Текст книги "Исповедь тирана (СИ)"

Автор книги: Максим Савельев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 2 страниц)

Мужчина надавил на углубление, чувствуя, как его рука проваливается внутрь, словно бы перед ним находился не камень, а серый песок. Это не было необычным, но Эйвен на секунду испугался, что что-то откусит или зажмет ему руку, как в детских страшилках. Но к счастью, этого не случилось. Он почувствовал укол, когда иголка, которую техномаг не видел, вошла ему в палец и взяла каплю крови. Следом за этим на уровне его глаз открылся заслон, оттуда полился красный инфралазер и просканировал его зрачок, определив гражданство Капитолия и Альянса.

Каменная молния наконец выпустила руку сенатского телохранителя, но затем прямо на серой скале появилась зеленая тонкая полоска. Догадавшись, что Трезубец требует от него голосового пароля, Эйвен произнес:

– Путь через Трезубец всегда закрыт.

Полоска задвигалась, считывая его голос, а затем исчезла так же внезапно, как и появилась. Громадная скала над его головой дрогнула и начала свое движение в сторону, заставляя техномага отступить на несколько шагов назад.

Камень, оказавшийся десятиметровой толстенной дверью, зашипел, выпуская потоки сдавленного воздуха и поднимая в воздух столб пыли; сверху сыпалась крошка и мелкие камешки. Солдаты заинтересованно подошли ближе, слышались удивленные возгласы, подкрепленные грубоватыми выражениями и смешками.

– Хрена себе! – обернувшись, Эйвен увидел подошедшего Вакира Трасса. – Это всегда здесь было?

Техномаг придал своему лицу выражение уверенности и ответил так, словно бы знал о подземной базе с самого рождения, а не услышал впервые несколько часов назад:

– Насколько мне известно, уже давненько, – чем заслужил уважающие взгляды от окружающих военных.

Дверь с шумом и грохотом, от которого дрожала земля, открывалась все больше, позволяя увидеть широкий спуск вниз.

– Так, спускаемся вниз, осторожно и не спеша! – приказал капитан Трасс и пошел первым, подавая пример остальным.

Пилоты заняли свои титаны, водители сели в транспортеры и начали движение в те зоны, где их не заметил бы враг. «Аргусы», прижав пулемет и ракетницу к корпусу, пошли вперед пехоты, от каждого их шага содрогались каменные стены и пол, но места для этих титанов было предостаточно. По проходу загорались лампы, находящиеся через каждые три метра, некоторые светили тускло, некоторые – чересчур ярко, но на их стекле был явно виден толстый слой пыли.

Эйвен шел последним, и дверь за ним закрылась со странным стуком массивного стального заслона. В туннеле пахло плесенью, под ногами ощущался песок и мелкий щебень, превращенный стопами многотонных «Аргусов» в осколки. Техномаг с каждым шагом чувствовал, как холодает, и понял, что спустился уже на несколько метров под землю. Дорожка находилась под наклоном и поросла мхом, так что иногда кто-то из солдат поскальзывался и под общий хохот сослуживцев поднимался на ноги.

Проход вывел военных к площадке поистине огромных размеров. Присвистнув, техномаг задрал голову вверх и увидел над своей головой высокий стальной, не бетонный, как все остальное в зале, потолок. Некоторые участки были отмечены кругами, такие же круги находились и на полу. Эйвен протолкался мимо солдат и нашел Трасса возле больших компьютеров у дальней стены. Масштабы этой базы поражали, здесь могло поместиться в два раза больше людей, чем находились сейчас.

– Отправьте снайперов по лифту наверх, на вершину скал, пусть засядут там и ждут противника, – раздавал приказы Вакир своим людям. – Остальные пусть осмотрят оружие и приготовятся.

Сержанты внимательно слушали указания и кивали, затем отдали честь и направились к подчиненным.

Эйвен подождал, пока офицер освободится, затем кашлянул, привлекая его внимание. Капитан отвлекся от широких мониторов и повернулся.

– Сенат не сообщал приблизительное время прибытия наших гостей? – спросил он.

Эйвен отрицательно покачал головой.

– А вообще что-нибудь конкретное?

– Они вообще ничего не говорили, кроме численности солдат.

– Не люблю, когда задания дает Сенат, – буркнул Трасс. – Они никогда не сообщают никакой конкретики. Идите туда, сделайте это. А что будет в том месте, что нам нужно сделать – не говорят. Главнокомандующий, например, и точные данные даст, и все в подробностях расскажет.

Техномаг передернул плечами.

– Ну, сенаторы в званиях Верховных главнокомандующих... Но да, они многое утаивают. Подождем, конечно, хотя это ожидание меня... напрягает.

Широкая улыбка появилась на обветренных губах офицера.

– Да ты, никак, волнуешься! Ха, а я уж думал, что техномагам, элите наших войск, похрену на подобные мелкие передряжки.

Подобный укол, хоть и сказанный в шутку, немного разгорячил Эйвена.

– Ну, во-первых, техномаги не солдаты, – ответил он. – А во-вторых, только самые отбитые не волнуются перед боем. А предстоящее сражение совсем не походит на "мелкую передряжку".

Он не обижался. Солдаты часто считали своим долгом указать техномагам, что те тоже подчиняются армейскому командованию, но это было не так. Единственным начальством Ордена техномагов был Сенат.

– Да, численное соотношение не в нашу пользу, – согласился Вакир, – но зато на нашей стороне тактическое преимущество и неожиданность. Ну и еще два титана, что более важно, хе-хе.

– Ладно, какой у нас план?

Капитан развернулся к мониторам и вывел на экран схему Трезубца. Эйвен заинтересованно склонился рядом.

– Вот здесь – главный вход, – объяснял Трасс, водя рукой по светлой голограмме. – По этому проходу будет двигаться отряд Союза. Как видишь, сразу на входе находятся толстые ворота, которые закроются, как только грифончики войдут на нашу территорию. Еще одни ворота здесь. – Он постучал пальцем там, где узкая дорога выходила на обширную площадку. – Закроем их, когда половина войдет на площадку, а половина еще будет в проходе.

– То есть, разрежем их корпус на две части? – уточнил Эйвен.

– Верно. Затем... Видел те круги на потолке? Это маленькие люки. Они откроются, и мы вылетим прямо из-под земли и нападем на грифонов. Теперь силы уравняются, да?

Техномаг всмотрелся в схему, немного подумал и передвинул изображение вправо.

– Да, но почему бы нам не дождаться, пока иллирианцы не пройдут дальше, по одному из трех путей, а затем ударить сзади и спереди?

– А потому, что узкая дорожка сработает и против нас. Мы потеряем много людей, кроме того, полностью нивелируется присутствие наших титанов, они там вообще не пройдут.

– Но титаны и так не протиснутся в те люки, – возразил техномаг.

– "Аргусы" упадут сверху. Я уже отправил их по грузовых лифтах...

– Сэр! – позвал один из солдат, исполнявший роль оператора. – Противник в зоне нашей видимости.

Камеры, установленные на самых вершинах, показывали светло-желтую змею из солдат, двигающихся пешком. Верховный главнокомандующий не соврал, когда говорил, что они не возьмут с собой технику, но их численность все равно внушала некоторые опасения.

Корпус пришел в боевую готовность. Под крики капитана и сержантов солдаты вставали на отмеченные кругами места и нервно ждали, когда первая десятка пройдет к развилке. Затихли всякие разговоры, слышались лишь тихий шум машин Трезубца да пощелкивание киберножей.

Военные проверяли реактивные насадки, крепившиеся вдоль голени. Они позволяли подняться ровно на такую высоту, чтоб вылететь на поверхность. Эйвен глядел на бойцов чуть ли не со снисхождением: в его обувь такие штуки уже были установлены, причем куда более мощные и компактные.

Техномаг проверил складной пистолет на поясе и активировал один из киберножей, делая несколько пробных взмахов. Особенностью таких клинков было то, что они могли изменять длину своего лезвия от нескольких сантиметров до почти полутора метров. Некоторые модели также позволяли настраивать рукоятку и кривизну клинка. Полупрозрачный меч, похожий на мутное стекло, позволял незаметно устранить врага, если способности полностью истощат техномага.

Вакир встал у компьютера вместе еще с несколькими подчиненными и напряженно наблюдал, как армия Союза втягивается в узкий проход. Эйвен видел, как механическая рука капитана быстро бегала по клавиатуре, передавая последние команды снайперам или закладывая в Трезубец какой-то алгоритм. Второй рукой офицер перелистывал изображения с камер, чтоб лучше разглядеть противников.

Время, за которое грифоны прошли от входа к площадке, казалось бесконечностью, и не только для Эйвена. Он уже и киберножи по десять раз проверил, и пистолет перезарядил, и успел тихо поговорить с солдатами, а враги все никак не шли. Они двигались настолько медленно, словно чего-то опасались, и их опасения были оправданы. Кинув быстрый взгляд на камеры, техномаг заметил, что два солдата несли большой тяжелый ящик. Если бы он наперед знал, что в нем, то тут же остановил бы атаку и поменял план действий, но Эйвен принял ящики за простую взрывчатку.

– Закрываю ворота! По моей команде! – крикнул капитан Трасс.

Тишину разорвало громкое шипение и грохот, когда скала раскрылась и тяжелые ворота отрезали одну половину армии Иллирии от другой. Одновременно с этим на потолке раскрылись люки и пара невнимательных солдат в желтом обмундировании свалились вниз с шестиметровой высоты.

– Вперед!

Сверху уже раздавались одиночные выстрелы, когда альянсовцы активировали свои насадки и вылетели на поверхность, словно пробки из бутылки крестена. Эйвен ударил по голени и почувствовал, как его стопы отрываются от земли.

Завязался бой. Благодаря внезапности подчиненные Трасса сразу перехватили инициативу и наседали на сбившихся в кучу противников. Хотя те не переставали огрызаться.

Эйвен уклонился от напавшего на него пехотинца и ударил в ответ, их мечи скрестились с тихим шипением. Противник оттолкнул техномага и нанес удар сверху, но тот ушел в сторону и резанул человека по животу быстрым и точным ударом. Стеклоподобное лезвие с легкостью разрезало тонкую куртку солдата и его плоть. Не став мучить врага долгим ожиданием смерти, Эйвен вонзил кибернож ему между лопаток.

Рядом прошагал титан, сотрясая землю своими шагами. Пятиметровая махина шла среди сражающихся, словно стальное божество, давя своими ногами всех, кто не успел отбежать. Несколько громких выстрелов из ракетниц отправили группу человек в небытие, ручной пулемет изрешетил тело солдата Иллирии.

Эйвен заметил, что на Вакира насели трое солдат и поспешил к нему на помощь. Расталкивая врагов, он подбирался ближе, достав из держателя пистолет. Капитан был уже без оружия, на его лице виднелся глубокий порез, но в руках его противников также не было видно ни пистолета, ни винтовки. Когда техномаг подошел поближе, его сердце дрогнуло. Убийцы – те враги, которых Эйвен желал видеть в последнюю очередь.

На первого из них он напал сзади и провел мечом по горлу, пока тот не успел обернуться. Тело осело на песок и под ним растеклась внушительная лужа крови.

В ближнем бою пехотинцы пытались целиться в шею, это было известно всем еще с детства. Словно основной догмат. Шея – наименее защищенная часть тела у военного. Конечно, у более бронированных единиц имелись стальные воротники, но у простых солдат, которые носили просто мундир или куртку, шея всегда была открыта.

Второго убийцу Эйвен застрелил из пистолета, попав прямо в затылок. А вот с третьим нападавшим Трасс справился сам. Отбив удар меча механической рукой, он схватил врага за голову и с легкостью поднял его в воздух. С ревом дикого медведя капитан впечатал солдата затылком в каменное покрытие ущелья. Голова того треснула, брызнула кровь и белесая мозговая жидкость, испачкав ботинки и форму киборга.

Отшвырнув мертвое тело, офицер кивком головы поблагодарил Эйвена за помощь, поднял валявшуюся на песке винтовку «МТ-11» и прошел мимо него в самую гущу боя.

Пятое чувство резко забило тревогу, и Сильват, доверившись инстинкту, развернулся и упал на землю. В тот же миг на том месте, где была его голова, пронеслось длинное лезвие киберножа. Времени размышлять и строить тактику не было. Перекатившись, Эйвен рывком поднялся на ноги и встретил нападающего лицом к лицу. В спокойных глазах противника он увидел холодную уверенность и понял, что перед ним не кто иной, а ветеран сражений.

Полупрозрачное лезвие жаждало крови и пело, столкнувшись с киберножом противника. Их шипение смахивало на шкварчание яичницы на раскаленной альфраниевой сковороде. Меч словно бы сам рвался в бой и позволял ему, Эйвену, направлять себя. Техномаг же не сопротивлялся танцу оружия в своей руке, нанося точные смертоносные удары.

Эйвен позволил киберножу поцеловать своего собрата еще раз, затем ушел в сторону и попытался нанести удар сбоку. Но ветеран был готов к такому маневру и резко выбросил кулак вбок. Удар пришелся мужчине прямо в солнечное сплетение, выбив весь воздух из легких.

В глазах Эйвена потемнело, он почувствовал, что задыхается. Но противник и не думал давать ему передышку. Яростный удар, в который солдат вложил всю свою звериную силу, техномаг отбил с таким трудом, что почувствовал, как завибрировала прорезиненная рукоятка киберножа и дрожь прошла по всему клинку. Но иллирианец ударил еще раз и еще, и каждый выпад мужчина парировал все слабее.

Не имея возможности вдохнуть воздух, он чувствовал вкус пыли на губах, лезшей ему прямо в рот и нос, запах крови, стали и дыма. Снова грохнуло оружие титанов, совсем рядом, да так, что задрожали сами скалы вокруг.

Крики, взрывы, бесконечная автоматная канонада так оглушила Эйвена, что он и не заметил, как активировался его интерфейс.

Словно второе дыхание пришло в его организм с болезненным глотком воздуха. Иллирианец продолжал наседать, но теперь каждый удар техномаг отбивал с небывалой легкостью. Цвет его зрачков сменился с серого на красный, тонкие нити, видимые лишь ему, вырвались из пальцев и обвились вокруг правой руки врага.

Чуть сжав левую руку в кулак, техномаг притянул солдата к себе, перехватил его под мышкой и бросил через бедро на землю, приложив головой об камень. Тот, не ожидавший такого маневра, выронил меч и упал с широко открытыми глазами. Перед тем, как кибернож Эйвена вошел ему в грудь, мужчина увидел в усталых глазах соперника что-то похожее на восхищение.

Над солдатами возвышались «Аргусы», словно стальные истуканы, расстреливая всех, кто носил отличную от военных Альянса форму. За одним из гигантов устремились двое убийц, которые вцепились ему за спину и пытались вылезти наверх.

Сцепив зубы, Эйвен наблюдал за ловкими движениями диверсантов, совершенно не желая сталкиваться с этой группировкой. Но один из убийц почти добрался до люка пилота, второй же застрял там, где у людей были лопатки. Не теряя времени техномаг рванул за механоидом, расталкивая всех, кто вставал на пути и одновременно пробивая себе дорогу яростными ударами меча во все стороны.

Благо титаны не передвигались столь быстро, чтобы их не смог догнать человек, поэтому Эйвен вскоре настиг уходящего «Аргуса». «Ну и громадина!» – мелькнуло у него в голове, когда фигура гиганта закрыла жаркое солнце.

А ведь солнце действительно начало припекать. Раскаленный желто-красный шар вошел в зенит, пригревая так сильно, что от титанов начал подниматься прозрачный дымок. Эйвен чувствовал, как по лбу и груди катятся капли пота, а волосы на голове взмокли. Теперь к запаху крови и пыли прибавился еще один – специфический аромат пота и усталости.

Пять прозрачных нитей, вырвавшись из пальцев техномага, опутали талию ближнего к нему убийцы. Резко дернув рукой, Эйвен мог полет размахивающего руками противника прямо к его ногам. Добив упавшего одним точным ударом, мужчина схватился за горячий уступ на ноге титана, подтянулся и оказался на его пояснице. Оттуда он начал карабкаться наверх.

Второй убийца был уже наготове. Он попытался рубануть своим мечом по пальцам техномага, но тот вовремя убрал их и запрыгнул на плечо "Аргусу". При каждом шаге титан вздрагивал, и Эйвен чувствовал, что подпрыгивает вместе с ним, не помогала даже специальная подошва ботинок.

Сделав несколько пробных выпадов в сторону неприятеля, телохранитель Сената убедился, что бой предстоит нелегкий. Мало того, что он смертельно устал и еле держит меч в руках, так еще и перед ним самый ненавистный ему класс войск – убийцы. В обычных условиях боя он бы держался от них подальше, но теперь, если один из этих ублюдков выведет из строя титана... Это будет не к добру.

Клинки скрестились с тихим шипением, утонувшем в громком шуме окружения. Потом еще раз. И еще... Между сражающимися находилась голова титана, за которую держались оба солдата, так что Эйвен порадовался, что убийца не находится в непосредственной близости от него. «Аргус» ни на секунду не останавливался, ни на миг не прекращал обстрел.

Техномаг попытался уколоть врага в грудь, но тот просто отступил назад, словно бы насмехаясь над его нелепой попыткой.

– Давите жуков до конца! – слышался зычный голос Трасса. – До конца, мать вашу!

В ответ на это солдаты отзывались дружным «Руаааа!» и еще более интенсивным темпом стрельбы. Видимо, Альянс все же брал верх в этом сражении.

Титан дернулся, и Эйвен чуть не свалился, зато и его противник еле устоял на ногах. Держась левой рукой за голову механоида, а правой орудуя киберножом, техномаг пытался заставить врага отступить, отпустить головешку "Аргуса", ведь тогда, при следующем маневре гиганта, убийца наверняка потеряет равновесие, а это легкий путь к победе.

Перебросив меч в левую руку, он сделал быстрый выпад, и военный Союза, не ожидая такого, пропустил укол в ключицу. Из сжатых уст убийцы вырвался вскрик. Именно это и стало сигналом к действию. Он не думал – просто действовал.

Из правого рукава, словно на пружине, вылетела рукоятка еще одного киберножа, и Эйвен, активируя клинок прямо на ходу, ударил одновременно обеими руками.

Ситуация все накалялась. Одно неверное движение "Аргуса", один резкий поворот – и техномаг окажется на земле, сломав себе пару костей и под угрозой быть растоптанным солдатскими ботинками.

Одно из лезвий нашло свою цель и снова уткнулось в ключицу убийцы, в то же самое место. На месте раны появилось пятно крови. Взревев от боли, противник вложил всю свою силу в удар и обрушил удар сверху. Но Эйвен был к этому готов.

Он позволил киберножам встретиться, но затем выронил меч и, быстро выхватив пистолет, сделал выстрел от бедра. Пуля вошла глубоко в плечо врага, тот пошатнулся, но клинок Эйвена уже пронзил грудь диверсанта.

– Никто не обещал, что сражение будет честным! – прошипел он и столкнул труп вниз, где он тут же попал под волну сражающихся.

Внезапно земля содрогнулась от серии громких взрывов. Эйвену показалось, что враги сумели наконец сразить второго титана, но повернув голову в сторону ворот, он увидел, как толстенная перегородка, сдерживающая до этого времени половину армии Иллирианского Союза, разлетелась на куски. Он не успел среагировать, и мощнейшая взрывная волна сбросила его с титана. В глазах потемнело.

Когда Эйвен очнулся, первым делом порадовался, что никто его не раздавил, но подняв голову, он увидел, что пробыл без сознания от силы секунд десять. Приложив руку к голове, техномаг ощутил на пальцах теплую кровь. Он не знал, насколько глубокая была рана на лбу, но она начала ужасно печь.

Отметив, как странно качается земля и как приглушенно звучат в голове чужие голоса, техномаг попытался встать и тут же пожалел об этом. Судя по всему, от падения он сломал себе несколько ребер и повредил правую руку. По крайней мере, ее он не чувствовал. Большинство военных, как альянсовцев, так и их неприятелей, тоже валялись на земле. Ущелье заполонили крики раненых и покалеченных.

Эйвена накрыла гигантская тень. Не было смысла оборачиваться, чтобы посмотреть, что падает на него.

Титан, сраженный несколькими снарядами, заваливался на бок, словно железная статуя, головы у него, как и левой руки, больше не было, на груди, где располагалась кабина пилота, зияла глубокая дыра, из которой вырывалось пламя.

Те, кто мог еще двигаться, пытались убежать от падающего «Аргуса», и Эйвен, оказавшийся в зоне его поражения, ускоренно захромал в другую сторону. С грохотом, похожим на шум падающих десяти тонн металлолома, «Аргус» грохнулся на бок. Из кабины наполовину вылез пилот, у него отказали конечности, он умолял о помощи, но его ноги уже начало лизать пламя.

Шатаясь, Эйвен побрел подальше, чтобы не быть рядом, если эта машина взорвется. Сражение поутихло. Другого титана Альянса также не было видно, наверное, он не пережил взрыва. Техномага тошнило, каждый шаг отдавал дикой болью, и он понял, что вывихнул и ногу тоже. Голова кружилась так, словно бы кто-то взял планету и запустил, словно шар для боулинга.

Послышался еще один выстрел. Уловив вспышку справа, техномаг машинально активировал зеленый кинетический щит и обернулся посмотреть на ту мощь, что причинила столько разрушений.

Вдалеке, где раньше были ворота, стоял невысокий ящик с одним стволом на восьми паучьих ножках. "Самоходная турель", – ахнул Сильват. Но что это? Обычно такие турели имели высоту в несколько метров и имели гораздо меньшую огневую мощь, эта же едва превышала рост среднестатистического человека. Да и скорострельность этой удивительной турели поражала.

– За Капитолий и Альянс! – послышался рядом дикий крик. Этот клич, пришедший словно из дешевого пафосного боевика, на удивление техномага поднял на ноги многих солдат и те с ревом снова бросились на своих врагов. Только вот из разломанных ворот уже подтягивалась целая сотня свежих воинов Союза.

Забыв и о стекающей по подбородку крови, и о головокружении, Эйвен вытащил последний кибернож и покрепче сжал его в левой руке. Техномаги – амбидекстры, так что проблемы со сменой рук не будет. Выпустив воздух сквозь сжатые зубы, он рванул к турели, на ходу запуская в своем организме иную подпрограмму.

Красный цвет глаз сменился на изумрудный, время словно бы замедлилось, а звуки приглушились. Он видел и слышал лишь одну цель – как стреляет самоходная турель, разрывая в клочья целые группы и своих, и чужих.

Окружающая среда начала сливаться в одну цветовую гамму, люди стали похожими на тени с их расплывчатыми темными силуэтами и только техномаг, словно призрак, вихрем проносился мимо них. Будто во сне он отбивал атаки каждого, кто преграждал ему путь, и быстро, не жалея последних сил, убивал врагов. Зацепившись об осколок бывших ворот, Эйвен бросил мимолетный взгляд на землю и продолжил бы бег, если бы не заметил лежащее тело.

У трупа были все еще раскрыты глаза, на лбу зиял глубокий порез. В руке мертвец зажал винтовку «МТ-11», вторая конечность, оторванная в локте, валялась рядом – механическая и покрытая чей-то кровью.

Пронзенный несколькими пулями капитан Вакир Трасс прислонился к камню и с первого взгляда казался еще живым, если бы не кровавые пятна на груди и стеклянные невидящие глаза. Эйвен, на мгновение присев рядом закрыл ему веки и с сожалением вздохнул. Но времени горевать нет. Если он не уничтожит турель сейчас – умрет еще больше людей, погибнет весь Шестнадцатый корпус.

Турель охраняла лишь небольшая группа солдат, которые отстреливали приближающихся противников с невероятной точностью. Но вот техномаг – не просто очередная цель. Мозг Эйвена в бешенном режиме просчитывал возможную траекторию выстрелов охранников, интерфейс рисовал красные линии, отмечая будущий полет пуль, а инстинкты шептали, в какую сторону нырять.

Пули проносились мимо него в замедленном темпе, словно под водой, перед глазами стояли формулы просчета выстрелов и их направления, но вот боль, врезающаяся в мозг с каждым шагом, с каждым движением, мешала сосредоточиться.

Собрав последние силы, Эйвен вытянул левую руку вперед. Пять нитей, вырвавшиеся из пальцев, потянулись к одному из охранников и в мгновение ока переломали ему шею, тут же перескочив на второго. Чувствуя привкус идущей из носа крови, техномаг поднял следующего солдата в воздух и с силой бросил его об скалу позади, может быть, не убив на месте, но хотя бы ненадолго оглушив. Остался последний.

Но этот не пытался защищаться. Он лишь дернул за ручку на поверхности турели и Эйвен с ужасом увидел, как поворачивается к нему широкий ствол. Он прыгнул вперед, надеясь сразить охранника до того, как тот выстрелит. Эйвен перенаправил последние силы, чтоб усилить кинетический щит.

Из ствола турели вырвался сноп дыма.

А затем вспышка – и снаряд.

Он не знал, сколько пробыл без сознания, и больше всего на свете ему хотелось остаться в объятьях этой сладкой и теплой темноты. Но резкая боль во всем теле заставила Эйвена открыть глаза и сделать глубокий вдох. Дыхание вырвалось из легких с хрипом, тело не отвечало на команды мозга пошевелиться. Перед глазами все плыло, один глаз почти не видел, второй был настолько расфокусирован, что все, что Эйвен видел, были лишь расплывчатые силуэты и яркое солнце.

Подождав, пока зрение более-менее вернется в норму, техномаг с трудом приподнял голову, в ответ на это острая боль пронзила затылок. Он увидел, что одежда на его теле порвалась, из каждой раны сочилась кровь. Кинетического щита больше не было: он спас ему жизнь, приняв основной удар, и распался.

Окружающая обстановка не радовала. Повсюду валялись тела солдат Альянса, а военные в желтой амуниции прохаживались среди погибших, словно ангелы смерти, и добивали раненых или куда-то тащили.

Теперь проход к Капитолию был свободен, но армия Союза почему-то не спешила по нему проходить. Самоходная турель, целая и невредимая, стояла возле одного из инженеров.

– Выживший. – Эйвен услышал голос, усталый, немного грубый и совсем негромкий, словно бы говоривший не сообщал кому-то эту новость, а говорил сам с собой. Техномаг попытался нащупать кибернож, но руки отказывались слушаться. Ему оставалось лишь ждать.

Над ним навис высокий человек с автоматом в руках, закрыв своим силуэтом ненавистное солнце.

– Вы только посмотрите... – хищно улыбнулся военный. Последним, что увидел Эйвен перед потерей сознания, был стремительно приближающийся приклад автомата.