. Ты с другого факультета перевелись что ли?

Карине ничего не оставалось как кивнуть. Ну а что еще делать?

– А с какого? – поинтересовалась блонди, и бросила быстрый взгляд на свободные места в середине амфитеатра, где лавочки стремительно заполняются.

Карина запаниковала, даже спина взмокла. С какого факультета? Да она понятия не имеет, какие тут вообще есть факультеты. Но что-то ответить надо.

14.4

Сказала первое, что пришло на ум.

– Ну тот, который… – поговорила она и покрутила пальцем у виска.

К удивлению и облегчению – сработало.

– Ментальные превращения? – понимающего закивала блонди. – Как тебя туда занесло? Там одни заучки, а ты вроде симпатичная. Хорошо, что перевелась. Давай быстрее, пока места не заняли. А то не кайф потом передо носом препода сидеть.

Она цапнула Карину за руку и потащила вверх по ступенькам между рядами. Карина не сопротивлялась – кроме Аморина неплохо бы еще с кем-то познакомиться. Желательно, чтобы этот кто-то не желал выцарапать ей глаза, как, например, Ильмия.

– Лавария, садись к нам, крошка, – раздались откуда-то справа.

В следующий миг Карина только успела увидеть, как мимо пронесся фиолетовый светящийся сгусток, пролетел над головами пригнувшихся и врезался в стену. На ней растеклось обугленное темно-лиловое пятно, но через несколько мгновений стало бледнеть, будто впитывается в покрытие.

– Язык придержи, виверн, – огрызнулась блонди, которая, по всей видимости и есть Лавария.

Из-под парты высунулась голова, затем другая, на секунду Карине показалось, это один и тот же человек, только с двумя головами, но потом дошло – они просто очень близко.

– Вот стерва, – отозвался один.

Второй кивнул.

– Все драконихи цацы, на дареном аспиде не подъедешь.

Карина опасливо покосилась на новоявленную знакомую – значит, она дракониха? Понять бы, хорошо это для неё или нет.

Та тем временем протащила ее в середину ряда и указала на место.

– Молодые виверны вообще себя вести не умеют, – сказала она садясь и расправляя платиновые волосы за спиной. – То ли дело зрелые драконы, ну или ладно, виверны. Даже василиски. Главное, чтоб постарше.

Карина послушно села. А что еще остаётся? Надо только на ус мотать и слушать в оба уха, а то чуть не влипла с этим потолком. Только сейчас, присмотревшись, заметила – потолок на месте, просто какой-то магией создана иллюзия неба, по которому плывут облака. Очень правдоподобно.

– Ты кого себе подбираешь? – спросила Лавария таинственно улыбаясь, пока не пришёл препод.

– В смысле? – не поняла Карина.

Лавария посмотрела на нее искоса, мол, дала дно заливать, все мы знаем, что там у тебя в голове творится. Но Карина действительно не поняла, в чем ее подозревают. Лавария нетерпеливо выдохнула.

– Да ну ладно тебе. Все девушки поступают в академии, чтобы найти парня и удачно выйти замуж. Ну разве кроме тех, кто на факультет ментальных превращений идет. Там действительно учиться надо. Но ты перевелась. Значит, не очень-то горит тебе изучать ассигнатуры ментальных заклинаний.

14.5

Карина покривилась, вскинув брови – это вообще как выговорить?

– Ассигнатуры чего?

Лавария закивала.

– Вот и я говорю, – сказала она. – Невыносимо же. Я как-то ошиблась аудиторией и попала к ментальникам. Думала, чокнусь. Они ж там как на каварканском языке говорят – вроде рты открываются, звуки вылетают, а смысла нет. Не знаю, как ты еще там продержаться смогла. Молодец, что перевелась. У нас на факультете драконопрактики как-то повеселее. И парней много. Вон смотри.

Лавария указала взглядом на широкоплечего брюнета на другом краю амфитеатра на три ряда ниже. Сидит, весь такой уверенный, откинулся на спинку лавки. Красивый, да. Но Карина интуитивно терпеть не могла таких «мачо». Они только внешне привлекательны, а копнешь – и поговорить не о чем.

Мелькнула мысль, что Аморин ведь тоже красавчик, но в нем Карина чувствовала что-то такое, что ну просто не позволяло назвать его глупым. О, нет. Аморин не глуп. Совсем наоборот. А в сочетании со внешностью – вообще опасный коктейль. И она вляпалась в историю с ним по самые помидоры.

Зато до нее стало доходить, что имел ввиду Аморин, когда сказал, мол, учебники ей на лекции таскать не стоит. Вот, значит, в чем дело – девушки в академию ходят не учиться, а искать парней. Ну, логика в этом, наверное, какая-то имеется. Пусть и немного унизительная. Есть в этом что-то дискриминирующее и шовинистическое что ли…

– Это Себастиан де Садерис, – не заметив отвлеченности Карины, продолжила рассказывать Лавария. – Для долгих отношений не рекомендую, а вот поразвлекаться – самое то. А вот там, – она кивнула в другую сторону на поджарого парня с коротким рыжим ёжиком на голове, – Пирос де Гарис. Не дракон, но заклинатель драконьего пламени. В совершенстве владеет дракозаль, а в постели говорят творит такое, что у…

Лавария для убедительности закивала, мол сама не пробовала, но слухи не лгут и вообще если соберешься попробовать – пробуй.

Карину особо парни сейчас не интересовали. Тут с одним бы разобраться, с тем, который свалился на нее, как снег на голову. Хотя конечно спорить нельзя – парни здесь, как на подбор, красавчики. На любой вкус и цвет – рыжие, брюнеты, блондины, даже с золотыми (реально золотыми!) волосами. Все с правильными чертами лица, будто их генетически отбирали. Девушки тоже красотки, одеты как на парад – в коктейльных платьях, с прическами и украшениями. Как не на учебу пришли, а на показ. Хотя, о чем она? Они ведь действительно не учиться сюда поступают, а чтобы выйти замуж. Тогда да, не удивительно, что каждая изо всех сил старается поддерживать товарный вид.

И она на их фоне, как серая мышка, хотя Аморин и подобрал по ее мнению слишком броское платье.

– Мне как-то не до парней сейчас, – проговорила Карина озадачено и положила правую руку (как раз ту, на которой браслет) на парту.

Взгляд Лаварии скользнул вниз, брови тут же взлетели на лоб.

– Так ты невеста! – выдохнула она почему-то радостно. – Обалдеть. А я тебе про парней талдычу. Расскажешь, кто он? Ой, препод. Вставай.

14.6

В аудитории разом стало как-то тихо, адепты молча поднялись, зашелестев кто юбками, кто штанами, а внизу на середину амфитеатра вышел мужчина в сиреневой мантии и с черными с проседью волосами, в котором Карина узнала магистра.

Это почему-то не обрадовало.

И если теоретически Аморин утверждал, что все должно пойти гладко, главное усиленно мимикрировать под местных, то сама Карина его уверенности не испытывала.

– Садитесь, адепты, – проговорил магистр знакомым сухим голосом. – Кто готов рассказать о сочетаемости драконовых видов в иерархической системе браков?

Карина отпрянула даже. Это шутка? Ее и на лекциях браками будут доставать или у нее карма такая?

На другой стороне аудитории какая-то коротко постриженная и сухая девушка с раскосыми оранжевыми глазами подняла руку. Магистр Радэус произнес, кивая:

– Василиска Бантор, прошу.

Девушка поднялась, скользнув по аудитории взглядом, полным превосходства, и начала несколько надменно и нараспев:

– Сочетаемости драконовых видов в социальной иерархии поменялись со времен первых Агариносов. Их династия впервые узаконила межвидовые браки, где драконы, виверны, василиски и другие драконовые могут беспрепятственно вступать в брак. В наше время считается расизмом осуждать такие действия. Разрешение распространяется и на людей так же лишенных какого-либо магического дара. Однако некоторые семьи все еще негативно относятся к магическим и не магическим смешениям. Принято считать…

Лавария наклонилась к Карине и зашептала, отвлекая ее от прослушивания вообще-то дельной информации (Аморин-то не особо торопится посвящать ее в местные традиции):

– Вот лебезила. Это Сальвия Бантор. Василиска, если не заметила. Я как бы не расист, просто Сальвия реально ядовитая. В смысле даже не про яд василисков, а именно, ну… в общении. И всегда заискивает перед преподами.

Карина покосилась на отвечающую. Да уж, с девушками-василисками она уже встречалась. Ильмия ясно дала понять, что хорошего отношения не жди. Да и откуда ему взяться? По факту, Карина увела у нее парня. Причем из-под венца (пусть и не нарочно).

– Она опасна? – спросила Карина, не решившись спросить про всех василисков, иначе это будет слишком подозрительно.

Лавария покривилась.

– Ну как. Как и все василиски. Ядовита для людей, безвредна для драконовых. Не бери в голову. Слушай, а кто твой, ну… жених?

Карина сделала мысленную зарубку – не давать василискам себя кусать, а то мало ли, что там эта Ильмия задумает. Вдруг она как галапагосский варан – кусает, а потом ходит за жертвой и ждет, пока та помрет от яда. Нет, спасибо, ей такого не надо.

– Мой… жених? – растерянно переспросила Карина, она вот совсем не привыкла пока к этой мысли.

Но ответить не успела, магистр вдруг прервал Сальвию и громким сухим тоном обратился к ним:

– Очень интересно узнать ваше мнение, адептки, о декларации межвидовых браков. Вы ведь именно ее сейчас обсуждаете, пока адептка Бантор старательно рассказывает об этом всей аудитории?

Лавария прикусила губы и вжала голову в плечи. Карине захотелось сделать то же самое, но не вышло – магистр смотрит прямо на нее.

– Это ведь вы, гм… напомните ваше имя, адептка, – произнес он, не сводя взгляда.

Черт! Аморин! Какого лешего с ней это все происходит. Это он виноват во всем! Как теперь выкручиваться? Как тут вольешься в академию, если она вообще ничего не знает!?

14.7

Чувствуя, как кровь отливает от лица, Карина встала, рядом раздался ободряющий шепот Лаварии, вроде, не дрейфь, справишься.

Карина сглотнула пересохшим языком, судорожно вспоминая, как ее зовут. Карина… Карина… Блин! Какая Карина?! Аморин же ей новое имя выдумал. Блин…

– Кари де Алиум, – представилась она, буквально деревенея от страха.

Магистр кивнул, с таким видом, будто только что вспомнил.

– Ах, да. Адептка Алиум, конечно. Итак, что думаете вы по поводу договора межвидовых браков?

Пульс участился, спина взмокла, тугое платье прилипло и невыносимо захотелось от него освободиться. Да только вот сейчас вообще не вариант. И даже не сбежать. А очень хочется.

Твою ж блин, раскопыть… Что она думает об этом? Да она понятия не имеет, что думает. Во всяком случае, конкретно об этом. И в последние сутки только и пытается приспособиться к стремительно меняющейся реальности.

– Итак, адептка Алиум, мы все ждем, – повторил магистр Радэус.

Ладошки помокрели. Черт… Надо что-то говорить. Ну правда, надо. Соберись, Карина.

– Гхм, – прочистила она горло, надеясь, что голос получится не хриплым, и проговорил: – я думаю, проявления расизма в любом обществе признак его незрелости.

Она сказала первое, что пришло в голову. Во всяком случае, в ее прежнем мире развитые страны пропагандировали именно эту мысль. И, если пораскинуть умом, какая разница, о каких видах идет речь – людских или драконьих.

Магистр приподнял левую бровь.

– Какая интересная формулировка, адептка, – сказал он. – Продолжайте.

Продолжать не хотелось, но пришлось.

– На мой взгляд, – проговорила Карина, почувствовав себя немного уверенней, когда поняла, что разница в общем-то не велика, – люди и… создания имеют право на личную жизнь. И правители диктовать ее не могут никаким образом. Даже если законодательно утвержден запрет на связь с другими э… видами, все равно найдутся те, кто эти запреты будет нарушать. И то, что когда-то во времена э… м…

Карина запаниковала, осознав, что совершенно не помнит, как звали их местного правителя, который прекратил этот палеолитный бред.

Но справа раздался шепот Лаварии:

– Агариносов. Агариносы ввели декларацию.

Карина едва не выдохнула.

– Да, – сказала она. – И то, что во времена Агариносов подписали декларацию и ликвидировали межвидовые различия свидетельствует о социальном росте общества.

Она замолчала, даже боясь представить, что творится в голове магистра после ее слов. Блин. Она же просто переложила все, что слышала по ТВ и смотрела в интернете на этот мир. Насколько это разумно с ее стороны, только небу известно. Но не могла же она промолчать. Это точно вызвало бы подозрения.

14.8

Магистр испытующе смотрел на нее, при этом его лицо почти ничего не выражало. Аудитория тоже молчала, все чего-то ждали. А Карина покрывалась сотым слоем пота и кляла это дурацкое тесное платье, в которое нарядил ее Аморин. Или он специально? Кошмар какой, лучше бы костюм выдал, как у тех двух брюнеток, что прицепились к ним в столовой.

Прошла, казалось вечность, прежде, чем магистр заговорил, Карина даже сперва смысла слов не поняла.

– Очень недурно, адептка Алиум. Очень недурно, – произнес он. – Это ваши умозаключения или прочли кого-то из де Тенебрисов?

Карина молчала, заторможено соображая, Лавария сбоку ее легонько толкнула и закивала, косясь на ректора, вроде, ну, давай, говори что-нибудь.

– Эм, – протянула Карина, даже не представляя, о каком еще де Тенебрисе речь. – Нет, эм… магистр. Не читала, это мои мысли.

– Что ж, – строго сказал магистр Радэус, – настоятельно рекомендую ознакомиться с их трудами. Тем более, что они есть в программе. И, раз уж вы проявляете такую склонность к драконовой социологии, спешу вам сообщить, что беру вас на слет конвента по интеграции драконовых видов в современном мире.

Карина оторопело раскрыла рот, не представляя, как реагировать. Вот так и побыла незаметной. Похоже с каждым часом она все больше вляпывается. И что еще скажет по этому поводу Аморин?

А с другой стороны аудитории раздался растерянный выдох.

– Магистр, – обалдело произнесла стриженная василиска, которая Сальвия Бантор, – вы же сказали, что я полечу!

Магистр произнес, не оборачиваясь и глядя в никуда перед собой:

– Вы тоже летите. Отправим от академии Шэон двух представителей. Это не возбраняется. Что ж, адептка Алиум, будьте добры, повторите ваш материал и подготовьтесь. Поздравляю. Вы летите на конвент.

Дальше магистр принялся вещать что-то по новой теме лекции, а Карина, не чувствуя ног опустилась на лавку. Ее потряхивало, язык пересох. В платье стало вообще не выносимо. На конвент? Ее отправляют на конвент? Ну капец. Она имя собственное едва запомнила, а ее на какой-то слет драконов…

Час от часу не легче.

Замужество, академия, теперь еще это.

Она уперлась лбом в ладони, поставив локти на парту и шумно выдохнула. Ёжкин дрын… Надо сказать Аморину. Может и будет орать, но зато скажет, что делать. Не может не сказать.

Зато Лавария рядом ее назначению оказалась дико рада.

– Офигеть! – горячо зашептала она, вцепившись ей в плечо. – Ты вообще поняла, что сделала? Ты заткнула Сальвию Бантор! Ну ты крутая! Я прям рада, что с тобой познакомилась. Едешь на конвент! Выходишь замуж!

Карина слушала ее в пол уха, покачиваясь от тряски (Лавария все еще трясет ее от эмоций). Ей-то хорошо – эта Лавария кто там она, дракониха? Ну так вот ей хорошо. А она, Карина – человек. Куда ей на конвент? Да к тому же заимела еще одного врага в лице Сальвии. Вон она как зыркает.

Остается надеяться только на Аморина. Это ведь он заварил всю кашу.

Глава 15

Аморин очень удивил библиотекарей, когда заявился в главный корпус библиотеки и попросил фолианты по драконоведению и общему языку драконов – дракозаль.

Он вообще-то никогда не был завсегдатаем этого места и в основном тут заседали адепты с факультета ментальных превращений.

Под их удивленными взглядами он пронес внушительную стопку книг и уселся за стол.

Он и сам себя чувствовал не очень уютно в этом тихом, даже каком-то чопорном месте, где слышно только шелест страниц и неспешное дыхание адептов. А зеленоватые световые сферы, плавающие между потолком и полом только добавляют какой-то мрачной торжественности.

Аморин зябко повел плечами – вообще не его атмосфера. Но раз пришёл, надо пользоваться.

Он открыл первый фолиант по драконоведению. Стал листать.

