Текст книги "Шепот Пустоты. Книга 1. Точка возврата (СИ)"
Автор книги: Макс Каменски
Жанр:
Научная фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Вот одно из таких приключений и перевернуло всю мою жизнь. Я-то был простым фермером, у бати нас было пятеро. Пахали на земле, пили, но вот с девчонками как-то не очень везло. Мне. Братья были поразвязнее, а я стеснительный... В общем, смущенно обычно попивал свое пиво или что покрепче в уголке да не решался приступить к активным действиям.
И тут как-то на одной из вечеринок, которые очень часто устраивал мой старший брат, одна девчонка напилась до беспамятства, стала напрямую лезть ко мне. Ну, в общем, под дружное улюлюканье моих братьев и друзей, потянула она меня в комнату. Ну и тут, скажем, я сорвался немного. Нет, ничего не делал с ней, того, что не относится непосредственно к делу, но поработал я не хуже отбойного молотка. Еще бы! Пару раз в год такое счастье у меня бывает, если повезет. Надо сказать, в тот момент этой девчонке все очень понравилась – орала не хуже самки сафива в брачный период. А на утро пошла и накатала на меня заявление в просекторию.
Что тут началось! И допросы и даже арест на несколько месяцев, и затем опять допросы, экспертизы. Ясное дело, что никаких оснований не было, но у той чертовой бабы папаня был как раз из органов. А домой с той вечеринки девка пришла, раскорячившись как наездник на лошади – я все же малость перестарался. Короче, соседи стали косо смотреть, хотя братья им рожи били за это, но поменять это мнение не получалось. Да и просекьютор стал следить за мной, чуть ли не по пятам ходить...
Ну а тут как-то на один из праздников в нашем поселении по традиции прибыл зазывала военный. Такие очень часто выступают у нас на различных мероприятиях, рассказывая о том, как почетно быть солдатом Конфередации. Ну и среди приятностей, это официальное закрытие дел по "мелким проступкам" и "неочевидным преследованиям". Каждое, конечно, рассматривается отдельно, но... в общем, это был точной мой случай. Раздумывать мне особо не пришлось, да и старший брат еще в первые дни всей этой канители сразу сказал, что скорее всего нет другого выхода. Да еще Джон, мой старый друг, в это же время засобирался в солдаты – его семье стало совсем туго с деньгами, поэтому срочно требовались альтернативные источники дохода. Вот, в общем-то, так я и стал доблестным солдатом Конфедерации... А, девка та, кстати, пару лет назад умерла от передозировки. И нет, не потому что я нанес ей душевную травму, о которой она "несчастная" скатилась. А потому что была конченой шлюхой у "заботливого" папеньки просекьютора. Путалась с кем попало, вот и отправилась к чертям. Мне её не жалко – я уже получил свои две дырки в проклятой армии за всю эту пьяную глупость. Не знаю, насколько меня хватит, но всю жизнь стоять по струнке у меня нет интереса, а годы мотать до офицера тем более. Истекут сроки привлечения (пятнадцать лет по той статье, что мне шил папаша-просекьютор) и тогда посмотрим. Вернусь, наверное, к братьям косить грибы на плантациях да пить самогон.
Пока я тер очередной сектор столовой, пребывая во всех не самых радужных воспоминаниях, сзади кто-то подошел. Честно говоря, я не услышал не сразу, а только когда сзади кто-то смущенно кашлянул. Тогда я обернулся.
Это была Ксюша. В сером рабочем комбинезоне с молнией от пупа до горла, который сейчас был расстегнут до груди, игриво выглядывающей из не очень глубокого декольте армейской женской майки.
Кажется, я все же не смог сдержаться и сфокусировал взгляд не на лице девушки.
– Смотрю, не спиться? – усмехнулась она, снимая один из стульев и ставя на пол.
– Да, нашел отличное занятие на ночь, – смутился я.
– Завтра, насколько я понимаю, высадка. Неплохо бы поспать, – она уселась и скрестила ноги, признаться стоя, я мог еще глубже заглянуть в её вырез.
– Да ты права. Но у сержанта иное мнение.
Ксюша внимательно смотрела на меня, чуть склонив голову на бок. У этой смуглянки были очень красивые выразительные скулы. Бездна! Да у меня рот наполнился слюнями!
– Я тут слышала, ты чего-то увидел, там, внизу.
Признаться, я замялся. Мне совсем не хотелось говорить об этом. Ну совсем.
– Слушай, да так... немного перенервничал.
– Да? Это после того, как спас ту девушку?
Я посмотрел ей прямо в глаза. Не знаю, мне показалось, или в них был совершенно четкий вопрос.
– Просто выполнял свой долг. На моем месте так поступил бы каждый.
– Но бросился только ты.
– Был ближе всех.
– А вы что ли по очереди прыгали?
– Это допрос?
Ксюша запнулась. Поджав губы, она встала.
– Да, извини, просто интересно стало. Хорошей ночи.
Девушка ретировалась. А я остался в совершенной растерянности. Что это вообще было? Скажет мне кто-то?
– Ксюша? – зачем-то неуверенно и неловко я бросил в пустоту столовой.
Но тишина мне была ответом.
Ладно, хорошо. Пускай выпендривается. Уж я не знаю, что она там себе в голову взяла. Черт подери, но я ведь действительно действовал так, как должен был. Чертова Линдси сумасшедшая! Это бой-баба, по характеру совершенно напоминает мне наших олеонок – те как раз могли и руки распускать и поставит кого угодно на место своим твердым как сталь характером. Меня они всегда отпугивали. Не то, что нежные и грациозные азурянки. Такие утонченные, с невероятно красивыми формами. Да, такие вещи не могут не будоражить мужское сознание. Однако характер у этой Ксюши... Что она вообще о себе возомнила? Что? Решила мной поиграться?
Старинная швабра в моих руках нервно задергалась. Женщины! Все же что они могут сделать с нами? Особенно красивые женщины. Черт подери.
Я так углубился в свои мысли, что не заметил, как пролетел еще час. По азуровскому времени было уже два часа ночи, подъем должны были трезвонить уже через четыре часа... А я еще не дошел до коридора. Вот, шаги. Наверное, Пес идет. Он обычно мало спит, говорят, мучают плохие воспоминания... Только странно как-то он идет. Неравномерно. Словно прыгает на одной ноге, затем резко перебираем аж всеми конечностями!
Странные звуки, доносившиеся из коридора столовой все же заставили меня оторваться от своего дела и выйти в полумрак прохода, ведшего сначала в подсобные помещения и туалеты, а затем в комнату отдыха и казарменные помещения десантников. Никого там не было. Только тишина.
– Сержант? – недоуменно пробормотал я.
– У-у-те-р, – протянуто и едва слышно донесся до меня призыв со стороны хозблока – ближайшего к столовой отсека.
– Ксюша? – теперь уже неуверенно и смущенно спросил я.
– У-у-те-р, – снова донеслось до меня. Лампа рядом с хозблоком замерцала. Что еще за шутки из дешевого фильма ужасов? Да, меня уже пробрали чертовы мурашки и бегают теперь по всей спине. Не смешно. Ксюше мало было меня поставить в неловкое положение?
Я подошел ближе к хозблоку. Только оказавшись рядом с ним, я понял, что до боли в кулаках сжал швабру, словно оружие. Хорош вояка, ничего не скажешь.
В хозблоке было темно. При этом дверь была открыта.
Коснувшись соответствующей сенсорной клавиши на портативном компьютере, управлявшем дверью и светом в хозблоке, попытался включить свет, но... ничего не вышло. Только лампа надо мной несколько раз дерзко моргнула.
– Так, мне нужно спать, – покачал я головой. – Пошел Пес к чертовой матери.
И неожиданно свет в хозблоке включился и по среди множества металлических коробок и чемоданов на меня уставилась... та сама девочка.
– Капрал Утер, – отчетливо произнесла она. – Вам нужно убегать.
Свет выключился.
Я оторопел настолько, что меня натурально разобрался паралич. Я судорожно сжимал швабру и пялился во тьму. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я совладал с собой, но когда меня кто-то легонько тронул за плечо, я отскочил на несколько метров в сторону как ужаленный. Кажется, я даже хотел закричать, но в последний миг сдержал крик в груди. Вырвался только жалкий писк...
Спустя несколько секунд я осознал, что передо мной стоит одна из ученых, та самая помощница Олька – блондинка Эви. Она смотрела на меня с выражением озабоченности и тревоги на лице. Так мы и глядели друг на друга некоторое время – она словно считывала что-то с меня. Затем подошла к портативному компьютеру у двери хозблока, нажала кнопку открытия, дверь послушалась, затем включила свет (ну, надо же!) и прошла внутрь помещения. Признаться, в этот момент у меня похолодела спина.
Эви некоторое время безмолвно стояла в хозблоке, а я – за ней. Затем блондинка подняла руку с широко растопыренными пальцами на уровень своей груди, провела несколько раз ею из стороны в сторону, а затем резко обернулась ко мне, в два шага оказалась рядом и приложила свою руку к моей груди. И затем резко отшатнулась, схватившись за свою ладонь. Она словно обожглась.
Я смотрел на это все с такой придурковатой рожей, что сам бы смеялся, увидь себя со стороны. Но все, что некоторое время назад предстало перед моими глазами, совсем не оставляло мне желания веселиться. Да и блондинка всем своим видом выказывала... страх.
Но наша игра в молчанку продолжалась. Некоторое время подержав себя за руку и испуганно озираясь по сторонам, девушка все же взяла себя в руки и, посмотрев на меня серьёзно и внушительно, сказала:
– Никому не говори об этом. Тем более командирам. Никто тебя не поймет, и сделают ложные выводы.
– А Ольк? – зачем-то спросил я, хотя... хотя скорее всего больше всего боялся его шуток на эту тему.
Эви внимательно посмотрела в мою сторону.
– Я не все говорю ему. Он знает, что биотика – не вымысел. Однако старается подвергать окружающую его действительность понятной и доступной его разуму методологии. И только на основании результатов такой работы делать выводы. Поэтому не переживай. Я не стану ему подробно описывать, что и как произошло.
Мы некоторое время помолчали.
– Это галлюцинации или что? – снова спросил я, пытаясь как-то привести разговор к логическому завершению.
– Нет. Для этого необходимы повреждения мозга или инъекции посторонних веществ. Твой организм на данный момент абсолютно здоров, даже очень – производит значительное количество феромонов, – Эви говорила все это совершенно бесстрастно. Особенно насчет последнего. Эй, да чего она в самом деле?
– И тогда что я видел?
– Не знаю, солдат. Иди спать. Мне нужно думать.
– Я не закончил...
– Нет, ты закончил, – сказал она таким тоном или... как-то посмотрела на меня, что мне сразу совершенно не захотелось спорить. – Твои командиры спят. И ты устал. Нужно срочно спать.
– Спасибо, я так и сделаю, – пробормотал я, чувствуя, как на меня наваливается тяжесть и желание скорее оказаться в кровати. Если блондинка права, то мне даже удастся избежать глупых разговоров с Псом. Эх, скорее бы... поспать...
Снежинка
***
– Предлагаю напасть сейчас, – коротко сообщил по внутренней связи сотник Аргус.
– Тишина в эфире, – рявкнула Валерия, стараясь не отвлекаться от обзорного экрана – на нем шпионский модуль показывал, как в нескольких километрах от позиций ее сотни разгружались транспортные корабли Конфедерации.
– Госпожа, я прошу. Я не могу больше сдерживать себя... – чуть ли не простонал Аргус.
– Не время. Как только получим команду, возьмемся за дело, – прошипела девушка и по привычке погладила свой наголо бритый затылок. – Имей терпение, рыцарь.
Раздался звук плевка, и сотник отключился.
Валерия фыркнула. Такой несдержанности она еще не встречала. Последнее совсем не было в характере мужчин Солютиса. Перед глазами Валерии сразу предстала статная фигура лорда Вартиса и его спокойное, будто высеченное из камня лицо. Говорят, когда ему угодила пуля в грудь, он даже не поморщился...
Взор девушка на несколько затуманился, и её мысли окунулись в воспоминания. Ее отец и брат тоже были сильными и спокойными, почти бесстрастными. Они ходили в забой и на войну с совершенно одинаковыми выражениями лица. Перед смертью брат утирал слёзы с её щек мужскими шероховатыми пальцами и смотрел на нее спокойными глазами, такими.... глубокими и сильными!
Девушка одернула себя. Так! Срочно отставить! Сосредоточиться. Сейчас должен последовать приказ, и они нападут на целую колонию Конфедерации. И это первый раз спустя пять лет после позорного поражения при Оверуме. Да, совсем недавно остатки выживших задали жару конфедератам в астеройдном поясе этой планеты, но...На этом все.
Прошел сигнал внешней связи. Без всякой кодировки.
– Снежинка, начинай, – прозвучал спокойный голос лорда Вартиса.
– Слушаюсь, милорд! – гася восторг в груди, ответила Валерия и тут же отдала приказ: – Дождался, Аргус. Выступай.
– Ну наконец-то! – взревел могучий сотник. Он был очень больших размеров. Еще бы! Управлять эхолетами дают только людям с выдающимися физическими данными. Несмотря на встроенные экзоскелеты и усилители, в бою эхолеты спасали даже минимальная прибавка в силе пилотов.
Валерия придвинулась к экрану наблюдения и стала ждать. Первая часть ее сотни вступала в бой. Она же должна была немного подождать...
На экране возникло несколько вспышек, затем мелькнула пара сгустков плазмы. Где-то вдалеке раздалось несколько глухих взрывов. На экране же видно было только дым и ничего больше. Понятно, Аргус взорвал грузовые корабли у складов колонии. Они прилетели с планетарной базы, в них было полно горючего.
Валерия взялась за джойстик управления шпионским модулем и переместила его в сторону от горевших кораблей и немного выше безопасной линии не обнаружения. Теперь модуль могли засечь радары базы, но сейчас защитникам явно было не до модуля.
С новой позиции модуль выводил на экран северные укрепления колони, некогда представлявшие собой стены с турелями. Теперь вместо них были раскуроченные железки, а среди них отчаянно отстреливались колониальные пехотинцы в своих устаревших орбитальных доспехах. Однако их активно теснили эхолеты Аргуса – боевые машины, похожие телом на человека, только без головы, своей огневой мощью в считанные секунды гасили сопротивление. Следом за эхолетами шла пехота сквайров Аргуса. Зеленые юнцы, но для них это отличная возможность испробовать огня и стали.
Очень скоро Аргус перебил защитников и вошел в колонию – серебристые коробочки домов колонистов стали вспыхивать одна за другой. Сотник не собирался щадить никого.
Валерия закусила губы. Лорд Вартис запретил мешать рыцарям вершить месть. Однако она совсем не поддерживала такое решение. Бессмысленная жестокость ей казалась не соответствующей настоящему рыцарю. Такими действиями они только дают лишний повод пропаганде конфедератов клеймить свободный народ и его воинов мерзким словом – пираты. Хотя последние совсем были другого теста и преследовали другие цели. В реальности, никто из "пиратов" не нападал на колонии Конфедерации после войны на Сайрусе. Только на передовые военные базы. Для пробы сил и оружия.
– Аргус, какова обстановка? Доложить, – задала вопрос Валерия, но в ответ раздалось шипение. Неужели эхолет сотника подбили? Может, он вообще мертв? Однако судя по изображению, его отряд продвигался: все новые и новые дома вспыхивали. Однако в сторону наступавших также неслись ракеты, трассирующие заряды дурь-пушек и сгустки плазмы. – Аргус! Я требую немедленного доклада!
– Госпожа, прошу прощения, – раздался надрывный голос сотника. На заднем фоне слышался грохот выстрелов и взрывов. – Очень ожесточенный бой с отрядом противника. Они ошалели и стреляют даже в своих!
– Своих? Я думала, это вы жжете дома колонистов.
– Госпожа, вы слишком плохого мнения о своем слуге, – в голосе Аргуса слышалась неподдельная обида. – Я все же рыцарь, а не убийца. У них здесь танки, правда, они то ли плохо из них стреляют, то ли... Но нам тоже достается – меня половина эхолетов подбита, среди сквайров большие потери. Нам не пробиться дальше. Думаю, с ПВО вам придется разбираться самим.
Валерия поджала губы. Болван в своем гневе угрохал половину своего отряда, но цели не добился. Теперь придется терять штурмовики, каждый из которых на вес золото! Ну уж нет...
– Аргус, я не сдвинусь с места, пока не будет уничтожено ПВО. Иначе слишком опасно. Делай что хочешь, но чертова турель в центре колонии должна быть уничтожена. Иначе я отменяю операцию и ухожу.
– Госпожа, но ведь...
– Это приказ, Аргус. В следующий сеанс связи я жду от тебя доклад об уничтожении ПВО.
У колонистов не было авиации, и от атак с воздуха их защищали только несколько турелей. Без них они тут же объявят о капитуляции.
Валерия решила рискнуть и перевела шпионский модуль ближе к театру военных действий, зависнув чуть ли не над самой колонией. Теперь она могла наблюдать за разворачивающимся сражением во всех деталях.
Остатки колониальных войск держали отчаянную оборону в нескольких кварталах от систем ПВО. Прячась за обломками домов, пехотинцы яростно отстреливались и не позволяли бойцам Аргуса предпринять решительные действия.
Около десяти эхолетов сотника спрятались за одним из самых массивных зданий и переминались на механических ногах, словно в нерешительности. Видимо, здоровяк думал, что делать дальше. Сквайры тем временем вели позиционную перестрелку с колониальной пехотой, стараясь постоянно перемещаться и не попадать под огонь осадных танков. Те же лупили во все стороны, причиняя колониальным постройкам невероятные разрушения. Почти все дома колонистов захваченного Аргусом сектора пылали огнем.
Валерия недовольно цокнула языком. Если Аргус будет продолжать бездействовать, осадки рано или поздно перебьют его пехоту. Тогда одними дронами воевать будет сложнее.
Тут наконец-то эхолеты пришли в движение, начав двойками обходить позиции колониальной пехоты. В это же время сквайры бросились в отчаянную атаку в лоб противника. В считанные мгновения не меньше десятка храбрецов буквально разнес на ошметки шквальный огонь дурь-пушек. Еще больше разорвало на части ужасными выстрелами осадок. К горлу Валерии тут же подкатил комок. До этого раза она участвовала в точеных вылазках и видела смерть бойцов, но... такого ужаса и со столь кошмарными органическими подробностями ей наблюдать не приходилось.
Атака сквайров захлебнулась, оставшаяся в живых горстка воинов откатилась назад, хаотично отстреливаясь. Судя по дерганным движениям и желанию бойцов припасть поближе к земле, они были недалеки от паники. Валерия также не заметила среди них командиров – у всех на броне были знаки различия рядовых бойцов.
Впрочем, пока колониальные болваны сосредоточились на пехоте, эхолеты Аргуса обошли их с фланга и буквально в считанные мгновения разнесли в куски осадные танки – десять многотонных машин вспыхнули в огне огромных взрывов, сжигая вокруг себя дома и колониальных пехотинцев. Сдетонировавшие боекомплекты танков устроили настоящий ад в рядах врага: сине-рыжее пламя, ревущее подобно турбинам крейсеров, поглощало постройки и людей, сжигая дотла. Модели уничтоженных осадных танков не имели энергетических щитов, а их боекомплекты были лишены защиты от самопроизвольной детонации. По сути, это была бочка с топливом, к которой никак нельзя было подпускать врага.
После уничтожения танков эхолеты Аргуса принялись добивать оставшуюся пехоту, в панике метавшуюся из стороны в сторону. Валерия видела, как Железный Дровосек Аргуса – так здоровяк называл свою боевую машину – механическими руками разорвал нескольких людей на куски. При этом его самонаводящиеся пулеметы без устали работали по улепетывавших пехотинцам, не пытавшимся даже кое-как организовать оборону.
Осталось дело за малым. Продвигаясь по дорогам колонии и отстреливая не успевших убежать подальше пехотинцев, эхолеты не встретили никакого значительного сопротивления на пути к ПВО. Только один раз пара пехотинцев умудрилась все же подбить из-за угла один эхолет прежде чем его напарник накрыл наглецов ураганным огнем из плазменных орудий. Валерия фыркнула. Мог бы обойтись и пулеметами, в крайнем случае минометом, а тут плазмой... Ее заряды дорогие, лишний раз стоит подумать об экономии. Надо будет провести профилактическую беседу с подчиненными Аргуса. Совсем обленились.
Вскоре ПВО колонии несколькими точными попаданиями было выведено из строя. Аргус поспешил доложиться:
– Госпожа, миссия выполнена.
– Отлично, рыцарь. Я буду ходатайствовать о награде, – бесстрастно произнесла Валерия и переключила связь на звено: – Клинок-2, я Клинок-1. Поднимаем машины воздух и движемся в сторону колонии. Производим залп по подсвеченным на тактическом мониторе целям и отходим.
– Вас понял Клинок-1, – ответил заместитель и начал командование звеном. Валерия между тем подняла свой штурмовик из-за горы и, дождавшись пока остальные боевые машины выстроятся за ней в привычный порядок "острие копья", присоединилась к атаке.
Макс Сайбер
***
– Какого черта... – пробормотал по общей связи командир первого звена эскадрильи Дефо.
– Что у тебя, Володя? – тут же отреагировал Вилли О'Брайн – командир второго звена.
– У меня сканер выдал множественные переходы из гиперпространства в секторе ноль-восемь-восемнадцать.
– Вы же там находитесь!
– У меня ничего нет, – отозвался Артем Чемисов, третье звено.
– Потому что мы в другом районе, – задумчиво проговорил Вилли.
– То есть это переходы, которые не засекла система дальнего обнаружения орбитальной базы? – в голосе Артема прозвучали нервные нотки.
– Либо так должно быть, и нас не предупредили о переходе частей Звездного флота, либо переход осуществляется внутри системы. Володя, ты доложился на Тартоллу?
Ответа не последовало.
– Володя?
– Тревога, тревога, мы атакованы! – заорал кто-то из первого звена. Это точно был не Владимир Петряков.
– Кто напал? Кто говорит? – Вилли защелкал тумблерами, стараясь вывести на экран изображение статуса и состояния первого звена. Там же можно было увидеть, от кого идет сигнал.
– Мы атакованы, командир погиб. Ведем тяжелый бой, а-а-а! – после истошного вопля раздались помехи. В этот же момент экран показал состояние первого звена. Из пятнадцати машин сигналы подавали только девять.
– Тартолла, говорит капитан Чемисов, докладываем об атаке неизвестного противника в секторе... О, черт!
В динамиках сначала раздался скрежет, а затем шипение.
– Артем? – ошеломленно пробормотал Вилли и переключил экран на третье звено. Сигнала от командирского истребителя не было. Следом пропали сигналы еще от двух машин.
И тут же забили тревогу сканеры, сообщая о множественных переходах из гиперпространства .
– Эскадрилья, внимание, маневр уклонение из зоны переходов, уходим в сторону планеты Сайрус, нам надо...
Противник возник чуть ли не перед самым носом истребителя Вилли. Отточенные навыки позволили ему сделать у мо помрачительный пируэт и выйти из под шквального огня. Следовавшим за ним истребителю повезло меньше – слева в окне ярко вспыхнула машина подчиненного Вилли.
Тем временем космос в обзорном экране воздушного судна засверкал выстрелами из лучевого и плазменного оружия. По звену Вилли открыли массированный огонь.
– Срочно всем уйти за Сайрус, оттуда переходим к варп-прыжку и уходим к орбитальной базе Тортолла. Как слышите, прием?
В ответ раздались какие-то невнятные крики и ругань. Подчиненные были ошарашены происходящим и, кажется, недалеки от паники. Среди потерь уже числилось три машины.
– Лейтанант Фарус! Какого черта вы делаете? – заорал Вилли, заметив как одна из машин звена уходит в сторону от планеты в открытый космос, как раз там, где кишели множественные вражеские цели. Не прошло и пары секунд, как истребитель Фарус а вспыхнул огнем взрыва – машина класса Коршун, Миг-77, не была способна сдерживать прямое попадание лазерного оружия. Такие использовались для борьбы с пиратами, у который хорошо, если были бластеры, прилепленные клейкой лентой к корпусу...
Электроника тем временем вывела на экран примерные характеристики наводнивших окружающий космос космических кораблей противника. О таких в базе данных Звездного Флота ничего сказано не было, но у них на воору жении точно стояли лазеры с плаа м о излучателями и даже ракеты! Маленькие фрегаты, черт подери!
Двое из таких сел и на хвост Вилли и начало поливать из всех возможных орудий. Вилли крутился как мог, вспомнив все, чем ему учили. Командовать уже звеном времени не оставалось – если не дураки, следуют указаниям, если...
Сканеры выдали попадание ракеты малого калибра. Энергошиты выдержали, но на второе попадание их не хватит – машину разорвет на кус к и.
Кстати, по технически м характеристикам машины врага были тяжелее Миг-77, а бой шел почти на орбите Сайрус. Что если...
Вилли штопором бросил машину в атмосферу планеты. Враги последовали за ним, не прекращая поливать ураганным огнем. Если повезет , то...
Рванув машину вверх, Вилли на миг потерял сознание. Благо медпак быстро вернул его обратно в реальность , вколов через специальное оборудование комбинезона адреналин, но перегрузки были такие, что кровь ручьем хлынула из носа. Однако послушный Коршун вышел из штопора и стал подниматься вверх, когда как вражеские машины едва-едва стали оттормаживаться, тяжелее преодолевая притяжение Сайрус а , чем Миг Вилли. Он же в этот момент завис над врагами и расстрелял их из бластеров чуть ли не как в тире. Нескольких точных попаданий корабли противника не выдержали и вспыхнули, разлетевшись на ошметки.
Вилли только успе л хмыкнуть, сплевывая текущую кровь, как нечто ударило его истребитель, в кабине раздался треск, сработала система пожаротушения, а сам Мигг начал бесконтрольное сваливание.
Оглушенный взрывной волной Вилли смог разобрать сообщение электроники, что последовало попадание еще одной ракеты, щиты спали до нуля, и была серьезно повреждена обшивка, а также система стабилизации и управления двигателями.
– Я, Вилли, командир второго... звена, – дышать было трудно, ощущение свободного падения сдавило грудь. – эскадрилья Дефо... Я сбит. Падаю...
На экране отсутствовали сигналы о состоянии второго звена, сканеры рябили и выдавали ошибку. Видимо, был задет и процессор машины. Беда.
Вилли нажал на кнопку катапульта ци и, и в этот же миг погасла вся электроника – человек оказался в ловушке. Истребитель задрожал, нагреваясь при входе в атмосферу, и крик В илли утонул в реве беснующегося пламени.
Сигнал вызова медиафона вырвал Макса из воспоминаний. Он недовольно дернул шрамированой щекой, провел рукой по зачесанным назад и гладко уложенным вдоль черепа особо стойким гелем белоснежным волосам, и щелкнул пальцами, активируя ответ.
Засветился прожектор, и воздухе возникло изображение красивого женского лица.
– Простите, господин Сайбер, с вами хочет поговорить Лоренцо Фаби.
Макс поморщился.
– Это тот самый промышленник с Олеона?
– Именно, – лучезарно улыбнулась девушка. Макс в очередной раз про себя отметил, какие у нее полные чувственные губы.
– Скажи, что я на встрече, освобожусь только завтра.
– Он утверждает, что это срочно, – на этот раз красавица хлопнула глазами так, что...
– Проклятье. Какая у него еще срочность может быть? Все равно банкрот, – забурчал Макс и с неудовольствием посмотрел на выпиравший из-под атласной жилетки живот. Да... Совсем зря он бросил занятия спортом. – Соединяй.
Пока секретарша переключала звонок, Макс поерзал в кресле, принял как можно более собранный вид, сделал несколько лицевых упражнений, смягчая выражение, делая его как можно более благостным и располагающим. Для клиента адвокат не имеет права ни на какие иные эмоции, кроме положительных.
– Переключаю, – вновь сообщила красавица, и миг спустя на ее фоне возникло искаженное гримасой боли лицо олеонца с сиреневыми глазами.
– Господин Марков! – воскликнул Сайбер, вздымая руки. – Как я рад вас видеть.
– Сайбер, черт. Пока дозванивался тебе, выбил палец ноги об ножку стула... Надо же так.
– Боже! Какое недоразумение. С вами все в порядке? Могу вызвать медслужбу. За счет моей конторы, естественно.
– Не стоит беспокойства, просто ушиб! – махнул руками массивный фермер. Вообще, все олеонцы были от природы здоровые и мускулистые. Но стоило им пожить вне родной планеты без постоянных физических нагрузок, их тело заплывало жиром. Макс едва заметно дернул щекой. Да что он заладил, в самом деле? Брюхо, жир... Наверное, на него так действуют красивые девушки, стучащие каблучками по всему бизнес-центру. Эти красавицы так и стреляют глазками на подтянутых...
– Вы говорили о какой-то срочности...
– Да, мне пришла очередная повестка. Теперь уже от судьи третьего колониального участка Инкурии. Он вызывает меня для допроса. Что это еще такое?
– Для допроса в качестве кого? – нахмурился Макс.
– Не написано тут ничего, вот, почитайте, я пересылаю, – на коммуникаторе Макса возникло электронное письмо, оформленное на государственном бланке Конфедерации и скрепленное электронной подписью и печатями.
– Да, действительно, не написано, – кивнул Сайбер. – Это нарушение Единого устава о процессе. Хотя, скорее всего, вызывают в качестве свидетеля. В ином... так сказать, статусе, допрашивает просекьютор.
– Свидетеля? О чем я должен свидетельствовать? На Инкурии! Я только недавно перебрался на Сайрус!
Упоминание о планете заставило Макса прикусить губу.
– До этого я только на Олеоне и жил! Инкурия! С ума сойти можно! – продолжал возмущаться Марков.
– Возможно, ведется процесс против одного из ваших прежних партнеров. В письмо отсутствует номер дела, это либо очередная ошибка, либо дело ведут военные. В таком случае ознакомиться с информацией о деле можно либо в суде, либо в местном отделении военной просектории. Однако это время и расходы...
– Расходы? – с болью в голосе проговорил Марков.
– Да, к сожалению, они самые. Конечно, вы можете обратиться к государственным адвокатам...
– Нет, нет, спасибо. С ними я уже наработался. Я все заплачу. Только с отсрочкой, если позволите...
– Конечно, для нашего любимого клиента возможны такие опции... Но до известного предела.
– Я понимаю, Макс.
– Хорошо, – кивнул Сайбер. – С учетом времени для перелета информация о деле будет у вас завтра к полудню по времени Азуры. Также мы составим жалобу-протокол о неправильном извещении, они будут вынуждены переделать письмо по всем правилам.
– Спасибо, Макс. Вы лучший.
– Благодарю. Теперь с вашего позволения, я отправлюсь на встречу.
– Да, конечно, еще раз спасибо.
Изображение Маркова исчезло, и на его месте возникло личико секретарши. Ее Макс встретил выражением, которое никогда не видел никто из его клиентов.
– Позвони Артемису на Инкурию, пускай узнает все, что может о деле Маркова в третьем колониальном участке Инкурии. Насколько я помню, это в городе фермеров, что растят рубидий.
– Мы не будем никого отправлять туда? – хлопнула глазками девушка.
