Текст книги "Преферанс со Смертью"

Автор книги: Лика Верх

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Прокрутив в голове изображения конспектов Малены, выдохнула и сообщила, что готова приступить к первому этапу. Магистр дал последний шанс что-нибудь ему рассказать, но я не ищу легких путей. Легкий вариант не всегда является лучшим.

Айнех сыпал вопросами из разных тем, начиная с первого курса.

– Виды бесперебойных магических частиц?

– Проклятия, целительская магия, индивидуально направленные боевые элементы.

– Что такое боевой элемент?

– Боевой элемент – это скопление магических частиц, скрепленных одним потоком и заданными параметрами с помощью определенных символов.

Ответы хаотично всплывали в памяти, и выудить их оказалось не так просто. Помня о снятии баллов за молчание, я старалась максимально быстро отделять ненужную в данный момент информацию от крайне необходимой.

Одна заминка все же случилась.

– Что служит противоядием от пандефалонии?

Перебирая в голове все прочитанное о ядах по программе первого курса и частично второго, яд с названием «пандефалоний» я вспомнить не смогла. Оставалось два варианта: либо его еще не проходили, либо его не существует. Так как времени на раздумья не предусматривалось, выпалила:

– Не проходили.

Айнех после короткой паузы кивнул, не забыв добавить:

– Минус балл. Долго соображаете.

Я облегченно выдохнула, поблагодарив услужливую память за то, что продлила наше пребывание в Академии на ближайший час.

В отличие от меня, Айнех не радовался. Он хмурился, а на лице его была отпечатана мыслительная активность. Вероятно, магистр ожидал моего провала еще на первом этапе.

– Даю вам десять минут на переодевание. В форме жду на первом полигоне. Каждая минута опоздания отнимает один балл.

Магистр кивком указал на выход из зала. Мне не осталось ничего, кроме как бегом «лететь» в комнату.

По пути едва не сшибла магистра Дериану, преподавателя ядов, заработала строгий выговор, из-за чего потеряла две минуты, и дальше побежала еще быстрее, насколько могла.

Переоделась с рекордной скоростью. Топ натягивала, выбегая в коридор, куртку застегивала на ходу и только на середине пути, когда была уже на улице, вспомнила, что меч остался лежать под кроватью. Да, пространственный карман отказывается мне служить, а голова занята утекающими минутами, как следствие – испаряющимися баллами.

Обратно бежала, не чувствуя ног, прокручивая в голове слова «я успею… я смогу…». Конечно, слова не способны мне помочь, но подействовать успокаивающе… Нет, даже в качестве успокоительного они работали откровенно плохо.

На полигоне первое, что я услышала, было:

– Минус восемь баллов за опоздание, Савелье.

Я, согнувшись пополам, приводила дыхание в норму.

– Минус два балла, – добавил магистр.

– За что? – изумилась я, вскинув голову.

– За бег по Академии и по территории, размахивая мечом.

Мне достало мужества не издать ни звука, хотя очень хотелось закричать. Минус одиннадцать баллов! Айнех хочет сделать из меня отстающую, но вряд ли отчислит. Ему нужно мое признание. Чистосердечное и добровольное.

– Прошу прощения, магистр, – я наконец-то выпрямилась. – Спешила на полигон.

– А меч для ускорения достали? – ирония была не в голосе. Ощущалась в словах.

Я решила не отвечать.

Магистр наградил меня усмешкой и зашагал к центру поля.

– Так, Савелье… Чего вы там встали? Ближе подходите, я заблокирую ворота.

Последние слова пустили в душу страх, и я невольно обернулась, когда позади раздался лязг металла. Ну что ж… Я одна в компании Айнеха на огромном полигоне, выход с которого один, и тот закрыт. Прекрасные перспективы передо мной открываются, как ни посмотри.

Сильнее сжав рукоять меча, вышла на середину, на расстояние нескольких метров от магистра. Безопасность хоть и мнимая, но все же.

– Смоделируем ситуацию, – Айнех свел пальцы вместе, – ночь, вы возвращаетесь… с полигона одна, через лес…

На нас начал опускаться ночной полумрак, а вокруг появились деревья.

Спокойно, Лиса… это всего лишь магия… иллюзия… это все ненастоящее…

– …Из оружия у вас только меч, использовать магию не можете, накину штрафные баллы.

О, незачем переживать, магистр. Магии от меня вы точно не дождетесь.

– Вокруг вас смыкается кольцо умертвий, отрезая пути к побегу…

Мне кажется или Айнех частично копирует произошедшее со мной в лесу? Откуда он узнал? Попал пальцем в небо? Магистр не из тех, кто станет тыкать наобум, авось попаду.

– …Сражайтесь, Савелье, – во мраке разнесся зловещий, затихающий шепот магистра, и я почему-то почувствовала, что осталась одна.

Он наверняка наблюдает за мной и будет следить за каждым моим действием. Признаться, план почти гениальный. Поставить человека в ситуацию, которую он уже пережил, и смотреть, как он себя поведет. Что-то вроде следственного эксперимента.

Игра явно в вашу пользу, магистр.

Мое одиночество длилось недолго. Невнятное мычание умертвий становилось все ближе. От пережитой встречи эту отличает наличие у меня оружия, но даже с ним я не желаю быть пойманной в ловушку.

Выстроив в голове приблизительную схему окружения, побежала вправо. Туда, где, возможно, находится зазор. Умертвия, поняв, что жертвы нет, двинутся за мной, но наступать будут по мере приближения и только с одного фланга. Так у меня определенно больше шансов. Жаль, лука нет…

Мычание по бокам усилилось, и я поняла, что прошла точно по выбранной траектории и вышла из окружения. Радоваться и не думала, потому как умертвия развернулись и двинулись на меня точно по моему плану.

Магистр, вы хотели увидеть мою боевую подготовку – наблюдайте. Я заодно проверю себя, чтобы потом обсудить ошибки с Витором.

Первые два умертвия появились из-за деревьев через несколько минут… или секунд. В такие моменты сложно установить точное время.

Один был вооружен большой веткой, у второго ничего не было, но это не умаляло опасности, которую он представлял.

Я сделала выпад в сторону безоружного, отсекая под аккомпанирующее мычание руку, а затем голову.

«Не так сложно, как казалось», – подумала я, не встретив практически никакого сопротивления.

Второй не собирался становиться жертвой, уверенно защищаясь веткой. Ему даже удалось схватить меня за волосы, получил ботинком в пах и потерял голову, пока нечленораздельно мычал.

К моменту завершения битвы с остальными умертвиями, я была измазана ошметками тел и источала отвратительный запах. Зато живая. Не считая пары синяков и царапин на правой щеке. Один подсек меня прутом и наступил на левую ногу, не давая подняться, поэтому я еще и хромая. Но это все ерунда, главное – я смогла!

Эти труды стоили скрытого ликования, испытанного при виде хмурого лица Айнеха. Второй этап пройден, а он до сих пор не добрался до истины. Я бы тоже на его месте злилась.

– Сколько у меня баллов, магистр? – осмелилась поинтересоваться я, когда темнота рассеялась, оставляя нас на полигоне.

– Семьдесят девять, – магистр пристально меня рассматривал.

Несложные математические подсчеты поразили результатом.

– За что вы сняли десять баллов? Я же справилась!

– Пять баллов – за постоянные колебания, пять баллов – за многочисленные увечья.

Вселенская несправедливость! Он серьезно? Или шутит?

– За увечья?! – воскликнула я. – Магистр Айнех, это несправедливо! Все противники повержены, разве не это было главной задачей?

– Получив минимум повреждений, Савелье.

– Я пострадала совсем немного, магистр.

– Снимаю еще два балла, – вынес вердикт Айнех.

– За что?!

– За пререкания, – рыкнул он. – Марш в душ и бегом обратно! У вас двадцать минут.

Мне впервые захотелось назвать магистра рогатым животным – козлом. Но, боюсь, тогда я потеряю все баллы.

* * *

Чертов мир. Будь Ирэне хоть немного сознательнее, я бы сейчас была в своем мире и Радо мне даже не снился.

Любители фэнтези многое бы отдали за приключения в другом мире. У меня все точно наоборот. Я мечтаю вернуться домой, но теперь и представить сложно, что из моей жизни исчезнут эти люди, Академия…

– Думаешь, как избежать последнего этапа? – внезапно появился передо мной Витор, преграждая путь в мой коридор.

Как ни странно, об этом я вообще не думала.

– Есть варианты?

– Есть, – кивнул Витор, оглядываясь по сторонам, – и все нам не подходят.

Новость пышет оптимизмом. Я не особо рассчитывала на везение, тем более меня оно предпочитает обходить стороной. Но надежда все-таки была.

– Мне надо вернуться на полигон через четырнадцать минут, – сообщила я, обходя Витора. – Потом увидимся, если меня не убьют раньше.

В двадцать минут я не уложилась, опоздав на две и получив в награду минус два балла. Магистр был до тошноты бодр и весел, иронично комментируя каждую мою фразу. Отдельно стоит отметить, с каким энтузиазмом он поведал мне суть последнего этапа, но перед этим с одной из клеток слетел черный полог.

– Ваше заключительное испытание.

Циклоп. Не такой, каким изображали их в моем мире, а с зеленой чешуей вместо кожи и руками с двумя пальцами.

– Не слышу восторженных возгласов.

Я перевела взгляд на магистра и натянула улыбку.

– Не могу передать словами всей радости, магистр Айнех.

– В этом нет необходимости. Наизготовку, Савелье.

Он не даст мне позорно погибнуть. Он же магистр. Декан двух факультетов. Уважаемый маг. Мне почти нечего бояться. Почти.

– Магистр, а вы когда-нибудь убивали?

Признаться, возникла категорически острая нужда с кем-нибудь поговорить. А поскольку циклоп к беседе не располагает, кроме магистра кандидатов нет. Кого я обманываю? Тянуть время – единственный выход, по моему мнению – разумный.

– Приходилось. Приготовьтесь, Савелье.

Не готова, не готова!

– Убивали людей? За что?

Он одним взглядом убить способен… Недовольным прищуром в особенности.

– Были причины, – терпеливо ответил Айнех. – Готовы?

Нет-нет-нет… Я не готова. И приготовлюсь не скоро.

– Какие могут быть причины?

Губы магистра вытянулись в тонкую линию.

– А скажите, Савелье, какие могут быть причины оттягивать время?

Я пожала плечами, сделав вид, что ничем подобным не занимаюсь. Магистра он не убедил, и я смогла лишний раз прочувствовать на себе всю проницательность Айнеха.

– Вы ждете отсрочки экзамена, я прав? – он взирал на меня с высоты своего роста. – Или, может, вы хотите лучше узнать меня?

– Вы темная личность, магистр, – бросила я и поспешила добавить: – В хорошем смысле!

Или все-таки в плохом, я не до конца разобралась.

Айнех не двигался, затягивая паузу. Я, подгоняемая исключительно сильным желанием сбежать, сделала два мелких шажка назад. Память услужливо подкинула моменты запирания ворот, только слегка опоздала…

– Сбежите с экзамена – аннулирую предыдущие этапы. Будете сдавать все снова, – предупредил магистр, по-прежнему не шевелясь.

– Вам показалось, – я постаралась придать голосу максимум уверенности, и у меня даже получилось.

Магистр словно ожидал другого развития событий, иначе как объяснить его отразившееся на лице недовольство?

– На исходную, и пошевеливайтесь, – на лице Айнеха заходили желваки.

Приказ прозвучал как приговор.

С видом, присущим решительным людям, я остановилась возле тонкой черной линии, прочерченной на земле. На клетке лязгнул замок, позволяя дверце отвориться. Чудовищно страшный циклоп выбрался из заточения и сперва размял шею, огласив округу противным хрустом. Помахал руками, пару раз подергал ногами, зловеще моргнул единственным глазом и двинулся на меня.

Рукоять меча едва не выскользнула из вспотевших ладоней при первом замахе. Циклоп презрительно хрюкнул, а магистр прокомментировал:

– Минус балл.

К концу боя, когда я уже, возможно, буду погребена под тушей одноглазого великана, я растеряю все баллы.

По полигону пронесся тонкий пронзительный звук, следом раздался приказ магистра:

– Прекратить бой.

Бой как таковой и начаться не успел.

Циклоп вернулся в клетку, а Айнех достал из кармана амулет для связи. Я не могла слышать речь незримого собеседника, понять, кто там, – тоже. Мое любопытство было бы замечено, однако магистр был озадачен разговором.

– Я занят… Кто?.. По какой такой причине?.. Подождет… Что там у тебя происходит?.. Нет, пока не сдаст экзамен… Я сказал: нет!.. Приведите объективную причину, по которой я должен прервать экзамен… Пятнадцать минут, не больше, – завершил магистр и убрал камень обратно в карман.

Я ничего не поняла из реплик магистра, а додумывая ответы, забрела в беспросветный тупик.

– Савелье, в кабинет ректора. У вас пятнадцать минут!

Уточнять, с какой целью меня туда отправили, я не стала. За пятнадцать минут может что-нибудь измениться. Например, наступит конец света. Или у магистра появятся неотложные вопросы. Или… да мало ли что. Отсрочка битвы с циклопом, пусть и на пятнадцать минут, уже радость.

ГЛАВА 6
Минута отчаяния

Есть такая степень страха, когда человек сам делается страшен.

Кто боится всего, тот уже ничего не боится.

В такие минуты мы способны ударить ногой даже Сфинкса.

Виктор Гюго. Человек, который смеется

До кабинета ректора я добралась без приключений. Перед дверью задержалась, прикидывая мысленно варианты, для чего я лорду Ханешу понадобилась. Он редко появляется перед адептами, все вопросы, как я успела заметить, решает Айнех. Что, в общем-то, странно, но размеренный уклад жизни Академии протекает так, вероятно, много лет. Не думаю, что ректора такой расклад устраивает, да только против Айнеха… я бы не пошла.

За дверью меня ждал не лорд Ханеш. Более того – ректора вовсе не наблюдалось.

В ожидании над столом склонился нежданный гость, ради которого Айнех меня отпустил.

– Привет, – улыбнулся принц Уиллис. – Следом последовало: – Удивлена?

– Да, – честно ответила я, – немного.

Уилл жестом предложил присесть. Я с радостью воспользовалась возможностью приземлиться на мягкий стул, ибо Айнех посидеть не давал.

– Почему ты здесь? – я первая задала мучивший меня вопрос.

– Официальная версия – внеплановая проверка руководства, – Уилл отправил в воздух маячок.

– А неофициальная?

Я руководящих должностей не занимаю, меня сюда явно не для проверки позвали. Много что-то проверок вокруг меня в последнее время проводится.

– Мне надо с тобой поговорить, – принц удобнее устроился в ректорском кресле.

В кабинет зашла женщина средних лет в классическом черном платье. С подносом в руках она проследовала к столу, выставила содержимое и тихо удалилась.

Чай привлекал неповторимым цветочным ароматом, а рассыпчатое печенье напомнило, что обед я пропустила.

– О чем? Нашли дневник? – печенье помешало произнести слова внятно, но Уилл меня понял.

– На востоке начались волнения. Города один за другим поднимаются, требуя отречения короля от престола. – Уилл прожевал и продолжил: – Я предупреждал отца задолго до этого, он не слушал. Плевать мне на трон, на золотые запасы короля в том числе. Меня беспокоит народ.

Кажется, именно это обсуждал принц с Дженом в первый день нашего знакомства. Но я не вникала в разговор и с ситуацией незнакома.

– А я чем могу помочь?

Я даже маячок сотворить не могу, какой от меня толк? Мечом помахать при желании любой сможет, здесь моя помощь явно не требуется.

– Слушай дальше, – Уилл поднял вверх указательный палец. – На подавление отправили отряд особого назначения. Все они были убиты до того, как командир сказал первое слово. Расчет был на мирное урегулирование конфликта.

– Прискорбно, – выдала я, подливая себе еще чая.

– Использовалось заклинание массового поражения с неизвестными элементами. Любые производные, как и оно само, находятся под строгим запретом.

– Сами генерируют заклинания? – предположила я, доедая от дикого голода последнюю печеньку.

– Это заклинания Ирэне, – Уилл понизил голос до будоражащего шепота, – они открыли дневник.

Его слова произвели эффект удара дубинкой по голове. Как они смогли его открыть?

– Это невозможно, – я понизила голос. – Ты сам пробовал открыть дневник, ты знаешь.

Уилл выглядел крайне спокойным.

– Нет ничего невозможного, когда речь заходит о магии. Нам неизвестны описания заклинаний из дневника, но все указывает на него.

Ирэне наверняка приложила немало усилий, чтобы надежно защитить дневник. Я уверена, что ее замок взломать просто невозможно!

– Уилл, это нереально. Ирэне не стала бы так рисковать.

– Любую защиту можно взломать, Рэне. Любую. Даже в защите Айнеха есть прорехи, щель между первым и вторым пластом на куполе, простым глазом ее не увидишь, светлым дается немного больше, чем темным, но это не так важно. Дневник открыт, и ты должна помочь его найти.

Я на всякий случай вернула полупустую чашку на стол, во избежание ее падения.

– Как я могу найти дневник? И почему вы думаете, что Гром не создал множество копий и не разослал по всем городам? Это логично.

– Мы нашли несколько подделок. Их нетрудно вычислить. Найти настоящий можешь ты, если сильно захочешь, – последнее было произнесено с намеком. – К тому же полностью уничтожить дневник сможешь только ты.

– Если дело в путеводителе желаний, то я могу отдать его вам на поиски и…

– И он приведет нас к каждой копии. У тебя с дневником особая связь, ты сможешь понять, в какую сторону двигаться.

Боги, я уже знаю, что вы здесь поголовно с черным юмором, но все равно спрошу. Вы вообще для чего существуете? Чтобы жизнь упрощать или усложнять?

– Уилл, у меня нет никакой связи с дневником. Это же просто куча страниц, какая может быть связь?

– Прямая. В тебе сила Ирэне, создавшая его. Ты почувствуешь, если захочешь.

Похоже на бред сумасшедшего, верно? Я сумасшедшая. И мир этот – сумасшедший. И все вокруг тоже – чокнутые. Наверное, поэтому мне здесь и нравится. Боги, мне пора в палату с мягкими стенами.

– Я рада помочь, но никакой связи я не чувствовала.

– Ты о ней не знала, – пожал плечами принц и вышел из-за стола. – Ах да. Я зачем пришел… на турнире ввели новое испытание. Суть его не разглашается, но будь готова ко всему.

Прелестно. Дневник – найди, испытания – пройди, экзамен – сдай. Как же мне все это сделать и при этом остаться живой, никто не подскажет?

Уилл уже стоял у двери, когда она без стука распахнулась. Магистр Айнех сверкал черными глазами и на меня, и на принца. Мне чутье подсказало, что магистр по головке меня не погладит за игнорирование его приказа о пятнадцати минутах. Уилла грозный вид магистра не испугал.

– Магистр Айнех, освободите адептку Савелье от экзаменов до окончания турнира.

– Это приказ? – что-то проскальзывало в голосе магистра – то ли ехидство, то ли насмешка…

– Настоятельно рекомендуемая к исполнению просьба, – отрезал Уилл и вышел из кабинета.

Жаль, что меня вот так запросто оставили на растерзание магистру…

– Адептка Савелье, – вкрадчивый голос магистра заставил поежиться, – вы сдадите или не сдадите этот экзамен. До этого не мечтайте перейти на четвертый курс.

Магистр задержался в дверном проеме, затем развернулся и добил:

– Помнится, я обещал вам индивидуальные занятия. Ровно в семь в зале некромантии. Не опаздывайте, Савелье. Я ценю пунктуальность.

Я взглядом буравила спину магистра, пока он не скрылся из поля зрения.

Один из тех моментов, когда не знаешь, что лучше. Сдать экзамен или получить бонус в виде занятий с Айнехом.

* * *

Я успела забыть со всеми событиями, что сказала Айнеху о потере памяти. Он тоже запамятовал, но, к моему несчастью, об этом вспомнил и напомнил мне тем же вечером.

В зале некромантии меня ждало мучение во всех смыслах.

Айнех пытался вызнать, что я помню и чего я не помню. О том, что из жизни Савелье я ничего не помню, я говорить не стала. Сказать же, что из выученного мне доступен лишь кристаллик воды, – постыдилась. Магистр понял, что вытянуть из меня связную информацию не получится, и начал действовать по-другому.

В меня летели шары, молнии, искры, и даже умертвием в меня запустил магистр, когда понял, что я вообще магией не владею. Запущенные «подарки» в последний момент ударялись о щит, не зря выставленный Айнехом. Умертвие не особо обрадовалось, когда его бесчеловечно швырнули, как пушечное ядро.

– Савелье, – выдохнул магистр, тяжело дыша и перестав наконец швыряться в меня всякой магической ерундой, – вы притворяетесь?

Я замотала головой.

Магистр издал нервный смешок, запрокинув голову назад.

– А знаете, что я думаю?

– Что?

Айнех подошел ближе.

– Вы искусно вводите меня в заблуждение. Обводите вокруг пальца снова и снова. Всякий раз, когда я подбираюсь ближе на шаг, вы делаете два назад. Только, Савелье, я ведь все равно доберусь до правды.

К моему удивлению, у меня не дрогнул ни один мускул. Внешнее показное спокойствие синхронизировалось с внутренним, рождая умиротворение.

– Я всего лишь потеряла память, с каждым может случиться, – я пожала плечами.

– Вы помните теорию, помните друзей и в данный момент в очередной раз пытаетесь выставить меня идиотом, – магистр усмехнулся. – Как вы собираетесь участвовать в турнире, если не в состоянии отбить элементарное заклинание? Вы что, думаете, я смогу вас защитить? Или полагаетесь на Гарье?

Я предпочла не шевелиться и молчать.

– Как турниры проходят, вы помните?

Вопрос можно истолковать в свою пользу. Витор рассказывал мне, как проходят турниры, и часть из этого я запомнила.

– Относительно.

Повисла пауза, пока магистр вглядывался в мое лицо.

– Что вы сделали на прошлом турнире, когда в бою с энгером потеряли меч?

Этого Витор мне не рассказывал.

– Использовала магию?

– Ушли с арены победителем, потому что бой был окончен.

Магистр подошел слишком близко.

– Я не знаю, чем вы руководствуетесь, но вам не выжить на турнире с такой подготовкой. Помните историю Бенджа Корторла? – Айнех заложил руки за спину.

– Не уверена, что знала ее.

– Бендж Корторл, адепт Академии НиПЭ, трагически погиб на турнире три года назад. Не бледнейте, Савелье, это не единственный случай.

Я отказываюсь в этом участвовать! Категорически!

Получается, я тоже могу погибнуть. Каждый может! Темный мир, проклятый бездной мир!

– М-магистр, а…

– А вы, Савелье, не сможете отказаться от участия, – милостиво ответил Айнех на невысказанный вопрос.

– П-почему?

– Вы не умерли. Больше веских причин для аргументации отказа нет.

Тьма.

И почему я не умерла? У меня была масса завидных возможностей.

Не представляю, что отразилось на моем лице, но магистр шумно выдохнул и пошел по залу, движением рук возводя странные объекты.

– Существует три способа пробуждения магии, – говорил он, не отвлекаясь от своего занятия, – первый самый простой, но менее эффективный. Второй более эффективный и более болезненный. Третий дает гарантированный результат, не исключая при этом летальный исход.

Магистр обернулся.

– С какого начнем?

Три не внушающие оптимизма конструкции угрожающе выстроились в ряд. Перспектива испытывать на себе эти три способа в принципе не приносит радости, а если прибавить вероятность кончины… Впрочем, если посмотреть с другой стороны, то вырисовываются новые возможности. В случае удачного исхода я смогу наконец использовать магию в полной мере. Смогу подготовиться и достойно выступить на турнире. Хотя бы буду уверена, что меня там не убьют.

Страх… он есть всегда и везде. Он сопровождает нас повсюду. И единственное, что подвластно каждому, – побороть его. Подчинить себе и остаться на поверхности, не позволив ему утащить себя на дно.

Дедушка всегда повторял: «Страх губит и в то же время спасает».

Я смогла преодолеть столько испытаний, сколько порой не выпадает на долю прожившего сотню лет. Что мне стоит пройти эти этапы? Банально, но от такого простого решения зависит моя жизнь.

– С последнего, – твердо заявила я.

Удивление магистра выдала изогнутая бровь.

Иногда стоит сделать странный выбор, чтобы понять, насколько ты прав.

– Уверены?

– Пока не передумала, – я подошла к магистру.

Последняя конструкция в ряду представляла собой четыре овала в половину моего роста. Они висели в метре от пола, плотно окружая пустое пространство. Один овал отплыл в сторону, как будто приглашая внутрь.

В душе что-то зашевелилось, рождая тревогу, и, пока я не сбежала отсюда, с паническим ужасом в глазах решила действовать.

Оказавшись в окружении мерцающих «щитов», я уже не испытывала прежней уверенности, но путей к отступлению не было, что порадовало.

– Несколько советов, Савелье: не пытайтесь выбраться – остроны не выпустят, а вы получите травмы. Прислушивайтесь к внутреннему голосу, он не подведет. Нацельтесь на результат, я вас вытащить не смогу. Кроме вас самой вам никто не поможет.

Весьма оптимистично звучат из уст декана слова о том, что он меня вытащить не сможет.

– Что меня ждет? – решила уточнить я, напоследок.

Из-за «щита» перед глазами лицо Айнеха расплывалось.

– Будем надеяться, что ничего плохого.

Коротко. Ясно. Мрачно. В духе магистра.

– Запускаю, – предупредил Айнех.

Я зажмурилась, не зная, чего ожидать. Фантазия рисовала предсмертные муки, адские пытки, нагоняя жути. Все «тараканы» разбежались, когда в висках запульсировало, а по рукам пробежала теплая волна, распространяясь постепенно по всему телу.

Не так страшно, оказывается, как представлялось. Совсем не страшно.

Тепло разлилось и внутри, словно в душу налили парного молока и горячего шоколада с божественным вкусом. В памяти всплыли воспоминания из детства, когда я с мамой бегала по лугам и пряталась в траве. Рядом словно пронесся аромат свежескошенной травы и луговых цветов… Яркие моменты из жизни пронеслись единым фильмом, порождая тоску по дому.

Все прекратилось в один момент.

Я с распахнутыми глазами ожидала дальнейшего развития событий, но про меня словно забыли. Никакого тепла, никаких других ощущений – будто нет вокруг меня этих странных штуковин, парящих над полом. Я сама стала как легкое перышко, твердо стоящее на ногах. Одно с другим не вяжется, но как иначе описать свое состояние?

Нарастающее покалывание то там, то здесь загубило чувство эйфории на корню, не дав возродиться. Словно тысячи иголок одновременно вонзили в меня, выбивая весь воздух из легких пополам с застывшим криком… И все закончилось. Я, пошатываясь от напряжения, готовилась к новой порции неизвестного, вместо этого один из «щитов» уплыл в сторону.

– Вам везет, Савелье.

Взгляд отказался фокусироваться на лице магистра.

– В чем же? – я не удержалась и села на пол.

– Жизнь не желает вас отпускать вопреки стараниям смерти.

Судьба ко мне благоволит, определенно.

* * *

С того дня прошло почти две недели. Мне стала легче даваться практика в неравной борьбе по освоению магии. Теперь я могла с первого раза сделать маячок, что было воспринято мной с неописуемым восторгом. За меня порадовались все, включая Витора, кроме магистра Айнеха. Он сказал, что маячок будет бесполезным на турнире, а потому радость моя неоправданна. В чем-то он прав, но для меня это уже был прорыв. Правда, в остальном легче мне практически не стало. «Побороть» пространственный карман удалось лишь через несколько дней, а с этим пришла другая беда.

Оказалось, что пространственный карман мне, как и все остальное, перешел «по наследству» от предыдущей хозяйки, которая хранила там разные запрещенные вещества. Благо тогда со мной занимался Джен и… сам удивился такому разнообразию. Я не стала спрашивать, где могла разжиться адептка пятнадцатью годами тюремного заключения, только уточнила, может ли это вывести на меня каких-нибудь пока неизвестных врагов. Джен не смог ответить однозначно, но заверил, что всегда будет рядом, а если что-то случится, я вызову его маячком. К слову, именно маячок Джена получается у меня лучше всего и доходит до адресата без сбоев.

Джен наконец-то стал проводить со мной больше времени. Он часто заглядывал к нам вечерами. Дин был рад мужской компании, а Малена, наоборот, не выказывала никаких эмоций. Ее поведение поначалу удивляло, но я списала настроение подруги на нестабильность в их с Дином отношениях.

Витор, я думала, не знал о нас с Дженом, но… я просчиталась. У него и впрямь везде глаза и уши. Не прошло и трех дней, как я увидела перед собой того, с кем относительно недавно познакомилась.

С этого момента изменилось многое. На тренировках с Витором меня ждали беспощадные задания, а если я не справлялась, он подключался в самый последний момент, не забывая при этом оставить колкий комментарий. Витору позволялось выдернуть меня в выходной день ранним утром на полигон. Дозволено ему было это делать и ночью, но до этого еще не доходило. Собственно, такой властью Витора наделил Айнех, ибо – цитирую: «Савелье бездарно провалит турнир и опозорит Академию. Адепт Гарье, я вас ни в чем не ограничиваю». Но если раньше Витор позволял мне выспаться, позавтракать и сделать основные важные дела, теперь я слышала или «семь минут на сборы», или, если у него было особо «прекрасное» настроение, «пять минут на сборы». При этом за опоздания наказанием были адские полигоновы круги (использовал методы магистра).

Один раз, когда я все-таки попыталась поговорить с ним и объяснить по-человечески, меня ждали уже забытые потемнение в глазах и боль. Я хоть и научилась с этим бороться, но было обидно и больно даже не из-за этого. А из-за того, что я думала, будто он способен понять и воспринять адекватно. Но… пришлось признать правоту Малены. Витора «отбросило» в его изменениях назад с силой урагана, и я абсолютно точно убедилась в ошибке компаса.

Единственное остающееся без изменений – это информация о дневнике и Громе. Айнех в категоричной форме отказал принцу отпустить меня на неопределенный срок, а без меня поиски дневника затягивались. О Громе словно стерли воспоминания. Никто не видел, никто не слышал, никто ничего не знает. Волнения грозят перерасти в войну, а король спешно прячет свои золотые запасы.

Мы допустили фатальную ошибку, передав дневник Грому и понадеявшись на его защиту.

– Опаздываете, Савелье, – прогремел Айнех.

Я поспешила проскользнуть в кабинет, глазами выискивая Малену. Она по обыкновению заняла место в самом конце.

– Ты где была? – поинтересовалась подруга, пока Айнех молчал.

– Витор задержал.

Я наконец-то смогла выдохнуть.

– Сегодня он отыгрался на мне по полной.

– Я предупреждала, – Малена крутила в пальцах карандаш.

– Я помню, – я забрала у нее свой карандаш, – пыталась с ним поговорить, а он снова решил показать свою натуру.

Подруга сделала вид, что увлечена речью магистра, и оставила мой ответ без внимания.

– Через два дня адептка Савелье и адепт Гарье отправятся на турнир в моем сопровождении. По установленным правилам, от каждой Академии должна быть группа адептов в качестве поддержки. Желающие есть?

Магистр обводил взглядом аудиторию снова и снова. Хотели, похоже, все. Каждый старался поднять руку как можно выше.

– Адептка Филиган, дорогая, куда вы собрались? – приторно ласково произнес магистр. – У вас долгов выше макушки. Адепт Корпис, а вы что, забыли о своем наказании?