355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Лилия Орланд » Люби меня через годы (СИ) » Текст книги (страница 3)
Люби меня через годы (СИ)
  • Текст добавлен: 10 декабря 2020, 18:00

Текст книги "Люби меня через годы (СИ)"


Автор книги: Лилия Орланд



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

9

Он перебежал узкую улочку, заставленную припаркованными с обеих сторон машинами, и бросился в кафе. К этому моменту Саша и её мама уже скрылись внутри.

Ярослав распахнул дверь и огляделся. Барановская сидела за дальним столиком, изучая меню. Её матери не было видно. Как зачарованный, Логинов подошёл и сел напротив.

Саша подняла глаза. Удивление быстро сменилось недовольством. Затем вновь вернулось удивление. Она подняла бровь и произнесла насмешливо:

– О-о, ты уже с ложкой, а мы ещё не заказывали.

Логинов опустил взгляд, в правой руке он действительно держал ложку. Забыл оставить в кафе, когда выбегал.

– Саша… – произнёс он, ещё не зная, что скажет дальше. Для него само её имя уже звучало музыкой.

Они смотрели друг другу в глаза и молчали. Между ними мелькало прошлое. Долгие годы разлуки кружились, рассыпаясь солнечными зайчиками по стенам. Могло ли всё быть иначе? А что если бы…? Никто из них не задавал вопросов, но оба об этом думали. Если и не сейчас, то долгими бессонными ночами, когда лежали без сна, глядя на одну и ту же круглую жёлтую луну за окном.

– Добрый день, Ярослав, – она подошла незаметно.

– Здравствуйте, Мария Григорьевна, – Логинов поднял голову, понимая, что занял её место, что ему сейчас придётся уйти, а он так ничего и не успел сказать.

Эх, почему Сашка не умеет читать мысли? Насколько тогда всё было бы проще.

– Я уже ухожу, извините, что помешал, – внутри закипала злость за своё бессилие, свою слабость, невозможность ничего изменить.

Дверь в кафе снова открылась. По чёрно-белой плитке пола зацокали давно не стриженые когти.

– Откуда здесь собака? Уберите собаку! – раздались испуганные голоса.

Ярослав обернулся. Его Герда летела прямо к столику, из-за которого он так и не успел подняться.

Чёрт, он уже второй раз забыл о своей собаке!

Она бежала к нему, но вдруг изменила движение и бросилась к Сашке, поставила передние лапы ей на колени, начав лизать щеки, нос губы, куда попадала.

– Герда, привет, – засмеялась Барановская.

Ярослав всё-таки поднялся из-за стола, чтобы уступить наконец место Марии Григорьевне и чтобы увести Герду на улицу. К ним уже спешили сотрудники кафе.

– Она тоже скучала по тебе, – произнёс он тихо, так, чтобы слышала только Сашка, и взял собаку за ошейник.

Больше не обращая внимания на крики официантов и администратора, Логинов вывел Герду на улицу.

Похоже, он только что упустил свой шанс. Ведь была и случайная встреча, и причина, по которой Сашка могла его не прогнать. Но теперь уже вмешались обстоятельства. Кажется, судьба не хочет давать ему второй шанс.

Только вот Логинов упрямый. И мнение судьбы его не волнует. Не сейчас так позже, но эту крепость он возьмёт. Ярослав был почти уверен, что у Сашки тоже остались к нему чувства. Её просто нужно немного подтолкнуть, а для этого им всего-то и надо ненадолго остаться наедине. Тогда он всё увидит и поймёт, есть ли у него шанс.

А сейчас придётся доесть свой уже наверняка остывший суп.

– Ярослав… – раздалось сзади неуверенное. – Подожди…

И Логинов замер, как будто вмиг превратился в недвижимую статую. Ему не послышалось? Это ведь не мираж? Неужели судьба передумала и решила исполнить его заветное желание?

Ярослав поворачивался так медленно, словно боялся спугнуть редкую птичку. Как та, что они видели на экскурсии в заповеднике. Сашка тогда снимала её в разных ракурсах, а Ярослав написал об этой неожиданной встрече. И их статья заняла первое место в конкурсе. Всё-таки кое-что у них двоих получалось отлично.

К тому времени, как он повернулся к Сашке, Герда уже успела подбежать к ней, радостно виляя хвостом. Барановская присела на корточки и гладила её серебристую шёрстку, сейчас сдобренную большой порцией седины.

– Извини за весь этот шум, – она кивнула на кафе.

– Сам виноват, надо было смотреть за ней, – он развёл руками, а получилось, что взмахнул ложкой.

Сашка улыбнулась, глядя на это. И Ярослав понял, что он и правда счастливчик. И судьба на его стороне, она точно даёт ему второй шанс. И на этот раз он его не профукает.

Надо только придумать, как остаться с Сашкой наедине.

– Была рада тебя видеть, Герда, – Барановская ещё раз почесала собаку между ушами и поднялась.

Сейчас она выглядела смущённой, словно тоже поддалась порыву и теперь не знала, что делать.

– Ну ладно, я пошла… – произнесла Саша неуверенно.

– Может, сходим куда-нибудь? – Логинов решил хватать быка за рога.

Её глаза на мгновение расширились и загорелись тем самым, памятным ему, светом. Но она тут же опустила ресницы и медленно покачала головой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Извини, не могу, у меня много дел.

Саша развернулась и пошла обратно в кафе. А Ярослав с Гердой стояли на прежнем месте и смотрели ей вслед.

– Ты видела, она почти согласилась? Оставалось совсем чуть-чуть.

Герда с сомнением чихнула, она была на редкость умной собакой. Кто ж знает этих женщин, что у них в голове…

В кармане Ярослава завибрировал телефон. Он посмотрел на экран и скривился. Вот только её сейчас не хватало. Сбросил звонок и поставил на беззвучный режим. С женой он больше говорить не желает, они всё сказали друг другу ещё там, в Москве. В их стильной квартире внутри Садового кольца, купленной на его гонорар. Теперь с ней будет разговаривать адвокат, Ярослав позвонит ему сегодня же.

Они с Гердой вернулись в кафе, из которого уже выглядывала официантка, взволнованная неоплаченным заказом и отсутствующим клиентом.

Всё пришлось заново разогревать, но Ярославу было всё равно. Он почти не чувствовал вкуса того, что ел, ведь Сашка почти согласилась.

По крайней мере, ему хотелось в это верить…

10

– Ты всё ещё любишь его? – это был даже не вопрос, скорее, утверждение.

Что?

С чего она это вообще взяла? Но под пристальным маминым взглядом я смутилась и опустила глаза, принявшись пристально рассматривать простой стеклянный соусник.

Ну как я могу ответить, если даже думать себе об этом запрещала на протяжении последних десяти лет. И когда его не было рядом, не думать было намного проще. Здесь же Логинов, словно нарочно, постоянно попадался мне на глаза. Ещё и суток не прошло, как я в Анапе, а он уже дважды перешёл мне дорогу. И этот дурацкий сон…

Тёма уже давно всё понимает и замечает. Он прекратил расспросы о папе, потому что видел, что мне это неприятно. С Севой они соблюдают нейтралитет, но я не рассчитываю, что когда-нибудь сумеют достаточно сблизиться. Они слишком разные. К тому же Сева говорит, что не слишком разбирается в детях, чтобы чему-то научить.

А мальчишке нужен авторитетный мужской пример. Имею ли я право лелеять свои обиды в ущерб собственному ребёнку? Или это шанс рассказать Логинову о сыне? И наконец их познакомить?

В общем, я совершенно запуталась…

– Конечно, нет, мам, – молчание слишком затягивалось, пришлось отвечать. Постаралась добавить уверенности в голос, чтобы не звучало слишком жалко.

Я отпила принесённого сока, показывая, что не хочу продолжать диалог. Не хочу спорить с ней.