Еще при встрече с Лазуритом заметил, что Кари понимает дракозаль. Но как это возможно? Она точно не дракон, не виверна, не василиска – это бы точно понял. Такое попробуй не пойми.

Но нет.

По виду Кари самая что ни есть обычная девушка, причем из другого мира. Там и магии-то нет.

Откуда тогда она может знать дракозаль? Причем, по всей видимости сама этого не осознает.

Единственная странность – его влечение к ней. Не то, что бы совсем оголтелое, но какое-то постоянное и крепкое. Будто они уже давно знакомы и, что бы ни случилось, как бы ни разворачивались они всё равно останутся связаны.

Он медленно листал страницы, вглядываясь в строки. Так, это драконистическая лингвистика… происхождение звуков "гра" и "гор" в гортанном произношении восточных диалектов…

Не то.

Этот фолиант явно не о том, что нужно. Углубляться в семантику тоже не надо.

Он отложил книгу и взялся за следующую. "Применение драконьей чешуи в целебных заклинаниях". Это сюда вообще как попало?

Отодвинув этот фолиант он принялся за следующий. Но в каждой книге находил только разочарование – ни одна не отвечала на вопрос: откуда иномирянка может понимать дракозаль. Может она еще оговорить на нем может? Долбаный вепрь, этого он не проверил.

А надо было.

Ладно, придется исходить из того, что есть.

Могла ли Кари быть какой-нибудь очередной уловкой со стороны дорогого папани и Лазурита? В теории – вполне. От них обоих можно ожидать чего угодно. Но тогда на кой ляд присылать Ильмию, если и так все схвачено?

Нет. Не сходится. Да и слишком запутано. Это как надо додуматься, что он, Аморин, каким-то чудом попадёт в другой мир и умыкнет оттуда девушку?

Хотя ее могли завербовать уже после прибытия.

Правда, когда? Она почти все время была рядом с ним. Это сейчас отправилась на лекцию самостоятельно. Но теперь это уже не важно – если завербована, ничего не поделать, а если нет – не завербуют. Слишком уж своенравный характер. Он сам видит – сдерживает Кари этот характер исключительно потому, что боится и не знает ничего о новом мире.

Но это пока.

15.1

Он с силой потер лоб, пытаясь разогнать кровь. Блин. Слишком много фактов, которые друг с другом не вяжутся. Он чего-то не знает (терпеть не может чего-то не знать), но никак не поймёт, где брешь.

– Извини, – раздался вкрадчивый, низкий голос над ним.

Аморин от неожиданности чуть не подскочил (не хватало еще, чтобы сокурсники нашли его в библиотеке. Ржать будут месяц).

Но перед ним совершенно незнакомый парень в темно– коричневой мантии.

Ясно.

Факультет ментальных превращений.

– Я случайно заметил, – продолжил парень, – что ты копаешься в фолиантах по дракозаль. Можно узнать, зачем?

Аморин напрягся. Очень не любил, когда лезут в его дела. Тем более совсем незнакомые люди или создания. А этот, судя по запаху, виверн. Вот еще не хватало, чтобы виверны с ментальных превращений к нему в друзья набивались.

– Тебе какое дело? – спросил он довольно агрессивно и давая понять, что расшаркиваться в любезностях с ним не будет.

– Собственно никакого, – произнес парень.

– Ну вот и вали обратно в пещеры, – огрызнулся Аморин и, резко поднявшись, заснул фолианты и направился к выходу.

Хватит с него этих библиотечных исследований. Узнают приятели, стыда не оберется. Тоже мне, заучка.

Когда отошёл метров на пять, из-за спины раздался все тот же вкрадчивый голос.

– Но это не все фолианты.

Ну вот. Он так и знал, хреновый из него исследователь.

Недовольно выдохнув, он остановился и неспешно развернулся.

– И что ты хочешь сказать? – поинтересовался Аморин.

– Всего лишь то, что действительно ценные и закрытые материалы хранятся в секретном отделе в архивах, – пояснил виверн.

Аморин окинул его оценивающим взглядом. Высокий, слегка суховатый, как и все виверны. С зеленовато-желтыми глазами и острыми чертами лица. В сочетании с коричневой мантией он больше похож на мага, чем на адепта Шэона.

– Та-ак, – произнёс Аморин выжидающе, – и зачем ты мне это говоришь?

– За тем, – отозвался виверн, – что я могу тебя провести в этот отдел.

Аморин усмехнулся. Кому, как не ему знать, что такие предложения просто так не поступают, тем более от виверна с факультета ментальных превращений. Эти слишком умные, чтобы упускать возможности и шансы.

– Чудненько, – отозвался Аморин. – И что взамен?

Виверн улыбнулся, мягко и как-то одновременно хищно, так умеют только виверны.

– Познакомишь меня с Лаварией, – коротко сказал парень.

Аморин хмыкнул – а губа у паренька не дура. Что ж, за возможность выяснить, кого он притащил в этот мир и почему на неё такой бешеный стояк, он как-нибудь справится с ролью свахи.

Глава 16

После лекции Карине хотелось побыстрей куда-нибудь смыться. Внимание, которое она привлекла – определенно лишнее. И усугублять ситуацию не хотелось.

Они с Лаварией спустились на этаж, пока новоявленная подруга была в туалете (очень пафосное место, надо сказать. В прежнем мире Карина не видела туалетов, отделанных деревом и белым мрамором с позолоченной лепниной на стенах и потолке), она ждала ее в «предбаннике», не решаясь сама шастать по Шэону.

Уже пробовала – до сих пор бока болят после полета по водостоку.

Таращась на белоснежный мрамор в крапинку на полу, Карина прикидывала, что делать с этим назначением в поездку на конвент. Точнее, магистр сказал – полет. То есть, туда еще и лететь придется?

На чем интересно?

Не на своих же крыльях – их у нее все равно нет.

– Ах ты тварь!

Ядовитое шипение справа выдернуло Карину из размышлений. Она только успела охнуть, когда ее толкнули и прижали к стене. Всего в десяти сантиметрах от лица зависли оранжевые глаза, такие злые, что Карина обомлела. Она не сразу признала в нападающей Сальвию Бантор, думала – это Ильмия. У той тоже глаза оранжевые. Хотя, может это один из признаков василисок.

Пальцы Сальвии вцепились ей в плечи так сильно, что там теперь наверняка останутся синяки. Карина засопротивлялась, попыталась вывернуться. К ее удивлению это удалось.

– Чокнутая… – проговорила она, потирая несчастные плечи.

Сальвия сверкнула на нее оранжевыми глазищами.

– Ты понимаешь, куда лезешь?! – с яростью прошипела она. – На конвент!

Карину конвент совсем не радовал, но уже чисто из соревновательных ощущений уступать этой змее не хотелось.

– А что? Боишься, что тебя подсижу? – буркнула Карина, на всякий случай отходя подальше, мало ли, что еще выкинет это ненормальная.

Лицо василиски исказилось гримасой то ли презрения, то ли ненависти. Она нервно провела ладонью по коротким светлым волосам и скрипнула зубами.

– Я несколько лет шла к тому, чтобы меня взяли на этот конвент, – произнесла она зло. – А ты только появилась и влезла без очереди. С какого ты факультета вообще? Перевелась? Тебя же не было на драконопрактике.

Карина спешно вспомнила, как назвала факультет, с которого она, якобы, перевелась и произнесла:

– Ментальные превращения.

Выражение лица Сальвии стало еще злее.

– Ну вообще класс. Не удивительно, что язык подвешен. Долбанные аспиды! Имей ввиду, – Сальвия вновь резко шагнула к ней и нависла угрожающей массой (она выше Карины на полголовы), – я не позволю тебе разрушить статус Шэона и мой собственный. Ты поняла?

Определенно, разрушать Карина ничего не планировала. Тем более у этой психической. Но и себя запугивать точно никому давать не собиралась.

– Отстань от меня, Сальвия. Я не причем. Магистр сам меня назначил. Ты видела, я не лезла.

– А как называется твое показательное выступление? – едко поинтересовалась адептка Бантор.

– Это называется «не получить по шапке от магистра», – огрызнулась Карина в ответ, прямо взглянув в глаза противнице.

В этот момент из дверей вышла Лавария, с подправленными локонами и обновленной косметикой (это ведь косметика, а не ее естественный облик?).

Увидев Карину и Сальвию друг против друга, её взгляд сразу стал резким, фиалковые глаза заполыхали.