Текст книги "Точка соприкосновения (СИ)"

Автор книги: Людмила Королева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 24 страниц)

Господи! Кто? Кто угрожал нашей дочери? Кто довел Алекс до такого состояния? Кого она так боится, что не хочет разговаривать?

Я ходил под дверью палаты, измеряя пространство шагами и ждал, когда Михаил Сергеевич выйдет. Он уже два часа сидел у Алекс. Надеялся, что она поделилась с отцом. Но было очень обидно, что моя жена не хотела со мной говорить. Разве мы не обещали друг другу все делать вместе, делить и радость и горе? Почему она от меня закрылась?

Михаил Сергеевич вышел из палаты, схватился за голову и сел на диван рядом со мной. В его глазах стояли слезы. Рассказала или нет? Я положил руку на плечо тестя, а он тяжело дышал.

– Ей еще укололи успокоительное, и она уснула. Господи! За что? Я всю жизнь пытался уберечь ее от зла, и не смог! – прошептал он, а мое сердце сжалось от боли. Знал, что и он и я безумно любили Алекс, больше жизни, и никто из нас не смог ее огородить от чего-то страшного.

– Она с вами поделилась? – на одном дыхании спросил я. Ее отец кивнул, а в глазах отразилась пустота и боль.

– Что с ней случилось? – допытывался я, стараясь выдернуть тестя из размышлений.

– Лео, она взяла с меня слово, что я никому ничего не скажу. Но ты мне как сын, и я понимаю твое состояние, и теперь понимаю ее. И не знаю, что делать. Дело в том, что когда она выходила из больницы, кто-то ее похитил. Она боится назвать его имя даже мне. Но когда выясню, я тебе непременно скажу, отыщем и три шкуры спустим. Он держал ее все это время в каком-то здании на цепи, как животное, и все что ему было нужно – чтобы она забеременела. А когда это случилось он исчез, оставив какую-то китаянку или японку следить за ней. Этот дьявол умен, все провернул так, чтобы полиция подумала, что Алекс от тебя ушла к любовнику, забеременела, а потом решила сбежать обратно в Россию, боясь твоей расправы. Поэтому у них нет никаких доказательств, что ее украли и удерживали силой. Она не разговаривает с тобой, потому что не хочет видеть боль в твоих глазах. Я понимаю, что ей тяжело любить тебя, а носить под сердцем ребенка какого-то маньяка. Лео! Наберись терпения! Пусть придет в себя. Она попросилась домой и я заберу ее и Аню в свой дом. Будешь приезжать к нам когда захочешь, можешь даже жить у меня, главное вывести ее из этого состояния! Врач боится, что она станет психически больной. Поэтому не дави на нее. Я ей оставил свой второй телефон, номер ты знаешь, на всякий случай тебе говорю.

Чем больше я узнавал, тем хуже мне становилось. Голова шла кругом. Доказательств никаких не было, но Михаил Сергеевич верил ей. А что если и правда – сбежала к любовнику, а потом он ее кинул и она побоялась вернуться, решила уехать в Россию, но ее нашли, и она выдумала все. Я же знал как она ловко сочиняла истории, когда это было необходимо. Почему боится назвать его имя? Хочется застрелиться! И почему я не умер тогда!

– Хорошо. Может в вашем доме она почувствует себя в безопасности и расскажет все остальное. Надо еще что-то прессе сказать. Вот только что? Если сами толком ничего не знаем и не понимаем, – сказал я мысли вслух.

Я подошел к Чарльзу и спросил совет, что сказать журналистам, чтобы отстали от моей семьи.

– Без доказательств мы не можем заявить, что ее похитили. Про беременность сейчас вообще никому нельзя говорить, иначе в погоне за сенсацией, вас никогда не оставят в покое. Обычно в таких случаях хорошо срабатывает заявление о потери памяти. Если ничего не помнишь, то и рассказывать нечего! – подмигнул мне Чарльз.

– Ты гений! – прошептал я и поспешил к доктору. Он пошел мне навстречу и написал в карте диагноз – потеря памяти. Так весь мир проглотил эту ложь. В газетах писали, что моя жена не помнит где была, поэтому никаких заявлений пока ни полиция ни я, сделать не можем.

Как сказал Михаил Сергеевич, так и сделали, перевезли Алекс и Аню к нему домой. Я, конечно, остался жить с ними, прихватив с собой только Томаса. Втягивать в это Бернарда совесть не позволила. Все-таки Оливия была беременна и я хотел, чтобы он был с женой. К тому же у тестя была своя надежная охрана.

Алекс ни с кем не разговаривала, и старалась избегать меня, она жила на одном этаже, а я на другом. С дочерью виделись по очереди. Хотя Алекс с ней проводила больше времени, чем я. Но на это не обижался. Меня задевало другое, что за месяц, который она провела в доме своего отца, она так ни разу со мной и не заговорила. Это было невыносимо! Терпение мое было на грани.

Узнал от ее отца, что Алекс носит под сердцем сына. Все внутри сжалось от боли. Я так мечтал, что у нас будет сын, а теперь осознание, что он не мой, срывало крышу. Черт! До меня только дошло, как мы будем жить дальше? Даже если Алекс начнет со мной говорить, уже не будет как раньше. Это ее ребенок, она будет его любить, а я? Смогу ли я принять это дитя и вырастить как своего? Или буду смотреть на него как на врага? Мечтая убить папашу этого ребенка. Черт! Черт! Зачем ему нужен сын от Алекс? Мог попросить миллиард, я бы отдал без слов, все что угодно. Почему этот мужик не попросил выкуп за нее? Как все сложно! Мне казалось, что меня закопали заживо. Любит ли она меня? Я уже не знал. Ничего не знал, внутри было пусто, больно и душа растерзана в клочья.

Я вернулся домой чуть раньше и застал Алекс в гостиной. За это время мы вообще редко виделись, она сидела взаперти в своей комнате, на мои сообщения не отвечала. Когда увидела меня, в ее глазах отразилась такая печаль и боль, что захотелось прижать ее к себе, уверить, что все будет хорошо. Мечтал услышать ее смех, увидеть улыбку и блеск в глазах. Но счастье наше было растоптано, разбито, и прошлого уже не вернешь. А будущее было неопределенным и пугающим.

Она вскочила с дивана и хотела сбежать к себе, но я больше так не мог. Догнал ее у порога в спальню и войдя следом запер дверь, чтобы никто не мог помешать. Застыл, любуясь ей. Она была подобна ангелу. За это время вес ее пришел в норму, а округлившийся животик добавлял ей сексуальности. Все внутри меня сжалось от желания и неутолимого голода. Я скучал по ней, по ее поцелуям, по нашей близости. Все это время у меня не было ни одной женщины, потому что я ни о чем другом, кроме как о жене думать не мог. И вот она нашлась, но снова недосягаема для меня.

У нас была такая хорошая семья, а теперь каждый из нас сам по себе. Она общалась только с отцом и дочерью, оттолкнув не только меня, но и Машу с Оливией. Думал, подруги помогут вернуть ее к жизни, но ошибся. Алекс выглядела потухшей, больше не светилась.

– Миссис Бейкер! Сколько можно от меня бегать? – улыбнувшись, спросил я, но это была маска, которая скрывала боль и разочарование.

– Лео! – прошептала она мое имя, и я замер, не веря своим ушам. Она заговорила?

– Ты меня еще любишь? – спросил я то, что волновало больше всего.

Она прикусила губу, в глазах заблестели слезы.

– Я всегда любила и буду любить тебя больше жизни! – на одном дыхании сказала она, и по ее щекам покатились слезы. Она сразу отвернулась от меня к окну.

Сердце мое сжалось, а потом пропустило удар. Все внутри всколыхнулось от спячки. Она говорила искренне, это я душой чувствовал. Черт! Я ведь ее тоже безумно любил. Но что тогда мешает нам быть счастливыми? Почему мы не можем быть вместе как раньше?

Осторожно подошел к ней и обнял, целуя в макушку, вдыхая аромат ванили. Каждая клеточка моего организма затрепетала, ожила, пробуждая инстинкты. Меня как магнитом тянуло к ней. Только рядом с Алекс чувствовал счастье и умиротворение, и нуждался в ней как наркоман в дозе.

– Я тоже люблю тебя и всегда буду любить! – прошептал ей на ухо, а потом развернул к себе, чтобы видеть ее глаза. В них было столько слез, что казалось, в море и то меньше воды.

Впился как дикий зверь в ее губы, не в силах больше сдерживаться, она попыталась оттолкнуть меня, но я не позволил, сильнее прижимая ее к себе. Мне было все равно, пусть потом убьет, выгонит, растопчет окончательно, только бы сейчас принадлежала мне. Подхватил ее на руки и уложил на кровать, срывая с нее одежду. В ее глазах был страх, но меня это не остановило. Целовал каждый сантиметр ее тела, прикасался к гладкой бархатистой коже, вдыхал родной аромат, который окончательно лишал рассудка. Я безумно хотел ее, и не думал, что будет потом, жил только этим мгновением. Алекс поначалу пыталась отстраниться от меня, но потом сама поддалась захлестнувшей нас страсти. И мир перестал существовать. Эмоции больше не поддавались контролю. Ни о чем не думая, мы любили друг друга, откинув от себя все проблемы. В тот момент я снова ощутил вкус счастья.

Мы тяжело дышали, раскинувшись на кровати. Я притянул Алекс к себе и сжал в своих объятиях. Просто хотелось ощущать ее рядом. Устал жить без нее, хотя раньше радовался холостяцкой жизни.

– Если мы любим друг друга, что мешает нам быть снова счастливыми? – спросил я, поглаживая Алекс по голове. Она заметно напряглась, боялся, что снова будет молчать. Но она, к счастью, заговорила.

– Он! – ответила жена, показывая пальцем на живот.

Я проглотил ком в горле, где-то глубоко в подсознании знал, что это так, но не думал, что она считала так же.

– Ты уверена, что он? Давай, я признаю его своим и снова будем вместе, одной семьей! – сказал я, поцеловав ее в макушку. Хотя с трудом представлял, как буду растить сына, который вовсе мне не сын.

Она закачала головой.

– Нет! Бейкер, я не смогу так. Я мечтала сделать тебя счастливым, хотела чтобы брак не разочаровал тебя, хотела подарить тебе много детишек и жить большой и дружной семьей. А теперь все эти мечты рухнули. У меня под сердцем ребенок, которого я не хочу, но я мать, и мне придется всю жизнь растить его, смотреть и вспоминать его отца, видеть в невинном создании черты дьявола. Не хочу, чтобы ты с презрением смотрел на него, думая всякий раз, что именно он разрушил то счастье, которое у нас было. Если Анечка соединила нас, то этот ребенок положил всему, что было мне дорого, конец. Это будет пытка для нас обоих! Поэтому я старалась избегать тебя, не хотела доставлять тебе еще больше боли, чем уже причинила. Разведись со мной, найди другую, кто сделает тебя счастливым, пусть она подарит настоящую семью, какую не смогла подарить я.

Застыл от ее слов. Черт! Алекс права и неправа одновременно. Да, это будет ад, пытка, но и без нее я не смогу быть счастливым. Лучше уж в аду, но с ней!

– Почему ты все решила за меня? – усмехнулся я. – Забыла, мы клятву давали, что и в горе и в радости будем вместе, в богатстве и бедности и так далее. Да, я не в восторге, что придется растить ребенка какого-то мужика, но если посмотреть с другой стороны, он же твой ребенок, а значит, буду растить твоего сына. В конце концов, берут же мужчины в жены женщин с детьми от первых браков. В чем разница? Я же знаю, что ты не сбежала от меня, тебя похитили, поэтому ты не виновата! Это все ТОТ дьявол, он разрушил все.

– Лео, ты мне веришь? Даже несмотря на то, что нет доказательств похищения? – спросила она, посмотрев мне в глаза.

– Да, верю! – уверенно сказал я, погладив ее по лицу. Она улыбнулась мне, и на душе стало теплее.

– Спасибо! – прошептала она и поцеловала меня с такой нежностью, что душа ушла в пятки. – Но вот только Дима не оставит нас в покое, будет теперь или шантажировать, или деньги с тебя тянуть, а я этого не хочу. Он всю жизнь будет преследовать нас! Ты сможешь так жить?

