156 000 произведений, 19 000 авторов.

» » Стезя дракона » Текст книги (страница 1)
Стезя дракона
  • Текст добавлен: 20 сентября 2016, 18:18

Текст книги "Стезя дракона"


Автор книги: Lord Wolf






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 6 страниц)

Lord Wolf
Стезя дракона

СЛОВО ОТ АВТОРА

Этот роман был задуман давно. Отдельные главы, совершенно не связанные друг с другом, появились года три назад. И вот только недавно я наконец-то удосужился собрать все уже написанное воедино и стал в спешном порядке латать хронологические и прочие дыры. В итоге, наверное, провожусь еще года три:-))).

Очень долго не решался отправить в Альманах. Все-таки тематика не славянская… а так же имена и место действия. Но, по зрелому размышлению, я все же пришел к выводу, что, во-первых, попытка – это еще не пытка, а во-вторых смысл всего произведения не в именах и не в стране, где все происходит.

Изначально задуманный совершенно в другом ключе, роман почему-то превратился в нечто, не совсем понятное даже мне в том смысле, что по мере написания он постепенно перерос от мелочного махания мечами на нечто более… глобальное, что ли. Скорее всего, с того, начального ощущения и осталась первая глава, поэтому роман начинается, как классический квест, хотя данная сюжетная линия даже не главная. Поэтому не пугайтесь:-))).

В принципе, названия еще нет, рабочее звучит несколько избито, но пока что ничего более подходящего придумать не получается. Тем более, что в слово «дракон» в моей интерпретации вложен в принципе несколько другой смысл. Не знаю, почему это слово обязательно ассоциируется с какой-то ползучей гадиной, хотя изначально в восточной культуре он представлялся, как нечто вообще полуматериальное и уж однозначно разумное.

Итак, вот вам начальные шесть глав. Если понравится – пришлю еще. Не понравиться – учту пожелания критики, если таковые будут, перепишу наново и снова отправлю… впрочем, боюсь, что тогда отправят меня:-)))).

Буду рад ЛЮБЫМ откликам.

Lordwolf.

Глава I. «ДРУГ УСТАЛОГО ПУТНИКА.»

Прыг, ласточка, прыг

По белой стене.

Прыг, ласточка, прыг

Прямо ко мне.

Солнце взошло,

Значит, время пришло.

Прыг, ласточка, прыг

А дело к Войне.

Борис Гребенщиков. «Ласточка»

Трактир «ДРУГ УСТАЛОГО ПУТНИКА» славился на весь Форнод. Это объяснялось хотя бы даже и тем, что заведение полностью оправдывало свое название. Даже драконы, весьма щепетильные в подобных вопросах оставались весьма довольными приемом. Здешнее пиво вообще считалось лучшим в обоих королевствах, а хозяин – дядюшка Хуп, как его все называли – самым вежливым и приятным человеком. Трактир располагался очень удобно – рядом с Великим Трактом, проходящим через маленький городок Тарна (что означает приблизительно «ни то, ни се» в вольном переводе с форнэ). Такое название городок заслужил потому, что находился приблизительно на абстрактной границе между Дэр (Западным) и Лен (Восточным) Форнодом. В силу этих факторов в трактирчике никогда не бывало пусто. Его любили все аорны, драконы, родовая знать, просто обычные люди – всех их ждал радушный прием.

Говорят, что даже короли были не против посещения этого достойного заведения. «ДРУГ УСТАЛОГО ПУТНИКА» процветал. Впрочем, чем богаче становился дядюшка Хуп, тем качественнее становилось его пиво, и тем радушнее встречал он постояльцев.

В этот холодный дождливый день начала октября в трактире было полно народа.

Вся Тарна собралась здесь посудачить о последней новости – якобы готовящейся войне на востоке. У стойки, за которой хозяйствовал дядюшка Хуп собралась целая толпа, окружившая двух кавалеристов Лен-Форнода, только что прибывших из столицы восточного королевства. Бедняги, под градом сыпавшихся на них вопросов пытались объяснить, что сами они непосредственного участия в сражениях на границе не принимали, но слышали, будто бы Черный Хорк неожиданно вторгся в пределы Лен-Форнода, на юго-восточной границе идут тяжелые бои, а Дарогрон выплевывает на равнину все новые и новые полчища. Король Тальмор лично отправился на границу, да там и сгинул без вести, и сейчас в Лен-Форноде правит его молодой сын принц Варно.

Каждое слово, сказанное достойными воинами мгновенно облетало весь трактир и в одно мгновение трансформировалось до неузнаваемости, проходя через призму домолвок. В результате уже через полчаса размеры войск Дарогрона размахали до таких квадратов и кубов, что сам Черный Хорк, имея в распоряжении такие рати за неделю мог бы завоевать полмира.

За длинным столом у стены напротив входа обсуждала события последних дней компания из пятерых тарнчан. – Слыханное ли дело! – громко возмущался толстый мельник, широко размахивая пивной кружкой. – В кои веки род Хора враждовал с людьми! А все этот выродок черный, Хорк этот самый. Ведь в кого только уродился-то! – Ладно тебе, знаток драконьей генеалогии нашелся! – осадил его один из товарищей, известный на весь городок (исключительно в силу отсутствия конкурентов) сапожник – высокий сумрачный детина с серьезными умными глазами. – Весь Форнод знает, что в роду Хора не было «черных». – Так ведь и я об этом! – продолжал выступать мельник. – Не в кого ему таким уродом-то быть. Ишь, воевать задумал! Да в кои времена на Форноде люди да драконы друг другу головы тяпали, а? – Было время, и не то бывало. – задумчиво вступил в разговор третий горожанин. – Да только не на нашей памяти, и не на памяти наших прапрадедов.

Летели головы так, что только держись! – Да ладно тебе, рассказывай. усмехнулся мельник. – В твоих книжках и не то понапишут. А вот что я вам скажу – не к добру все это. И если хотите мое мнение – все зло от драконов. Вечно они у себя на уме – живут черт те сколько, засели в своих замках да золотишко считают. «Черный» он, не черный – да хоть зеленый в крапинку – а если как по мне, так с ними держи ухо в остро. – Ты не больно-то расходись. – сапожник бросил косой взгляд в дальний угол. – Вон один сидит – глазищи-то так и зыркают его кошачьи, будто высматривает кого!

Мельник посмотрел туда же, и вид черной фигуры, расположившейся за столиком в углу вдруг напомнила ему, что у него срочные дела на мельнице, и что уже, пожалуй, пора. По-видимому, дело и вправду было совершенно безотлагательным, так как скорость, с которой мельник покинул трактир несколько не соответствовала его внушительной комплекции. Его товарищи, впрочем, ни чуть не огорчившись тем, что их покинули, заказали еще по кружке пива и погрузились в совершенно отвлеченный разговор, стараясь не смотреть в угол зала.

Виновник их страхов, впрочем, не только не слышал вышеописанного разговора, но, даже если бы до его чутких ушей и донеслись бы слова мельника, они уязвили бы его не больше, чем лай собаки. Большие серые глаза со зрачками-щелками на обветренном загорелом лице, обрамленном прядями длинных белых волос рыскали по залу отнюдь не в поисках болтунов, которых здесь было больше, чем звезд на небе.

Он ждал. Кувшин с пивом, и большая деревянная кружка помогали ему коротать время. Впрочем оба резервуара уже давно были сухи. Дракон сидел, тяжело облокотившись на стол всей массой своего богатырского тела. Он, как уже было сказано, был одет во все черное: дорожные сапоги, кожаная замшевая куртка, под которой матово поблескивала вороненая кольчуга, кожаные штаны, запыленный плащ с капюшоном и поблекшим серебренным галуном. На левом бедре на широкой шитой серебром перевязи висел огромный меч – несколько необычный атрибут для дракона.

Дракон сделал едва заметный жест рукой, и к столу с резвостью юного поваренка подскочил лично дядюшка Хуп – веселый маленький толстячок с вечно улыбающейся пухлой физиономией. – К вашим услугам, лорд Далеон. воскликнул достойный трактирщик, вытирая руки о фартук. – Будьте любезны, хозяин, еще пива. – голос у дракона был тихим и хриплым, на форнэ он говорил почти без акцента. – Мой друг задерживается. – Ах ты, Боже ты мой, милорд, да сколько же можно пить-то? – всплеснул руками дядюшка Хуп. Нет, мне, конечно, пива-то не жалко, да только за вас опасаюсь – как бы худо не вышло. – Даже ваше пиво не способно опрокинуть дракона. – сказал Далеон. – Физиология не та – ну, то есть устроены мы по-другому. – Может быть, откушать чего изволите? – спросил почтенный трактирщик. – А то ведь шутка ли – от самого Даль-Драго трое суток без отдыху, без сна, да еще и с лошадьми… Ну? Чем вас попотчевать? – Ох, хозяин, я с удовольствием бы, право, подкрепился, тем более, что ваша кухня не может вызывать ничего, кроме желания попросить добавки, но мой друг может явиться с минуты на минуту. Ах да, к стати, вы упомянули про лошадей…

как они? – Ваша лошадь не сможет продолжать путь сегодня, – категорично заявил дядюшка Хуп. – Даже на счет завтра сомневаюсь – вы так ее загнали, что мой конюх вообще опасался за ее жизнь. Падите, взгляните – она же даже на ногах не стоит. – А остальные две? – спросил Далеон. – Эти-то в порядке бежали налегке. За сегодня еще талей десять сделают. – Маловато, но ничего не поделаешь. – сказал Далеон, и вдруг добавил резко и как-то удивленно: Да где ж его черти-то носят? – Милорд, это, конечно, не мое дело, но все-таки, кого вы ждете? – спросил дядюшка Хуп. – Если это завсегдатай моего заведения, то я, может быть, смогу вам чем-нибудь помочь? – Нет, мой дорогой хозяин, – ответствовал дракон, – этот парень редко здесь бывает. Его вотчина в лесах запада, и до последнего времени он редко вылезал оттуда. – Постойте, постойте, я кажется понимаю, о ком идет речь… – начал было достойный трактирщик, но тут взгляд его упал на окно, выходящее на гостиный двор, и он вдруг воскликнул, указывая пальцем на что-то, происходившее там: – Смотрите, милорд, это не он, случаем?!

Далеон скосил глаза в сторону окна. На дворе высокий молодой человек в дорожной одежде отдавал распоряжения конюху – его лошадь, как и лошадь Далеона явно нуждалась в сверхпродолжительном отдыхе. – Ну, слава Всевышнему! – воскликнул дракон. – Явился, не запылился! Дядюшка Хуп, у вас найдется свободная комната, где можно поговорить, не опасаясь посторонних ушей? – Девятый свободен. – дядюшка Хуп покопался в связке ключей, и отстегнув нужный, протянул его Далеону. – Я эту комнатку для особых гостей держу, так как общих стен у нее с другими жилыми комнатами нет, соседи не мешают то есть, а то ведь мало ли кто приезжает сейчас… Да, и камин я там сейчас постоянно натопленным держу по холодному-то погодному случаю… – Прекрасно. – дракон принял ключ, из рук трактирщика. – И потрудитесь, пожалуйста, на счет пива и обеда на двоих. – Будет в лучшем виде, милорд. – ответствовал дядюшка Хуп, и удалился в направлении кухни.

Дракон проводил его взглядом, и двинулся к выходу. – Эх, вот ведь неймется-то ему, не покоится. – бормотал дядюшка Хуп, спускаясь в погреб за пивом, перемежая слова кряхтением. – Опять… ох, чертова лестница!… не пойми куда прется! Интересно вот только, куда это «не пойми куда»? И торопиться – как голый, прости Господи, в баню… Одно слово – дракон!

И молодого Вандара с собой тащит… Куда я бишь поставил кувшин? Знать что-то серьезное затеял, раз пытается заменить старого Адмира его сыном. Боже мой, когда же он наконец колобродить-то перестанет? Пропадет почем зря – а ведь жаль его, сердце-то доброе, хотя и драконье…

Вандар проследил за тем, как конюх расседлал его почти вусмерть загнанную лошадь, и отдав дополнительные распоряжения, направил стопы свои к гостеприимно распахнутым дверям трактира.

Этому высокому, стройному юноше с тонкими чертами лица, большими голубыми глазами и непослушной копной длинных льняных волос, выбивавшихся из-под капюшона серого плаща было не больше девятнадцати лет. Он был отлично развит физически, одежда его, хотя и потертая и весьма полинялая, сидела на нем великолепно.

Неопределенного цвета куртка, буровато-зеленый плащ, высокие легкие сапоги – все это выдавало в Вандаре жителя бескрайних западных лесов, привыкшего полностью сливаться с окружающим его миром. Походка его была легка и пружиниста, движения точны и плавны. Из оружия при нем был только длинный меч с узким обоюдоострым клинком в простых потрепанных ножнах и кинжал. По крайней мере, так показалось всем, кто обратил внимание на Вандара, когда он появился в дверях трактира. Но при более пристальном рассмотрении знающий толк в боевых искусствах человек понял бы, что этот парень и сам по себе является смертельным оружием. Что-то такое особенное было в его манере держаться – нечто неуловимое, смертоносное указывало на то, что в случае чего этот паренек может понаделать серьезных дел.

Вандар был аорном, а аорн боец чуть ли не с пеленок. Вся его жизнь проходит в бесконечной схватке. Аорны – смутное подобие чего-то вроде ордена странствующих рыцарей, берущее свои корни от древних королей Форнода избрали когда-то путь воина-защитника. И не смотря на то, что для большинства населения Форнода они давно стали анахронизмом, потомки старых родов все еще придерживались этого пути…

Далеон протиснулся сквозь толпу завсегдатаев навстречу юному воину, протягивая руку. Пожатие аорна было крепким и дружеским. – Давай за мной. дракон кивнул в сторону расположенной шагах в десяти от них лестницы на второй этаж, нижние ступени которой уже облюбовали те, кому не хватило места за столами.

Вслед за драконом Вандар поднялся по лестнице. Они прошли недлинным коридором, свернули налево, и через пару шагов уперлись в дверь девятого номера.

Далеон отпер дверь хозяйским ключом, и они вошли.

Комната и правда была хоть куда и, похоже, на самом деле предназначалась для того, чтобы быстро и с удобством разместить в ней важную персону из каких то своих соображений не желающую привлекать внимание: весьма просторная, пол укрыт дорогим ковром, две кровати (одна под балдахином – для хозяина. другая, попроще, для камердинера), рабочий стол у окна и еще один маленький столик у камина между двумя низкими и мягкими креслами. Большой камин, как и было обещано, был жарко натоплен, хотя дрова уже успели превратиться в тлеющие угли. На столике уже стоял кувшин пива и две вместительные кружки. Далеон запер дверь на засов, а Вандар, повесив у каминной трубы свой промокший плащ, подкинул в камин дров, раздул угли и с облегченным вздохом опустился в кресло и протянул ноги к огню.

Далеон сел в другое, не забыв предварительно наполнить пивом обе кружки. Вандар благодарно посмотрел на дракона, и сделал солидный глоток.

Комнату освещал лишь свет камина – тяжелые портьеры на окнах были задвинуты, впрочем их это вполне устраивало – серый свет пасмурного дня не способствовал поднятию настроения. Несколько минут они молчали, пока Вандар смаковал живительный напиток. Он же первым и нарушил молчание, но не раньше, чем кружки были наполнены вторично. – При всех прелестях голубиной почты, по-моему не было надобности вызывать меня именно таким способом, – молвил юный аорн, делая очередной глоток. – Я не мог прислать нарочного. – сказал Далеон. – И не мог явиться лично, о чем сожалею. Как дела в лесах запада? – Отлично. – ответил Вандар. – Хотя после смерти отца пришлось приводить дела в порядок. Сам понимаешь, по натуре я, в общем то такой же вольный бродяга, как и отец, и вся это хозяйственная нервотрепка для меня – хуже некуда. – Я уже и не помню, когда последний раз наводил порядок в Даль-Драго. – улыбнулся Далеон. – Я даже не знаю, как зовут управляющего и сколько добра он уже успел спереть. – Слушай, это все хорошо, – в голосе Вандара проскользнули нотки нетерпения, – Но я думаю, ты заставил меня проскакать пол-Форнода не за тем, чтобы обсуждать домашние дела. – Ты прав, не за этим. – сказал Далеон. – Надеюсь, ты там в своей глуши в курсе последних событий? – Это ты о войне на востоке? спросил Вандар. – Да. – сказал Далеон. – О ней. – Я, вообще-то, собирался подождать, когда Запад вступит в войну, если такое вдруг случиться. сказал Вандар. – И тогда выступить под знаменами короля Олорна. Но ведь и война-то вроде бы как еще и не начиналась… – Судя по тому, что рассказывали сегодня в общей зале эти двое вояк с востока, драка идет полным ходом. – усмехнулся Далеон. – На самом деле никакой войны пока толком нет – но только пока. Стычки на границе вообще выглядели бы скорее как недоразумения – если бы не эта история с королем Тальмором. И это не смотря на то, что там уже давненько неспокойно, и о Дарогроне не первый год идет дурная молва. – Ты только что из Лен-Форнода? – спросил Вандар. Можно сказать что это почти так. Я сделал небольшой крюк на север – и там узнал новости не менее важные.

В этот момент в дверь постучали. Далеон отодвинул засов и в комнату ввалился дядюшка Хуп с подносом, уставленным тарелками, горшками и прочей разнокалиберной посудой, полной всяческой снеди. Сердечно поприветствовав Вандара, и рассыпавшись перед ним в извинениях, что не приветил его по прибытии лично, достойный трактирщик водрузил поднос на столик и чувствуя, что его присутствие на данный момент является нежелательным, поспешил откланяться, не забыв, впрочем, справиться на счет достатка гостей в пиве. Пива хватало, и Далеон, выпустив доброго хозяина из комнаты вновь запер дверь. Они пододвинули кресла поближе к столу, который, как оказалось, вполне мог служить и обеденным целям и принялись за еду. Разговор на время прервался. Это дало Вандару возможность поразмыслить над словами Далеона. Энергия дракона всегда поражала аорна. Далеон ухитрялся успевать всюду и всегда быть в курсе всех событий… и это при том, что в отличии от своих сородичей небо – самая короткая дорога – было ему недоступно. Какая-то старая травма, о которой Далеон предпочитал не распространяться лишила его дара перевоплощения в любую из четырех доступных драконам форм, застыв на базовой, то есть человеческой – и неизвестно было, когда он сможет оправиться от нее полностью. Сам Далеон был настроен оптимистически, ведь прецидентов того, чтобы дракон лишился того, что было изначально даровано ему свыше доселе не наблюдалось – это можно было бы приравнять к тому, как если бы человек вдруг разучился дышать. А пока что лорд Даль-Драго неплохо приспособился к резко ограничившемуся кругу своих возможностей, в полной мере используя все ресурсы человеческого тела. Впрочем, драконы все равно большую часть времени прибывают в облике человека, и ездить в седле некоторым из них нравится больше чем летать. Что до фехтования – так ведь и меч изобрели именно драконы и обучение владению мечом было в драконьих семьях традицией, сохранившейся с тех темных времен, которые уже полуистерлись из памяти форнов, когда всей природной мощи драконов не хватало, чтобы оградить себя от смерти… Так что, ничего принципиально нового Далеону постигать не пришлось…

Когда всю принесенную дядюшкой Хупом снедь постигла безжалостная расправа, дракон одним махом сгреб посуду со стола на поднос (за исключением, естественно, той, где содержалось пиво), и подхватив его на пару минут покинул комнату. – Пока здесь кого-нибудь дозовешься – медведь в лесу сдохнет. – пояснил он, вернувшись. – А у нас столько времени нет. – Ты начал что-то говорить о важных новостях. – напомнил Вандар. – Именно так. подтвердил Далеон, вновь усаживаясь в кресло. – И что же это? – спросил Вандар гораздо тише.

– Я уже упоминал о происшествии с королем Тальмором. – сказал Далеон. Ты в курсе?..

2127– Кто ж о нем не знает. – сказал Вандар. – Весь запад только и говорит, что о его гибели. Его величество государь Олорн, правда, не изволит носить траура, и так прямо и заявил, что не такой, мол, человек Тальмор, чтобы вот так вот взять и сгинуть, тем более, что тела-то так и не нашли. Да вот что толку-то с того, что не нашли, все равно все знают, что дэвы пленных не берут. – Ну дэвы-то не берут, – сказал Далеон, – да только подчиняются-то они не какому ни будь там своему вождю, а самому Черному Хорку. А он, видимо, изменил эту традицию дикарей. – Что ты хочешь этим сказать? – спросил Вандар, невольно понижая голос. – Буквально то, что ты слышал. – То есть, ты считаешь… – Не считаю. Знаю. Причем с абсолютной точностью. Короче – да, король Востока жив, и находится в плену у проклятого вадра. По последним данным его содержат в подземелье Дарогрона, минус шестой уровень северного крыла, сто четырнадцатая камера. Правда, нет гарантии что он до сих пор там.

– Откуда… – выдавил Вандар – Откуда… – Тальмор не единственный пленник, оказавшийся там. Один мой старый приятель, он дракон и его имя тебе ничего не скажет, так вот, он оказался в этом самом принеприятнейшем месте на год раньше его величества повелителя востока.

Так вот, некоторое время назад ему там так осточертело, что он решил проститься с радушным хозяином и тихо-мирно откланяться. За время, проведенное в плену он неплохо освоился в своей камере, обзавелся кой-какими приспособлениями типа заточки из ложки, и вот во время очередной кормежки он очень удачно пристроил эту заточку промежду ребер дэву-тюремщику, его мечом перерубил цепи, после чего, правда, сие оружие для дальнейшего употребления стало непригодно, и, поскольку после неполных семи месяцев заточения он знал время смены караула лучше, чем сами караульные, мой приятель проскочил посты, и очутился вне тюрьмы.

Но не вне Дарогрона. Идти наверх было безумием, поэтому он не придумал ничего лучше, чем пойти вниз. Он рассчитывал там затаиться, может быть, изловить зазевавшегося дэва и позаимствовать у него форму, а затем в таком виде проскочить за пределы оборонительных периметров. Трансформироваться он не мог – железный ошейник, надетый на него гостеприимным хозяином, а так же довольно сложное переплетение цепей на теле, рубить которые было, мягко говоря, опасно, поскольку наковальней оказывалось собственное тело, были одеты таким образом, что в случае принятия любой стихии они стабильно что-нибудь да повреждали – шею или другую какую конечность. Да в прочем, от трансформации толку все равно не было бы, но это, в общем, не важно. Дело в том, что через пять часов блуждания по лабиринтам он ухитрился довольно основательно спуститься. И не заметил, как оказался за пределами Дарогрона. – На свободе? – воскликнул Вандар. – Это невозможно. В Дарогрон не пройти кроме как через семь периметров плюс главные ворота. И не выйти, соответственно. – Это ты так думаешь. – сказал Далеон. – И к тому же, я не сказал, что он оказался на свободе. Вне Дарогрона – да, но свободой это назвать довольно сложно. – То есть? – Дарогрон как таковой, занимает дай Бог четверть объема всего Ин-Ветора. Он, в общем-то представляет из себя единственную исследованную часть огромного лабиринта. О том, что твориться ниже минус двенадцатого уровня не знает, наверное, даже сам Хорк. А там, скажу я тебе, много любопытного. – И что же? – спросил слегка сбитый с толку, но заинтригованный Вандар. – Когда-то, очень давно, еще да прихода сюда форнов, в пещерах Ин-Ветора жил странный народ. Их называли «драконы ночи». Вообще-то странный – это не то слово. Драконы – не драконы, вроде бы по всем признакам наша родня, а в то же время ведут ночной образ жизни, ни с кем другим не общаются… Весь массив был их домом. Они под землей лучше ориентировались, чем на поверхности. Солнечного света вообще, по-моему не знали – днем в своих пещерах прятались. Впрочем, они никого не трогали, и никто не трогал их. И они, как казалось тем немногим, кто побывал в гостях у этих бедолаг, были все какие-то… больные, что ли. И с трансформацией у них было что-то не так. Немного другие ментальные матрицы… ну в общем, не в то трансформировались. Вместо орла здоровенный нетопырь, например. В общем, генетический и ментальный кавардак. Вырожденцы. Ну и, натурально, подтвердилось – то ли они все и вправду больны были, и из поколения в поколение эта болезнь прогрессировала и ждала удобного момента, чтобы их свалить, то ли мор какой напал на них, в общем за одну ночь весь народ буквально вымер. Что, жутко? А каково было тем, кто спустился спустя некоторое время в их пещеры! Там были горы трупов. Они даже не смогли встать с постелей после дневного сна. Никто, похоже, так и не сообразил, что происходит. Бедняги, они даже не поняли, что умирают! – И совсем никого не осталось? – спросил Вандар, пораженный масштабами катастрофы. – Совсем. – ответил Далеон. Говорили, правда, что род Хора каким-то там образом связан с ними седьмая вода на киселе, вроде как, и как будто бы поэтому они лет сто спустя и поселились на склонах Ин-Ветора, но по мне – так брехня все это. Но я отвлекся. Так вот, мой приятель угодил прямо-таки в самые глухие лабиринты бывшего царства «драконов ночи». Ужас, чего он там насмотрелся… – Я пока что не вижу связи. – сказал Вандар. – Причем тут Тальмор и при чем тут Драконы Ночи? – Связь косвенная, но она есть. сказал Далеон. – А если ты будешь меня перебивать, то мы просидим тут до следующего лета. Так вот. Там, в глубине Ин-Ветор есть целые пещеры, наполненные ужасом. Обволакивающим сознание, лишающим разума… Просто ужас, без видимой внешней причины, но мой друг бежал как ошпаренный, угодив в одно из таких милых местечек. То, что он испытал, никогда больше не покинет его память. Ты не представляешь себе, что сделал с ним страх. Отважный воин, перенесший столько, что даже такой любитель приключений, как я по сравнению с ним – пацан прыщавый, превратился за какие-то считанные секунды в ничтожное существо, которое способна напугать его собственная тень.

Так вот, он опрометью кинулся бежать, куда глаза глядят, подгоняемый тьмой глубин, и когда силы уже начали оставлять его… – Ну?.. – спросил Вандар затаив дыхание. – Он увидел свет. Свет в конце длинного туннеля. Он бросился туда, решив, что заплутав в лабиринтах вернулся к Дарогрону, но сейчас плен казался ему раем по сравнению с мерзкими щупальцами липкого ужаса, обитавшего в глубинах гор. Он изо всех сил понесся туда, откуда лился свет… И, пролетев довольно приличное расстояние по воздуху, а затем чувствительно ободравшись о камни на пологом склоне горы оказался на берегу моря. Это был Холодный Берег. – Он прошел Ин-Ветор насквозь? Вандар перешел на замогильный шепот. – Но это же… – Да, насквозь. спокойно молвил Далеон. – А теперь о главном. Ты меня уже минут пять пытаешь на предмет Тальмора… Так вот. Приблизительно за неделю до своего побега мой друг стал свидетелем престранной сцены. По коридору мимо его камеры прошествовала целая кавалькада с факелами и тому подобным. Отряд копий так в пятнадцать конвоировал одного-единственного пленного, который, в общем-то в конвое и не нуждался, по причине бессознательного состояния. Но присутствие среди них молодого Арио, сына чертова вадры, чтоб им обоим провалиться в преисподнюю… извини, не мог удержаться, так вот, присутствие Арио уже вообще ни в какие ворота не лезло, поэтому друг сделал вывод, что схватили какую-то важную персону. И тут мой друг, вглядевшись в лицо пленного, которого хоть и тащили по коридору отнюдь не с королевскими почестями узнал в нем Тальмора.

После того дня Арио приходил еще несколько раз, в последнее свое посещение вылетел из камеры, как ошпаренный и мой друг отчетливо услышал, как он отчетливо сказал «Ну мы и влипли!» и а затем отдал приказ достать ему сию секунду и хоть из-под земли лучших медиков. Из чего мой приятель сделал заключение, что король вполне жив. Из разговоров охраны он уловил и номер камеры, а так же выяснил, что Тальмор и в самом деле жив, но не приходит в себя, и что Арио грозится поотрывать головы всему гарнизону, если повелитель востока сыграет в ящик. – А почему он не бежал вместе с королем? – спросил Вандар и тут же понял, что вопрос прозвучал по меньшей мере глупо. – А ты подумай, во-первых, на горбу он его попер бы черт-те сколько талей? – спросил Далеон. – Тебе же говорят, что король был без сознания. Он так и не пришел в себя, когда мой друг бежал. К тому же, пока он ломал бы замок на камере короля, труп первого охранника обнаружился бы, а заточка из ложки не самое, прямо скажем, эффективное оружие против как минимум половины гарнизона Дарогрона. Если бы он мог трансформироваться, тогда другое дело, а так…

Вандар вдруг заметил странную тень, пробежавшую по лицу дракона. Далеон запнулся на середине фразы, словно забыв о том, что хотел сказать. Взгляд его опустел, затуманился, руки непроизвольно сжались в кулаки… И при этом движении в дрожащем свете каминного пламени тускло блеснули браслеты. В восприятии Вандара Далеон почему-то всегда ассоциировался именно с ними. Сколько помнил себя Вандар, столько он знал Далеона – давнего и лучшего друга отца, верного его соратника во всех приключениях, которых покойный ныне Адмир, будучи молодым ухитрился накликать на свою голову столько, что нормальному человеку такое число показалось бы невозможным с точки зрения элементарной статистики. Самым ранними детскими воспоминанием Вандара были улыбающееся лицо отца, голос матери откуда-то из-за спины – слов он не помнил, так как в то время еще плохо понимал окружающее – и, главное, огромные сильные руки поднимают его высоко-высоко… Он видит большие серые глаза со зрачками-щелками теплые, добрые глаза и… браслеты на запястьях сильных рук. Они блестят так холодно по сравнению с теплым взглядом дракона, что становится страшно, будто в красивый, добрый сон вдруг вползает холодное щупальце кошмара. И вот теперь браслеты снова блестят на запястьях его друга и снова подкрадывается странный, ни чем не объяснимый страх… – Так вот, собственно, к делу. – прервал затянувшуюся паузу Далеон. – Сам понимаешь, я звал тебя сюда не страшные сказки рассказывать. Короче: как насчет того, чтобы прогуляться на юго-восток Форнода, и вернуть Восточным Землям их повелителя?

Вандар очумело уставился на дракона. Он ожидал чего-то в этом роде, но не настолько же… – Безумие. – сказал он. – Я знаю. – ответил Далеон. Идея-то в общем ничего, – быстро поправился аорн, – только вот я не вижу путей к ее осуществлению. – Я же сказал – в темницы Дарогрона ведет путь, о котором не знает Черный Вадра. – Далеон в упор посмотрел на Вандара. – Но этот путь охраняется лучше, чем это сделал бы весь гарнизон Дарогрона. возразил аорн. – Представь себе, что мы должны как-то просочиться через пещеры ужаса, а потом еще и вернуться, грубо говоря, с королем на шее. Это верно. – сказал Далеон. – Но есть еще один факт, который делает вполне осуществимым весь план. Этот случай лишь натолкнул меня на идею, и я взялся за детальное изучение всех сохранившихся сведений о «драконах ночи». И, похоже, я нашел то, что нам нужно. По всей вероятности, тот путь, которым прошел мой друг – не единственный. Похоже, есть по крайней мере еще один ход. – Ох, – простонал Вандар. – И о нем, конечно, тоже никто не знает. – Знает. – сказал Далеон. – Только тот, кому положено знать. – Тогда почему бы не воспользоваться им… армии Форнода? – спросил Вандар. – Нет, ты не подумай, что я испугался, но не кажется ли тебе, что такой вариант был бы просто логичнее? – С точки зрения голой логики, да. Дракон сделал большой глоток из еще непочатой кружки пива. – Но не с точки зрения реального положения вещей. – То есть? – не понял Вандар. – Во-первых, войны, как таковой еще нет. Пока Хорк не начнет явных боевых действий никто не станет ничего предпринимать. Во-вторых, даже если отбросить предыдущее соображение, представь себе, что Хорк обнаруживает, что ему в тыл заходит эдакая толпа народу, которой там явно делать нечего. А заметит он ее обязательно, потому, что скрыть такую глобальную передислокацию просто нереально. Ход его мыслей: штурмовать Ин-Ветор с этой стороны нереально с точки зрения геодезии – да и что там штурмовать-то? Самое время вспомнить о том, что в Дарогроне жили и до него, и принять меры по пресечению возможных последствий казалось бы бесполезного маневра. А тогда наша предполагаемая армия оказывается в тактической заднице, то есть ее запирают между морем и горами. – Логично. – сказал Вандар. – Я так понял, что есть еще и «в-третьих»? – А в-третьих ты учитывай, что провести сколь-нибудь серьезное количество живой силы по переходам, в которых в некоторых местах и двое-то не разойдутся – пустое дело. Даже если половина армии не заблудиться там, и если кто-то и доберется до обитаемой части пещер, то все равно переход займет слишком много времени, и Хорк успеет сообразить, что к чему. А у себя дома он имеет огромное преимущество. Вижу, что есть еще и что-то четвертое. Иначе я бы сказал, что ты многовато на себя берешь. – сказал аорн. – Точно, есть. Кто поведет войска? – То есть? – Король Олорн слишком молод и самонадеян, из него полководец – как из меня пчеловод, скажем откровенно. А к Варно все вышесказанное относиться как минимум в десятой степени. – Хм. – пробормотал аорн. – Далее: кто из форнов вообще обладает достаточными способностями, чтобы повести за собой армию, и при этом еще и имеет соответствующий авторитет?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю