![](/files/books/160/oblozhka-knigi-ego-zhelannaya-oshibka-382945.jpg)
Текст книги "Его желанная ошибка"
Автор книги: Ксения Север
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)
Глава 4
На безупречно выбритом лице моего непосредственного руководителя играла ироничная полуулыбка, карие глаза с прищуром изучали мою реакцию. В его руках был сжат бумажный подарочный пакет.
Дышать стало невозможно. Сердце судорожно пыталось вырваться из груди. Как он меня нашел?
– Я войду? – он сделал шаг вперед, заставляя меня пятиться ровно до тех пор, пока моя пятая точка не уперлась в стену.
– Маша? Все в порядке? – Мужчина уже стоял на пороге. Дверь за ним с шумом захлопнулась, отрезвляя разум. Да что со мной такое?!
– Все отлично, Дмитрий Александрович, – я выпрямила спину и провела рукой по волосам, в попытке хоть немного скрасить свой облик, – Что вы хотели?
– Хочу забрать тебя отсюда прямо сейчас. Это тебе, кстати, – передо мной появился пакет, обдавая волной свежести, – Взамен испорченного. Собирайся. Через полчаса нас ждут в ресторане.
Дрожащими руками я схватила пакет и взгляд зацепился за атлас внутри него. Что это? Похоже на… черное кружевное белье. Я вспыхнула.
Да что он себе позволяет?! После всего произошедшего сначала присылает фото моих разорванных трусиков, теперь вообще врывается в мой дом с интимным подарком и командует. Нужно дать понять, что произошедшее вчера просто вина разгоряченного алкоголем тела. Все в прошлом. Мы просто коллеги. Начальник и его подчиненная. Черт, как это двусмысленно прозвучало в голове…
– Извините, Дмитрий Александрович, никуда я с вами не поеду. У меня планы на новогоднюю ночь. А ваш подарок мне ни к чему. Всего доброго, – я нашла в себе силы обойти его и распахнуть дверь.
– Маша, – он одним движением сократил разделяющее нас расстояние, вплотную прижимая меня к стене, – Больше ни одного отказа, помнишь? Почему ты сбежала вчера?
Такой знакомый аромат крепкого алкоголя и терпких духов действовал опьяняюще. Плохо соображая, я слабо дернулась в сторону. Безрезультатно. Дмитрий, по—прежнему, крепко сжимал мои плечи.
– То, что произошло… было ошибкой, – у меня наконец—то нашлись силы посмотреть в его прищуренные глаза.
– Да? – его дыхание обожгло ухо, – Твое тело говорило об обратном.
Горячая рука властно легла на мое бедро, и поползла выше, приподнимая края моего домашнего платья—футболки. Внизу живота предательски екнуло. Возбуждение яркими искрами кололо кожу. Я шумно втянула воздух в легкие. Как он это делает?!
– Нет. Это все алкоголь. Уйдите, прошу…
– Я не приемлю отказов, – дверь в который раз шумно хлопнула и в это же время Дмитрий подхватил меня на руки.
– Прекрати сейчас же!!! – я завопила изо всех сил, наплевав на все эти идиотские манеры. Сейчас я колотила кулачками не своего начальника. Бабника, решившего, что ему все можно. А вот черта с два!
– Не хочешь в ресторан? Прекрасно, – меня грубо кинули на мою импровизированную кровать.
– Что прекрасно?! – я в одно мгновение привела себя в вертикальное положение, сминая ногами одеяло. Внутри все дрожало и клокотало. Хотелось врезать этому самовлюбленному идиоту пощечину, но… ровно до тех пор, пока я не ощущала его рук на своем теле.
– Отметим новый год здесь, – к его ногам упала куртка, в то время как он расправлялся с пиджаком, – Я не против. Так даже лучше. Иди ко мне. Мы вчера не закончили.
Это он не закончил… Черт, что за мысли?! Я дернулась назад, ногой нащупав в складках простыни телефон. Какие там есть номера служб спасения? Главное, успеть набрать номер до того, как он опять ко мне прикоснётся…
– Я вызываю полицию! – быстро наклонившись, я обхватила спасительный телефон и сделала прыжок через ручку дивана.
И на что надеялась?! В одно мгновение смартфон оказался в руках у моего работодателя. Мое тело вновь оказалось в плену между стеной и разгоряченным мужчиной. В дело пошли ногти.
– Понравилось играть жертву? – он небрежно бросил мой смартфон на пол, а затем резко завел мои руки за спину и крепко сжимая их своей ладонью. Такая близость сбивала с толку.
– Это, по—твоему, игра?! – я завопила, пока еще остатки разума меня не покинули.
– Игра… – он выдохнул мне в губы. Секунду смотрел прямо в глаза. Хищно. Страстно. Воспаляя самые сокровенные желания. И, не позволяя опомниться, впился своими губами в мой рот, выбивая весь оставшийся воздух. Его язык вытворял нечто из ряда вон выходящее. Из горла вырвался тихий стон – сигнал к действию.
Свободная рука резко дернула старую футболку. Ткань рвалась быстро и с треском, будто бумага. Возбуждение жарким пламенем опаляло изнутри.
– Ты тоже это чувствуешь, – футболка упала к моим босым ногам, шепот сбивал с толку, – Это напряжение. Оно было с самого начала. Одного взгляда достаточно. Твой жар сводил с ума…
Его губы скользили по гладкой коже, одна рука по—прежнему властно сжимала мои запястья.
– И ты… отдавала себя другому, – свободной рукой он обхватил мою грудь, – Вместо того, чтобы с самого начала стать моей…
– Это бред… – я зашептала в ответ, в то время как бедра предательски подались вперед, – Ты говорил это каждой из…
– Молчать, – последовал резкий рывок вниз, вырывая из горла новый приглушенный звук. Спина коснулась пола. Дмитрий навис сверху, подарив мгновение фальшивой свободы, а затем вновь накрывая своим телом. Губы бесцеремонно терзали мою ключицу, спускаясь ниже.
Кожа горела. По венам медленно растекалось тепло, заставляя мышцы живота опасно содрогаться. Обездвиженное тело дернулось вперед, навстречу моему мучителю.
– Расслабься, – его язык скользнул по моей груди, отозвавшейся напряженной болью. Губы обхватили сосок, заставляя тело выгибаться.
– Это не правильно… – я бормотала будто в бреду.
Внезапно… все прекратилось. Дмитрий резко встал, обрывая связь и оставляя меня на ледяном полу с ноющим и требующим продолжения телом. Плохо соображая, я села.
– Что… что все это значит? – приняв вертикальное положение, увидела, Дмитрия в изрядно помятой рубашке, вытягивающего черную атласную ленту из моего «подарка». Что? Зачем? Он собирался меня связать?!
– Ты слишком напряжена. Я помогу, – одно движение и лента накрыла мои глаза. Какого черта?! Руки мгновенно протестующе потянулись вверх, но вновь попали в плен.
– Это поможет тебе расслабиться.
Вновь ощущаю его руки на себе. Тело отрывается от пола, а следом спина касается чего—то мягкого. Горячими пальцами он вновь исследует каждый сантиметр разгоряченной кожи.
«Маша! Что ты делаешь?! Разве этого ты хотела в новогоднюю ночь?! Остановись!»
Мои ладони, очутившись на свободе, протестующе уперлись в его плечи. И в этот момент его пальцы едва коснулись самой чувствительной точки, скрытой под влажным бельем. Дыхание сбилось. Мысли спутались. Подступающая волна наслаждения заставила тело замереть. Дрожь прокатилась по ногам. Пальцы занемели.
А следом раздался шлепок. Бедро справа отрезвляюще обожгло. Я дернулась, отчаянно колотя по плечам моего мучителя.
И… обмякла в тот самый момент, как его губы коснулись самого сокровенного места. Язык быстрыми резкими движениями заставлял тело изгибаться, тянуться вперед, навстречу новым ощущениям. Его палец скользнул внутрь моего тела. Изо рта вырвался глухой стон.
Сопротивление сломлено. Жар окутывал сознание, унося меня в омут одного единственного желания.
Запускаю руки в его мягкие волосы, подаюсь вперед, бесстыдно требуя ускорения. Вот он, тот самый момент… и…
Нет—нет—нет. Он отстраняется. Я протестующе подаюсь вперед, слышу звук расстегивающихся брюк. Наощупь нахожу его рубашку и дергаю на себя. Слышится хруст.
– Моя, – он выдыхает мне в ухо и резко входит.
Пальцами впиваюсь в его разгоряченное тело. Быстрее, глубже, еще… Он понимает все без слов. Его ладони обжигают бедра, ритмичное дыхание щекочет ухо. Его жар выжигает изнутри, заставляет трепетать, кричать. Больше не нужно сдерживаться. Есть я и есть он. Больше ничего не нужно.
Секунда… и меня толчками накрывает волной наслаждения. Крик срывается с губ, заставляя Дмитрия замереть и рухнуть прямо в мои объятия. Между нами нет преград. Все стерто.
Глава 5
«Я самая обаятельная и привлекательная. Все мужчины без ума от меня… У меня стройная фигура, красивые ноги – я могу менять мужчин как перчатки…» в голове по десятому кругу крутилась цитата из советского фильма, в то время как ноги несли меня прямиком к зданию, в котором я работаю. Точнее, работала. До девятого января две тысячи восемнадцатого года. Это были лучшие три года моей жизни. Полный соц. пакет, хорошая зарплата, большие премии… Не работа, а мечта, если бы только не «проблемы» в отношениях с начальством.
Перед глазами мгновенно всплыло лицо моего непосредственного руководителя. Я вздрогнула. Нет уж. Никому не позволю вытирать об себя ноги! Итак, на чем я остановилась. Ах, да… «Я самая обаятельная…»
– Машка! – Лена налетела на меня, стоило только моим ногам перешагнуть порог бизнес—центра, – Где ты пропада… Мать моя женщина, вот это загар! Тебя что, черти жарили все праздники?
– Меня жарило яркое солнце Тая, – я выудила из кармана статуэтку Будды и впихнула ее в руки обалдевшей подруги, – Вот тебе презент. Покупала специально у симпатичной девушки, которая оказалась симпатичным…
– Зубы—то не заговаривай! Кинула стремную смску и пропала на неделю, – Ленка схватила меня за плечо и, цокая каблучками по начищенной белоснежной плитке, потащила в сторону лестницы, которую давно никто не использовал по назначению, – Рассказывай. Все от и до.
Я хмыкнула.
– Какие от и до тебя интересуют?
– От новогодней ночи с Соколовским до того… какого черта ты вообще рванула в Тай? – Ленка потянула меня вверх, и это означало, что путь до нашего офиса равный восьми этажам, мы будем преодолевать пешком.
– А что новогодняя ночь… – в груди предательски екнуло, – Новогоднюю ночь я…мы… стоп. Откуда ты знаешь, с кем я чертов год встречала?
– Так я ж сама лично к тебе его отправила, – Ленка фыркнула, переводя дух, – Засранец умело прикрывался каким—то там отчетом, который он должен был прям тридцать первого у тебя забрать. Ну я и подумала, что он…
Я застыла. Так вот откуда ветер дул.
– Лен, никогда, слышишь, никогда больше так не делай! – в памяти замелькали события того вечера, который я старательно заливала алкоголем вдали от дома.
– Не говорить мужику, с которым ты переспала, твой адрес? Да не буду, ладно. Что случилось—то?
– Мы были…хм… вместе. А потом он ушел.
– Мать, не юли. Давай подробнее, – подруга остановилась и пристально вглядывалась в мои глаза.
– А что подробнее? – я обняла себя руками, – После всего, он сбежал. Как, когда, почему… не спрашивай. Не знаю. Просто в десять утра я проснулась, а его не было рядом. Ни записки, ни звонка, ни сообщения. И знаешь, я решила. Хватит. Хватит позволять мужикам вытирать об себя ноги. Сначала Русик, потом этот…
Я втянула в себя воздух, стараясь казаться сильной, стойкой, волевой. Ничерта не получалось…
– Мать, – Ленка по—свойски притянула меня к своей груди, – Ты давай это, сырость не разводи. Чего дальше—то было?
Мой нос уткнулся в прохладную ткань пуховика подруги, от которой пахло свежестью.
– Ничего. Позвонила отчиму, у него ж турагентство, помнишь? Попросила отправить меня куда—нибудь как можно быстрее. Он нашел тур в Тай. Слила все последние деньги, которые на свадьбу копила. Отключила сотовый, и расслабилась. Знаешь, по—настоящему. Ела, пила и плавала. Без забот, без мыслей.
– Мда… Маш, а голову ты вообще не включала с первого числа, да? – Лена потащила меня вперед, к двери нашего этажа.
– Ну да, извини, извини, что тебе не сказала…
– При чем тут извини? – подруга распахнула дверь, – Я про Соколовского. Он тебя искал вообще—то. И похоже, у него были какие—то проблемы…
– Лен, какие к черту проблемы? – я подошла к шкафу и решительным жестом стянула с себя пуховик, под которым сегодня не случайно красовалась полупрозрачная легкая черная блузка и черная юбка—карандаш, – Он просто сбежал. Этого следовало ожидать.
Я уложила копну своих светлых волос на одно плечо и уставилась в зеркало. Загорелая стройная высокая блондинка в черном наряде. Неплохо. Совсем неплохо.
– Мать моя женщина! Ты в этом работать собралась? – Ленка выглядывала из—за двери шкафа, изучая мой облик.
– Нет. Я в этом увольняться пришла. Неужели ты думаешь, что после всего я здесь останусь?
– Маш, не делай глупостей! Из—за мужика…
В импровизированном гардеробе зазвучали чужие голоса, заставившие Ленку притихнуть.
– Черт с тобой, – подруга хлопнула дверью шкафа, – Разбирайтесь сами! Я не лезу. И даже с работой потом помочь могу. У нас в соседнем магазине продавцы требуются, ты ж продажник от бога…
– Прекрати! – я расправила плечи, – Это не мое решение. Идем.
Рабочий день после праздников начинался вяло. В просторном светлом помещении отдела продаж, заставленного компьютерными столами, разделенных тонкими стеклянными перегородками, пахло кофе и мандаринами. На заспанных и осунувшихся лицах коллег рвения к работе не читалось.
Гордо вскинув голову, я проследовала к своему столу, провожаемая неодобрительными взглядами. Да, мой сегодняшний стиль в одежде нельзя было назвать деловым или даже офисным. Вырядилась я вульгарно, по местным меркам. Но на то были свои причины. Мне предстоял разговор с хм… начальством. И я должна быть во всеоружии.
– Машу—уль! – ко мне на стуле развернулась миниатюрная болтушка Олечка, которую я курировала последние полгода, – Выглядишь обалденно! Как отдохнула? Куда летала? Мы с мужем все выходные…
– Оль, Соколовский у себя, не знаешь? – мне хотелось покончить со всем как можно быстрее.
– Ой, не знаю! Сама только пришла! Зато Дашка на месте, можешь у нее спросить, – Оля откинулась на спинку стула, – Так вот…
– Спасибо, Оль! – я выхватила пару листов из сумки и направилась к знакомому кабинету, – Сейчас вернусь и ты все мне расскажешь. Очень важное дело!
Каблуки звонко отстукивали шаги по белоснежной плитке, в то время как сердце готово было трусливо сбежать из груди. Неделя аутотренинга шла псу под хвост. Спокойно, Киселева! Осталось потерпеть совсем немного. Один день – и больше это поганое лицо ты не увидишь.
Перед глазами появилась табличка «Руководитель направления продаж Соколовский Д. А.». Спокойно, Машка!
– Утро доброе, – секретарь моего босса Дарья разглядывала меня с легким интересом, – А Дмитрия Александровича нет еще. Что—то передать ему?
– Привет! – я улыбнулась, дышать стало намного легче, – Передай ему вот эти документы, хорошо?
– Что там у тебя за документы с утра пораньше девятого января? – Даша, конечно же, засунула нос в мои бумаги, и ее глаза удивленно округлились, – Заявление на увольнение и на двухнедельный отпуск? Не мое дело, конечно…
– Даш, просто передай, хорошо? – я кивнула и направилась в сторону своего рабочего места. Обсуждать фальшивые причины своего ухода я не собиралась ни с кем.
Рабочий стол компьютера встретил меня знакомым бардаком из ярлыков и папок. Под треп Оли пальцы по привычке открыли вкладку «почта». С легкой грустью я наблюдала за ростом входящих писем, которые разгребать будет уже кто—то другой.
В ожидании «часа Х» голова совершенно отключилась от реальности. Вместо поиска компаний—клиентов я кивала и улыбалась, собирая свои вещи из ящиков. Пыталась разложить папки с информацией о партнерах в алфавитном порядке, трижды попила кофе, дважды поговорила с хмурой Ленкой… Черт, как же этого всего будет не хватать.
Следующее место работы буду искать исключительно в женском коллективе. Ну и фиг с ним, что это по определению серпентарий. Зато никто не полезет под юбку.
Пронзительный звук рабочего телефона вырвал меня из этого маленького мира спокойствия обыкновенного офисного планктона.
– Маш, – Даша почти шептала в трубку, – Срочно к Д.А. Он в бешенстве… Меня чуть не уволил… Что ты там натворила—то?
Пульс подскочил. Дыхание сбилось. Трясущейся рукой я вернула трубку на аппарат и медленно поднялась с места.
Сейчас идея вырядиться в вызывающую блузку, едва скрывающую нижнее белье, не показалась мне такой уж отличной. И о чем я вообще думала? Хотелось его подразнить? Зачем?! Может, стоит сбегать за шарфом и хоть немного прикрыться?
Нет, Киселева, хватит паниковать. Нужно идти до конца.
Провожаемая испуганным взглядом Дарьи, я уверенно потянула дверь на себя и не менее уверено вошла в душный кабинет, в котором мне довелось побывать лишь пару раз.
Ничего не изменилось с момента моего последнего посещения кабинета начальства. Все та же темная угнетающая мебель, стол, заваленный бумагами, все тот же запах кофе. Все тот же начальник.
Дмитрий, облаченный в элегантный серо—синий костюм, выглядел как всегда безупречно. Он с непроницаемым выражением лица изучал содержимое своего компьютера. Но стоило мне появиться на пороге, внимание переключилось. Тяжелый серьезный взгляд медленно блуждал по моему телу. Глаза застыли на блузке. Заметил. Точно заметил тот самый новогодний подарочный бюстгальтер. Черт. Идиотская, идиотская затея!
– Если б ты знала, как у меня чешутся руки, чтобы тебя как следует выпороть, – вместо приветствия он поднялся из—за стола, сердце подкатило к горлу, – Знаешь, что это?
В его руках появились знакомые листы.
– Не имею понятия, – я захлопала ресницами, в то время как в голове судорожно билось слово «выпороть».
Дмитрий не спеша подошел к шредеру для бумаг. Действовал спокойно, лицо оставалось непроницаемым.
– Это твое заявление на увольнение, – черная машина со скрежетом проглотила лист, старательно исписанный моей рукой и принялась кромсать второй, – А это заявление на отпуск. Зачем он тебе кстати? Ты же уже отдохнула?
– Дмитрий Александрович, вы ведете себя не профессионально, – мой голос звучал уверено. По крайней мере мне так казалось.
– А ты хочешь рассказать мне о том, как общаться со своими взбалмошными подчиненными?
Он смотрел на меня в упор, как удав на кролика.
– Извините, – стоило огромных усилий не отвести взгляд, – Но я не хочу больше работать под вашим руководством. Следующее заявление я отправлю прямиком в приемную генерального директора.
Неспешно с грацией пантеры, подбирающейся к своей добыче, Дмитрий направился ко мне. В его глазах читалось бешенство и что—то жгучее, пьянящее и… знакомое.
Я дернулась к двери, параллельно скрещивая руки на груди в надежде хоть немного прикрыться от пугающего взгляда.
– Руки чешутся отшлепать твой зад за такое поведение, – он остановился на критично близком расстоянии. Меня накрыло резким пьянящим ароматом его духов, – И я не сделаю этого сейчас только из—за совещания в двенадцать.
– Да что вы себе позволяете? – я вздернула голову, – Ваша бурная фантазия видимо…
Горячими пальцами Дмитрий впился в мой подбородок, заставляя заткнуться и не позволяя увернуться от его взгляда.
Следом послышался тихий щелчок закрывающейся двери. Расстояния между нами практически не было. Ладони взмокли. Я четко слышала, как сердце отбивало ритм, будто в голове.
– С кем ты провела эту неделю в отпуске? – голос казался спокойным. Леденяще спокойным.
– Какое тебе до этого дело? – говорить стало тяжело, мысли сбивались, – Ты бросил меня сразу после…
– Повторю вопрос. С кем? – одним движением Дмитрий подтолкнул меня к стене.
– Одна! Я была одна, – мой разум отказывался понимать происходящее. Он сам бросил меня в Новый год. Я безропотно собиралась исчезнуть из его жизни раз и навсегда. Что ему еще нужно?!
– Хорошо, – его рука по—хозяйски скользнула под темную ткань блузки. Я слабо дернулась. Пальцы уверено двинулись в сторону кружевного бюстгальтера. Резким движением он обхватил грудь, сминая хрупкую ткань.
– Вечером разорву его прямо на тебе, – его шепот прозвучал прямо над ухом. Во рту пересохло. Он что, затеял какую—то грязную игру?
– Нет, – мой ответ прозвучал твердо. Разум старательно игнорировал изголодавшиеся импульсы тела, – Я не буду играть по твоим правилам. Когда нужна – возьму, когда нет – бросаю?
Внезапно дверь дернулась, а затем последовал требовательный стук. Рука мгновенно исчезла из—под блузки. Сердце билось через раз, но дышать стало легче.
– После окончания рабочего дня даже не думай куда—то идти. На этот вечер ты моя. Понятно? – тон голоса не терпел возражений, – Возвращайтесь на свое рабочее место, Мария Викторовна.
Глава 6
– Маш, по—моему, это плохая идея… – Лена с опаской выглянула из—за двери, ведущей к злосчастной лестнице, – Детский сад какой—то, честное слово. У меня Макс в общении больше смыслит, чем ты. А ему пять всего!
– А что ты предлагаешь? – я втянула подругу назад, – Не хочу больше с ним пересекаться. Заявление передала секретарю генерального, там расписала все в лучшем виде, и завтра же съезжаю с квартиры. Или, по—твоему, лучше стать подстилкой?
– Идем, нет там никого, – Ленок схватила меня почти в охапку и потащила к двери запасного выхода, – Лучше взять и поговорить. Вы же взрослые люди, ну! Он просто бабник, скоро переключится на другую, а работа у тебя одна…
– А как говорить, когда он при каждой встрече затыкает мне рот своим…
– Фу, давай без подробностей! – подруга поморщилась.
– Своим эго я имела в виду. Нет, глаза б мои больше его не видели…
Относительно свежий воздух центра столицы ворвался в легкие вместе со смесью из снега, дождя и автомобильных выхлопов. Внутри что—то щелкнуло. И это что—то явно противилось моим словам. Его властное поведение не вызывало отвращения, скорее… наоборот. Быть такого не может. Как это может нравиться? Всю жизнь я, Киселева Мария, стремилась быть с мужчиной на равных. Во всех планах. А тут… Фу, самой от себя тошно.
– Смотри, чтоб тебя за эти выходки по статье не уволили. Начальство не любит грязного белья, знаешь ли. Вот где вообще ты сейчас работу—то найдешь?
– В Москве всегда найдется что и кому продавать. Не пропаду. В конце концов, ты говорила о связях в продуктовом по соседству.
– Угу, и будешь до конца жизни кричать свободная касса, – Ленка хмыкнула, – Ладно, мне еще Макса из сада забирать. До завтра!
Подруга махнула рукой и танком ринулась в сторону переполненной автобусной остановки.
– До завтра… – возвращаться на работу не было никакого желания, но сейчас хотя бы была уверенность, что генеральный директор подпишет мою «вольную» в обход непосредственного руководителя и уже завтра я обрету свободу. Свободу без денег и без работы, но зато и без всех этих… домогательств. И опять внутри что—то дрогнуло. Черт возьми, Киселева, да что с тобой? Какого черта ты так реагируешь на этого бабника?
Нужно отвлечься. Я подняла голову к небу и втянула воздух в легкие. Прогулка. Вот лучшее решение. Затеряюсь в суете большого города, стану его частью, забегу в какое—нибудь маленькое кафе на чашку кофе. Или можно зайти в вечно кипящий жизнью торговый центр, спустить последние деньги на новую сумку, и купить, наконец, зонт. Потому что небесная канцелярия, видимо, решила устроить небольшой потоп в центральной России этой зимой.
Спустя полчаса хотелось волком завыть на появившуюся в небе луну. Каблуки разъезжались в январских лужах, длинный пуховик промок насквозь, не справляясь со стихией. Ледяные капли стекали с капюшона и противно скользили прямо по лицу. И какого черта я отказалась от общественного транспорта? Прогулялась. Надышалась воздухом. Отвлеклась, называется. Бронхит с пневмонией точно обеспечены.
Дрожа как осенний лист на ветру, я шлепала вперед, усиленно пытаясь сохранить равновесие и ругая мать природу на чем свет стоит. Ну что, снега ей, матери, жалко, что ли? Белого, мягкого, пушистого…
Резкий автомобильный сигнал раздался как раз над моим левым ухом. Тело дернулось, рванулось вперед и… рухнуло прямо в самую огромную январскую лужу, припасенную матерью природой, вероятно, в наказание за нытье. Что может сделать этот день хуже?!
– Поднимайся! – голос, от которого я бежала, обрушился на меня новым испытанием, – Рановато для ныряния в прорубь!
Руки Дмитрия резко подтянули меня вверх, приводя в вертикальное положение.
– Ты что, меня преследуешь? – я подалась назад, но ноги заскользили, и я не рухнула лишь благодаря крепким объятиям своего босса.
– Скорее спасаю, – Дмитрий потянул меня в сторону своего внедорожника, – От пневмонии с гриппом. В машину, живо!
– Нет! – я протестующе завопила, – Не хочу больше тебя видеть!
– Можешь глаза закрыть и сесть в машину. Или я тебя насильно затащу. Выбирай. В любом случае под дождем не останешься.
Тон его голоса не терпел возражений. Да и внимания прохожих мы привлекли предостаточно. Поэтому гордо вскинув голову, я нырнула на пассажирское кресло теплого салона автомобиля. В нос ударил аромат кожаного салона с легкой ноткой запаха духов. Тех самых, пьянящих.
В конце концов, мы в самом центре города, а Дмитрий за рулем… Его настроение разительно отличалось от утреннего. Что может случиться?
– Я сказал тебе не покидать рабочее место без моего разрешения, – Дмитрий откинулся на спинку водительского кресла и выруливал на дорогу, – Ты опять сбежала. Не надоело еще?
– Дмитрий Александрович, если можно, подвезите меня к моему дому. Адрес же не нужно говорить? Вы же…
– Какого черта на тебя нашло? – Дмитрий резко ударил по сигналу и выругался на вклинивающийся перед нами автомобиль.
Я вспыхнула. Да за кого он меня принимает? За путану придорожную?!
– На меня нашло? То есть для тебя, – я нервно перескакивала с «вы» на «ты», – нормально провести ночь с девушкой, а потом пропасть на десять дней?! Утром ты вообще вел себя как грязное жи…
– Стоп, – Дмитрий резко мотнул головой, не позволяя договорить ругательство, – Никто никуда не пропадал. Я в спешке уехал, но отослал тебе сообщение. Ты его проигнорировала, как и все мои звонки. А потом и вовсе сбежала из страны.
–Издеваешься?! – я выудила из кармана телефон, – Пусто! Нет от тебя сообщений, не было и звонков.
Дмитрий не глядя ткнул дважды в айфон, расположившийся на подставке, и, спустя секунду, в салоне раздались короткие гудки. Телефон в моих руках по—прежнему молчал.
– И в какой момент ты меня заблокировала? – поинтересовался Дмитрий с абсолютно непроницаемым лицом.
– Заблокировала? – я захлопала густо накрашенными ресницами, а память тем временем услужливо подсунула воспоминание ночи после корпоратива. Кровь предательски прилила к щекам.
– Вспомнила? – вкрадчивый голос пощекотал ухо.
– Это ничего не меняет, – мне не хотелось смотреть в его медовые глаза, поэтому пришлось разглядывать машины в вечной московской пробке, – Заявление на увольнение в приемной у генерального. Твои жесткие способы соблазнения… не работают со мной.
И это были наглые враки.
– Да неужели? – Дмитрий хмыкнул, – Тебя привлекают исключительно унылые и скучные? Такие, как Руслан?
Имя бывшего жениха больно резануло слух. От негодования я открыла было рот и тут же захлопнула.
– Не похоже, что он сильно изменился за те годы, – Дмитрий продолжал как ни в чем не бывало, – что мы не виделись. Так чем он заслужил твое расположение?
Неожиданно его пальцы чуть касаясь пробежались по моей коленке, едва прикрытой строгой юбкой.
– Прекрати! – я отдернулась в сторону. – Откуда ты вообще знаешь Русика?
Что могло связывать его, успешного и амбициозного с моим бывшим «унылым и скучным» парнем?
– Дружили в школе, – подробностей от Дмитрия явно не добиться. – Ты не ответила на вопрос.
– А, теперь ты еще и поговорить хочешь. Не сразу под юбку лезешь, как утром.
– Именно, – автомобиль сделал довольно резкое движение к обочине и остановился, – Я знаю отличное место для разговоров.