355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Лия Котова » Осколки снов (СИ) » Текст книги (страница 11)
Осколки снов (СИ)
  • Текст добавлен: 8 августа 2018, 16:00

Текст книги "Осколки снов (СИ)"


Автор книги: Лия Котова



сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)

Глава 30 Последний оборотень

За осень и половину зимы привыкнув к друг другу и став почти семьёй, мы добрались до нужного места. Я не могла поверить своим глазам: столько мифов я никогда не видела! Названия многих я даже не знала, от этого восхищение только увеличилось. Они были большими и маленькими, иногда встречались даже огромные, разной масти и формы, похожие на разных животных и ничем не отличимые от людей.

– Странно, – проговорила Ласка. – Здесь так много мифов и люди об этом не знаю.

– Это барьер, – спокойно ответил Вой. – Это место под тонким невидимым куполом, в котором воздух четь-чуть другой. Я его чувствую, но для нас эта штука безвредна, а людям просто искажает пространство. Они могут сюда зайти, но увидят только лес. Замок и мифы надёжно скрыты от посторонних глаз.

Обрадовавшись, что нам больше ничего не угрожает, я в первый же день решила поискать оборотней. И как я была разочарована к вечеру, когда среди всего этого разнообразия мифов не было и намёка на моих сородичей.

– Извини, – пожал плечами один из демонов. – Насколько я знаю, оборотней всегда считали самыми опасными, возможно, потому, что люди не могут понять, чего хочет их звериная душа, поэтому и бояться. За последние годы больше всех истребляли оборотней.

– Ясно, – тяжело вздохнула я и побрела к своим.

– Что с тобой, Снежка? – сразу забеспокоился Гором.

– Слушай, – вместо ответа начала я. – Там, где мы были до того, как сбежали… там оборотней было много? Ты же был самым сильным из них.

– А вот ты о чём, – он чуть улыбнулся. – Я думал, ты знала.

– О чём? – с надеждой я глянула на него.

– О том, что там не было оборотней, кроме нас. – Было только трое полукровок, которых тоже называли оборотнями, но их на арену почти не выпускали. А прозвище самого сильного оборотня только, чтобы подзадорить гостей. Ты же помнишь наш первый бой…

– Помню, – вздохнула я. – Просто думала, что встречу тут сородичей. Оказывается, их всех уже истребили.

После этих слов мне стало тяжело дышать, и по щеке покатилась слеза.

– Ну, не плачь: у тебя же есть мы, – Ласка обхватила меня руками и крепко сжала в объятиях.

Её любимый метод успокаивать, не умеет она сопереживать. «Ну, и ладно, – решила я после. – переживу. Жила до этого и как-нибудь выживу потом.».

– Да, отпусти ты меня, озабоченная! – вырвалась я из объятий этой феи.

Та только посмеялась моей быстрой смене настроения:

– Вот так держать, подруга!

– Я хочу побыть одна, – вздохнула я и, превратившись в стрижа, улетела на крышу.

Я думала, что вскоре ко мне присоединится Гром, но вместо этого я услышала, что кто-то поднимается по лестнице. Сквозь дыру в крыше я заметила Воя. «Странно, а он что тут делает?» – удивилась я про себя.

Полуангел улыбнулся и помахал мене рукой, предлагая спустится.

– Значит, Ласка у нас озабоченная? – с ухмылкой спросил он, когда я приняла на лестнице свой привычный человеческий облик.

– Иногда да, – фыркнула я. – Я пустила слезу, горюя по разбившееся надежде, а она…

– Возможно, это её способ спастись от боли.

– Не верю, что ей когда-то было больно, – покачала я головой.

– Ладно, – настаивал Вой. – Что ты знаешь о Ласке?

– Она же всё время веселить, улыбается, как ненормальная, успокаивается, только когда на неё кто-то наорёт. Но и это не долго. Хотя… подруга она неплохая, но не в такие моменты.

– И это всё? – нефилим уставился на меня с насмешкой во взгляде. – Да, много ты знаешь о лучшей подруге.

– А она этого не рассказы… – и тут до меня дошло. – Неужели всё это веселье – просто маска?

– Я этого не говорил, – Вой покачал головой. – Ласка этого не одобрит, но я хочу, чтобы ты знала. Два года назад мы служили в одном замке, владелец которого игнорировал закон о мифах, ведь почти вся прислуга там была из мифов или их потомков. Я работал на конюшне. Мой начальник был неплохим человеком, так что жаловаться мне было особо не на что, кроме тяжело работы. Но вот Ласка… – на секунду он прервался, чтобы откашляться. Возможно, Вой простыл, а я и не знала, – она работала служанкой самого борона. Не знаю, что он с ней делал, но бывало, что я по нескольку дней её не видел, а другие служанки рассказывали страшные вещи. Поговаривали, что этот борон пользуется своими служанками, как захочет. Нет настроения или просто хоть что-то чуть-чуть не понравилось – побьёт, настроение есть – насильно затащит в постель. Конечно, это слухи, но служанки ещё говорили, что дни, которые Ласка не появлялась, она залечивала раны от побоев своей силой феи.

– Но может это были просто слухи?

– Не знаю, только вот… когда к нам пришли убийцы мифов, она сама убила этого борона и сбежала последней, едва не погибнув сама. С того дня она всё время улыбалась, а когда я завожу разговор о прошлом, делает вид, что его не было. Она мне это не простит, но думаю, тебе можно доверить этот секрет.

Я тяжело вздохнула:

– Наверное. По крайней мере, теперь я понимаю больше.

– Эй, Вой, – по ступенькам поднимался Лис, почему-то не используя свою скорость. – Жизнь Сумрака подходит к концу, мы на охоту.

– Хорошо, – кивнул лидер и обратился ко мне: – Не говори Ласке, что ты знаешь.

Я кивнула и улетела на крышу.

Ритуал, проведённый Туманом, восстановил некоторые воспоминания, утерянные в прошлой жизни. Просто того, что случилось ночью, утром я не могла вспомнить. Но в следующей жизни это воспоминание пришло вместе с остальными.

Кто-то разговаривал на чердаке замка. Я спустилась ниже по крыше и лаской шмыгнула в щель. Мне было любопытно узнать, о чём говорят эти мифы.

Они все были духами, причём разных стихий. Похоже, главным у них был старый ангел, редкие перья на крыльях которого были кое-где странно скрючены, а где-то их вообще не было. Остальные были помоложе, демоница, например, выглядела чуть старше меня.

– … остальных тут и так мало, – говорил ангел. – наша цель – спасти духов.

– А другие? – удивилась демоница.

– Они подтянуться, если захотят жить.

– Ну, и как нам хотя бы это сделать? – фей, похоже, начинал злиться. – Вы собрали здесь всех, не зная, что делать? Как так можно?

– Замолчи! – крикнул стрик. – Не дорос меня учить! Да и спасать их не надо, нужно только чудо, чтобы они поверили, что спасение возможно.

– Хорошо, какое чудо? – русалка сложила руки на груди. – И что мы вообще можем?

– Я изучал стихии много лет, – начал старый ангел. – Все, не только свою. Оказывается, если их все соединить, можно сделать что-то вроде искусственной звезды, а её силой разорвать пространство и создать новый мир, где не будет людей с их законами.

– Новый мир? – прошептала я. – Только одному Богу такое подвластно! Если он вообще есть, но не им же.

– Я тоже изучала другие стихии, – не согласилась русалка. – Для такого соединения нужен катализатор, который называют Философским камнем.

– Я в курсе, – фыркнул старик. – Для него нужны те же стихии и… живое сердце, но сердце должно быть необычайно сильное, способное каждый день выдерживать огромные нагрузки.

– У оборотней такие сердца, – поделился своими познаниями фей. – Им же нужно каждый день превращаться. Это же огромная нагрузка на сердце. Но что Вы предлагаете, принести в жертву того единственного оборотня, который тут есть.

– Их же двое? – уточнила демоница.

– Да, но второго превратили, он слабее первого, – фей, похожий на учёного-биолога, поправил очки. – Если и приносить кого-то в жертву, то это только ту девчонку, которая своих сородичей искала.

– Какая жертва? – кашлянул ангел. – Она ведь не сразу умрёт, но…

– Но проживёт не долго, – закончил дух земли. – Я этого очень не хочу, но это небольшая жертва, ради спасения остальных.

– Если так, то я тоже согласна, – вздохнула русалка.

Не хотела соглашаться только демоница:

– Нет, не надо. Я не хочу ни с кем это делать.

– Ты не похожа на демона! – ангел топнул.

Меня сковал страх. Значит, они говорили обо мне. Нет! Нет! Я не хочу так! Даже для спасения остальных! Я не готова!

Шанс! Пока ангел отчитывает демоницу, я могу сбежать. Должна!

– Тихо! – вдруг крикнул ангел и через несколько секунд тихо добавил: – Я вижу здесь душу пятого. Он подслушивает нас. А теперь боится и тяжело дышит. Сердце стучит громко.

Первая мысль: быстрее бежать! Я выскользнула в щель и стрижом бросилась в лес, но…

Какая-то сила схватила меня в воздухе и через окно втащила обратно. Я не могла пошевелиться: ангел крепко держал меня невидимыми руками.

– А что? – произнёс он. – Последний оборотень красиво звучит. Сейчас мифам, как никогда, нужна красивая воодушевляющая сказка. Вот она ей и станет.

Я не могла кричать: даже голос был сжат этим стариком. Всё, мне конец!

– Начинаем, – приказал ангел. – Я не смогу её долго держать.

Правильно говорят, что любопытство до добра не доводит. Тогда я испытала это на собственной шкуре.

Духи встали вокруг меня.

– Начинаем! – ещё громче повторил ангел. – Злата, давай уже!

– Нет, я не могу! – кричала демоница.

– Сейчас с тобой это сделаем! – заорал старик.

Тут невидимые оковы исчезли, но возникла огненная клетка. Я попыталась полететь сквозь неё, но что-то невидимое снова помешало мне. Я с ужасом оглядела мифов. Теперь очередь воды. Русалка махнула рукой и в комнату влетели снежные облака, почти мгновенно растаяли прямо в воздухе и окутали клетку, не затушив огня. Я знаю, что было дальше, потому что, когда настала очередь земли, я уже не могла стаять. Из меня будто высосали всю силу. Я непроизвольно превратилась в волка и провалилась в сон…

Утром я буквально вскочила, почему-то в человеческом облике. Тяжело дыша, я долго не могла прийти в себя.

– Снежка, что с тобой? – Гром тряс меня за плечи, а я не могла понять, что случилось, не могла вспомнить ни единого фрагмента того, что произошло ночью, и даже было ли это во сне или наяву…

Глава 31 Сплетня

– Не уходи от ответа! – не выдержал Гром. – Где ты была сегодня ночью?

– Да говорю же: не помню! – кричала я на него.

– Тихо вы! – по-птичьи пронзительно выкрикнула Буря. – Сейчас всех на уши поставите!

По-моему, она скорее станет виновницей переполоха.

– Я не успокоюсь, пока ты мне не скажешь, что делала ночью! – не унимался брат.

– Я не помню! – ещё громче закричала я и…

Моё сердце будто пронзила сотня лезвий, отлитых из металла с ядом вампира. Вскрикнув, я упала на снег, на котором и лежала до того, как меня нашёл брат спящей посреди леса.

– Снежка, что с тобой? – рядом со мной присел Гром, я почувствовала его руку у себя на плече.

– Ничего, всё нормально, – пытаясь отдышаться, прошептала я. Боль медленно уходила.

– Надо тебя показать Ласке, – всё-таки, он очень беспокоился обо мне, даже когда злился. – Идти сможешь?

– А ты хочешь меня нести? – я нагло улыбнулась, ведь боль окончательно ушла.

После этих слов нести меня Гром отказался, так что искать подругу мне пришлось самой. Хотя не совсем, Дёма был рядом, но всё время молчал, наверное, боясь, что скажет не то и мне будут ещё хуже. А Буря, кстати, сделала вид, что ей всё равно и улетела куда-то по своим делам.

Ласку мы наши у стен замка. Она раскопала снег и внимательно что-то рассматривала под ним. Наверное, она просто соскучилась по цветам и зелёной траве. Она же фея, они тоскуют по растениям всю зиму.

– Не удивительно, что ты ничего не помнишь, – заключила она, осмотрев меня с помощью способностей феи, то есть медленно провела рукой в воздухе от моей головы до пяток на небольшом расстоянии от моей кожи. – Это не болезнь. Похоже, какие-то духи проводили над тобой опыты. Извини, я больше сказать не могу и ничего не смогу сделать.

– Я загрызу этих духов! – рычал Гром, находясь в облике человека.

– Успокойся ты, защитник, – тяжело вздохнул Вой. Он тоже был с Лаской, когда мы её нашли, а потом проводил нас в замок и стал подпирать ближайшую стену. – Здесь несколько сотен духов. Все их грызть будешь?

Оборотень не ответил, но продолжал тихонько рычать.

– Я тебе только одно могу сказать, – снова заговорила фея, – старайся не испытывать сильных эмоций: из-за них может быть ещё больнее. Будь спокойнее. И ещё: если вдруг станет совсем плохо, нарисуй на земле этот знак и положи на него руку, – Ласка медленно, чтобы я запомнила, нарисовала этот символ на листке старой бумаги, который Вой любезно поискал в старом шкафу. Этот знак был обычным кругом со странным завитком в центре. – Должно помочь. После этих опытов в тебе должна была остаться часть силы духов.

– Тебе уже лучше? – неуверенно спросил Гром.

– Давно уже, – покачала я головой, всё ещё сидя на кровати, как будто недавно проснулась.

– Теперь ответишь?

– Я же сказала, что ничего не помню.

– Я не про это, – он присел рядом со мной и обнял за плечо. – Расскажи, что помнишь.

– Ладно, – вздохнула я и начала вспоминать все события вчерашнего вечера. – Мне захотелось побыть одной, и я полетела на крышу. Думала, что ты скоро прилетишь за мной, но пришёл Вой.

– Я хотел, но он мне не дал, – попытался оправдаться Гром.

Вой, стоящий на том самом месте, что и раньше, только развёл руками.

– Что вы с ним делали? – следующий серьёзно поставленный вопрос заставил меня поперхнуться слюной.

– Разговаривали… эм… – я не хотела говорить в присутствии Ласки, что он мне рассказывал. А Дёма, похоже, ревнует…

– Я рассказал, откуда мы с тобой, – вздохнул нефилим. – Думал, что так она лучше поймёт…

Ласка в первый раз за то время, пока я её знаю, погрустнела и вздохнула:

– Надеюсь, больше никто не слышал? – и не давая Вою ответить, обратилась ко мне толи в шутку, толи в серьёз: – Чтоб молчала, иначе язык отрежу, хотя с тобой это всё равно не поможет.

– Я тут слушал, что наша снежная дева заболела, – нахально заблеял Рог, только увидев меня, когда я одна прогуливалась у замка в человеческом облике на следующий день.

Его и так неуспевающие расти рога были обломаны ещё больше, чем обычно. Интересно, с деревом бодался или друга себе нашёл? Хотя… судя по запаху вина, всё-таки с деревом.

Я не обратила внимания на этого Казанову, а он продолжал:

– А-а… а я знаю, что вы предались любовным утехам, вот и… – он икнул. – Сколько-то у вас оборотне… ик…. чат намечается? Будете, как людей крестить? Тогда я буду крёстным! О, точно! За такое событие надо выпить!

После этих слов он, шатаясь, побрёл «выпить», оставив меня наедине с истерическим смехом, который этот пьяный дурак не придал никакого значения.

Странно, от смеха больно не было. Это срабатывает через раз? Или смех не считается ильной эмоцией? Ладно, интереснее то, что случилось вечером.

Я охотилась в лесу. Только собиралась напасть на беспечно жующего кору зайчика, как меня окликнули по имени:

– Анфа!

– Вот блин, – прошипела я, глядя в след убегающей добыче. – Гром, что тебе надо?

Я превратилась в человека.

– Это правда, что сейчас говорят? – тоже став человеком, но не отдышавшись, заговорил он.

– Объясни всё нормально, – я начинала злиться, ведь у меня и добычу отняли и нормально спросить не могут.

– То, что ты беременна… – выдохнул Гром.

На несколько секунд я потеряла дар речи. Ничего себе поворот. Я беременна и об этом узнаю позднее, чем все остальные. Весело. Найти бы этого Рога и бороду ему оторвать за такие шутки. Хотя бороды тут будет маловато.

– Что ты молчишь!? – Гром начал выходить из себя. В его голосе была злоба смешана с тревогой. – Когда и с кем?

Я снова не смогла удержаться от смеха. Неужели он поверил?

Несколько минут я просто каталась по снегу в облике кошки, с силой ударяя хвостом по белому покрывалу и смеясь в голос, пока брат не взял хохочущего зверя в руки.

– Отвечай, – он немного тряханул меня.

– Знаешь, у Рога забыла уточнить, когда и с кем, – выдохнула я, когда немного успокоилась. – Хотя, вроде, он что-то говорил про тебя.

– Не понял, – Гром отпустил меня, дав превратиться в человека. – Можешь сказать нормально?

– Ладно, – я выдохнула последний смех. – Слушай, помнишь, что вчера мне стало плохо из-за нашей ссоры. Об этом многие знают, и Рог лично не видел. Кто-то ему рассказал и больное воображение этого пьяного существа дорисовало всё остальное. Днём Рог мне распинался про то, что хочет быть крёстным моих детей, не обращая внимания на мой истерический смех.

Гром как-то косо посмотрел на меня, похоже, он всё ещё не верит.

– Ладно, если хочешь, докажу. Оборотни учат своих детей, в отличие от крестьян, поэтому я хорошо знаю, о чём говорю. У оборотня дети могут быть только от человека или оборотня. Людей здесь что-то не наблюдается, а оборотень…

Увидев замешательство, на лице своего собеседника я продолжала:

– Как ни стыдно, пьяный Рог это знает, а ты нет. И этот слух скоро все забудут. Должны же они понять, что этому фавну верить нельзя. Но лично я сегодня посмеялась от души.

Конечно, на счёт физиологии оборотней я соврала. Оборотни скрещиваются со всеми, кроме вампиров и духов. Но это вызвало бы ещё больше подозрений.

– Ладно, извини, что подозревал – наконец проговорил Гром, почесав затылок. – Я просто… ем… испугался. Я очень злюсь, когда только представлю тебя с кем-то, кроме меня. Прости, но я вряд ли смогу тебя кому-то отдать.

– Так и не отдавай, – улыбнулась я. – Других оборотней всё равно нет, так что я всегда буду твоей.

– Анфа, – он стал, на удивление, серьёзным, – может, всё-таки попробуем отучить Рога от таких сплетен? Может и смешно, но другие верят.

– Я за, – хихикнула я. – Зацепишь волка – попадёшь на клыки. А два волка – число клыков удваивается.

Ночью, как и ожидалось, это существо ещё торчало на улице. Со способностями оборотня ничего не стоило подделать блеяние девушки-фавна, на которое поддатый Рог побежал, как пчёлы летят на мёд.

Но каково было удивление этого Дон-Жуана, когда вместо девушки он нашёл двух злобных волков. Не хочу долго рассказывать, но в общем, мы хорошо поиграли ему на нервах. До потери сознания…

Вернулись в замок, а остальным сказали, что наш Рог ходит во сне. Не будили, ведь лунатиков будить нельзя. «А к утру, когда поймёт, вернётся сам,» – решили мы.

Да, вернулся. Обвинял меня и Грома каннибализме, ведь мы пытались съесть его, и прелюбодеянии, а всех остальных в хронической слепоте. Это было что-то. Не помню, когда последний раз так смеялась, даже смех после его пьяного бреда не мог сравниться с этим.

Глава 32 Спасённая

Всю зиму нам пришлось жить в этом замке, которым управлял тот старый ангел. Как ни странно, никто не высказывался против такой жизни, ведь мифы здесь могли жить спокойно, не боясь каждый день за свою шкуру и не сражаясь, чтобы доставить удовольствие богачам. Хотя мне и Грому было не по себе, мы молчали, боясь осуждения со стороны остальных. Моё сердце всё ещё иногда болело, но не так сильно и я уже знала, как остановить эту боль.

А теперь главное: 23 марта я проснулась без сил и в человеческом теле, в котором я уже давно не спала. Всё тело болело, особенно сердце. Я не могла превратиться, всё внутри будто резали сверкающие льдом ножи, когда я пыталась поменять форму. Что же это такое? И ещё то, что больше всего напугало, когда боль немного утихла и я снова приобрела способность думать: я не могла вспомнить, что было вчера. Даже каких-то смутных обрывков не осталось в памяти, как это обычно бывает. А тут ничего! Совсем!

Единственное, что мне удалось узнать: меня видели рано утром, когда ещё было темно и почти все спали. Я шла куда-то в подвал замка, спускалась всё ниже и ниже. Но что было там? Ласка сказала, что меня нашли вечером в лесу без сознания. Какая в этом связь?

Конечно, посмотрев на это из следующей жизни я всё поняла и вспомнила часть того, что было там, того, что видели мои глаза…

Я не хотела идти, но меня как будто тащила какая-то неведомая сила. Она была сильнее: не давала выбраться, не давала превратиться, не давала кричать. Я в ловушке! Сердце и ужасной силой колотилось внутри, но почему-то не болело. Тогда, слыша эти удары, чувствуя их внутри себя, я отчётливо понимала, что во мне бьётся камень вместо живого сердца…

Они все были там, в подвале. Все четверо тех, кто сделал моё сердце таким. «Мне конец! – промелькнуло у меня в голове. – Они не просто так стёрли мне помять о тех опытах».

Они ничего не говорили или я просто не слышала. Меня бросили в центр ритуальной тетраграммы на полу, как провинившегося раба к ногам его хозяина. А дальше… острая боль одновременно и холодной, и горячей иглой пронзила сердце и я снова провалилась в пустоту…

Я проснулась в лесу, пели птицы и стрекотали в траве кузнечики, а где-то в чащу кричала большая птица. Кругом цвело лето и пахло почему-то сиренью, которая и в этой и в прошлой жизни была моим любимым цветком.

Встав и осмотревшись, я вспомнила то место. Как же я давно там не была! Сквозь до рези в глазах яркие зелёные кусты я выбралась на поляну. Этого не может быть! Там были все, кого я потеряла почти семь лет назад. Они все были живы, они встретили меня с распростёртыми объятиями.

– Наконец-то ты вернулась домой, – улыбнулась мама.

Я обняла её и заплакала от нахлынувших чувств.

За её спиной я увидела приближающегося к нам Глеба, того предателя, которого я когда-то «любила», хотя сейчас я бы не назвала то, чувство любовью. Я отпрянула от матери:

– Что ты тут делаешь!? – зашипела, глядя на него.

Но он добродушно улыбнулся и развёл руками:

– Извини, при жизни я много не понимал.

– При жизни? – прошептала я и мгновенно вспомнила ту трагедию.

– Да, Анфа, – кивнула мама. – Мы все здесь мертвы и пока не пришло наше время переродиться.

– А я?

– Ты ещё нет, – моя мать покачала головой.

– И твоё время ещё не пришло, – добавил отец, внезапно оказавшийся рядом.

– Тебе осталось не так долго, – тяжело вздохнула моя подруга, которая выглядела такой же маленькой, как и тогда. – Скоро ты к нам присоединишься.

– Но сейчас ты должна пожить ещё немного и кое-что для нас сделать, – закончил Глеб.

– Но что?

Сон начала растворятся. Лица родных превратились расплывчатую цветную думку.

– Что я должна сделать? – прокричала и в надежде, что они могут ещё услышать.

В ответ только тихий шёпот:

– То, что ты сама хотела сделать последние годы…

После того, как боль утихла, в моей памяти остался только этот сон. Всё, что было до него в тот день, оказалось стёрто начисто. Но вскоре всё это благополучно забылось. Наверное, это даже к лучшему…

Когда, снег, который в этом году держался достаточно долго, уже окончательно сошёл и я, вспомнив, что у меня есть зачатки способностей духов, стала тренироваться в телекинезе. Примерно за неделю я неплохо научилось поднимать и управлять в воздухе некоторыми небольшими предметами и даже метать ножи точно в цель. Как ни странно, получалось делать это только в человеческом теле, хотя движения руками были вовсе необязательны. Наверное, просто духи больше похожи на людей, чем на животных.

Я прекрасно знала, что должна теперь сделать и ничуть этого не боялась, просто нечего уже терять, если знаешь, что скоро умрёшь.

– Привет, – улыбнулся мне Гром, встретив в лесу недалеко от замка. – Опять тренируешься? Зачем тебе это? Просто спросить всё время забывал. Ты всегда так увлечённо занимаешься.

– Для того, что я хотела сделать ещё до нашего знакомства, но думала, что это будет неправильно, – говорила я, заставляя небольшую ветку с тремя листиками крутить пируэты в воздухе.

– Не говори загадками.

– Просто я хочу убить того, кто объявил на нас охоту, из-за кого всех наших убили, – не отводя взгляда от ветки и без эмоций, говорила я.

– Понимаю, – вопреки моим ожиданиям сказал он. Я думала, что бывший человек сразу начнёт меня отговаривать. – Тогда я с тобой.

– Что? – ветка упала на землю. – Ты? Зачем? Я сама справлюсь!

– Я одну тебя не отпущу! И точка! Я люблю тебя больше, чем просто сестру, поэтому даже не думай делать это одна, – он подошёл ближе и добавил: – А теперь расскажи, почему именно сейчас.

Скрывать мне не хотелось, так что…

– Я кое-что помню с того дня. Сон. Один только сон. Я видела деревню оборотней, всех своих родных, которых убили тогда.

– Они сказали тебе отомстить?

Я кивнула.

– Ну, тогда я точно должен помочь, – он улыбнулся, как будто мы обсуждали что-то весёлое, а не жестокую месть. – Я ведь тоже оборотень…

В течение следующих нескольких недель мы втайне от других готовили свой план, я тренировалась, пока не видел никто, кроме Грома. Всё было готово 21 июня.

Мы выследили княжеских охотников во главе с самим князем, первым издавший закон о мифах. Теперь поквитаемся!

Найдя укромное место среди густых зарослей дикой малины недалеко от привала охотников, мы переоделись, ведь, если мы показались среди мифов в такой одежде, сразу же возникли бы вопросы. Я одела длинное грязное изодранное платье, растрепала руками волосы и даже немного поцарапала руки для большей убедительности. Гром же нарядился настоящим разбойником. Начинаем!

Я с криками бросилась бежать в сторону лагеря.

– Стой, зараза! – ругаясь, орал мне в след новоиспечённый разбойник.

Выбежав на поляну, где и сидели охотники, я специально упала, зацепившись о собственную ногу. Мой преследователь, как ему и полагалось, сбежал через ближайшие кусты, чтобы было больше шума.

– Что с Вами? – бросился ко мне один из охотников. Я всхлипывала, пытаясь изображать облегчение от недавнего испуга, хотя мне и было в тот момент страшнее, чем до него. Давно я не была в человеческом облике среди такого количества людей.

– Я… я… меня похитили… – всхлипывала я почти после каждого слова. – Разбойники… они увезли… далеко… теперь… теперь, я не знаю, как вернуться… помогите, мой отец… у него есть деньги… он… отблагодарит.

– Тише – тише, юная леди, – ко мне подошёл сам князь и присел рядом. – Не беспокойтесь на этот счёт, как будто я похож на человека, который ради денег спасает несчастных девушек.

В этих словах я услышала похотливый подтекст. Всё-таки, слухи не лгали. Князю очень нравятся такие девушки, как я в человеческом облике.

Попасть в замок под видом спасённой в лесу девушки было довольно просто. Как хотелось, чтобы так было и дальше.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю