![](/files/books/160/oblozhka-knigi-u-kazhdogo-svoya-vysota-padeniya-si-242574.jpg)
Текст книги "У Каждого, Своя Высота Падения (СИ)"
Автор книги: Максим Рощин-Щавинский
Жанр:
Разное
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 51 страниц)
Увидев Максима, его мать Зинаида Семёновна, шедшая по двору в этот момент по каким-то своим домашним делам, приглушённо по-женски охнула, остановилась, и её руки потянули фартук к глазам....
– Я, чувствовала, что именно сегодня ты и приедешь! – всячески стараясь скрыть своё волнение и блеснувшие в глазах слезы, медленно и негромко, но при этом, всё равно заметно волнуясь, она с определённым трудом произнесла – Ну, здравствуй Максимушка, здравствуй сынок мой...!
– Здравствуй мамочка! Вот наконец-то я и дома...! Рядом с моей Мамой...! Не мог же я, твой единственный и любимый сын, обмануть предчувствия своей мамы. Это было бы не хорошо, не по сыновьи.
Прижимая к себе мать, он чувствовал, что его волнение куда-то уходит, сердце успокаивается, и он обретает чувство уверенности и покоя.
Как когда-то в детстве, много лет назад, прижимаясь к своей матери, и прячась у неё на груди от каких то своих детских забот и тревог, он так же находил тепло, покой, уют и уверенность.
= = =
ГЛАВА – 6.
«ВСТРЕЧА с ДРУЗЬЯМИ. ЛЕНА...».
Максим, по прибытии домой, ещё никому из своих друзей и знакомых не звонил, и поэтому о его приезде, как он полагал, никто не мог знать.
Но это было не совсем так. Он ошибался. Когда Максим шёл домой, его видели соседи, знакомые, бабушки-старушки, вечно сидящие на лавочках, и как водится в таких случаях, беспроводной телеграф в небольшом городке, очень чётко сработал. Почти, как телефонная связь в сорок первом году.
Первым позвонил Валерка Коваль, отслуживший в армии на полгода раньше Максима.
– С возвращением домой, Чао! Привет дружище...! О том, что ты приехал, мне сообщил по телефону, твой сосед Саша Рубан. Я чуть до потолка не подскочил от радости. Должен тебе сказать, что тебя мне последнее время очень сильно не хватало. Было, как-то скучно и неинтересно, а иногда, просто даже тоскливо, хоть на Луну вой. А мы к этим вещам непривычные. Необходимо срочно исправлять такое положение дел. Ты же у нас мастер на такие штучки-дрючки, вот тебе и карты в руки и пёрышко в одно место для лёгкости. Да так, что б аж с завихрением. Так, что давай, дерзай Чао...! Подробно поговорим обо всём у тебя вечером. Есть у нас в голове кое-какие мыслишки на этот счёт! Кстати, я буду с подругой, ты её не знаешь. Новенькая так сказать. Представлю у тебя дома. К какому времени к тебе подтягиваться Чао...?
– Валерка, я тебя узнаю дружище...! Тебя, как и раньше, не остановить! Или, что поговорить не с кем было всё это время? Но ты, как всегда молодец....! Спасибо за звонок, но по телефону долго болтать не будем. Ещё успеем наговориться. Да и дела есть неотложные по хозяйству. К примеру, водку охладить.... Готовиться к встрече надо. К встрече старых, верных друзей. Подходи ко мне вечерком, часам к семнадцати. Без опозданий. А с твоей новой подружкой у меня и познакомимся. Хорошо...!?
– К пяти вечера по гражданскому времени ты имеешь в виду? Идёт! Замётано. Ну, тогда пока.... До встречи Чао!
= = =
Максим, мягко говоря, верховодил среди своих друзей. Он до конца не понимал, почему это так происходит, и от чего это зависит, но он видел и знал, что по каким-то ему непонятным причинам и законам, ребята к нему тянутся, и его мнение, как правило, во всём, и всегда было последним и главенствующим. Интересно то, что почитай с каждым из них в своё время, он выяснял отношения далеко не интеллигентным способом, а именно способом обыкновенного мордобоя. Один просто говорил другому – Пойдём, выйдем.... – Так в то время было модно. Находили укромное местечко, и там «пластались...». Дрались до первой крови, до сбивания с ног, или до конца, пока побеждённый противник, не попросит пощады. В зависимости от уговора перед дракой. Дрались, открыто, свободно. Никто не опасался получить удар в пах ногой. Считалось за большую подлость, бить ниже пояса. Кто был на земле, того не били. Никакого подручного «оружия». Только свои кулаки, и больше ничего.
И Максим, у которого одним из правил, или даже его боевым девизом был... – Всегда бей первым... (ему так же очень нравился ратный клич Стеньки Разина: -"Сарынь на кичку...!") – как правило, в каждом из этих поединков, добивался перевеса и частенько выходил победителем. Драться он умел, а иногда даже, просто с каким-то непонятным для себя удовольствием занимался этим "делом...". После этого, он старался не относиться к ним, как к своим "рабам", или как к мальчикам на побегушках. Нет.... Он относился к ним, как к абсолютно равным партнёрам, без видимого намёка на какое-то своё превосходство, но, тем не менее..., в большинстве случаев, правом принимать окончательное решение по многим вопросам в своем окружении, обладал он один. Где встречаться, в какое время, куда пойти, и чем заняться, решал Максим. С ним особо не спорили, и с его решениями были согласны.
Максим, старался не рассуждать, правильно это или нет, хорошо или плохо, но отказываться от этого пока не собирался. Да и правила улицы его не хотели отпускать.
Где-то там, глубоко в подсознании он чувствовал, что быть вторым он никогда не сможет. – Или Первый, или..... – о том что может быть после второго "или" он старался не думать.
Были примеры, когда он встречал более сильного и более умного противника, и, вынужденно уважая эти качества, которые ставили этого противника выше его самого, вне зависимости от желания – хочу, не хочу – должен, не должен, он уходил. В другое окружение, к новым людям, на другую территорию. Не потому, что боялся. Нет.... Просто глупо двум медведям укладываться спать в зиму, в одну берлогу, а двум мудрецам в односпальную кровать... – считал Максим... – Места, под солнцем, для всех более чем достаточно. Никогда, и ни при каких обстоятельствах не жадничай. Тебе надо, только вовремя занять, своё место.
Как бы там ни было, но приезд его не остался незамеченным.... К семнадцати часам подошли, Володя Доброхотов, Валерка Коваль с подругой Ириной, Миша Канин, Володя Пороховников. И что самое, может быть удивительное, пришла Лена Гриневич.
Перед уходом в армию, она, пятнадцатилетняя девчушка, на которую из ребят никто не обращал внимания, под любым предлогом, старалась приблизиться к их компании девушек и парней. И больше всего, до ухода Максима в армию, ей хотелось, чтобы её заметил именно он. Но Максим и ребята, которые были старше Лены всего на три-четыре года, в то время считали её стеснительным, неуклюжим подростком и относились к ней в лучшем случае, снисходительно. А чаще, откровенно выпроваживали, а если она была чрезмерно назойлива или проявляла, как им тогда казалось детское упрямство, просто прогоняли. И Лена часто уходила домой, не солоно хлебавши, со слезами на глазах.
Теперь же, глядя на Лену, ни у Максима, и ни у кого-либо из ребят, желания выпроводить, а уж тем более прогнать её, явно не возникало.
Два с лишним года не прошли даром. Из угловатого и неуклюжего подростка, Лена превратилась в стройную, и не просто симпатичную, а прямо-таки девушку красавицу. Прелестное личико, точёная фигура, плечи, шея и грудь, стройные ноги, и всё остальное, по всей вероятности, было идеально.
У всех присутствующих было такое ощущение, будто бы она только что сошла с полотна очень искусного мастера-художника, эпохи «Возрождения».
Ей было около восемнадцати лет. Она была действительно красива.... Но она видимо еще до конца не понимала, каким грозным женским оружием обладает. Не могла ещё оценивать его по достоинству, правильно им распоряжаться, и при возникшей необходимости, в «нужный...» момент, и в нужном направлении, его эффективно использовать.... Для решения практически «любых...» жизненных «сложностей...» и проблем.
И сейчас, так же, довольно стеснительно, Лена поздоровалась со всеми, кто находился в доме, отдельно с Максимом и, стараясь, не привлекать к себе особого внимания, скромно заняла свободное место.
Максим изредка, но надо сказать не без интереса, поглядывал в её сторону. Поглядывал оценивающе....
К этому времени, стол в честь его приезда и приема гостей, был накрыт, и после приглашения Зинаиды Семёновны, все засуетились и с шутками начали занимать места.
– Сударыня...! – игриво начал, обращаясь к Лене, Володя Пороховников: – Я приглашаю Вас занять достойное место на этой великосветской встрече, организованной по очень серьёзному и важному поводу. А именно по поводу возвращения в родные пенаты, а также к своим старым друзьям, нашего очень скромного, но, тем не менее, очень уважаемого нами товарища, со столь странным именем «Чао».... И по нашему общему разумению, в переводе с итальянского, слово «чао» звучит достаточно грустно, а именно... – «до свидания». Быр-р-р-р...! Это даже не столько грустно, сколько попросту страшно, и в какой-то мере, для кого-то просто бесперспективно! Я имею в виду прекрасных дам. И я также полагаю, что Вам красавица нет необходимости объяснять, где это место находится? Да, да, Вы правильно думаете...! Это место, как мне самому ни странно, находится рядом со мной. Или, моё рядом с Вами...!? Э-э-э...! Что-то я, запутался друзья мои. Причём, в своей же собственной речи. В общем так...! Я, хочу Вам сказать вот что. Здравствуйте неотразимо– прекрасная Елена...!
– Вот, на этом итальянском языке, я Вам дорогой мой, так и отвечу, ч-а-о... – неожиданно для Максима парировала Лена: – Вы уважаемый Вольдемар чуть-чуть опоздали. Меня уже пригласил занять, как Вы выразились достойное место, тот самый "страшный..." Чао, ради которого мы здесь сегодня все и собрались. А я чту, уважаю и исполняю все желания главы этого дома! Хотя бы сегодня, в день его приезда.... А дальше будем посмотреть.... Я так воспитана, и я так думаю, мой милый и неотразимый Вовчик...! – она приняла шутливый тон Володи.
Максим с интересом слушал эту словесную пикировку. Он также про себя не без удивления отметил, что Лена не моргнув глазом, соврала в отношении, якобы его предложения сделанного ей, сесть за стол рядом с ним. Он ей этого не предлагал и к стати об этом даже не подумал. И очень возможно, что напрасно.
– И поэтому, в силу выше изложенного мною... – бойко продолжала Лена, – Я, с удовольствием принимаю предложение Максима, или, как вы все ребята, называете его «Чао», и на абсолютно законных основаниях, занимаю своё законное, почётное место! И надеюсь, что занимаю его надолго, если не навсегда...!? – уже совсем уверенно, без какого-либо смущения заключила она. От былой скромности Лены, не осталось почти и следа. Ну что ж....! И такое в жизни тоже бывает. Время меняет всех, или многих, и частенько делает это, очень основательно....
Сев рядом с Максимом, она посмотрела на него, дёрнула плечиком, мило улыбнулась и сказала:
– А почему бы и нет...!? Если ты сам дорогой Максик, не догадался это сделать. Ведь это оказывается так просто...!
– Прости Ленок, я действительно сразу не сообразил что к чему, а вернее попросту растерялся.
– Это от чего же...?
– Да от твоей потрясающей красоты Ленка...! Разве тебе это не понятно...?!
Нежные щёчки Лены чуть покрылись румянцем. Было видно, что ей, была очень приятна оценка её внешности Максимом.
– Ты таким же и остался Максик...! Также мастерски и виртуозно, но не скрою очень приятно, можешь вешать лапшу на уши бедным, беззащитным и доверчивым девушкам.
– Отнюдь нет красавица, отнюдь! И каждое моё слово, чистая правда. Чистая, как вода из горного родника. Да вот те крест...! – он, шутя, перекрестился и для пущей убедительности..., не сильно стукнулся лбом о стол.
Максим видел, как изменилась Лена. Изменения были действительно поразительными. Она на самом деле была очень красивой. Притягательно красивой. Он понимал, что очень многие хотели бы добиться её внимания и расположения. И как подтверждение этому, пример с Володей Пороховниковым, который попытался с ходу приударить за Леной. Но Максим, ловил себя, на мысли, что хотел бы сейчас, на её месте видеть другую, а именно Вику, которой как раз и не было рядом, хотя она абсолютно точно знала, что он вернулся из армии. В этот день её видела его младшая сестра Галя и сказала ей об этом.
Он вспомнил, как в самом начале своей службы, он получил от Вики целую пачку писем. Двадцать семь писем. Сразу, в один день все двадцать семь штук. Пока он ехал через всю огромную страну, с её необъятными просторами, постоянного адреса места службы у него не было. Вика не знала, куда отсылать письма. Но писать, она писала. Каждый день. И когда он определился с местом назначения и сообщил Вике свой уже постоянный адрес, она все эти письма в один день и отправила. Максим вспомнил, как он находил укромное местечко, и в одиночестве, с грустью и огромной нежностью к Вике, читал все её письма. И каждое последующее письмо от неё, он ждал с нетерпением. И при этом был, непонятно откуда возникший, какой-то свой, только ему понятный ритуал. Он даже не сразу вскрывал конверт, а долго рассматривал его, гладил и даже нюхал. Рассматривал её почерк, наклон букв, пытаясь приблизить её к себе в своём воображении, увидеть и почувствовать её. Затем, начинал медленно читать уже вскрытое письмо, частенько возвращался к его началу и вновь перечитывал всё заново. Её слова, написанные именно для него, для Максима, как целебный бальзам, медленно и тепло растекались по сердцу, и он почти на физическом уровне, ощущал лёгкое и нежное прикосновение её тёплых, ласковых и любимых рук.
И вот сейчас, сидя за столом, он боялся и не хотел думать о том, что Вика не дождалась и изменила ему. Да, да..., и это было действительно так! Хотя у него сейчас и не было неопровержимых доказательств, подтверждающих её неверность, но он знал, что это случилось. И не потому, что ему написал Валерка Коваль, и даже не потому, что к концу его службы, писать она стала реже, и письма стали какими-то холодными и чужими. Нет. Максим всё это чувствовал, своим горячим, открытым и пока ещё чистым сердцем. Тем сердцем, которым он так нежно и беззаветно любил Вику. Он сейчас понимал, что Вика потеряна для него навсегда, безвозвратно. Максим оглядел всех присутствующих за столом. Подтверждением тому, что он не ошибается, было, отсутствие Вики за этим столом. В день его возвращения из армии, после двухлетнего его отсутствия.
Максим терялся в догадках. Он не мог понять, осилить, что побудило, что заставило её сделать это...? Ну, какая такая непреодолимая сила, смогла подтолкнуть её к этому непростому и роковому для неё и для Максима шагу? Он знал, что нравится девушкам, и многие искали с ним знакомства и встреч. Он был чуть выше среднего роста, и как говорят, хорошо скроен и крепко сшит. Был достаточно начитан. Можно было сказать, что даже где-то умён.... С ним можно было поболтать практически на любые темы, он довольно много знал и во многом очень быстро разбирался и ориентировался. С ним было интересно! К тому же он понимал и достаточно неплохо чувствовал эту самую любовь! И ему казалось, что он хорошо, ну, по крайней мере, гораздо лучше своих друзей-сверстников понимает женщин. Их природу. Так в чём тогда причина...? Он хотел её знать. Её суть и потаённый смысл. Не ради простого любопытства или спортивного интереса. Нет...! Он знал, что в будущем, он обязательно должен учитывать и контролировать причины подобного рода, управлять ими, подчинив их своей воле, а не зависеть от них, от их непредсказуемых и разрушительных капризов.
Мысли Максима прервал нежный голосок Лены.
– Максик, ты, о чём таком думаешь, и в каких краях витаешь...? В каких таких белых облаках, и тем более тогда, когда я сижу с тобой рядом?! Мне почему-то кажется мой дорогой Максим, что ты думаешь о чём-то очень грустном и даже печальном. Скажешь я не права...?!
– Не совсем, моя юная красавица! Хотя доля истины в твоём вопросе присутствует. Но это не тема для сегодняшнего вечера. Сегодня надо радоваться, а не грустить. Давай-ка Ленок, произнесём очередной тост и выпьем за хорошие слова и мысли, которые, как мне кажется, самым неожиданным образом, пришли ко мне, в мою буйну голову.
– Ой, как интересно, что там пришло в твою буйну головушку. Какие такие мысли? Случайно, не обо мне ли...?
– Ты угадала красавица. И о тебе тоже и причём, в обязательном порядке.
– Да...!? Я вся в нетерпении Максик. Горю, как факел на ветру. Говори дорогой мой, я тебя внимательно слушаю...!
Максим встал, постучал вилкой по тарелке, пытаясь привлечь к себе внимание. Общий разговор за столом начал затихать. Наступила тишина.
– "Дорогая мама, мои сестрёнки Света и Галка, и просто мои хорошие и верные друзья! Леночка, к тебе обращаюсь отдельно...: – Максим сделал паузу и многозначительно посмотрел на Лену: – Я хочу, поднять этот бокал за Любовь, и всех от души приглашаю к этому присоединиться. Давайте выпьем за неё. За Любовь с большой буквы, которая никогда бы, не приносила нам несчастья и разочарования. Любовь, это великая сила, огромное чувство, которое движет и управляет миром. Я не знаю, как у всех у нас сложится наша будущая жизнь, но желаю Вам всем встретить эту Любовь и самим быть достойными этой Любви. И ещё.... Я не думаю, что правы те люди, которые советуют охранять и как-то, уж очень болезненно беречь эту Любовь. Этого делать не нужно. Я уже говорил, что Любовь, это та сила, которая несмотря ни на какие преграды пробьёт себе дорогу, русло, и будет течь по нему широко и свободно на радость людям. Она не нуждается в защите и охране от кого-либо. Она сама защищает всех и даёт силу влюбленным. А если нуждается, то это не есть настоящая Любовь. Такая любовь не может быть долгой, а тем более, вечной. Она труслива и слаба. А значит, она исчезнет, как исчезает ночь после восхода Солнца. Пусть уходит, не жалейте об этом. И это даже к лучшему...! Никогда друзья мои, никогда не пачкайтесь. Ищите и вы обязательно найдёте свою единственную и настоящую Любовь, свою единственную женщину, ради Счастья которой, Вы с радостью отдадите ей всё..., а если потребуется, отдадите и свою Жизнь. Я хочу пожелать нам всем научиться отличать подлинную Любовь от лживой любви, которая лишь рядится в её одежды, как волк в овечью шкуру, и пытается выдать ложь за правду. Это не Любовь, а всего лишь рыночная воровка, которая намеревается нас обмануть и обокрасть. Я хочу, чтобы мы никогда не ошибались, делая свой выбор. В жизни это, наверное, самое важное.... За Любовь мои друзья...! За влюблённых и любимых. Лена, держи свой бокал высоко, а свою Любовь неси ещё выше...!".
Максим первым, как-то уж очень лихо опрокинул в рот содержимое своей рюмки, и сел на место. Лена, с нескрываемым интересом и даже какой-то тревогой смотрела на него. Компания, уже изрядно подвыпившая, подхватив тему любви, шумела на разные голоса. – «За Любовь, за дружбу и просто так, у-рр-а.... Да здравствуют яблоки, музыка и слоны, и вообще всё пахло очень дорогими духами...!» – слышалось за столом. Им, сейчас, всем, было очень хорошо, просто, спокойно и весело.
А Максим сидел и думал о том, что сейчас, он больше говорил в свой собственный адрес. Для себя лично.... О том, что он сам не смог отличить настоящее от подделки. Он ещё не знал, как он поступит, что предпримет при встрече с Викой и как сложится их разговор. Но он точно знал, что эта встреча состоится. И она не будет для него лёгкой и простой. А как раз, и, скорее всего, наоборот....
– Ты проводишь меня Максик? Уже довольно поздно..., – словно сквозь густой туман своих мыслей, услышал Максим голос Лены. – А почему бы и нет...? – как-то уж очень подозрительно-быстро, мелькнуло в голове у Максима, и он продолжил уже вслух ... – "Конечно же, моё солнышко! Разве я похож на злодея, который может позволить себе бросить такую прекрасную, но слабую девушку на растерзание ужасных ночных хищников, которыми заполнены темные улицы этого мрачного города...!?"
– Максим, ну перестань шутить...? Я действительно боюсь идти одна. И потом, я и впрямь, на самом деле, что не так уж трудно и заметить, просто слабая и беззащитная девушка! Не забывай об этом Максик.
– Лена, ну, конечно провожу. Давай мы сделаем так.... Я сейчас первым выхожу во двор, ну как бы покурить, а ты, через несколько минут, выходи следом за мной. Я думаю, ребята сильно не расстроятся из-за нашего ухода по-английски. Тем более я вижу, что они основательно заняты очень серьёзным делом, а именно, поглощением спиртного и уже своими разговорами местного значения.
Он, стараясь не привлекать к себе внимания, встал из-за стола и вышел на кухню.
– Максим, ты это куда...!? – удивлённо спросила его старшая сестра.
– Света, надо проводить Лену домой. Поздно уже и она боится идти одна.
– А ребята не обидятся, если ты так вдруг исчезнешь...?
– Я, думаю, что "нэ-эт". Им есть, о чем поговорить и без меня. И потом я быстро, туда и без задержки обратно домой. Будем надеяться, что они к этому времени ещё по домам не разбредутся.
– Ох, Максимка, что-то я сомневаюсь...! Ты вначале с Викой реши, а потом уж думай о чём-то другом. Не очень то духари братик! Рано ещё пока.... Хотя знаешь, я иногда думаю, что ты перед армией, сделал не очень то правильный выбор. Не совсем ту, как когда-то говорили золотоискатели на Юконе, территорию застолбил. Но это, только лишь моё мнение и мои мысли вслух. И ничего больше.... Но мне кажется, если тебя кто и ждал по настоящему, то это была Лена. Просто ждала и всё. Без какой-либо надежды, что ты ее, когда-нибудь заметишь.
– Ладно, Света, поглядим, посмотрим.... Как говорят, утро вечера мудренее сестрёнка. Даст Бог день, даст Бог и пищу. А может кроме пищи даст что-нибудь ещё. Ну, к примеру, красивую Любовь! Сейчас, это было бы очень кстати! А-а...!
– Ну-ну...! Ты у нас уже большой и умный мальчик. И как поёт Высоцкий, – жираф большой, ему видней....
Максим примирительно чмокнул старшую сестру, которую очень любил, в щёку. Затем он вышел во двор и закурил. Через минут пять появилась Лена.
И они теперь уже вдвоём, вышли на улицу.
– Уу-у-хх, что-то я замёрзла. Наверное, за твой приезд, недостаточно много выпила... – шутя, сказала Лена, и взяла его под руку.
– Ты знакома с птичкой "пЕрепил", или нет...? – спросил её Максим. – С виду безобидная такая! Маленькая, и в начале, как правило, бывает даже вкусная! Но вот пото-о-о-м...!
– Нет, я с ней не знакома. Не довелось. А ты что, знаешь её...!? Где с ней познакомился? И можешь мне рассказать, что-либо о ней? Что это за птичка такая? Что за хищница...?
– Так ты что...!? Правда, что ещё до сих пор не познакомилась с ней? Ну, тогда ты просто молодец...! Порядочной девушке с ней знакомиться не следует. А то поутру голова сильно будет болеть, и вся причёска будет набекрень.
– Ха-ха-ха... – немного помолчав, закатилась смехом Лена, очаровательно смущаясь и чисто по-женски прикрывая свой прелестный ротик ладошкой. – "Я, наконец, то поняла Максим, что это за птичка такая, "пЕрепил"...!" Это нехорошая птичка. Просто бяка...! Мы её с тобой поймаем, зажарим и съедим под чистую. И тогда с ней, из-за нашей человеческой глупости, больше никто не познакомится. Мы всех спасём от растрёпанных причёсок и головной боли по утрам...".
Лена ещё плотнее прижалась к Максиму. Максим на это, почему-то никак не отреагировал. Они молча шли по ночному городу. Каждый видимо, думал о своём. Их мысли сейчас, почему-то не совпадали....
Подойдя к дому Лены, они остановились. Разговор, как-то не клеился.... Чего-то не хватало. Но она, всё же спросила, скорее всего, даже не надеясь на положительный ответ, а тем более результат.
– Ты так и не поцелуешь меня...!?
Максим начал свой очередной, словесный забег.... – "В этот торжественный, тёплый и незабываемый вечер, я не смею противиться Вашему желанию сударыня. И с огромным удовольствием моя ночная фея....."
Она прервала его. – Ну, перестань, Максим. Просто поцелуй меня. Можешь это сделать?
– Само собой разумеется, моя несравненная "Сулико"....
– А при чём здесь Сулико, Максим, ты же не Мимино...?!
Максим на это, ничего не ответил. Рот его был уже занят...!
Он своими губами прижался к её мягким и тёплым губам. Они были немного влажными, слегка приоткрытыми и пахли чем-то неуловимо сладким. Они были ещё никем не тронуты, нежны и непорочны, как утренняя роса после прохладной ночи. Их дыхания слились в одно, стали единым целым.
И ему вдруг, почему-то именно сейчас, захотелось крикнуть. – "Господи, ну почему я думаю не о том, что у меня может быть сейчас и всю мою жизнь, а о том, чего уже нет, и наверняка никогда уже не будет. Почему...!?" – он чувствовал и понимал, что всё ещё, до сих пор любит Вику, и что даже в этот момент, он думал о ней.
Когда он возвратился домой, гости уже разошлись. Один Володя Пороховников остался ночевать у Максима. Володя крепко подгулял. Видимо так на него подействовал отказ Лены. Он попросил раскладушку у Зинаиды Семёновны и улёгся во дворе под вишней, под ветками которой летом, любил спать Максим....
= = =
ГЛАВА – 7.
«ВСТРЕЧА и РАССТАВАНИЕ с ВИКОЙ...».
-Где умирает Надежда, там возникает пустота.... – Леонардо да Винчи.
Вместе с любовью к Вике, или вернее уже остатками от неё, Максима иногда захлёстывала, какая-то слепая, безрассудная ярость, которая лишала его рассудка. Он нередко чувствовал, что просто ненавидит Вику, и что в такой момент, он был способен, он был готов, и он хотел причинить ей боль. И за это своё состояние, Максим себя ненавидел тоже....
Обладая неплохим воображением, он помимо своей воли и желания, рисовал в голове картины одна хуже другой, от которых ему хотелось просто куда-то зарыться с головой и завыть по волчьи. Он очень отчётливо представлял, как кто-то, лаская, раздевает её, и как она согласная и податливая страстно отдаётся, обнимая его своими руками, прижимаясь к нему всем своим нежным, горячим и ненасытным телом. Максима, от этого, аж трясло, как в лихорадке. А иногда, его даже подташнивало от чего-то....
С такого рода испытанием, Максим встретился в первый раз в своей жизни, и ему было по настоящему, нестерпимо больно. И ещё было, очень и очень обидно.
Его впервые в жизни, по крупному предали. И он не знал, как ему быть и как вести себя в подобной ситуации. Что делать, и как поступить...? Но и сидеть, сложа руки, делая при этом умный или глупый вид, что решительно ничего не произошло, и что всё это, как-то утрясётся и решится само собой, он тоже не мог. Да, в общем-то, и не хотел....
Вечером, на следующий день после своего приезда, он без предварительного звонка и предупреждения, пришёл к Вике домой, и постучал в дверь её квартиры.
Дверь открыла сама Вика.
– Привет, – сказала она спокойно, без тени вообще какого-либо замешательства. – "Но ты и молодец...! Приехал и глаз не кажешь! Как это всё понимать Максим? Ну проходи, чего здесь стоять-то...?! В ногах правды нет...".
– Здравствуй, – ответил он. – Разве ты не знала о моём приезде...? По моему тебе сестра сказала об этом. А ты что..., знаешь в чём Правда...?!
Максим стоял в дверях, в квартиру не заходил....
– Слушай, а ведь точно... -она не стала отвечать на вопрос Максима о Правде, как бы не поняв, или не услышав его...– Галка что-то говорила, но это было на бегу, я торопилась и до конца не поняла о чём шла речь. Ты уж прости. Ну, ты будешь заходить, или как...?
Максим чувствовал, что она говорит неправду. Она, как хорошая актриса, играя, делала вид, что не знала о его приезде. Но не зная этого, невозможно упрекать человека, за то, что он "не кажет глаз...". И если ты знаешь, что человек находится не здесь, а где-то там далеко, почти на краю земли, ему очень затруднительно эти свои глаза, кому-то здесь в Каменске "казать". Максим хотел задать ей и этот вопрос, но почему-то передумал и задавать его не стал.
Она, словно читала его мысли....
– О том, что ты приехал, мне сегодня сообщила моя подруга. А ей рассказал об этом, кто-то из твоих друзей, которые видели тебя и знали о твоём приезде. Вот так мой дорогой...!
– Да, действительно...! Сегодняшняя встреча, что ни говори, оказалась куда менее горячей, чем проводы два года назад! – с грустью для себя отметил Максим.
– Послушай...! – уже вслух продолжил он – Чего мы будем париться в квартире...? – и совсем неожиданно даже для самого себя, предложил. – Пойдём, погуляем. Сходим куда-нибудь, проветримся! Вечер тёплый..., – и как-то не к месту и неудачно пошутил: – Так и шепчет, займи и выпей. Как в старые, добрые времена. Давай Викуль, в темпе одевайся, а я подожду тебя внизу во дворе. И постарайся не опаздывать к званному обеду...! – как-то неуклюже всё ещё пытался шутить Максим и не дожидаясь ответа Вики, быстро направился к выходу.
Максим стоял во дворе дома, курил и опять не знал, что он будет делать, когда выйдет Вика. – И потом... – думал он: – "Она вообще может не выйти. Хотя нет, выйдет, иначе она о том, что не собирается это делать, просто бы крикнула мне вдогонку, когда я спускался вниз". – Никакого плана действия у него до сих пор не было. Вика, выйдя из подъезда, направилась к нему.
Максим смотрел на приближающуюся Вику. К нему сейчас шла, красивая и на самом деле очень эффектная девушка, озорно и беззаботно размахивая своей сумочкой.
– Ух, ты озорница шаловливая...! Ух, ты безобразница...! Нафардыбачила родная...! – глядя на Вику, думал Максим – Набедокурила красавица!? Будет тебе сегодня на орехи...! Уж сегодня я постараюсь, как никогда...! – и тут он вдруг неожиданно понял, почувствовал, как в голове у него, всё яснее и чётче вырисовывается план, или сценарий, по которому он и построит сегодняшний вечер, их последнюю в жизни встречу.
Он сейчас, не просто догадывался, он уже чувствовал и даже знал, что где-то там, в неизведанных глубинах своей души, решение уже созрело. Решение о том, что их сегодняшняя встреча действительно будет последней. Максим уже почти не ревновал Вику. Он понял, он осознавал, что сейчас, его целиком и полностью заполняет только одно чувство. Оно владело им без остатка. И это было чувство мести. Слепой, безжалостной и безрассудной.
– Да и хрен с ней, что за дела...! Что за страдания такие...?! Она что..., последняя, что ли в моей жизни...? Таких, как она, хоть пруд пруди. Хотя...!? Всё равно из них хорошей запруды не получится. Где-то прорвётся, где-то, что-то протечет, и вся работа пойдёт насмарку. Коту под хвост.... Я сегодня просто её порву, пригвозжу к теперь уже бывшей нашей скамейке на пляже, и порву, как говорили у нас в армии, на армейские портянки – с каким-то мрачным удовольствием, злорадствовал Максим: – Для начала отмурцую её напоследок, как только в голову придёт, по полной секс-программе, а после всего Этого, встану, и, не говоря ни единого слова, не прощаясь и не оглядываясь назад, уйду прочь. Уйду навсегда. Штаны бы только не забыть...! – подумал он, и так же невесело про себя усмехнулся.