Текст книги "Шепот Пустоты. Книга 1. Точка возврата (СИ)"

Автор книги: Макс Каменски

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Поиски продолжались до тех пор, пока не наступило темное время суток. Тогда Каменотесов приказал всем вернуться на площадь, откуда нас забрал эхоплан, дальше направившись на орбиту – к звездолету. И хотя Ольк открыто протестовал против такого решения капитана, во всю разглагольствуя о том, что во время научной экспедиции основные распоряжения отдает главный научный сотрудник, Скала напомнил заносчивому азурянину, что при экстренных ситуациях старшему по званию принадлежит право решать дальнейшее будущее такой экспедиции. А коль скоро список экстренных ситуаций был определен не четко, то он, капитан десантных войск, пользуется своим правом решить, что является экстренной ситуацией в данном случае. Пропажа одного из бойцов при весьма таинственных обстоятельствах вполне для этого подходит.

– А вы уверены, капитан, что Штаб оценит вашу инициативу так, как считаете вы? – прищурившись, спросил Ольк. Его аж трясло от злости. Эхоплан уже покинул атмосферу земли и направлялся на орбиту к звездолету Фаргус.

– Я отвечу перед Штабом согласно протоколу и Уставу, – спокойно ответил Каменотесов, снимая шлем. – Взвод, разойтись по местам. Приготовиться к взлету.

– Эта экспедиция имеет колоссальное научное и социальное значение...

– У меня пропал человек, Александр, – совершенно бесстрастно ответил капитан. – И я не понимаю как и почему. Я не могу гарантировать вашу безопасность, если я не понимаю с кем моим бойцам необходимо сражаться.

– Ваш человек мог повредиться рассудком. Могло произойти что угодно! – распылялся Ольк, когда к нему неожиданно подошла Эви. Та самая натуральная миловидная блондинка, к которой азурянин прислушивался с такой внимательностью. Она очень серьезно посмотрела Ольку в глаза. Тот неожиданно сник, успокоился.

Каменотесов тем временем проследовал к кабине пилотов. Оттуда из-за приоткрытой двери с интересом выглядывали лейтенанты Эрик и Джордан. Брат с сестрой. Как мне рассказывал Джонни, крупные отличники, первые на своем выпуске. Им доверили вести целый звездолет к бывшей Родине человечества всего лишь вдвоем. Без уймы помощников, не считая Фер и еще кое-кого из технического персонала, оставшегося на Фаргусе.

– Вы сами видели, – развернувшись, отчеканил Скала. – Мы просканировали почти весь город. Ни одной, черт подери, живой души. И даже если Алану, как и капралу Утеру, что-то привиделось, и хрен пойми, как он успел за столько короткое время убежать далеко, возможно, тоже преследуя свою какую-нибудь особо шуструю девчонку, двух подряд необъяснимых инцидентов мне вполне достаточно чтобы хотя бы приостановить проведение экспедиции до связи со Штабом и получения дополнительных инструкций. Эрик, Джордан. Доставить нас на Фаргус.

Александр на этот раз промолчал. Блондинка стояла рядом с ним и аккуратно поглаживала его по спине, защищенной специальным химико-бактериологической обмундированием сине-зеленого цвета. Ольк несколько потеряно смотрел перед собой. В этот момент Ксюша, сидевшая неподалеку и наблюдавшая за всей этой сценой, резко встала и ушла в машинный отсек эхоплана. Вне всяких сомнений, ей очень не понравились эти поглаживания блондинки. Это немного подняло мне настроение.

Но сейчас... Спустя пару часов после прилета, грустные мысли полностью охватили мою голову. Я ничего не мог с собой поделать. Просто сидел в бытовке нашей казармы, облокотившись локтями на колени, и смотрел в серебристый пол перед собой. Все остальные бойцы сейчас проводили свободное время в казарме, за стеной, просматривая фильмы, играя в игры или читая что-нибудь из захваченной с собой литературы. Так точно делал Джонни после нескольких неудачных попыток привести меня в чувство. Старый друг ни на секунду не сомневался в том, что я видел что-то. Ну или, по крайней мере, не давал мне так думать.

– Ты же слышал, что рассказывал Алан? – говорил он мне, пока мощные шумные струи душей смывали с нас пот и грязь.

– Еще бы, – кивнул я.

– Всякое может быть. Он же говорил, приборы барахлят, видится ему что-то...

– Ты сам не верил его словам, – нахмурился я, чувствуя подвох.

– Это я скорее от страха, – признался здоровяк. – Мне тоже было не по себе. Ну и к тому же Алана я не очень долюбливал... Вот и хотел его чем-нибудь зацепить. За одно еще и себя немного приободрить.

– Понятно, – мрачно пробормотал я.

– А девчонка... Черт их знает. Может, за семьсот лет они научились обманывать наши сканеры. Особо искусно, так сказать.

– Ты знаешь, она совсем не выглядела обвешанной техникой... – сконфузился я.

– Ну я же говорю. Особенно искусно, – выключая душ, хохотнул Джонни.

Да уж. Понятно. Друг хотел меня приободрить. Но вышло у него не очень, прям скажем. Хотя я ему во всяком случае был благодарен. Остальные ребята из взвода смотрели на меня косо. Освальд и Огуст вообще переглядывались и хмыкали. Ну ничего, дружочки, еще посмотрим, кто кому спину прикрывать будет.

Дверь бытовки с легким шипением отползла в сторону, и внутрь помещения вошла Линдси. И как-то нарочито сразу потянулась. Что уж тут говорить, на ней были только легкие тканевые штаны и облегающая майка на высокой крепкой груди без лифчика. Твердые большие соски так нагло обрисовались, что мой взгляд без всякой воли сфокусировался на них. У меня сразу напряглось все, что отличает мужчину от женщины.

Линдси. Еще один человек, который вопреки своих традициям, совершенно не спешил меня чмырить. Наоборот, она даже пару раз отвесила оплеухи кое-кому из парней за попытку подшутить над моими "видениями". Не знаю, что уж на неё нашло... Может, это была благодарность за спасение. Кстати! Наше падение. Я о нем почти забыл. Разве что немного ныла спина. Кагон осмотрел её своими приборами, убрал синяк и опухоль, но предупредил, что боли пока что останутся. В основном ментальные – мозг не успеет еще среагировать на полное излечение, для него ушибленные места еще некоторое время будут значиться как пораженные.

– Чего пригорюнился, Ути? – игриво спросила Линдси, подходя ближе ко мне.

Я постарался выпрямиться сидя и тут же положил полотенце в район паха.

– Просил же я тебя не называть меня так, – нахмурился я. Но совершенно без злобы. – Да ну. Как твоя спина? – Линдси обошла меня сзади, шлепая по полу босыми ногами. Вскоре её крепкие руки обхватили мои могучие плечи и стали мять их с такой легкостью, словно перед ними было обычное тесто... Ох, уж и сильна была девчонка. Даром что не с Олеона.

– Если ты продолжишь, Кагону придется собирать меня по кускам, – отшутился я.

Лори прижалась своим телом к моей спине. Я затылком ощутил, как её груди уперлись в меня. Наглые ладони девчонки заскользили по моей шее, груди, ниже к животу.

Я перехватил их. Голова девушки находилась у моего левого уха, влажные губы касались щеки. Линдси часто и возбужденно дышала. От неё вкусно пахло шампунем... Женским армейским. Но с запахом луговых цветов Азуры.

– Не надо, Линдс.

Вместо ответа девушка сильно впилась губами в мою шею. Я резко отскочил в сторону, потирая ноющее место.

– Ты что делаешь, бешенная? – взъярился я.

– Ой, да ладно тебе, Ути, – Линдси смеялась, держась за живот. – Видел бы твою свою рожу. Ты хоть раз с бабой то спал?

– Да пошла ты, – меня аж перекосило.

– Не надо, Линдс... – принялась передразнивать меня несносная бестия. – Ты что себе надумал? Решил, что к тебе в штаны полезу после твоего геройства?

– Я ничего не подумал. Ты пришла вся такая... – тут я осекся, пытаясь подобрать слова.

– Какая, а? Скажи мне, – Линдси перестала смеяться и подбоченилась. Признаться, она имела очень аппетитные формы и очень хорошую, упругую кожу... Только короткая мальчишечья стрижка была совсем ни к месту. Мне нравятся длинные волосы. Такие, как у смуглой красотки Ксюши Фер.

– Шла бы ты нахер, – ответил я, потирая засос на шее.

– Ха, вы посмотрите, каков наглец. Лучшая телка во взводе к нему липнет, а он её нахер посылает. Да полроты прыгнуло бы ко мне в постель, стоило бы мне свистнуть!

– А разве так уже не сделала? – съязвил я и затем сам же прикусил язык.

– Завидно что ли? – хихнула Линдси, махнув рукой. На мое замечание она и виду не подала.

– Зачем ты оставила мне засос? – трогая пальцами "подарок" на шее, спросил я.

– Для твоей подружки Фер, красавчик, – сказала она и бросила на меня хищный взгляд. Мое лицо осталось непроницаемым. Но внутри я просто вспыхнул. Как он поняла? Я же старался вида не подавать!

– Какой подружки? – зло ответил я.

Линдси хотела еще что-то добавить, но её прервал голос из ретранслятора, висевшего под потолком:

– Капрал Утер, капрал Джон, явитесь на капитанский мостик немедленно, – проговорил строгий голос капитана Каменотесова.

Внутри меня все упало. Хотя... я буду не один. Джонни будет тоже со мной.

Смех и сарказм с Линдси как рукой сняло. Он смотрела на меня серьезно и озабочено.

– Ты давай смелей, боец, – уверенно сказала она. – Не дрейфь. Я уверена, что ты не с катушек слетел. Просто стой на своем. Пускай попробуют тебя опровергнуть. Хрен у них получиться.

Я удивленно посмотрел на Линдси, та ответила мне немигающим взглядом и вышла из бытовки. Быстро накинув китель, местные ботинки и ремень, я вышел быстро в казарму, проследовал через ряды коек, на которых в разброс сидели бойцы из роты, и вышел в коридор, ведший к лестнице на верхнюю палубу. Там меня уже ждал Джонни, облокотившись на стену и что-то дочитывая на тонкой гало-пластинке, умещавшейся в его большой ладони. Завидев меня, друг в четыре слоя сложил пластинку, как обычный бумажный лист, на подобие тех, что мы видели в одном из зданий, там, на Земле, и положил его в карман.

– Отличные вещи я нашел о Невском проспекте. Очень уж хотелось историю этой улицы мне узнать... – с довольной улыбкой поделился со мной Джонни, но заметив мой скептический взгляд, решил не продолжаться рассказ. Лицо его посерьезнело. – Ты говори, как есть, тебе нечего стыдиться.

– Ага, – только буркнул я. Все это я уже слышал. Однако даже сейчас, идя по казарме, уловил несколько ехидных взглядов. Теперь мне долго не отделаться от снисходительных улыбок и откровенных издевок.

Лестница на верхнюю палубу вывела нас в длинный коридор. По обе стороны от него располагались жилые отсеки для старшего офицерского состава, научного и технического персонала звездолета. Сам коридор вел от хвостовой части, где была столовая и холодильники с провиантом, до капитанского мостика и кают-компании. Из этого состояла верхняя палуба. На второй палубе размещались казармы, арсенал, душевые, и помещение для различного рода оборудования. На нижней, третьей и последней палубе находился ангар, вмещавший до пяти транспортных кораблей, спасательные капсулы, погрузочных роботов и иную вспомогательную технику. Вообще, в составе военного флота на такую посудину приписывалось человек сто персонала, включая пилотов, техников, обслуживающий персонал и различных разнорабочих. Но в экспедицию среди невоенных был по слухам очень жесткий отбор, поэтому взяли далеко не всех. Однако мне все равно не понятно, почему в столь ответственную миссию отправили только один взвод десантников и далеко не спецназовцев. Ну да, наша рота обычно обеспечивала экспедиционные миссии, но нас больше обучали быть в поле, а не облизывать яйцеголовым задницы.

– Ты все равно не можешь решать за всех! – ярилась низенькая курносая девчушка, активно жестикулируя руками. Когда мы вошли в отсек, все ученые, а также капитан, два пилота корабля, а также Пес сидели за овальным столом. В отличие от скучавших военных, яйцеголовые с упоением спорили. На нас никто, кроме капитана и Пса, которым мы отсалютовали ладонями к вискам, не обратил внимания.

– А я и не решаю! – огрызалась рыжеволосая. – У нас уникальный случай, мы стоим прямо у целого клада открытий! Да наши коллеги отдадут кого угодно на растерзание сафивам лишь бы оказаться на нашем месте!

– Да пусть они хоть проваляться в пекло вулканов Авенариса! – чуть ли не зарычала курносая. – Наша техника ничего не показывает в отношении этой планеты! Ничего!

– Это действительно странно, – подал голос блондин. На его лице зияла уже памятная мне ехидная улыбка. – Хотя бы потому, что все растения живут в обычном симбиозе с насекомыми и простейшими организмами.

– Так, во всяком случае на известной нам планете, – вставил слово кудрявый ученый. Как я запомнил, у них так себе отношения с блондином. Хотя у того, кажется, вообще постоянно ехидное язвительное выражение на лице.

– А что, Земля чем-то от них отличается? – вскинул брови блондин.

– Прошло семьсот лет. Вы не допускаете каких-либо катаклизмов, коллега? Тем более, что вся планета лежит в чудовищных руинах. Могли произойти такие события, что вся привычная экосистема перевернулась с ног на голову...

– Коллеги из военного ведомства, – вступил в спор бородатый однорукий зубрила и кивнул на капитана, – поделились соображением, что в исследованных нами городах шли бои. Причем, судя по разрушениям, палили из всех стволов и во все стороны.

– Война могла начаться как до катаклизма, так и после. Черт подери, да у наших предков было полным полно ядерного оружия! – не унимался кудрявый.

– Следов продуктов ядерного распада в атмосфере и тех образцах почвы, которые мы успели взять при приземлении, не обнаружено, – снова улыбаясь, отметил блондин. – Более того, по данным нашего оборудования... хотя нет, точнее, вашего оборудования, атмосфера совершенно чиста и неопасна.

– Вы передергиваете факты! – не найдя ничего более оригинального, взвизгнул кудрявый.

– И все же. Как бы то ни было, не произошло ничего такого, чтобы мы не продолжили исследования, – решила подытожить рыжеволосая.

– От чего же? Если мне не изменяет память, наши военные коллеги потеряли одного из своих, – ответил блондин.

– Обстоятельства исчезновения не совсем понятны, – попыталась обойти острый вопрос рыженькая, потупив взгляд.

– Именно это и настораживает, Алина, – покачал головой бородатый. – Я вижу, подошли солдаты капитана Каменотесова. Мы ведь хотели их выслушать?

– Было бы очень интересно, – уставившись на меня заявила рыжая. От её уничтожающего, полного снисхождения ко мне взгляда мне стало не по себе. Конечно, я чувствовал уже некоторую вину, но чтоб уж настолько изничтожающе...

– Коллеги, – обратился к нам Ольк. Он на нас не смотрел, но по кивну головы мы с Джонни поняли, что он говорит именно нам. – Изложите то, что вы видели. Кто из вас обнаружил движение, а затем вступил в контакт с... неким субъектом?

Кажется, я залился краской, но нашел в себе силы ответить.

– Опишите подробнее, как все происходило. Важна каждая мелочь.

Стараясь не смотреть на яйцеголовых, я начал рассказывать. В принципе, мне действительно утаивать было нечего. Ближе к концу моего повествования, я заметил, как прежня спесь и скепсис покинули сидевших за столом – их сменили эмоции озабоченности и выражения задумчивости. Лицо же блондинки, той самой Эви, вообще вытянулось, а кровь отхлынула от лица. Ольк и бородач задумчиво терли подбородки, а блондин перестал улыбаться. Он смотрел прямо на меня. Я поймал его взгляд и тут же поспешил отвести глаза. Такой колкий, пронизывающий взор...

– Он не врет, – жестко и уверенно сказала Эви, когда я закончил рассказывать на прыжке девчонки с погони.

Капитан с Псом переглянулись.

– Простите? – не выдержал Скала.

– Эм, товарищ капитан, простите. Мы не пояснили сразу, – ответил за девушку бородач. – Эви Промтайн – биотик. Она улавливает ментальные волны. Может также читать их.

На лице Скалы возникла глупая улыбка.

– Это что-то из уфологии? – усмехнулся он. Пес хмыкнул в поддержку.

Эви перевела взгляд на него и чуть клонила голову на бок. Скала отпрянул к спинке стула, словно обжегшись.

– Нет, товарищ капитан, – покачал головой бородач. – Это интересный феномен человеческой мутации, признанный всеобщей наукой.

Пес нахмурился.

– Вы что, правда верите в слова этого... бойца? – стараясь сдерживать эмоции, поинтересовался он.

Яйцеголовые замялись. Многие посмотрели в сторону Олька. Если мне не изменяет память, в прошлый раз Александр не прислушался к словам Эви.

– Я правильно понимаю, что сканеры после доклада капрала Утера не подтвердили присутствие биологических организмов, кроме нас? – спросил глава экспедиции после недолгого раздумья.

– Как и в момент пропажи капрала Алана, – кивнул однорукий бородач.

– Хорошо Фольфорс. Кто обнаружил его исчезновение? – посмотрев, наконец, на нас спросил Ольк.

– Я, – отозвался Джонни. – Капрал Джон Румянцев.

– Товарищ Румянцев, изложите подробнее, – мягким и учтивым тоном попросил Александр. Меня от звука его голоса передернуло.

– Когда началась ситуация с Утером я не находил себе места, – честно признался великан-олеонец. – Все же мы с капралом Утером очень давно дружим, а я хорошо помню ситуацию с рядовым Соленсом на Оверуме...

– Оверуме? – нахмурился бородач.

– Да. Вы разве не в курсе? – удивленно вскинул брови Джонни.

– Докладывай обстоятельства пропажи Алана, капрал, – резко вскинулся на него Пес, но капитан поднял руку.

– Рядовой Соленс пропал при схожих, почти аналогичных обстоятельствах, господин Фольфорс. – Вы тогда еще не входили в группу Александра Олька. Как и очаровательная...

– Алина Дартс, – отозвалась рыжеволосая.

– Да, спасибо, миссис Дартс, – несколько смутился Скала. – Вам рассказать подробности исчезновения рядового Соленса?

– Если они аналогичны исчезновения капрала... – начала было говорить Кетрин.

– Не совсем, – прервал ученую Большой Джонни. – Как в случае с Утером, появился сигнал о движении. Соленс также находился на одной из позиций в заброшенных руинах инопланетян. Пока к нему двигались наши, он докладывал о приближении источника, а затем исчез. Утер, хвала богам, здесь на месте.

– А Алан? Как вы обнаружили, что исчез капрал Алан? – спросила рыжеволосая.

– Когда Утер побежал за кем-то, я стал вызывать Алана. Дело в том, что он у нас во взводе... самый большой любитель уфологии и прочего. Пока мы сидели на позициях, он как раз нам рассказывал разные там истории, пока сержант не прикрикнул на нас. Еще вот говорил о некоем Александре Форсе, – при произнесении этого имени Ольк и Бородач переглянулись. Блондин поджал губы. Все это я хорошо видел. Джонни говорил, я наблюдал. – Ну, в общем, когда началась схожая с Соленсом история, я начал вызывал Алана, но тот молчал. Тогда я решил проверить его позицию...

– В нарушение приказа, – фыркнул Пес.

– Нет. В полном соответствии с п. 16.2.17.1 Устава, – немедленно отчеканил Джонни. – В случае отсутствия отзыва от ближайшего по расположению военнослужащего, любой ближний к нему военнослужащий имеет право проверить состояние такого военнослужащего.

– Молодец, – хмыкнул капитан. Пес лишь только больше ожесточил свое выражение лица.

– И что тогда? – дернул щекой Ольк.

– Тогда я пришел к месту его расположения. Никого не обнаружил. Поискал вокруг – тоже. Ни следов драки, ни крови, ни оружия, ничего. Точно также, как было с Соленсом.

– Вы тогда сразу доложили? – спросил бородач.

– Не совсем сразу. Минут десять я пытался разыскать его сам вокруг его позиции. Вдруг, как снайпер, он решил залечь, а на мои вопросы не отзывается – я его жестко отчитал за его рассказы про... ну вы поняли. Может, обиделся на меня. А докладывать сразу было как-то боязно. Обвинили бы в паникерстве.

– Понятно. И когда были включены сканеры? – поинтересовался Ольк.

– Думаю, минут через двадцать после моего прихода на позицию.

– А связывались вы в последний раз?

– Минут за двадцать-тридцать до доклада капрала Утера о движении.

– Мог ли капрал Алан вызвать этот сигнал? – спросила Кетрин.

– Только если бы он исчез со своего поста и возник бы далеко впереди меня, – ответил я за Джонни. – Я был на крайней линии обороны, Алан прикрывал.

– И все же гиперусилители позволяют развивать скорость почти под пятьдесят-шестьдесят километров в час, – пробормотала Алина.

– Этого не хватило бы, чтобы уйти из-под действия военных сканеров. Как минимум, эхоплан бы засек Алана на границе города, – не согласился Фольфорс.

– Однако время было, чтобы... – начал было возражать Ольк, но блондинка-биотик неожиданно подняла руку вверх, прервав тем самым Александра.

Некоторое время Эви молчала, так и замерев с вытянутой рукой и устремив взгляд куда-то вдаль, но затем медленно опустила её, повернула голову к Александру и сказала:

– Я слышу их.

– Что? – вырвалось у Олька.

– Это началось после высадки. Мысли. Я слышу их. Тысячи.

– Но? если верить сканерам, на этой планете всего несколько десятков человек из нашей экспедиции, – нахмурился Александр.

– Они еще слишком тихие, словно нечто глушит их... Но я слышу.

В зале наступила тишина. Яйцеголовые задумчиво уставились друг на друга. Мы же с Джонни стояли, вытянувшись в солдатских стойках, и ждали. Честно говоря, меня несколько удивили слова этой блондинки как и всех прочих, но я все равно воспринимал их скептически – девчонка уже давно выказывала некоторые странности. Хотя бы всем своим привлекательным видом в составе всех этих... ученых людей. Но вот...

– У нас нет связи со Штабом? – вдруг спросил Ольк, ни к кому конкретно не обращаясь.

– На сколько я знаю, неизвестное излучение, мешающее связи, никуда не делось, – ухмыльнулся Скала. – Вам то это лучше должно быть известно. Единственный шанс связаться с ними – уйти из системы и перейти завесу.

– Не нужно сарказма, коллега, – бесстрастным голосом молвил Ольк. – Необходимо принимать решение. И оно может очень сильно повлиять на наши с вами карьеры. Тем более, что вы не кадровый офицер.

А вот последнее Ольк зря ляпнул. У вечно спокойного Каменотесова даже щека дернулась. За такое замечание у нас бы в казарме можно было легко схлопотать по уху... Ведь кадровый офицер – это очень дорогое удовольствие. Требуется лет десять отпахать в университете, в который попасть можно либо при помощи исключительных мозгов, либо тугого кошелька, а затем еще лет пять на всяких практиках прогибаться. Но зато как минимум капитана дадут и в званиях можно расти чуть ли не каждые два-три года. А вот с рядового до капитана служить можно и весь полтинник лет. А лишиться звания – в два счета. Поэтому офицеры очень дорожат своими званиями и местами. Во многом, это позволили серьезно изменить ситуацию с общей дисциплиной в армии, не самые лицеприятные традиции которой перекочевали когда-то в армию колонистов с Земли.

Скала медленно повернул голову к ученому и внимательно посмотрел тому в глаза. Последовала пауза.

– Мой человек пропал там, Александр. Мне нужно его найти, – стальным голосом, наконец, сказал капитан.

Александр вдруг легко кивнул, словно и ожидал такой ответ.

– А нам не с чем возвращаться на Азуру, – молвил он.

– Вы не понимаете, – залепетала было Эви, но Александр резко встал.

– Я слышал уже об этом Эви, – отрезал Александр. – И мы внимательно будем изучать все, что ты говоришь. Но из-за этого мы не может прекратить экспедицию.

Блондинка поджала губы и страдальчески закрыла глаза.

– Думаю, на этом совещание можно считать оконченным. Солдаты, спасибо. Коллеги, – Ольк посмотрел сначала на капитана, затем на сержанта. – Думаю, мы с вами тоже все обсудили.

– Более чем, – буркнул Скала и резко поднялся. За ним встал Пес. Он не спускал с нас с Джоном глаз.

– Товарищ сержант, разрешите идти? – уточнил я у нашего непосредственного командира.

Пес гневно свернул глазами и повернулся к капитану.

– Отпусти. Пусть придут в себя. Отбой через час, – коротко приказал Скала. Затем посмотрел на Василия и добавил: – Никаких дополнительных нарядов и взысканий.

Лицо Пса окаменело.

– Идите. Отбой через час. Передайте остальным, – процедил он сквозь зубы.

– Есть, – ответил я, резко развернулся, щелкнув каблуками, и ткнув Джонни в бок, отправился прочь.

По дороге в казарму мы с Большим Джонни ничего не обсуждали. Были несколько потерянными. У меня, признаться в голове царил полный кавардак. Я ожидал выговора, обвинений, сурового наказания. А в итоге поприсутствовал при весьма странном разговоре... Особенно Эви. Она вроде бы ничего толком и не сказала, но голоса... И это я-то должен себя считать сумасшедшим? Я, во всяком случае видел... Хотя, да. Действительно. Видел. И больше никто не видел.

На входе в казарму, у двери стояла Линдси вместе с Лорой. Последняя была маленькой неказистой девчонкой-медиком, помощницей Кагона, в нашей роте. Россыпь больших и не самых привлекательных веснушек покрывала ей лицо. К сожалению, бедняжке не повезло родиться на Олеоне. В отличие от мужчин, женщины у нас в основном с грушевидной фигурой, невысокого роста и довольно плотные. Очень многие – в жутких веснушках. Конечно, репродуктивные способности у них гораздо лучше азурянских, но... привлекательнее даже в глазах земляков это их не делало. Ну разве что у тех, кто поставил перед собой цель сразу обзавестись большим потомством.

Завидев нас, девушки сразу же перестали разговаривать и озабочено посмотрели на нас. Особенно взволнованной выглядела Линдси.

– Как оно? – спросила она.

– Нормально, – сухо бросил я.

– Все обошлось? – встряла Лори, зачем-то улыбнувшись. Вот улыбка у неё получалась очень неплохой и в такой момент она выглядела даже очень милой – на чуть крупных щечках появлялись игривые ямочки.

– Угу, – пробормотал я, переступая порог казармы.

– Я сейчас вернусь. Схожу к офицерам, сообщу о приказе капитана, – сказал Джонни и направился в офицерский кубрик.

На входе за столом резались в квад Огуст и Освальд. Ну надо же! Вот так встреча. Два бывших спецназовца, с одинаково широкими лицами и квадратными подбородками как по команде посмотрели на меня и разом хмыкнули.

– Что-то смешное заметили? – тут же отреагировал я.

– Да. Тебя, – отворачиваясь от меня пробормотал Огуст. Его я узнавал по крупному пухлому шраму на бритом затылке. Ну еще морщинах на лбу. Освальд же имел совершенно пустое, плоское и незапоминающееся выражение лица.

– Что-то я ничего не вижу в себе смешного, – угрожающим тоном ответил я.

Огуст резко встал и развернулся в мою сторону.

– Может, тебе показать? – процедил он.

– Эй, парни, хорош! – донеслось откуда-то из глубины казармы. Похоже это был капрал Александр – очкарик азурянин с длинной шеей и с невероятно мудрыми, не по годам глазами. Говорят, он когда-то преподавал в высшей школе. Ему бы среди яйцеголовых быть... Но не сложилось что-то. Пошел в солдаты. Но свои интеллигентские замашки никуда не дел. Наоборот, старался любые конфликты сглазить, где нужно или ненужно дать совет.

– Ну что смотришь то, паника? – усмехнулся Огуст. – Может попробуешь врезать мне? Или уже перепугался?

Я склонил голову набок, словно прикидывая шансы. Действительно, почему бы не добавить немного рельефа на лице этого ублюдка? Конечно, так просто мне не одолеть бывшего спецназовца, но немного я собью с него спесь. Природная сила поможет. Но вот последствия... Сейчас во всех помещениях военных кораблей, казарм да и административных зданий напичкано камер, сканеров и датчиков, которые в режиме онлайн записывают все состояния в таких помещениях. Если случается конфликт, все это записывается и в обязательном порядке направляется в дисчасть – Дисциплинарную часть соответствующего полка. Там просматривают ежедневно все материалы и в случае выявления неуставных отношений в считанные минуты организуют проблемы: самое меньшее, это месяц ареста или обязательные работы на пару месяцев. Хуже – вплоть до каторги. Поэтому как в старые времена кому-то выбить зубы не получиться, а уж издевательства старослужащих давно в прошлом. Контроль совершенно тотальный, а наказание – невероятно скорое и неотвратимое. Ко всему прочему, офицеры очень дорожат своими званиями, поэтому сами донесут на зачинщиков.

– Просто боюсь, что ты побежишь жаловаться, – вместо удара ответил я и гадко усмехнулся.

Теперь уже Огуст прищурился, в свою очередь прикидывая возможность продолжения конфликта.

– Обычно это ведь ты сбегаешь от проблем. Решил, что в армии можно будет забыть, кто ты есть? – размеренно, но с ехидной ухмылкой сказал бывший спецназовец. – Твое место в тюрьме, а не в строю, чертов паникер.

И тут внутри меня все вскипело. Наверное, это стало всем понятно, потому что Огуст начал уже движение на уклонение, заряжая левую ногу и готовя встречный удар, когда между нами возник Пес. Я успел увидеть его разъяренные глаза прежде чем мощный удар в грудь выбил воздух из моих легких, и я с кашлем откатился на несколько шагов в сторону. То же самое произошло и с бывшим спецназовцем. Ну... я несколько слукавил насчет полного запрета на неуставные отношения. Командирам иногда позволялось немного добавить кулака к своим аргументам, но без увлечения.

– Вы что? Охренели тут оба? Совсем потеряли нюх, сволочи? Да я вас сгною в дисбате! А ну марш мыть полы! Утер – твоя столовая и толчки у неё. Че лыбишься, Огуст? Твои толчки в казарме и офицерские.

– Но... – довольная улыбка тут же сползла с квадратного лица Огуста.

– Пасть закрой. Бегом марш!

***

Отбой приказали уже пару часов назад, а я все продолжал гнуть спину среди бесконечных ножек столов. Стулья, конечно, я накинул сверху на столешницы, но сильно проблему это не решало. Чертова столовая была рассчитана на огромный персонал да еще и десантуру на борту. Фаргус относился к классу крейсеров с десантным модулем. Короче, почти тысяча человек могла одновременно кормиться. Представьте, какие масштабы. И все это с доисторической шваброй и ведерком в руках.

Впрочем, я мыл, но больше копался внутри своих темных мыслей. Хренов Огуст задел весьма неприятные для меня вещи. В принципе, за прошедшие пять лет в армейке я почти забыл, как и почему оказался в доблестных войсках Конфедерации, но иногда, в том числе благодаря таким упырям как Огуст, приходилось вспоминать...

Нет, я не то, чтобы был совсем против военной службы. Все же в Конфедерации это дело было почти добровольным, если не считать плохой учебы в школе – если не набираешь средний бал, то тебя лет на пять в принудительном порядке отправляют учиться жизни в колониальную пехоту. Скучное дело, скажу я вам: бродишь по всяким окраинным планетам в древних скафандрах, да куришь всякое дерьмо. Однако сама мысль посвятить десятки лет беготне под чьи-то зычные команды меня совсем не прельщала.

Мы на Олеоне – парни достаточно простые. В основном все мужское население делится на фермеров и рудокопов. И те, и другие своими жизненными приоритетами не сильно различаются: пашешь, получаешь более-менее сносные деньги, пьешь и бродишь по селениям в поисках новой юбки, что не прочь задраться кверху. В целом, скучновато, но и без лишней глупости в голове. С азуры всякие напомаженные дохлики иногда поражают, какой мусор у них там в мыслях – карьеры, сидения в офисах днями, какие-то светские вечера. Кошмар вообще. У нас так – вечером работу к черту, добрая бутылочка самогона собственной варки, и вперед за приключениями с верной компанией.