– Что? – чуть ли ни крикнул я. До моего осознания только что дошло, кто отец ребенка. Я-то думал, это какой-то маньяк, псих, которого я не знаю. А это Дмитрий? Как так? Он же ее отцу помогал в поисках? Был всегда на виду! Черт! Что если она с ним была по своей воле, ведь выбирала же она тогда между нами, сама говорила, что чувства у нее были к нему. Что если не устояла перед этими чувствами, была с ним, а потом узнав, что беременна побоялась вернуться, так как не знала кто отец ребенка. Дмитрий может и не в курсе, что она залетела от него. Черт! Черт! Где правда? Он вообще спустя месяц уехал и больше не приезжал, все время названивал Михаилу Сергеевичу интересовался нашлась она или нет. Черт! Ничего не понимаю!

– Отец ребенка Дима? Я правильно понял? – переспросил я, ощущая шок. – Почему раньше не сказала?

Она опустила глаза и смотрела на свои ладони, а потом тяжело вздохнула и прошептала:

– Он все подстроил так, чтобы никто не подумал на него, если бы даже я и назвала его имя следователю, нет никаких доказательств, что он меня похитил, он умело замел все следы. Создав иллюзию, что я собиралась сбежать в Россию. Боялась, что ты подумаешь, что я сама с ним переспала, а еще больше боялась, что так заявят на весь белый свет. Не хотела чтобы наша семья была опозорена. Мечтала избавиться от этого ребенка, но он пригрозил, что за это убьет Аню, и я боюсь его. Если он все это так провернул, то мог легко найти способ подобраться и к дочери. Он решил отомстить нам, потому что считает, что если бы не Аня, которая свела нас с тобой, мы бы с ним поженились, и он, как и мечтал, завладел бы состоянием моего отца. А так ты приехал к дочери и я осталась с тобой. Вот Дима решил подарить мне ребенка, который всегда будет стоять между мной и тобой и напоминать о нем. Уверена, он будет постоянно приезжать и трясти деньги. Потребует экспертизу и на весь мир заявит, что знаменитый Бейкер растит его сына. Он будет рушить наше счастье и не даст спокойно жить. А мы ничего не сможем сделать, потому что не знаю, как доказать, что он взял меня против воли. Он не оставил ни следов, ни увечий на теле. Но уничтожил мою душу. Не знаю, как дальше жить!

Я отстранился от нее и сел на кровати, обхватив голову руками. Черт! Черт! Она права, этот тип не оставит нас в покое, и будет бесить меня каждый раз, как попадется на глаза. Но правду ли говорит Алекс? Хочу верить! Но тень сомнения так и закралась в душу.

– Алекс! Я люблю тебя, но если тебе есть что сказать, или признаться в чем-то, сделай это сейчас! Я все прощу, только будь со мной полностью откровенна! – прошептал я, смотря ей в глаза, в которых сразу отразилась боль.

По ее щекам потекли слезы, и она холодно ответила:

– Бейкер! Мне все ясно! Стоило узнать, что это Дима, и ты засомневался в честности моих слов. Ты мне не доверяешь, но я не виню тебя за это. Я знала, что все так и будет. Ты никогда не верил в любовь и в искренность моих чувств к тебе, надеялась, что ты не усомнишься во мне. Но ошиблась. А раз между нами нет доверия, то и вместе не стоит быть! Какой смысл? Ты так и будешь всю жизнь считать, что я тебе изменяю. Будешь рвать себе душу и ничего хорошего из таких отношений не выйдет. Уходи, Лео! Живи своей жизнью! Я уже смирилась, что нам не быть вместе, не стать счастливыми как раньше!

Я не шевелился, молчал, не знал что ответить. Черт! Она права, уже не вернуть прошлое, потому что жизнь нас несет только вперед. Да, я сомневался в правдивости ее слов. Черт! Но кто на моем месте не усомнился бы? Черт! И уйти не могу, и остаться сил нет. Смогу ли я переступить через себя, через свое самолюбие и гордыню, смогу ли довериться ей снова? Она ждала моей поддержки и понимания, а я кретин, не дал ей этого, усомнился. Теперь она не подпустит меня к себе.

– Будь ты на моем месте, ты бы ни на секунду не усомнилась во мне? – усмехнулся я.

– Я сказала тебе чистую правду, поверить или нет, дело уже твое, – заявила она, тяжело вздохнув, а потом отвернулась от меня.

Не знал что делать, что говорить и как себя вести. Душу разрывало на части. Я вышел из ее комнаты и отправился в гостиную. Налил себе русской водки и залпом выпил несколько рюмок. Горечь от напитка не смогла заглушить боль.

– Лео, что-то случилось? – услышал я обеспокоенный голос Михаила Сергеевича.

Он подошел и похлопал меня по плечу.

– Я узнал, кто отец ребенка. Это Дмитрий, – сквозь стиснутые зубы прорычал я, посмотрев на тестя. Он побледнел и застыл, с изумлением посмотрев на меня. А потом налил себе рюмку и выпил залпом.

– Не может быть! Он же все это время был на виду! А когда она исчезла, я его через месяц или чуть меньше отправил по делам в Китай. И он только вчера оттуда вернулся. Ничего не понимаю! – проговорил Михаил Сергеевич и схватился за голову. – Неужели Дмитрий обвел нас вокруг пальца? Черт! Ни одной зацепки!

Тесть достал телефон и при мне набрал номер телефона Димы, поставив на громкую связь. Зачем он ему звонил? Что собирался сказать?

– Да, Михаил Сергеевич! Завтра приеду к вам в офис, привезу все подписанные контракты с Китаем! – радостно сообщил Дима.

– Я не по этому вопросу звоню! – прорычал отец Алекс.

– А по какому тогда? – удивился он.

– Твоего ребенка носит Алекс? – спросил тесть строгим тоном.

В трубке послышалось секундное замешательство.

– Ээээ... Михаил Сергеевич, не знал, что ваша дочь беременна. Стыдно признаться, была у нас с ней связь несколько раз, после ее брака, хотели выяснить остались ли чувства друг к другу. Алекс все сомневалась в правильности выбора. Да, я ее встретил тогда около больницы, она была чем-то расстроена, мы поехали ко мне. А потом она сказала, что отправится домой, ну я и держать не стал. А потом она пропала. Я не говорил раньше этого, потому что боялся, что из-за нашей с ней связи всю вину на меня повесят. Поэтому интересовался все это время нашли ее или нет. И гора с плеч упала, что она жива. Она считает что это мой ребенок? Согласен сделать тест на ДНК, если вы из-за этого звоните. Но может у нее еще кто был? Футболист все на нее на приеме заглядывался, я тогда поэтому и взбесился. Может она с ним была все это время? Вы меня, конечно, простите, это так мысли в слух. Бедный Бейкер, не представляю какого ему! Вот, черт! Если ребенок мой, Бейкер от меня места живого не оставит!

– Успокойся! Никто тебя не тронет. А когда она родит, не сомневайся, я лично отведу ее на ДНК тест. И докопаюсь до правды! – прорычал Михаил Сергеевич.

– В любом случае, если он мой, я буду помогать растить.

– Спасибо за признание. Завтра жду документы, – сухо проговорил тесть и выключил телефон. А потом налил себе и мне по рюмке и не чокаясь выпил.

После телефонного разговора ощутил нож в спине. Алекс!!!! Твою же мать!!!! Дмитрий был очень убедителен, голос уверен, ни намека на сомнение или волнение. Черт! Значит, она врет! Что если действительно и не Дима отец, а Рикардо Герейро. Он же открыто демонстрировал мне, что она нравилась ему. Черт! На яхту приглашал. Может, она была с ним все это время в море? Поэтому мы ее найти не могли? Кретин! Полюбил ее всей душой и ослеп, она крутила мной как хотела! А я ей верил! Пытался верить, но теперь не мог! Значит, приревновала меня к Мэдисон, и сразу отправилась в постель к этому русскому! Черт!!! Все внутри меня кипело. Ярость и обида затмевали рассудок. Мечтал подняться к ней в комнату и придушить ее своими руками за то, что причинила мне столько боли! Кретин! Знал же, что нельзя жениться. Боялся остаться с рогами, и что в итоге?! Моя жена беременна неизвестно от кого!!! Мало того, что теперь с рогами на голове, так еще и опозорила. Если это просочится в прессу, мне конец!

– Я так больше не могу! – прошептал я, со всей силой стукнув рюмкой о столешницу.

– Лео! – с сожалением проговорил Михаил Сергеевич и сжал мое плече. – Я понимаю как тебе тяжело. Но клянусь, я докопаюсь до правды! Я верю своей дочери, она не такая! Но и Дмитрий говорит очень убедительно. Нельзя отчаиваться!

– Михаил Сергеевич! – сказал я, чувствуя что язык перестал меня слушаться. – К черту эту правду! Она мне изменила! Разрушила все, что у нас было! Мне легче поверить словам Дмитрия, чем ее. Я съеду, буду жить в гостинице, или дом куплю неподалеку, невыносимо жить с ней под одной крышей. Не обижайтесь, знаю, она ваша дочь, но встречаться с ней в доме больше не могу. Буду приезжать к Ане каждые два или три дня.

– Хорошо! Как тебе будет удобно! – ответил тесть и тяжело вздохнул.

В тот же вечер я съехал. Сначала жил в гостинице, а потом купил себе дом на той же улице, где жила Алекс с отцом. Дочь забирал к себе каждые три дня, посвящал ей все свое время. С Алекс больше не общался, не писал ей, не звонил. Вычеркнул ее из своей жизни. На развод не стал подавать, и она не предложила. Мы просто разошлись как в море корабли, и только штамп в паспорте напоминал, что мы еще связаны нитью брака. Но это было только на бумаге. В любой момент можно было оборвать и эту нить. Но я не спешил. Какая разница? Все равно больше никогда не женюсь! Стал таскаться по клубам, цеплять себе фанаток, стараться жить дальше, без нее. Летал к матери каждый месяц, но вскоре и ее навещать перестал. Не мог смотреть на счастливых Оливию и Бернарда. Почему другим так легко доставалось счастье? Почему у нас все так сложно? Дыра в моей душе не зарастала, а женщины не могли утолить мой голод. Это глупо, но я все время представлял Алекс, когда проводил ночи с другими. Жизнь потеряла все краски, и хотелось застрелиться, лишь бы не чувствовать разочарование. Зачем она тогда меня спасла? Лучше бы умер! Думал, она мой ангел спаситель, но она именно та, кто заживо убивал меня, медленно и мучительно.

Оставалось только дождаться рождения ребенка и провести тест на ДНК, да и какой смысл его делать? Чтобы еще раз доказать, что я кретин? Что меня предали и обманули? Все, пути назад нет! Позвонил Мартинесу и попросил подготовить документы на развод.

– Лео! Не руби с плеча! Всегда успеешь развестись! – вздохнув, сказал Джеймс. – А вдруг Алекс не виновата? А ты сейчас оборвешь все.

– Готовь документы, а как будут готовы, отправь ей на подпись! Хочу развестись до того, как весь мир начнет галдеть, что это не мой ребенок. Не хочу выглядеть рогатым мужем в глазах миллиарда жителей планеты. А так мало ли из-за чего разводимся! Скандал будет сильнее, если этот пацан родится в браке! – прорычал я, ощущая ненависть.

– Хорошо, Лео! Дело твое! Как скажешь! Отправлю ей документы на этой неделе! Главное не пожалей потом о своем решении! Жена моя верит Алекс! – сказал Джеймс.

Мне было все равно кто ей верит, а кто нет. Главное, что я полностью разочаровался в семейной жизни! Мои лучшие следователи так и не нашли разгадку ее исчезновения. А это означало только одно! Она мне изменила, а потом старалась заставить поверить меня в свою ложь. Ну, ничего, скоро я буду свободным. И все, что нас связывало, это Аня, но со временем я дочь заберу себе. Когда она вырастет и не будет нуждаться в матери, как сейчас, добьюсь постановление суда, чтобы дочь жила со мной. А Алекс пусть растит своего отпрыска! Я подарил тебе свое сердце, а ты его растоптала и вонзила нож! Но теперь наши дороги разошлись навсегда!

 » Глава 16

Сидела в гостиной на диване и читала Ане сказки. Кто-то позвонил в дверь, охрана пропустила курьера. Я осторожно встала и, переваливаясь с ноги на ногу из-за большого живота, подошла к посыльному. Он вручил мне конверт и ушел. Открыла и увидела письмо от Джеймса и документы на развод. Слезы покатились из моих глаз. Знала, что так и будет, но надеялась на чудо. Хотелось поверить в сказку. Но вот только в реальном мире нет чудес! Малыш обеспокоенно начал пинаться, и я погладила свой живот. Странное чувство было внутри, я ненавидела этого ребенка за то, что он стал виной всему и в тоже время любила всей душой. Ведь он мой! Какая разница чье семя дало ему жизнь. Это я его ношу все это время под сердцем, это я буду его растить и заботится, он мой, только мой! Да, сын сделал меня несчастной, но он об этом не знает, он не виноват, что его отец псих и безумный человек.

Столько слез выплакала за это время, что океан, кажется, в сравнение не подходил. Поэтому достала ручку и, прочитав условия, написала ответ Джеймсу. Отказалась от всего, что мне доставалось после развода, мне не нужно было ни копейки от Бейкера. Все, что я от него ждала, это доверие и поддержку, но он, как и ожидала, не поверил мне. Но я не винила его. Поэтому подписала документы о разводе и попросила охрану отправить с курьером ответ. Ну вот и все! Наша совместная жизнь с Бейкером на этом подошла к концу. Жизни наши разошлись, снова «точка соприкосновения» обрела знак «Х» и уже никогда не станет «Y». Больше никогда не выйду замуж! Никогда не поверю мужчинам! Никогда не открою им дверь к своему сердцу! Я всей душой любила Бейкера, но он не принял мою любовь. Он снова усомнился, и при первой сложности ушел. Вернее, я сама его оттолкнула, но я не хотела так жить. Он бы упрекал меня при любом случае, что я спала на стороне. Смотрел бы с презрением на моего сына, и не было бы между нами доверия. Медленно и больно мы бы рано или поздно развелись. А еще общественность подлила бы масла в огонь, выясняя и комментируя все, что произошло с нами. Лучше так. Я понимала Лео. Он решил оборвать со мной нить до того, как появится ребенок. Скандала не избежать, я точно знала. Дима все продумал! Дьявол! Самый настоящий дьявол! И почему, когда я с ним встречалась не заметила этого? Получается, мы ничего не знаем даже о тех людях, с которыми находимся рядом.

Каждый день вспоминала то кошмарное время, которое пришлось пережить, и все внутри передергивало от страха. Я до сих пор спала с ночной лампой, потому что боялась темноты.

Когда я собиралась вернуться домой, столкнулась с Димой в больнице. Он резко прислонил ко мне какую-то тряпку, и неприятный запах ударил в нос. Все перед глазами потемнело и я отключилась. Когда пришла в сознание увидела, что нахожусь в каком-то помещении. Было очень темно и тихо. Я лежала на кровати в пустой комнате. Окна были забиты железными ставням. В углу был небольшой телевизор, пол был в пыли и грязи. Две двери вели из комнаты, и я не знала что там за ними. Встала с постели и поняла, что к ноге у меня была прикована цепь. Смогла дойти только до одной двери, открыв ее, увидела ванную комнату. Цепи хватало как раз чтобы без препятствий попасть в душ, но не хватало дойти до второй двери. Предполагала, что там как раз и был выход. В маленькое окошко, которое было под потолком в ванной комнате, увидела, что на улице ночь. Господи! Где я? Зачем Дима меня сюда привез?

В спальню вошла китаянка или японка, я не очень разбиралась кто она. Незнакомка была крупного телосложения, круглолицая. Узкие глаза, прямой нос и тонкая линия губ. Черные, как смола волосы были заплетены в косу. И, как я потом выяснила, она ничего не понимала ни по-русски, ни по-английски.

Она протянула мне тест на беременность и указала на ванную комнату, наставив на меня пистолет. Сердце ушло в пятки. Зачем ей это? Но спрашивать не стала. Сделала тест. Он показал отрицательный результат. Это и неудивительно, у меня совсем недавно только месячные закончились. Незнакомка, которую я про себя прозвала Ли, забрала тест и ушла. Не помню как, но я уснула. Утром на полу стоял поднос с завтраком. Но мне не хотелось есть. Я мечтала сбежать отсюда. Но цепь на ноге была надежно закована на замок.

Через два дня пришел Дима. И от его ехидной улыбки все внутри меня перевернулось. Я испуганно смотрела на него, а он медленно приближался ко мне. Вытащил нож из кармана и наручники.

– Если не хочешь, чтобы я тебя порезал на куски, пристегивай себя к кровати! – сказал он веселясь.

– Дима! Что ты делаешь? Ты пугаешь меня! – взволнованно ответила я, со страхом посмотрев на человека, с которым встречалась полгода своей жизни.

Он подошел ко мне и со всего размаху ударил по лицу рукой. Кожа загорелась, и слезы выступили из глаз от боли. Меня никогда в жизни не били, никогда!

– Заткнись! И запомни на будущее, если не будешь выполнять мои требования, буду бить! Ослушаешься и я зарежу твою дочь! А потом и тебя!

Проглотила ком в горле и поспешила пристегнуть себя к кровати. Все внутри сжалось от страха. Казалось, что все, что происходило со мной нереально. Когда Дима начал медленно раздеваться и сбрасывать с себя одежду, ледяной холод прошелся по спине.

– Пожалуйста! – умоляюще промолвила я, когда он стянул одежду и с меня. – Не надо!

Но за свои слова получила удар по лицу. Слезы катились, но не от боли, а от происходящего. Я не хотела близости с этим человеком, но он получил, то зачем приходил, а потом молча встал и вышел из комнаты, оставив меня в полном одиночестве, в полумраке. Он посещал меня каждые два дня, и когда входил в комнату в очередной раз, я пятилась и прижималась в угол за кроватью. Безумно его боялась. Кравцов топтал мою душу, унижал, и запугивал. Один раз я попыталась с ним поговорить, и он, на удивление, ответил на мои вопросы. Наверное, был в хорошем настроении.

– Зачем ты меня похитил? – прошептала я, с опаской посмотрев на Диму. Он бросил на меня презрительный взгляд, а потом на лице отразилась усмешка.

– Когда мы с тобой случайно столкнулись, ты очень понравилась мне. Потом я влюбился в тебя. А когда узнал, как богат твой отец, понял, что нашел золотую жилу. Мы встречались, отец твой предложил мне работу, намекал, что когда его не станет, все дела он передаст мужу своей дочери. Я мечтал поскорее занять это место, хотел владеть богатством твоего отца и тобой. Я бы был хорошим мужем, на руках бы тебя носил. Прожил с мечтой всего полгода, а потом ты поступила как тварь! Вышла замуж за Бейкера! Конечно, тебя так и тянет к звездам! Но теперь я спущу тебя на землю. Ты умолять меня будешь о пощаде! Бейкер пожил полгода с тобой, все, его счастье тоже закончилось! Я долго думал как отомстить вам за то, что разрушили мою мечту, и придумал. Отплачу вам тем же. Буду приходить к тебе, пока ты не залетишь от меня, а потом устрою все так, что Бейкер посчитает, что ты ему изменяешь. О, представляю его глаза, когда он узнает, что этот ребенок мой. Буду постоянно мелькать в вашей семье, и пусть платит тогда, чтобы я оставил всех в покое.

Слезы покатились из глаз. Не хочу! Господи! Не дай мне забеременеть от этого сумасшедшего!

– Как ты узнал, что я в больнице? – прошептала я, стараясь выпытать всю информацию.

– Я продумывал план так, чтобы все выглядело как будто ты сама сбежала. Следил за тобой, отмечал все маршруты. Думал из торгового центра тебя увести, но потом в новостях сказали, что мужа твоего расстреляли. Знал, что ты будешь в больнице, и дожидался у выхода. Увидел, как ты спускалась по лестнице и пошел на встречу. Вывести тебя удалось через черный ход, уложив на каталку, и накрыв простыней.

– Я расскажу, что это ты меня похитил! – со злостью сказала я, а он рассмеялся.

– Дорогуша! Если бы ты хорошо учила билеты, которые я давал, помнила бы. Без улик что-либо доказать не удастся. Мой план безупречен! Никто не видел как я тебя увез. За тобой присматривает китаянка, она не знает язык, и я ей хорошо заплатил за молчание. Пробуду с тобой месяц, а потом твой отец отправляет меня в командировку на два месяца в Китай. Я же знаю их язык, поэтому помогаю твоему папаше заключать контракты. Моя помощница выпустит тебя через два месяца после моего отъезда. Сделает все так, что никто и не подумает, что ты сидела в неволе. К тому же я с тобой нежен, и никаких увечий не наношу, хотя руки так и чешутся придушить тебя. Что бы ты ни сказала, без доказательств меня не тронут. К тому же у меня будет хорошее алиби!