О какой любви может идти речь, если десять лет назад по моей душе пронёсся лесной пожар, оставив после себя лишь обугленные пеньки и запах гари, до сих пор горчивший на языке?

– Мне кажется, он тоже к тебе неравнодушен. Не хочешь дать парню ещё один шанс?

Я подавилась, сок пошёл носом. Пока я откашливалась, проклиная свою идею прогуляться и зайти в это кафе, мама спокойно сидела и наблюдала за мной.

– Со стороны виднее, милая. А уж матери и подавно. – заявила она невозмутимо, пока я вытирала слёзы и пыталась восстановить дыхание. – К тому  же он отец твоего ребёнка…

– Мам…

К счастью, подошедшая официантка лишила меня необходимости отвечать. Девушка расставила деревянные доски с роллами, положила рядом приборы и тёплые салфетки, налила соевый соус в маленькие мисочки и пожелала нам приятного аппетита.

Всё это время мы молчали. А я подыскивала безопасную тему, которая не вгонит маму снова в пучину отчаяния и при этом не заставит меня давиться соком. Но она, словно прочитала мои мысли,

– Саш, ты взрослая женщина, решать будешь сама. Я не стану вмешиваться в твою жизнь, хотя и хочу, чтобы ты была счастлива. А твой Стёпа…

– Сева! – мама прекрасно знала, как зовут моего бой-френда, но почему-то постоянно забывала его имя.

– Он не тот, кто нужен вам с Тёмой…

– А Логинов, значит, тот?! – сорвавшись, я повысила голос, и люди начали на нас оборачиваться, поэтому продолжила уже тише: – Ты уже забыла, как он обошёлся со мной десять лет назад? Он предал меня.

– Саша… – но я не позволила.

– К тому же он женат. Я не буду рассматривать даже возможность подобных отношений.

– Твой отец тоже был женат, когда мы начали встречаться… – вдруг заявила она, и я ошалело уставилась на неё. – Он скрыл это от меня. К тому времени, как я забеременела, и мы решили расписаться, он уже развёлся. И я бы об этом могла никогда не узнать, но однажды эта мымра припёрлась в больницу, заявила, что она его жена и хочет его видеть… Серёжи не было на смене, и дежурная сёстра позвала меня. Представляешь моё лицо, когда мне заявили, что там пришла жена Барановского? – она горько усмехнулась. – Я тогда была молодая, горячая. Вышла к ней, намереваясь выцарапать глаза и выдрать волосы. А там стоит какое-то чучело. Она к тому времени уже вовсю пила и выглядела соответствующе. И пришла-то просить денег… Но, увидев меня, начала хорохориться, заявила, что Сергей продолжает с ней видеться, что у них любовь, а мы с тобой так, ради галочки… Дома он клялся, что всё давно в прошлом, что после развода в глаза её не видел. Но что-то во мне тогда надломилось. Ведь скрывал, молчал. Я поняла, что не могу ему больше верить, и подала на развод…

Мама замолчала, а я смотрела на неё во все глаза. Неужели мне только что поведали главную тайну и боль моего детства – почему отец от нас ушёл. Только оказалось, что он не ушёл, это мама выгнала его.

– Ты была права, когда говорила, что я не пойму. Тогда бы я и не сумела понять… – только сейчас, сама пройдя через предательство любимого мужчины, понимала мамин страх.

– А сейчас я об этом жалею, – она вдруг улыбнулась так снисходительно, словно знала теперь что-то ещё недоступное мне. – Действовала на эмоциях, наломала дров, лишила тебя отца… А главное, потеряла столько лет! Если он сейчас умрёт…

– Мам, мам, никто не умрёт! – я сильно сжала её руку. – Давай уже попробуем роллы. Смотри, вот это очень вкусно.

Я распаковала палочки и начала перекладывать ей на тарелку аппетитные кусочки. И сама сделала вид, что очень увлечена дегустацией. Не хочу больше говорить ни об отце, ни о Логинове. Слишком много информации, слишком много эмоций. Мне нужно всё это обдумать, чтобы не лопнула голова.

И всё равно, пока мы обедали, я то и дело посматривала на дверь, словно бы ожидая, что вот в неё вбежит Герда, а следом за нею войдёт и её хозяин…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Почему же всё так запутано?

11

Пока мы покупали продукты, маме позвонили из больницы. Операция прошла успешно, папу перевели в палату интенсивной терапии, пока он спит, но ближе к вечеру можно будет его навестить.

Мама засияла, как будто внутри неё зажглась новогодняя гирлянда с большими разноцветными фонариками. Я даже позавидовала ей – так любить мужчину. И тут же вспомнила её рассказ о папиной лжи. Почему с этими мужчинами всегда всё сложно?

Мы приготовили обед и заодно ужин, убрали дом, постирали гардины в гостиной. В общем, тянули время до вечера, как могли.

Наконец мама решила, что пора ехать в больницу.

– Он ещё спит после операции, – пыталась возразить я. Но маму было не остановить:

– Нет, он проснулся, я это чувствую.

И мы вызвали такси.

Папа ещё спал. Буквально за несколько минут до нашего прихода его отключили от аппарата искусственного дыхания. Он дышал ровно и глубоко. Грудь мерно вздымалась. И, как мама ни прислушивалась, никаких хрипов и других посторонних звуков не обнаружила. Сбоев сердечного ритма она тоже не заметила. И пульс был в норме.

Георгий Иванович, он же доктор Гоша, который проводил операцию, стоял рядом и скептически смотрел на нас с мамой. Но на маму больше. Я же пыталась посылать ему извиняющиеся взгляды.

– Маш, ты же врач, а ведёшь себя как пятиклассница на уроке биологии. Всю динамику я отслеживаю по приборам, а когда проснётся, проведу полный осмотр. Ну, Маш…

– Гоша! – мама резко обернулась и без всякого смущения посмотрела ему прямо в глаза. – Вот когда на этом месте будет лежать твоя жена, я посмотрю, как ты будешь полагаться на нашу электронику.

Георгий Иванович тяжело вздохнул, но спорить больше не стал. Махнул рукой и молча вышел из палаты.

– Зачем ты с ним так? – не выдержала я. Мне было неловко за маму.

– Пусть лучше они будут смотреть на меня косо, чем я пропущу что-то, а потом буду корить себя, проживая остаток жизни в одиночестве.

И я отстала. Даже не стала уговаривать её поехать домой. Если хочет ночевать в кресле возле папиной постели, пусть ночует. А мне нужно передохнуть. Я чувствовала, как вымоталась за этот бесконечный и эмоционально насыщенный день.

Набрала себе ванну. Чтобы не мешало, сняла подаренное Севой кольцо и положила его на раковину. Нашла у мамы соль с лавандовым ароматом, добавила шампуня вместо пены. Открыла бутылку красного вина, купленную сегодня в гипермаркете. Налила в бокал, поставила его на бортик ванны и со вздохом удовольствия погрузилась в горячую воду, покрытую шапкой белой пены.

Как же хорошо!

Я лежала, прикрыв глаза, время от времени пригубливала из бокала. И по мере того, как я расслаблялась, жизнь снова становилась простой и понятной.

Из полудрёмы меня вырвал звонок мобильного. Надо же, а я и не заметила, как уснула. Выбралась из ванны и, оставляя мокрые разводы, голышом пошлёпала в свою комнату.

Телефон лежал на кровати и мигал экраном с пропущенным вызовом.

Сева! Совсем забыла ему позвонить…

Мне понадобилась почти минута и мысленная репетиция будущего разговора, чтобы набрать его номер.

– Привет, Сев! – мне было неловко, что совсем забыла о нём, и я боялась, что он это услышит.

Бойфренд меня не разочаровал. Едва подняв трубку, тут же начал отчитывать:

– Саша, я же просил позвонить, как только приземлишься. Уже вечер, а от тебя ни слуху ни духу.

Голос у него был капризный и недовольный, такой бывал у Тёмки года в три, когда он не получал того, что ему хотелось.

– Сев, прости, я совсем забегалась и забыла, – начала оправдываться, уже зная, что этим только раззадорю его.

– Я так и знал, уехала и тут же забыла. С глаз долой из сердца вон, как говорится, – вот с Севой так всегда, взрослый человек мог за минуту превратиться в капризного ребёнка.

Дальше уже ему возражать не стоило. Я молча выслушала то, что у него накопилось за долгую ночь и день без меня. Вести монолог долго Сева не умел  вскоре выдохся.

– Как твой папа? – сделал он шаг в мою сторону.

– Сегодня прооперировали. Врач говорит, что всё будет хорошо.

– А когда ты вернёшься? Ты помнишь, что у нас ещё не готовы визы? – Сева быстро вернулся на свои рельсы.

Мне хотелось повесить трубку, но я понимала, что не сделаю этого. Всё-таки должен быть здесь хоть один взрослый человек. Да и он это запомнит и будет припоминать мне при каждом удобном случае. Поэтому я снова принялась пережидать, когда словесный поток иссякнет.

Я не слышала никаких посторонних звуков. Только спиной почувствовала взгляд. Обернулась медленно, продолжая держать телефон у уха.

Логинов стоял в проёме двери, застывший соляным столбом, как жена Лота, увидевшая нечто запретное, то, на что нельзя было смотреть. В трубке что-то бубнил Сева, но я его не слышала, не в силах оторвать глаз от Ярослава.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Господи, запрети мужчинам так смотреть на женщин! Вся поза Логинова говорила о сильнейшем напряжении. Его ноздри расширились. Взгляд, которым он окинул меня с головы до ног и обратно, потемнел.

Я сглотнула, внезапно лишившись голоса. Только и могла смотреть в ответ, да ещё думать – Логинову нравится то, что он видит. Об этом явно говорило выражение его лица.

И тут до меня дошло…

– Я тебе перезвоню, – пискнула в трубку каким-то полузадушенным голосом и бросила телефон на постель.

Сорвала с кровати покрывало, даже не заметив, как мобильник со стуком упал на пол. Закуталась, с каким-то непонятным удовлетворением отмечая, что с лица Логинова сошло выражение удовольствия. И его сменило разочарование.

Значит, тебе нравится, как я выгляжу голой, господин Логинов? Это очень хорошо. Мною овладело какое-то бесшабашное веселье. Хотелось петь и кружиться по комнате, пританцовывая.

Но вместо этого я тоже застыла, глядя на него, чувствуя, как пунцовеют щёки, как сердце, словно на американских горках, то ухает вниз, то начинает биться где-то в районе горла.

Логинов сделал первый шаг навстречу, и я, испугавшись, тоже отмерла. И наконец спросила внезапно осипшим голосом:

– Что ты здесь делаешь?

12

Логинов моргнул и словно очнулся. Шагнул назад. Помотал головой, будто пытался стряхнуть с себя наваждение.

– Ты прости, что вломился без предупреждения, я звонил, но никто не открывал, а дверь была не заперта…

– А калитка? – если входную дверь я ещё могла забыть запереть, находясь в эмоциональном раздрае, то замок на калитке защёлкивался автоматически.

– Я перелез через забор, – признался Логинов, неожиданно смущаясь. И вообще, теперь он выглядел немного дезориентированным, словно и сам не понимал, как здесь очутился.

– И сразу пошёл в мою спальню? – приподняла бровь.

Странно, но я не чувствовала злости или раздражения. Напротив, ощущая некоторую власть над ситуацией, наслаждалась этим, понимая, что сейчас всё зависит от меня. От моего решения. И если я скажу Логинову убираться прочь, он опустит плечи и уйдёт.

Правда, мне совсем не хотелось, чтобы он уходил. А чего мне хотелось? На этот вопрос у меня не было ответа… Ладно, ответ был. Вот только я пока не была готова признаться в этом даже самой себе.

– Ну… – Логинов пожал плечами. Мне казалось, он начинает сожалеть о своём порыве и даже думает о том, чтобы уйти. А вот этого мне точно не хотелось.

– И зачем ты пришёл? – сбавила я обороты.

– Мы с Гердой хотели позвать тебя погулять с нами…

– А где Герда? – я улыбнулась.

– Ждёт на улице, ей уже тяжело лазить через заборы, – Логинов тоже улыбнулся. И я вдруг вспомнила, как любила эту его улыбку, как мне нравилось её целовать в самый уголок губ... – Там супер-луна, я подумал, ты захочешь её сфотографировать.

От такого предложения я не могла отказаться. Да и не хотела отказываться, если честно. Меня тянуло к Логинову, и я не могла противиться этой тяге. Да и что такого в невинной прогулке под луной? С нами ведь будет Герда, то есть мы с Ярославом даже не останемся наедине.

Я отбросила все сомнения, отключила звук внутреннему голосу, который пытался нашёптывать, что однажды уже обожглась, вот так гуляя с Логиновым по берегу моря. Просто знала, что сейчас это именно то, что мне нужно. А потом… Потом будет то, что будет. Я подумаю об этом завтра, как говорила мудрая Скарлет О’Хара.

– Дай мне пару минут, чтобы одеться.

Логинов ещё смотрел на меня несколько секунд с тем же ожиданием во взгляде, а затем до него дошло, что я согласна. И, кажется, в тот миг в его глазах взошла та же супер-луна, что ждала нас над морем.

– Подожди внизу, – велела я, и едва Ярослав вышел, сбросила покрывало и открыла шкаф.

Передо мной стоял сакральный женский вопрос – что же надеть?

Мне нужно было что-то привлекательное для мужского взгляда, при этом не слишком вызывающее. И чтобы Логинов не подумал, что я на всё согласна, потому что пока и сама не знаю, согласна ли и на что. Но, определённо, мне хотелось ему нравиться. Чтобы он посмотрел на меня тем же взглядом, который я увидела, обернувшись несколько минут назад.

Ох, какие чувства пробуждал во мне этот взгляд…

Так, я опять отвлеклась. Мне нужно выбрать одежду, а не рассуждать о взглядах и чувствах. В конце концов, Логинов женат, а я не собиралась заводить короткую интрижку.

Эта мысль охладила меня достаточно, чтобы лишний пыл поугас. Я надела джинсовые шорты до середины бедра и белую футболку, на ноги – удобные кроссовки, чтобы ходить по камням. Всё-таки я иду луну снимать. Это ни в коем случае не свидание.

Не свидание!

Это просто прогулка со старым знакомым. А все остальные мысли и глупые надежды нужно выбросить из головы.

Логинов ждал меня в прихожей. Он снова окинул меня взглядом, словно тёплая волна омыла в солнечный день. В его глазах больше не было грозовой тьмы, но там по-прежнему сквозило обещание чего-то большего, чем просто прогулка.

На миг я испугалась и даже подумала отказаться, но это было лишь краткое мгновение слабости. Уже в следующий миг я покрепче сжала ремень футляра, в котором лежала камера, и двинулась к двери.

Ярослав пропустил меня вперёд. И даже приотстал на пару шагов, пока мы шли к калитке. Я улыбнулась, но оборачиваться не стала, и так знала, куда он смотрит. И это мне нравилось. Очень нравилось, как бы я ни пыталась это отрицать.

Как только вышли из калитки, ко мне подбежала Герда, усиленно виляя хвостом. Затем она ткнулась мордой в подставленную ладонь Ярослава и потрусила вперёд, обнюхивая обочину.

Мы с Логиновым шли следом. На улице горели два фонаря, один далеко впереди, а второй остался сзади. И этот полумрак создавал какую-то волшебную атмосферу тёплой летней ночи.

Мы молчали, но это молчание не было натянутым. Напротив. Мне уже давно так легко не дышалось. Я почти уверенно шагала вперёд, в неизвестность.

А впереди, над тёмной громадой моря, нас ждала большая круглая жёлтая луна.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю