Текст книги "Наваждения"

Автор книги: Макс Фрай

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Я остановился и обернулся к нему. Хотел сказать, что я обожаю своего шефа, но ненавижу, когда бабочек насаживают на булавки. Однажды в детстве я сам напакостил подобным образом, чтобы не отставать от приятелей, которые вдруг затеяли коллекционировать насекомых, и до сих пор уверен, что это был самый мерзкий поступок в моей жизни. И еще я хотел сказать, что мы непременно попробуем договориться с этой проклятой дверью еще раз – и не раз, если понадобится! – но вовремя захлопнул пасть. В конце концов, кто я такой, чтобы давать ему обещания? Для начала мне следовало самому унести отсюда ноги, и чем скорее, тем лучше.

Так что я только пожал плечами, снова развернулся и затопал к грязно-кровавой деревяшке, которая была моим единственным шансом вернуться домой.

Я закрыл глаза и на ощупь толкнул эту дверь, как уже не раз открывал двери в темноте, руководствуясь инструкцией Махи Аинти, старого шерифа зачарованного города Кеттари. И это сработало. Мгновение спустя мои ноги запутались в пушистых одеялах, которые до сих пор лежат на кровати в спальне на улице Старых Монеток, хотя там уже давным-давно никто не спит.

Я потерял равновесие, бухнулся на четвереньки и тихонько засмеялся. А потом огляделся. В спальне было темно и безлюдно. Экран телевизора, созерцанию которого в последнее время посвящают свой досуг господа Тайные Сыщики во главе с почетным председателем этого секретного киноклуба, сэром Джуффином Халли, в настоящий момент казался чем-то вроде старого тусклого зеркала. В его мутной глубине таинственно мерцало мое искаженное отражение и ничего больше.

Несколько секунд я просто радовался благополучному окончанию своей незапланированной и, хвала Магистрам, непродолжительной одиссеи, а потом послал зов Джуффину.

«Не знаю как, но я опять выкрутился!» – гордо объявил я. И умолк, ожидая ответа.

«Правильно сделал. Было бы довольно глупо с твоей стороны бесславно закончить свое занимательное существование на дне Хурона, – сдержанно ответил шеф. Немного помолчал и наконец спросил: – А где ты, собственно говоря, ошивался целых пять дней, радость моя?»

«Шлялся по притонам, в обществе вашего лучшего друга Лойсо Пондохвы. Представляете, как это весело? – усмехнулся я. А потом до меня дошло, и я взвыл: – Как это – пять дней?!»

«Каком кверху! – огрызнулся Джуффин. – Давай, отрывай свою задницу – не знаю уж, от чего именно ее в данный момент требуется оторвать! – и дуй в Управление».

«С удовольствием», – искренне сказал я. И вприпрыжку понесся вниз по лестнице, ведущей в холл.

Выскочил на улицу, нырнул в лиловые сумерки, щедро разбавленные оранжевым сиянием фонарей, растерянно покрутил головой, пытаясь сообразить, рассвет это или закат. Прислушался к собственным ощущениям и понял, что все-таки закат. Утренний воздух пахнет совсем иначе.

Разумеется, ни одного из моих амобилеров поблизости не обнаружилось, но эта беда показалась мне вполне поправимой. До Дома у Моста отсюда всего десять минут быстрым шагом, а ходить медленно я попросту не умею.

На ходу я послал зов Теххи. У меня были некоторые основания полагать, что минувшие пять дней не стали самым приятным и безмятежным периодом ее жизни. Все-таки на сей раз я не просто исчез неизвестно куда, к чему она уже вполне привыкла. У меня хватило ума устроить лирическую сцену с торжественным вручением прощального подарка, чтобы мало не показалось!

«Теххи, я уже опять есть», – провозгласил я. Глупо, конечно, но это было первое, что пришло мне в голову.

«Вот и замечательно, – отозвалась она. – Вообще-то я не слишком сомневалась, что рано или поздно ты объявишься. Хорошо, что это случилось именно сегодня. У меня все из рук валится, да еще и ночи такие холодные… И вообще, без тебя не очень весело. Ты стал моей дурной привычкой, сэр Макс!»

«Именно дурной?»

«Любая привычка – паскудная штука, милый. Но я очень нежно и трепетно отношусь к своим дурным привычкам, так что все в порядке».

«Я приду, как только смогу, – пообещал я. – А если не смогу… Что ж, в таком случае я, скорее всего, тоже приду!»

Через несколько минут я несся по коридору, ведущему на нашу половину Управления Полного Порядка.

– Ну вот, я же всем говорил, что тебя ни одно чудовище жрать не станет. А даже если и проглотит по ошибке, его тут же стошнит!

Ярко-оранжевый вихрь по имени Мелифаро чуть не сбил меня с ног. У него имеется совершенно возмутительная привычка повисать на шее утомленного собственными подвигами героя, восхищенно хлопать глазами и говорить гадости – все это, по мнению сэра Мелифаро, полагается проделывать одновременно и с максимальным энтузиазмом.

– Сейчас я тебя проглочу по ошибке, – грозно пообещал я. – В последний раз я питался перед тем, как отправиться на эту грешную рыбалку, и при взгляде на такое количество сырого мяса у меня слюнки текут!

– Сэр Джуффин, этот ваш ужасный заместитель наконец-то стал людоедом, – Мелифаро даже спрыгнул с моей шеи, чтобы безотлагательно донести до нашего шефа эту благую весть.

– Тоже мне новость, – вздохнул Джуффин.

Он замер на пороге своего кабинета, скользнул по мне тяжелым, настороженным взглядом и тут же с явным облегчением заулыбался.

– Судя по выражению вашего лица, со мной действительно все в порядке, – рассмеялся я.

– Более чем, как ни странно. Честно говоря, на этот раз ты меня совершенно огорошил. С какой стати ты вообще куда-то исчез?

– А что мне было делать? Ну, положим, я и сам не очень-то понимаю, что со мной случилось. Но оно случилось более чем вовремя. Я же чуть не умер в этой ледяной воде!

– Да? – удивился Джуффин. – В таком случае извини, мальчик. Это моя вина. Мне и в голову не пришло, что температура воды представляет для тебя какую-то опасность. Честно говоря, я был уверен, что такие вещи уже давно не являются для тебя проблемой. Странный ты все-таки тип, сэр Макс! При таком могуществе оставаться столь уязвимым – и как тебе удается?

– Неужели вы действительно думали, что я отлично приспособлен к купанию в реке в самом конце осени?!

– А почему бы и нет? – Джуффин пожал плечами. – Вообще-то, к этому отлично приспособлены все граждане Соединенного Королевства, начиная с грудных младенцев. Другое дело, что купаться в теплой воде гораздо комфортнее. Придется сэру Шурфу заняться еще и твоей закалкой. Ты ведь у нас выдающийся специалист по вопросам обучения этого бестолкового парня элементарным вещам, правда, сэр Шурф?

Теперь Джуффин улыбался не мне, а пространству за моей спиной. Я обернулся и угодил прямехонько в объятия Лонли-Локли. Он взял меня за плечи, внимательно оглядел с ног до головы, удовлетворенно кивнул и даже улыбнулся краешками губ – событие почти невероятное, если только дело не происходит на Темной Стороне.

– Я рад, что тебе удалось вернуться в Мир, Макс, – официальным тоном заявил он. – Ты снял камень с моего сердца. Все эти дни я неустанно укорял себя за нерасторопность. Мне следовало сразу сообразить, что происходит, и помочь тебе добраться до берега.

– Вообще-то, действительно следовало, – вздохнул я. – Знал бы ты, как я тогда замерз! Ничего, все хорошо, что хорошо кончается… Кстати, а чем, собственно говоря, закончилась эта эпопея с невидимым чудовищем из залива Ишма? Я, конечно, принимал участие в событиях, но сначала видел только зеленую воду, а потом – только белое пламя, и у меня не хватает воображения, чтобы додумать остальное. Расскажешь?

– Расскажу, – согласился Шурф. – Хотя тут и рассказывать особенно нечего.

– Заодно можешь накормить это чудо природы ужином и доставить его домой, – зевнул Джуффин. – Я бы и сам к вам с удовольствием присоединился, но нам с сэром Мелифаро в ближайшие пару часов такое счастье не светит. Нумминорих только что прислал мне зов, он как раз взял след одной шустрой команды, которая успела благополучно ограбить несколько кораблей, воспользовавшись суматохой в порту. Ребята немного переборщили с запретными чудесами: сорок восьмая ступень Белой магии, чтобы не задремать под бормотание этого вашего уандукского чудовища, а потом двадцать четвертая Черной, на десерт, чтобы замести следы, – можете себе представить! Беднягам и в голову не пришло, что у нас теперь есть такой лихой нюхач.

– Так вы довольны моим протеже? – обрадовался я.

– Доволен – не то слово, – твердо сказал Джуффин. – Ты был абсолютно прав. Из любого правила есть исключения. И какие исключения!.. Ладно уж, идите жрать, счастливчики. А мы с сэром Мелифаро будем работать.

– Вы действительно переживете, если после ужина я поеду домой? – Я все не мог уверовать в собственную удачу.

– А на кой ты мне тут нужен? – рассмеялся Джуффин. – Разве что допивать мою камру – ну так я и сам ее как-нибудь допью… Вот завтра на закате – добро пожаловать!

– Ваше «добро пожаловать» означает «и только попробуй опоздать», да?

– Какой ты у нас в последнее время стал проницательный – с ума сойти можно! – фыркнул Джуффин.

Вообще-то, мы вполне могли бы трепаться еще лет шесть, без перерыва, но если уж сэр Шурф Лонли-Локли в кои-то веки поставил перед собой цель накормить меня ужином… С него вполне сталось бы утащить меня из Управления за шиворот. Правда, на сей раз обошлось без крайностей. Шурф просто тактично, но весьма настойчиво подталкивал меня по направлению к двери. Результаты превзошли все ожидания, через несколько минут я обнаружил себя на улице, под бдительным надзором этого типа.

– Тебя устраивает ужин в «Обжоре Бунбе», или ты предпочитаешь более экзотические заведения? – поинтересовался он.

– В данный момент меня устроило бы даже поглощение черствых бутербродов в вестибюле общественной уборной, – честно признался я. – Жрать хочу – это не поддается никакому описанию!

– Верю, – кивнул Шурф. – Значит, «Обжора Бунба» – именно то, что надо. По крайней мере, это гораздо ближе, чем любая общественная уборная. А черствые бутерброды, если они действительно тебе необходимы, и на тамошней кухне найдутся.

Через несколько минут я мертвой хваткой вцепился в первую из теплых булочек, намазанную знаменитым «травяным маслом» – фирменным блюдом мадам Жижинды.

– Рассказывай, Шурф, – попросил я, откусив чуть ли не половину второй булочки и с удовольствием отметив, что ситуация в моем желудке больше не может считаться трагедией.

– Ты же знаешь, что я неважный рассказчик, – напомнил мой друг.

– Ну, во-первых, твоя манера излагать события вполне в моем вкусе, – улыбнулся я. – А во-вторых, ты – единственный человек, который может рассказать мне о том, что случилось пять дней назад на дне Хурона. Так что у нас обоих просто нет выбора.

– Твоя правда. Ладно, тогда слушай. Дело было так: ты задремал, сидя на набережной, а через несколько минут встал и вошел в воду. На лице у тебя при этом была такая муґка, что сэр Джуффин чуть было не начал тебя будить, но в интересах дела все-таки воздержался. Тебе снилось что-то неприятное?

– Неприятное – это еще слабо сказано, – вздохнул я. – Если бы мне дали возможность заранее ознакомиться со сценарием, я бы, скорее всего, наотрез отказался принимать участие в этой операции, и гори все огнем!

– Да, похоже на то. Тем не менее ты вошел в воду, улегся на дно Хурона, свернулся калачиком, словно оказался в собственной постели, и уснул еще крепче. Со стороны это выглядело довольно забавно. В том месте очень мелко, и ты старался спрятать голову под воду, словно под одеяло. А потом тебя начало уносить течение, и я отправился за тобой. Течение увлекало тебя все дальше, я шел следом по дну – одним словом, какое-то время не происходило ничего интересного.

На этом месте я не выдержал и рассмеялся: уж больно нелепо звучало его утверждение! Шурф терпеливо подождал, пока я успокоюсь, и продолжил свой рассказ.

– В какой-то момент мне показалось, что наваждение приобрело над тобой слишком большую власть. Но когда я начал по-настоящему беспокоиться, то почувствовал, что ты уже в полном порядке. Настолько в порядке, что вполне можешь проснуться раньше времени. Поэтому мне пришлось временно принять сторону этого уандукского чудовища и помочь ему тебя усыпить.

