![](/files/books/160/oblozhka-knigi-blagodaryu-tebya-si-258425.jpg)
Текст книги "Благодарю тебя (СИ)"
Автор книги: Лилия Дворянская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)
Открыв металлическую дверь ничем не примечательной квартиры без какого-либо указания, что за ней находится, Тимофей завел Лизу в самую настоящую студию, состоящую из двух комнат. Заглянув в одну из них, она увидела четыре компьютера и множество приспособлений, назначение которых ей было неизвестно. На полу змеилась куча проводов. Перед мониторами сидели двое ребят в наушниках, один из них что-то рисовал на планшете, а второй постоянно щелкал компьютерной мышкой. На стенах висели рисунки забавных мультяшных героев в разных проекциях.
Во второй комнате располагалось хорошо знакомое Лизе звукозаписывающее оборудование. Еще была кухня, заваленная пустыми пакетами от чипсов и коробками от пиццы, а на столе одиноко подсыхал надкусанный пирожок в окружении немытых чашек.
Увидев это безобразие как будто в первый раз, Тимофей смущенно улыбнулся и провел Лизу обратно в большую комнату. Встав в ее центре, он громко хлопнул в ладони несколько раз. Отчего ребята за компьютерами сняли наушники и повернулись в его сторону. Лиза с удивлением обнаружила, что одним из ребят оказалась миловидная девушка.
Девушка ойкнула, вытаращила глаза и, указывая пальцем, на Лизу сказала:
– А я вас знаю, вы Аннет из фильма "С благодарностью, Любовь". Ой, мне он так понравился!
– Ну, надо же, а ты действительно знаменитость, – удивленно произнес Тимофей, – А я не поверил.
Лиза усмехнулась:
– Я такая знаменитость, что никто не знает моего имени.
– Да, ребят, знакомьтесь, – представил он ее, – Это Лиза Черникина, она будет писать сценарии к нашим мультикам. Мне посоветовала ее Надя Ким.
– Света, – представилась симпатичная девушка с короткой стрижкой.
– Олег, – произнес юноша, не сводя восхищенных карих глаз с Лизы.
– Очень приятно, – улыбнулась Лиза, приподняла полиэтиленовый пакет, державший в руке, и предложила, – ну что, тортик за знакомство!
Света поднялась из своего кресла, с вызовом посмотрела на окружающих и произнесла:
– Ради такого случая, я даже помою посуду!
И гордо прошествовала на кухню, а Лиза проследовала за ней.
За чаем, Тимофей продолжил рассказывать, что все они занимаются всем сами: сами рисуют, сами озвучивают, сами продвигают. Света больше художник, а он с Олегом – технические специалисты: прорабатывают движения, устанавливают свет, накладывают звук и всякое такое. А он сам еще и что-то вроде продюсера.
– У тебя красивый голос, – сообщил Олег. – Можешь озвучивать.
– Жаль, что у нас буквы закончились, – с грустью произнесла Света загадочную фразу.
– Какие буквы? – переспросила Лиза.
И Света пояснила, что название студии "Утконос" образовано из их имен и фамилий: Ульянов Тимофей, Корчнев Олег и НОскова Светлана.
– Ребят, вы мне нравитесь, – сердечно ответила Лиза, – Я готова работать с вами без всяких букв.
К моменту поездки Лизы в Германию на День рождения Маркуса произошло множество событий: первые две серии их нового мультфильма стали бешено популярными и для работы над продолжением были приглашены еще несколько человек. Лиза написала сценарий к десяти новым сериям, озвучила главную героиню, снялась в небольшом телесериале, избавилась от Ярика и сблизилась с... Олегом.
Да, именно с малоразговорчивым и немного угрюмым Олегом, который покорил ее тем, что пришел в гости, и пока она разогревала обед, отремонтировал протекающий кран и вывалившуюся из стены розетку. Олег относился к ней как к дорогому подарку, его ни о чем не надо было просить, он просто приходил и делал. Он свозил ее к себе в Казань и познакомил со всей многочисленной семьей, с бабушками и тетушками и Лизавета впервые поняла, какое счастье иметь рядом хорошего надежного мужчину. Ее даже ничуть не смущало, что она старше его на целых семь лет.
-5-
Всю оставшуюся до поездки на День рождения неделю Лиза бегала по магазинам, не зная, что приобрести в подарок Маркусу Риттеру. Ей хотелось, чтобы это была не банальная вещь, а что-то очень личное, ценное только для него, но, как назло, никаких мыслей на это счет в голову не приходило.
Посетив очередной крупный торговый центр и ничего не присмотрев, она пришла в студию к ребятам, села рядом с Олегом и, положив голову ему на плечо, стала молча наблюдать за его работой. Олег снял наушники, внимательно посмотрел на нее и не то спросил, не то подтвердил:
– Не купила.
Лиза устало помотала головой.
– Все не то! Уже всю голову сломала!
– В чем проблема? – спросила, как всегда, вмешиваясь в их разговор, новенькая девушка по имени Марина.
Лиза еще не могла понять для себя, была ли Марина наивной и непосредственной, банально плохо воспитанной или, таким образом, пыталась привлечь внимание Олега.
– Лиза ищет подарок на День рождения и не может придумать, что подарить, – откликнулась Света.
– Обращайтесь, сегодня даю советы даром, – развернула к ним свое кресло Марина и закинула ногу на ногу, – Кому дарим?
– Известному актеру Маркусу Риттеру, – ответила Лиза.
Марина пожала плечами:
– Не знаю такого.
– Ну, правильно, – ехидно произнесла Света, тоже недолюбливающая Марину за ее беспардонность, – Когда он был популярным, тебя еще и в проекте не было.
– Ладно, проехали... – отмахнулась девушка, – Что любит этот известный старикан? Чем увлекается? Книги, музыка, фильмы?
Не смотря на то, что слова Марины покоробили Лизу, она задумалась. И правда, что интересно Маркусу. Книги, музыка, фильмы? Книги, музыка... Книги, музыка! Точно! Маркус упоминал, что однажды играл в спектакле Людовика XIV – Короля – солнце и настолько проникся духом той эпохи, что если бы можно было выбирать, то он хотел бы родиться в эпоху Барокко, все эти кружева, напудренные парики, изящные манеры. Красивый век, красивая музыка. У себя дома он включал ей "Времена года" Вивальди, заставлял закрыть глаза и полностью погрузиться в музыку. Показывал альбом с репродукциями Караваджо и так любовно рассказывал о каждой работе, как будто лично участвовал в ее создании.
Лиза довольно улыбнулась и произнесла одно слово:
– Барокко.
– Что? – удивилась Марина явно незнакомому слову.
А Света была куда сообразительнее и образованнее, она схватила телефон и сообщила Лизе:
– У меня подружка работает в Доме Книги, давай я позвоню ей и спрошу, может у них есть какое-нибудь красочное подарочное издание.
Обрадованная Лиза закивала. Света набрала подружку, поговорила и, пообещав перезвонить, несколько досадно сообщила:
– Лиз, есть у них книга, называется "Искусство Барокко", мелованные страницы, кожаный переплет, с переводом на английский и даже с коллекцией дисков... ну там Бах, Вивальди, Гендель. Но она стоит... – и Света назвала такую цену, что Олег присвистнул, а Марина открыла от удивления рот.
Деньги у Лизы были, она планировала приобрести им с мамой путевки на Кубу. Ну ладно, подумала она, съездим позже, а Свете ответила:
– Звони своей подруге, скажи, что я сейчас приеду. И спасибо, Светик, ты меня очень выручила.
Воодушевленная Лиза полетела в Дом книги за подарком. Что и говорить, издание оказалось потрясающим, подруга Светы запаковала его в винного цвета бумагу с золотым орнаментом и вручила счастливой Лизе, которая ушла с ним, нежно прижимая к груди, боясь испортить упаковку.
Эмме Лизавета решила приобрести шоколадные конфеты, которые та очень любила. Маркус всегда вез в подарок жене конфеты, не наборы, а весовые: Мишка на Севере, Красный мак, Белочка, Красная шапочка, Мишка косолапый и прочие.
Уже дома, аккуратно выложив покупки на стол, Лиза включила свой ноутбук и в электронной почте обнаружила письмо от Маркуса, которое начиналось словами "Здравствуй, дорогая подруга! Мы с Эммой ждем тебя в гости, уже приготовили комнату!". Прочитав послание до конца, она отправила ответ, что запаслась подарками, купила билет и с нетерпением ждет с ними встречи, а все новости расскажет по приезду.
Маркус и Эмма. Благородный Маркус и заботливая Эмма, они стали ей такими родными. Их нерастраченная родительская любовь распространялась на всех, кто их окружал. У Маркуса это были его студенты, у Эммы – ее племянники. Немного досталось и Лизе. И от этого ей было хорошо.
Судьба жестоко с ними обошлась, отказав в желании иметь детей, они бы были замечательными родителями. Она знала, что это очень болезненная и закрытая тема, поэтому в общении с ними всегда старалась избегать разговоров об этом. Что очень отличало их от ее собственной мамы, которая постоянно рассказывала: кто кого и от кого родил.
Наступил день вылета. Спешно поцеловав на прощание Олега, Лиза одна из первых прошла регистрацию, села в самолет и с нетерпением стала ждать посадки в аэропорту "Тегель". Она просила не встречать ее, поэтому представляла, как будет ехать в пригородном поезде и любоваться тихими пасторальными пейзажами под музыку Вивальди из плеера.
-6-
В Берлине было пасмурно, накрапывал дождик. Маркус, несмотря на все ее заверения, что она сможет без проблем добраться сама, уже ждал в зале аэропорта, выискивая глазами среди прибывших пассажиров. Лиза еще издалека увидела его и помахала рукой. Он расплылся в улыбке, раскинул руки в сторону и направился к ней. Лиза влетела в его объятия и легко чмокнула в щеку.
– Привет, подруга! Как долетела? – спросил он.
– Быстро, – ответила Лиза, – Закрыла глаза в Москве, а открыла уже в Берлине.
Маркус взял ее дорожную сумку, и они зашагали к автомобильной стоянке, где находился его серебристый фольцваген "поло". По пути, Лиза заметила, что некоторые женщины оборачиваются и заинтересовано на него смотрят.
– Тебя узнают, – отметила она.
– Уже меньше, – иронично отозвался он, распахивая перед ней дверь автомобиля.
Пока они добирались до его с Эммой дома, дождь закончился, и Лиза смогла в полной мере насладиться умиротворяющими картинками, пробегающими за окном автомобиля и окунуться в чарующие и так любимые Маркусом "Времена года".
Заслышав подъезжающий автомобиль, Эмма вышла на порог дома. На ней был красный клетчатый передник, а через плечо переброшено белое вафельное полотенце, которым она на ходу вытирала руки.
Это была очень милая, жизнерадостная пожилая дама. Ее коротко остриженные белоснежные вьющиеся волосы окружали голову, подобно ореолу и придавали дополнительное свечение облику. Зеленые глаза лучились теплом и добротой. Будучи от природы миниатюрной, рядом с высоким Маркусом она выглядела просто хрупкой Дюймовочкой и едва доставала ему до середины груди. Она была талантливая художница и работы у нее выходили светлые, чуточку наивные. При всем этом Эмма была поистине сильная женщина, которая достойно перенесла все жизненные сложности и не утратила природного жизнелюбия.
– Лиза, милая моя, – всплеснула она руками, подошла, обняла и поцеловала, вышедшую из автомобиля Лизавету. Потом хитро прищурила один глаз, пристально посмотрела и произнесла, – Ты изменилась, похудела, похорошела. Наверно, тому есть причины?
– Я потом расскажу, – шепнула ей Лиза.
– А, на мой взгляд, она какой была, такой и осталась, – пожал плечами Маркус, проходя мимо них и занося в дом Лизину сумку.
– Ох, уж эти мужчины, – вздохнула Эмма и увлекла ее за собой в дом.
– Мы приготовили твою комнату, если хочешь, можешь отдохнуть с дороги, – продолжила говорить Эмма.
– Ну, надо же, – думала Лиза, – В этом доме уже есть "моя" комната.
А Эмме она ответила, что ничуть не устала, так как проспала весь полет, сейчас она переоденется и вернется, чтобы помочь ей с готовкой.
Ее поселили в маленькой гостевой на втором этаже, окна которой выходили на задний двор. Утром комната наполнялась солнечным светом. Легкие шторы, светлые обои с мелкими розовато-сиреневыми розочками, на стене картина Эммы: рыжий пушистый котенок, играющий с бабочкой.
– Наверное, эта комната когда-то предназначалась под детскую, – внезапно догадалась Лиза.
Она быстро разложила вещи, скинула джинсы и кроссовки, переоделась в удобное хлопковое платье, сандалии и, взяв гостинец для Эммы, спустилась вниз.
Риттеры были на кухне. Эмма хлопотала у плиты, а Маркус сидел за столом и, нацепив на нос очки, читал газету.
– Вот и я,– сообщила Лиза, – Я привезла вам подарки, но дорогому Маркусу я вручу его завтра в День рождения, а тебе Эмма – прямо сейчас!
Эмма выключила плиту и с любопытством заглянула в принесенный Лизой пакет.
– Мои любимые конфеты! – воскликнула она, – Спасибо тебе, дорогая! Здесь такие не продают.
– Давайте ужинать, а потом Маркус пойдет заниматься своими делами, а мы с тобой займемся приготовлениями к завтрашнему празднику, – ставя тарелки на стол, сообщила Эмма.
После ужина, Лиза с Эммой занялись готовкой всевозможных закусок и салатов. Точнее готовила Эмма, а Лиза была у нее на подхвате и между нарезанием овощей и чисткой картошки делилась последними новостями, что познакомилась с чудесными ребятами, вместе с которыми работает над рисованными на компьютере историями, меньше снимается, пишет сценарии и встречается с замечательным парнем Олегом.
Сообщение об Олеге раздосадовало Эмму, она хотела представить Лизу своему старшему племяннику Тиму, который приедет на завтрашний праздник.
Лиза поинтересовалась, много ли ожидается гостей, на что получила ответ, что будут: два племянника Эммы со своей матерью, женой ее покойного старшего брата, крестница Маркуса с мужем и двое его коллег по работе, итого вместе с ними десять человек.
Лиза заметила, что время от времени Эмма сосредоточенно посматривала на нее, как будто хотела что-то сказать, но никак не решалась. Решив не лезть к ней с расспросами, она предоставила самой Эмме собраться с мыслями и силами, чтобы что-то ей сообщить или спросить.
Они закончили приготовления только поздно вечером, выпили чаю с конфетами и, пожелав друг другу спокойной ночи, разошлись по комнатам.
По пути в свою спальню Эмма зашла к мужу пожелать доброй ночи. Они уже много лет спали раздельно. Маркус любил поработать, почитать или посмотреть телевизор перед сном, а Эмма предпочитала сразу засыпать в темноте и тишине.
Подложив под спину обе подушки, Маркус сидел на расправленном диване в своем кабинете и смотрел ночной выпуск новостей по телевизору.
Эмма осторожно присела на краешек дивана, молча, посмотрела новости вместе с ним и после завершения программы произнесла:
– Мне бы очень хотелось, чтобы Лиза была твоей дочерью.
– Она не моя дочь, – ответил он жене безразличным голосом, не отвлекаясь от телевизора. Эмма уже не раз говорила ему что-то подобное.
– Да, я знаю. Она и не похожа на тебя, она больше похожа на меня в молодости. Мне кажется, я начинаю верить в переселение душ. Наша бедняжка Анна умерла, так и не родившись, а ведь она могла бы стать такой же красавицей, – всхлипнула она, – Ну почему, почему, Маркус, все так случилось?
Слезы полились по ее лицу и Маркус, прижал ее к себе, поглаживая по спине, чтобы она успокоилась:
– Тише, милая, тише. Так распорядилась судьба...
Эмма вытерла слезы и еще дрожащим голосом спросила:
– Ты бы мог родить ребенка на стороне. Почему ты этого не сделал? Что останется после нас? Кому все это, – она обвела рукой вокруг, – Достанется? Мои картины, твои работы, память о тебе?
– Я не мог, – помедлил с ответом он, – Я любил и люблю тебя! А все "это" мы завещаем твоим племянникам.
– Им ничего этого не нужно, для них все, что нам дорого просто хлам. Они оставят себе дом, мои украшения, а все остальное выбросят на помойку. Я не так наивна, как кажется. Я все это понимаю, поэтому и хотела, чтобы Тим познакомился с Лизой. Она выросла на твоих фильмах, любит твое творчество, уважает нас, я нахожу в ней родственную душу. Она могла бы сохранить память о тебе в семье, передать ее детям, – горячо произнесла Эмма, глядя ему прямо в глаза.
– Почему тебя это беспокоит? Завтра придет Тим, ты их познакомишь. Может у них все сложится...
– Лиза рассказала, что у нее в Москве есть жених. Олег, кажется.
– Не переживай, милая, – сказал Маркус, целуя Эмму в висок и снизив голос до шепота добавил, – Supra nos Fortuna negotia curat.
– Ты, фаталист, дорогой, – вздохнув, с теплотой добавила она, – Я благодарна тебе за то, что был со мной все эти годы.
Эмма поднялась, выключила телевизор, заботливо укрыла мужа одеялом, поцеловала в щеку и напоследок сказала:
– Доброй ночи, любимый. Завтра у тебя тяжелый день, тебе предстоит родиться.
Ступеньки заскрипели у нее под ногами, когда она поднималась на второй этаж в свою спальню. Открылась и захлопнулась дверь. И дом погрузился в сон.
-7-
Солнечный свет бил прямо в глаза. Лиза проснулась и пару секунд не могла понять, где она находится. Вспомнив, что приехала к Маркусу на День рождения, потянулась и улыбнулась. Но, тут же, испугалась – сколько сейчас времени? Она посмотрела на свои часы:
– Одиннадцать часов! Неужели я так долго спала?! К часу должны подъехать гости. А ведь я обещала помощь Эмме.
– Так стоп, – успокоила она себя, – Одиннадцать чего? По местному или по Москве?
Лиза быстро вскочила, привела себя в порядок, подхватив подарок для Маркуса подмышку, сбежала вниз.
Маркус и Эмма сидели на кухне и спокойно пили кофе с булочками.
– Доброе утро! Сколько сейчас времени? – с порога спросила их Лиза.
Эмма посмотрела на настенные часы и сообщила:
– Начало десятого. Доброе утро, Лиза. Садись завтракать.
Лиза с облегчением вздохнула и опустилась на стул:
– Я не перевела часы, и мне показалось, что проспала все на свете.
Затем опомнилась, хихикнула и спела Маркусу популярную песенку про День рождения. Под аккомпанемент хлопков в ладоши от его жены, подошла ближе, чмокнула в щеку и вручила свой подарок.
– Что это? – взвесив на ладонях увесистый предмет в подарочной бумаге, удивленно спросил он.
– Посмотри, – загадочно произнесла Лиза, – Надеюсь, тебе понравится!
Он осторожно развернул шуршащую обертку и извлек из нее диски с классической музыкой и книгу "Искусство Барокко". Нежно погладил темный кожаный переплет с золотым тиснением, зачарованно перевернул несколько первых страниц и, подняв на Лизу широко распахнутые голубые глаза, недоверчиво произнес:
– Это мне? О Господи... Лиза, она ведь очень дорогая.
Лиза дотянулась до руки Маркуса, затем до руки Эммы, чуть сжала их и совершенно искренне сказала:
– Вы мне намного дороже!
– Спасибо, милая. Я очень тронута, – отозвалась Эмма.
Маркус, оставив недопитый кофе, забрал свой подарок и скрылся у себя в кабинете.
– Ну, все, кажется, мы его потеряли, – пошутила Эмма, подавая Лизе кофе, – сейчас закроется у себя в кабинете, включит музыку и будет через лупу рассматривать каждый сантиметр изображений. Хорошо, что он успел установить тент и расставить столы со стульями на заднем дворе, поэтому, ладно уж, дальше справимся без него.
– Пусть наслаждается, сегодня его день, – ответила ей Лиза, быстро выпивая свой кофе. – Ну, все, я в полном твоем распоряжении, командуй, что делать!
Вдвоем с Эммой они управились очень быстро. Еще за час до приезда гостей все было готово к празднику. Вытащенный из своего убежища и принаряженный Маркус был отправлен встречать гостей, а Лиза с Эммой, переодевшиеся в нарядные платья и со свежим макияжем, сидели в подвесных садовых качелях на заднем дворе и, вдыхая аромат цветущих роз, временно отдыхали от хозяйственных хлопот.
Первыми прибыли приятели Маркуса, актеры местного театра. Это были два представительных господина с брюшком, одному из них, Йохану было лет столько же сколько и имениннику, а второй моложе, лет пятидесяти, его звали Эдгар. Тот, который моложе, был совершенно лысый и постоянно протирал свою голову носовым платком.
Эмма убежала на кухню, проверять свиной окорок, стоящий в духовке, а Лиза, представленная как друг семьи, предлагала напитки и общалась с гостями. Приятели Маркуса постоянно подтрунивали между собой и, тем самым, смешили ее. Выяснив у нее, кто еще приглашен на праздник, при упоминании жены брата Эммы, они странно переглянулись и ухмыльнулись.
Следующими приехавшими гостями стали крестница Маркуса Марта с мужем, имени которого Лиза не запомнила. Это была высокая худощавая несимпатичная особа неопределенных лет, а ее супруг представлял себе полное ее зеркальное отображение только с усами. Они сразу уселись в углу стола, о чем-то тихо переговаривались, и все попытки Лизы завлечь их в общую беседу безуспешно провалились.
– Оставь их, они всегда такие, – весело глядя на нее и, подставляя бокал, в который Лиза налила еще немного вина, сказал Йохан и, понизив голос, добавил, – Трудно представить, что в детстве она была милой розовощекой девочкой. Ее мать, Труди, была поклонницей Маркуса. Это теперь фанаты, готовые разорвать своего кумира на части, а тогда были поклонницы.
Он помолчал немного и мечтательно произнес:
– Они посещали все твои спектакли, дарили цветы, присылали открытки на Рождество и Пасху. Труди была самой восторженной и преданной. Она стала для семьи Риттеров, кем-то вроде дальней родственницы. По ее просьбе, Маркус стал крестным для ее дочери.
Слушавший их разговор Эдгар, пояснил:
– Сама Труди, в силу возраста и здоровья, уже никуда не ездит, поэтому отправляет свою доченьку. Видно, что Марта делает это без всякого удовольствия. Когда ее матери не станет, она ограничится открытками.
За кустами послышался гул голосов и на дорожке в сопровождении хозяев появились последние гости. Лиза посмотрела на них и еле сдержалась, чтобы не расхохотаться. Для ее богатого изображения, эти двое напомнили обитателей болота из сказки про Дюймовочку.
– Ну, сейчас начнется..., – произнес кто-то рядом, не то Йохан, не то Эдгар.
Парочка действительно была колоритной. Сильно накрашенная худощавая женщина с морковного цвета волосами была одета в зеленовато-коричневое переливающееся платье. Она была одних лет с Эммой, но было видно, что ей изо всех сил, хочется выглядеть моложе. Ее макушку украшал ободок с большим цветком в тон платья, из которых торчали пластиковые тычинки, колыхающиеся при ходьбе, оттого казалось, что на голове у нее сидит большая жирная муха и шевелит усиками.
Женщина, держа спину очень прямо, медленно прошествовала мимо остальных гостей, приветствуя их еле заметным кивком головы, уселась на садовых качелях и капризно произнесла, чуть прикрыв глаза:
– Я устала, принесите попить!
Ее спутник тучный мужчина лет сорока, как поняла Лиза, тот самый племянник Тим, сделал вид, что не слышит просьбу матушки, он налил воды себе и залпом выпил. Видя, что никто не торопится выполнять желание гостьи, Лиза решила сама принести ей стакан воды.
– Не хочу воды, дайте вина, – отвергла стакан рыжеволосая дама и, взглянув, на Лизу спросила, – Ты кто?
– Меня зовут Лиза, я друг семьи, – пояснила та.
– А-а-а, – протянула матушка Тима, – русская подруга Маркуса, слышала про тебя. А я Изольда Майер. Она произнесла это таким тоном, что у Лизы создалось впечатление, будто от нее ждут бурной реакции на это имя, но оно ей, совершенно, ни о чем не говорило.
Лиза ответила, что ей приятно познакомиться, принесла гостье бокал вина и вернулась к своим новым друзьям – Йохану и Эдгару.
– Ну что, познакомилась с нашей несравненной Изольдой Майер, – весело спросил ее Эдгар.
– Милая тетушка, кто она, актриса? – поинтересовалась Лиза.
– Нет, в молодости была танцовщицей, довольно известной... в определенных кругах. Удачно вышла замуж за беднягу Бруно, брата Эммы, помыкала им всю жизнь, чуть не поссорила с сестрой, теперь пытается командовать окружающими, но как видишь, у нее это плохо получается.
По саду расплылся чудный запах запеченной свинины, внесенной Эммой на большом блюде, и Маркус пригласил всех к столу.
Лизе досталось место рядом с Тимом и она изподтишка разглядывала его. Тиму было не больше сорока лет, это был полный светловолосый мужчина с близко посаженными светло-голубыми глазами, пуговичным носиком и большим ртом с узкими губами, что еще больше делало похожим его на лягушонка. Он неуклюже пытался ухаживать за Лизой, чем очень ее забавлял. На капризы и замечания маменьки он, как и все остальные, смотрел снисходительно. Тим был мелким клерком в городской Ратуше в Берлине. В общении он оказался вполне приятным человеком, и Лиза даже прониклась к нему симпатией.
– Почему не приехал ваш брат? – спросила она его.
– Он уехал на какой-то рок-концерт со своей девушкой, – отложив вилку, сообщил ей Тим. – По правде говоря, ему не очень нравятся подобные мероприятия, он считает их очень скучными и называет "пенсионерские посиделки".
– А ты?
– Кому-то надо сопровождать нашу маму, а еще мне очень нравится тетя Эмма. Она всегда была добра ко мне и очень вкусно готовит.
Он помолчал, посопел носом и решился спросить:
– Лиза, ты надолго приехала?
– Нет, завтра улетаю домой, – покачав головой, ответила она.
– Жаль, я хотел показать тебе Берлин, – с явным сожалением в голосе произнес Тим. – Значит в другой раз.
Они обменялись контактами и обещали писать друг другу электронные письма и созвониться, когда Лиза приедет снова.
День плавно перетек в вечер и сыто-ленивые гости, пожелав имениннику долгих лет жизни, стали разъезжаться по домам.
Проводив последними своих приятелей и что-то длительно обсудив с ними у ворот, Маркус вернулся и ушел в дом. Судя, по раздавшейся из полуоткрытого окна его кабинета классической музыки, он вернулся к оставленному на время занятию: изучению книги, подаренной Лизой.
Сама Лиза вместе с Эммой сидела за опустевшим столом. Сдвинув на край грязные тарелки, они медленно пили вино, слушали стрекотание кузнечиков и рассматривали ночных мотыльков, кружившихся вокруг ярко горевших шарообразных светильников во дворе.
Эмма первая нарушила молчание:
– Я заметила, вы очень хорошо общались с Тимом.
– Да, он очень мил. Мы обменялись телефонами, – отозвалась Лиза.
– Он хороший мальчик... точнее теперь уже мужчина и напоминает мне моего брата. Я даже рада, что они приехали без младшего. Он, иногда бывает, невыносим, и так походит на свою мать, – посетовала Эмма.
Немного подумав, она, наконец решилась начать нелегкий для нее разговор.
– Лиза, – обратилась она, – я долго собиралась поговорить с тобой и теперь в наш последний вечер больше откладывать невозможно.
Эмма тяжело вздохнула и продолжила:
– Я не знаю, что получиться или не получиться у вас с Тимом. Я бы очень желала, чтобы ты вошла в нашу семью... стоп, просто выслушай меня...– оборвала она попытку Лизы что-то возразить. – Да, ты единственная из всех, кто действительно восхищается творчеством Маркуса и может сохранить его фотографии, работы и вообще память о нем. Но поговорить я хотела не об этом... Как бы то не сложились обстоятельства, я бы хотела, чтобы ты пообещала мне одну вещь!
Лиза молчала и внимательно смотрела на Эмму, обхватившую пустой бокал так, что, сожми его она чуть сильнее, он бы раскололся.
Эмма выпустила бокал из рук, взяла руки Лизы в свои и, умоляющим голосом, произнесла:
– Не бросай моего старика одного. Он очень к тебе привязан, и, по сути, у нас никого нет, кто мог бы позаботиться о нем.
– Эмма, да конечно, вам не надо было просить. Вы стали для меня близкими и родными, я всегда готова вам помочь, – Лиза недоумевала. – Но к чему этот разговор, вам самой не так много лет и вы отлично выглядите.
– Это не так Лиза. Я много лет, очень много лет борюсь с онкологией... по женской части. Некоторое время я ее побеждала, потом мы были на равных. У меня "там", – указала она глазами вниз, – уже ничего не осталось и, тем не менее, сейчас она одерживает надо мной победу.
Лиза смотрела на нее расширенными от ужаса, потемневшими глазами, на которых выступили слезы.
А Эмме, наоборот, стало легче разговаривать:
– Не плачь, дорогая, не надо! Такова жизнь! Я чувствую, что это лето будет для меня последним, поэтому очень тебя прошу – не оставь нашего Маркуса!
Смахнув с лица слезы и хлюпая носом, Лиза поинтересовалась, сообщила ли она самому Маркусу.
– Нет, он не знает. Не хочу его волновать. Когда придет время, тогда и будет переживать.
– Эмма, – пролепетала расстроенная Лиза, – может еще обойдется?
Эмма грустно улыбнулась, нежно провела рукой по щеке Лизы и сказала:
– Может и обойдется!
Они убирали посуду в абсолютном молчании. Лишь стрекотали кузнечики, а из дома доносилась мелодия "Летнего шторма".
Разговор с Эммой наложил тяжелый отпечаток на душу Лизы, она проворочалась в кровати почти до утра. Проснувшись, с трудом заставила себя выпить кофе. Напоследок, отправив Маркуса укладывать вещи в машину, они так горячо прощались с Эммой, что даже обе заплакали.
– Помни о своем обещании! – шепнула Эмма.
– Клянусь! – пообещала ей Лиза, – Ты потрясающая женщина, Эмма, я не подведу тебя!
По дороге в аэропорт, Маркус поинтересовался, почему Лиза такая грустная.
– Мне жаль с вами расставаться, – ответила она, сдерживая вновь подступающие слезы.
– Не переживай, осенью День рождения Эммы, мы снова все встретимся! – весело сказал он.
– Я бы очень этого хотела! – горячо произнесла Лиза.
Самолет унес ее в Москву, где ее ждали мама, Олег и привычная жизнь.
-8-
В период летнего затишья ролей, даже самых крошечных не предлагали. Зато у ребят, во всю, кипела работа над мультфильмами. Лиза зачарованно наблюдала, как рисованные анимационные персонажи начинают двигаться, моргать, разговаривать голосами Тимофея, Светы, Олега и ее собственным, спорить, ругаться, мириться и дружить. Время от времени Надя Ким подбрасывала ей работу, так, что скучать не приходилось.
Приходили письма от Маркуса и Тима, которые одинаково писали, что у них все хорошо и так же одинаково звали в гости.
Лиза успокоилась, что у них все хорошо и, убедив себя, что хорошо будет и дальше, приобрела себе и маме путевки и на целых три недели улетела на Красное море.
Вернувшись в первых числах сентября, она первым делом просмотрела электронную почту и обнаружила множество писем от Тима, который писал, что тетя Эмма лежит в больнице и рассказывал о ее состоянии. И, судя по его сообщениям, в этот раз "не обошлось".
Лиза пыталась дозвониться до Маркуса, отправляла ему письма, но безуспешно. Он не отвечал. Наконец, нашла номер Тима и позвонила ему. Ее тоже постигла неудача. Вечером он перезвонил ей сам. Она уже догадывалась, что он хотел ей сообщить – что Эммы больше нет.
– Похороны были три дня назад, мы пытались с тобой связаться, но не смогли дозвониться, – сказал он упавшим голосом.
– Меня не было в городе, я уезжала, – глотая слезы, говорила Лиза. – Я не могу поверить, что все так быстро. Как Маркус?
– Безутешен. Пока она была в больнице, он верил, что она вернется к нему. А теперь он ждет только того, чтобы она забрала его к себе.
– Я приеду, его нельзя сейчас оставлять одного, – тревожно проговорила она.