290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Музыкальные диверсанты » Текст книги (страница 6)
Музыкальные диверсанты
  • Текст добавлен: 29 апреля 2017, 01:00

Текст книги "Музыкальные диверсанты"


Автор книги: Максим Кравчинский






сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Без последнего пристанища

В середине апреля 1945 года вместе с руководством Комитета освобождения народов России (КОНР) артист прибыл в маленький городок Фюссен, у границы с Австрией, где был создан лагерь для перемещенных лиц.

В уже упоминавшемся выше номере «Наших вестей» (№ 338, 1974) хорунжий Русского корпуса Н. Протопопов вспоминает о своей последней встрече с артистом. Делает он это, прочитав в одном из номеров советской газеты «Неделя» интервью с композитором Оскаром Строком по случаю его юбилея.

Восьмидесятилетний юбиляр на вопрос, кто из наиболее известных артистов исполнял его произведения, отвечает: «Пожалуй, самым тонким интерпретатором моих вальсов и танго был обладатель бархатного баритона Юрий Морфесси». Как пишет Протопопов, «странно было увидеть это упоминание о Морфесси в советском еженедельнике. Странно потому, что память моя хранит воспоминание о нем как об идейном артисте-эмигранте, непримиримом антисоветчике. Эту свою непримиримость Юрий Морфесси доказал на деле во время II мировой войны. И после ее окончания…»

И далее в подтверждение своих слов Николай Протопопов рассказывает:

«Осень 1945 года в Мюнхене. Мы на положении бесправных Ди-Пи[18]18
  Ди-Пи, от английской аббревиатуры DP – dicplaced persons, – перемещенные лица.


[Закрыть]
. <…> Слово “русский" стало антонимом слова “советский”. За нашими черепами охотятся явные и тайные представители одной из “сверхдержав”-победительниц. А мы хотим жить. И почти живем: даже театры у нас функционируют… Почти все концерты <…> проходят, как говорится, “с аншлагом”. И вот объявление: Юрий Морфесси. С трудом удается достать билет. <…> Обладатель уже не бархатного баритона, как-то сразу, с первой же песни установил тесный, а порой даже интимный контакт с аудиторией. Тут и “Черные глаза”, и “Чубчик”, и “Замело тебя снегом, Россия”… А вот и “Фонари” Сережи Франка:

 
…Но верю я, пройдут страданья…
Увидим мы улицу русскую,
И на углах – золотые фонари…
 

Тут уже зал, как один, встает. Овациям нет конца. Морфесси не отпускают со сцены…

Он не просто очаровал, он покорил всех… И не только своим исключительным талантом и умением петь. Морфесси покорил всех и своей открытой русскостью, своей крепкой, идейной непримиримостью…»».

Певица Варвара Королева также оставила воспоминание об одном из последних концертов артиста, состоявшемся в лагере для перемещенных лиц:

«…после конца войны, в лагере для Д. П. в Фюссене, под Мюнхеном, <…> встретила Морфесси. От этого былого красавца и замечательного певца ничего не осталось.

На сцену вышел старик. Но фрак он носил по-старому – хорошо…»»

Помимо концертов Морфесси зарабатывал на жизнь тем, что давал уроки вокала.

В это же время в русской американской прессе появилось сообщение, что певец собирается на гастроли в США, но, вероятно, пошатнувшееся здоровье не дало возможности осуществить эти планы.

И, наконец, о месте и дате кончины певца. Князь Петр Ишеев в своих мемуарах «Осколки прошлого» констатирует:

«После Парижа Морфесси жил в Вене, долго странствовал по Балканам и Прибалтике и в конечном счете обосновался в Германии, где и настигла его смерть».

Некролог. «Русская мысль» (№ 156 от 22.07.1949)

Певец скончался от разрыва сердца в баварском городке Фюссен 12 июля 1949 года. Первой о кончине сообщила парижская «Русская мысль» (№ 155, от 20.07.1949), отметив в некрологе: «Почти до последних дней Ю. Морфесси выступал, объезжая лагеря Ди-Пи».

Остается добавить, что похоронили певца на городском кладбище. Его вдова Ада Морелли вскоре после войны сумела выехать в США, где недавно скончалась в возрасте 97 лет. На мой запрос городские власти Фюссена ответили, что аренда места на кладбище не была вовремя продлена и по истечении положенного срока на месте упокоениях Морфесси был захоронен кто-то другой.