– Я даже немного помню этот эпизод, – кивнул я. – А что было дальше?

– Я заметил, что тебя тащит по дну не какое-то подводное течение, а сила совсем иного рода. Мы с тобой довольно быстро приближались к источнику этой силы. И знаешь, Макс, тут со мной начали происходить довольно странные вещи. Вообще-то моя подготовка позволяет легко справляться с наваждениями такого рода, да я и не стал бы утверждать, что целиком оказался в его власти, но все же мне пришлось слушать довольно назойливое бормотание этого Зверя. Сначала я не мог разобрать ни слова, но по мере нашего приближения к цели оно становилось все более внятным. Как мне кажется, это были какие-то странные стихи. Очень хорошие, но… Ты знаешь, как я люблю поэзию, но в этих строчках было что-то необъяснимо скверное. Или мне так показалось?

– »Я так давно родился, что слышу иногда, как надо мной проходит зеленая вода», и так далее, верно? – подсказал я.

– Верно. Ты знаешь эти строчки, Макс? А это не ты сам?..

– Ни в коем случае. Хвала Магистрам, я не имею ни малейшего отношения к этим стихам. Но я их действительно знаю. Их написал поэт из моего Мира. Когда-то я даже выучил эти строчки наизусть, поскольку в ту пору мне казалось, что они прекрасны. А потом я их забыл. Я, как ты мог заметить, быстро забываю былые привязанности… Да вот, напомнили!

– Странные стихи, – сказал Лонли-Локли. – Но в них есть какое-то удивительное очарование.

– Еще бы! Но сейчас меня от них уже тошнит, если честно… Ладно, Магистры с поэзией! Рассказывай, как ты сделал этого Зверя.

– Точно так же, как я всегда справляюсь с делами такого рода, ничего особенного. Ты уже не раз был свидетелем моей работы. Правда, на этот раз мне пришлось поразить невидимую цель, но мы подошли так близко к Зверю, что промахнуться было невозможно. Я легко определил место, куда устремилось твое неподвижное тело, – там и была пасть чудовища. В тот момент, когда я решил, что тебя пора разбудить и отправить в безопасное место, ты проснулся самостоятельно. Мне пришлось лишь немного подтолкнуть тебя, чтобы ты быстрее вынырнул на поверхность.

– У тебя это называется «немного подтолкнуть», – фыркнул я. – Мне-то показалось, что меня смела со своего пути какая-то беспощадная стихия!

– Ты несколько преувеличиваешь, Макс, как всегда, – вздохнул Лонли-Локли. – Ладно, будем считать, что у тебя имеются весьма своеобразные представления о том, какого рода комплименты следует делать людям.

– Не отвлекайся, – попросил я. – Рассказывай!

– А я, собственно, все рассказал.

– Как это – все?! – возмутился я. – А чем все закончилось? Я, конечно, видел изумительный столб огня и воды, и сделал вывод, что ты пустил в ход свою левую руку…

– Ну вот видишь, тут и говорить не о чем, – кивнул Шурф. – Я действительно поднял руку, и дело с концом. К счастью, эта невидимая тварь – не самое неуязвимое существо во Вселенной. К тому же оно очень старое, это чудовище. Кажется, ему следовало умереть несколько тысячелетий назад. Но оно как-то научилось использовать жизненную силу своих жертв и с грехом пополам протянуло до встречи со мной. А что касается этого, как ты выразился, фейерверка – я и сам был приятно удивлен. Мне уже давно не доводилосьубивать под водой. Я и забыл, что это может быть так красиво.

– Красиво – это слабо сказано! – согласился я. – Впрочем, такое великолепие никакими словами не опишешь.

– Думаю, ты видел очень немного. Жаль, что я не могу воспроизвести для тебя это зрелище. Знал бы ты, как потрясающе выглядела эта уандукская тварь перед тем, как умереть! Она наконец-то стала чем-то, что можно увидеть глазами. Ее контуры вспыхнули белым огнем, а внутри была темная глубина ночного неба. Не пустота, а именно наполненная смыслом бесконечность пространства. Могу поклясться, что ни одно существо в Мире не обладает столь совершенными очертаниями!

Мне оставалось только завороженно слушать его скупой отчет. Впрочем, я никогда не страдал от недостатка воображения. Перед моими глазами уже сияли причудливые контуры неведомого существа, прощальным ужином которого я чуть было не сделался всего несколько дней назад. Да уж, как бы прекрасны ни были очертания дряхлого обитателя залива Ишма, но я чертовски рад, что нам так и не удалось познакомиться поближе!

– А ты успел понять, что оно собой представляет, это чудовище? – без особой надежды спросил я.

– И да, и нет.

Шурф снова надолго умолк. Очевидно, силился сформулировать нечто, не поддающееся формулировке.

– Это существо не принадлежит к разряду тех, с которыми мы, люди, можем найти взаимопонимание, – наконец сказал он. – А поскольку я все-таки человек, мне никогда не удастся понять его самоотверженную любовь к этому странному сну о том, как вода окрашивается в зеленый цвет. Но я почти уверен, что это существо посылало нам свое наваждение не как наказание, а как подарок. Прощальный подарок смертнику от палача, дар, который мы совершенно не способны оценить. И еще мне показалось, что стихи о зеленой воде, почти нечаянно извлеченные из твоей памяти, очаровали его так сильно, что умирало оно почти счастливым. А может быть, и по-настоящему счастливым – мне, знаешь ли, непросто разобраться в нюансах его ощущений.

– Верю, что непросто, – усмехнулся я. – А почему он нас пожирал, этот утонченный любитель зеленого цвета и высокой поэзии?

– Ну, надо же ему чем-то питаться, – с убийственным хладнокровием ответил Шурф. – Во Вселенной немало тварей, которые считают людей особым деликатесом – почему бы и нет? В каком-то смысле это даже справедливо. Мы-то сами тоже не дураки жрать все, что под руку подвернется. Если бы среди индюков нашелся какой-нибудь Мастер Пресекающий Ненужные Жизни, он бы непременно постарался свести счеты с нами, тебе так не кажется? Мы ведь только что съели его товарища.

Лонли-Локли небрежно ткнул пальцем в сторону тарелки с объедками и выдал мне одну из своих улыбок – событие почти столь же редкое, как полное солнечное затмение. Улыбка получилось довольно кривая – лицевые мускулы сэра Шурфа плохо приспособлены к такого рода упражнениям.

– Просто, в отличие от нас, индюки не умеют защищаться от тех, кому нравится вкус их мяса, вот и вся разница, – заключил он.

– Тоже верно, – согласился я.

А потом рассмеялся, представив себе, как какой-нибудь индюшачий Тайный Сыск пытается свести с нами счеты. Правда, им, пожалуй, пришлось бы начать с владельцев индюшачьих ферм и хозяев многочисленных столичных трактиров – вот это, я понимаю, настоящие рассадники вселенского зла!

– Что мне здорово не понравилось в этой истории, так это твое исчезновение, – Лонли-Локли снова был серьезен, даже хмур. – Я действительно допустил непростительную ошибку. Мне ничего не стоило оглушить тебя и доставить на берег, но мне и в голову не пришло, что пребывание в холодной воде кажется тебе мучительным. Хорошо еще, что ты исчез, а не захлебнулся!

– Хорошо, что я не только исчез, но и вернулся обратно, тебе так не кажется? – весело спросил я.

– Да, это одно из самых прекрасных событий, свидетелемкоторых мне доводилось становиться, – согласился он. – Ну что, пора, пожалуй, приступать к следующему пункту нашей программы? Сэр Джуффин поручил мне доставить тебя домой.

– Это еще кто кого доставит! Скорее уж я подвезу тебя до садовой калитки.

– Очень любезно с твоей стороны, – кивнул Шурф. И совершенно серьезно добавил: – Но, пожалуй, мне не следует столь легкомысленно относиться к выполнению приказа. Если уж сэр Джуффин велел доставить тебя домой, лучше я именно так и сделаю. Тем более что кружка камры в трактире «Армстронг и Элла» – не худший способ потерять еще несколько минут этого прекрасного вечера.

– Никаких возражений, – согласился я. – Тогда поехали. Завернешь меня в цветную бумагу и скажешь Теххи, что привез ей подарок от сэра Джуффина Халли, ей будет приятно. Эти двое просто обожают время от времени великодушно уступать меня друг другу, как спорное, но не слишком ценное имущество.

– Нет, что ты, – строго возразил Лонли-Локли. – Возможно, эти двое действительно ведут себя как собственники, но вряд ли они тебя недооценивают. В отличие от тебя, я имел возможность неоднократно беседовать с ними обоими в течение последних дней.

– И что? – дрогнувшим голосом спросил я.

– На твоем месте я бы постарался исчезать как можно реже, – лаконично ответил он.

На следующий день я заявился в Дом у Моста за целый час до заката, хотя дома было настолько хорошо, что голова кругом шла. И когда, интересно, я успел истосковаться по работе?! Может быть, этот прекрасный Мир и был вынужден обходиться без меня целых пять дней, но мне-то показалось, что наша разлука длилась всего пару часов, никак не больше.

В Зале Общей Работы меня встретил Нумминорих. Он успел здорово измениться за эти несколько дней. По крайней мере, его симпатичная физиономия наконец-то перестала быть застенчивой.

– Я тебя очень ждал, – объявил он. – Сэр Джуффин обещал, что вот, дескать, вернется сэр Макс и будет отвечать на все мои вопросы. А их у меня много, и с каждым часом становится все больше.

– Ладно, если Джуффин так хочет, буду на них отвечать, – пообещал я. – Правда, у меня есть некоторые основания полагать, что на большую часть твоих вопросов я буду честно говорить: «Не знаю». Так что лучше заранее смирись с мыслью, что тебе не слишком-то повезло с консультантом.

– Зато мне здорово повезло со всем остальным. Правда, до меня еще не очень-то доходит, что я действительно – один из вас, но так даже еще интереснее.

Он умолк и развел руками – от избытка чувств, я полагаю. А потом спросил:

– А ты пойдешь на карнавал, Макс?

– На какой карнавал?

– Как это – на какой? – удивился Нумминорих. – Думаю, сегодня ночью на площади Зрелищ и Увеселений будет плясать весь город. А ты не знал?

– Не-а. А с какой это стати они будут плясать? – лениво поинтересовался я.

– Просто потому, что это происходит каждый год, горе мое! Все нормальные люди пляшут на площади Зрелищ и Увеселений в ночь с двухсотого на двести первый день года. – Мелифаро возник неведомо откуда, взгромоздился с ногами на стол и скорчил скорбную рожу. – Всему-то тебя надо учить, в том числе и развлекаться!

– Только этого мне не хватало, – проворчал я. – Плясать по ночам, тоже мне счастье… Вообще-то, по ночам я работаю, для тебя это новость?

– А я тебе говорил, что этот твой сэр Макс – самый жуткий зануда в Соединенном Королевстве! – Теперь Мелифаро корчил рожи Нумминориху, но тот и бровью не повел.

– Но ты же можешь отлучиться со службы на пару часов, Макс? Сэр Кофа мне говорил, что ты это регулярно проделываешь. Это ведь правда?

– Ну… Скажем так, это не тот поклеп, который мне было бы легко опровергнуть, – улыбнулся я.

– Значит, сегодня ночью я зайду за тобой в Управление и непременно вытащу тебя на площадь, – пообещал он. – Настоящий большой карнавал бывает только один раз в году, и это безобразие, что ты еще ни разу не принимал в нем участия. Сколько лет ты живешь в Ехо?

Я честно попытался сосчитать: три года или все-таки четыре? Ох, у меня всегда были неполадки в системе, ответственной за регистрацию утекающего времени. Так что я рассмеялся и махнул рукой:

– Целую вечность, Нумминорих. Я такой старый – подумать страшно!

– Ну вот. За целую вечность ни разу не выбрался на карнавал… Одним словом, запасись чем-нибудь, что можно надеть вместо твоей Мантии Смерти, а я зайду за тобой сразу после полуночи. И принесу тебе маску.

– И что я, интересно, буду там делать, на этом вашем карнавале?

– Танцевать, – терпеливо объяснил Нумминорих.

– Ты действительно думаешь, что я это умею?

– Я тебя научу, – лучезарно улыбнулся он, направляясь к выходу. – У тебя должно здорово получиться, сэр Макс.

– Могу себе представить! – ехидно вставил Мелифаро.

Я показал ему кулак. Немного подумал и присовокупил к демонстрации самого примитивного оружия всех Миров максимально зверскую рожу, на которую я способен.

– Да тебе и маска, пожалуй, не понадобится, – обрадовался Нумминорих. – Вот увидишь, сэр Макс, мы здорово повеселимся!

Кто бы сомневался.