Текст книги "Избранные произведения"

Автор книги: Мао Цзедун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

6. СОСРЕДОТОЧЕНИЕ СИЛ

На первый взгляд сосредоточение сил кажется очень легким делом, однако в действительности это не так. Каждому понятно, что самое лучшее – побеждать большим числом меньшее. Однако у многих это не получается; они, наоборот, часто распыляют свои силы. Это происходит потому, что у руководителей недостаточно развито стратегическое мышление, что они теряются в сложной обстановке, а потому попадают в ее власть, утрачивают инициативу и становятся на путь латания дыр.

Даже в самой сложной, серьезной и тяжелой обстановке военный руководитель прежде всего обязан организовать и использовать свои силы самостоятельно и активно. Случаи, когда противник вынуждает нас к пассивности, возможны всегда. Главное в таких случаях – быстро вернуть себе инициативу. Если вернуть инициативу не сумеешь, неизбежно последует поражение.

Инициатива – не абстрактное, а конкретное, материальное понятие. Самое главное – это сохранить и сосредоточить возможно большие активные силы.

Собственно говоря, инициативу легко утратить при обороне. Это совсем не то, что наступательные действия, когда ее можно полностью развернуть. Однако при обороне возможно пассивную форму наполнить активным содержанием, перейти от пассивности по форме к инициативе как по форме, так и по содержанию. Полностью предусмотренное планом стратегическое отступление является по форме вынужденным, но по содержанию оно ставит своей целью сохранение живой силы армии, выжидание момента для разгрома противника, заманивание его в глубь территории, подготовку к контрнаступлению. Лишь такие действия, как отказ от отступления и опрометчивое вступление в бой (как, например, бой под Сяоши), практически представляют собой потерю инициативы, хотя внешне они и выглядят как борьба за инициативу. При стратегическом же контрнаступлении инициатива проявляется уже не только в содержании, но и в самой форме, которая представляет собой отказ от пассивности этапа отступления. Для противника наше контрнаступление означает стремление наших войск лишить его инициативы и обречь на пассивность.

Необходимыми условиями для полного достижения этой цели являются: сосредоточение сил, маневренность и стремительность в боевых действиях, действия на уничтожение; при этом сосредоточение сил является первоочередным и важнейшим делом.

Сосредоточение сил необходимо для того, чтобы изменить обстановку у обеих сторон.

Во-первых, оно должно привести к перемене ролей сторон в отношении продвижения вперед и отхода. До сих пор противник продвигался вперед, а мы отходили; теперь мы пытаемся добиться того, чтобы мы продвигались вперед, а противник отходил. Когда мы бросаем в бой сосредоточенные силы и одерживаем победу, эта цель достигается уже в данном бою, что вместе с тем оказывает влияние и на весь ход кампании.

Во-вторых, сосредоточение сил должно привести к перемене ролей в отношении наступления и обороны. В обороне отступление вплоть до его конечного пункта относится в основном к пассивному этапу, то есть к этапу обороны; контрнаступление же относится к активному этапу, то есть к этапу наступления. Хотя стратегическая оборона в целом еще не утрачивает своего оборонительного характера, однако контрнаступление в сравнении с отступлением уже является переломом не только по форме, но и по содержанию. Контрнаступление представляет собой переход от стратегической обороны к стратегическому наступлению; оно носит характер преддверия стратегического наступления. Этой цели и служит сосредоточение сил.

