Текст книги "Зеленые маньяки"

Автор книги: Людмила Ситникова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 6

А утром Розалия Станиславовна как ни в чем не бывало спустилась в кабинет и, проигнорировав сердитый взгляд невестки, опустилась в кресло.

– Молчи! Без сопливых знаю, что поступила глупо. Но я не могла остановиться. Евгений идеально подходил на роль убийцы. Мне казалось, я могу расколоть мужика как гнилой орех.

– Вы ему чуть голову не раскололи.

– Брось. Подумаешь, пепельницей чуток задела. Да такую ряху отбойный молоток не возьмет. Голова, как цистерна.

– Надеюсь, игра в детектива закончена?

– Надеяться никогда не поздно. Не знаю, как ты, а я собираюсь продолжить свое расследование. Ты должна меня выслушать, по-моему, меня озарило.

– Опять?

– На этот раз действительно было озарение. – Розалия напоминала кошку, объевшуюся рыбой. – В момент пробуждения мне в голову пришла одна потрясная идейка, которая, если воплотится в жизнь, может здорово помочь нам в деле с кладом. Ты же не станешь отрицать, что версию с частями плана необходимо проверить?

– Откуда вы узнали про план?

– Женька признался. Прежде чем начать его пытать… я хотела сказать, прежде чем мы начали мило разговаривать, он рассказал о трех частях плана, хранившихся у Соньки.

– И до чего вы додумались?

– Мне известен идеальный способ разыскать четвертого человека с частью плана. Идея заключается в следующем: мы дадим объявления сразу в нескольких газетах и журналах. Текст, который я еще не придумала, должен быть понятен лишь тому, кого мы ищем. Разумеется, при условии, что неизвестный его прочитает. Человек, откликнувшийся на объявление, и окажется жестоким убийцей. Гениально, правда?

Копейкина задумалась. А в словах Розалии есть резон. Похоже, сегодня она действительно выдала стоящую идею. В любом случае, Катка ничего не теряет, а раз так, то попробовать стоит.

А права окажется Розалия или сыщицы-любительницы в очередной раз сядут в лужу, покажет время.

– Я согласна, – Катка вооружилась ручкой.

Свекровь ликовала.

– Пиши, а я пока приму расслабляющую ванну.

Составление текста оказалось делом весьма неблагодарным. Ломая голову, Копейкина забраковывала собственную писанину, поражаясь выдержке и упорству известных писателей. И как им, интересно, удается просиживать ежедневно по нескольку часов кряду за столом, когда у нее уже после десятиминутных бесплодных потуг возникло нестерпимое желание что-нибудь расколоть.

Наконец, когда часы в гостиной пробили двенадцать раз, перед Копейкиной лежало два варианта обращения, адресованного предполагаемому убийце.

Розалия влетела в кабинет и с порога спросила:

– Готово?

– Написала два варианта.

– Всего? Да ты редкостный тормоз! Я бы даже сказала, самый тормознутый из всех тормозов!

– С трудом удалось составить короткие послания.

– Это потому что у тебя мозги плохо соображают.

– Попробуйте сами.

– Ладно, не препирайся. Читай.

Ката откашлялась.

– «Ищу человека, у которого имеется часть плана, остальные три у меня», – прочитала она, покосившись на свекровь. – Ну как?

– Отвратительно! Детка, суть твоего сообщения не поймет даже академик. Нет, это никуда не годится. Читай второе.

Второй вариант практически не отличался от первого:

– «Отзовись, неизвестный! Мы можем соединить воедино части плана».

Розалия замотала головой.

– Ерунда какая-то. Бредятина! Нужно обязательно упомянуть про клад. Думай! Пока не выдашь классный текст, из кабинета не выйдешь.

Поражаясь своей скудной фантазии, Катарина один за другим швыряла скомканные листы бумаги в корзину.

– Неужели я не способна придумать элементарный текст для объявления?

– Судя по всему, не способна, – свекровь отложила в сторону детектив. – Дай мне ручку и бумагу. Для начала выпишем в столбик все слова, которые обязательно должны присутствовать в тексте. А потом, уже опираясь на них, будем соображать и напрягать воображение.

Через сорок минут семнадцатый вариант был одобрен придирчивой свекровью.

И если большинство людей примут данное объявление за бред сумасшедшего, то тот, для кого оно предназначается, моментально поймет, в чем дело.

Текст выглядел следующим образом:

«Вы давно и безрезультатно ищете старинный клад? У вас имеется одна часть плана и вы хотите найти остальные три? Обращайтесь по телефону… София».

– Замечательно! Детка, ты заслужила шоколадную конфетку. Иди, хлебни чайку.

В столовой Катка пришла к выводу, что не ошибется, если поместит объявление в парочке бульварных газетенок, двух-трех более серьезных газетах и еженедельных журналах.

Довольная собой, она выудила из коробки обсыпанную орехами конфету и с великим наслаждением отправила лакомство в желудок.

* * *

Спустя сутки дело было сделано. И надо заметить, объявления влетели ей в копеечку. Если учесть, что одно слово стоит приблизительно сто тридцать рублей, а затем полученную сумму умножить на семь – именно столько объявлений дала Катка, – получается довольно внушительная цифра. Но чего не сделаешь ради достижения цели. Ведь Катарина искренне надеялась – ее план… вернее, их с Розалией план должен сработать.

Объявления появятся в газетах не раньше следующей недели, и теперь остается полагаться на благосклонность Госпожи Удачи и, затаив дыхание, ждать результатов.

* * *

Что может быть лучше ночных пиршеств? Многие люди, особенно те, которые истязают тело всевозможными диетами, частенько наведываются к холодильнику глубокой ночью. Почему-то днем удается сдерживать аппетит, питаясь низкокалорийными продуктами, но с наступлением сумерек просыпается голод, и становится невозможно спокойно отбыть в царство Морфея. Перед глазами плывут сдобные булочки, тортики, пирожки с капустой и прочие кондитерские изделия, которые портят фигуру, но, тем не менее, являются столь вожделенной пищей для человека, задавшегося целью сбросить пару-тройку килограммов.

В отличие от Розалии Станиславовны, Катарина никогда не придерживалась диет, но, несмотря на это, старалась не вкушать пищу после полуночи.

Сегодня она решила сделать маленькое исключение из правил. Сна не наблюдалось ни в одном глазу, стрелки часов приближались к четверти третьего, а желудок ни с того ни с сего начал требовать позднего банкета.

В столовой Катарина налила в чашку молоко, добавила туда две ложки гречишного меда и достала из шкафчика шоколадку.

Вроде бытует мнение, что шоколад стимулирует работу мозга, и если данное заявление имеет под собой почву, то Катке просто жизненно необходимо поглощать шоколад в огромных количествах. Ее мозгу нужна мощная подпитка, иначе начатое расследование, для которого требуется призвать на помощь всю имеющуюся у Катки смекалку, грозит сойти на нет, заведя сыщицу-любительницу в тупик. А этого допускать нельзя. Ни в коем случае, и ни при каких обстоятельствах. Ката из кожи вон вылезет, если потребуется, перевернет землю, но обязательно выйдет на правильную дорожку, ведущую к заветному озарению.

Озарение… когда же оно снизойдет? Сколько еще ждать? Неделю? Месяц? Год?

Час назад Катка решила разобраться в деле Аристарха Николаевича. Ведь, по сути, вся история началась с исчезновения пенсионера. И если о Софии Катарине известно хоть что-то, то в случае с Аристархом все слишком туманно и загадочно. Помимо его имени и фамилии, возраста и профессии, она не знает о старике решительно ничего. Надо восполнить пробел и вплотную заняться сбором информации. Пусть она окажется скудной и совершенно незначительной, но если двигаться не спеша, то со временем даже из любой бесполезной – на первый взгляд – информации можно вытянуть очень многое. Как там говорила знаменитая мисс Марпл? «Надо уметь слушать и делать правильные выводы».

Плитка шоколада была съедена за пять минут, но голод не унимался. Скорее напротив, почувствовав, что сегодня можно получить доступ к сладкому, организм упорно требовал продолжения банкета.

На вторую шоколадку Катка смотрела как на самого заклятого врага. Ситуация напоминала случай из серии «И хочется и колется».

В конце концов, наплевав на все и вся, Копейкина не стала отказывать себе любимой в пусть маленьком, но все же удовольствии.

И вот с едой покончено, желудок насытился, и к Катке начала подкрадываться дрема. Веки отяжелели, тело сделалось легче пушинки, а ведь Катке еще нужно подняться в спальню. Навалившаяся сонливость была готова свалить ее прямо в столовой. И как после этого верить в чудодейственные свойства шоколада? Ничего себе простимулировал умственную деятельность. Такое впечатление, что шоколадки были напичканы сильнодействующим снотворным.

Напоминая зомби, Катарина поплелась к лестнице.

В это время со второго этажа спускалась Розалия. Но если кто-то думает, что при встрече с невесткой свекрища мило улыбнулась и прошептала «Спокойной ночи, детка», он глубоко ошибается. Розалия Станиславовна органически не переносила, когда кому-то было лучше, чем ей.

Поравнявшись с Каткой и увидев, что у той закрыты глаза, свекровь заголосила:

– Назови любимый напиток старика Хоттабыча!

Ката отпрянула. Сонливость приказала долго жить.

– Мама!

– Ответ неверный. Правильный ответ «Трах-тибидох». Испугалась? В следующий раз не будешь бродить по дому с закрытыми глазами.

– Нельзя было пройти молча?

– Нет. Мне срочно надо с тобой поговорить. В нашем расследовании образовалась плешь, мы отклонились в сторону и совсем забыли про Аристарха.

Катарина заинтересованно посмотрела на свекровь.

– Продолжайте.

– Почему ты игнорируешь пропажу старика? Мы полностью переключились на Соньку, забыв о богатеньком буратино, который в настоящий момент может лежать на дне Москвы-реки с перерезанным горлом.

– Я об этом тоже думала, – Катка понуро опустила голову. – Но, честно говоря, не знаю, куда двигаться дальше.

– Элементарно! Особняк Аристарха пустует, и нам с тобой никто не помешает проникнуть внутрь.

– Это противозаконно.

– Для других да, а для нас с тобой все двери открыты. Мы детективы! Нам дан зеленый свет.

– Не забывайте, мы всего лишь любители.

– Любитель у нас ты, лично я профессионал. – Розалия села на диван. – Пункт первый. Мы пробираемся в хоромы старика и проводим там шмон. Ищем документы. Любые. У каждого в доме хранятся документики: паспорт, водительское удостоверение, медицинская страховка, дипломы, аттестаты и так далее. Наша задача – узнать как можно больше о прошлом Аристарха. Для начала было бы неплохо разведать, где именно он работал. Опять же я сильно сомневаюсь, что его соседка сказала правду. Вернее, она думала, что говорит правду, но в действительности старуха могла ошибаться.

– В смысле?

– По ее словам, до женитьбы на Соньке Аристарх был холостяком, так?

– Да.

– Позволь спросить, откуда ей это известно? Он приобрел дом, разменяв седьмой десяток, а до этого запросто мог пять раз сочетаться законным браком.

– И скрывал?

– Не скрывал, а просто не посчитал нужным распространяться на данную тему. Логично?

– Может быть.

– Так же неправдоподобно, что у него не было друзей. Скорее всего, они имелись, просто в силу причин – пока нам неизвестных – с улучшением его материального положения друзья-товарищи остались в прошлом. Мне ли тебе говорить, как деньги меняют людей. Допустим, бедный пенсионер Аристарх Николаевич жил себе спокойненько на окраине столицы и водил дружбу с такими же старичками. Потом вдруг с неба свалились огромные капиталы. Аристарх сделал скачок – из грязи в князи. Здесь два варианта: или он продолжил общаться с прежними приятелями, или обзавелся новыми. Новых Аристарх не имел, а старые были вычеркнуты из списка друзей за ненадобностью.

– Это всего лишь ваши догадки, они ничем не подкреплены.

– Подкрепим, когда обыщем особняк.

Катарину грызли сомнения.

– Я съезжу к Элеоноре.

– Зачем?

– Вдруг у нее есть ключи от особняка. Тогда необходимость взламывать замок отпадет сама собой.

– Нора мне не понравилась.

– Только не говорите, что она убийца. Вы подозреваете всех и каждого. Спасибо, что нас с Наткой не причислили к убийцам Софии.

Розалия провела указательным пальцем по подбородку.

– Вообще-то у меня были подозрения касательно Натки… Да и твоя кандидатура рассматривалась…

Заткнув уши, Копейкина понеслась в спальню.

* * *

В начале одиннадцатого утра Катарина отправилась к Варламовым.

Дверь распахнул белобрысый мальчуган дошкольного возраста. Растерянно глядя на Катку, мальчишка спросил:

– Это вы звонили?

– Я. – Катарина улыбнулась и, приняв мальчика за сына Элеоноры, попросила: – Позови, пожалуйста, маму.

– Если вам нужна моя мама, тогда позвоните вон в ту квартиру, – он кивнул на противоположную дверь.

– Нора ушла к соседке?

– Нет, это я пришел к соседке.

– Так ты не сын Элеоноры?

– Нет. Я ее сосед. А Нора, – мальчик шмыгнул носом и быстро обернулся назад, – Нора сейчас рожает.

– Как рожает?

– Как обычно, лежит и рожает. Вы, тетенька, позвонили в самый ответственный момент.

Вспомнив встречу с Варламовой и ее плоский животик, Копейкина на всякий случай покосилась на номер квартиры.

Вроде все совпадает, она приехала по адресу, но что-то здесь явно не так.

– Витя! – из глубины квартиры послышался встревоженный голос Норы. – Витя, ну куда ты убежал. Иди скорей сюда.

Посмотрев на Катку, паренек издал отрывистое «Я же говорил» и бросился в гостиную.

Снедаемая любопытством, Катарина посеменила за мальчуганом.

В комнате, держа в руках белое махровое полотенце, сидела Элеонора. Причем сидела не где-нибудь, а на полу.

Катка кашлянула.

– Нора…

Варламова вздрогнула.

– Ой, это вы?

– А что у вас случилось?

– Я его вижу! Вижу! – заголосил Витька. – Тетя Нора, он уже вылезает.

Варламова начала заламывать себе руки.

– Господи, страшно-то как. Катарина, вы, э-э… вы нам не поможете?

И тут Катка заметила лежащую на подстилке рыжую кошку. Пушистое создание готовилось вот-вот стать счастливой матерью. И судя по размерам живота, на свет должно было появиться не менее пяти-шести наследников.

Элеонора запричитала:

– Норочка, девочка моя хорошенькая. У тебя все получится. Крепись.

– Кошка ваша тезка? – усмехнулась Катка, вытерев с висков капельки пота. – А я сначала подумала…

– Катарина, она сейчас умрет, – перебила Варламова.

– Он, наверное, застрял, – ляпнул Витька.

– О чем вы говорите?

– Норик рожает.

– Я вижу, и что?

– Как что? Вы посмотрите на нее, она же совсем обессилела. Ей надо помочь!

– Каким образом?

– Не знаю. Вы умеете принимать роды?

Копейкина отшатнулась.

– Нет! – прокричала она настолько громко, что Нора-кошка вздрогнула.

Варламова обтерла полотенцем лицо.

– Схватки начались еще час назад, а она все никак не разродится.

– Успокойтесь, кошка прекрасно знает, когда именно приступить к столь важному мероприятию. И на вашем месте, – Ката кивнула в сторону выхода, – я бы оставила Нору в гордом одиночестве.

– А если она умрет?

– Ничего с ней не случится. Тысячи кошек производят потомство без посторонней помощи, и твоя Нора не исключение. Предлагаю выйти из гостиной.

Варламова неуверенно покосилась на Витьку.

– Я никуда не пойду, – возвестил мальчуган.

– Я тоже, – забормотала Нора.

Ката закатила глаза.

– Если так переживаете за питомицу, почему бы не вызвать на дом ветеринара? Примет роды в лучшем виде.

– Как-то не подумала об этом, – Варламова встала с пола. И вдруг…

– Тетя Нора, началось.

Витька отвернулся, а Элеонора, схватив Катку за руку, прошептала:

– Мамочки, рожает.

В последующую секунду Катарине буквально силой пришлось вытолкать Нору и Витьку из гостиной.

– Представь на ее месте себя, – верещала Копейкина. – Думаешь, Норику приятно, что вокруг нее галдящая толпа? Ей необходима тишина.

– Тишина необходима покойникам, – изрек Виктор. – Так всегда говорит моя бабушка.

Варламова всхлипнула.

– Зачем ты сказал про покойников? Катарина, мне кажется, мы зря ушли.

– Сидите здесь, – взяв на себя обязанности хозяйки дома, Катка включила чайник. – Где у тебя посуда?

– Т-там, – Элеонора ткнула пальцем на дверь, ведущую в туалет.

– Где?!

– Ой, прости, ничего не соображаю. Посуда в шкафчике, а вот где он, не помню.

Витька открыл красноватую дверцу и достал кружку.

– Вот они.

– Я сделаю нам чай.

– А Норка? Вдруг она котят съест?

– Витя, прекрати нести чушь.

– Нет, правда, я смотрел передачу, и там говорили, что крольчихи часто едят своих детенышей.

– Норка не крольчиха.

– А вдруг она все равно их съест?

Катарина начала выходить из себя. Честное слово – смешно. Кошке не дают спокойно стать матерью. Носятся вокруг нее, носятся, не понимая, что своим присутствием заставляют Норку лишний раз нервничать.

К слову сказать, это уже не первый случай, когда Ката становится свидетельницей бешеной нервотрепки во время окота кошки. Не так давно ее знакомая, владелица сиамкой кошки, устроила дома настоящий переполох, когда четвероногая питомица изъявила желание произвести на свет котят. Разумеется, не обошлось без скорой ветеринарной помощи. К моменту приезда медиков кошка благополучно разродилась и чувствовала себя намного лучше хозяйки.

Суета… Некоторые люди излишне суетливы и способны вызвать бурю в стакане воды. Кошки не люди, они и без посторонней помощи прекрасно со всем справятся. Так было, так есть и так будет. В деревнях пушистые создания приносят приплод три-четыре раза в год, и никто над ними не трясется и не закатывает истерик. В городе все несколько иначе. Многие даже делают беременным питомицам узи. Жизненно необходимая процедура – узнать, матерью скольких котят в скором времени станет кошка.

Но, похоже, Варламова решила переплюнуть всех и вся. Вскочив со стула, она достала из шкафа миску и, наполнив ее теплой водой, понеслась в гостиную.

Глава 7

– Нора, ты куда?

– Котят надо помыть.

– Не смей. Ты сделаешь хуже.

Витька, которому все происходящее доставляло несравненное удовольствие, понесся за Варламовой.

В очередной раз Катарине пришлось выслушивать стенания Элеоноры.

– Три котеночка родились. Катарина, посмотри, какие они маленькие. Наверное, больные.

– Для новорожденных они очень даже ничего.

– А она еще рожает, – кричал Витек.

Кошка, не обращая внимания на вопли людей, спокойно делала свое дело.

Минут десять спустя, когда рядом с Норкой ползали четыре комочка, но окот и не думал подходить к концу, Варламова притихла. Прижимая к груди полотенце, она завороженно наблюдала за любимицей, шепча что-то неразборчивое.

Последний – седьмой котенок – по мнению Элеоноры, «плохо пошел».

Обкусывая губы, Варламова закричала:

– Витя, ему надо перерезать пуповину. Норик не справляется. Принеси что-нибудь острое. И не забудь захватить спирт.

Катарина сидела в кресле, с интересом рассматривая глянцевый журнал. Если Элеонора столь щепетильна, то Катка больше не будет вмешиваться в процесс. Она подождет. В любом случае вести сейчас беседы на посторонние темы бесполезно. Мысли Варламовой целиком и полностью занимает хвостатая тезка.

Поэтому, услышав просьбу Элеоноры касательно пуповины, Копейкина даже не повела ухом.

Виктор выбежал из гостиной, но вопреки ожиданиям помчался не на кухню за острыми ножницами и баночкой борного спирта. Паренек распахнул входную дверь и бросился к себе в квартиру.

Элеонора продолжала разговаривать с кошкой:

– Тужься, Норик, тужься. Уже скоро. Ты молодец! Ката, мне не нравится ее взгляд. Он какой-то странный.

– Просто ты ей надоела. И если бы Норка могла говорить, она, не задумываясь, послала бы тебя куда подальше.

– Глупости ты говоришь. Ну где же Витька? Витя!

– Он убежал к себе.

Через минуту в гостиной появился Витька. Увидев парня, Копейкина чуть не поперхнулась воздухом. В правой руке мальчуган держал начатую бутылку водки, а в левой… – о боже! – в левой руке Витек сжимал топор.

– Тетя Нора, ножницы у нас тупые, поэтому я топорик прихватил. Его дед две недели назад наточил, когда свинину разделывал.

Не успела Нора ответить, как в квартире нарисовалась перепуганная мать Витьки – пышнотелая блондиночка Тамара.

Влетев в гостиную, она заорала:

– Нора, что у вас тут творится? Кому вы собрались топором горловину перерубать?

– Пуповину, – машинально пискнула Варламова.

Витька смутился.

– Ну да… точно, пуповину, я забыл.

Выхватив у сына водку и топор, Тамара властным тоном приказала:

– Марш домой!

– Мам, ты чего?

– Устроили, понимаешь, театр юного зрителя. Норка, ну Витька еще глупый, но ты-то куда смотришь?

– Я их предупреждала, – вставила Катка. – Не слушают.

Варламова таращилась на кошку.

– Кажись, все.

– Стоило поднимать панику.

– Семь котят, – улыбалась Элеонора. – Какие пусики. Ой, а тот рыженький на меня посмотрел.

– Не смеши, он не мог на тебя посмотреть.

– Почему?

– По кочану. Они все слепые.

Элеонора испугалась.

– Как слепые? Почему слепые? Тома, ты шутишь?

Катка подавила смешок.

– Неужели ты не знала, что котята рождаются слепыми? Они начинают видеть через две недели.

– Не знала, – растерянно прошептала Элеонора.

– Оно и видно, – Тамара махнула рукой. – Тоже мне любительница животных. Витька, хватит вокруг Норки прыгать. Домой пошли.

– Мам, еще чуть-чуть.

– Отойди от кошки, сказала! Обедать пора.

– А что же мне с ними теперь делать? – Варламова посмотрела на соседку.

– Солить, – заржала та.

– Мы возьмем троих, – оживился Виктор. – Рыженького, серого и пятнистого.

– Ага, щаз! А крокодила не хочешь завести?

– Мам, ты обещала.

– Ничего подобного, я сказала, что подумаю.

– Так не честно.

– Все. Хватит. Топай на выход.

Как только Тома с сыном удалились, Элеонора обратилась к Копейкиной:

– Тебе случайно не нужны котята?

– Случайно нет. У меня у самой дом напоминает мини-зоопарк.

– Топить точно не буду! – твердо проговорила Варламова. – А куда их тогда девать?

– Раздашь.

– Кому?

– Соседям.

– Угу. Прям так они и взяли. Слышала, что Томка сказала?

– Есть еще один вариант. Подрастут котята, отвезешь их на рынок. Заплатишь какой-нибудь бабульке, она их и реализует.

Элеонора скривилась:

– Ни за что! Ты разве не в курсе, что их вечером выбрасывают?

– Как выбрасывают, куда?

– А куда придется. Короче, на улице оставляют. Ты пребываешь в полной уверенности, что детенышей твоей кошечки пристроят в хорошие руки, а на деле с ними не сюсюкаются. Не успели в течение дня продать – и адью.

– Это твое предположение или…

– Или. – Варламова погладила Норку по спине. – Три года назад мы с Женей захотели купить кошечку. Обязательно персидскую и обязательно белую. Поехали на рынок. И представь себе, не успели зайти, как увидели мерзкую старуху с корзинкой. Не стесняясь народа, бабка достала рыженькую прелесть и швырнула ее под забор. Я едва не озверела. Подбежала, начала орать, а старуха мне в открытую заявила, мол, котенок не ее. Утром мужик один привез троих и попросил продать. Двух купили, а третий остался. Вот и верь после этого милым старушкам с добрыми глазами.

– Рыжей прелестью оказалась Нора, я права?

– Права. Я как ее увидела, такую маленькую, жалкую, со слезящимися глазками, сразу решила – она будет жить у нас. С тех пор Норик – это моя дочурка. Я пылинки с нее сдуваю.

– А как она забеременеть умудрилась?

– Ой, даже вспоминать противно. У друзей на даче мы были в начале мая, и сдуру Норку за город взяли. А у них котяра огромный. Они-то уверяли, что он кастрированный, а оказалось… впрочем, сама видишь, что оказалось.

Катарина посмотрела на часы.

– Задержалась я у тебя, Нор, а я ведь по делу приехала.

– Пошли на кухню. Теперь можем спокойно чайку попить. Только погодь минутку, я Норику сухого корма в комнату принесу. Ей сейчас надо хорошенечко поесть и отдохнуть.

Закончив беготню из комнаты в кухню и обратно, Элеонора плюхнулась на стул.

– Все. Внимательно тебя слушаю.

– Нора, у тебя случайно нет ключей от особняка Софии?

– Ключей? Нет, конечно, а почему ты спрашиваешь?

– Появилась у меня одна идейка. Надо проникнуть в особняк и попытаться найти документы Аристарха.

– Зачем тебе его документы?

– Что тебе известно про мужа подруги? – вопросом на вопрос ответила Катка.

– Ничего особенного. Интеллигентный пенсионер, бывший генетик. Аристарх производил самое приятное впечатление.

– До знакомства с Софией он был женат?

– Вроде нет.

– А она разве не упоминала о прошлом супруга?

– Никогда. Да я и не интересовалась. Какая мне разница, с кем жил Аристарх Николаевич до встречи с Софой.

– В данном случае этот вопрос имеет первостепенную важность. Для нас Аристарх темная лошадка – о нем ничего не известно. А ведь запросто может оказаться, что его внезапное исчезновение напрямую или косвенно связано с его прошлым. Ты согласна?

– Понимаю, куда ты клонишь. Но не забывай, Софа жила не в избушке на курьих ножках, ты видела их махину, и я с трудом представляю, как тебе удастся оказаться внутри особняка.

– Надеялась на ключи. А теперь придется прислушаться к совету Розалии и взломать замок.

Варламова хохотнула.

– Взломать? Ну ты и сказанула! Как взломать-то? При помощи палочки-выручалочки? Ха! Да тебе вовек не справиться с сейфовым замком. Пустая трата времени. Плюс ко всему твои действия противозаконны. Если кто из соседей заметит и вызовет ментов, считай, ты нажила себе кучу неприятностей. Потом доказывай до второго пришествия, что ты не верблюд. Не боишься?

Ката развела руками.

– Другой альтернативы нет.

– Я бы не решилась. Страшно.

Минуты две женщины потягивали напиток в полной тишине, а затем Ката спросила:

– Нор, а ты не окажешь мне услугу? Помнишь, как у меня в коттедже ты сказала, что я могу на тебя рассчитывать?

– И от своих слов не отказываюсь.

– Не могла бы ты составить мне компанию?

– Что? – Варламова расплескала чай. – Смеешься? Нет, нет, проси о чем угодно, только не втягивай меня в незаконное проникновение в частную собственность.

– Мы же не воровать отправимся. Напротив, действуем исключительно из благих побуждений.

– А почему ты просишь именно меня?

– Одной страшно, – честно призналась Копейкина. – А ехать с Розалией… Бр-р-р…

Варламова сморщила лобик.

– Свекруха у тебя, конечно, не подарок. Женька две ночи спать спокойно не мог. Ему постоянно мерещилась Розалия с утюгом в руках.

Катарина виновато опустила глаза.

– Нор, нас никто не заметит. Обещаю.

Варламова колебалась.

– А вдруг?

– Тогда вся ответственность ляжет на меня.

– Ага. Я уже представила эту картину. Нас привезли в отделение, а ты начинаешь лепетать, что во всем виновата сама, а я просто мимо проходила и решила заглянуть на огонек. Так, что ли? И кто, интересно, тебе поверит?

Ката понимающе закивала:

– Ты права. Извини, я должна была подумать, прежде чем предложить.

Элеонора схватила печенюшку.

– Ну вот, теперь я чувствую себя жалкой трусихой и предательницей в одном лице. Тебе удалось меня смутить и пристыдить. Премного благодарна.

– Нет, я действительно не подумала.

– Прекрати. Хорошо, уговорила.

– То есть…

– Я согласна. Поедем к Софке домой, но с одним условием. В ближайшие дни я из дома не выйду. Сама понимаешь, у меня теперь забот хватает. Семь котят – это тебе не шутки. Норика я не оставлю.

– И когда едем?

– Сейчас Женьки нет в городе, он приедет в пятницу. Вот в пятницу давай и рванем.

– По рукам.

– Заезжай за мной в районе полуночи.

– Угу.

– И еще… чем, собственно, мы будем взламывать замок?

– У меня есть связка ключей…

– Не ерунди. Твою связку можно смело выбросить в мусорное ведро. Говорю, замки у них сейфовые. – Нора на мгновенье задумалась. – Хотя мы можем попробовать проникнуть внутрь через заднюю дверь. По-моему, там замок попроще, но утверждать не берусь.

– Договорились.

Прежде чем проводить гостью, Элеонора буквально заставила Катку пройти в гостиную, дабы еще разок взглянуть на котят.

– Ну разве они не прелесть? Ну скажи?

– Чудо.

– А тот рыженький все-таки на меня посмотрел. Нет, клянусь.

– Мне пора. Не скучай и не сходи с ума. Помни, излишняя опека до добра не доводит. Не надоедай Норику.

– Постараюсь. – Варламова рассмеялась и, распахнув дверь, заговорщически прошептала: – До пятницы.

Два дня до пятницы промчались довольно быстро. За это время Розалия Станиславовна успела составить внушительный список лиц, причастных к убийству Софии. Копейкиной «занятость» свекрови была как нельзя кстати. Пусть составляет что угодно, только бы не мешала.

Без четверти двенадцать Катка вышла из лифта. На этот раз дверь открыл Варламов.

Глядя поверх Катарины, Евгений спросил:

– Вы одна?

– Да.

– Ведьмы поблизости нет?

– Расслабьтесь, ведьма осталась в коттедже.

– Тогда проходите.

– Как Нора?

– Вы какую Нору имеете в виду?

– Ту, у которой четыре лапы, усы и хвост.

– Новоявленная мамаша чувствует себя превосходно, а вот поведение моей Норки меня беспокоит. – Варламов прищурил глаза: – С чего вдруг вы собрались поехать в ночной клуб? Знакомы без году неделя, а уже настолько сблизились, что по клубам разъезжаете.

Катарина раскрыла рот, но ответить не успела.

Элеонора нарисовалась в коридоре с радостной улыбочкой на губах.

– Жень, ну я же сказала, Катарина мне здорово помогла, когда котилась Норка. Мы классно пообщались и решили, что можем стать подругами. А подруги время от времени посещают увеселительные заведения.

– Почему я не могу поехать с вами?

– Ты устал, к тому же Норку нельзя оставлять одну.

– Но…

– Женька, не начинай.

Катарина была готова провалиться сквозь землю. Моля бога, чтобы Варламов не обратил внимания на ее внешний вид, она глупо улыбалась, переминаясь с ноги на ногу.

Вот зачем Элеонора ляпнула про клуб? Не могла придумать более правдоподобную причину?

Молитвы Катарины не были услышаны – Евгений с сомнением покосился на прикид Копейкиной.

– А в какой клуб вы намылились?

С уст Норы слетело название одного из самых дорогих ночных клубов столицы. Ката едва не застонала.

Варламов наморщил лоб.

– А вам что-нибудь известно про дресс-код?

И тут до Элеоноры дошло, что она попала впросак. Устремив взгляд на Катку, она невольно усмехнулась.

Копейкина была облачена в черный спортивный костюм, кроссовки и бейсболку.

– Ну… – начала выкручиваться Варламова. – Дело в том…

– Сегодня в клубе особый день, – затараторила Катка, – вернее, ночь. Что-то вроде маскарада. Да, точно – маскарад. Все должны быть одеты в спортивную одежду и…

– Бейсболки, – подхватила Варламова. – Кстати, у нас есть бейсболка?

– Нет, – обалдело прошептал Евгений.

– Жаль.

– Ничего, я тебе дам, у меня в машине есть запасная.

– Тогда пошли, – Нора взяла сумочку, чмокнула мужа в щечку и выпорхнула из квартиры.

В лифте Катка спросила:

– Как думаешь, он ничего не заподозрил?

– Не бери в голову. Евгений самый доверчивый человек на планете Земля. Иногда мне кажется, что его способен обвести вокруг пальца даже ребенок.

– Ты сама готова морально?

– И морально и физически, – захихикала Варламова.

– Не поняла.

– А ты подумай хорошенько, как мы проберемся на участок?

– Ну… – Катка принялась излагать свой план: – Машину оставим на въезде в поселок, дотопаем до калитки, потом прошмыгнем на участок…