Текст книги "Золо (СИ)"

Автор книги: Луна Искрящаяся

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Глава 20: Освобождение

Страшно потерять себя настоящего, а не свободу…

Орин сжимала ладонь Серкана прошептав с волнением и дрожью в голосе:

– Вы уверены, что оно стоит того? – Серкан остановился и потянул девушку на себя, они стукнулись лбами.

– Ой, прости, – принц потёр ушибленное место и прикусил губу. – Я понимаю все риски, но должен помочь своему народу. Они не заслуживают жить в неволе и не обязаны кому-то подчиняться, это же какой-то абсурд, я против рабства, – в голосе проскальзывает сталь, меч крепко зажат в руке.

Орин пытается разглядеть эмоции на его лице, что скрыто за маской и только белые глаза выдают решимость своего хозяина. Она не знала, как это назвать: отвагой или дуростью?

– Я сам когда-то прошёл через подобное и шрамы на моём теле никогда не дадут забыть о том времени, поэтому я не хочу, чтобы кто-то пережил тоже самое, что когда-то пережил я сам, – он полон грусти и печали, а также боли заставляющей сердце девушки сжаться. – Мы поговорим с тобой обо всём потом. Нужно идти.

Орин кивнула и повела принца дальше молясь богини Раи о том, чтобы они остались живы. Ей приходится быть сильной, хотя иногда бы хотелось громко закричать и заплакать, но остается только делать вид, что всё впорядке и происходящее себе вполне нормально, когда вместе с дорогим человеком вы отправляетесь на верную смерть.

Они вместе вошли в двухэтажное здание и спустились в подвалы, где на своих местах уже сидели люди ожидая скорого представления, дыхание спёрло и только присутствие Серкана успокаивало, а также его нежные прикосновения к себе, иначе бы Орин сошла с ума от сковавшего внутренности ужасом. По спине пробежался холодок. Все уже были на местах и готовы действовать. Она пожелала слова удачи и сжала в руках спрятанный небольшой кинжал. Пронести оружие оказалось непростой задачей и, если бы не связи разбойников, то вряд ли бы что-то получилось.

Зал замер и люди затихли, а на сцену вышел Эр Хан с первым лотом и Орин не могла без жалости смотреть на юношу, чьё тело было изуродовано из-за пыток, казалось он сейчас испустит дух, ноги его не держали и раб позорно упал на колени не в силах выставить перед собой руки. Эр Хан начал произносить пламенную речь, которую Орин пропустила мимо себя зато ловила каждое движение принца превознося только новые молитвы. Как бы не желалось зажмурить глаза, то она держала их открытыми, её улыбка была нервной и щёки пылали. Один шаг. Второй. Третий.

Толпа вскакивает со своих мест с криками, а кто-то же наооброт не в состояние пошевелится или закрчать, всё вокруг заливает кровью. Орин закрывает руками лицо не в состояние наблюдать за происходящем, люди всегда умирают и только вопрос в том убьёшь ты или тебя. Больно смотреть на то, как Серкан заносит меч для очередного манёвра не давая коснутся себя. Творится настоящий хаос, трупов становится только больше и вскоре появляются некоторые из рабов, что сломя ноги мчатся к выходу, к свободе.

Орин не замечает того, что кто-то к ней подходит, её рука дрожит и она только сейчас осознаёт в полной мере, что не способна кого-то убить. Как бы девушка не храбрилась и не показывала свой характер, то Орин никогда не сможет отнять чужую жизнь. Она зажмуривает глаза и ждёт того, что окажется убита, но проходит несколько мгновений и ничего не происходит. Один глаз приоткрывается и Орин видит перед собой Рустема, который не дал другим тронуть её.

– Держись возле меня, – она кивает прячась за широкой спиной.

Ногти неприятно впиваются в кожу, губы искусаны до крови, а в ушах стоит шум и всё расплывается, накатывает тошнота и вся желчь выходит наружу, она сгибается пополам стараясь на задохнутся среди множества тошнотворных запахов. Орин бегает взглядом пытаясь за что-то зацепиться, но сделать это оказывается непосильной задачей, она встаёт на ватных ногах. В какой-то момент всё затихает давая секундную передышку всем.

– Ты как? – интересуется Рустем беря Орин за руку и внимательно разглядывая её лицо. – Не поранилась? – он заметил на её одежде кровь, но девушки та не принадлежала и Рустем немного успокоился.

– Нет, всё закончилось или это только начало? – Орин заметно потряхивало, она покрепче стиснула зубы прося взглядом не говорить ничего Серкану. – Ты сам как?

– Жить буду, а вот тебя бы стоило увести отсюда. Зря ты пошла с нами, не женское это дело…

– Что же по твоему женское дело? – Орин прикрыла веки сделав несколько глубоких вдохов. – Я бы не смогла остаться в стороне в любом случае, ничего тут стоять, нужно посмотреть как там Серкан, – она выдавала своё беспокойство.

Рустем завёл Орин за спину дав понять, чтобы она молчала и не издавала лишних звуков, появилось подкрепление, их силы были неравны, поэтому стоило бы отступить. Эр Хан посмотрел в сторону Рустема и оскалился, тот подкрался со спины к принцу и толкнул его, Серкан оказался на коленях и два работорговцев завели над его головой клинки. Эр Хан упивался своей маленькой победой сложив руки за спиной.

– Прежде, чем идти против кого-то стоит трижды подумать будет ли это стоить того и есть ли шанс на победу, – Эр Хан взял принца за волосы оттянув их назад и намотав на руку. Стражи сняли с Серкана маску вызывая ещё больше довольства на его лице. – Мой трофей сам пришёл ко мне в руки, сколько же ты глуп и наивен, – слышится звук пощечины и хохот.

Рустем сверлил его злобным взглядом, но его голова оставалась холодной и он не спешил вступить в перепалку. Нужно было продумать их дальнейшие действия только ничего дельного на ум не приходило.

– Отпусти его, – тон Рустема напоминал замогильный, Орин выглянула из-за его широкой спины и охнула, в тот момент весь мир остановился для неё. – За этим последуют тяжёлые последствия.

– Пугать удумал? – Эр Хан оттянул голову принца, но криков о боли или помощи не услышал. – Не с тем связался, – он не ощущал и доли страха.

– Не троньте его! – Рустем в бессилие сжимал рукоять меча, злость нарастала всё больше на себя. Почему он согласился на авантюру? Почему послушал Серкана, когда стоило отговорить его. – Прошу вас сжальтесь, – Рустем сам лучше станет рабом или унизиться, но Серкану не даст пострадать.

Принц молчал на губах появилась улыбка до самых ушей и Орин не могла на это смотреть, потому что за этим скрывалось слишком многое, его выдавала мелкая дрожь и вскоре послышался нервный смех заставив крошится ей душу на мелкие кусочки, она сжала платье сделав шаг вперёд. Она бы с радостью сейчас обняла Серкана.

– Ещё один шаг и он умрёт, – в подтверждение слов Эр Хана работорговцы надавили на шею принца пуская струйку крови и выбивая из него тихий стон боли. – А теперь выметайтесь отсюда и, чтобы мои глаза вас больше не видели! Убытки мне тоже все вы возместите и рабов.

– Вы его не отпустите? – губы Рустема поджались, а плечи опустились глаза стали пустыми. – Он и так… калека, – он сглотнул, самому стало неприятно и тошно от собственных слов.

Орин с замиранием сердце ждала ответа, который не последовал, без него стало понятно никто не спешил и не хотел отпускать Серкана. Можно ли разве его оставить одного? Называется хотели совершить благое дело сделав хуже только себе. Разбойники точно не полезут в их разборки, а значит надеяться не на что и предложить ничего взамен. Раскрывать правду тоже нельзя, сделают этим самым только хуже. Если бы Орин могла, то бы закричала во весь голос и начала рвать на себе волосы, но вместо этого она стояла статуей с бесстрастным лицом и сжатыми кулаками.

– Отпустить? – Эр Хан вдёрнул брови обойдя вокруг Серкана и упиваясь его внешним видом. – Не думаю, сначала мы с ним поговорим, а потом может быть и отпущу его на волю, – скорее продаст и подороже кому-нибудь. – Если не хотите попасть под арест, то на выход дамы и господа.

Рустем бы мог ринуться к принцу и попробовать его вызволить, но с огромной вероятностью убил бы их обоих, поэтому единственное, что оставалось – отступить. Рустем взял за руку ничего не соображащую Орин и вывел прочь из здания. Морозный ветер забирался под одежду пробирая до костей, зубы девушки не попадали друг на друга и она обняла крепко стража роняя непрошенные слёзы, её трясло.

– Так не должно было случится…

– Мы его обязательно вызволим и заберём из лап Эр Хан, я могу тебе это обещать, Орин.

Рустем незаметно проникся этой девушкой, как бы они не ссорились между собой и какой бы тот её в мыслях не называл, то у неё светлая душа и огромное сердце. Ли не стремилась к власти или завоеванию его высочества, не воротила от него нос и не сказала ни одного плохо слова в сторону Серкана, а лишь его защищала. Любила ли она его? Он не знал, но Орин точно была в него влюблена и Рустем бы одобрил подобную спутницу для принца. Они стояли друг друга.

– Надеюсь, потому что я не смогу без него, – Орин подняла голову смаргивая слёзы.

– Запомни одно: никто не стоит женских слёз, – Рустем увёл девушку в ближайший трактир, где они заночевали.

***

Серкан ощущает насколько его конечности растягиваются, всё тело прошибает боль и он не сдерживается стонет стоит плети ударить и рассечь спину. Из легких вышибло весь воздух, он задыхается, когда ему на лицо наливают воду и всё это попадает в нос и глотку. Может ли человек выдержать столько боли?..

– В героя удумал играть? – Эр Хан сидел на одном из стульев потягивая вино. Он склонил голову на бок осматривая работу выполненную Юрихом, всё тело его пленника оплели множественные раны и кровь капала на пол, а шум чужих криков боли заставлял улыбаться и наслаждаться этими звуками. – В тот раз ничего не сказал и в этот раз молчишь, ещё напал и рабов освободил сам же угодив в лапы зверя.

– Это вы зверь? – хохочет Серкан и плюётся сгустками крови кроваво улыбаясь. – Вы безумец и человек без моральных принцев, которому только в котле варится суждено за свои деяния, – он получает ещё один удар плетью и тело выгибается дугой, слышится хруст позвонков.

– Не говори так, если не знаешь, что произошло с человеком в прошлом, – тон Эр Хана становится ниже, его лицо багровеет от злости и один кулак сжимается ломая деревянную чашу, которая неприятно впивается в кожу доставляя дискомфорт. – Ты ничего не знаешь обо мне. Запри его в одной из камер и пусть там подыхает, неплохо бы было отрезать тебе язык, но я ещё не наигрался с моей новой игрушкой.

Серкан прикусил тот самый язык решив не возникать дальше. Прав был Нилас насчёт его взрывного характера и, что стоит себя контролировать. Его отцепили и повели в одну из камер бросив на холодный пол, от которого веяло сыростью и всё поросло плесенью, принц сморщил нос и с трудом сел подтянув ноги ближе к себе, а голову спрятав в коленях. Хотелось уменьшите до таких размеров, чтобы вовсе исчезнуть. Кажется этой ночью он не уснёт, его буду мучать кошмары…

Глава 21: Слёзы из хрусталя и объятия ставшие спасением

Стоит ли надеяться на спасение, если ты давно потерял веру в людей? Разве кому-то может быть интересен слепец? Серкан не просит его спасать, хотя в глубине души надеяться, что Орин и Рустем вернутся за ним, но не хотелось бы подвергать их жизнь опасности.

Принц не знал сколько уже времени прошло минуты, часы или года, потому что всё смазалось в одно, секунды тянулись бесконечно долго. Ему становилось хуже, казалось Серкан способен задохнутся в любое мгновенье и умереть от остановки сердца, оно бешено билось напоминая о том, что он ещё жив.

Серкан тянет цепи и надрывно кричит, а скорее дышит и молится богини прося у неё помощи, спасения. У него нет сил бороться, он устал и хочется ощутить чужое тепло, к которому успел привыкнуть за время путешествия. Вот бы услышать голос Орин и вдохнуть запах персиков, крепко обнять Рустема и начать причитать, ругаться, а потом они вместе будут хохотать рассказываю и вспоминая истории из далекого детства сидя возле костра.

Принц ценил те редкие моменты в кругу родных людей, они оставляли тёплый след вызывая улыбку и не давая падать духом.

Серкан поступал глупо, когда решился освободить рабов из плена при этом не имея за спиной ничего, даже своего имени и подверг опасности близких, которые могли пострадать и умереть. Каждый раз приходится себе напоминать о том, что он принц и обязан заботиться о своём народе вопреки всему и эти два противоречия убивали, потому что всегда кого-то приходилось выбирать, а чаще это был второй вариант и Серкан себя ненавидел за это. Почему тот не мог хоть раз побыть эгоистом? Иногда хочется забыть о своём титуле, вновь стать обычным мальчиком, который игрался вместе с другом в саду и рисовал картины.

Рисование успокаивало и лечило душу, спасло от окружающий жестокости и лжи, черноты и желчи людских сердце, которые хотели казаться лучше, чем есть на самом деле. От этого они не становилось добрее, те носили маску вежливо говорили, а за спиной ядом плевались. Сможет ли он когда-то вернутся в отчий дом и порисовать ещё чуть-чуть? Побыть ребёнком?

Когда-то Серкан старался всем понравится, подружиться и стать другом, но все от него отворачивались не послушав уходили, будто так и надо. В детстве он познал всю детскую жестокость на себе, но тётя и Рустем не давали падать в пучину отчаяния, поэтому принц не пошёл по кривой дорожки мщения и не стал ломать чужие судьбы. Серкан встречал ненависть и злобу с улыбкой на лице.

Ему бы хотелось стать императором, но не ради титула и того, чтобы войти в историю Золо, а ради благополучия народа, чтобы люди могли жить в спокойствие без страхов. Он бы остановил Эр Хана и упёк его за решётку, а лучше бы казнил подарив людям свободу. Ему не понять зачем продавать людей подобно рабам и унижать, только больные люди видят в этом всём удовольствие, потому что эти страдания с ним будет всегда, он понимает лучше всех и хочет прекратить эти ужасы. Всем нельзя помочь, но если получится спасти уже кого-то, то это удача и благо.

Слышится скрип открывающейся двери и он напрягается сжимая кулаки готовый дать отпор, что скорее больше будет выглядеть нелепо и смешно. Сердце Орин сжалось стоил увидеть, как принц тихо плачет, её лицо побелело и ноги подкосились, Рустем сжал локоть девушки не дав ей упасть.

***

Орин обхватила себя руками покачиваясь с пятки на носок и невидящим взглядом смотрела перед собой, за окном слышался детский хохот и виделись на детских лицах яркие улыбки, что так напоминали ей о Серкана и его жизнерадостности. Ничего не помогало заглушить мысли, как бы она не старалась уснуть, то сон к ней не шёл, её без конца мучили кошмары кажется она во сне себя душила.

На её плечи легли мужские ладони и слегка сжали, она не обернулась только прикрыла веки вздохнула подняв голову к небу, что затянуло свинцовыми тучами, оно плакало вместе с Орин. Разбойники этим утром покинули пригород и уехали, их долг был оплачен и они не собирались дальше помогать.

– Как думаешь у нас получится его спасти без прибегания к чей-то помощи? – она кусает ребро ладони, чтобы не заплакать и кажется уже в сотый раз задаёт один и тот же вопрос.

– Да, обязательно, – повторяет уже какой раз ей Рустем видя насколько женская душа мечется, а сердце бьётся в отчаяние, он стирает указательным пальцем её слезы не давая им пролиться. – Мы его вместе освободим, – он подцепляет её подбородок по доброму улыбаясь. – Верь мне, Орин.

Ли кивнула и слабо улыбнулась не говоря о том, что в ней почти нет надежды на что-то лучшее и корит себя, что не отговорила принца от столько глупой затеи. Серкан ведь готов всем пожертвовать ради народа и его лучшего будущего, всего себя отдаст ради любимых и всегда пройдёт горечи с улыбкой на лице, как бы самому ему не было больно. Орин бы не смогла улыбаться, для неё это кощунство.

Прости, ты уже устал от меня и я создаю тебе лишние проблемы в своём лице.

– Что ты, не стоит такое говорить и переживать об этом. Я поклялся всегда защищать Серкана, а значит и его будущую семью тоже, тем более он бы не был рад что с тобой случись. Не наговаривай на себе ты лучше некоторых девушек, – Рустем поправил её растрепанные волосы умиляюсь слегка надутым щекам и вздернутому носу.

Сначала было трудно принять Орин из-за шрамов на её лице, она вызывала в себе отвращение и на неё невозможно было смотреть, но за время их пути и нахождение в столице Рустем увидел другую сторону девушки и скрытые в ней качества. Орин не наносила на себя косметику не пытаясь под ней скрыть истину, хотя могла бы это сделать и выйти замуж повторно, но не пошла на обман. Её не интересовали деньги и богатства, если девушки любили носить дорогие украшение, то она предпочитала этого вовсе не делать разве серёжки можно было заметить в ушах похожие на лепестки роз.

– Ты умеешь драться? – Орин покачала головой. – Значит у меня есть три дня, чтобы научить себя защищать. У нас нет больше времени ждать, но брать собой бы тебя не хотелось, да оставить не могу вдруг накличешь на себя беду. Ты готова учиться?

– Я сделаю всё, если это поможет в спасением Серкана из рук работорговцев и даже умереть, – эти слова дались ей на удивление легко, она сама их испугалась и закрыл рот.

– А вот умирать не надо, – посмеялся тихо с неё Рустем и протянул ей меч принадлежащий Серкану. – Возьми, вернёшь сама ему, а я отдам бамбуковую палку, он без неё жить не может.

Орин прижала меч к себе и подняла голову.

– Когда мы можем приступить?

– Сейчас.

***

Орин падала и встала снова даже, когда ноги её не держали она не отдыхала продолжая пробовать снова и снова, чтобы хотя бы в случае чего защитить себя и не дать себе умереть. Она тяжёло дышит и делает очередной выпад валясь на землю без сил, глаза сами собой закрываются от бессилия, грудь вздымается, а мокрая одежда с волосами липнут к телу и по дувший ветер пронизывает всё нутро. Девушка предпринимает жалкие попытки встать, но Рустем берет её на руки, потому что нет сил смотреть на её страдания.

– Ты устала, хватит себя мучить. Ты похоже на него, – Рустем открывает дверь и входит внутрь укладывая Орин на кровать, а потом из пляшки даёт ей напиться воды поправляя пряди волос. – Пожалей себя, тебе ещё детей рожать.

– Не поминай мне об этом, – голос звучит слабо и она складывает руки на животе прикрыв веки.

– Не хочешь рожать? – Рустем садится на пол скрещивая руки на груди и откладывая оружие в сторону, он прислоняется к кровати спиной наблюдая за закатом в ночи. Сегодня ночью они выступят и попробуют спасти принца, он готов отдать свою жизнь за Серкана и даже больше. – Или боишься?

– Нет, я не боюсь этого вроде как, не уверена. Знаешь… мне ведь и правда страшно, но в другом плане. Вдруг я никогда не смогу забеременеть? Понравлюсь ли я кому-то по-настоящему? Меня же поношенной называли, хотя я до сих пор не тронута ни одним мужчиной, разве по глупости целовалась, да так это игры были невинные ничего серьёзного.

– Почему ты боишься не забеременеть?

– Потому что для женщины это позор, а чужого ребёнка никто к себе в дом не согласится брать. Я бракованая, – в её голосе столько боли, что она способна окутать весь мир и пронзить самые тонкие струны людской души. – Разве ты можешь это понять? – по щекам текут слёзы.

Орин устала. Устала лить проклятые слёзы, показывать эмоции, что никак не заткнуть и не убрать, они её часть и ничего это не изменит. Знает, что сдерживать не получится, иначе станет хуже.

– Нет, но могу попробовать это сделать по крайне мере. Я переживаю за Серкана, – сменился тему Рустем решив немного раскрыться перед Ли. – Орин… он долгое время находился один. Его отца не сильно заботила его судьба, мать отказалась от него, а братья и вовсе долгое время не знали об его существование. У него была только тётя, что приглядывала за ним и всё стало хорошо, начало налаживаться, но вскрылась вся правда он узнал об старших принцах, а также о своём титуле. Тогда Серкан сильно изменился и, после я перестал его узнавать, стал часто огрызаться и показывать характер, с другой стороны он оставался таким же улыбчивым и отзывчивым, всегда был готов помочь, да только никто не давал ему. Нельзя уже и понять, какой Серкан настоящий, мне кажется он и сам давно этого не помнит. И тут появляешься ты в его жизни и возвращаешь тот забытый огонь в нём, становишься ему близка за довольно короткий срок. Я бы хотел оказаться на твоём месте, я в чём-то тебе завидую, Орин. Я столько старался, но… всё зря.

– Ты был с ним всегда и всё время, Серкан вырос подле тебя и без твоей помощи бы не стал тем, кто он есть сейчас, ты многое для него сделал я же почти ничего. Я с ним не так давно знакома, но он меня поразил и продолжает это делать. А ещё… Серкан меня целовал, – Орин зевает понимая, что больше не может бороться со сном, нет сил.

– Целовались? – Рустем распахнул глаз и внимательно посмотрел на Ли. Та во всю сопела утомленная тренировкой, он не стал её будить и сам заснул сидя на деревянном полу, а в руках сжимал маленький кинжал. Возможно, что они ещё когда-то позже вернутся к этому разговору, а сейчас им нужен сон.

Ночь всегда пора приключений, когда все спят кто-то творит свои чёрные дела, а Рустем и Орин наоборот же будут спасать принца из лап монстра. Они вдвоём против всех и, если те проиграют, то никто не спасёт больше принца и не расскажет, что же с ним приключилось.

Рустем прикладывает палец к губам прося быть тише и вскрывает замок украденной кочергой, тот трещит с грохотом падает и солдаты внутри просыпаются только не успевают сориентироваться, когда их сердца перестают биться, а дыхание прерывается навсегда. Он продвигается вперёд отбиваясь от противников и Орин следует за ним крепко держа меч в руках, её вид воинственный и сосредоточенный, всё идёт легко и это волнует. Где-то должен быть подвох, не бывает так в жизни, не с ними и не в этой реальности.

Орин вскрикивает, когда случайно кого-то задевает мечом и отбивает чужой удар, а потом неосознанно начинает действовать убивая мужчину перед собой. Её начинает трясти и меч выпадает из окровавленных ладоней, а Рустем едва успевает спасти Ли от неминуемой смерти сам подставляется под удар, его бедро задевает, откуда хлынула кровь. Он крепче стиснул зубы и выстаил убив последнего.

– Вставай, некогда тут рассиживаться, – Рустем хватает её под локоть хромая на левую ногу, кожа у него бледная.

– Т-ты ран-нен.

Она заставляет его остановиться и безжалостно рвёт на себе ханьфу, опускается на колени и заученными движениями бинтует ногу стараясь остановить кровь, ткань пропитывается полностью и Орин начинает паниковать, потому что ничего не получается.

– Я-я сейчас всё исправлю честное слово, – Рустем сжимает девичье плечо и приободряющее улыбается. Это помогает немного прийти в себя и она уже портит одежду мужчины обматывая ногу сверху, она перетягивая настолько туго насколько может. – На какое-то время хватит, нужно идти.

Орин взяла его под локоть и Рустем привалился на неё, они вместе ковыляли оглядывая клетки, где сидели другие рабы, но им нужен был один конкретный. И кажется они находят нужную, Орин снимает со стены ключи и открывает замок заходя внутрь. Она кидается к принцу обнимая за шею и Рустем присоединяется к ним сгребая обоих в объятия. Их лица озаряют улыбки радости, а сердца бьются в унисон и ничего не способно испортить момент счастья, когда души встают на место.

– Вы меня сейчас оба задушите, – хрипит Серкан и друзья отстраняются. Орин спешит снять с него кандалы и целует в щёку, чем вгоняет всех троих в краску, но времени думать о таком нет. – Уходим, – нежности можно оставить на потом, а сейчас стоит спешить.

Серкан поднимается на ноги с трудом на них стоя и Рустем будто читает его мысли достаёт из-за спины новую купленную палку из бамбука и вкладывает в ладонь принца, что вселяет в него уверенность и они продвигаются к выходу. Серкан и Орин с двух сторон поддерживают Рустема, чтобы передвигаться быстрее. Они покидают подвал, где подпольно держат рабов оставляя за собой трупы и реки крови.

Они валятся в арендованную комнату и Рустем простит подготовить для них бочку с водой, потому что запах смерти стоило бы с себя смыть, но тот никогда не уйдёт до конца и будет фантома до конца жизни преследовать их. Орин цепляется за плечи Серкана и её накрывает истерика, её тело мелко дрожит и она прижимается ближе к принцу бормоча что-то неразборчивое, а он шепчет слова успокоения. Они поменялись ролями.

Серкан её не винил, что Орин отняла чужую жизнь, она не стала от этого для него плохой и девушка всё также ему нравится, неважно какой поступок Ли сотворит принц никуда её не отпустит, надо привяжет к себе. Его чуства нерушимы к ней и, он пока не до конца осознаёт, что же на самом деле к ней испытывает. Ему невыносимо слушать чужой вой и плачь. Серкан бы себе её боль забрал лишь бы Орин улыбалась и смеялась своим звонким смехом, касалась его украдкой и лезла для объятий. Он готов весь мир возложить к её ногам, но знает Ли нужно вовсе не это: а любовь, забота и тепло под боком.

– Слезами горю не поможешь, – Серкан мягко касается губами её виска оставляя несколько поцелуев на лице Орин, он сжимает мягко её щёки и тепло улыбается. – Ты спаслась, да человеческая жизнь ценна, но ты для меня ценнее остальных, – он звучит эгоистично.

Ли убирает украдкой слёзы и крепче обнимает принца за шею шепча ему благодарности.

– Ты невероятен, твоё сердце чересчур доброе, а твоя улыбка может осветить самый тёмную дорогу. Твои поступки говорят за тебя, ты ценишь родных и всегда защищаешь любимых. Я хочу быть подобном тебе, принцу.

Рустем отворачивается пряча довольное лицо. Ли накрывает губы Серкана своими, их уста сталкиваются и принц ощущает вновь чужие мягкие губы своими, одна ладонь Орин лежит на его щеке. Запах персиков щекочет ноздри заставляя мозги плыть и он теряется в этой нежности слегка касаясь своими языком Ли, чем вгоняет в краску обоих.

– Можно уже повернуться? – Орин смущённо отвечает согласием пряча пылающее лицо в ладонях. – Придётся тебя её в замуж брать раз ты украл первый поцелуй, Орин.

– Значит возьму, – они все втроём смеются и вскоре сюда приносят бочку с горячей водой.

Рустем и Серкан выходят из комнаты давая Орин искупаться в воде, а также насладиться недолгой свободой. Вода расслабляет и снимает напряжение, через минут пятнадцать она оборачивается в полотенце и прячется от мужских взоров. Этим же утром, когда принц и Рустем смывают с себя всю грязь, а немногочисленные вещи оказывается собраны они двигаются в путь узнавая от одной пожилой дамы, что Эр Хан покинул пригород, поэтому им ничего не угрожает. По крайне мере у них было время скрыться, когда до того дойдёт весть о том, что Серкан сбежал, а оставшееся рабы оказались на воле.