Текст книги "Иван Александрович Стебут (1833—1923)"

Автор книги: Лев Валашев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 11 страниц)

Прежде всего Стебут указал на необходимость усиления паровой обработки – введение технических и кормовых растений, допускающих междурядную обработку почвы, и улучшения ее – замена зеленого пара черным и занятым. При этом он подчеркнул значение своевременности обработки и применения улучшенных орудий. Исключительное значение Стебут придавал сбережению и накоплению влаги в черноземной полосе и южных степных районах.

Далее, он предлагал вводить в полеводство кормовые травы «сообразно местным условиям», имея в виду не только животноводческие цели, но и задачу улучшения нечерноземных почв.

Важное значение придавал Стебут разнообразию возделываемых в полевом клину растений, замене малоценных яровых более ценными, введению в культуру масличных растений, преимущественно в центральных черноземных и юго-западных частях юго-восточной половины России (где они должны пойти на смену не отличающихся большой урожайностью многолетних трав), испытанию смешанных посевов (в числе их он называл рожь и пшеницу; ячмень, овес и гречиху, горох и овес; горох и ячмень). Стебут впервые в России широко поставил вопрос о подборе культур и сортов для разных зон.

Стебут указывал и на улучшение техники обработки почвы, рассева и прикрытия семян, усиление удобрения, улучшение семян, улучшение качества уборки и сохранности кормовых средств. Последнее, по его мнению, должно было обеспечить возможность возделывания новых кормовых растений, например свеклы, кукурузы на зеленый корм и др.

Конечно, в книге Стебута – много устаревших материалов. Это прежде всего – описываемые или упоминаемые машины, сорта. Естественно, что в курсе, составленном около 80 лет назад, не могли найти отражения современные приемы возделывания различных культур. Однако в курсе Стебута очень много и таких материалов, которые не потеряли своего научного значения и в наши дни, многие идеи и предложения, высказанные в нем, правда, без упоминания имени Стебута, неоднократно описывались в дальнейшем в нашей агрономической литературе.

Остановимся на некоторых высказываниях Стебута по отдельным вопросам полевой культуры.

Стебут настойчиво рекомендовал расширение на север посевов озимой и яровой пшеницы, которые в его время распространены были лишь в южных зонах России.

Во второй половине прошлого века в русской агрономической литературе широко обсуждался вопрос о кукурузе, в частности о кормовой кукурузе. Кормовая кукуруза начала входить у нас в полевую культуру в 50-х годах XIX в. В 1875 г. в Херсонском земском сельскохозяйственном училище был произведен первый опыт силосования кукурузы. В своей диссертации «О разведении кормовых трав на полях» (1859) А. В. Советов пришел к выводу, что кормовая кукуруза для русского травосеяния не лучше, чем все известные кормовые травы. По его мнению, едва ли возможно было, чтобы хозяева обошли другие травы и взялись за кукурузу. Самой естественной для кормовой кукурузы зоной он считал южный край России.

По-иному подошел к этому вопросу Стебут. Он уделил кукурузе в своем курсе большое внимание. Говоря о высоких кормовых достоинствах зерна, а также соломы и початков кукурузы, он подчеркивал кормовую ценность зеленой и силосованной кукурузы, которая особенно пригодна для молочного и откармливаемого скота. Как указывал Стебут, в России кукурузу на зеленый корм возделывали до 56° с. ш. Урожайность кукурузы Стебут определял в 1500—3000 пудов зеленого корма, равного по питательности 350—700 пудам хорошего лугового сена. Он затронул и вопросы смешанных посевов кукурузы с фасолью, картофелем, тыквой, предостерегал от намачивания семян при посеве в сухую погоду, на сухих почвах, рекомендовал неглубокую заделку семян.

Вопросы травосеяния Стебут рассматривал применительно к разным зонам Европейской части России, принимая во внимание и экономические условия хозяйства. Перед работниками сельского хозяйства средней черноземной полосы Стебут ставил три цели полевого травосеяния: улучшение кормовых средств, обеспечение летнего корма для молочного скота и увеличение количества скота. Он выдвигал идею зеленого конвейера (озимая рожь – клевер – вика – гречиха – овес), из видов трав упоминал красный клевер, тимофеевку, костер безостый, в более южной части – люцерну, эспарцет; для пастбищного использования – белый клевер, хмелевидную люцерну, язвенник, лядвенец, овсяницы, мятлик, тысячелистник; из однолетних трав – вику, чечевицу, сераделлу, гречиху, сурепицу, рапс, горчицы, могар, овес, рожь.

К востоку и юго-востоку от центральной черноземной полосы задачей полевого травосеяния, по мысли Стебута, должно быть увеличение производительности степи или залежи и лишь частично посев многолетних, а также однолетних (могар, кукуруза и др.) трав. Выбор их необходимо сделать лишь после серьезных опытов. Для испытаний Стебут предлагал ряд трав, в том числе житняк, который, как известно, был введен в культуры в начале нынешнего века В. С. Богданом.

К юго-западу от средней черноземной полосы Стебут отдавал предпочтение однолетним травам. Из них, по его мнению, особое значение должна получить кукуруза на зеленый корм.

В нечерноземной полосе Стебут различал также три части – центральную, западную и северо-западную, северную и северо-восточную. В целом по зоне исходной точкой для разрешения вопроса о полевом травосеянии служит качество почвы, физические свойства которой должны быть улучшены органическим веществом. Здесь задача полевого травосеяния заключается главным образом в увеличении кормовых средств с целью увеличения количества скота и в улучшении свойств почвы. Основными травами здесь должны быть многолетние – клевера, тимофеевка, райграсы и др.

Стебут указывал на необходимость приближения трав в севообороте к удобряемому полю. Он ратовал за использование семян дикорастущих трав. Соглашаясь с преимуществом травосмесей, он отмечал, что они могут дать хорошие результаты лишь в том случае, если состав их и соотношение в нем трав согласуются с природными условиями, со способом использования трав и т. д. В почвенно-климатических условиях, отвечающих особенностям бобовых трав, лучше не смешивать их со злаками, которые глушат их. Однако в иных условиях это смешивание необходимо.

Много высказывался Стебут и в отношении приемов обработки почвы. Так, он настойчиво рекомендовал зяблевую обработку под зерновые культуры, высказывал интересные соображения об обработке пласта под озимые и яровые культуры и т. п. Касаясь вспашки под зиму, Стебут внимательно анализировал случаи, когда поверхность поля должна оставаться на зиму возможно более ровной в целях сбережения влаги (рыхлые плодородные почвы в сухом климате). Однако он рекомендовал добиваться этой ровной поверхности не боронованием, а приемами вспашки.

Большое значение придавал Стебут правильному семеноводству. Он указывал, что по климатическим условиям Западная Европа не должна служить для нас источником хлебных семян («нам сподручнее выводить семена у себя, улучшая культурные приемы»). При этом он имел в виду значение происхождения семян и ссылался на такие, например, наблюдения, что семена тех же сортов пшеницы, ржи, ячменя, кукурузы на севере дают растения тем более скороспелые, чем южнее их происхождение, что лучшие урожаи дают семена пшеницы и ^КУ^КУРУ^ЗЫ южного происхождения и семена ячменя и овса северного происхождения.

Именно Стебут рекомендовал создание семенных участков, с которых можно получать превосходный материал при отборе семян, при своевременном сравнительно редком посеве, при тщательном уходе (главным образом удаление сорных трав), при своевременной уборке в надлежащей степени зрелости.

Стебут предлагал возобновление семенного материала картофеля при его вырождении из других местностей и вообще обмен семян из местностей, где данное растение возделывается с наибольшим успехом. Он подчеркивал значение выравненности семян. Стебут описал и прием провяливания клубней картофеля на свету до образования коротких ростков. В практику наших дней этот прием вошел под названием яровизации картофеля.

До сих пор еще в агрономической литературе по-разному трактуется вопрос о так называемой площади питания растений, т. е. о густоте посева на фонах разного плодородия. Стебут имел на этот счет вполне определенное мнение. Он писал, что в полевом клину норма высева должна быть тем выше, чем лучше семена, и тем ниже, чем благоприятнее погода, плодороднее и чище почва, своевременнее посев. То же он писал о корнеплодах, картофеле и о других растениях (оговариваясь, однако, в отношении сахарной свеклы, что редкий посев может дать плохие результаты при сильном повреждении посевов блохой). Сравнительно редкие посевы, по его мнению, принадлежат более совершенной культуре растений, в направлении к которой и должно подвигаться хозяйство.

Пропагандируя рядовой посев хлебов, Стебут подчеркивал преимущества квадратного и квадратно-гнездового посевов таких культур, как кукуруза, картофель и других пропашных (клещевина, арахис, подсолнечник и пр.).

Стебут уделял большое внимание прикатыванию посевов, а также писал о значении ориентировки рядов посева по сторонам света.

Большое значение Стебут придавал вопросам удобрения. В своем курсе он уделил ему много внимания. Интересны его высказывания относительно удобрения семян путем обваливания их в суперфосфате, золе, об отрицательном действии хлористых солей на крахмалистость картофеля, о значении внесения фосфора в глубокие слои почвы под зерновые, о применении местного удобрения (например, о внесении под клубни картофеля фосфатов и азотного удобрения в смеси с перегноем и мелким торфом), наконец, о подкормке полевых культур во время вегетации. Стебуту принадлежит и мнение о невыгодности и трудной выполнимости такого приема, как обрывание цветков у картофеля, а также указание на бесполезность такого приема, как обрывание верхушек растений хлопчатника в начале цветения в целях стимулирования развития боковых ветвей.

Среди мер ухода за посевами Стебут особенно выделял борьбу с сорняками.

Стебут высказал в курсе и соображения по поводу раздельной уборки хлебов. Интересно отметить, что еще в лекциях 1873 г. он говорил об уборке зерновых в фазе полной спелости и отступлениях от этого правила, обусловленных стремлением получить зерно высокого качества (поскольку при уборке пшеницы и ржи в фазе восковой спелости получается всхожее зерно, дающее вместе с тем больший выход хорошей муки), необходимостью предупреждения осыпания зерна, неравномерностью созревания зерна, состоянием погоды.

Интерес представляет и мнение Стебута о вегетативной гибридизации картофеля. Он отрицал пользу клубневых прививок. Стебут считал, что нельзя ожидать влияния подвоя в связи с тем, что он питает побеги лишь в начале развития растения. Кроме того, по словам Стебута, в проводившихся опытах не было доказано, что применявшиеся при прививках сорта обладали постоянными при данных условиях качествами, а изменения в форме, цвете и других признаках прививочных гибридов могли быть следствием влияния почвы, погоды и других условий и в них мог проявляться атавизм, так как все сорта картофеля представляют собой гибриды. Что касается прививок на укоренившемся стебле, то влияние подвоя, по мысли Стебута, должно доказываться лишь на семенном потомстве. «Но и в этом случае,– писал он,– образование новых сортов может быть достигнуто проще – скрещиванием заведомо хороших сортов путем полового размножения» («Основы», стр. 186).

К «Основам полевой культуры» примыкает и изданный в 1888 г. «Учебник частного растениеводства. Полеводство (Учение о полевой культуре)», составленный Стебутом для земледельческих училищ. Из частей этого учебника вышел в свет лишь первый выпуск – «Введение и паровой клин в пару». В нем сохранена программа «Основ», но для растений парового и полевого клинов избран монографический способ изложения. Представляет интерес методика изложения. Текст составлен в виде вопросов и ответов, разделен на крупный и мелкий шрифт, в конце каждой главы дается краткое повторение материала и указаны учебные пособия. Как справедливо подчеркивает составитель издания избранных сочинений И. А. Стебута Н. А. Майсурян, все эти особенности оригинального методического труда Стебута должны привлечь внимание педагогов самых различных сельскохозяйственных учебных заведений.

Сделанный выше краткий обзор книги Стебута лишь в слабой мере характеризует тот богатый материал, который она содержит. Но он свидетельствует о глубине научного подхода Стебута к вопросам растениеводства и вместе с тем дает примеры того, как часто новое является всего лишь забытым старым. В агрономии, приемы которой больше чем в какой другой области обусловлены временем и местом применения, особенно важно знать развитие каждого вопроса. «Основы» Стебута должны служить не только одним из основных пособий при изучении истории русской агрономии, но и одним из основных источников, к которым следует обращаться всем занимающимся отдельными вопросами научного растениеводства.

Работы по агрохимии, земледелию и растениеводству

В начале своей деятельности Стебут много внимания уделял вопросам удобрения. Он одним из первых в России дал систематическое их изложение на уровне, конечно, тогдашних научных воззрений.

В XVIII в. наиболее обстоятельно об удобрении писал А. Т. Болотов в своих статьях «Примечания о хлебопашестве вообще» (1768), «Наказ управителю...» (1770), «Об удобрении земель» (1770), «О разных родах удобрения земель...» (1779). В этих статьях главным образом рассматривалось применение навозного удобрения. Нельзя не отметить, что еще в то время, за много десятков лет до Либиха, Болотов высказывался в пользу минеральной теории питания растений.

К началу XIX в. относится изданная Вольным экономическим обществом брошюра А. Пошмана– «Наставление о приготовлении сухих и влажных туков, служащих к удобрению всяких пашен». Она не являлась простым пересказом идей зарубежных ученых, а описывала способы удобрения, которые автор «частью познал собственным искусом, частью через повторяемые опыты известных в испытании естества хозяев». Брошюра содержала деловые, практические сведения о получении из различных материалов и применении золы («сухого тука»), компостов, навоза и навозной жижи, а также об извести, мергеле и гипсе.

Первый в России курс агрохимии принадлежал профессору Московского университета М. А. Павлову ^{55}. Он рассматривал земледельческую химию как «приложение общих химических сведений к предметам земледелия». Его курс включал общие сведения по физике, химии, ботанике и зоологии (322 страницы) и сведения собственно агрохимические (133 страницы) и не являлся оригинальным.

Большое оживление в области агрохимии в России относится к 60-м годам прошлого столетия. Этому способствовали два обстоятельства.

В 1840 г. с появлением работы Ю. Либиха «Химия в приложении к земледелию и физиологии» пала гумусовая теория питания растений Тэера, и ближайшие 20 лет были периодом торжества идеи минерального питания растений^{56}. Книга Либиха выдержала в Германии с 1840 по 1876 г. девять изданий. В 1864 г. она была издана на русском языке в переводе, сделанном П. А. Ильенковым. Еще ранее (1861 г.) под редакцией А. В. Советова вышел перевод «Писем Либиха о нынешнем положении сельского хозяйства». В 1862 г. в Трудах Вольного экономического общества печаталась статья Либиха «Взгляд на историю современного сельского хозяйства как пример общеполезности науки». К этому же времени относится зарождение и развитие в Европе производства минеральных фосфатов, основанного на разложении костей, а затем и фосфоритов серной кислотой. Идеи Либиха оказали огромное влияние на направление агрохимической работы в России. Большой интерес к вопросам удобрения проявили не только деятели русской агрономии, но и виднейшие представители химической науки, в первую очередь Д. И. Менделеев и А. Н. Энгельгардт. Достаточно сказать, что именно они прочитали первые курсы агрохимии ^{57}.

Другим обстоятельством, вызвавшим повышенный интерес к вопросам удобрения, стало падение крепостного права. В новых условиях ведения хозяйства' большие надежды возлагали на удобрения как на средство быстрого увеличения урожайности н повышения доходности хозяйства. Так, Д. И. Менделеев прямо указывал, что поводом к производству известных опытов Вольного экономического общества 1867—1869 гг. над действием различных удобрений «послужил тот переворот, который произошел у нас в России с переменой крепостного быта» ^{58}.

Именно к 60-м годам XIX в. относятся и первые оригинальные работы и исследования по вопросам удобрения, в частности, и упомянутые опыты Вольного экономического общества. В 1869 г. Н. Е. Лясковский писал об удобрении почвы калийными соединениями. При этом он указывал на возможное проявление потребности в калийных удобрениях в свекловичном хозяйстве^{59}. Ученик Стебута Левицкий выступил на третьем съезде естествоиспытателей с докладом об опытах с фосфорными удобрениями ^{60}. В 60-х годах А. Н. Энгельгардт пропагандировал предложенный П. А. Ильенковым и разработанный им способ щелочного разложения костей. Ильенков в своих сообщениях из химической лаборатории Петровской академии публиковал данные анализов почв и удобрений.

Большую роль в развитии агрохимии в России, недооцениваемую еще и в настоящее время, сыграл А. П. Людоговский. Его диссертация посвящалась вопросу минерального питания подсолнечника. Он дал первый обстоятельный очерк по вопросу о минеральных фосфорных удобрениях («О костяном удобрении и способах его применения»), который являлся семинарской работой на кафедре Стебута^{61}. В очерке он, в частности, описывал первые опыты приготовления и применения костяной муки в России (завод около Выборга, 1837—1839 гг.), а также оборудование для распаривания костей, установленное в 1860 г. на ферме Горыгорецкого земледельческого института. Людоговский указывал на применимость костяного удобрения в России прежде всего там, где разводят свекловицу и кормовые травы на полях.

Другая статья Людоговского «Об искусственных удобрениях»^{62} нашла большой отклик в среде русских агрохимиков. Она послужила началом тех опытов с удобрениями, которые проводились в 1867—1869 гг. под руководством Д. Н. Менделеева, с участием К. А. Тимирязева и Г. Г. Густавсона. В этой статье впервые ставился вопрос о зональном подходе к изучению эффективности удобрений^{63}.

Как уже говорилось, начало деятельности И. А. Стебута падает на первую половину 60-х годов. Не удивительно, что его внимание также привлекли вопросы удобрения^{64}. Магистерская диссертация Стебута (1865 г.) была посвящена теме «Известкование почвы». Надо сказать, что русская литература до этого времени почти не касалась известкования и кроме нескольких переводных статей по этим вопросам ничего опубликовано не было. Стебут использовал всю возможную зарубежную литературу (около 80 авторов) и дал чрезвычайно обстоятельный очерк вопросов известкования. Когда Д. И. Менделеев излагал результаты опытов 1867—1869 гг., в которых известь оказала сильное действие на урожай хлебов, он, по его словам, не мог по вопросу об извести «почти ничего прибавить к тому, что писал Стебут»^{65}.

В своей диссертации Стебут осветил следующие вопросы: материал для известкования, его приготовление и свойства, действие известкования на растения и применение извести, чем объясняется действие извести, известь как элемент питания, действие извести на органическое вещество почвы, обеспечение растений углекислотой, действие извести на фосфат железа, на выщелачивание питательных веществ из почвы, внесение с известью других питательных веществ, действие магния на растения, устранение известью вредных влияний на растения (кислотность почвы), механическое действие извести на почву. Давая критический обзор вопросов теории известкования, Стебут приходит к выводу: известкование, способствуя процессу выветривания, «уподобляется действию механической обработки почвы». Он ставил известь в ряд «удобрительных средств», по современной терминологии– косвенных удобрений, делающих почву плодородной, в отличие от туков, вносящих в почву питательные вещества и обогащающих почву. В заключение Стебут выдвигал ряд задач опытного изучения вопросов известкования, в частности, исследования действия извести на органические вещества почвы, на ее минеральный состав, на поглотительную способность почвы и др.

Останавливался Стебут и на перспективах известкования почвы в русском земледелии. По его мнению, свойства нашего климата, не благоприятствующие процессу выветривания, свойства наших почв и возделывавшиеся у нас преимущественно зерновые хлеба представляют отличные условия для успешного применения известкования. Больше того, оно может оправдываться и экономически: оставление под выгон, углубление пахотного слоя и употребление извести, по мысли Стебута – средства получения большого количества продуктов с единицы пространства. Что касается техники известкования, то Стебут считал выгоднее на неглинистой почве вносить меньшие дозы извести и повторять известкование через более или менее короткие промежутки времени. Для суглинистых, подзолистых почв он рекомендовал дозы 120 и 240 пудов на десятину (1,8—3,6 т/га), причем вносить их следует каждые 6, 9 и 12 лет, предпочтительно в виде компоста, в частности, с торфом. Конечный вывод Стебута таков: настоящее состояние земледелия в России требует применения известкового удобрения в виде известкового компоста наряду с углублением пахотного слоя и выгонной системой полеводства.

Таким образом, Стебут первый в России поставил вопрос об известковании. Однако этому важному мероприятию в прошлом веке мало уделяли внимания как практики, так и исследователи. Лишь в начале XX в. появились труды П. С. Коссовича («Журнал опытной агрономии», 1909) и Д. Н. Прянишникова («Известия Московского с.-х. института», Г909), положившие начало научной разработке проблемы известкования. В XX в. представления о физическо-химических свойствах почвы существенно изменились. Наметились и новые теоретические основы известкования.

Следующим этапом в разработке этой проблемы явилась деятельность Научного института по удобрениям в 20-х годах и в дальнейшем работа Всесоюзного института удобрений и агропочвоведения. В 1919 г. вышел в свет сборник «Известкование почвы» ^{66}. Однако и в то время это полезное дело не нашло себе практического применения. Известкование почв стало широко практиковаться лишь в наши дни в условиях расцвета социалистического земледелия. Но история этого вопроса неразрывно связана с именем Стебута и лишний раз свидетельствует о его агрохимической прозорливости.

В 1868 г. в журнале «Сельское хозяйство и лесоводство» Стебут опубликовал работу по гипсованию почвы.

В ней на основе детального рассмотрения литературных данных разбирается вопрос о природе действия гипса. Стебут приходит к следующим выводам: гипс только в незначительной степени служит непосредственным питательным для растений веществом, причем в этом его действии более существенную роль играет серная кислота; гипс является косвенным удобрением; химическое действие его заключается в растворении и размещении питательных веществ в почве и, как следствие, в обогащении питательными веществами нижних слоев почвы, физическое же действие гипса – регулирование поступления в растения воды. Учитывая состояние почв и состав возделываемых в России растений, Стебут заключал: в большей части случаев в России полезнее проводить известкование. Последнее, по его мнению, улучшит физические свойства почвы, увеличит ее поглотительную способность и переведет заключающиеся в почве питательные вещества в доступное для растений состояние.

Обстоятельная работа Стебута о гипсовании почвы также была первой в России. Больше того, и в дальнейшем этому вопросу в нашей литературе не было уделено такого внимания, какое уделил ей Стебут, хотя он и не проводил сам экспериментальных исследований.

В 1869 г. Стебут опубликовал статью «Истощение и удобрение почвы», где попытался изложить, на современном ему научном уровне, основные начала химизации земледелия. В свете влияния Либиха и его школы на направление агрохимической мысли в России и в связи с увлечением теорией полного возврата взятых из почвы с урожаями питательных веществ интересно определение Стебутом задач удобрения. «Удобрить почву,– писал он,– значит возвратить почве условия, утраченные ею вследствие снятия урожая, или вызвать в ней условия, которых она до того не предоставляла для произведения удовлетворяющего нас урожая»^{67}. Он указывал, что каждому урожаю должен соответствовать в почве известный минимум питательных веществ. Большее накопление их в почве невыгодно, а потому нельзя осуждать хозяйство, «которое берет урожай, пока выгодно», не возвращая почве отнимаемых у нее питательных веществ. «Благоразумие требует,– указывал Стебут,– чтобы сельский хозяин, как промышленник, не истощал почвы ниже этого уровня и чтобы он не оставлял мертвым капитала питательных веществ в почве. Невыгодность для самого хозяина истощать почву ниже указанного минимума представляет достаточное обеспечение нашему потомству в том, что найдет, по крайней мере, этот минимум в почве |[...] Интенсивная культура есть самая лучшая гарантия от истощения»^{68}. К тому же Стебут призывал не забывать, что развитие науки значительно развивает средства удовлетворения наших потребностей. В этой связи вспоминаются слова Д. И. Менделеева, сказанные им в «Первом отчете о сельскохозяйственных опытах»: «...сельскому хозяину нужно заботиться не о том, чтобы оставить в виде недеятельного материала богатое наследие потомкам; его задача состоит в выгодном пользовании землею»^{69}. Таким образом, нельзя упрекнуть Стебута, что он следовал теории полного возврата, которой увлекались агрономы XIX в.

В своей статье Стебут подчеркивал, что почвы нечерноземной полосы России требуют прежде всего улучшения своих физических свойств. Для них долгое время останется наиболее пригодным удобрительным средством навоз. Удобрение торфом или другими растительными остатками с известью, возделывание кормовых трав и хорошая обработка земли должны подготовить эти почвы к выгодному употреблению концентрированных гуков. В черноземной же полосе, по мнению Стебута, изредка необходимо удобрять почвы навозом, в большей же части достаточно удобрить навозной золой или же концеyтрированными туками.

Интересна мысль Стебута о роли органических и минеральных удобрений на полях Германии. Как нам кажется, она хорошо иллюстрирует его исторический подход к явлениям сельскохозяйственной действительности. «Тэеровокая школа,– писал он,– запасла земли Германии теми количествами органических остатков, сообщила им те физические свойства, которые позволяют школе Либиха достигать на этих почвах значительных урожаев внесением в них сравнительно небольших количеств зольных составных частей растения» ^{70}. В этой же статье Стебут рассматривал вопросы дозировки удобрения, подчеркивая при этом значение местного удобрения, особенно на истощенных почвах, вопросы частоты внесения удобрения и ряд других.

Вскоре после опубликования этой статьи вышел перевод книги Э. Гейдена «Учение об удобрении», сделанный слушателями Петровской академии под редакцией и, очевидно, по инициативе Стебута, с его примечаниями. На втором съезде сельских хозяев, созванном в связи с 50-летним юбилеем Московского общества сельского хозяйства в январе 1871 г., Стебут выступил с докладом на тему: как действуют у нас известь и азотистые туки.

В «Настольной книге для русских сельских хозяев» (том I, 1875 г.) Стебуту принадлежала земледельческая часть. В ней имеется большой раздел, посвященный удобрению почвы или «периодической химической обработке ее» (стр. 538—687). Задачей удобрений Стебут считает возврат истощенной почве утраченной способности производить оплачивающие издержки производства урожаи или усиление производительной способности почвы, насколько это зависит от количества, качества и размещения в ней питательных веществ. По мысли Стебута, удобрение почвы имеет в виду приспособить почву к требованиям растений. По существу этот раздел книги – обстоятельный курс агрохимии, являвшийся звеном между упомянутым выше курсом М. А. Павлова и «Учением об удобрении» основателя русской школы агрохимии Д. Н. Прянишникова (первое издание вышло в свет в 1900 г.). Большой материал по удобрению отдельных культур и групп культур дается Стебутом также в «Основах полевой культуры» и в других работах.

Последняя статья Стебута «К вопросу о применимости фосфорнокислых туков на черноземных почвах», относящаяся к вопросам удобрения, была напечатана в 1890 г. В ней Стебут, учитывая полученные по 90-м годам данные об успешном применении фосфатов на нечерноземных почвах, в частности, результаты опытов А. Н. Энгельгардта с фосфоритом, признавал ошибочность своего мнения о том, что фосфаты должны найти применение прежде всего на черноземных, а не на нечерноземных почвах. Свою прежнюю точку зрения он объяснял неучетом влияния климатических условий на действие фосфатов. Для выяснения условий действия фосфатных удобрений на черноземных почвах Стебут предложил программу опытов с фосфоритной мукой, вносимой в разных дозах при разной глубине, и способах ее внесения с поливом и без полива.

Таково научно-литературное наследие Стебута в области агрохимии. И здесь он внес большой вклад, больше того, можно сказать, что до конца XIX в., когда вопросами агрохимии после Энгельгардта занялись его ученик Костычев, а затем ученики Стебута – Коссович и Прянишников, Стебут в русской агрохимии являлся центральной фигурой.

Исключительно велико наследие Стебута и в области общего земледелия, обработки почвы, борьбы с сорняками, посева и ухода за посевами, применение улучшенных машин и орудий. Прежде всего надо упомянуть громадный материал, который он дал по этим вопросам в «Основах полевой культуры», «Настольной книге для русских сельских хозяев», в четырех статьях о хозяйстве в Кротком.

Мы не будем касаться здесь целой серии статей Стебута 1857—1896 гг., посвященных описанию отдельных машин и конкурсам машин и орудий, которые проходили при ближайшем его участии, а также работ по сорным растениям, представленных, в частности, двумя отдельными работами 1867 г.: статьей «Луговые сорные травы и их истребление» и большой работой «Сорные травы и их истребление», являющейся переводом с исправлениями и дополнениями сочинения Э. Кирхгофа. Не будем также рассказывать о тех главах «Настольной книги», в которых Стебут разбирает вопросы обработки почвы, посева, ухода за посевами и ухода за луговыми растениями, уборки и хранения урожая, а также о переводе им книги И. Г. Коппе «Землёделие и скотоводство» (1875—1876). Знакомство с ними заняло бы слишком много места. Остановимся коротко лишь на двух его работах – «Обработка почвы» (1871—1893) и «О посеве вообще и рядовом в особенности» (1870).