Несмотря на приведенные факты, нельзя назвать артиста апологетом нацизма. Нет никаких данных, что Юрий Спиридонович выступал в Берлине в период с 1933 по 1941 год. До войны он появился в Берлине лишь однажды – 16 марта 1929 года – на жюрфиксе «Литературнодраматического общества имени Островского». Мы уже не раз говорили о том, что в среде эмиграции отношение к вторжению Штлера в СССР было двояким: одни приняли это как нападению на их Родину и как могли боролись с фашистами, другие решили, что война – шанс избавить Россию от коммунистов.

К сожалению, Юрий Морфесси придерживался последней точки зрения.

Прежде чем мы закончим рассказ о перипетиях судьбы «князя цыганской песни», давайте вспомним загадочный эпизод военных времен – запись в июне 1943 года серии пластинок с русскими песнями на фирме «Полидор».

Журналист Николай Лихачев (он же Андрей Светланин, будущий главный редактор журнала «Посев») вспоминал:

«При посещении одного из отделений министерства пропаганды мы слушали записанные на граммофонные пластинки <…> прелестные романсы Лещенко и Морфесси».

Сам факт записи (с учетом обстоятельств и места) кажется изначально не коммерческим, но заказным мероприятием. Да и тираж дисков оказался ничтожно мал.

Крупный исследователь ретроэстрады В. П. Бардадым говорил без обиняков:

«В июне 1943 года 60-летний Юрий Спиридонович, грустный, но не потерявший голос, был приглашен в Берлин граммофонным обществом “Полидор”, чтобы сделать несколько записей. Он исполнил с хором и оркестром под управлением А. Шевченко восемь популярнейших вещей из своего богатого репертуара: “Прощай, мой табор! ”, “Чубчик”, “Цыганка Аза”, “Помню я…”, “Эй, ямщик, гони-ка к “Яру”, “Гори, гори”, “Ехали цыгане” и “Любовь цыганки”. Эти записи стали его лебединой песней: больше он нигде и никогда не записывался…»


Вывший супруг «чайки русской эстрады» Анастасии Вяльцевой офицер царского конвоя Василий Викторович Бискупский (1878–1945). В годы Второй мировой он возглавил управление по делам русской эмиграции в Германии и, возможно, стал «продюсером» берлинских записей ЮрияМорфесси

Посмотрим на берлинский вояж внимательнее.

Что за композиции были записаны в разгар войны в Берлине русским артистом, мы знаем, но для кого и зачем?!

Прежде же чем ответить на эти логично возникающие вопросы возьмем «музакальную паузу».

Здесь я позволю себе напомнить, что среди добрых знакомых Юрия Спиридоновича числился упомянутый выше экс-супруг «чайки русской эстрады» Анастасии Вяльцевой, блестящий офицер царского конвоя Василий Викторович Бискупский. Похоронив в 1913 году любимую жену, он продолжил военную карьеру, в революцию стал ярым сторонником, а короткое время спустя – непримиримым противником большевизма и посвятил этой борьбе всю дальнейшую жизнь. В Мюнхене эмигрант Бискупский свел знакомство с… Адольфом Гитлером, который после провала «пивного путча» осенью 1923 года укрывался на мюнхенской квартире Бискупского. Фюрер не забыл об услуге и после прихода к власти назначил «проверенного товарища» начальником Управления но делам русской эмиграции в Германии. Нет никаких сомнений, что Морфесси был хорошо знаком с Бискупским, ведь еще в сезоне 1909–1910 годов его супруга играла в музыкальном обозрении «Цыганские песни в лицах» на сцене петербургского Малого театра. В этом ревю принимали также участие Саша Давыдов, Раиса Раисова и Юрий Морфесси. Потому я склонен считать, что именно Бискупский выступил продюсером» записей старого приятеля. Видимо, в знак старой дружбы и признательности за активную сценическую деятельность.

Глава 6. Средствами «активной пропаганды»

«Что за песня над полями льется

В синих далях тая?

– Это льется песня добровольца,

Песня боевая…»

А. Флоров, из «Песенника добровольца РОА», 1943

Herr Шевченко

Во время работы над книгой на интернет-портале мира русской грамзаписи www.Russian-Records.com обнаружился крайне любопытный экспонат – немецкая пластинка фирмы «Полидор», выпущенная в конце 1941 года. На этикетке значилось: Es ist nicht der Roggen, der sich auf dem Felde wiegt. Fox-trot (Sascha v. Stollberg). Alexander Chevtschenko mit Trio-Begleitung, что в переводе означает: «То не в поле рожь колышется», фокстрот (Саша фон Штольберг). Александр Шевченко со своим трио.

Но звучал там отнюдь не популярный танец. На диске была записана песня в исполнении Александра Шевченко. Того самого, с чьим оркестром два года спустя будет записываться Морфесси. И что же пел русский музыкант Шевченко? А исполнял он на мотив известной народной песни «Ой, полным полна моя коробушка…»буквально следующий текст:

 
То не в поле рожь колышется,
Не дубравушка шумит,
Это Сталина голос слышится,
Он о помощи кричит…
Иосиф (?) бережно торгуется,
Все боится передать.
Сталин с Черчиллем целуется,
Просит танки присылать…
 

Из-за плохого качества записи первое слово в третьем куплете расшифровать невозможно, но смысл предельно ясен и так.

Сегодня найдено много подобных записей, где Шевченко исполнял известные каждому в России песни (например, «Две гитары», «По долинам и по взгорьям», «Хмель мой, хмель») с перелицованным на антисоветский лад текстом.

Одна такая «перекройка» звучит на знакомую мелодию… «Чубчика»:

 
Эх, ты, жизнь колхозного народа,
День и ночь работаешь как вол,
На дворе холодная погода,
Ты всегда голоден, бос и гол.
Что посеял, будут жать другие.
Задолжал – коровушку берут.
Покрестился на кресты святые —
Осмеют, позорят и прибьют
Но мы знаем, пришел освободитель,
Коммунизм исчезнет, пропадет,
И народа русского спаситель
Всем нам мир и счастье принесет…
 

Потом мелодия неожиданно переходит в «Яблочко», и певец продолжает:

 
Эх, яблочко,
По травке котится,
Сталин удрал,
Уж не воротится.
 
 
Эх, яблочко,
Да краснощекое,
Комиссарам всем
Смерть жестокая…[19]19
  Куплеты так называемого «Яблочка» имеют откровенное антисемитское и экстремистское содержание.


[Закрыть]

 

Так не этот ли «Чубчик» спровоцировал тогда статью в «Комсомольской правде»? Помимо знакомой мелодии, ассоциировавшейся прежде всего с именем Лещенко, еще наблюдается и определенное сходство фамилий исполнителей: Шевченко – Лещенко. Оба еще и теноры. Ну как тут не вспомнить сцену из романа Войновича «Приключения солдата Ивана Чонкина», когда председатель колхоза говорит по телефону:

– Там Чонкин со своей бабой их всех арестовал.

А его абоненту слышится – «бандой».

И колесо завертелось…

К тому же на оккупированных территориях выступало такое количество представителей «легкого жанра», что, повторюсь, обмануться и напутать было просто элементарно.

Информации об этом, с позволения сказать, артисте практически нет. Остается только гадать, кем он мог быть, выступал ли под своим именем или под вымышленным. Что значат это пояснение в скобках – Саша фон Штольберг? Реальное имя или попытка замести следы? В каталогах коллекционеров его имя фигурирует очень часто.

С конца 1930-х и на протяжении всей войны Шевченко со своим хором регулярно принимал участие в записях самых разных произведений, от народных песен и классических романсов до оперных арий и церковных песнопений.

Часто он сотрудничал с другим известным музыкантом – Борисом Ледковским, который выступал при их совместной работе обычно в качестве дирижера.

Если в 1941–1942 гг. Шевченко указывался как руководитель собственного, мужского или смешанного хора, то с 1943 года на пластинках появляется надпись: Chor Der RBA (A. Chevtschenko).


Борис Михайлович Ледковский (1894–1975). После революции эмигрировал. Обосновался в Германии, где в середине 1930-х организовал Хор Черноморских казаков, с большим успехом выступавший в Европе вплоть до начала Второй Мировой войны. В 1941 году хор был запрещен в Германии как «русская национальная художественная единица», что, однако, не мешало Ледковскому регулярно выступать в Берлине только не с хором, а с капеллой и много записываться на пластинки. После войны обосновался в США

RBA, следует думать, расшифровывается просто: Russische Befreiungs Armee. Что обозначает… Русская освободительная армия. Значит, Шевченко стал «регентом» хора РОА. Пошел, так сказать, на повышение…

Сегодня мне известны только две пластинки, где звучит хор РОА, но их, несомненно, было в разы больше. Исполняли музыканты не только популярные песни, но и военные марши. Об этом и многом другом можно прочитать в воспоминаниях известного журналиста, историка русского зарубежья и члена Народно-трудового союза Ростислава Полчанинова[20]20
  Оригинал статьи см. на сайте: http://www.russkije.lv/ru/journalism/read/polchaninov-pan


[Закрыть]
которого в годы Великой Отечественной обстоятельства забросили в оккупированный Псков, где пропаганда была поставлена на широкую ногу:

«Первое, что я увидел в Пскове, были плакаты с портретом Гитлера и надписью по-русски: “Гитлер – освободитель". <…> Обычно вечером я включал свою радиоточку и слушал концерт по заявкам. Диктор объявлял, что имярек пожертвовал несколько рублей на Красный Крест и просил исполнить какой-нибудь романс для своей девушки. Передача кончалась песней “Спи, моя радость, усни…" Выбрана она была не потому, что была подходящей песней “на сон грядущий", а потому, что принадлежала немецкому композитору (Моцарту. – Ред) Для концерта по заявкам использовались советские пластинки. Какие можно, а какие нельзя, решала немецкая пропаганда. Были и новые берлинские пластинки, напетые военнопленными, выпущенные отделом пропаганды “Вине-та". В июне 1943 г., вскоре после посещения Пскова генералом А. А. Власовым, радиоузел стал ставить ежедневно пластинку “Винеты" с маршем РОА “Мы идем широкими полями…", автором которого был Анатолий Яковлевич Флауме (1912–1989)»·

Написал он его под именем Анатолия Флорова, на музыку Михаила Давыдова, который, в общем-то, взял за основу мелодии советских композиторов:

 
Мы идем широкими полями
На восходе утренних лучей.
Мы идем на бой с большевиками
За свободу Родины своей.
Марш вперед, железными рядами
В бой за Родину, за наш народ!
Только вера двигает горами,
Только смелость города берет!
Мы идем вдоль тлеющих пожарищ
По развалинам родной страны,
Приходи и ты к нам в полк, товарищ,
Если любишь Родину, как мы…
 

«Одной из важных забот Отдела пропаганды было театральное дело, – продолжает Р. Полчанинов. – В театре имени Пушкина, который не пострадал от бомбардировки, до осени 1942 г. шли концерты как для русских, так и для немцев, но в конце года его сделали исключительно немецким солдатским театром, <…> а для русских был специально построен в саду отдыха <…> деревянный барак, названный официально Малым театром. Псковичи называли его Русским театром. <…> С тех пор там были эстрадные выступления местных и приезжих артистов и показ немецких фильмов. <…> Среди приезжавших в Псков была рижская эстрадная группа под руководством Владимира Александровича Гермейера (по сцене Герин)… За февраль 1943 г. она дала свыше 50 выступлений, как для гражданского населения, так и для русских и финских воинских частей, включая больных и раненых в полевых госпиталях.

Частым гостем Пскова был рижский квартет Гривского, который состоял из Льва Гривского, Владимира Неплюева, Ивана Гайжевского и Игнатия Разуваева. Про Гривского писали в газетах, что он погиб в 1945 г. в Германии во время налета на поезд, в котором артисты ехали на очередное выступление. Вместе с ними выступали еще три танцовщицы и один юморист-имитатор. В их программе, вероятно, по требованию немецкой пропаганды, всегда была надоевшая мне ария Германна из “Пиковой дамы”, в которой были слова: Тακ бросьте же борьбу, ловите миг удачи, пусть неудачник плачет…”


Рекламная открытка хора «Бояр», созданного в 1930-х гг. из русских эмигрантов. Руководитель – Евгений Зверьков (?) эмигрировал после революции. Пластинки с записями его балалаечного оркестра выходят в Германии уже в 1921 году. После войны продолжил музыкальную карьеру

Рижский квартет тенора Льва Гривского (второй справа) в годы войны активно гастролировал на оккупированных территориях. Вгоду его создатель выехал в США. Крайний справа – первый тенор Владимир Неплюев (1908-?)

Иногда в псковском “Русском театре” выступал знаменитый народный артист РСФСР Николай Константинович Печковский. <…> Кроме рижан выступал и фронтовой театр “Свежий ветерок” под руководством В. Печорина. Был в Пскове и свой “Ансамбль русских добровольцев” под управлением М. Корсунского, который псковичи называли “Ансамблем военнопленных”. Он состоял из бывших военнопленных, поступивших на службу немецкой пропаганды, и к РОА отношения не имел. Этот ансамбль выступал не в советской и не в немецкой форме, а, как я потом узнал, в американской. <…> Из местных русских запомнился мне молодой красивый певец, любимец публики Игорь Александрович Зарикто. <…> Иногда в “Русском театре” появлялась красавица Хильда Алева, псковская эстонка, работавшая диктором на радиоузле и снабжавшая газету "За Родину” детскими сказками или стишками, подписываясь “Тетя Маня”. Появлялась она всегда хорошо одетая и в сопровождении немецких офицеров. Иногда она выступала на сцене как конферансье».

Песни русских коллаборационистов

Сохранившиеся пластинки, листовки и сборники показывают, что мотивы известных песен постоянно брались за основу, на которую сочинялся новый текст. Данный прием широко использовался в годы войны (да и ранее, и в дальнейшем), причем обеими сторонами.

Зная о популярности «Лили Марлен», советские пропагандисты силами работающих в СССР немецких политэмигрантов распространяли антигитлеровскую версию песни. Немцы не оставались в долгу и сочиняли свои тексты на мотив «Синего платочка», «Катюши», «Трех танкистов» и, как наглядно демонстрирует пример Саши фон Штольберга, чуть ли не всего русского фольклора.

Передо мной сборник «Песенник добровольца РОА» (1943), который наряду с новыми композициями, включает в себя старинные романсы, народные и военные песни (в частности, «Черные гусары»). Нашлось тут место и русскому переводу «Лили Марлен»[21]21
  «Лили Марлен» (музыка Н. Шульц, слова X. Лайл) – песня, ставшая популярной в ходе Второй мировой войны как у немцев, так и противостоящих им солдат союзных армий. История песни подробно рассказана в документальном фильме телеканала «Россия» «Под грохот канонад: “Синий платочек" против “Лили Марлен"» (2014). Картину можно посмотреть на сайте www.kravchinsky.com.


[Закрыть]
.

Листая в бывшем спецхране Ленинки газеты различных профашистских русских воинских соединений: «Доброволец РОА», «Заря» или «За свободу», мне бросилось в глаза обилие материалов, напрямую связанных с песней.

Вот, к примеру, фрагменты прямо-таки программной статьи, опубликованной в военном органе Комитета освобождения народов России «За Родину!» (Псков, № 127 (222), 1943).

ПЕСНЯ СВОБОДЫ

Бойцы Русской освободительной армии поют и пишут

Всякая благородная идея порождает в народе, проводящем ее, лучшие качества. Идея национальной революции, всколыхнувшая сейчас русский народ, возбудила в нас, помимо боевого духа борьбы за национальную свободу, силу творчества, энтузиазма, кипучей деятельности. 25 лет угнетенные жутью сталинского режима, русские могут сейчас проявить свои патриотические чувства без боязни быть загнанными в застенки НКВД. Свободное слово, свободный стих, вольные песни нашего народа – звучат гимном радостного освобождения от большевизма, проникнуты духом дальнейшей беспощадной борьбы. Стихи, песни, помещенные нами, – не образцы классической поэзии, но показатель того весеннего потока радости, который охватил все творческие круги русской жизни – символ освобожденной Национальной Идеи. Эти произведения – только небольшая часть полученных за последнее время нашей редакцией. Желанием творчества отражением зарождающейся эпохи борьбы за полное освобождение русского народа охвачены все наши поколения. В приводимых ниже немногих образцах нет еще полной отточенности, чеканности, обработки – но в них бьет живой ключ новых веяний Русского Освободительного Движения.



Так немецкая пропаганда популяризировала газету «Новое слово» и «воинов» РОА. Берлин, 1944


 
ПОХОДНАЯ
Не быть нам рабами!
На битву с врагами
Готовы и ночью и днем.
Сквозь тучи и пламя народное знамя
Мы твердой рукой понесем.
Припев:
Дорогой открытой, печалью повитой,
В дыму и огне батарей.
В походе и битве с одною молитвой
О счастье России своей.
Мы горем платили за то, что любили,
За муки отцов и детей.
Мы им не простили, позор не забыли
Страданье задушенных дней.
В сплоченных колоннах идут легионы
На бой, на великую месть.
Несут миллионы на светлых знаменах
Свободу народу и честь…
 

А вот не менее интересная публикация Владимира Южина из газеты «Новый путь[22]22
  Нетрудно заметить, что это переделанные слова известной песни «Прощание» Дм. Покрасса на стихи М. Исаковского.


[Закрыть]
, 1942.

«ПЕСНЯ – ДУША НАРОДА»

…Концерт ансамбля песни и пляски соединенных войск Русской народной армии, состоявшийся 17 января в большом зале Смоленского городского управления, это – событие огромного и символического значения. Это – не просто концерт, устроенный для развлечения скучающей публики. Это – первая, весьма знаменательная встреча представителей вооруженных сил Новой России с освобожденным русским народом, борющимся в тылу за возрождение горячо любимой Родины из развалин великой. освободительной войны.

Огромный концертный зал переполнен. Среди зрителей особенно много молодежи. Это так естественно! Ведь поет, пляшет и смеется сама молодость, новое, духовно здоровое и сильное поколение великого многострадального народа. У тех, кто поет, пляшет и смеется, и у тех, кто находится в зрительном зале, глаза одинаково горят огнем священной борьбы за освобождение России от ее заклятых врагов, за избавление русского народа от ужасов большевизма.

Когда на эстраде появляются люди в форме бойцов и офицеров Русской народной армии, весь зал вспыхивает теплыми улыбками и гремит восторженными аплодисментами. Духовой оркестр соединения под управлением П. Турова исполняет марш Бородина «Поход на рассвете». В звуках оркестра слышна победная поступь полков, стремительное движение конницы.

Настанет день, когда выступят в поход против врага полки и дивизии Новой России. Мы знаем: в этот день поднимется на решительную борьбу против своих угнетателей весь многомиллионный русский народ. Это будет день твоей гибели, Сталин! День, когда над твоим звериным логовом потухнет черное знамя большевизма и согретая настоящим солнечным светом, освобожденная русская земля вздохнет легко и радостно!

 
Дан приказ ему на север, ей в другую сторону.
Уходили добровольцы в бой за Родину свою.
 

…Каждый номер концертной программы вызывает восторженные аплодисменты зала. <> Когда весь ансамбль песни и пляски заканчивает свой прекрасный концерт исполнением гимна соединенных войск Русской народной армии, многие в зале тихонько подпевают:

 
От края и до края,
От моря и до моря
Берет винтовки народ трудовой,
Народ боевой,
Готовый на муки,
Готовый на смертный бой
 

Парадоксально, но гимном РОНА была песня из советской оперы «Тихий Дон» (1938, музыка лауреата Сталинской премии И. Дзержинского, слова – Л. Дзержинский). Причем текст остался оригинальным. Понимая всю казусность ситуации, в конце 1942 года газета «Голос народа» объявила конкурс на национальный гимн «Новой России». Для отбора при редакции было создано жюри, куда вошло все руководство Локотьского самоуправления (РОНА) под председательством самого обер-бургомистра Бронислава Каминского. Лучшие произведения награждались премиями (от 10 до 100 тысяч рублей).

Вообще у каждого формирования были свои походные запевы. Остановлюсь лишь на тех подразделениях, где присутствовало значительное количество эмигрантов.

Донская казачья песня[23]23
  Написана ага песня 29/УІН942 г. донским казаком Сюсюкиным Александром Александровичем на улице в Берлине. Поется она на мотив казачьей песни «Слава Богу на небе, государю на земле, а нам, донским, казакам, на польской границе». Каждая 2-я строка повторяется 2 раза.


[Закрыть]

 
Слава Богу на небе и Гитлеру на земле,
А нам, донским казакам, да на Тихом Доне.
Гитлера донцы восславят, атоманов изберут,
Атаманов изберут, жизнь казачью поведут.
Вспомним близкого, родного, атамана мы Краснова,
Вспомним все его наказы, чтобы с немцами дружить.
И с немецким чтоб народом вместе слову добывать
Донцы храбро будут драться, беспощадно врагов бить,
От насильников советских, коммунистов палачей
Мы священный Дон очистим и на век освободим.
Нам поможет Адольф Гитлер и немецкий весь народ.
Мы же Гитлера восславим и за ним-везде пойдем,
Мы за то его восславим, что он Дон освободил,
Что он Дон освободил, жизнью вольной подарил.
На Дону порядок будет, будет Божья благодать.
А за все, донцы, за это должны немцам помогать,
Помогать должны им крепко всех врагов уничтожать,
Всех врагов уничтожать, славу с немцами стяжать.
 

Песня одной из казачьих частей из газеты «Новочеркасский вестник» (№ 57 от 14.12.1942)

Воевавшие в танковых частях на стороне вермахта казаки сложили такую песню:

 
Казачество Тихого Дона, по коням,
Кубанцы и терцы, по коням, вперед!
Теперь наши груди окованы бронью,
Казаная вольность, в Крестовый поход!
 

Создатель так называемого «Штаба обороны Дона» Петр Донское сочинил в 1942 году гимн для своих отрядов:

Полыхают пожаром казачьи станицы,

Ветер пепел несет по родимым полям.

Есть за что нам с кровавой коммуною биться,

Есть чем будет порадовать родину нам… [24]24
  Есть версия, что именно это стихотворение стало отправной точкой для создания песни «Поручик Голицын»: «Четвертые сутки пылают станицы, / Потеет дождями донская земля…» Однако пока имя автора шлягера остается неизвестным.


[Закрыть]

Полки Русского корпуса голосили такой довольно оптимистичный для 1945 года текст.

По босанским дорогам

Шел в боях и тревогах

Сорок пятый решительный год.

От Моравской долины

До Дуная и Дрины

Все полки поднимались в поход…

На Босанском предмостье

Тлеют белые кости,

Над костями шумят ветерки.

Помнят псы-партизаны,

Усташи, домомбраны

Про ударные наши полки.

Скоро в край наш привольной

Хлынут новые волны,

Русский корпус в Отчизну придет

По родимым просторам,

По станицам и селам

Снова мирная жизнь зацветет.

А главное – создан он был на основе известной песни уж никак не арийцев братьев Покрасс на стихи Алексея Суркова «Конармейская». Можете сравнить![25]25
  Очередную трансформацию песня переживет в восьмидесятые годы, когда ее переделанную антисоветскую версию запишет на кассету «Брайтонштат» Ян Бал.


[Закрыть]

 
По военной дороге
Шел в борьбе и тревоге
Боевой восемнадцатый год.
Были сборы недолги,
От Кубани до Волги
Мы коней поднимали в поход…
 

В смоленской газете «За свободу» регулярно появлялась рубрика некоего капитана А. Сибиряка «Песни добровольцев РОА». Песен было много, но при этом ни одной, которая стала бы действительно популярной в народе, им создать не удалось.

«В 1942 году берлинские литераторы – доктор Курт Люк и Петр Белик – выпустили сборник антисоветских частушек, песен, поговорок и анекдотов. Во введении составители заявили о том, что все русское народное творчество дышит ненавистью к Сталину, евреям, коммунистам, колхозам и к законам фальшивого народного правительства. Смоленским колхозникам, возмущенным “спровоцированной Сталиным войной” и радующимся приходу “немецких освободителей”, приписывалась следующая частушка:

 
“Эх, яблочко, покатилося,
А советская власть – провалилася.
Чего ждали мы – возвратилося."
 

Комментарий был следующий: “Вот оно, истинное отношение русского народа к этой войнеГ Это “творчество" трактовалось как проявление “неустанной борьбы двух пропаганд – официальной и народной"…» [26]26
  Б. Ковалев. «Повседневная жизнь населения России в период нацистской оккупации».


[Закрыть]

В составе армии Власова, в ротах так называемой «активной пропаганды» было несколько ансамблей песни и пляски, а также оркестры и специальные части по работе с киноустановками. Кроме того, по оккупированным территориям кочевало большое количество артистических групп, сформированных из местных творческих сил. Исполняли они, естественно, не советские песни. Вернее, советские, но, как они писали на листовках, «на русский лад».

Историк Борис Ковалев в монографии «Нацистский оккупационный режим и коллаборационизм в России (1941–1944 гг.)» [15] сообщает интересные факты:

«При посещении госпиталей для солдат РОА и карателей с ранеными и больными, кроме распространения среди них газет и листовок, разучивались популярные советские музыкальные произведения с новыми словами. Так теперь “три танкиста, три веселых друга” служили в РОА, а смысл песни “Легко на сердце от песни веселой” сводился к благодарности русского крестьянства немцам и Гитлеру за то, что оно стало хозяином на своей земле».

Владимир Мединский в исследовании «Война. Мифы СССР. 1939–1945» [16] пишет:

«Из номера в номер публиковались переделки советских песен. Катюша уговаривала “бойца на дальнем пограничье” переходить к немцам. "Три танкиста – три веселых друга”, убив комиссара, это уже сделали. А это узнаёте?

 
Широки страны моей просторы,
Много в ней концлагерей везде,
Где советских граждан миллионы
Гибнут в злой неволе и нужде…
Широка страна моя родная.
Миллионы в ней душой калек.
Я другой такой страны не знаю,
Где всегда так стонет человек.
 

У Лебедева-Кумача от такого уровня редактуры, возможно, приключился бы инсульт…»

Советская песенка на русский лад

 
Расцветали яблони и груши,
Божий мир смеялся, весь в цветах.
Выходила на берег Катюша
И держала письмецо в руках.
*
На прпторке Катя прочитала
От дружка родного письмецо,
И от счастья жаром запылало
У Катюши все ее лицо.
*
Над письмом склонилася головка,
Кате глаз от букв не отвести —
Ах, он бросить рад свою винтовку
И решил он к немцам перейти!..
*
Нашей кровью мы лишь Маркса тешим,
Немцы же несут нам, русским, Русь.
Брошу комиссаров – ну, их к лешим!
И к тебе, Катюша, я вернусь!»
*
Письмецо Катюша прочитала,
И на сердце стало сладко ей.
И с улыбкой Катя прошептала!
«Возвращайся, милый, поскорей!
*
Я склоню на грудь к тебе головку,
А потом Бог даст нам и детей,
Так бросай же, милый мой, винтовку.
Возвращайся к Кате поскорей»!..
 

Листовка с переделанной советской песней «Катюша» (фрагмент)

Да, промывка мозгов была поставлена в частях коллаборационистов на широкую ногу. Едва ли не в каждом номере газет РОА освещалась деятельность курсов пропагандистов. Выпускники этих заведений принимали участие в работе с населением оккупированных территорий, объясняя, что «фюрер несет вам свободу», а также на примерах из статистки демонстрируя преимущество германской жизни. Они печатали листовки, организовывали выставки, вели программы на радио, снимали агитационные ролики, в том числе и с исполнением песен.

Боевым железным шагом

За полками шли полки,

И под славным русским флагом

Блещут русские штыки

Частым лесом, полем чистым,

Их ведет один приказ,

Чтобы сталинским чекистам

Не хозяйничать у нас!

Против красного насилья

Мы идем в жестокий бой —

«Возрожденная РОССИЯ!» —

Вот наш лозунг боевой…


Будни «освободителей» в их собственных фотографиях. Пропаганда…

Сотник казачьих войск вермахта поет песню с солдатами на деревенской улице «Слава Богу на небе и Гитлеру на Земле»

…и реальность.

Расстрел советских партизан. Сентябрь 1943

«И согретая настоящим солнечным светом, освобожденная русская земля вздыхает легко и радостно».

Газета РОА «Новый путь»

А. Власов и обергруппенфюрер СС Вернер Лоренц на концерте. 1944

Так закончилась история РОА. Казнь генерала Власова и его последователей. 1 Августа 1946

Пользовался популярностью и строевой марш:

 
Отступают неба своды,
Книзу клонится трава —
То идут за взводом взводы
Добровольцы из РОА…
День грядущий для нас светел,
Пусть извилисты пути,
Каждый сам себе наметил
С кем, куда, зачем идти.
Перед нами будь в ответе,
Кто народ в войну втравил.
Разнесем как тучи ветер
Большевистских заправил.
Нету к прошлому возврата,
В сердце кровь кипит ключом.
Все мы русские солдаты,
Счастье Родине несем!
 

Но не «творчество» Александра Шевченко и не бравые мелодии «добровольцев из РОА» стали апогеем нацистской пропаганды.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю