Текст книги "В плену их желаний (СИ)"

Автор книги: Лика Мираж

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

Горячее стекает по ногам на постель. Противно, и хоть бы Заро почувствовал то же самое. Пусть хоть изобьёт её, но отстанет.

Она зажмуривается, ожидая удара, но слышит смех.

– Ну ты даёшь… Специально, что ли? Я… совсем не так это представлял. Чокнутая…

С тем же странным смехом, можно было бы подумать, что нервным, он отстраняется и отходит к шторе, за которой нет окна.

– Знаешь что? – тянет. – К чёрту.

Кара слышит, как он подходит и в следующий миг видит его покрасневшее, красивое, залитое потом лицо. Повязка летит на пол. Следом он вынимает из её рта шарик, стягивает то, на что он крепился, и она судорожно сглатывает и пытается размять рот.

Она замечает чешуйки на его бёдрах и отводит взгляд, боясь заметить что-то странное, что сама же в нём проявила.

В нескольких местах дракон плавит жгуты, чтобы она смогла высвободиться.

– Мне не нравится, как некрасиво ты себя ведёшь. Ты же хотела стать моей женой… Так докажи мне, что этого достойна.

– У тебя, – хрипит Кара едва-едва, – уже появилась новая.

Заро усмехается и качает головой:

– Это ненадолго же. Знаешь, сколько их было таких, как она?

– И как я?

– Нет.

Он снова отходит.

– Увидишь дверь, там ванная и одежда. Ещё раз такое провернёшь – я перестану давать тебе воду.

Заро уходит, а Кара ещё долго пытается высвободиться и отдышаться, затем сваливается с мокрой кровати на пол и плачет.

Может утопиться?

Она поднимается, находит глубокую чёрную ванную, обилие бутыльков на полках, вещи в шкафчике, большое зеркало.

В него не смотрит, просто не в силах глядеть на себя такую.

Она включает воду, холодную и встаёт под душ.

По бёдрам стекает моча, сперма и кровь. Кара передёргивается и вздрагивает, когда понимает, что в комнату кто-то вошёл.

Заро?

Она ударяется лбом о кафель, но вскоре дверь закрывается, затем слышится какой-то шум и ругань, а вскоре до неё доносится конфетный, женский голос:

– Кто здесь?

Кара выключает воду и оборачивается в огромное махровое полотенце, что закрывает её тело гораздо больше и удобнее, чем одежда в последнее время. Она выжимает волосы и они рассыпаются по плечам крупными прядями.

– Я, – она выходит и застаёт у своей перестеленной недавно кровати миловидную, даже слишком, девушку с какими-то чересчур плавными изгибами тела и чертами лица.

Та склоняет голову набок, разглядывая Кару, и цокает языком.

– Девушка? – обходит комнату, заглядывая во все углы, хотя тут и смотреть не на что – постель, шторы, шкаф, наверняка, заполненный доверху верёвками и хлыстами, дверь в ванную… – Ты здесь живёшь?

Кара не знает, что ответить. Правду? Но помогут ли ей?

– Ты невеста Заро, да?

– Видно по мне, верно? – она кружится, будто показывая себя, лёгкая и красивая, такая, какой Кара когда-то пыталась быть. Только лучше.

Но странно, что она такая восторженная, будто сама не привыкла ко всему.

– Видно.

Кара садится на кровать, здесь, как и положено драконьему логову, тепло и волосы быстро сохнут.

– Так кто ты? Мне стало интересно, он вышел от тебя, что вы делали?

Приходится усмехнуться:

– Трахались, – саму едва ли не передёргивает, будто бы от шока, она почти не обращает внимание на боль, но вряд ли так будет и дальше… – А что?

– Этого не может быть, – девушка морщит носик будто от отвращения. – Он не из тех, кто опускается до простых смертных! Хоть его отец и подпорчивает ситуацию… Но он не такой. Ты слуга, или родственница, или у вас какие-нибудь тайные политические делишки? Мне можно верить. Сегодня я пройду посвящение. Хочешь поцеловать мне руку? – и она протягивает ладонь.

Но Кара отворачивается.

– Сегодня? И ты не боишься?

– То, что я не боюсь, и делает меня достойной, так что…

Кара приподнимает брови, испытывая к девушке едва ли не жалость.

– Я была такой же, как ты недавно. Его невестой.

– Быть не может, она умерла! – отшатываясь, едва ли не кричит.

– Ну, как видишь, нет…

– Значит, это нужно исправить! – девушка, убрав распущенные волосы за уши, подступает к Каре, та в ответ лишь наблюдает, ничего не предпринимая.

И Заро прерывает их:

– Мисси, пора. И ты должна будешь объясниться.

Кара опускает взгляд, не желая глядеть на него.

Заро выпроваживает уже порядком взбешённую Мисси и закрывает дверь, оставаясь при этом в комнате.

От одного его вида Кару начинает подташнивать, но разве же он сделает что-то с ней прямо сейчас?

– Не подходи ко мне.

– А разве ты не собралась быть безвольным трупом?

За неимением лучшего Кара хватает подушку и забивается в угол.

Дракон настигает её в два шага, упирает руки в стену возле её головы и усмехается. Его глаза лихорадочно блестят, он прижимается ближе, чтобы горячей кожей почувствовать её тело. Она прикрывается подушкой, и та вскоре летит восвояси, а перья разлетаются по всей комнате.

Заро стискивает её горло пальцами и глубоко, властно целует. Его язык едва ли не достаёт ей до горла, но каким-то образом, это не вызывает ещё большую тошноту. Хотя, казалось бы, одно его движение, колыхание волос, взгляд – и её вытошнит прямо здесь.

Дракон отлепляет Кару от стены, прижимает к себе, всё ещё целуя и так добирается с ней до стены рядом с выходом.

– Мы с тобой ещё не закончили, мышка, а пока…

Он больно сдавливает её челюсть и проходится языком по и без того зудящим от укусов губам.

И швыряет о стену.

А затем, пока она не опомнилась, привязывает к стене за прикрученные к ней кольца, которые можно сразу и не заметить. И заставляет Кару открыть рот, чтобы просунуть в него красный шарик. Уходя, он чмокает её в него и в нос.

– Наслаждайся.

Свет выключается, дракон исчезает, Кара остаётся одна, а за дверью в отдалении слышатся уже знакомые голоса.

Кара прислушивается к звукам в соседней комнате.

Так странно, она не замечала потайную дверь, когда стояла рядом с полуобнажёнными горячими мужчинами. А что, если и тогда какая-нибудь сломленная девушка сидела, привязанная к стене, не в силах не пошевелится, не вскрикнуть. Со сколькими Заро такое проделывал, и какой в этом смысл?

Всё, что может Кара – всхлипнуть и сосредоточиться на безумно колотящемся сердце.

Он заставляет её слушать, пока только шаги и шорохи, но что будет дальше?

Зачем так издеваться?

Может быть, просто задержать дыхание… навсегда.

Она зажмуривается. Нет. Надо перетерпеть. В конце концов, хуже, чем было, уже не будет.

Может, даже удастся задремать.

Вот только чем больше времени Кара сидит у двери, тем отчётливее ей представляется то, что происходит за ней.

Мисси приглашает мужчин подойти ближе и благодарит за визит, как бы нелепо это ни звучало. Она уже чувствует себя хозяйкой, и совсем не боится. Может, это её давняя фантазия, которая теперь претворяется в жизнь? Столько мужчин, желающих тебя, берущих одновременно…

Станет ли Клаус опускаться на колени, чтобы впиться в Мисси языком, снова отобрав это право у Заро?

Она слышит, как Мисси хвалят, с каким шелестом падает на пол её платье, как множество сильных рук касаются тонкого молочно-белого тела и мягких волос… Раздаются стоны и шлепки.

У Кары начинает болеть голова, она не знает, сколько времени прошло, но с новой женой Заро будто чувствует себя смелее, так же, как и остальные.

Они набрасываются на неё, стоны переходят на крики.

Вскоре от двери идёт практически невыносимый жар.

Мисси кричит «боже, да», а затем как-то моляще, с отчаянием «пожалуйста».

Просит ещё?

Кара передёргивается, и что-то в резко упавшей на всех тишине придаёт ей сил. Она пытается промычать достаточно громко, чтобы её услышали, бьётся о стену, но спустя несколько мгновений это заглушает спокойный и уверенный, но зычный голос Заро:

– Мне опять не повезло.

Интерлюдия: Эрос I

Клаус, со свойственным ему добродушием, предлагает всем провести ночь в его ночном клубе в центре города, и Заро соглашается с заметной неохотой. С чего бы, а?

И почему он всегда делает то, что говорит Клаус, должен ему?

Интересно.

Как и те звуки за стенкой, что, похоже единственный услышал Эрос, и то только потому, что не был в Мисси в тот момент. Ведь он младший в компании «золотых» драконов, и должен уступать. В итоге ему почти не досталось. Какая жалость.

Но и у этого есть свои привилегии, так что Эрос отказывается от поездки, сославшись на подготовку к экзаменам.

Удобно притворяться примерным мальчиком, со всё ещё не выветрившимся максимализмом, в то время, как он уже давным-давно всё купил, абсолютно не заинтересованный в учёбе, да и во всём остальном, что не приносит низкое и быстрое удовольствие. Без затрат, усилий и последствий.

Да и не очень-то он нужен этой троице зажравшихся драконов, а потому, что Клаус, что Седрик, что Заро, даже не заметят его отсутствия в бане с бьющим в глаза красным светом и оглушающей музыкой под названием «ночной клуб».

А вообще, он называется «Каменный жезл», интересно, с чего бы это?

Эрос усмехается и выходит с остальными во двор. Он, как и другие, замечает белую машину, никому из них не принадлежащую и выходящего из неё человека в белом костюме и с болезненным видом.

– А, доктор, – тянет Заро. – Чего надо?

– Хотел бы увидеть Мисси, я забочусь о здоровье её семьи уже много лет, может быть, ей нужна помощь? – врач опускает глаза, зная, что не должен здесь находиться, но Заро отзывается благодушно, будто смерть невесты подняла ему настроение.

– Она не пережила, к сожалению, была неподходящей для меня. Может быть, вы ошиблись в своих анализах, м?

– Исключено, – едва отвечает врач и оглядывает больным взглядом высоких мужчин, от которых всё ещё исходит жар.

– Ладно, – Заро кивает. – Мы уходим, тело отправится её семье. Завтра или послезавтра.

– Но… – он делает шаг вперёд. – Позвольте её забрать.

И Эрос наблюдает за всей этой похоронной процессией, врачу позволяют забрать тело, и он осторожно, словно Мисси вылита из хрусталя, кладёт её на заднее сидение.

– Потаскушка, – бросает вдруг Заро, садясь в машину к Клаусу.

Тот качает головой и выражает свои соболезнования, ну а мрачный Седрик молчит, его в принципе не волнуют другие женщины, кроме жены, но традиции есть традиции.

– Будьте прокляты, – это доктор произносит тихо, уезжая, но Эрос улавливает, хмыкает, прикидывая, какое проклятье может навредить драконам и… возвращается к дому, проскользнув мимо охраны и слуг.

Глава 6. Возвращение

Она дрожит, ожидая удара каждое мгновение. Мёртвый взгляд Эроса стоит перед глазами и никуда не исчезает, как бы Каре этого не хотелось.

Внезапно так, что она подпрыгивает на месте и едва не падает на дорогу, раздаётся шум от резко затормозивших шин. Открывается дверца, Кару тут же обдаёт тёплым воздухом и она запрыгивает на переднее сидение, даже не разобравшись, кто приехал и почему. Она дрожит и всё ещё не может произнести ни слова, просто чувствует, что не выйдет и не пытается.

Машина движется вперёд, краем глаза она замечает выбежавшего из дома, пылающего алым огнём Заро.

Кара тяжело дышит, плачет, у неё нет сил пытаться привести себя в порядок, и даже посмотреть на своего… спасителя?

Теперь уже не по себе называть так любого мужчину. А, может, это женщина?

Кара всё-таки смотрит, в чьей машине оказалась и от удивления открывает рот, пытается что-то сказать, ничего не выходит, и она просто бросается человеку на шею, едва ли не провоцируя аварию.

– Ладно, я понял, ты не ослепла, – звучит бархатный голос Ангуса, – выглядишь разбитой, был трудный день?

Он усмехается обаятельно, в его янтарных, почти оранжевых глазах будто веселье, и это на мгновение пугает её.

Он всё знает и издевается?

Ангус, наконец, замечает её выражение лица, и отводит глаза, будто пристыдившись, но в его облике ни на грамм не исчезает уверенность и спокойствие.

– Я тебе говорил ещё в первую нашу встречу, что становиться драконьей невестой – идея не самая лучшая. Лучше уж удавиться, – добавляет таким тоном, что Кара пугается и успокаивается одновременно.

Она чувствует себя русалочкой, потому что не может оправиться от шока и вернуть себе голос, не может даже спросить, куда они едут, и что он планирует делать дальше.

Она вздыхает, всё ещё дрожа всем телом несмотря на тепло и ощущение безопасности рядом с драконом, как бы это странно не звучало, после всего, что произошло за последние дни. И указывает ему на дорогу, а затем пожимает плечом.

– Не понимаю, – отвечает Ангус, улыбнувшись. – Не понимаю. Успокойся. Хочешь пить?

Боже, да.

Она кивает, и он достаёт бутылку с водой и подаёт ей.

– Мой сын адепт старых традиций, но не я. И я отвезу тебя туда, где твоё место. Договорились?

Кара, отчего-то смутившись, кивает.

Кара надеется, что всё закончилось, и Ангус отвезёт её домой. Она слишком устала, чтобы пытаться заговорить с ним, поэтому позволяет себе прикрыть веки и окунуться в тёмное и тёплое марево сна.

Ей снятся на этот раз не глаза, а брызжущий кровью во все стороны позвоночник. Она не может отвести взгляда, словно замороженная в одном бесконечном воспоминании.

Очнуться заставляет прикосновение горячих пальцев, водящих по её обнаженному бедру. Кара вздрагивает и тихо, хрипло вскрикивает, в глазах загорается пламя, но сама она этого не замечает.

– Всё хорошо, – говорит Ангус и одаривает её мягкой, уверенной улыбкой.

Он убирает руку, она выдыхает и оглядывается. Машина стоит перед массивными воротами, за которыми возвышается чёрный замок.

– Хотел тебя разбудить.

Кара хватается за горло и сглатывает слюну.

– Где мы? – выходит совсем тихо.

– У меня.

– Зачем?

Он приближается к ней, она чувствует его жар и инстинктивно едва не поддаётся к нему, ища… спокойствия? Защиты? Любви?

Бархатный голос Ангуса проползает между ними питоном, и Кара хмурится.

– Решил, что ты захочешь остаться со мной. Станешь частью моего гарема. Будешь его украшать. Идём?

Она замирает, не веря своим ушам.

Но спасает его обаятельный, тёплый смех.

– Как ты могла поверить? – он выходит из машины и открывает её дверцу, чтобы в следующее мгновение поднять Кару на руки.

– Тогда зачем мы здесь?

– Ты принадлежишь Саре, я позвонил ей, пока ты спала. Она сейчас не дома, и приказала мне, правда, приказала, она забавная, чтобы я подержал тебя у себя, пока она не приедет сама. Её очень обрадовала эта новость. Что ты жива. А в подробности я не вдавался.

Значит, Каре не стоило думать о свободе. Она кивает и расслабляется в его руках. Он единственный за последнее время не сделал ей ничего плохого. Но останется ли всё так же, если она расскажет правду о том, что произошло с Эросом? Не решит ли он, как Заро, что это – её вина?

Он останавливается с ней в холле, где всё выглядит так же, как Кара и могла ожидать от такого, как Ангус. Везде медвежьи шкуры вместо ковров, на одной из стен что-то, напоминающее чешую дракона, преобладают тёмные черно-багровые тона, потрескивает огромный камин… И девушки везде разбросаны, как оставленные ребёнком игрушки. Все они, как одна, переводят на Ангуса с Карой взгляд и приветствуют их сладкими голосами:

– Здравствуйте! Добрый вечер, господин! Хотите чаю? А массаж ног?

Несколько подходят к ним, и у Кары начинает болеть голова.

Ангус качает головой.

– Массаж потом. Сейчас подберите моей гостье какую-нибудь одежду и хорошо накормите. Она подождёт у нас свою госпожу.

– Сару? – у какой-то блондинки загораются глаза.

– Ага.

Кару куда-то ведут, Ангус исчезает из вида, но Кара будто чувствует, как бьётся его сердце в том же ритме, что и её.

Кара теряется из-за обстановки вокруг: уютно-мрачной, одиноко-оживлённой. У всех девушек здесь неплохое настроение, они не против поболтать с ней и помочь. Атмосфера совсем не такая, как у Сары, да и выглядят девушки иначе – в удобной и разной одежде, с живым блеском в глазах… Они чувствуют себя комфортно в каждом уголке этого замка Дракулы и не вынуждены толпиться в одном помещении в ожидании приказов.

Спустя столько ужасов, увиденных в жестоком мире драконов, всё здесь удивляет и радует…

– Ой, слушай, у тебя, наверное, такой же размер, как у меня, – говорит Луна, – я тебе сейчас быстро что-нибудь подберу, у меня тут шкаф с вещами, всё никак не увезу… Руки не доходят. Но девкам не разрешаю забирать, ишь, – она лучисто улыбается, а Кара приподнимает бровь:

– Не поняла, прости, куда не увезёшь?

– Ну, домой, я переехала месяц назад к жениху.

– К жениху? Ты разве не с… Ну.

– Была, – кивает Луна, – но потом встретила классного парня, и мы скоро поженимся.

– А так можно?

Кара застывает и не сразу принимает протянутые ей джинсы и свитер.

– Ну, примерь. Конечно, можно. У меня контракт всего на три года был.

– Контракт?

– Ага, ты просто девушка Сары, у них там по-другому, они рабы… Только не обижайся! Просто… здесь всё добровольно и за деньги. Есть и рабыни, которых Ангус купил, но он не заставляет их делать то, что они не хотят. И заключает с ними контракт на двадцать лет. Потом отпускает.

Кара слушает, одеваясь, а Луна, лёгкая на сплетни, продолжает:

– У него выбора нет. Что поделать, дракон. Не будет девиц, будет летать над городом и всех сжигать, как оно раньше бывало… Жуть, да? Но, если честно, я с ним была-то всего лишь раз десять за всё время. Это очень круто, но слишком для меня! Я больше ковры ткала. Гобелены там. Вот как тот на стене, видишь?

– Да. Красиво.

Кара так радуется, что может побыть в нормальной, обычной одежде, что начинает светиться. Ещё больше настроение поднимает порция наваристого супа и запечённая индейка с овощами. На глазах выступают слёзы, но она быстро, незаметно их смахивает.

Боже, Кара не пробовала ничего вкуснее.

– Ух, ты прям пылаешь, температура? – Луна хмурится.

А Кара не успевает ответить, вошедшая девушка всучивает ей поднос с чаем и отправляет в кабинет Ангуса.

– Он тебя ждёт. Грозный такой, – ей говорят это шутливо, с улыбкой, и Кара старается унять подступивший к горлу страх, сбивающий идущий от кожи жар.

Когда она заходит в его кабинет, в которым очень много камней и довольно прохладно, Ангус стоит у окна, высокий, со сцепленными за спиной руками. В его позе есть что-то напряжённое. Кара оставляет поднос на столе.

Она не дожидается, пока он начнёт говорить и, будто боясь получить удар, бьёт первой:

– Заро убил вашего внука.

Ангус кивает и оборачивается к Каре, окидывая её странным взглядом. Каким-то тягучим, будто бы видит её насквозь и замечает что-то, о чём не знает даже она сама. Её словно окатывает жаром, и что-то больно колет сердце.

– Садись, – улыбается он, – пей чай спокойно. И расскажи мне, как это произошло, если сможешь.

Сам дракон, который кажется ей сейчас центром вселенной, от которого исходят все нити судьбы, устраивается напротив, не сводя с неё горящего взгляда янтарных глаз.

Кара сдерживает вздох и рассказывает всё, как было, не решаясь при этом отвлекаться на чаепитие, рассказывая о смерти родственника Ангуса. Он слушает внимательно и в конце кивает, будто своим мыслям.

– Мой сын обладает дурным нравом, так было с его рождения. Не подумай, что я оправдываю себя, в этом есть и моя вина. Это не первое его убийство себе подобного. Драконы – редкость, и есть закон. Теперь кровный родственник Эроса имеет право отомстить за его смерть.

Кара приподнимает бровь. Значит, Заро может погибнуть из-за неё?

Конечно, она не виновата. Но всё же, не будь её, не было бы и ситуации.

– Кровный родственник, это отец Эроса, Сарго, мой старший сын. Либо же я.

– Но вы не станете? – Кара вздрагивает, понимая, что это не её дело.

Ангус улыбается едва заметно.

– Я подумаю над этим. Спасибо, что рассказала мне. Мне очень жаль, что тебе пришлось пережить всё это.

И он продолжает сверлить Кару взглядом, и она, наконец, понимает, что это обозначает. Голод. Драконий голод.

Заметив это понимание в её глазах, Ангус усмехается и качает головой:

– Пей чай, пожалуйста, не беспокойся не о чём. Я не стану так с тобой поступать, у меня много тех, кому будет в радость провести со мной ночь.

Это режет по ней тонким лезвием, и Кара морщится, а затем спешно опускает глаза.

– Господин, – шепчет она, – а что, если я хочу быть одной из них?

Она стискивает зубы, чувствуя странную решимость и одновременно замешательство. После всего, ей бы хоть немного отдохнуть от мужчин, и это так, но не касается Ангуса, который даёт ей тепло и чувство правильности, а ещё прилив сил.

У неё начинают мерцать пламенем глаза, Ангус это замечает, берёт Кару за руку и целует её тонкие пальцы.

– Мне не нужна пара, я веду совершенно другой образ жизни. И ты принадлежишь милой Саре, не забывай об этом.

Кара чувствует, как шипит на коже вода – это дорожки слёз.

Она падает на колени перед ним.

– Пожалуйста, я не смогу так больше. Вы мне нужны. И никто больше.

Ангус берёт её за подбородок нежно, наклоняется и касается губ, будто пробует. Его глаза вспыхивают, Кара чувствует, как тело становится податливым и изнывающим, и пугается этого. Но отвечает на поцелуй, теперь глубокий, невероятно горячий, но ничуть не обжигающий.

Кара дрожит от прикосновений его рук и губ, весь мир сливается в сплошное марево, золотистыми, мягкими линиями её тянет к нему, в горле застывает ком злости и радости, тоски и смущения, отчаяния и веры.

Ангус подхватывает её на руки и устраивает на своих коленях. Крепко обнимает Кару за талию, жадно целуя её, ещё больше заводясь из-за её тихих, проникновенных стонов.

Кара не замечает, как оказывается на столе, объятая его не обжигающим жаром, поддаётся прикосновениям сильных рук, гуляющих под свитером, и при всём при этом не может остановить поток слёз, текущих то ли от всего пережитого, то ли от волнения сейчас, то ли отчаяния, что она не встретила Ангуса раньше.

Он замечает её слёзы и сцеловывает их с лица, запуская пальцы в её волосы, гладя их осторожно, с такой нежностью, что у Кары, привыкшей к жестокости, замирает сердце.

А затем пропускает отдающийся эхом удар, когда Ангус отстраняется.

– Я не могу так с тобой поступить, тебе нужен покой…

Кара хватается за него.

– У Сары я его не найду. Ангус, разве ты не чувствуешь? – на мгновение ей кажется, что она сходит с ума, что всё, что с ней произошло, необратимо повредило мозг, но…

– Я уже потерял свою истинную, это большая редкость, и мы не…

По её щеке снова катится слеза, и Ангус, будто не выдержав, стирает её.

– Я не предам её, полюбив другую. Прости. Ты не нужна мне.

Дверь бесцеремонно распахивается и в кабинет входит Сара в золотистом костюме, облегающем её объёмные формы.

– Дорогая, я так рада, что ты в порядке!

Прощается Ангус смазанно, будто бы ничего не было, что выводит Кару из себя, и она молчит половину дороги до поместья Сары. Точнее, Клауса. Кто там из них главный?

– Да, это ужасно, – продолжает болтать Сара, и на теме Заро Кара, наконец, обращает на неё внимание. – Дело в том, что он уже убивал дракона, это история давно поросла мхом, подробностей не знаю. Но Клаус мог вызвать его на поединок, на котором Заро не имел право причинить противнику серьёзный вред, а сам должен был умереть… И это должно было быть на арене, в развлечение и назидание остальным. Но Клаус отказался, поэтому Заро был ему должен. Об этом никто уже не говорит… Но и это припомнят после смерти Эроса. Он мне никогда не нравился, вообще-то, но… – она ведёт плечом и улыбается коралловыми губами, переведя на Кару будто бы взволнованный взгляд. – Но я всё-таки так рада, что ты жива! А ты скучала по мне?

Кара сидит, будто сросшись с креслом, и качает головой с мрачным видом, чего никогда раньше себе не позволяла в присутствии драконов.

– Нет, не успела.

Раз от неё отказался тот, у кого она была готова жить даже в гареме, ей уже всё равно. Только если Сара не будет угрожать её семье, но ведь вряд ли?

Сара резко тормозит и приподнимает брови:

– Я что, ослышалась?

– Нет, – упрямо глядит перед собой. – Нет. Простите, Госпожа.

Сара касается пальцами её плеча.

– Ну, моя девочка… Моя хорошая девочка, не надо такой быть…

И Сара вдруг поддаётся ближе и касается волос Кары горячей ладонью. Та терпит, и во взгляде Сары мелькает что-то холодное и острое, когда она останавливается и выезжает на дорогу.

– Тебе нравится Ангус, не правда ли? Не понимаю, что в нём может привлекать, он сильно сдал, когда потерял свою жену. По традиции, она была и с другими… И в одну из таких ночей, один из драконов перестарался…

Кара хмурится:

– Зачем вообще делить с кем-то жён?

Сара хмыкает:

– Ну, они слишком большая редкость, не каждый дракон найдёт свою единственную, которая, к тому же, сможет принести ему ребёнка. Зато от него может понести другая, которая не может сделать это с мужем. Шанс упускать нельзя, иначе мы просто вымрем.

– То есть, дело не в похоти?

Сара усмехается:

– Такие уж мы существа, похоть всегда будет идти рядом рука об руку.