332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Лариса Соболева » Первая, вторая, третья » Текст книги (страница 12)
Первая, вторая, третья
  • Текст добавлен: 4 октября 2016, 23:26

Текст книги "Первая, вторая, третья"


Автор книги: Лариса Соболева






сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

– К сожалению, я не знаю вашего языка и свойственных ему интонаций, а интонации проявляют в людях особенности, характер, темперамент.

– Тебе предоставлена редкая возможность сделать выводы на основе наблюдений за поведенческой линией и… как там у вас… анализа. Полагаю, это пригодится тебе для научных работ, а защиту я обеспечу на самом высоком уровне. У меня должны работать лучшие. Лучшие.

– Ну, раз вы возлагаете на меня столько надежд, постараюсь оправдать их. Думаю, мне удастся кое‑что понять. Есть еще и невербальный язык, язык экспрессии.

– Я же в ваших терминах ничего не понимаю.

– Но вы схватываете на лету. Язык экспрессии – это внешнее выражение внутреннего состояния. Пантомима, мимика – выражение лица, а также взгляды, улыбки, жесты – многое могут рассказать. Помимо этого, во внимание берутся добавки к речи – покашливание, паузы, кряхтение. К примеру, когда человек задумался, он вдруг кашлянул, затем идет пауза. Или когда говорит, а в его речи появляются «э-э», «м-м» – межречевая пауза затягивается, но по этим признакам можно считывать информацию.

– Прекрасно. И что же ты прочитал, Эндрю?

– Многое бросилось в глаза, а это повод к размышлениям…

В кресле перед монитором сидел Тарас, за его спиной стояли Родион, Марат и Гена, Жорик спал после смены, он дежурил здесь в течение дня. Они наблюдали за неторопливым шествием по коридору, Светлана вела себя как надо, но…

– О чем они базарят? – вырвалось у недоверчивого Марата.

– Не видно, что ли? – зевнув, сказал Тарас. – Междусобойчик. Мирный.

– Я б не отпускал эту тварь с ним, – буркнул Марат.

– А что я мог сделать? – занервничал Родион. – Несколько раз говорил, что у нее режим, пора спать, тесть не пускал, да и она… не хотела уходить. Не тащить же гадюку силой?

– Этот вираж мы не просчитали, – сокрушался Марат.

– А вдруг папа решит посидеть с дочкой в своей комнате? – подал голос Гена. – Она ж найдет способ заложить нас.

– Надеюсь, мы пуганули ее крепко, – процедил Марат.

– Ага, надейся, надейся, – пессимистично хмыкнул Гена. – Она еще та стерва. Не люблю умных баб.

– Они тебя тоже не любят, – вскользь подколол его Марат.

Гена не обиделся, его внимание, как и всех прочих, привлекло действие в коридоре: гости заходили к Всеволоду Федоровичу. Тарас указал рукой на монитор, словно за его спиной стояли слегка слеповатые мужчины:

– Вот вам, пожалуйста, приглашает. Всех. Твое общество, Роди, надоело папе. Я переключаю на комнату?

Мрачный Родион ни слова не сказал, вперившись в экран и соединив брови, он словно окаменел, вместо него Марат толкнул Тараса в спину:

– Мог бы не спрашивать. Ну! Переключай!

В просторной комнате мужчины и Светлана расположились на креслах и диване, Всеволод Федорович достал из дорожной сумки бутылку, а из шкафа бокалы.

– Тарас, – произнес через силу Родион, – разбуди Жору.

– Зачем? – поднял тот голову, но не зад.

– Если она продаст нас, будем всех валить. Не хотелось бы… Буди. И приготовьте стволы.

Всеволод Федорович разлил по бокалам виски, сел рядом со Светланой и обнял девушку за плечи, ей бокала не досталось.

– Лиза, извини, – сказал по-русски, – я должен дать задания на завтрашний день, что касается и Эндрю, это чисто деловой разговор, и тебе он неинтересен.

Светлана погладила его по груди, давая понять, что не возражает против ведения разговоров при ней на непонятном языке. Мужчины подняли бокалы, приложили их ко рту, не по-нашему пьют, наши сразу одним глотком… там и пить-то нечего.

– Ну-с, Эндрю, что скажешь? – не терпелось отцу услышать про подводные течения в семье дочери.

– Вы уверены, она не знает английского? – задал встречный вопрос он, притом на Светлану не смотрел, исключительно в бокал.

Она озадачилась: на основании чего он заподозрил ее? Впрочем, чем больше господин психоаналитик увидит неправды, тем быстрее наступит развязка, лишь бы старший урядник оставался в неведении. Кстати, Светлана тоже кое‑что заметила: в разговорах на английском все трое ни разу не упомянули имен.

– Можешь быть спокоен, – ответил Владислав Федорович.

– В таком случае первое, что меня насторожило, – ваша дочь, – сказал Эндрю. – Ее поведение несколько странное.

– Да? И что же тебе показалось странным?

– Начну с подарка. Она отнеслась к нему более чем сдержанно, взяла гарнитур и отложила в сторону. А вы утверждали, она любит камни, разбирается в них не хуже ювелира, но ваш подарок оставил ее равнодушной, словно она получила бижутерию.

– И что ты думаешь по этому поводу?

– Пока я не делаю выводов. Второе – кольцо, которое она носит на шее. Согласитесь, разница велика между дешевым колечком и бриллиантами баснословной стоимости, а ваша дочь повела себя таким образом, будто кольцо ей дороже всего.

– Но это же память…

– Память, – согласился Эндрю, – только не старуха его подарила. Подарок старушки молодые женщины не носят на шее постоянно, значит…

– Любовь к тому парню не прошла, – понял Всеволод Федорович.

– Полагаю, да. Скорей всего, это он подарил кольцо.

– И все же она с зятем осталась, – заметил Всеволод Федорович.

– Осталась ли? – возразил Эндрю. – Да, она здесь, но я не уверен, что она вся здесь. Есть еще поведенческие необычности, по которым можно судить, что здесь происходит что-то не то. Самое неконтролируемое из невербалики – руки. Это жесты, когда человек тревожится, боится, думает, а различного эмоционального характера мысли рождают и жесты разные, подчеркивающие эмоциональный накал внутреннего мира, по рукам можно считывать информацию. У вашей дочери руки… тревожные, нервные. Мало того, когда муж поцеловал ее, она тайком вытерла щеку… Да, и кетчуп. Он напомнил, что ей нельзя острого, она вылила почти все на тарелку, сделала назло ему.

– Стало быть, для меня они устроили показное представление?

– Возможно.

– Мое мнение – лучше пусть ее любит проверенный годами мужчина, чем она будет любить неизвестно кого.

– Хочу заметить, между вашей дочерью и зятем я не вижу трепетной любви, тем более безумной хотя бы с одной стороны, то есть исходящей от вашего зятя. А она проявляется помимо нашего желания, ее обнаруживает опять же невербалика. Я вас огорчаю, простите, но в семье вашей дочери нет идиллии, какую вам преподносят.

– Я сейчас же поговорю с ней, наверное, он заставил ее обманывать меня.

У Светланы екнуло сердце, зашлось от бешеной скачки. Только не это, не сейчас, не здесь. Первый же вопрос услышит Роди и поймет, что тесть явился с ревизией не только в торговые лавки, что сделает тогда муж Лизы? Слава богу, у Эндрю хватило здравого смысла и ума:

– Не стоит. Ваша дочь ждала помощи, она ее получит, если в этом возникнет острая нужда. Сначала вам нужно узнать, чего же хочет зять, он ведь поставил цель. Включитесь в их игру, не подавая виду, что заподозрили неладное, думаю, все выяснится в скором времени, а мы поможем.

Пронесло…

– Все нормально, Роди, – сказал Марат. – Папаша ничего не заподозрил. Видишь, выходят…

– Заприте Лизу, – с облегчением выдохнул Родион. – Всем отдыхать.

От перенапряжения у него пересохло во рту, в спальне он сначала выпил залпом граммов сто коньяка, затем упал на кровать, не раздеваясь.

18

В отличие от Лизы, Филипп имел близких друзей, Лисовский назвал Наговицыну имена и фамилии, а также дал адреса.

– Должен предупредить вас, – сказал Лисовский, – тот парень, которому Лиза отправила сообщение, требовал у меня адрес Татарских.

– Ну и? – напрягся Наговицын.

– Я не дал, конечно. Только мне кажется, он не успокоится, будет по Семигорке рыскать в поисках невесты. Поговорите с ним, Захар рискует подвергнуть свою жизнь опасности.

– Хорошо, поговорю.

– Скажите, есть хотя бы мизерная надежда, что вы найдете брата и Лизу?

– Надейтесь, другого ничего не остается, – обтекаемо ответил Наговицын. А что еще можно обещать в скользкой ситуации, которая, если вдуматься, с двумя Лизами выглядит неправдоподобно? – Спасибо за помощь.

Наговицын раскрыл зонт, добежал от конторы Лисовского до машины, в салоне просмотрел адреса, решая, куда ближе ехать, но позвонил Стриж:

– Дуй ко мне, обмозговать нужно кое‑что.

Надо так надо. Он включил музыку и поехал к Стрижу, насвистывая в унисон автомагнитоле мелодию. Когда подъехал к отделению милиции, не обратил внимания, что в общем ряду автомобилей стоит знакомый. Наговицын забежал в здание, а Захар потер руки:

– И второй прибыл.

– Вряд ли в дождь они отправятся на Семигорку, – рассудил Михаил.

– У них есть крыша, я имею в виду автомобиль.

– Подождем – кто против? М-м… – беря зазвонившую трубку, потянулся Михаил, ведь засиделись в одной позе. – Да, Феликс?

– Тут вот какой казус. Вчера мы видели похожую на Светлану девушку…

– Подожди, включу громкую связь, со мной Захар. – Михаил нажал на кнопку и поставил руку так, чтоб они оба слышали, барабанивший по крыше дождь немного заглушал голос. – Говори, мы готовы.

– Вчера я и Большой Гоша видели похожую девушку, сфотографировали ее и тех, кто был с ней…

– Где, где? – завопил Захар.

– Ну, вот… – протянул Феликс. – Поэтому я не хотел Захару звонить, с Мишкой решил посоветоваться.

– Не отвлекайся на пустяки! – рявкнул Захар.

– Приезжайте ко мне, посмотрите. Я сделал несколько снимков.

– Заводи мотор, – скомандовал Захар.

В кабинетах запрещено курить – начальство распорядилось, но в особых случаях открываются окна – и дым стоит коромыслом. Стриж расхаживал по кабинету, по которому особо не разгуляешься, а Наговицын сидел за столом с сигаретой в зубах и внимательно слушал диктофонную запись. Она закончилась, Стриж взял диктофон и выключил его, сказав:

– Вчера я прослушал несколько раз и пришел к выводу, что… история стала совсем темной.

– Почему? – удивился Наговицын. – Тут все ясно. Лиза сбежала с любовником, как в красивых романах, деньги у нее есть, чтоб позагорать четыре месяца на экваторе, где нам с тобой погреться не светит. Что тебя не устраивает?

– Послушай еще разок, – ставя запись на начало, предложил Стриж. – Но теперь сопоставляй сведения Ренаты с тем, что нам известно.

– Нам пока мало что известно.

Зазвучала запись, Наговицын взял новую сигарету, прикурил. А дождик за окном такой приятный, шуршанием по листьям навевал сон, невольно оба обращали взоры на ровные струи.

– Не понимаю, что ты от меня хочешь? – спросил Наговицын после того, как запись кончилась.

– Да меня смущает одна деталь, маленькая, но существенная, – присел на стул Стриж, очутившись лицом к лицу с Наговицыным. – Для Родиона Татарских жена пропала, так? Ее нет месяц, два, три… И вестей от нее нет. По идее, он теряется, ищет ее, а в милицию не обращается.

– Ты проверил?

– Естественно. С утра, как только пришел. Он должен был написать заявление в отделение по месту жительства, так? Его нет. Лисовский написал, по нему работали и забросили, потому что дело это дохлое. Вдруг похищение. Словно абреки с гор, прямо с улицы увозят Светлану на глазах обалдевшего Захара и Михаила. Позже выясняется, что Светлана и Лиза имеют одно лицо, одну фигуру и так далее, мы-то с тобой вычислили, кто похитил невесту Захара. Надеюсь, ты не думаешь, что Роди ехал по городу и случайно встретил одинокую девушку, похожую на его жену как две капли воды, поэтому решил ее умыкнуть?

– Вряд ли… Хотя черт его знает, как было.

– Нет, нет, похищение готовится сознательно, я уверен, он искал копию жены и нашел. Отсюда вопрос: зачем ему, выражаюсь фигурально, класть голову на плаху?

– Так Рената сказала, что у Роди план насчет папы, значит, и жена нужна…

– Ну, это понятно, я о другом. Жена пропала. Но она ведь жива. А папа вот-вот должен приехать…

– Постой, постой. Может, Роди не знает, что тесть приедет.

– Тогда зачем ему Светлана?

Наговицын опустил углы губ вниз, не понимая логики Роди, было видно по выражению его лица, как активно он крутил шариками в голове, но объяснения не нашел, оттого пожал плечами. У Стрижа тоже не было ответа на свой же вопрос, он не мог под факт похищения Светланы подвести какую бы то ни было базу. Стриж подскочил, заходил, вероятно, ногами лучше думается.

– Ладно, – вымолвил он задумчиво, – берем крайний вариант: Роди знает, что приедет отец Лизы. Ух, как он рискует, выдавая Светлану за его дочь, но и это не главное.

– О, блин! – вытаращился Наговицын. – А что же тогда главное?

Стриж упал руками на стол, в этот момент он стал похож на зверя, которому попалась добыча:

– Роди не может дать гарантии, что настоящая жена не объявится!

– Точно, – дошло до Наговицына. – Тогда он должен ее, жену, я имею в виду, либо прикончить, либо куда-то засадить, чтоб под ногами не путалась.

– В том-то и дело, у него алиби. Была у следователя не новая мысль, что рогатый муж – а рога это всегда обидно – расквитался с любовниками. Но куда попрешь против алиби? Роди находился в другом городе…

– Нашей области? – подхватил Наговицын.

– Нашей, нашей. Да, вернуться – это запросто, но при условии, что ты осведомлен насчет планов изменницы.

– Не проблема. Киллеров нанял и поехал себе подальше, а алиби готово.

– Киллеров… – Что-то не устраивало Стрижа в данной версии. – Значит, Роди узнал о планах жены. Только решение у Лизы возникло спонтанно! Хорошо, допустим, она уже думала о побеге, а на вечере добилась согласия Филиппа. Все равно выходит, Роди не знал про замыслы жены, а она узнала! Тем более была осторожна. Киллеров… Наемный убийца выполняет задание, но не заботится о трупах, то есть где выстрелил – там и оставил. А трупов пока нет. И потом, Роди идиот, по-твоему? Когда убивают бизнесмена, политика или банкира, то версий куча, на одной профессиональной почве можно выдвинуть их несколько. Именно поэтому расследования по таким делам длятся долго и не всегда удачно. А когда убивают богатую бездельницу, дебоширку и пьяницу, версия одна лезет на ум: муж избавился от психопатки. Если Роди и пошел на убийство жены, то сделал это виртуозно, чтоб к нему не подкопались, но без киллеров.

Наговицын выдохнул воздух, издав губами неприличный звук, что означало полнейшую неразбериху в его голове. Тем временем Стриж балдел, как наркоман, меряя шагами кабинет:

– Вот это дельце! Сроду такого не попадалось! Вот это накрутили! Нет, я в лепешку разобьюсь… Мне самому интересно.

– Слушай, а где же Лиза, как ты думаешь? – высказал мучившую его мысль Наговицын.

– Хрен ее знает. – Стриж вернулся за стол, достал чистые листы бумаги. – Это и нужно выяснить. Давай набросаем версии и продумаем, какая из них наиболее подходит, и будем работать. Я загорелся, если надо, подключу половину отдела.

В доме остались Эндрю, Светлана (ее-то теперь не спрячешь), яга Кира Львовна и наверняка верный пес Жора, ибо только он не появился, когда группа мужчин отбывала на нивы бизнеса. Эндрю попросил, чтоб жена хозяина составила ему компанию за вторым завтраком и кофе, поставив в затруднение Родиона. Правда, счетчик в его голове моментально просчитал, что Эндрю не говорит по-русски, а Светлана вообще не говорит и бережет горло в надежде сделать реконструкцию связок в будущем. Кроме этого, она наверняка помнит, какие задал правила Роди, поэтому боится за свою жизнь, жизнь жениха и бабули, а поскольку девочка ответственная и порядочная, то ей не безразлична и судьба Всеволода Федоровича. На всякий случай он попытался робко возразить, вдруг да подействует на любящего отца:

– Ей нездоровится…

– На свежем воздухе здоровье поправится, – заявил Всеволод Федорович.

– Так ведь дождь, она может простудиться.

До сих пор папа Лизы был сама мягкость, нежность, сладость, но внезапно в его интонациях появился стальной оттенок. Он не терпел, когда ему перечат:

– Эндрю мне необходим, он находка для нашего бизнеса, мне стоило больших трудов и денег, чтоб привлечь его к работе. Лиза обязана посидеть с ним и пылинки сдувать с него. Запомни, Родион, все его желания – закон.

– Молча составит компанию? – напомнил зять.

– Ему приятней завтракать даже с немой женщиной, нежели одному.

– Я ревнивый…

– С возрастом это пройдет. Кира Львовна, позовите дочь.

Та метнула вопросительный взгляд в сторону Родиона, он сделал ей едва заметный знак веками, мол, выполняйте распоряжение хозяина. Разумеется, яга провела инструктаж пленницы по дороге из комнаты Светланы до террасы, где изъявил желание позавтракать, затем поработать Эндрю. А сообразительная какая старая крыса! Книжку сунула Светлане, мол, девочка увлеченно читала, а тут ее зовут развлекать иностранца.

– Милая, как ты себя чувствуешь? – озаботился Всеволод Федорович. Получив утвердительный кивок, поцеловал «дочь» в голову. – Ну и хорошо. Разбавь общество Эндрю, он не любит одиночества, ничего, что ты молчишь, ему все равно будет приятно. Посиди, книжку почитай, он тоже будет работать. Лиза, этот человек нам очень нужен, он друг, ты понимаешь? Да, оденься потеплей, дорогая.

Завтракали под шумок дождика, напоминавшего о поцелуях с Захаром под зонтом, и присмотром Киры Львовны, которая стояла словно цербер. Во время завтрака Светлана решала два вопроса: как старая крыса не подавится слюной и что хочет Эндрю? Блажь посидеть с немой женщиной не случайна, его оставили с ней намеренно, может, он хочет что-то выяснить у Светланы? Как? А если он знает русский язык, просто Всеволоду Федоровичу, задумавшему устроить проверку зятю, удобно переходить на английский, решая важные вопросы. Она не сводила с Эндрю глаз, ожидая и боясь, когда он заговорит с ней. Знак подать, чтоб молчал, – не поймет. За вчерашний день Светлана исследовала расположение камер слежения, террасу вряд ли они захватывают, разве что ступеньки, а стол стоит в стороне. Но не исключены подслушивающие устройства.

Он же, тщательно разжевывая, поедал свой завтрак, надо сказать, слишком плотный для сухощавого человека. Куда в него лезли: яйцо, бекон, ветчина – все с белым хлебом, маслом и сыром? Эндрю тоже поглядывал на нее, иногда улыбался, к радости Светланы, не пытался заговорить, наверное, при яге Кире Львовне. Но вот она унесла тарелки и остатки еды, Светлана приготовилась при первом же звуке сделать знак, мол, замолчите. И не дай бог, это будет русское слово, тогда Роди все поймет, Жорик ему тотчас позвонит.

А Эндрю молчал. Поставил чемоданчик, достал оттуда ноутбук. Старая крыса принесла кофе, он поблагодарил ее по-английски, Светлана эту гадину не удостоила даже благодарным кивком. Эндрю пил кофе, что-то читая, его тонкие пальцы проходились по клавиатуре, а Светлана, раскрыв книгу и положив ее перед собой, замирала всякий раз, когда поднимались его веки, рука брала чашку и подносила ко рту… Нечаянно у нее выскользнула из руки чашка, подскочила Кира Львовна с полотенцем:

– Лиза, осторожней, кофе горячий. Ты не обожглась?

Светлана забыла про нее, а при ней Эндрю не заговорит. Но вот Кира Львовна ушла за чистым полотенцем, возникла пауза, когда у него появилась возможность сказать несколько слов. Каких, зачем? Ладно, найдет что сказать. А Светлана вдруг струсила предупредить его жестом и мимикой, без звуков. По ее спине промчался ледяной холод от мысли, что Роди все узнает, хотя камеры не захватывают всю террасу. Надо это сделать, пока не поздно, но так страшно… Так страшно, что в горле напрягались мышцы, принося боль, оно все еще болело, особенно когда Светлана произносила внутренние монологи. И кто трусит, она? Не каждый мужчина прыгнет с парашютом, а Светлана прыгала и летела к земле со скоростью пикирующего самолета…

Яга вернулась. Видимо, у Светланы было написано на лице нечто такое, что приковало к ней внимание Эндрю. Он взглянул на ягу, потом продолжил печатать, прошло минут десять. Взяв чашку, он поднес ее ко рту и обнаружил, что она пуста. Эндрю показал чашку Кире Львовне и попросил сварить кофе.

– Не понимаю, – развела она руками.

Светлана не скрыла усмешки, сидела-то к ней спиной. Старая крыса наверняка разобрала в английской речи знакомое слово «кофе», просто из предосторожности не хотела оставлять надолго «Лизу» с помощником Всеволода Федоровича. Эндрю повторил несколько раз: кофе, кофе, кофе. Светлана не выдержала, оглянулась на нее, посмотрев с укоризной, мол, ты, старая кляча, совсем тупая или прикидываешься?

– Кофе, – проскрипела Кира Львовна. – Сварю.

Ушла! Светлана решительно развернулась лицом к Эндрю, ведь больше такой благоприятной ситуации может не быть… М-да, конец пришел его невозмутимости, он смотрел на девушку с большим изумлением, выкатив свои бледные глаза. Она приложила палец к губам – Эндрю вытаращился. Палец приложился к губам совершенно бессознательно, Светлана своей рукой не руководила, просто идея фикс обрести свободу подавила страх.

Захар долго молчал, обхватив нижнюю часть лица пятерней, Феликс менял снимки, их всего было шесть. Большой Гоша стоял сзади и ел многослойный бутерброд, Михаил находился в сомнениях, но помалкивал, поглядывая на друга. Разумеется, «затылок», который он запомнил, он не узнал, как и Захар не узнал Марата.

– Ну как, она? – спросил Феликс.

– Увеличить можно? – задал встречный вопрос Захар.

– Да и так увеличил. – Тем не менее Феликс взялся за мышку. – Видимость вчера была плохая, далеко, а вспышкой не воспользуешься, сам понимаешь. Так пойдет? Мутно, правда…

– Это она, – заявил Захар.

– Только на себя не похожа, – осторожно высказался Михаил. – Какая-то другая… Наверное, из-за челки.

– Это она, – повторил друг. – Ты же знаешь, другой там не должно быть.

– Не должно. – А все же Михаил не был уверен, как Захар. – Есть еще Лиза, очень похожая на Светлану. Думаю, нужно проверить, живьем увидеть ее.

Тем временем Феликс налил чая в кружку и, расколачивая сахар чайной ложкой, сказал свое мнение:

– На пленницу она не тянет, вон улыбается. Неплохо одета. Побрякушки на ней…

Конечно, слышать это неприятно, тем более видеть, на секунду Захар закрыл глаза, потом подумал и конфликтным тоном возразил:

– Если б ей было там хорошо, на что ты намекаешь, Светлячок не прислала бы мне эсэмэску с координатами.

– Я ни на что не намекаю, – пошел на попятную Феликс. – Мне жить еще не надоело, просто обращаю твое внимание на…

– Не надо обращать! – пыхнул Захар. – У меня зрение стопроцентное…

– Так, не спорьте, – хлопнул себя по коленям Михаил. – Давайте поразмыслим, как нам быть дальше… Только, Захар, не говори, что мы должны мчаться туда и требовать отдать нам Светлячка. Не поеду сам и тебя не пущу.

– А у тебя есть идеи? – поинтересовался Большой Гоша, проглатывая кусок.

– Есть. Скажу позже. Теперь послушайте меня. Раз Светлана сидит за столом в таком солидном обществе, кстати, не в доме, а на террасе, то ее как будто не прячут…

– Действительно, на плен не похоже, – заметил тупой Большой Гоша.

– Не перебивайте! – поднял руку Михаил. – Но есть сообщение, так? Значит, эти люди хотят использовать Светлану в корыстных целях. Поэтому Лисовский не дал нам адреса, а намекнул, что нас могут убить. Следовательно, Светлане угрожает не меньшая опасность.

– Что ты предлагаешь? – не выдержал Захар.

– Эти снимки надо отвезти Стрижу и Наговицыну. О, как нахмурился наш Захар. А кто-то мне обещал, что, как только выяснит местонахождение его невесты, сразу поедет к ментам? Или мне послышалось?

– Стриж и так знает адрес, где держат Светлячка, – повесил голову Захар. – Думаешь, Лисовский ему не сказал?

– Даже если не сказал, – вступил Феликс, – адрес выясняется по фамилии, а Светлана к тому же написала район. В одном районе однофамильцев, у которых совпадают имена с отчествами, быть не может, мне так кажется.

– У Стрижа наверняка еще есть ориентиры, о которых мы без понятия, – заметил Михаил. – Захар, на снимках люди весомые, по ним это видно, да и не живут в том районе простые горожане. Там ведут крупную партию, их голыми руками не возьмешь. Поехали к Стрижу.

– Он же засадит нас, – напомнил Захар.

– Не засадит. Давай я один отвезу, пусть меня засадит, вот тогда на арену выйдешь ты и решать будешь один, как поступать.

– Надо хорошенько обдумать…

И то ладно! Хоть не помчался сломя голову освобождать Светлану. Взяв кружку с чаем, Михаил удовлетворенно откинулся на спинку стула, в это время Гоша свое мнение высказал:

– Нельзя тянуть. Неизвестно, что эти гады задумали, их вон сколько, а Светка там одна. Но и самим нельзя туда соваться, я, конечно, не боюсь. Не боюсь, когда у противника нет пушки с пулями. Захар, Мишка правильно советует, надо ехать в ментовку.

На этот раз жених ничего не сказал, он всматривался в фото, нервно потирая подбородок. Он принимал решение, ему не мешали.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю