Текст книги "Тайна архангела (СИ)"

Автор книги: Лиля Ветрова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 45 (всего у книги 46 страниц)

Сергею хотелось посмеяться, и он посмеялся бы над всесильной поистине степенью трусости. Но глубоко в сердце ему было не до смеха. Потому что ему самому было страшно. На следующий день он не знал, как поднять глаза на Варлаама. И лишь пережив несколько томительных смен, понял, что мстить начальник вроде не собирается. Сергей останавливал себя на мысли, что его в дрожь бросает при малейшем шорохе на темной улице. Что он пугается порой движения собственных ног, думая, что Жанна решила с ним покончить. Еле-еле Сергей смог сам себя убедить, что Варф не пошлет за ним карателей. Постоянно сопровождаемый сковывающим разум железом, бывший ангел сознавал, что он стал таким же малодушным, как и все его коллеги. И это было неизбежно.

Возможно, Варлаам и сам боялся, поэтому и не шел на столкновение…

– Вот инструкция… Изучи, пожалуйста, мы после обеда собираемся. Я главная, если ты не против, – Сандра дала Сергею лист бумаги. Он увидел, как неуверенно двинулось женское запястье.

– Спасибо. Я не против, – проговорил Сергей. – Мне приятно с тобой работать.

Радость, мелькнувшая в ее глазах, жалобная и нежданная, поразила его в сердце.

– Спасибо… – шепнула она в ответ. – Я в два буду на месте…

Не зная, что еще сказать, она не решалась уйти и не решалась остаться. Наконец она произнесла пока и хотела отойти.

– Это… Сандра, – остановил ее Сергей, словно что-то вспомнил. – Ты… Прости меня за то, что я тебе брякнул в первый день. У тебя совсем не кривые ноги.

– Спасибо, – молвила она только губами. И сдержав улыбку до того, как отвернется, покинула его.

В каждом из них жил алан местного значения. Но когда приходили аланы настоящие, туземные красавцы бесславно капитулировали перед чужой силой…

* * *

Модные розовые кеды коснулись уличного асфальта. Сандра приземлилась на окраине города в окружении демонов отряда. Ее глаза остановились на малоэтажном перекосившемся здании. Их цель.

– Рассредоточиться по дому, – молвила начальница операции. – Каждый берет на себя две квартиры, как распределились. Если будете не справляться, кричите подмогу. Саша, Олег, Катя, вы на стрёме. Если припрется небесный легион, сразу линяем. Надеюсь, до каждого дошел создаваемый нами образ. Включите в него всех жильцов как можно быстрее и бегом на улицу, будем собирать.

«Собирать»…

Сергей, щуря глаза, выслушал последние наставления Сандры. Удивительно для ада: женщина командует мужчинами. Но в этом отряде даже Варлаам не побоялся признать всю бездарность искусителей-мужчин по сравнению с демонами-девушками.

Галопом продираясь сквозь метнувшуюся к зданию толпу, Сергей влетел в подъезд. Секунда на то, чтобы оглядеться. Впереди разваливающаяся лестница, гора пыли и ободранные перила. Ему было на четвертый этаж. Молниеносно Сергей побежал наверх.

Их мишень – аварийный дом, почти бараки. Жалкое пристанище обманутых на рынке недвижимости семей. Убогая хата тех, кто боялся потерять и ее и остаться с детьми на улице. Постоянный страх того, что в один прекрасный день обрушатся стены и упадет на голову потолок. Это была Россия. Только Сергей не узнавал этот город.

Его глаза сверили номер квартиры. Плечом вперед он просочился сквозь обшарпанную деревянную дверь, которую мог элементарно вышибить ногой любой средний парень. Миновав узкий коридор, Сергей вошел в комнату.

На кровати, теснясь к стене, сидела молодая женщина с младенцем на руках. Ее лицо было опущено, взгляда Сергей не видел. Казалось, его старания здесь были излишними.

На другом краю покрывала был ангел-хранитель. Ангельская дева. Завидев демона, она встала ему навстречу, пытаясь хранить мужество.

– Отойди. Она моя, – сухо произнес Сергей.

– Изверги. Вы ответите, – с сердцем проговорила светлая девушка.

– Мы уже ответили, – Сергей отозвался потухшим взором исподлобья.

Девушка ничего не сказала. Она отвернулась и отошла к стене, отгораживаясь от него невидимой стеной. Там, где люди уже давно не верили в иную мощь и теряли опору под ногами, ангелы были бессильны против иллюзии будущего страха.

Сергей не стал ждать и, сжав губы, приблизился к юной матери. О, как он мечтал сейчас иметь дело с мужчиной, но перед ним снова были женщины…

– Быстрее, быстрее! – торопила Сандра. – Скорей же, вы что уснули, бездна вас подери?! – она стояла во дворе и криками подгоняла демонов, нервно озираясь по сторонам. Солнце уже притронулось к линии горизонта, надо было успеть закончить задание. В любой момент могли налететь воины Михаила.

Сергей выбежал на крышу здания и, оттолкнувшись от карниза, полетел к своим. Зависнув в воздухе, демоны отряда страха перед будущем сливались в воронкообразном хороводе, зацикливая атмосферу против часовой стрелки.

– Сергей!.. – в смешавшихся лицах он угадал Сандру.

Бывший ангел кинулся к ней, пытаясь занять свободную нишу между телами. Вынужденное прикосновение корпуса, нервический выдох и холодная ладонь рядом, Сандра направила его плечо в общий такт, и круг завертелся, набирая обороты.

Полтора десятка черных силуэтов превратились в невидимую воронку.

Никто не ощущал своих конечностей. Все закружилось, соединяясь в единый механизм. Сергей пытался осмыслить, что с ним происходит, но не мог. Организм словно растаял среди остальных, мозг влился в разум отряда, а чувства атрофировались, уступая место лишь одному инстинктивному желанию – существовать. Отряд превратился в сопло насоса, высасывающее энергию через подключенные к нему сердца.

Он готов был поклясться, что прошел час с лишним. Когда круговорот замедлил ход и спустился на землю, солнце было далеко за горизонтом. Сергей не слышал голосов коллег. Или же все просто молчали. Безразличны были женские лица, телесно ощутимые рядом.

Стоя в массе и отделившись от всех, он был окутан земным воздухом, чувствуя, что не может впустить его в себя. Минуты истекают и, увлекаемый всеми, он идет домой.

У Сергея не получилось сосчитать, сколько перед ним возникло невнятных картинок. Тело путалось в догадках града прочувствованных им эмоций. Проносясь в танце молчаливых терзаний, он различил сотни оттенков страха, тысячи нот ужаса, криков каждой клеточки пойманного на крюк тела. Волнение, депрессия, остолбеняющие кошмары…

Десятки стрел вонзились в своих жертв. Связывая сидящих по отдельности людей, выткали целую паутину массового психоза. Отчаяние овладело ими, и ничто не способно утешить: они уже видели, чувствовали, как будто это уже случилось. Они знали, что это неизбежно.

Сергей выстрадал вместе с ними все. Он шагал, плавая по волнующимся фантомам. Они вернулись в ад, приземлились на равнины. Кто-то о чем-то говорил, что-то спрашивала у него Сандра. Но Сергей не запоминал, что ей отвечает.

Стадом вышли на главную площадь. Он смотрел под ноги. Тело горело холодными угольками, черная кровь жилками трепетала в висках.

Зарплата. Еще слова. Какие-то слова. Не видя лиц, он прощается и ковыляет к себе.

Паника. Уныние. Смерть еще до смерти. Обреченные люди, они должны были переживать одно и то же множество раз, прежде чем это произойдет. Созерцать картины, сочные, яркие, настоящие. Падающие стены вместе с разрушенной жизнью, наступившие холода вместе с продрогшими душами детей. Чувствовать снова и снова, как погибает надежда. Никому не было дела, никому. Глотать повисшие на языке фразы. Уходить в безверии слов.

Сергей вспомнил ангельскую девушку. Ужели кто-то думает, что демонам так легко дается то, что они делают?.. Что, кто-то считает, что к этому можно привыкнуть?..

Теперь он не страшился остаться равнодушным, понимая, что можно только смириться, приучить же тело не сжиматься от собственного ужаса – никогда. Никому такое не удалось, он узрел это сегодня.

Сердце Сергея благословило тот факт, что Виолетта сейчас дома в безопасности и не видит всего этого. Если бы она тоже работала, это было бы слишком для них двоих. Сергей болел людским кошмаром, бьющимся у него внутри выданным вознаграждением. И он не мог об этом забыть.

Вспотевшая ладонь дернула ручку двери. Сергей придержал рукой карман рубашки. Там у него лежал маленький тусклый цветочек. Он сорвал его сегодня днем на Земле для Виолетты. Тогда он еще не ведал, чем обернется для него вечер. Сейчас цветок вял на глазах, и Сергей хотел успеть подарить его, чтобы Вика хоть чуть-чуть насладилась этой чуткой красотой.

– Виа, привет, я пришел, – промолвил он с порога. – Виа?..

Привыкшие глаза легко разгладили темноту. Ошеломительно, в этот вечер никто не бросился к нему на шею, никто не обнял, не поцеловал, не сказал: я скучала.

Сергей непонимающе остановился посреди комнаты. Виолетта лежала на кровати, уткнувшись лицом в скомканную подушку. Она не ответила на его приветствие.

– Виа, что с тобой?.. – минутное замешательство сменилось на пробирающий внутренности предчувствующий страх. Ощущая, как в горле застревает комок, Сергей кинулся к постели.

Нет, нет, за что ему это… Его колени примяли покрывало, рука легла на узенькую спину, лицо заглянуло сквозь спутавшиеся волосы маленькой травяной феи. Сергей увидел, как Виолетта вздрагивает, силясь остановить приступ рыданий.

– Вика…

– Не трогай меня, умоляю!.. – Виолетта метнулась в сторону, уколотая прикосновением. Она не подняла глаз, тяжело дыша сорванными от плача ребрами.

– Виа, ты что?.. – не понял Сергей. – Это же я, твой муж… – он повторил попытку сблизиться, но она дернулась словно в судороге.

– Нет… Не трогай, не подходи, прошу… – ее умоляющий голос слился с безутешными слезами. Виолетта уперлась ладонями в одеяло. Лицо ее утратило какие-либо очертания, превратившись в одно мокрое пятно.

– Ты что, маленькая?.. Я что-то не то сделал?.. Ты не хочешь меня видеть?.. – не находя причины, начал расспрашивать Сергей. А у самого сердце опустилось. Было ведь то, что сделано не так. Как у любого, кто лгал.

– Нет… – едва слышно ответила она.

– Не хочешь?..

– Нет, ты… не при чем тут, – различил он. – Господи… Я умру сейчас… – простонала Виолетта.

– Вика, родная, не пугай меня так. Скажи, в чем дело?.. Что тут без меня случилось?.. – Сергей пробрался к ней ближе. Его ладонь накрыла комкающие покрывало пальцы. Глаза, не отрываясь, смотрели в ее лицо.

Виолетта чувствовала этот взгляд, и от этого ей, казалось, было еще хуже.

– Ты убьешь меня… Ты никогда не простишь…

– Виа, о чем ты?.. Что могло случиться, чтобы ты так говорила?.. Расскажи мне, иначе я не смогу тебе помочь…

– Мне никто не сможет помочь…

– Но почему?.. Сколько раз я тебе помогал. Может быть, мы опять сможем что-то придумать вместе?.. – Сергей проследил отведенный взор. – Вика… Ты меня сейчас доконаешь. Я уже не знаю, что мне думать, отчего ты так рыдаешь. Расскажи скорее, в чем твоя беда. Я обещаю выслушать все спокойно и найти способ, чтобы разрешить все проблемы…

– Не обещай… Не обещай ничего. Ты итак слишком много обещал.

Виолетта решилась на то, чтобы наконец посмотреть на Сергея. В его зрачках отразились загнанные глаза. Столь веселая и радостная в последнюю неделю, Виа вновь была раздавлена.

Сергей не выдержал убитого вида и, испытывая щемящую боль в груди, обнял жену.

– Малышка, ну что ты?.. Дорогая моя девочка… Разве можно так себя мучить?.. – проговорил он. Взгляд объял нежнее, чем руки коснулись плеч.

– Можно сильнее… – тихо молвила Виолетта. – Я… все скажу тебе…

– Скажи…

– Сереженька, я ведь… Я, – Виолетта с дрожью вздохнула. Слова не шли с языка, и она переборола желание обычного свого признания в любви, чтобы ответить на его вопрос. – Сережа, я изменила тебе.

До его мозга не сразу дошел смысл бессмысленного набора звуков.

– Что?.. Что ты сказала?..

Ладони мгновенно отступили, невольно прерывая ласковые объятия.

– Я изменила тебе, – повторила Виолетта. – Я изменила тебе с двумя элитными воинами первой армии.

Веки моргнули, очищая глаза от повисшей пелены. Сергей был повержен в ступор.

– Как… это случилось?.. Они изнасиловали тебя? – пробормотал он поменявшимся голосом.

– Нет, я сама, – прошептала Виолетта. Ее взгляд прилип к кровати.

– Сама?.. Как… это… сама?..

Виолетта поняла, что он не верит. Не может поверить тому, что происходило наяву, как в фильме ужасов.

– Я не знаю, как это случилось… Ко мне постучали… Я думала, это ты…

– Они что, ворвались в нашу комнату?! – воскликнул Сергей. – Они угрожали тебе?! Требовали что-то?!..

– Нет же, я говорю: нет! – Виолетта схватилась за лоб. – Ко мне пришла женщина!.. Она сказала, что хочет видеть тебя!.. Я ответила, что ты на работе, тогда она…

– Женщина?.. – перебил Сергей, чувствуя, как тело покрывается пόтом. – Какая женщина?..

– Я не знаю! – мучительно откликнулась Виолетта. Теряя всякое терпение, она начала быстро объяснять: – Она сказала, чтобы я шла за ней. Привела меня в какую-то комнату, посадила за стол… Она посмотрела на меня, как на убогую, и сообщила, что я должна тебя оставить в покое. Потому что ты любишь ее, и она уже давно твоя любовница. А ко мне ты приходишь только из жалости. Я разрыдалась. Тогда она стала успокаивать меня, налила мне стакан чего-то… Я выпила… и… я перестала соображать… Потом откуда-то появились эти двое… Они… подошли и сказали, что позаботятся обо мне и что…

– Замолчи!.. Я не хочу слышать!.. – выпалил Сергей. – Почему ты пошла туда?! Что это была за женщина?! Говори!..

– Я не знаю! – от испуга у Вики перехватило дыхание. – Она была высокая, с длинными волосами… По-моему, эти двое назвали ее Жанной …

Лицо Сергея исказила гримаса нечеловеческого бешенства.

– Сука! Вонючая шлюха!..

Его кулак опустился на спинку кровати. Виолетта в ужасе отшатнулась к стене, во все глаза глядя на то, как он ее сейчас ударит.

Но Сергей не стал бить. Чуть не кувыркнувшись на пол, он вскочил с кровати и беспорядочно задвигался по комнате.

– Дрянь!.. Грязная сволочь!.. – процедил он сквозь зубы. – Я убью ее своими руками!..

– Ты ее знаешь?.. – пискнула Виолетта. Ее грудь вздрогнула, она уяснила, что проклятия адресованы не ей.

– Знаю, черт ее возьми! – вскричал Сергей. – Она – любовница Варфоломея! Уже месяц ко мне домогается!..

– Любовница?.. К тебе?.. – губы Виолетты застыли.

– Да, любовница! Ты что, не знала?! Эту шваль в аду знают все! – крикнул Сергей. – Как ты могла за ней пойти, я спрашиваю?! Как ты могла поверить в эту ересь?!..

– Я не знаю!.. Я не знала ее! Я испугалась за тебя! – руки Виолетты вцепились в подол платья.

– Испугалась?! И поэтому пошла с ней?! Как ты могла поверить, что я тебе изменяю?! Ты думаешь, я тебе врал, да?!.. Думаешь, что я от любовницы каждый день прихожу уставший как собака?! Может, это она на мне пашет как на лошади?! – накинулся он на жену.

– Откуда я знала?! Она такая красивая!.. Я только потом поняла, что она врет! Я умереть хотела, когда она после всего призналась, что пошутила и велела передать тебе привет!.. – в отчаянии воскликнула Виолетта.

– Привет? – рот Сергея перекосило. – Нет, мне надо было сразу умереть!..

Рука Сергея достала из кармана увядший цветок и безжалостно порвала его на части. Кусочки лепестков полетели на пол, и он со злостью наступил на них ногами. Не имея мочи выдержать этого зрелища, Виолетта вновь расплакалась. Она никогда не видела Сергея таким. Он словно потерял всякий контроль.

– Какая же дрянь!.. Как я ее ненавижу!.. – произнес Сергей, вкладывая в слова самые страшные чувства. – Господи, зачем мне на пути повстречались женщины?!..

– Сережа, прости меня… – взмолилась Виолетта.

– Простить?.. – он перевел на нее посуровевший взгляд. – Я-то прощу. Вот только что это изменит?..

Он опять зашагал по комнате. Виолетта сквозь слезы следила за ним.

– Любовь!.. Верность!.. – саркастично проговорил Сергей. – Какая прелесть!.. Какой прелестный бред!.. Для такого идиота, как я!.. Нет, не просто идиота, а идиота, который еще и хорохорился, как облезлый петух!.. Моя любовь, она есть!.. Бездна возьми, как она была права!.. Ни черта в этой дыре нет, кроме паршивых элитников и вонючих сил!..

Сергей остановился у стола, его взгляд ненавидяще устремился на изображающую рай салфетку.

– Впрочем, как это: ничего?.. – промолвил он, рассуждая. – Еще мокрицы и мрак. А еще Жанна… И моя привязанность к этой жизни…

Виолетта молчала. Сергей ощущал, что его сейчас разорвет пополам от неуемной злобы. У него тряслись руки, настолько хотелось пойти и свернуть шею этой Жаше, этой женщине, которая была совсем как мужчина. Он ненавидел ее сильнее чем Князя, чем работу, больше весь этот мир.

И тем более была ярость Сергея, чем яснее он сознавал, что виноват во всем сам. Какой черт дергал его за язык кичиться своей любовью, когда он знал, что никакой любви у него нет? Какой дьявол заставил перед ней выпендриваться, как пацана, своей несчастной Виолеттой, которая готова была свалиться от любого искушения, как осенний лист от дуновения ветерка?..

Сергей мечтал зарезать себя и всех остальных. Внезапно мысль, что она отказала ему и отдалась двум зверям-ублюдкам, добила его с плеча.

– Мрак, какой же я болван – выговорил он, приваливаясь плечом к стене. – Создал себе сказочку про ангельские крылышки и верил, что смогу жить как ангел, что смогу доверять кому-то, дружить, радоваться, надеяться!.. Бездна, какой же я был дурак!..

– Сережа, прости меня! – вновь окликнул его голос Виолетты. – Сама я никогда себя не прощу, но ты прости!.. Я знаю, что я никчемная тварь!.. Но ты остаешься ангелом!..

– Хватит ругать себя последними словами, – ответил Сергей. – Здесь все мы твари. И я в первых рядах. Никакой я не ангел, я проститутка Князя. И ничего с этим не сделаешь.

– Это неправда!.. Слышишь, неправда!.. Я знаю, ты лучше всех!.. – воскликнула Виолетта. – Я люблю тебя!..

– Оставь эту блажь, Виа, – его слова прозвучали сухо и резко. – Нету у нас никакой любви. И не было никогда. Ты просто придумала себе рыцаря, который спас тебя с помойки, вот и все. И я с какого-то перепоя поддержал эту ересь. А кольца наши можешь отнести на свалку. Прямо сейчас.

– Ты никогда не говорил так жестоко, – негромко отозвалась Виолетта.

– Мир вообще жесток.

Это была точка. В полумраке комнаты шуршали неведомые насекомые, а с улицы призраком доносилось поскрипывание камней.

– Пропади все пропадом… – прошептал Сергей. – Сгинь все к черту… Все, не могу больше… Окончен бал… Пусть заберет меня эта бездна, пусть они делают со мной все, что хотят, если Бог хочет этого для меня, если Он вообще помнит, что я есть…

– Сережа, не говори такие вещи!.. – вмешалась Виолетта. – Не сдавайся, прошу тебя! Я виновата перед тобой, но ты не должен все бросать из-за меня!.. Хочешь, я уйду прямо сейчас! Ты только продолжай бороться! Ты сам говорил, что надо бороться и тебя простят!..

– «Простят», – криво усмехнулся Сергей. – Говорил… Я много всякой ерунды говорю – это мой главный недостаток. Кто меня простит, если я служу дьяволу?.. Наверное, если только сам Самуил. Здесь нет Бога, Он не слышит меня. И я не слышу Его. Во мне уже давно ничего нет, кроме холодной пустоты и собственной грязи. И я ничего не чувствую: ни слов, ни объятий, ни даже уже боли. Что ж, пусть я провалюсь в это до конца, если так надо…

– Сергей! Нет! Ты слышишь?!.. Я тебя слушала, теперь ты послушай меня: не смей так говорить!.. Не смей отказываться от себя!.. Бог есть!.. Он помнит всех нас, любит и ждет!.. Ангелы ждут тебя на небе!.. – Виолетта отодвинулась от стены и сползла на край кровати.

– Особенно Михаил… Который даже слушать меня не стал… – стеклянно молвил Сергей.

– Что ты говоришь?! Ты же сам ничего не объяснил ему, почему?!.. Почему ты мне не говорил никогда, что тебе плохо?! Может быть, я дура, но даже дура поймет самые простые чувства!..

Она убеждала горячо. Уперлась вдруг рогом, всегда мягкая, как теплое масло, девица. Они были сумасшедшие, эти женщины.

– В бездну понимание. Все в бездну. Ничего больше не хочу, – ответил Сергей, не поворачивая головы.

– Не хочешь?!.. Значит, по-твоему, все, что было, это бред, да?! Да ты… хоть представляешь, – Виолетта задохнулась, – сколько страданий ты сейчас добавляешь в общую чашу?!.. Неужели неправда – все, что ты говорил?.. Каждый раз, когда обнимал, когда успокаивал, все, в чем клялся?! Когда произносил, что любишь?… Нет, Сережа, я тебе не верю…

– Поверь… Увы, я врал, – ответил он с безразличием.

– Я не верю! Слышишь? Не верю! – Виолетта разбуянилась, как когда-то на равнинах. – Я знаю, что я люблю тебя и ничто не в силах это изменить! Твои слова не в силах изменить то, что я чувствую! Никакое это не вранье!.. Разве может быть ложью огонь, который горит у меня внутри?!.. Твой голос, который я слышу теперь вместо ночных кошмаров?!.. Огненные ангелы, которые являются мне, когда я закрываю глаза!..

– Сны… всего лишь сны… – Сергей прикрыл глаза светлыми кончиками ресниц.

– Они летают и оберегают меня и тебя, – не обращая внимания на его реплики, продолжала Виолетта. – Я вижу их каждый раз, когда обнимаю тебя. Когда ночью просыпаюсь и знаю, что отныне все стало по-другому навсегда. Когда утром ты лежишь рядом и спишь. И когда тебя нет, они приходят, чтобы утешить. Я чувствую их. Светильники горят у них в руках. И ничто не сможет погасить пламя, которое они зажгли в моем сердце…

– Светильники… – пробормотал Сергей. Он слышал ее будто с далекого колодезного дна, тихо вдыхая убитый страстями воздух. – Какой может быть светильник… Фонарь… что ли…

Голубые глаза сощурились.

– Погоди… как ты сказала?.. – непредвиденно, как архангельская искра, в его голос вернулась осмысленность. Сергей широко открытыми глазами посмотрел на супругу.

– Что я сказала?.. – безнадежно переспросила она, исчерпав, видимо, весь лимит увещевания бронированных сердец.

– Светильники ты сказала? Как они выглядели?..

– Обычные светильники… Масляные с фитилями…

Виолетта замолчала, поджимая губы.

– С фитилями… – повторил Сергей. – Масляные…

Он повернул голову, кося взгляд на салфетку. Ангелы… огненные… Уриила… со светильниками… с фитилями…

Дегенерирующее создание… Виолетта увидела, что Сергей бледнеет и, как тающий снег, сползает по стене.

Ее возглас ударился в самый потолок. Обдирая чулки, она кинулась перед ним на колени. Руки, белея, схватили похолодевшие щеки.

– Сережа! Родной, ты что?!.. – она заглянуть в затуманенные глаза. Сергей приоткрыл веки, но не увидел ее.

– Баран… – лишь смог вымолвить он. Его скулы тронула улыбка, лицо потупилось в пол.

Виолетта стала подручными ударами приводить его в чувства. Она принялась говорить быстро и возбужденно. Но Сергей не слышал ее.

Баран… Да, права была Диана про баранов… Но нет. Он, пожалуй, был целым стадом баранов.

Светильники Уриила. Вот оно, что раз и навсегда развеяло ужасы Вики, как дым. «Яко тает воск от лица огня…» Вот что указывает ей путь среди темноты, пока он бьет о камни свою глупую голову в поисках того, что стоит совсем рядом.

Сергея как в прорубь окунули, заставляя прийти в себя: он понял, что Виолетта не может ниоткуда знать о светильниках Уриила. Это были новые символы архангела любви, появившиеся от силы лет пять назад, причем маленькой и секретной партией для особо важных случаев. Сергей сам узнал о них случайно: из невольно подслушанного разговора Михаила и Агни. А Виа уж точно не могла раскрыть их существование, сидя здесь, в аду. Если только – он не мог в это поверить – не видела их сама.

Слепой!.. Они были на салфетке, эти ангелы со светильниками!.. И он их не заметил!.. «Очами не видят, ушами не слышат…» Но самое дикое было то, что он не замечал того, что происходило вокруг него. Как трудной шарадой увлекшись отыскиванием обманов и решением уравнений собственного греха, он не осознавал, что искрится в ее глазах. Того, как говорит она, как переменилась она. Так могла преобразить только любовь.

«Не уразумеют сердцем…» Безумец! Он был так самоуверен: считал, что настолько прав, что может ей не верить, что вправе обманывать и при этом обвинять в обмане ее!.. Клеветать, что она животное, которой нужно только одно!.. Конечно, какое рогатое животное признается, что может чувствовать она, когда не смог почувствовать он?!..

«Да не обратятся, чтобы Я исцелил их». Безумный гордец!.. Какое же безрассудство он изображал перед Жанной, внушая самому себе, что он сильный, когда на самом деле он был слаб, как колосок!.. Такое лицемерие, игра на публику, в то время как Виолетта работала всей душой над собой, внутри себя. Как он посмел лгать ей, ломать комедию перед искренней, беззащитной феей, которая верила ему и любила его всем сердцем?..

Виолетта… Вика… Боже… Она и вправду любила его… Господи… Бог… Он был рядом все это время, каждую минуту, лишь мыслию назови Его имя, и Сергей не желал этого видеть.

Неужели он думал, что для Бога преграда ад?.. Или Тому, кто создал все, указ Князь или стены преисподней?.. Или даже упрямство Сергея?.. Не под силу ли Единой всеочищающей Любви зажечься в любом сердце, которое этого хочет?..

Сергей направил взор в глаза жены.

– Поздравь. Лопата по сравнению со мной просто гений, – молвил он. И тихо засмеялся собственной шутке.

– Какая еще лопата?!.. Ты что, с ума сошел?! – всплеснула руками Виолетта.

– Да, сошел, – признался Сергей.

– Только мужа-психопата мне не хватало, – на придыхании прошептала она. Ее руки растерли слезинки и капельки пота. Пальцы вибрировали от пережитого стресса.

– Дорогая… – Сергей коснулся ее руки.

– Я думала, ты помереть решил, а ты ржешь как лошадь, – почти неслышно произнесла Виолетта.

– Как конь если… – исправил Сергей. – Здесь же нельзя помереть, ты знаешь…

– Кто тебя знает, ты на что угодно способен… – отозвалась Вика. Ее одолела внезапная слабость, и она опустила ладошки на прикрытые подолом колени.

– Виа, Виолетточка, милая… – Сергей заговорил с внезапной мягкостью. – Дорогая моя… Прости меня… Прости… Я только что говорил ужасные вещи… Я не знал… Прости… Я виноват перед тобой…

– Ты меня прикончишь своим поведением, – бессильно ответила Виолетта. Ее пальцы в изнеможении легли на лоб. Объятия Сергея тронули маленькие плечи, и она не сопротивлялась.

– Милая, любимая, родная, прости, – шептал Сергей, гладя ее по свисающим прядям волос. – Прости, прости мужа непутевого. Иди ко мне, я прошу тебя…

Не пытаясь возразить, Виолетта позволила ему придвинуть себя ближе, отдаваясь его рукам, как неизбежности своей судьбы. Сергей прижал ее к груди, бормоча бессвязные нежности. Она закрыла глаза, нервно ухватившись за его рубашку, и затихла немым доказательством того, что ее любовь была сильнее любых произнесенных сгоряча слов. Сергей сомкнул веки, его ресницы коснулись ее лица, а дыхание всколыхнуло пшеничные локоны Виолетты. Руки спрятали ее от всего здешнего мира, но, казалось, что они слишком слабосильны перед тем светом, в котором жила она.

В один момент померкло все, что было вокруг. Стены, ад, камни, мокрицы. Улетели в небытие суета и бессмысленная возня, безвылазно сидевшие в его разуме. Полегчал тяжелый воздух, в чистоте растворился смрад и поганые сплетения.

Сергей дернулся, когда снова узрел небо. Нервами и трепетом прошло оно сквозь тело. Не над ним были эти небеса. Они были вокруг него, в нем, и он был внутри него. Вместе ней. Они сидели, обнимаясь, вместе под миллиардом лучей золотистого солнца, окутывающего собой все, нежно прикасающегося к сердцу, осторожно ласкающего кожу. Солнце, и ничего больше.

Невообразимый покой, но вечное бурление ключа жизни, разумной, тонкой, прекрасной. Полнота всех красок в золотом луче. Погрузившись в него, Сергей всем собой ощутил успокоение и теплое расслабление. Он чувствовал, что мимо него сотнями тысяч парят другие ангелы, создания небесного ума, славят Бога в унисон голосов, тысячами таких разных и в сущности единых лиц.

В нем не осталось места ни для боли, ни для страха, ни для унижения. Сергей понимал, что все, что душило его в эти бескрайние дни, вдруг ушло. Всем разумом, всей душой и всем сердцем, он отдавал себя долгожданному Богу, отдавал себя ей, как она долгие часы и мимолетные минуты приносила ему себя в святом таинстве сердец.

Сергей увидел, как в небе зажглась россыпь алых ангелов. Бесконечные, как сама любовь, они летели звездопадом красных крыльев, женских платьев, пламенных волос, рыжих ресниц и разноцветных глаз. Мужские голоса вторили женским. В руках они несли огонь. Огонь в сердцах, огонь во взглядах.

Грудь Сергея в страхе застыла, когда он прочувствовал, как зажигается это пламя, как, горя сквозь тела, проходит во весь мир, не сжигая, но вбирая в себя всех, кто был создан. В Сергея вошел огненный шар, до экстаза охватывая сердце, желанно завоевывая его целиком. Он сгорал, и он не мог иначе. Ему хотелось кричать, хотелось метаться, но он сильнее стремился навстречу тому, что было теперь в нем. Он полыхал вместе с ней, нежданно ощутив себя и ее единым целым, единой плотью, которую уже нельзя было разделить. На губах застыл немой хрип. Глаза давило болью, сердце трепетно стучало. Криком из него вырвалось «прости» и утонуло в кипящей лаве безбрежного чувства, ненужное там, где слышит кожа и дыхание дышит одним лишь пламенем.

Сергей любил. Он снова любил одну ее, как всех остальных, и всех остальных, как одну ее. Его глаза раскрылись, широко глядя на этот мир.

– Какая уж там… Накрывшая лавина… – проговорил он.

– Теперь ты мне веришь? – на него в упор взглянули огромные черные зрачки Виолетты.

– Да, любимая, верю… Я люблю тебя, Виолетта. Я люблю тебя.

Сергею показалось, что он никогда не исповедовал свое сердце так честно и так просто.

Он испытывал то незабываемое, когда глаза женщины смотрят прямо и без страха, и тогда смущение овладевает мужским сердцем. Он на минуту потупился, не решаясь говорить дальше.

Бережно ладони скользнули по ее рукам. Сергей склонился к жене и очень нежно поцеловал ее в губы, как никогда никого не целовал, как не принято было у ангелов.

– Не знала, что ты так умеешь, – сердечно улыбнулась Виолетта.

– Я… только что научился, – ответил он.

Сергей смотрел в ее глаза. Теперь он смотрел на нее. И видел ее такой, какая она была. Своей любимой женой. И из ее прически по-прежнему торчала в сторону неуложенная прядка. Такая же непокорная, какой оказалась и сама Виолетта. Сергей взял ее пальцами и умильно облобызал.

– И давно ты увидела огненных ангелов? – спросил он.

– С самого первого вечера в этой комнате, – тихонько отозвалась Виолетта. – Когда ты разрешил мне остаться…

– Почему же ты молчала?..

Она не ответила, но Сергей распознал по ее взгляду. Сокровенность сердца, та любовь, о которой она говорила десятки раз. Но он ее не услышал.

Значит, она любила его с первого дня. Казавшаяся законченной адская демонесса, она просто поверила произнесенным им словам. Она доверилась ему, как ребенок. Не выискивая подвохов. Доверилась, как доверяют Богу, как отдают свою душу ангелу-хранителю. Чтобы отличить истину от лжи ищущему сердцу понадобилось одно мгновение. Он смог это сделать только сейчас.