В-третьих, сосредоточение сил должно привести к перемене ролей в отношении действий на внутренних и внешних линиях. Армия, сражающаяся на внутренних стратегических линиях, в особенности Красная армия Китая, в условиях предпринимаемых против нее «походов» встречается с целым рядом неблагоприятных факторов. Однако в операциях и в отдельных боях мы можем и безусловно должны изменять это положение: мы должны превращать большой «поход» армии противника, направленный против нас, во множество отдельных маленьких походов наших войск против армии противника; концентрированный удар стратегического масштаба, который наносит нам с различных направлений армия противника, превращать в концентрированные удары оперативного и тактического масштаба, которые наносит противнику с различных направлений наша армия; превосходство армии противника над нами в стратегическом отношении превращать в наше превосходство над противником в оперативном и тактическом отношении; более сильного, чем мы, в стратегическом отношении противника превращать в более слабого в оперативном и тактическом отношении, а вместе с тем компенсировать слабость нашей армии в стратегическом отношении преимуществами в оперативном и тактическом отношении. Это и называется ведением военных действий на внешних линиях, находясь на внутренних; это называется походом внутри «похода», блокадой внутри блокады, наступлением при обороне, превосходством наших сил при превосходстве сил противника, силой при слабости, благоприятными условиями при неблагоприятных, инициативой при пассивности. Завоевание победы в стратегической обороне в основном зависит от такого средства, как сосредоточение сил.

В истории боевых действий китайской Красной армии эта проблема часто превращалась в объект серьезных дискуссий. В сражении под Цзианем 4 октября 1930 года выступление и атака были начаты еще до полного сосредоточения сил. К счастью, противник (дивизия Дэн Ина) бежал сам, и атака фактически никакой цели не достигла.

В начале 1932 года был выдвинут лозунг так называемых «ударов по всему фронту», который требовал, чтобы удары наносились из баз во все стороны – на восток и на запад, на юг и на север. Это требование неверно не только при стратегической обороне, но даже и при стратегическом наступлении. Пока все соотношение сил противника и наших сил не изменилось коренным образом, оборона и наступление, сковывание и удар будут существовать у нас бок о бок как в стратегии, так и в тактике; что же касается так называемых «ударов по всему фронту», то в жизни они встречаются крайне редко. Лозунг «ударов по всему фронту» был выражением концепции равномерного распределения сил, пришедшей к нам вместе с военным авантюризмом.

Сторонники концепции равномерного распределения сил к 1933 году выдвинули и такую формулировку, как «бить противника двумя кулаками». В попытке добиться победы одновременно на двух стратегических направлениях главные силы Красной армии были разделены на две части. В результате один «кулак» бездействовал, а второй был измотан в боях; больше того, была упущена реальная возможность крупнейшей победы. По моему мнению, если имеешь дело с мощным противником, вне зависимости от того, сколько у тебя войск, на одном отрезке времени должно существовать только одно главное направление их использования, а не два. Я не возражаю против двух и даже больше чем двух операционных направлений, но в каждый данный момент должно существовать только одно главное направление. Прогремевшие на весь мир боевые успехи китайской Красной армии, которая появилась на фронтах гражданской войны как небольшая сила, но много раз громила своего мощного противника, в весьма значительной степени объясняются применением принципа сосредоточения сил. В этом можно убедиться на примере любой из наших крупных побед. «Одному стоять против десяти, десяти – против сотни» – эта формулировка в стратегии относится к войне в целом, к соотношению между нашими силами и силами противника в целом. В этом смысле у нас дело обстоит именно так. Но эта формулировка не действительна ни в оперативном искусстве, ни в тактике, и здесь мы отнюдь не можем ей следовать. Как в контрнаступлении, так и в наступлении мы всегда сосредоточиваем большие силы для удара по одной из частей противника. Неудачи во всех таких действиях, как операция против Тань Дао-юаня в районе Дуншао уезда Нинду в провинции Цзянси в январе 1931 года, операция против 19-й армии в районе Гаосинсюй уезда Синго в провинции Цзянси в августе 1931 года, операция против Чэнь Цзи-тана в районе Шуйкоусюй уезда Наньсюн в провинции Гуандун в июле 1932 года, операция против Чэнь Чэна в районе Туаньцунь уезда Личуань в провинции Цзянси в марте 1934 года, объясняются тем, что мы не сосредоточивали своих сил. Такие операции, как под Шуйкоусюем и под Туаньцунем, в общем всегда рассматривались как победы, и притом крупные (в первой было разгромлено 20 полков Чэнь Цзи-тана, во второй – 12 полков Чэнь Чэна), но мы никогда не приветствовали таких побед, а в некотором смысле их можно даже назвать нашими поражениями. С нашей точки зрения, значение такого рода побед очень невелико, поскольку они не приносят трофеев или дают трофеи, которые не превышают наших потерь. Наша стратегия состоит в том, чтобы одному биться против десяти, наша тактика – в том, чтобы десяти биться против одного. Это – один из основных законов, обеспечивающих нам победу над врагом.

Своего кульминационного пункта концепция равномерного распределения сил достигла во время пятого контрпохода в 1934 году. Считалось, что «разделением армии на шесть направлений», «отпором по всей линии фронта» можно осилить врага; но в результате осилил враг – и все это потому, что боялись утратить территорию. Когда главные силы концентрируются на одном направлении, а на других направлениях остаются только сковывающие силы, то там естественно и неизбежно бывают территориальные потери. Но это временные и частичные потери, ценой которых достигается победа на направлении удара. Когда же на направлении удара победа достигнута, то потерянное на направлениях сковывающих действий можно восстановить. Во время первого, второго, третьего и четвертого «походов» мы понесли территориальные потери, особенно во время третьего «похода», когда база Красной армии в Цзянси была почти полностью утрачена. Однако в итоге мы не только восстановили, но даже расширили свою территорию.

В результате недооценки мощи народных масс на территории баз нередко возникает ложная боязнь ухода Красной армии на далекие расстояния от этих баз. Так было в 1932 году, когда Красная армия ударила из провинции Цзянси на Чжанчжоу в провинции Фуцзянь, в 1933 году во время наступления Красной армии на Фуцзянь после победы в четвертом контрпоходе. В первом случае люди боялись, что вся база будет захвачена противником, во втором – боялись, что будет захвачена часть базы, и, возражая против сосредоточения вооруженных сил, настаивали на выделении войск для ее охраны. Однако результаты доказали необоснованность этих страхов. Во-первых, с точки зрения противника, соваться в базы рискованно; во-вторых, главной опасностью для него является Красная армия, вышедшая с боем в белые районы. Поэтому внимание неприятельской армии всегда сосредоточивается на главных силах Красной армии, где бы они ни находились. Очень редко случается, чтобы противник оставил без внимания главные силы Красной армии у себя в тылу и устремился на наши базы. Даже тогда, когда Красная армия находится в обороне, внимание противника все равно концентрируется на ней. Сокращение территории баз входит в общий план противника, но когда сосредоточенные силы Красной армии уничтожают одну из его группировок, командованию неприятельской армии приходится еще больше сосредоточивать свое внимание и свои военные силы на действиях против Красной армии. Поэтому планы противника, направленные к сокращению территории баз, могут быть сорваны.

Неверно и утверждение, будто во время пятого «похода», в котором применялись принципы «войны блокгаузов», нельзя было воевать сосредоточенными силами и можно было применять лишь рассредоточенную оборону и короткие удары. «Фортификационный» способ ведения противником войны рывками в три-пять ли и скачками в восемь-десять ли был всецело обусловлен тем, что Красная армия сама оказывала отпор на всех рубежах. Если бы паша армия, действуя на внутренних линиях, отказалась от тактики сопротивления на всех рубежах, а затем, в необходимый и возможный момент, ударила бы по внутренним линиям противника, то обстановка, несомненно, сложилась бы иначе. Закон сосредоточения сил как раз и является орудием победы над концепцией «войны блокгаузов».

Принцип сосредоточения военных сил, на котором мы настаиваем, отнюдь не требует отказа от народной партизанской войны. Как ужо давно доказано, лилисаневская линия, отвергавшая «малую» партизанскую войну и требовавшая, чтобы «все, до последней винтовки, было сосредоточено в руках Красной армии», была неверной. С точки зрения революционной войны в целом, народная партизанская война, с одной стороны, и главные силы Красной армии – с другой, являются как бы двумя руками одного человека. Использовать только главные силы Красной армии и не развертывать народной партизанской войны – значит воевать одной рукой. Население революционных баз, активно помогающее Красной армии, – это, говоря конкретно, особенно с точки зрения ведения войны, вооруженный народ. Главным образом поэтому противник и считает, что в базы ему соваться опасно.

Располагать части Красной армии на второстепенных операционных направлениях также необходимо; вовсе не следует сосредоточивать все и вся на главном направлении. Сосредоточение сил, на котором настаиваем мы, основано на необходимости обеспечить наше абсолютное или относительное превосходство на поле боя. Против мощного противника или на ответственных участках фронта надо воевать, имея абсолютный перевес сил. Например, 30 декабря 1930 года в первом сражении первого контрпохода против 9 тысяч солдат Чжан Хуэй-цзаня было сосредоточено 40 тысяч наших бойцов. Для действий против слабого противника или на менее ответственных участках фронта достаточно обладать и относительным перевесом сил. Например, 29 мая 1931 года в последнем сражении второго контрпохода Красная армия, наступая на Цзяньнин, имела лишь немногим более 10 тысяч бойцов против 7 тысяч человек дивизии Лю Хэ-дина.

Это не значит также, что перевес сил необходимо иметь во всех случаях; в определенных условиях можно выйта на поле боя и при относительном или абсолютном превосходстве сил противника. Для первого случая, когда противник обладает относительным перевесом сил, возьмем такой пример: в каком-нибудь районе имеется только небольшой отряд Красной армии (речь здесь не идет о случаях, когда силы имеются, но они не сосредоточены); при наступлении превосходящих сил противника, если отношение населения, рельеф местности и погода серьезно нам благоприятствуют, Красная армия, сковав противника в центре и на одном фланге с помощью партизанских отрядов или мелких воинских частей и сосредоточив все свои силы, наносит внезапный удар по какому-нибудь участку другого фланга противника. Это, конечно, также необходимо и может принести победу. Когда мы внезапно атакуем какой-нибудь участок одного фланга, то, как и в ранее рассмотренных случаях, мы действуем на основе принципа численного превосходства, победы большего числа над меньшим. Для второго случая (абсолютное превосходство сил противника) примером может служить внезапный налет партизанского отряда на большой отряд белых войск. Партизаны атакуют лишь небольшую часть сил противника, точно так же применяя сформулированный выше принцип.

К утверждению, что сосредоточение большой армии для боя на одном плацдарме создает затруднения в отношении использования рельефа местности, дорог, снабжения, размещения и т. д., следует также подходить дифференцированно, в зависимости от обстоятельств. Эти затруднения различны по своей степени для Красной армии и для белой армии, так как Красная армия способна переносить большие тяготы, чем белая.

Малым числом мы побеждаем большое – так заявляем мы силам, господствующим над всем Китаем. Вместе с тем большим числом мы побеждаем малое – так заявляем мы отдельной части противника, с которой сталкиваемся на поле боя. Теперь это уже не секрет, противник в общем уже знаком с нашим нравом. Но он не может предотвратить нашу победу или избежать урона, который мы ему наносим, так как не знает, когда и где мы будем бить его этим методом. Это мы держим в секрете. Боевые действия Красной армии в общем носят форму внезапных ударов.

7. МАНЕВРЕННОСТЬ В ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЯХ

Война маневренная или война позиционная? На этот вопрос мы отвечаем: маневренная. В условиях, когда мы не обладаем большими силами и источниками снабжения боеприпасами, когда на каждую базу имеется лишь одна группа войск Красной армии, перебрасываемая каждый раз туда, где нужно драться, позиционная война для нас в основном непригодна. Методы позиционной войны, как правило, неприменимы для нас не только в обороне, по и в наступлении.

Одной из наиболее ярких особенностей боевых действий Красной армии, особенностей, вытекающих из того положения, что технически противник силен, а Красная армия слаба, является отсутствие стабильной линии фронта.

Линия фронта Красной армии определяется ее операционными направлениями. Отсутствие стабильных операционных направлений лишает стабильности и линию фронта. Хотя общее направление в каждый данный отрезок времени остается неизменным, отдельные частные направления, образующие в совокупности общее, меняются постоянно: когда войска, действующие на одном из направлений, оказываются скованными, следует переключаться на другое. Если по прошествии определенного периода окажутся скованными и войска, действующие на общем направлении, то следует изменить и это общее направление.

В период гражданской революционной войны линия фронта не может быть стабильной; такое положение существовало даже в истории СССР. Положение армии СССР отличалось в этом смысле от положения нашей армии лишь тем, что там эта нестабильность никогда не доходила до такой степени, как у нас. Ни в одной войне не может быть совершенно стабильных линий фронта; этому препятствуют изменения, обусловленные победами и поражениями, наступлениями и отступлениями. Однако относительно стабильные линии фронта в обычных войнах встречаются часто. Исключения бывают только у тех армий, которые борются при крайне неблагоприятном соотношении сил, как, например, у китайской Красной армии на данном этапе.

Нестабильность линии фронта приводит и к нестабильности территории баз, которые непрерывно увеличиваются и уменьшаются, сокращаются и расширяются. Нередки также случаи, когда отдельные базы то возникают, то исчезают. Такая изменчивость территории целиком обусловлена изменчивостью хода военных действий.

Изменчивость хода военных действий и изменчивость территории придают такой же изменчивый характер и всей созидательной работе в базах. При таком положении вещей трудно представить себе планы этой работы на сколько-нибудь длительный срок. Частое изменение планов стало для нас самым обыденным явлением.

Признавать эту особенность нам весьма полезно. Определяя на ее основе свои очередные задачи, мы не должны строить иллюзий насчет войны только наступательной, войны без отступления, не должны пугаться временных изменений территории и изменений нашего военного тыла, не должны пытаться составлять конкретные планы на длительные периоды. Наши замыслы и работу надо приноравливать к обстановке; мы должны быть готовы осесть на месте или двинуться в путь, должны держать под рукой свой походный ранец. Только ценою усилий, которые мы прилагаем в своей нынешней подвижной жизни, мы можем добиться в будущем меньшей подвижности, а затем и полной стабильности.

При стратегическом курсе на так называемую «регулярную войну», господствовавшем во время пятого контрпохода, такая подвижность отрицалась, против так называемой «партизанщины» боролись. Товарищи, выступавшие против подвижности, изображали из себя правителей большого государства. А в результате была приобретена совершенно необычайная подвижность – Великий поход на 25 тысяч ли.

Наша рабоче-крестьянская демократическая республика представляет собой государство, но сегодня она еще не государство в полном смысле этого слова. Мы пока еще переживаем период стратегической обороны в гражданской войне, и наша власть пока еще очень далека от того, чтобы принять законченную государственную форму. Наша армия по своей численности и технике еще значительно уступает противнику, наша территория еще очень мала. Противник только и думает о том, как бы нас уничтожить. В этих условиях, определяя свою политику, мы, как правило, должны не бороться огульно против «партизанщины», а по-честному признать партизанский характер Красной армии. Стыдиться здесь нечего. Наоборот, партизанский характер является нашей особенностью, нашей сильной стороной, орудием нашей победы над врагом. Мы должны готовиться к отказу от партизанского характера армии, однако сегодня отказаться от него еще не можем. В будущем партизанский характер армии, несомненно, станет чем-то зазорным, таким, от чего следует отказаться, но сегодня это еще нечто ценное, во что мы должны крепко держаться.

«Есть возможность выиграть – деремся, нет – уходим» – вот популярное объяснение сущности нашей нынешней маневренной войны. В мире нет таких военных специалистов, которые считали бы необходимым только драться и отрицали бы необходимость уходить – но только уходить не так много, как уходим мы. У нас обычно переходы занимают больше времени, чем боевые действия. Если у нас бывает в среднем один крупный бой в месяц, это уже хорошо. Но когда мы и «уходим», то делаем это всегда только для того, чтобы драться. Все наши стратегические и оперативные установки основываются на стремлении драться. Однако в ряде случаев драться бывает невыгодно: во-первых, если противник обладает перевесом сил, то драться нецелесообразно; во-вторых, если силы противника и невелики, но он очень близко соприкасается со своими соседними частями, то иногда драться тоже нецелесообразно; в-третьих, вообще говоря, нецелесообразно драться с какой бы то ни было группировкой противника, если она не изолирована или занимает очень прочные позиции; в-четвертых, когда мы уже ввязались в «драку», но победить не можем, продолжать «драку» не следует. Во всех перечисленных случаях мы должны быть готовы отходить. Такие отходы допустимы и необходимы. Ведь наше признание необходимости отходить основывается прежде всего на признании необходимости драться. Именно в этом состоит основная особенность маневренной войны, которую ведет Красная армия.

Наша война является в основном маневренной, но "то не означает отказа от методов позиционной войны, когда они необходимы и возможны. В период стратегической обороны следует признать необходимость применения методов позиционной войны при упорной защите некоторых опорных пунктов на направлениях сковывающих действий, а в период стратегического наступления при наступлении на изолированного противника. У нас уже накопилось немало опыта в использовании методов позиционной войны для достижения победы: такими методами мы взяли немало городов, фортов, дзотов, прорывали довольно сильно укрепленные полевые позиции противника. В дальнейшем наши усилия в этом направлении следует увеличить, следует ликвидировать нашу слабость в этом отношении. Мы должны безоговорочно стоять за наступление на укрепленные позиции противника и за позиционную оборону в тех случаях, когда обстановка этого требует и допускает. Мы возражаем лишь против того, чтобы сегодня вообще переключиться на методы позиционной войны, и против того, чтобы уравнять их в правах с методами войны маневренной; это было бы недопустимо.

Оставались ли вполне постоянными партизанский характер действий Красной армии, отсутствие стабильных линий фронта, изменчивость территории баз, изменчивый характер планов созидательной деятельности в базах на протяжении всех десяти лет войны?

Нет, изменения происходили. Между цзинганшаньским периодом и началом первого контрпохода был первый этап, на котором партизанский характер действий Красной армии и изменчивость территории проявлялись весьма сильно. Это был младенческий период существования Красной армии, а базы тогда были еще партизанскими районами. Период между первым и третьим контрпоходами представлял собой второй этап, на котором партизанский характер действий и изменчивость территории значительно уменьшились, в Красной армии были созданы фронты, уже существовали базы с несколькими миллионами населения. Период между третьим и пятым контрпоходами – это третий этап: партизанский характер действий и изменчивость территории уменьшились еще значительнее, были созданы центральное правительство и Революционный военный совет. Великий поход – четвертый этап: на этом этапе в результате ошибочного отрицания частично партизанского характера действий Красной армии и незначительной изменчивости территории баз получились сугубо партизанский характер и сугубая изменчивость. В настоящее время мы переживаем пятый этап: вследствие того, что пятый «поход» не был разгромлен и в результате такой большой «подвижности» Красная армия и базы резко сократились. Однако мы уже прочно обосновались на Северо-Западе; укреплена и расширена база в Пограничном районе Шэньси – Ганьсу – Нинся; три фронта главных сил Красной армии уже находятся под единым командованием, чего не было раньше.

С точки зрения характера нашей стратегии можно сказать, что период от Цзинганшаня до четвертого контрпохода был первым этапом, пятый контрпоход – вторым этапом, а период от начала Великого похода по настоящее время является третьим этапом. Во время пятого контрпохода прежняя правильная стратегическая линия была ошибочно отвергнута; сейчас мы вновь правильно отвергаем ошибочную линию, проводившуюся во время пятого контрпохода, и воскрешаем прежнюю правильную линию. Однако мы отвергаем не все то, что существовало во время пятого контрпохода, и воскрешаем не все то, что существовало до него. Мы воскрешаем только лучшее из того, что было прежде, и отвергаем только то, что было ошибочным во время пятого контрпохода.

«Партизанщина» имеет две стороны.

Одна сторона состоит в отсутствии регулярности, то есть в отсутствии централизации, в отсутствии единства, в недостаточно строгой дисциплине, в упрощенных методах работы и т. д. Все это было принесено самой Красной армией из младенческого периода ее существования, а кое-что было в то время просто необходимо. Однако на более высоких ступенях развития Красной армии следует постепенно и сознательно избавляться от этого, делать Красную армию более централизованной, более единой, более дисциплинированной, вводить в ней более совершенные методы работы, то есть придавать ей более регулярный характер. В области оперативного руководства также следует постепенно и сознательно ослаблять ненужный на более высокой ступени развития партизанский характер армии. Не идти вперед в этом отношении, упорно цепляться за пройденный этап недопустимо, невыгодно и вредно при ведении военных действий крупного масштаба.

Другая сторона «партизанщины» состоит в установке на маневренные методы ведения войны, то есть подвижные партизанские методы, которые сейчас все еще необходимы для ведения военных действий как стратегического, так и оперативного масштаба, в изменчивости территории баз, которой мы пока еще не можем воспрепятствовать; в гибкости планов созидательной деятельности в базах; в отказе от преждевременного стремления к строительству Красной армии на основе полной регулярности. В этом вопросе отвергать исторические факты, возражать против сохранения того, что полезно, неосмотрительно отрываться от современного этапа, слепо гнаться за пока еще недостижимым, еще не имеющим сегодня реального смысла так называемым «новым этапом» – все это в равной мере недопустимо, вредно и невыгодно для ведения военных действий в настоящее время.

Сейчас мы находимся накануне нового этапа в развитии техники и организации Красной армии и должны готовиться к переходу в этот новый этап. Не готовиться к этому было бы неправильно, было бы невыгодно для дальнейшего ведения войны. В будущем, когда технические и организационные условия в Красной армии изменятся и Красная армия вступит в новый этап своего строительства, операционные направления и линии фронта Красной армии относительно стабилизируются, возрастет роль методов позиционной войны, – подвижный характер войны и изменчивость территории и планов строительства резко уменьшатся и наконец будут полностью ликвидированы. Тогда нас не сможет ограничивать все то, что нас ограничивает сейчас, как, например, численное превосходство противника или защищаемые им укрепленные позиции.

Сейчас мы боремся, с одной стороны, против ошибочных методов, применявшихся в период господства «левого» оппортунизма, и, с другой стороны, против возрождения целого ряда тех черт нерегулярности, которые были присущи Красной армии в младенческий период ее существования и которые теперь уже не нужны. Но мы решительно возрождаем те многочисленные ценные принципы строительства армии, стратегические и тактические принципы, применяя которые Красная армия неизменно одерживала победы. Мы должны обобщить все то ценное, что у нас было в прошлом, и превратить это в систематизированную, еще более развитую и обогащенную военную линию, чтобы побеждать врага сегодня и подготовиться к вступлению в новый этап в будущем.

Область маневренной войны охватывает очень много вопросов. Сюда входят, например, разведка, оценка обстановки, принятие решения, группировка войск для боя, управление боем, маскировка, сосредоточение сил, марш, развертывание, атака, преследование, внезапный удар, штурм позиций, оборона позиций, встречный бой, отступление, ночной бой, бой в особых условиях, уклонение от столкновений с сильным противником и удар по слабому, осада городов и истребление идущих к ним подкреплений, ложная атака, противовоздушная оборона, пребывание между несколькими группами противника, бой с целью выхода из окружения, серия боев, ведение боевых действий при отсутствии тыла, необходимость отдыха и накопления сил и т. д. и т. п. В истории Красной армии все эти виды действий характеризовались многочисленными особенностями и должны быть систематически изложены, обобщены и подытожены в курсе оперативного искусства. Здесь я их касаться не буду.