Текст книги "Пёс, соединяющий сердца"
Автор книги: Маргарита Южина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Глава 5. Прерванный полет
– Левик, ты дома? – раздался в прихожей женский голос.
Мишка немедленно вскочил и ринулся на голос. Людмила тоже испуганно вскочила.
Вот ведь… Наговорил, что у него никого нет, она поверила… почти… и такой курьез!
– Не беспокойтесь, пожалуйста! – тут же стал успокаивать ее Мышкин. – Это моя сестра, Татьяна! Она всегда не вовремя притаскивается… То есть она приезжает из Китая, и сразу ко мне. Чтобы отдохнуть, тряпки растрясти… Таня! Проходи, я тебя познакомлю со своей гостьей.
Таня уже проходила. Оглядев накрытый стол и сообразив, что отдохнуть, как обычно, у нее не получится, женщина недовольно перекривилась.
– А что, Левик, обязательно надо было к себе всех приглашать?
– Татьяна! Это мой дом! И я приглашаю не всех, а только…
– Ну как же не всех! И барышню, и собаку… скоро дети переедут. Вот до чего ты беспомощный! Тебя ж любая может охмурить! Стоит мне неделю не появляться, как…
– Татьяна!
Людмила быстро вышла из-за стола и направилась к выходу.
– Простите, мы… торопимся. Спасибо.
– Людмила! Милочка! Останьтесь! – пытался остановить ее Мышкин. – Татьяна сейчас уйдет!
– Не сейчас… – спокойно расположилась за столом Татьяна. – Еще денька два погощу у родного братца. Он же не выкинет уставшую сестру на улицу.
– Спасибо, но мы… в самом деле, нам очень некогда, – торопливо пыталась обуться Людмила. – И… Все было очень вкусно.
Мышкин понимал, что она больше не придет, а оставить ее здесь сейчас никак не получится. Татьяна будет стоять насмерть. Он грустно прижимал к себе кота и смотрел, как Людмила путается в шнурках.
– И еще… – выпрямилась Людмила. – Не надо звать меня Милой. Милочка – это как-то… пошло. Я уж не говорю, что вы такого чудесного кота назвали именем варвара. Ему бы очень подошло имя… Чижик. Или Рыжик. Но я ж вам не предлагала его так звать. Вот и меня… не надо… Миш, пойдем. Давай поводок надену.
– Левик! Ну ты скоро? – послышалось из комнаты.
– Он сейчас! – вместо него откликнулась гостья. – Он только проследит, чтобы я ваши… кирзовые сапоги не надела!
И она вышла.
Сначала ей было жутко плохо. Ну что ж такое? Прямо… вот ведь все так замечательно начиналось…
Людмила пришла домой и включила компьютер. Ничего. Сейчас она загрузит себя работой, и все пройдет. К тому же надо и денег заработать. Чего ж не заработать, когда платят…
Ей на колени, кряхтя и соскальзывая, влезал Мишка.
– Мишка, ты чего? Ты… пришел меня утешить?
Пес забрался на ее колени и принялся лизать щеки хозяйки.
– Да что ты, милый, я и не плачу совсем, – вздыхала Людмила. – Чего плакать-то? И вообще, если разобраться… Он трус… он и сам это говорит. Нет, он не говорит, он признается. И видно, что его это мучит. Но я бы его так не назвала. Он просто нерешительный, мягкий. А вот сестра у него, наоборот, – очень властная, сильная. Ну и чего удивляться, что он под ее влиянием? К тому же… к тому же она совсем не знает нас с тобой, Мишка, правда же? А такого… доброго человека и в самом деле очень легко окрутить кому попало. А эта Татьяна… она его защищает. Разве же плохо?
Порассуждав таким образом, Людмила успокоилась и принялась за работу. Мишка так и не слезал с колен. Ну да, хозяйке неудобно работать, зато он в любой момент сможет ей помочь. Сейчас же получилось.
Мышкин вернулся за стол темнее тучи.
– Рассказывай, Левик, как дела? – как ни в чем не бывало спросила Татьяна. – Юрка не забегал?
– Таня, ты зачем так сделала? – устало посмотрел он на сестру. – Это же… единственная женщина, которая понравилась мне, а не вам.
Сестра удивленно вытаращилась на братца.
– Лев, ты сдурел? Тебе сколько лет? За все это время ты ни разу не смог найти себе порядочную пару, а сейчас тебе кто-то понравился? Ты что? Сколько времени ты знаешь эту тетку? И потом… ну кому там нравиться?! Это же…
– Таня, я не мог найти, потому что я… трус! Размазня! И все женщины мне говорили об этом! А она… Она знает, что я… Но… Она говорит, что я добрый.
Татьяна жевала отбивную и печаль брата по достоинству не оценивала.
– Левик, ну все правильно. Ты ей говоришь, что она красивая, а она тебе – что ты добрый. Обычный словесный бартер. Поверь, родной, я с этим бартером знаешь сколько лет работаю! Успокойся. Если хочешь жениться, найди себе кого-нибудь с квартирой.
– У нее есть своя квартира.
– А чего она тогда к тебе прилипла? Так, а дети у нее есть? Сын там, дочь?
– У нее, кажется, сын.
– Ну вот! Тетенька просто хочет перебраться к тебе, а квартиру оставить сыну.
– Я, Таня, очень мечтаю, чтобы она… перебралась ко мне…
– Лева, ты уберешь здесь все, ага? Я сейчас в ванную, а потом спать. Ты не представляешь, в поезде подселили какого-то мужика. Храпел как буйвол! Если Коля позвонит, меня нет. Я еще только через четыре дня должна буду вернуться.
И она отбыла в ванную.
– Ну, Танюша, ты сама этого хотела.
Он послушал, как в ванной льется вода, и стал набирать домашний номер сестры.
Трубку поднял Николай.
– Алло… – противным исковерканным голосом заговорил Лев. – А позовите, пожалуйста, Таню.
– А кто это? – не сообразил Коля.
– Это ваша соседка. Мне Таня очень нужна.
– Нет Тани. В командировку она отбыла. Будет в среду.
– Как же это нет? А я вот только что ее видала. Даже поздоровалась с ней.
Коля в трубке помолчал, а потом все же выдал:
– Ошиблись, наверное.
– Не ошиблась! – настаивал Мышкин в образе соседки. – Она была с сумками, вышла на остановке «Седьмой микрорайон» и потащилась к дому, где «Оптика».
– Бли-ин… Чего, к Левке, что ль?
– Не знаю я, к кому. Но если вы не хотите ее звать, то и не надо! – выдохнул Мышкин и бросил трубку.
Та-ак… зная Колю, можно спокойно убирать со стола – он будет здесь уже через десять минут.
Танечка вышла из ванной, обтирая волосы банным полотенцем, когда в двери Мышкина уверенно застучали.
– Лев! Ты меня пугаешь! – строго выговорила сестра. – У тебя не дом, а проходной двор!
Мышкин понесся открывать. Он не ошибся – в дверях стоял Николай.
– Моя у тебя? – мельком спросил он и быстро направился в комнату. – Та-а-ак… а кто это должен быть в командировке?
– Коленька! Коля… – испуганно заморгала Татьяна и вдруг обернулась к Мышкину. – Ты, что ли, его вызвонил?
– Это не он! – рявкал Николай. – Тебя полгорода видело, как ты сюда ехала! Соседка звонила!
– Вот зараза, а! – с отчаянием выдохнула Татьяна. – Вот везде ей надо!
– И часто она у тебя? – повернулся к Мышкину Николай.
– Да после каждой командировки, – бессовестно сдавал сестру братец. – А что ж ей делать, если ты не можешь жене обеспечить нормальный отдых?
– Лев! – рявкнула Татьяна.
– Да что такого? – изумленно вытаращил глаза тот. – Как будто ты к любовнику сбежала! Я, прошу запомнить, являюсь родным братом этой дамы!
– Все ясно, – запыхтел паровозом Николай. – Значит, так, в следующую поездку мы едем вместе!
– Но, Коля… – жалобно заныла Татьяна. – А как же дом?
– А за домом сыновья присмотрят! Или сиди дома сама!
– Но ты же загубишь всю мою работу!
– Ничего, зато потом буду стреляным воробьем!
– Ну, Мышшшкин… – прошипела сестрица. – Вот какая холера тебя за язык тянула?
– Я, Танюша, только тебе жизнь облегчил, – совершенно спокойно пожал плечами тот. – Муж и жена воссоединятся! Что может быть прекраснее!
– Таня! Я жду! Хватит волосьями трясти! Собирайся!
Через полчаса родственники отбыли, и Мышкин кинулся к телефону.
– Мила… Людмила? Это Мышкин! Лев… Я хочу извиниться. Вы, конечно, в праве больше совсем со мной не разговаривать, но…
– А, Лев Венедиктович! – приятно отозвалась Людмила. – Ну и как вы? Как Чингисхан?
– А Чингисхан сказал, что он теперь Чижик, – весело сообщил Мышкин.
Кот, который валялся на диване, удивленно повернул голову. Вроде бы хозяин говорит о нем… Вон, и смотрит на него как-то странно… Только при чем тут какой-то Чижик?
– Да что вы! – радостно усмехнулась Людмила. – А может быть, все же Рыжик?
– Точно! Я не расслышал. Рыжик. Он так и сказал, – немедленно согласился Мышкин.
– Ну вот зачем вы сразу соглашаетесь? – стала выговаривать ему Людмила. – Если вам нравится называть кота Чингисханом, так отстаивайте свое мнение.
Мышкин вздохнул и отчего-то улыбнулся.
– Понимаете, в чем дело… Мне не хочется с вами никакое мнение отстаивать… И в самом деле, почему мой пушистый, добрейший, ласковый кот должен носить имя жестокого воителя? Зачем? Надо ему что-то такое же – мягкое и пушистое… пусть будет… Рыжик. А мнение я свое сегодня отстоял… Перед сестрой… Хотя я его несколько мудрено отстоял.
И он рассказал Людмиле, как к нему постоянно приезжает сестра Татьяна после каждой командировки и как она, оказывается, все время навязывала ему свои правила… А раньше ему было все равно, а вот теперь, оказывается, вовсе даже нет. И как он ловко придумал сбагрить ее собственному мужу.
Людмила хохотала в трубку, удивлялась, восхищалась и… говорить с ней было так чудесно.
– Ой, я, наверное, вас заболтал, – спохватился Мышкин, когда Рыжик, бывший Чингисхан, стал настойчиво тереться о ноги. – Я сейчас буду кормить Чи… Рыжика. Он просит. А завтра… Давайте встретимся. Пожалуйста. Вы же мне так и не рассказали, что там с Курищевым.
– Хорошо, – легко согласилась Людмила. – Только теперь… теперь мы с Мишкой ждем вас в гости. И захватите Рыжика. Пусть они продолжат знакомство.
Людмила закончила разговор и напыщенно повернулась к Мишке.
– Вот, Михаил, не зря я все же в Интернете работу нашла. Теперь есть чем людей завтра угостить. Да, я совсем забыла тебе сказать… Завтра к нам в гости придут Коло… Лев Венедиктович и Рыжик. Это твой старый знакомый, которого Чингисханом звали. Так что готовься.
Непонятно, понял Мишка что-то или нет, но пес стал бегать по комнате и собирать свои игрушки. Он хватал мяч, носился с ним по комнате, не зная, куда спрятать, а потом прыгал на диван, старательно разрывал норку между подушкой и спинкой и толкал туда игрушку.
– Как не стыдно, – покачала головой Людмила. – Гостям, между прочим, все самое лучшее предлагают. Я же не прячу свой компьютер от Мышкина! А хотя… Надо бы убрать с глаз, а то… Вдруг он игроман какой, так и вечер пропадет.
До глубокой ночи она переписывалась с подругами. На коленях устроился Мишка, а хозяйка боялась пошевелиться, чтобы не потревожить его чуткий сон.
«Девочки, я сегодня была в гостях у Мышкина, и он даже познакомил меня со своей родней, – хвасталась она подругам. – И завтра он сам ко мне в гости придет».
«Ничего себе!» – тут же строчила Вика.
И Даша не молчала: «Людочка, я надеюсь, ты выразила ему презрение от всех нас? Плюнула ему в лицо?»
«Зачем? – не понимала Людмила. – Мы с ним прекрасно провели вечер. И наши животинки тоже. Было так весело, и если бы эта его сестра меня не погнала…»
«Так тебя все же выперли? – с надеждой строчила Дашенька. – Вот я так и говорила – надо было мне ехать!»
«И ничего не тебе, – отвечала Вика. – Быть может… может быть, Людмила свою судьбу встретила! Чего ты мешаешь-то? Вот ведь как хорошо, что вы с Людмилой в разных городах живете».
«Ничего, – не унывала Дарья. – Я к ней и приехать могу».
Смутно подозревая, что сейчас пойдет разговор именно о приезде, Людмила поспешила распрощаться с подружками.
Затем она еще несколько часов посидела над новой работой и легла спать с каким-то удивительно хорошим чувством. Будто завтра Новый год и Ромка подложит подарочек ей под елку. Они всегда друг другу делали подарки. А кому ж еще их баловать. Хотя… Вот у Ромы теперь появилась Леночка. А у Людмилы… А у нее так никого пока и нет… То есть как это нет? У нее теперь есть Мишка!
– Мишка, ты под елочку мне подарок принесешь? Ну хоть игрушку какую погрызенную, а? Миша… Мишка! Иди сюда, чего ты там на коврике?
Мишке было жарко, он развалился у балконной двери, куда новая хозяйка заботливо постелила для него коврик.
– Нет, Миша, здесь не надо спать, – вылезла из-под одеяла Людмила и пошлепала к двери. – Ночью отсюда дует, у тебя могут заболеть уши. А я еще совсем не умею их лечить.
Она бережно его подняла и уложила к себе на кровать. Мишка только заворчал во сне. И ничего с его ушами не случится, его и вообще зимой на балконе закрывали… Хотя на кроватке оно, конечно, лучше. Пес, не раскрывая глаз, благодарно лизнул хозяйку в щеку, и они уснули довольные друг другом.
На следующий день, уже на утренней прогулке, Людмила сосредоточенно думала – что бы такое приготовить для Мышкина. Нет, она не строила никаких далеко идущих планов, просто… Ну если уж люди в гости придут, надо же их чем-то угостить!
– Миша, а если накрутить голубцов, как думаешь, им понравится? – спросила она у собаки и заметила, как пес напрягся.
Его, конечно же, волновали не голубцы. К ним направлялась уже знакомая тетка с овчаркой. Кажется, его звали Ричем. Теперь Рич был на поводке и вроде бы даже в наморднике.
Людмила поспешно повела Мишку в другую сторону. Это была та тетка, что с Курищевым травила бедного малыша. Зачем же трепать Мишке нервы?
Но женщина упрямо направлялась именно к ним.
– Вот зараза, а? – запыхтела Людмила. – Миш, иди на ручки, а то этот овчар…
Она взяла собаку на руки и сердито насупилась.
– Здрассьте, – подошла к ним женщина. – А мы вот… вас увидели и думаем…
– А чего думать? – прервала ее Людмила. – Увидели и шли бы мимо! Думаете, моему псу очень приятно встречаться с вашим кобелем? Он же его кусал!
Женщина яростно замотала головой.
– Нет-нет-нет! Я в тот раз все вспоминала, думала… не кусал Рич эту собачку. Он с ним просто поиграть хотел. А тут этот дядька. И главное, он ничего не говорил, что Рич с малявкой играет, а только сразу натравил своего пса. Но тот тоже не хотел его кусать. И тогда мужик стал моего натравливать. А я и не поняла сначала, думала, шутит. А потом… потом мы с Ричем ушли. Правда! Я чо вам врать-то буду?
– Ну а сейчас-то тебе чего надо? – недобро взглянула на нее Людмила.
– А сейчас мне надо… Так это… – замялась женщина. – Меня Зинаидой зовут, если чо… Так я пришла прощения попросить. А то со мной и не гуляет теперь никто. А Рич, он же невиноватый.
Овчарка смиренно сидела возле ноги хозяйки и внимательно посматривала на Мишку. Во взгляде ее не было ни зла, ни агрессии, однако Мишка на руках у Людмилы чувствовал себя значительно спокойнее и на землю не торопился. Да и играть с этим псом у него большого желания не было.
– Ладно, – вздохнула Людмила. – И в самом деле, не виновата собака, что хозяйка у нее дурочка.
– Так и я про то же… – поспешно согласилась Зинаида, но потом задумалась. Похоже, дурочкой назвали именно ее.
– А ты не знаешь, где проживает Курищев, ну тот мужик, хозяин Гурона? – спросила Людмила.
– Я только подъезд знаю, мы до дому вместе когда шли, то я видела, а вот квартиру…
– Хорошо, хватит и подъезда, – решительно прищурила глаза Людмила. – Чтобы тебя простили все собаководы, надо искупить свою вину, правильно?
Женщина с овчаркой кивнула.
– Возьми фотоаппарат. У тебя есть фотоаппарат?
– Есть, – снова кивнула Зинаида.
– Возьми его и сфотографируй этого мужика. Его фамилия Курищев. Сфотографируй его. Поняла?
– Поняла. А фото куда?
– А фото мне принесешь. Я его подпишу и на подъезд повешу. Пусть все жители дома знают, какой он изверг.
– Правильно! – вытаращила глаза Зинаида. – А то… Придумал собак рвать, гад! Я его…
– Ну и хорошо, в субботу вечером жду тебя здесь, с фотографиями. А сейчас мы побежим. А то на руках много не нагуляешься.
– А поиграть? – растерянно захлопала глазами Зинаида. – Вы тоже с нами играть не будете?
Людмила крякнула. Понятное дело, Ричу хочется собачьей компании. Но Мишка с ним играть не готов. Боится.
– Зинаида, а ты Ричу сама палочки покидай. Команды ему давай, повторите все, что умеете. Побегайте вместе. А там, глядишь, кто-нибудь и на улицу выйдет. Не можем мы с вами играть, боимся. Так что…
Зинаида вздохнула и пошла искать для своей собаки палочки. Людмила же с Мишкой потрусили по направлению к дому. Мишке вдруг срочно приспичило завтракать, даже прогулка уже не радовала. Да и какая тут прогулка, когда рядом такие зубы сидят. А у Людмилы еще были дела. Надо было составить меню для вечернего приема.
Глава 6. Попытка номер два
Еще задолго до семи часов у Людмилы было уже все готово. Теперь она восседала на диване, держала на руках Мишку и изо всех сил старалась отвлечься от мыслей о предстоящем свидании. А те, как специально, никак не покидали голову.
Сегодня им никто не помешает и… быть может, они смогут по-человечески поговорить. И она расскажет ему, как ее встретил Курищев. И про встречу с Зинаидой непременно надо рассказать. А потом они вместе подумают, как отобрать у этого гада Гурона.
– Миша, ты только веди себя красиво, договорились? – в десятый раз обращалась она к собаке.
Того не то чтобы сильно волновал приход гостей, но он чувствовал, как нервничает хозяйка, а потому тоже вел себя взволнованно. Он тревожно заглядывал хозяйке в глаза, поднимал уши и всем своим видом спрашивал: «А это не страшно? А зачем мы вообще кого-то будем пускать? Давай лучше купим большую кость и будем ее весь вечер грызть. И будет нам праздник».
Ровно в семь раздался звонок, и на пороге появился Мышкин в беленькой рубашке и хорошо отглаженных брюках. В руках у него была большая сумка. Эта сумка и подвела Людмилу.
– Здрассьте… – растерянно поздоровалась она и кивнула на сумку. – А вы уже… к нам с вещами?
Мышкин нервно хихикнул:
– Да нет… еще… пока… Вы ж говорили, чтобы я с Рыжиком приходил, так вот… он там.
– Ой господи, – всплеснула руками Людмила и с облегчением засмеялась. – Ну конечно же! С Рыжиком! Проходите же скорее и выпускайте пленника!
Они быстро прошли в кухню, водрузили сумку на стол, и Мышкин расстегнул замок.
Рыжик-Чингисхан молнией вылетел из заточения, прыгнул на подоконник и отряхнулся.
Мишка, который ни на шаг не отходил от хозяйки, а потому вертелся тут же, радостно бросился облаивать гостя.
– Все в порядке? – с улыбкой спросила Людмила у Мышкина.
Тот горько хмурил брови.
– Нет, не совсем… – виновато вздохнул он и вытащил из сумки какое-то непонятное месиво. – Я… чтоб вы не беспокоились… В ресторане заказал опять свинину, ну и… Она была в пакете! А потом еще в таком пластиковом контейнере. Но вот Чингисхан… он же Рыжик. Он добыл. А я еще все время, пока шел, не переставал восхищаться – какой у меня умный котик. В первый раз едет в гости в сумке и молчит. А он… Так оконфузиться.
– Не переживайте, – легко успокоила его Людмила. – У меня найдется чем вас порадовать. Мишка! Прекрати его ругать! Он свинью от волнения съел! Да, Лев, он действительно съел эту свинину от волнения. Проходите же в комнату! Мы с Мишкой будем вас угощать. Михаил! Приглашай гостя к столу! Не рявкай на него, а зови к столу!… Да и ладно, будем думать, что это он приглашает.
Они сидели за столом, и оба так волновались, что разговор никак не мог наладиться. Спасли положение четвероногие.
Рыжику надоело восседать на чужом подоконнике, к тому же из комнаты явно доносились ароматы мяса, и он с диким воплем отчаялся на прыжок. Рыжим пламенем он слетел с окна, пронесся по небольшому коридорчику и взлетел прямо на стол, поближе к еде и хозяину.
Мишка долго ждал. Но все же не рассчитывал на такую откровенную наглость. С яростным лаем он метнулся вслед за гостем и тоже попытался взлететь на стол – поближе к хозяйке и рыжему врагу. Он собирался только защитить ее. Ничего больше! И даже не думал, что, мол, такой замечательный случай, можно и кусок со стола хапнуть! Нет-нет. Им двигали только благородные порывы. Ну и зов природы. Однако Людмила этот зов не оценила.
– Мишка! Это что ж такое?! Ты как себя ведешь, негодник?! – закричала она, схватила собаку и плюхнула ее на диван.
Мышкин туда же отправил кота. Не подумав. Кот приземлился всеми лапами на спину собаки, и тут Мишка не оплошал – тяпнул-таки наглеца за рыжий хвост. За что немедленно получил оплеуху когтистой лапой. Возмущение вылилось в звонкий лай.
– Все! – решительно поднялась Людмила. – Так больше не может продолжаться!
Она схватила собаку и отнесла ее к себе в спальню. После этого села за стол и смущенно улыбнулась.
– Вы не думайте, что я такая вот вся прямо злыдня…
– Да что вы! – замахал руками Мышкин. – Я о вас вообще не думаю! Нет, я, наоборот, все время думаю о вас, думаю… Тьфу ты… чего-то я запутался…
– А давайте выпьем! – предложила Людмила и первая пригубила фужер. – Вы знаете, я вот… Когда у Курищева была, так расстроилась…
– Что такое? – встрепенулся кавалер. – Он вас обидел? Нет, если он вас обидел, я пойду и надаю ему пощечин!
– Да не стоит, – счастливо зарумянилась Людмила. – Я уже и так… облила его краской с головы до ног.
– Краской? – удивился Мышкин.
– Ну да, у него образцы какие-то стояли… Он сам и упаковочку открыл, так хотел похвастаться. А я… В общем, наказала я его.
– Вы… Мила, вы… Людмила, вы… – восхищенно смотрел на нее Мышкин и не мог подобрать слов. Потом подобрал. – Вы Бортэ!
– Чего это? – насторожилась та. – Вы обзываетесь или чего?
– Я восторгаюсь! – подскочил с места Мышкин и стал дирижировать бокалом в такт своей заунывной речи. – Бортэ – это первая жена Чингисхана!
– Ага, то есть были и последующие… – усмехнулась Людмила. – Ну я догадывалась.
– Да, были. У него вообще было двадцать шесть наложниц. Но самой главной женой была Бортэ. Она была мудра, старше Чингисхана на три года, все понимала…
– И вы решили, что это я. Старая и мудрая. Надеюсь, любимая?
– Нет, любил он другую жену. Но…
– Что за мания у мужиков была? – взвилась Людмила. – Вот наберут себе целый гарем, испортят жизнь невинным гражданкам, а сами!
– Я, прошу заметить, – скромно сел Мышкин, – я тоже его такой вот факт не одобряю. Тут некоторые один-то раз жениться не могут, а он… Но в остальном… Это мой кумир!
– Очень печально, – фыркнула Людмила. – Между прочим, когда этого вашего кумира хоронили, то убивали всех, кто это видел! Ладно, людей еще можно понять, но птиц и животных!
– Откуда вы знаете?!
– Читала!
Мышкин сник.
– И нечего расстраиваться, – махнула рукой Людмила. – Выберете себя другого кумира. Вам не все равно, что ли?
– Я вас выберу, – стыдливо покраснел Мышкин. – Вы Курищева не побоялись.
– Чего это не побоялась… Побоялась… Но выбор у вас правильный. Одобряю… Кстати, Курищев сказал, что Мишку у меня отберет, а Гурона и вовсе ни за что не отдаст. Потому что он его для боев взял.
Мышкин сосредоточенно жевал кусок хлеба и морщил брови.
– Все же надо надавать ему пощечин! – бубнил он.
– Это бесполезно, – вздохнула Людмила. – Он вас потом убьет, и все. Кому вы что докажете? Одни мы не справимся. Надо подключать общественность.
– МЧС, например, – охотно подсказал Мышкин. – Они хорошо помогают. И приезжают быстро… Это я на крайний случай. Вдруг он меня убивать будет.
Людмила с уважением взглянула на гостя.
– А вы не оставляете мысль его по щекам отхлестать? Давайте его по-другому накажем. Я вот тут переговорила с одной дамой, она обещала сделать фотографии этого Курищева. Я думаю их развесить на дверях подъезда.
Мышкин вдруг воодушевился.
– Я слышал, что у Курищева в понедельник в магазине будет телевидение! Валентина, это жена моего брата, она ему часто зубы лечит… нет, не брату зубы, а Курищеву… Так вот она говорила, что он к ней приходил зубы отбеливать, чтобы улыбка была ослепительной на экране.
– Вот бы попасть к этим телевизионщикам, – мечтательно вздохнула Людмила. – Тогда бы весь город про него узнал.
– А я попаду! – широко улыбнулся Мышкин. – Обязательно попаду, а потом… потом расскажу всем, что это за человек.
Людмила хотела сказать, что ничего у него не получится. И даже если произойдет чудо и Мышкин попадет в кадр и начнет что-то там такое вещать, все равно его потом вырежут. Но посмотрела на вдохновенное лицо собеседника и промолчала. Ничего, она скажет это ему после. Зачем же портить такой вечер?
А потом они смотрели фотографии, и Лев Венедиктович сказал, что она очень похожа на Эмму Вируснец. Людмила была очень польщена, застыдилась и даже не посмела спросить – а кто это такая Эмма Вируснец. Постеснялась, что Лев сочтет ее невеждой. Лев Венедиктович сам рассказал, что это за женщина. Это двоюродная сестра его бабушки, которая в их роду считалась признанной красавицей. Правда, красавица так и померла старой девой, потому что не сыскалось достойного принца, но зато ее имя было окутано тайной и печалью.
Людмила горестно кивала, однако ей не хотелось быть похожей на какую-то там старую деву. Впрочем, она решила не огорчать кавалера.
А потом Мишка весело таскал по комнате какую-то игрушку на шнурке. Вероятно, приглашал гостя поиграть. Но Людмила заметила, что это вовсе даже не игрушка, а фотоаппарат Романа, в кофре, на шнурочке. Пришлось вещь отобрать и воспользоваться ею по назначению.
– Лев, садитесь, я вас сфотографирую вместе с Рыжиком, – сразу же решила Людмила. – У него очень колоритная фигура.
– Не смущайте нас, ну откуда у нас колорит, – краснел Мышкин, притягивая кота на колени.
Людмила навела фокус, приноровилась и щелкнула. Кадр получился неудачный. Не то чтобы Мышкин плохо вышел, его не было видно совсем. Потому что, как только хозяин с котом застыли, Мишка тотчас же решил, что судьба подарила ему шанс для нападения. И воспользовался этим шансом. Но Рыжик был начеку. Поэтому во весь кадр теперь пушилась бело-рыжая шерсть.
– Миша! – огорченно воскликнула Людмила. – Ну нельзя же так!
– А мы сейчас сфотографируемся все втроем, – успокоил Мышкин. – А потому что ему обидно. Михаил, иди с этой стороны. Рыжик, давай сюда. Тихо! Тихо, я сказал… Милочка! Щелкайте быстрее, пока я их держу!
Людмила сделала несколько кадров. Нет, животные смиренно не позировали, они кинулись в драку, просто Людмила уже не стала обращать внимания на такие мелочи, а просто щелкала аппаратом. В конце концов, потом посмотрит, что выбрать.
Весь исцарапанный, в брюках с кошачьей шерстью, в помятой рубашке, в одиннадцатом часу гость заторопился домой.
– Рыжик, давай, забирайся в свой домик, мы пойдем домой, – позвал он своего питомца.
Того нигде не было.
– Милочка, – после нескольких выпитых рюмочек он позволил себе ее так называть. – Милочка, а где же мой Рыжик?
Людмила кинулась искать котика. Они звали, кыс-кыс-кыскали, предлагали мясо, но все было напрасно. Кот пропал.
– Мишка, где Рыжик? – обратилась Людмила к собаке.
Тот искать рыжего гостя не собирался. Он быстренько посеменил к дивану и уселся в угол.
– Все-таки твое поведение сегодня не на высоте, – покачала головой Людмила. – Прямо стыдно за тебя, честное слово.
– Милочка, напрасно вы на него так, – заступился за псину Мышкин. – Просто ребятки еще не успели полюбить друг друга. Это же не люди… Кхм…
Он понял, что сболтнул лишнее, побагровел и, чтобы скрыть смущение, полез гладить Мишку в его угол.
– Милочка! А ведь вы не правы! – послышался его радостный крик. – Мишенька вовсе не бросил искать Рыжика, он его прикрыл.
Людмила подбежала к Мишке. За диваном сладко спал Рыжик, а Мишка сел в угол, и кота не было видно.
– Неужели подружились? – всплеснула руками Людмила. – Вот и когда только успели? Миша, Рыжику надо домой, а завтра он опять к нам в гости придет.
– Нет, давайте по очереди, – кряхтел Мышкин, доставая кота из-под дивана. – Завтра вы к нам.
Людмила не хотела идти к Мышкину. Нет, она хотела, но боялась. А вдруг к нему еще какая родня наведается?
Он понял ее без слов. Посмотрел добрыми глазами и кивнул:
– Хорошо, если хотите, мы с Рыжиком к вам придем. Только… Только давай будем просто пить чай.
Ну какой замечательный человек! Он даже понял, что Людмила не сможет каждый раз встречать его как заморского гостя, и сам предложил…
– Да, попьем чаю, – улыбнулась она. – Я такой пирог испеку!
Она уже собиралась закрыть дверь, как Мишка вдруг выскочил на лестничную площадку.
– Миша! Домой! Куда ты? – окликнула его хозяйка, но тот крутился возле ног Мышкина и в руки не давался.
Людмила наклонилась, чтобы его поймать, Мышкин наклонился, чтобы помочь и… и их лбы встретились. Да так крепко!
– Ой, мамочка, – неожиданно тоненько вскрикнула Людмила.
– Я… я разбил вам лоб? – испуганно заморгал Лев Венедиктович и полез смотреть, что он натворил.
Его лицо было так близко… Хм… надо же, какие у него красивые глаза, и как это она раньше не замечала? У него голубые глаза, густые черные ресницы. И такой пронзительный взгляд…
Он заметил ее пристальное внимание и невозможно смутился.
– Там… там ничего нет, – покраснев, сообщил он. – Даже никакого синяка не будет…
– Чудесно, – выдохнула она. – Я так волновалась… из-за синяка… А где же Мишка?
Плут сидел рядом, вилял хвостом и улыбался во всю пасть.
– Изумительная какая у вас собачка, – нежно улыбнулся Мышкин. – Я ему в следующий раз… завтра… еще мяса принесу.
Людмила только счастливо кивнула.
Поздно вечером она сидела возле компьютера и комментировала фотографии, которые уже успела выставить в Интернет.
«Людочка, а что ж не написала, что он такой рыжий?» – спрашивала Даша.
«Он не рыжий, – поясняла Людмила. – У него вообще волос нет… или есть, но они произрастают где-то по краям. Но он такой красивый, правда же?»
«Да, Людмила, он очень интересный мужчина, – отвечала Вика. – Он на артиста похож, а на какого, не могу вспомнить. Люд, а он тебе в любви уже признавался? А предложение руки и сердца делал? У него своя жилплощадь, да? Вероятно, вы будете жить у него?»
«А мне так, например, очень собачка понравилась, – писала Даша. – Уж ты, Людочка, извини, но твой вот этот мужчина, он мне доверия не внушает. У меня был такой».
«Какой это, интересно, такой у тебя был?» – поддела Вика.
«А вот точно такой же – лысый и круглый, – торопливо отвечала Даша. – Сначала я в него влюбилась по самые уши, даже хотела всех детей на него переписать, а он потом взял и бессовестно меня кинул. И, между прочим, даже не обратил внимания на то, что я многодетная мать!»
«Ха! Даш, так он как раз на это и обратил свое внимание! – отписывалась Вика. – А чего ж ты ему не сказала, что у тебя все дети взрослые? Сказала бы, глядишь, и не сбежал бы твой красавец».
«Чего-то я не подумала, – написала Дарья. – Но твой, Люд, тоже сбежит. Вот посмотришь!»
Людмиле были неприятны эдакие прогнозы, но Вика утешала, как могла:
«Людмила, никого не слушай! Мне вот мама всю жизнь на уши шептала, чтобы я не вздумала доверять мужчинам. Еще постоянно твердила, чтобы я честь берегла как зеницу ока! Помню, ко мне пришел врач! Девочки, это был обычный врач! Только дядька. Так я к нему спиной стояла, он мне легкие слушал, и вошла мама. Вы бы слышали, что там началось. Она его чуть за домогательства не посадила!»
«Не ври, Вика, тогда такой статьи не было», – написала Даша.
