Текст книги "Каприз фортуны"

Автор книги: Маргарет Саммервиль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)

Глава 11

Винфилд Марш проснулся в то утро очень поздно. Всю ночь прокутив с друзьями, он мучился последствиями неумеренных возлияний. Но еще больше измучило воспоминание о том, что он проиграл огромную сумму в «фаро». Поэтому Винфилд был отнюдь не в самом лучшем расположении духа, когда наконец спустился из своей комнаты и присоединился к отцу и Лиззи в гостиной.

– А, вот и ты, Винфилд, – приветствовал его мистер Марш. – Ты очень долго спишь.

В голосе мистера Марша был оттенок неодобрения, но в целом он не осуждал сына.

Хотя мистеру Маршу и не нравились некоторые привычки Винфилда, он все же был не очень требовательным отцом и считал, что молодой человек должен перебеситься. Хотя его собственная молодость давно была позади, он не препятствовал своему сыну искать развлечения.

– Доброе утро, папа, Лиззи.

– О, Винни, – сказала его младшая сестра, – ты такой соня! Я уже думала, что ты проспишь целый день.

– А где Пандора? – спросил Винфилд, пропуская мимо ушей замечание Лиззи.

– Она рано утром вместе с Николасом ушла в парк, – ответил мистер Марш. – Так Марта сказала.

– Но их что-то долго нет, – сказала Лиззи.

– Они ушли в парк? – спросил Винфилд. Он смутно помнил, что Николас пытался разбудить его рано утром и лепетал что-то насчет змея.

– Да, – продолжала Лиззи. – Марта сказала, что Никки взял с собой этого дурацкого змея. Бедняжка Пэн! Как жутко скучно, наверное, стоять там и смотреть на змея. Ой, что это, экипаж? – Лиззи поспешила к окну. – Смотрите, экипаж остановился возле дома. Какой роскошный! Ой, смотрите скорее!

Винфилд и его отец подошли к окну и с удивлением увидели фаэтон, запряженный четверкой великолепных вороных.

– О боги! – воскликнул Винфилд. – И чей же он может быть?

Тайна раскрылась, как только один из грумов спрыгнул с подножки экипажа и открыл дверцу. Оттуда вышла Пандора.

– Да это же Пэн! – воскликнула Лиззи. – Смотрите, а кто этот джентльмен?

– Вот это да! – сказал Винфилд. – Это же Сарсбрук!

Винфилду сразу стало не по себе. «Как Пандора ухитрилась встретить Сарсбрука? Сказал ли он ей что-нибудь об ожерелье, которое отдал мне? Если да, то я окажусь в очень неприятной ситуации».

– Сарсбрук? – спросил мистер Марш. – Как это возможно? И Николас! С ним, кажется, что-то случилось. – Сарсбрук как раз помогал младшему Маршу выйти из экипажа. – Ох, и правда что-то произошло! Пойдемте поможем!

– Стойте! – закричал Винфилд. – Мне нужно сказать вам одну вещь. Я умоляю вас не упоминать при Сарсбруке об изумрудном ожерелье.

– Что? – спросил мистер Марш.

– Я после все объясню, а сейчас могу сказать только, что этот предмет весьма смущает лорда Сарсбрука, и лучше будет об этом не упоминать.

– Да, конечно, – сказал мистер Марш и поспешил вместе с Лиззи и Винфилдом прочь из комнаты. Подбежав к входной двери, он широко распахнул ее.

– Пандора! Николас! Что случилось?

– Ничего страшного, папа, – сказала Пандора. – Николас просто упал с дерева в парке, но не волнуйся, все хорошо.

Винфилд подбежал к Николасу, который тяжело опирался на руку виконта.

– У тебя травма, Никки?

– Ой, да это пустяки, – сказал Николас.

Я скоро буду в порядке. Слуга лорда Сарсбрука Виллис так сказал. Он большой специалист по костям и прочему.

– Ну хорошо, – сказал мистер Марш с облегчением и обратился к Сарсбруку: – Я крайне признателен вам, сэр.

– Папа, – сказала Пандора, – я рада представить тебе лорда Сарсбрука. Милорд, это мой папа, мистер Марш, и сестра Лиззи. С моим братом Винфилдом вы уже знакомы.

Виконт раскланялся с родственниками Пандоры. Хотя Лиззи была вне себя от волнения, она изобразила весьма достойный реверанс.

– Давайте войдем, – пригласил мистер Марш. – Мы же не можем стоять здесь вечно. Входите, милорд.

Сарсбрук с готовностью принял приглашение. Семейство Марш очень интересовало его. Ему нравилось, что все его члены так красивы, респектабельны и полны достоинства. «Мистер Марш производит впечатление приятного джентльмена», – подумал виконт. Он отметил про себя, что девочка Лиззи очаровательна, впрочем, на вкус тех, кто любит эфемерно тонких женщин, которые виконту не очень нравились.

Когда все наконец уселись в гостиной, Пандора рассказала о происшествии с Николасом и о том, как Сарсбрук любезно помог им. Мистер Марш заметил, что появление его милости оказалось весьма счастливой случайностью.

Винфилд любезно улыбался, но чувствовал себя очень неловко и все размышлял, сказал ли лорд Сарсбрук Пандоре что-нибудь насчет ожерелья. И потому, что сестра не смотрела на него с гневом, он предположил, что эта тема не обсуждалась.

Сарсбрук, сидя среди членов семьи Марш, чувствовал себя на редкость хорошо. Он постоянно смотрел на Пандору, которую находил все более привлекательной и желанной. В самом деле, думал виконт, если бы он не знал о ней ничего, он мог бы влюбиться.

Спустя некоторое время виконт объявил, что должен откланяться. Все члены семейства Марш еще раз наперебой поблагодарили его за заботу о Николасе, и мистер Марш проводил виконта до дверей.

Когда тот ушел, Винфилд обратился к сестре:

– Ты не представляешь себе, как я был изумлен, увидев Сарсбрука здесь.

– Вообрази, как я была удивлена, когда в парке обернулась и увидела, что он стоит за моей спиной.

– Он такой любезный, – сказала Лиззи. – Жаль только, что некрасивый.

– Я бы не назвала его некрасивым, – сказала Пандора.

– Ну, может быть, но он вовсе не сногсшибательный, – ответила ее сестра. – Хотя он так богат.

– Да, так и есть, – сказала Пандора. – Его дом грандиозен. В точности такой, как описал Винфилд. Если бы ты только видела его, Лиззи!

– Да, если бы я могла там побывать! – произнесла Лиззи с завистью. – Вам так повезло обоим. Но я должна немедленно рассказать обо всем Фебе. Представляете! Принимать виконта в собственной гостиной! Феба позеленеет от злости. Никки, ну-ка расскажи мне все.

Пока Николас пересказывал в подробностях все приключение, Винфилд отвел Пандору в сторону.

– Он сказал тебе что-нибудь? Ну, что касается ожерелья.

– Вовсе нет, Винни. Мне кажется, он очень сожалеет о своей ошибке. Он сказал, что ты ему все объяснил. Я ответила, что лучше будет забыть об этом.

– Да, конечно, – с облегчением сказал Винфилд.

В этот момент в комнату вошел мистер Марш и сказал всем, что лорд Сарсбрук весьма приятный человек.

Николас, который пришел к такому же заключению, перевел взгляд с отца на Пандору. «Как было бы здорово, если бы Пандора могла выйти замуж за виконта», – подумал он. Николас со всех сторон обдумывал это и решил наконец, что должен как-нибудь ускорить дело.

Оставив резиденцию семейства Марш, Сарсбрук приказал вознице доставить его в дом мистера Такера. Он вскоре прибыл туда и был рад, застав своего друга дома. Он, правда, был менее рад увидеть и миссис Такер в гостиной подле мужа. Сарсбрук очень хотел поговорить со своим другом наедине, и ее присутствие его раздосадовало.

Фанни Такер не могла не заметить, что виконт более чем не рад видеть ее. Она встречалась с другом своего мужа несколько раз, и каждый раз он был сух и холоден с ней. Фанни была очень дружелюбной молодой женщиной, которая, как и ее муж, имела широкий круг друзей.

Но все попытки Фанни расположить к себе виконта заканчивались неудачей. Она определенно считала, что не нравится Сарсбруку, несмотря на уверения Такера, что это не так. Для нее оставалось загадкой, как ее дружелюбный и веселый муж может иметь такого друга, как Сарсбрук.

Приветствуя гостя, Фанни попыталась изобразить радушие.

– Как хорошо, что вы зашли, лорд Сарсбрук, – сказала она.

Виконт мрачно кивнул.

– Здравствуйте, миссис Такер. Я надеюсь, мадам, что вы позволите нам с вашим мужем обсудить некоторые личные вопросы. Извините нас.

Довольно обиженная тем, что ее буквально выставляют из собственной гостиной, Фанни кивнула.

– Конечно, милорд. Прошу извинить. Многозначительно посмотрев на мужа, она удалилась.

– В самом деле, Робин, – сказал Такер досадливо, – я хотел бы, чтобы вы были немного повежливее с Фанни. Вы очень прямолинейны.

– Правда? Наверное. Извините, Тэк.

– Хорошо, – сказал Такер. – Я извиняю вас, но хотел бы попросить, чтобы вы постарались все же быть чуть повежливее с моей женой.

Сарсбрук серьезно кивнул.

– Хорошо. Я обязательно исправлюсь. Я буквально рассыплюсь в любезностях перед миссис Такер.

Такер засмеялся.

– Хотел бы я посмотреть на это. Ну, садитесь же, Робин.

Виконт вновь кивнул и уселся на стул. Такер сел подле него.

– Я должен серьезно поговорить. Вы, вероятно, будете смеяться надо мной.

– Нет, я даже не удивлюсь, – сказал Такер. Он засмеялся, глядя на выражение лица своего друга. – Я разыгрываю вас, Робин. Ну, рассказывайте. Кажется, это и в самом деле нечто серьезное.

– Да я бы не назвал это серьезным, – сказал Сарсбрук. – Черт, я буду говорить прямо. Это насчет этой женщины, Мисс М.

– Мисс М.?

– Я только что от нее.

– Что вы говорите! – воскликнул Такер. – О боги, Робин, а я-то недооценивал вас! Рассказывайте все.

– Вы безнадежно развращены, Тэк. Все, что я делал, было всего лишь невинной встречей в гостиной с отцом, братьями и сестрой этой леди, а также маленьким терьером, которого зовут Мистер Стаббс.

– Что вы там делали? Вы специально нанесли визит?

– Я проводил ее и ее брата домой. Он свалился с дерева в Гайд-парке. А я проходил мимо.

– Вы проходили мимо? Боги, похоже на то, что сама судьба вас свела, старина. И что вы хотите сказать? Вы влюбились в Мисс М.?

Сарсбрук подумал.

– Я не знаю, Тэк. Я едва ли знаю, что такое любовь. И об этой женщине я ничего не могу сказать, ведь я видел ее всего два раза. Но она заинтриговала меня, Тэк. Я постоянно думаю о ней с тех пор, как увидел ее. Это очень странно.

– Почему? Это же прекрасно! – воскликнул Такер.

– Не вижу здесь ничего хорошего, – сказал Сарсбрук раздосадованно. – Я чувствую себя глупо.

– Ну конечно, все влюбленные чувствуют, что они немного не в себе. Я так рад за вас, Робин. И что вы намерены делать?

Виконт нахмурился.

– Не имею представления. Не знаю, как поступают в таких случаях. Представляю, что моему дяде просто невероятно повезло.

– А теперь вы хотели бы, чтобы леди была вашей.

Сарсбрук серьезно посмотрел на друга.

– Да, скорее всего так.

– Робин, дорогой, я не вижу проблемы. Уверен, что леди нужен покровитель. Будучи раз чьей-то любовницей, она, без сомнения, будет рада найти себе другого мужчину. Не думаю, чтобы она не захотела бы быть с вами – богатым, титулованным и симпатичным.

Сарсбрук поднялся и принялся расхаживать по комнате. Обернувшись, он сказал:

– Все это будет довольно непристойно.

– Ну да, наверное, непристойно, – сказал Такер с улыбкой.

– Да нет, я имею в виду, что она была любовницей моего дяди.

– Робин, дорогой, меня это нисколько не смущает. В конце концов он хотел, чтобы вы заботились о ней.

– Сомневаюсь, что он имел в виду такую заботу, – ответил виконт с сардонической улыбкой. – И кроме того, если бы даже я и решился быть с ней, я все равно не знаю, как это сделать. Как, интересно, заводят любовниц?

Такер ухмыльнулся.

– Я, конечно, не эксперт, Робин, но завести любовницу не то же самое, что завести жену. Возможно, это сложнее, потому что здесь нужна осторожность. Вы должны поухаживать за ней. Показать ей свои чувства. Покупать ей всякие вещи и все, что она захочет. Как я понял из дневника вашего дяди, эта женщина как подарок. Подумайте об этом, Робин.

Сарсбрук нахмурился. Он вообще мало о чем мог думать с тех пор, как встретил Пандору.

– Вы должны поклясться, что никому не расскажете. Даже своей жене.

– Боги, вы что думаете, я могу рассказать о таком Фанни?! Она будет в шоке, уверяю вас. Я буду хранить ваш секрет, Робин. Слово чести.

– Тогда я пойду, Тэк, – внезапно решил Сарсбрук. – Спасибо вам за приятную беседу. – Он остановился у двери в гостиную. – И скажите миссис Такер, что я приношу извинения и рад буду увидеть ее в следующий раз. Это, по-моему, получилось любезно?

– Невероятно любезно, – сказал Такер с улыбкой.

Сарсбрук улыбнулся в ответ и ушел, оставив друга в полном недоумении.

Глава 12

В то время как Пандора Марш делала вид, что визит Сарсбрука ее совершенно не взволновал, Лиззи и не пыталась скрыть своего восхищения тем, что их дом дважды посетила титулованная особа. Ей казалось, что лорду Сарсбруку так понравилось их общество, что он скоро вновь приедет к ним и они удостоятся приглашений на высокие приемы.

Хотя Пандора очень старалась возвратить сестру на землю, та не желала омрачать своего восторга. Все утро Лиззи без умолку щебетала о том, как скоро их будут принимать в аристократическом обществе. Младшая Марш теперь всерьез планировала выйти замуж за маркиза или, на худой конец, за графа, как она объявила Пандоре.

Днем Пандора и Лиззи отправились в гости к Фебе Рейнолдз. Пандоре не очень хотелось ехать к ней, потому что она считала Фебу пустоголовой болтушкой. К тому же мать Фебы была полна снобизма и постоянно рассказывала о своих знакомых в высшем свете.

Лиззи же не могла дождаться возможности рассказать Фебе и ее матери о визите Сарсбрука. Только они расселись в гостиной Рейнолдзов, как Лиззи возбужденно защебетала:

– О, Феба, миссис Рейнолдз, вы ни за что не догадаетесь, кто был у нас в гостях сегодня утром!

– Даже не представляю, – сказала Феба.

– Лорд Сарсбрук! Он виконт.

Миссис Рейнолдз, полная женщина с седеющими волосами и моложавым лицом, переспросила:

– Лорд Сарсбрук? В самом деле?

– Да! – ликовала Лиззи. – Мой брат упал с дерева в Гайд-парке, и лорд Сарсбрук помог ему и Пандоре. Он отвез их домой в своем экипаже. Таком роскошном!

– О небо! – воскликнула миссис Рейнолдз. – Это очень впечатляюще! И что, он приятный человек, Пандора?

– Не знаю, мадам, – ответила Пандора. – Он просто был так любезен и помог нам.

– Я слышала об этом джентльмене. Его считают каким-то бесчувственным. Да, припоминаю, мне говорили о нем. Его сестра, леди Вердон, – одна из гранд-дам нашего светского общества. Я встречалась с ней и нашла ее очаровательной. Должна сказать, ее милость очень любезно говорила с нами у Альмаков.

Пандора улыбнулась. Миссис Рейнолдз никогда не упускала возможности упомянуть, что она и ее дочь однажды получили рекомендацию, которая дала им возможность быть приглашенными на августовскую ассамблею, организованную высшим обществом Лондона.

Миссис Рейнолдз продолжала:

– Мне говорили, что Сарсбрук очень богат, но никто не знает в точности, как он живет. Он избегает общества, предпочитая жить, как старый ученый, в окружении своих книг. Его дядя, сэр Хэмфри Мэтланд, недавно умер. Когда делили наследство, выяснилось, что Сарсбруку еще раз повезло. – Миссис Рейнолдз вздохнула. – Представляете, мужчина с таким положением и состоянием – и не женат! Я думаю, верх себялюбия – не желать разделить счастье богатой жизни с женой и детьми. И сколько ему лет, Пандора?

Пандора нахмурилась.

– Он отнюдь не стар. Думаю, меньше тридцати.

– Ну, тогда он еще может пересилить себя и жениться. Все называют Сарсбрука убежденным холостяком, который ненавидит женщин. Думаю, что, когда он женится, его жена будет очень несчастна.

– Но он же так богат! – сказала Лиззи. – Я не могу поверить, чтобы он был таким неприятным человеком.

– Но, Лиззи, – сказала Феба, – что толку выходить замуж за богатого, если он какой-нибудь зануда, да еще и прижимист.

– Да, это правда, – задумчиво сказала Лиззи. – У него, конечно, роскошный экипаж, но сам-то он не так уж грандиозно выглядит, да, Пандора? Мне кажется, виконт мог бы одеваться и получше.

– Думаю, в этом стоит винить не него, а портного, – сказала Пандора. – А мне даже нравится, что он не раб моды.

– «Не раб моды», – повторила миссис Рейнолдз. – Мне не нравится это выражение. Наверное, он совсем уж неважно был одет. А джентльмен должен обращать внимание на такого рода вещи, Пандора.

– В самом деле, – вторила ей Феба. – Я, например, ни за что не посмотрела бы второй раз на человека, у которого галстук завязан не так, как надо.

Пандора только подняла брови и улыбнулась в ответ на это замечание. Она была очень рада, когда наконец настало время возвращаться домой, к чаю. Там они присоединились к мистеру Маршу и Николасу, который как раз закончил заниматься греческим. Пока они пили чай и ели бутерброды с маслом, беседа все время неизменно возвращалась к лорду Сарсбруку.

– Миссис Рейнолдз все рассказала нам о Сарсбруке, – сказала Лиззи.

– Эта женщина неподражаема, – сказал мистер Марш. – Она знает буквально все обо всех. И что она рассказала о нем?

– Что он очень богат и закоренелый холостяк, – сказала Лиззи.

– Закоренелый холостяк? – переспросил Николас.

– Да. Это значит, что он не хочет жениться, – объяснила Лиззи.

Николас взглянул на Пандору. -. А я-то думал, что он женится на Пэн. Это замечание вновь развеселило отца и Лиззи.

– О, Никки! – воскликнула Лиззи. – Это просто смешно.

– Не вижу ничего смешного, – сказал Николас обиженно.

– Да, в самом деле, нет ничего смешного, – сказал мистер Марш. – Пандора, а что ты думаешь о том, чтобы стать виконтессой?

Пандора очень надеялась, что ей удастся не покраснеть. Она ответила в том же тоне:

– Вообще-то я рассчитывала стать герцогиней.

Отец и сестра вновь прыснули со смеху.

– Ну разве это не здорово? – воскликнула Лиззи. – Стать герцогиней! Это было бы очень внушительно. Я-то претендую на маркизу или графиню.

– Видишь, Николас, – сказал мистер Марш, – твои сестры считают, что быть виконтессой недостаточно величественно для них. Боюсь, придется разочаровать лорда Сарсбрука.

– Вы шутите надо мной, – сказал Николас. – Я же знаю, что виконтесса – это очень внушительно.

– Да, так и есть, – сказала Пандора. – Поэтому смешно даже думать об этом. Знаешь, Николас, такие люди, как лорд Сарсбрук, не женятся на таких незначительных персонах, как твоя сестра Пэн. Может, Лиззи еще и удалось бы увлечь его, ведь она красавица.

– Но, Пэн, ты же тоже красавица, – сказал Николас.

Пандора нежно улыбнулась брату.

– Никки, это очень мило, но я вовсе не красивая. И я уверяю тебя, лорд Сарсбрук не собирается ни на ком жениться, и меньше всего на мне.

Николас нахмурился и отпил еще глоток чая. Он не понимал, почему всем кажется такой невероятной мысль о том, что Сарсбрук может жениться на Пандоре. Ему показалось, что она очень понравилась виконту.

Пока его сестры и отец продолжали говорить о чем-то другом, Николас продолжал думать о виконте. Ведь должно же быть что-нибудь, что заставит Сарсбрука всерьез заинтересоваться Пандорой.

Николас сосредоточенно нахмурил брови. Вдруг ему пришла в голову идея. Он пригласит Сарсбрука на чай. Так виконт будет иметь возможность еще раз увидеться с сестрой и может подумать о женитьбе на ней.

Придумав такой превосходный план, Николас улыбнулся и взял еще кусочек хлеба с маслом.

Выйдя от своего друга Такера, Сарсбрук направился домой. Немного поев, он принялся бродить по своему дому, словно разыскивая что-то. Слуги с интересом наблюдали такое непривычное безделье своего хозяина.

Наконец виконт уселся за стол в библиотеке и попытался взяться за свой греческий перевод. У него явно ничего не получалось, и он, оставив попытки, подошел к окну. Он стоял, глядя на улицу и думая о Пандоре Марш. С тех пор, как он уехал от Такера, он только и думал об их разговоре.

Такеру кажется, что это очень легко, думал виконт. Если слушать его, можно решить, что стоит виконту только поманить пальцем, и Пандора бросится в его объятия. «В объятия…» – повторил он про себя. Вспомнив пассажи из дневника дяди, и милое личико, и соблазнительные формы Пандоры, виконт начал представлять себе разные приятные вещи.

– Боже! – прошептал он. – Она должна быть моей!

Продолжая думать, Сарсбрук попытался представить себе практическую сторону этого мероприятия. Он, конечно же, купит ей дом и будет давать ее семье достаточно денег, чтобы они не чувствовали ни в чем недостатка.

Виконт прикинул, как долго мисс Марш будет свыкаться с этой идеей. Сарсбрук нахмурился при этой мысли. «Конечно, мистер Марш не первый отец, переживающий позор своей дочери, – цинично подумал виконт.

Если сумма будет достаточно высока, Марш, несомненно, уступит. В конце концов таков этот мир, в котором за деньги можно купить все». Сарсбрук вновь нахмурился. Ему не нравилось, что этот мир таков.

Виконт вернулся к мыслям о Пандоре. Хорошо, конечно, было бы заставить ее принять его. Дядя воспользовался ее неопытностью, Сарсбрук будет более благороден. Ну а если Пандора не захочет его принять? Ведь отказалась же она от его помощи в тысячу франков. Это само по себе было примечательно.

Кроме того, она кажется такой чувствительной девушкой. И очень интеллигентной. Конечно, она поймет всю выгодность его предложения. А он будет очень щедр. Она будет иметь наряды, слуг – все, что пожелает.

Обдумав ситуацию, Сарсбрук вспомнил слова Такера. Его друг сказал, что виконт должен ухаживать за ней. «Интересно, как это делается»? – подумал он. Сомневаясь, что сможет быть в должной мере галантен, он сразу отбросил мысль о любовных письмах и стихах. Сарсбрук задумчиво нахмурился. Вряд ли он будет силен в любовной лирике. Очевидно то, что он должен попробовать добиться успеха в чем-то другим.

И тут он вспомнил о своей сестре Изабелле. Как изумлена она будет, когда узнает, что он соблазнился хорошеньким личиком. Конечно, она не одобрит то, что он решился на недостойную связь, вместо того чтобы найти себе подходящую жену.

«Очень жаль, – подумал виконт, – что мисс Марш была неприемлема для этой роли». Если бы он когда-нибудь и решился жениться, то мысль иметь Пандору в женах казалась весьма приятной. Но никто, конечно, не станет жениться на любовнице своего покойного дяди, особенно если ее прелести так живо описаны в дневнике дяди.

Сарсбрук подошел к звонку и вызвал слугу. Дворецкий тут же появился.

– Да, милорд.

– Прикажите подавать экипаж, Арчер. Я уезжаю.

– Хорошо, милорд, – сказал слуга, поклонившись, и поспешил исполнить приказание.

Скоро Сарсбрук уже ехал в своем экипаже в резиденцию сестры. Ему пришла в голову идея, что Изабелла может помочь ему и предоставить предлог вновь увидеться с Пандорой. Если он пригласит семейство Марш на какой-нибудь светский прием, у него будет больше возможностей осуществить свой план. Конечно, Изабелле не понравится, что он решил сделать Пандору своей любовницей, но ей вовсе не обязательно знать об этом. В конце концов сэру Хэмфри удалось же сохранить в тайне подробности своей личной жизни!

Прибыв в дом Вердонов, виконт уверенно направился к двери. Он был встречен дворецким и препровожден в гостиную.

Леди Изабелла Вердон была немало изумлена, узнав, что приехал ее брат. Лорд Сарсбрук не имел привычки посещать их, и его появление было необычным. Заинтригованная сообщением дворецкого, что лорд Сарсбрук ждет в гостиной, Изабелла поспешила туда.

– Роберт, дорогой, как я рада тебя видеть! – сказала она, целуя его в щеку. – Мой муж будет так расстроен, что не встретился с тобой.

– Я приехал, чтобы поговорить с тобой, – сказал виконт. – Я хочу попросить тебя кое о чем.

– В самом деле? – спросила Изабелла. Она не помнила, чтобы брат когда-нибудь обращался к ней с просьбой. Все это было очень странно. – Я слушаю, Роберт. Я сделаю все, о чем ты попросишь.

Глядя на любопытное лицо своей сестры, он понял, что нужно очень тщательно подбирать слова, чтобы она не поняла его неправильно.

– Ты, кажется, посылала мне приглашение на свой бал? Когда он будет?

– Когда он будет? – отозвалась Изабелла. – Не хочешь ли ты сказать, что собираешься прийти? Ты что, принял приглашение?

– Конечно, нет. Я бросил его в огонь.

– Роберт!

– Но теперь я передумал.

– Как любезно с твоей стороны, – сказала ее милость, одобрительно глядя на брата. – Бал будет через три недели. Я пришлю тебе еще одно приглашение.

– Спасибо, Изабелла. И я хотел бы, чтобы ты пригласила еще кое-кого. Это люди, с которыми я недавно познакомился.

– Кого ты имеешь в виду, Роберт? Я их знаю? Надеюсь, это не твои ученые друзья?

– Вовсе нет. Ты их не знаешь. Это мистер Марш и его сын Винфилд Марш.

– Марш? Я не знаю эту семью.

– Будут еще две дочери.

– Ага! – сказала Изабелла. – Две дочери!

Я очень надеюсь, что ты влюблен в одну из них.

– Не смеши меня, – проворчал виконт. Изабелла, казалось, была рада такому ответу.

– А я думаю, что да. Роберт, дорогой, я так рада! Я надеюсь, конечно, что ты не приведешь каких-нибудь нищих провинциалов. Они респектабельны?

– Должен разочаровать тебя. Я вовсе не планирую жениться. Я просто хочу ввести это семейство в общество. Буду очень признателен тебе за помощь. Теперь все. Пригласи их. И представь своим пустоголовым друзьям.

– Но кто они? И почему ты помогаешь им?

Сарсбрук поморщился.

– Считай, что это просто мой каприз.

– Но ты никогда так не капризничал, Роберт. Но я не буду спорить. Я приглашу этих Марш, если тебе так хочется. – Она пристально посмотрела на него. – И особенно мне хотелось бы посмотреть на этих дочерей.

Виконт пропустил замечание мимо ушей.

– Так ты нанесешь визит семье Марш? Вот адрес. – Он достал из кармана листок бумаги и подал его сестре. – Сделай это как можно скорее. Я очень надеюсь, что ты уговоришь их прийти.

– Уговорю? Мой дорогой Роберт, да найдутся те, кто продал бы своего первенца, только чтобы иметь возможность попасть ко мне на бал!

Сарсбрук улыбнулся.

– Тогда разреши откланяться, Изабелла.

– Но ты же только что приехал.

– Да-да, но я же знаю, как ты занята. До свидания.

Виконту явно не терпелось уехать. Когда он наконец ушел, Изабелла покачала головой. Посмотрев на бумагу в своих руках, она подумала, что будет очень интересно познакомиться с этими Маршами.

Три дня спустя Майлз Брэкли явился в Сарсбрук-Хаус. Брэкли был тщательно одет в прекрасно сшитый сюртук горохового цвета, темно-желтые панталоны и начищенные до блеска ботфорты.

Будучи предметом особенного внимания портного, Брэкли привык своим костюмом шокировать ничтожных людей. И все же он был задет, когда открывший ему дворецкий Сарсбрука оглядел его с неодобрением. Брэкли ответил высокомерным взглядом.

– Я приехал к своему кузену Сарсбруку по важному делу.

Арчер, который уже долго работал у Сарсбрука, прекрасно знал мнение хозяина о джентльмене, стоящим перед ним.

– Мне очень жаль, мистер Брэкли, – сказал дворецкий, – но хозяина нет дома.

Брэкли нахмурился.

– Это неважно, – сказал он, оттесняя испуганного слугу и проходя в дом. – Я подожду его.

– Не думаю, что это удобно, – сказал Арчер. – Его милость может отсутствовать очень долго.

– Я не против подождать. Да, пожалуй, я подожду его в библиотеке. Нет нужды показывать мне дорогу.

Арчер был шокирован напором Брэкли. Зная, что его хозяин будет разгневан, если найдет Брэкли здесь, он попытался остановить его.

– Извините, сэр, – сказал он твердо. – Я настаиваю, чтобы вы удалились. Я передам хозяину, что вы заходили.

– А я настаиваю, что подожду его здесь, – сказал Брэкли раздраженно, направляясь в библиотеку. Арчер поспешил вслед за ним, не зная, что ему делать.

Войдя в библиотеку, Брэкли уселся на стул.

– Вот так. Передайте Сарсбруку, что я здесь, как только он приедет.

– В самом деле, сэр, я не могу допустить, чтобы вы оставались здесь. Вы должны покинуть дом.

– Проклятье! Я не уйду! – воскликнул Брэкли. – У меня дело к вашему хозяину. Если он не отвечает на мои письма, я должен поговорить с ним лично. И не собираюсь выслушивать от слуги, что я должен делать. Выйдите вон!

Арчер колебался. Он отнюдь не был крупным мужчиной и не считал себя в состоянии силой выгнать несносного родственника. Кроме того, Брэкли был все же джентльменом.

И Арчер рассудил, что ему ничего не остается делать, как позволить молодому человеку остаться, а после смиренно перенести гнев своего хозяина.

Дворецкий сдержанно кивнул Брэкли. Он поспешил прочь из комнаты, чтобы обсудить событие с экономкой Сарсбрука.

Брэкли был очень рад видеть смятение Арчера. Он не сомневался, что слуги Сарсбрука получили строгое распоряжение не принимать его. Поднявшись со стула, Брэкли стал прогуливаться по комнате. Он осмотрел полки, подумав, что Сарсбрук тратил огромные деньги на книги. Сам Брэкли нечасто пользовался ими.

Подойдя к рабочему столу Сарсбрука, он наугад вытащил из стопки книг одну. Открыв ее и определив, что это греческий, Брэкли бросил том с отвращением. «Мой кузен странный парень, помешанный на книгах, – подумал он. – Как несправедливо, что именно ему достались все деньги!»

Брэкли вновь сел за стол кузена. Взяв бумаги, он просмотрел их. Похоже, это были стихи, написанные нервной, худой рукой. Он положил бумаги на стол без интереса.

Увидев роскошный пресс для бумаги, Брэкли взял его и лениво принялся рассматривать. Положив его на место, он принялся за другие предметы на столе Сарсбрука. Там стояла маленькая деревянная коробочка, которую он тут же открыл. В ней были какие-то бумаги. Брэкли взял их и пролистал. Найдя их неинтересными, Брэкли положил все обратно. И тут он заметил ключик на дне коробки. Вынув ключик, он зажал его в ладони.

Заметив, что один из ящиков стола запирался на замок, Брэкли поразмыслил, можно ли этим ключиком открыть ящик. Он вставил его в замок и повернул. Ключ прекрасно подошел. Брэкли ухмыльнулся. Что там, интересно, прятал его кузен? Забавно будет посмотреть.

Быстро оглянувшись на дверь, он открыл ящик и вытащил оттуда книгу.

Взяв книгу в руки Брэкли открыл ее.

– Дневник, – сказал он, перевернув несколько страниц. – Наверное, нет ничего более скучного, чем дневник моего кузена.

Брэкли уже собирался положить дневник в стол, но решил еще раз взглянуть на него.

– Да это не Сарсбрука! – сказал он, прочитав первую страницу. – Это моего дяди! Интересно, что этот старый скряга собирался оставить будущим поколениям?

Брэкли полистал несколько страниц.

– О! А это что? – сказал он с загоревшимися глазами, наткнувшись на интересный пассаж. – Бог ты мой!

Хотя Брэкли обычно не любил читать, тут он просто впился глазами в строчки. Он буквально не мог поверить тому, что видит. Развеселившись, Брэкли игриво ухмыльнулся.

– Ах, старый развратник! – сказал он. Прочтя еще несколько пассажей, он вновь оглянулся на дверь. К счастью, никого не было. Брэкли закрыл дневник. Сунув его за пазуху, он закрыл ящик и положил ключ на место.

Встав из-за стола, Брэкли оставил библиотеку и беззвучно удалился. Несколько минут спустя в комнату вошел Арчер в сопровождении двух дюжих слуг. Обсудив это дело с экономкой его милости, он решил, что нужно выставить Брэкли из дома как можно скорее.

Арчер очень удивился, не найдя в библиотеке ни души. Когда одна из горничных сказала, что видела, как джентльмен покинул дом и уехал в своем экипаже, дворецкий был сбит с толку. Но он с облегчением понял, что ссоры удалось избежать.